Текст книги "Эмбарго"

Автор книги: Автор Неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Встав после молитвы, он почувствовал себя лучше. Попросил соединить себя по прямой линии с Ричардом Кросби; ответил секретарь, сказав, что его патрон сейчас разговаривает по другому телефону, но позже он ему перезвонит. В голосе секретаря Нафуд Джидда почувствовал холод, и это его насторожило. А между тем ему удалось вывести танкер, задержанный в Кувейт-Сити.

Прошло четверть часа. Техасец не перезвонил. Чтобы расслабиться, он вызвал Паприку. Молодая немка появилась тотчас же. Одетая в шелковый пеньюар цвета слоновой кости и белые трусики. Нафуд Джидда притянул ее к себе своей пухлой рукой, поглаживая упругое мускулистое бедро...

Затем, взяв девушку за затылок, заставил ее встать на колени. Нервы слишком напряжены, чтобы заниматься любовью. Паприка безропотно подняла подол его платья, открыв жирные волосатые ляжки саудовца.

Он закрыл глаза, стараясь освободиться от неприятных мыслей. Его злило предстоящее расставание с юной немкой.

Огромный белый дом производил впечатление покинутого. Возле дома не стоял ни один из "мерседесов" Ричарда Кросби, только длинный синий "кадиллак". Марта Кросби дома, хотя слуга сказал, что ее нет. Значит, она избегает встречи с ним.

Он позвонил. Никого. Еще раз позвонил. Наконец в холле появился черный слуга, которого он уже видел, и осторожно открыл дверь.

– Мадам Кросби?

Негр отрицательно покачал головой.

– Мадам нет дома, мистер.

– Вы уверены? Ее автомобиль тут.

– Мадам уехала с мисс Лоррен, мистер.

Малко больше не упорствовал. Слуга закрыл дверь. Малко тотчас же направился к оранжерее, обошел вокруг дома. Он хорошо помнил топографию местности, потому обогнул лужайку и выбрал место, откуда ему был виден бассейн.

Марта Кросби, положив голову на согнутые в локтях руки, лицом вниз, плавала в олимпийском бассейне на надувном матрасе. Абсолютно голая. Никаких изъянов на упитанном теле.

Ступая по траве, Малко подошел и присел на корточки у борта бассейна. Вытянул руку и легонько подтянул матрас к себе. Марта Кросби приподняла голову. Ее светло-голубые глаза потемнели от гнева. Прическа безупречна, будто она только что от парикмахера.

– Это что такое... Кто вас впустил? – ледяным тоном обратилась она к Малко.

– Никто. Мне надо с вами поговорить.

Она захлопала длинными наклеенными ресницами, щеки покрылись румянцем.

– Никогда бы не подумала, что вы так дурно воспитаны. Уходите. Немедленно.

Но от Малко было не так легко избавиться.

– Марта, я пришел не за тем, чтобы ухаживать за вами. Хотя ваш наряд очень к этому располагает. Я хочу задать вам один вопрос...

Она поднялась на локтях и визгливо закричала:

– Уходите или я позову слуг.

Малко отрицательно покачал головой. Схватив угол матраса, резко дернул. Марта плюхнулась в воду и скрылась с головой; книга, которую она читала, поплыла. Вынырнув с глазами, полными воды (от прекрасной прически тоже ничего не осталось, только мокрые лохмы), она отплевывалась и жестикулировала.

– Я не умею плавать! – орала она. – Убийца!

Голова снова ушла под воду, вокруг пошли пузыри. Малко опустил в воду одну руку по локоть, ухватился за пучок черных волос, потянул вверх. Над водой появилось лицо клоуна, который снимает с себя грим. Черная краска растеклась по щекам, как черные слезы, правый глаз выглядел странно: фальшивые ресницы отклеились и пошли ко дну. Она задыхалась, выплевывала без конца воду, пыталась что-то прокричать визгливым от гнева голосом.

– Ричард вас убьет! Он вас убьет!

Закашлялась. Малко держал ее голову над водой.

– Марта, – спросил Малко, – вы спали с Нафудом Джиддой с тех пор, как он в Хьюстоне?

– Вы с ума сошли...

Она выругалась. Малко слегка надавил, погружая ее голову в воду. Когда вода дошла ей до глаз, остановился. Теперь она зарыдала, горько, как маленькая девочка.

– Итак, Марта?

– Нет, – крикнула она, – а вам-то что? Вы никогда больше до меня не дотронетесь, никогда!

– Спасибо, я сожалею.

Он вытащил ее из воды, взял полотенце и начал ее вытирать. Она выскользнула, как змея, дрожала и плакала, выплевывая воду. Если бы у нее сейчас был пистолет, она бы пристрелила его на месте.

Малко вошел в дом через стеклянную дверь. В холле буквально налетел на черного слугу, который оторопело вытаращил глаза. Малко улыбнулся ему.

– Я знаю, что мадам там нет, но я также знаю, что если бы она была там, то у нее был бы нервный припадок...

Он прошел через двор, вышел на улицу, сел в свою машину. Следом за ним двинулась длинная машина, за рулем Грег Остин, рядом агент ФБР.

Жизнь Малко очень поднялась в цене.

Он вышел на бульвар Ривер Окс и направился в сторону Саус Лут. Теперь он нанесет визит Нафуду Джидде.

– Куда мы едем? – спросила Офелия Бёрд. Голова ее лежала на плече Ричарда Кросби.

– Раскладывать бутылки в винном погребе, – подмигнув ей, ответил техасец.

Офелия Бёрд игриво засмеялась. На коленях у нее лежала газета. Она явно была не на месте.

Он взял газету и машинально пробежал ее глазами. Всю первую страницу "Хьюстон пост" занимала история с вертолетом. На одной из фотографий человек, которому оторвало голову. В нем без труда можно было признать араба. Ричард Кросби быстро пробежал статью. В ней намеками говорилось о шантаже, объектом которого был представитель Техаса.

– Твою мать! – прорычал он.

– Что за выражение? – возмутилась Офелия Бёрд.

Ричард наклонился к шоферу.

– Джой, останови.

Джой послушно подрулил к тротуару. Ричард открыл дверцу и подтолкнул Офелию, показывая, что хочет ее высадить.

– До скорого. Позвони мне.

Широко раскрыв от удивления глаза, ничего не понимая, Офелия запротестовала.

– Дик, что случилось?

– А то, – бесцеремонно ответил Ричард Кросби, – что сегодня я больше не хочу тебя трахать, а если ты останешься, то я могу быть с тобой неучтивым.

Он поцеловал ее в губы и почти вытолкнул из машины. Они доехали почти до центра Мемориал Парк. Шофер тотчас же отъехал. Женщина осталась стоять на тротуаре. Ричард Кросби часто-часто дышал. Чтобы успокоиться, сделал над собой усилие, стал дышать медленно. Когда машина остановилась у ворот, он вышел, как сомнамбула, и бросил шоферу:

– Поезжай за этой дурой, отвези ее домой.

Словно автомат, направился в погреб. Ему надо было собраться с мыслями.

Глава 19

– Мистера Нафуда Джидды здесь нет.

Араб в синем костюме ответил очень вежливо, но твердо. Он стоял на середине площадки, загораживая Малко вход в одну из квартир на последнем этаже. За Малко стоял Грег Остин и молчал, как рыба. Малко раздумывал. После своего бурного свидания с Мартой Кросби он наконец имел доказательства, что саудовец соврал, и хотел уличить его. Малко был почти уверен, что тот у себя. Его "ДС-9" стоял в аэропорту Хобби в ангаре "Мегуойл". Значит, он был в Хьюстоне.

Вертолет нашли, пилота тоже. Мертвого, с пулей в затылке. Дальнейшее расследование не дало результатов.

– Скажите ему, что князь Малко Линге хотел бы его видеть. Он знает, где меня найти.

Малко и Грег Остин спустились на лифте. Малко пытался встретиться с Ричардом Кросби в его офисе, но секретарша сказала, что он пошел к себе. Оставалось подняться к нему. Чего бы Малко не хотелось, так это застать там Марту... У него не было никакого желания вступать в поединок с разъяренной тигрицей.

В машине зажглась сигнальная лампочка телефона. Грег Остин взял трубку и передал ее Малко.

– Это вас.

Звонил Марти Роджерс из Вашингтона.

– Новые неприятности, – сообщил он. – Только что Джидда позвонил одному типу из президентского окружения и угрожал порвать все действующие контракты на поставку оружия, если не прекратят преследовать его без всяких оснований. Нашли вы что-нибудь, что указывало бы на его непосредственную причастность?

– Нет еще, – признался Малко, – но я приближаюсь к цели.

– Приближайтесь быстрее, – вздохнул Марти Роджерс.

– Иначе, несмотря на то, что мы имеем, он ускользнет от нас.

Грег Остин следил за Малко краем глаза.

– Едем по-прежнему к Кросби?

– Вот сейчас обязательно едем.

Окна на первом этаже дома семейства Кросби были освещены. Малко стремительно взбежал на крыльцо, позвонил. В тот же миг появился уже знакомый ему слуга. Он приветствовал Малко с явной сдержанностью.

– Где Ричард Кросби?

Слуга помедлил с ответом.

– Мадам Кросби в салоне, но я не знаю, где месье.

Машина техасца была на месте. Малко отстранил негра и вошел в холл. Сейчас было не до церемоний. Марта Кросби сидела на диване в элегантном платье из зеленого муслина, на голове тюрбан; рядом сидела ее подруга Лоррен в костюме Шанель. При виде Малко женщины умолкли.

Малко прошел в салон, слегка поклонившись.

– Марта, мне необходимо срочно поговорить с вашим мужем.

Марта явно искала глазами какой-либо предмет, который можно запустить ему в голову. Лоррен успокаивающе взяла ее за руку.

– Что вы хотите? Что происходит? Почему вы так грубо обращаетесь с Мартой?

Она казалась намного разумнее своей подруги... Малко устало улыбнулся.

– Лоррен, это очень длинная история, и все очень серьезно. Лучше будет, если я с ним поговорю.

Марта Кросби внезапно сменила тон.

– Что он сделал? – спросила она беззвучным голосом.

– Надеюсь, ничего, – сказал Малко. – Но он может мне очень помочь... Где он?

Ответила Лоррен:

– Мы его не видели с тех пор, как он вернулся. Закрылся в своем погребе, никому не открывает. Отключил телефон...

– Спасибо, – поблагодарил ее Малко и вышел из салона, оставив потрясенных женщин.

– Кросби, откройте!

Малко уже минут десять барабанил в массивную дверь погреба. Он обследовал его со всех сторон: никаких лазеек. Если Ричард Кросби был там, он не хотел отвечать. Но он должен поговорить с ним во что бы то ни стало. Малко вернулся назад и обратился к Грегу Остину:

– У вас есть оружие?

Тот отрицательно покачал головой.

– Нет.

– Очень жаль, – сказал Малко. – Тогда отправляйтесь в "Ридженси" и попросите Криса Джонса одолжить вам его "магнум-44". Я жду вас здесь.

Его сверхплоский пистолет не подходил для этой цели. Слишком маленький калибр, чтобы справиться с массивным замком.

Малко отвел спусковой крючок, отвернул в сторону голову и плотно прижал ствол "магнума-44" к скважине замка "винного погреба". Раздался выстрел. Малко оглушило, глаза засыпало пылью. Отдача в плечо была такой сильной, что показалось, будто ему оторвало руку. Он нажал плечом на дверь, и она тотчас же распахнулась. От замка остались мелкие кусочки.

Ричард Кросби бросился на Малко, глаза налились кровью, рукава рубашки подвернуты до локтя.

– Вы что? Спятили... или что?

Привлеченный шумом, слуга вышел из дома и с ужасом смотрел на происходящее, за ним стояли Марта и Лоррен.

– Мне необходимо с вами поговорить, – объяснил Малко. – О вашем друге Нафуде Джидде.

– Убирайтесь! – заорал Ричард Кросби. – Сэм, принеси ружье. Я выпущу вам кишки!

Он был взбешен.

Малко спокойно повернулся и выстрелил из "магнума-44" в сторону, где стоял слуга. Пуля ударилась об белую колонну и рикошетом отлетела.

– Сэм, – обратился Малко к негру, – не ходите за ружьем хозяина.

Негр стоял, оцепенев от страха, у него подгибались ноги.

Малко обратился к Кросби.

– Я хочу говорить с вами. Один на один. Сейчас же.

– Ничего не выйдет. Убирайтесь, – услышал Малко в ответ.

Несколько секунд Малко и Кросби стояли, вызывающе глядя друг на друга. Малко чувствовал, что Кросби дрогнул, но не сломлен. Тогда очень медленно он поднял "магнум-44" на уровень уха Ричарда Кросби и нажал на спуск. Ударная волна отбросила техасца назад, не дрогнув, Малко вошел внутрь погреба и, не дожидаясь, пока Кросби оправится от шока, выстрелил у самого его лица... На этот раз Кросби отлетел к столу. Малко ударом ноги захлопнул дверь.

Оглушенный, взбешенный, но не сломленный, Ричард Кросби стоял напротив Малко.

– Вы пожалеете об этом, – прорычал он. – Полиция выпотрошит из вас кишки, а я им помогу.

– Мистер Кросби, – сказал Малко, – вы должны выслушать меня для вашего же блага. Что вы знаете о деятельности Нафуда Джидды в Хьюстоне?

– Идите к чертовой матери! – услышал Малко в ответ.

Маленькие черные глазки Кросби сверкали от бешенства. Он выпил, но пьян не был.

– Это очень важно, – не отступал Малко. – Несколько человек погибли из-за него. Я уверен, что вы можете мне помочь. Я работаю на Центральное...

– Убирайтесь вон! – орал Кросби. – Или я сам разобью вам морду.

Кросби очухался и озверел. Малко соображал, что предпринять, чтобы сломить сопротивление техасца. Время было ограничено... А Кросби угрожающе приблизился к нему. Драка ничего не даст... Внезапно Малко увидел на столе откупоренную бутылку. Держа Кросби на расстоянии при помощи "магнума", он двинулся к полкам, которые показывал ему Кросби в его первый визит. Он осторожно достал одну бутылку, внимательно прочел этикетку: "Замок О'Брион 1928". Ричард Кросби неожиданно весь напрягся и наблюдал за его действиями.

– Вы надумали отвечать мне? – обратился Малко к нему.

– Убирайтесь, – выпалил Ричард, сжав кулаки.

Малко разжал пальцы, бутылка ударилась о каменный пол, запах старого вина тотчас же распространился по всему погребу. Ричард Кросби зарычал, как раненый зверь.

– Вы сошли с ума!

Малко уже достал с полки другую бутылку и прочитал: "Оспис де Бон 1928". Одна из жемчужин коллекции миллиардера. В глазах последнего вспыхнул огонь. Но Малко поднял пистолет.

– Мистер Кросби, еще шаг – и я выстрелю вам в колено. На всю оставшуюся жизнь вы рискуете остаться хромым. Да или нет, будете отвечать на мои вопросы?

Техасец в упор смотрел на Малко. Он умел различать, кто блефует, а кто нет. Малко не блефовал. Ричард не сходил с места. Молчал.

Звук разбившейся о каменный пол бутылки "Оспис де Бон 1928" вывел его из оцепенения: он испустил звериный рев. Рванулся было к Малко, но тот пистолетом удержал его на месте. Техасец остановился, покачиваясь, как медведь. А Малко тем временем выбирал третью бутылку, еще более редкую. Пояснения, которые давал ему в свое время Ричард Кросби, сейчас были очень кстати. Выбрав следующую бутылку, Малко сказал ледяным голосом:

– Думаю, что у вас их всего три... "Шато Мутон Ротшильд 1923".

– Сволочь, я тебя убью!

Сказано было искренне.

– Прощай, "Мутон Ротшильд".

Очередная бутылка разлетелась вдребезги, вино разлилось по каменному полу, запахло еще сильнее. На глазах миллиардера навернулись слезы. Он вытянул указательный палец в сторону Малко.

– Выйдем отсюда! Я буду говорить. Остановитесь, черт побери!

Малко отрицательно мотнул головой. Как только техасец почувствует, что его драгоценная коллекция вне опасности, он превратится в дикого неукротимого зверя. Или в гремучую змею. Его надо крепко держать, иначе мгновенная смерть... Малко выбрал четвертую бутылку. Жемчужина. Редчайший коллекционный экземпляр. Бургундское "Ришбур 1906". Малко сделал над собой усилие и потряс пыльной бутылкой. Ричард Кросби сделал один шаг в его сторону, Малко инстинктивно нажал на спуск, пуля, ударившись о каменный пол, рикошетом отлетела, задев ногу техасца. Он замер.

– Что делает Нафуд в Хьюстоне?

Ричард Кросби безмолвно открыл и закрыл рот. Нет, он не мог. Он не хотел, чтобы об этом знала Марта. Он хотел бороться, замять дело, ликвидировать Джидду. В своей жизни он уже попадал в тяжелые ситуации. И выходил из них... Звон бутылки "Ришбур 1906", разбивающейся о каменный пол, вырвал его из этого мимолетного оцепенения. Он смотрел на осколки стекла и не мог поверить... Шесть тысяч долларов. Наплевать на деньги. Купить его было нельзя. Он вперил в Малко свой взгляд сомнамбулы. А Малко уже доставал с полки очередную бутылку, самую ценную в его коллекции: "Магнум де Шато-Латур 1928". Ричард Кросби оцепенел.

Второй такой больше нет в мире. И не будет...

И вдруг что-то щелкнуло у него в мозгу и помимо его воли вырвался крик:

– Остановитесь, стойте! Я буду говорить.

Глава 20

Ричард Кросби судорожно схватил бутылку, стоявшую на столе, и швырнул ее на пол. Эта стоила не более ста долларов, а их у него был не один ящик. Плюхнулся в кресло. Малко, опасаясь подвоха, остался стоять, держа бутылку на весу. От запаха разлитого вина его подташнивало. Голова немного кружилась. Воздух в погребе был тяжелый.

– Мистер Кросби, я хотел бы, чтобы вы сначала прослушали магнитофонную запись, она в моей машине, – сказал Малко. – Это рассказ некой Аниты Диир, любовницы конгрессмена Уилбера Стоктона.

– Ни к чему. Мне это известно. Что вы хотите знать?

– Почему мистер Джидда даже ценой убийства Патриции Хайсмит хотел сохранить в тайне вашу встречу на Кипре?

Малко ждал ответа.

– Я думаю, это была ошибка... поддались панике. Не так уж было и важно, что меня увидят в его компании. Он боялся другого...

Малко напрягся. Было похоже, что на этот раз Ричард Кросби решился говорить.

– А чего он боялся? – проговорил Малко.

Ричард Кросби провел рукой по лицу, словно хотел освободиться от дурного сна.

– Это очень длинная и грустная история, – начал он свой рассказ. Восемь месяцев тому назад я был на яхте Джидды в Монте-Карло. Он давал грандиозный бал, по которым Марта сходит с ума. Я летел в Индонезию и сделал там остановку. До этого я встречался с Джиддой в Хьюстоне в Арабо-американской торговой палате. Он пообещал мне оказать содействие в реализации одного проекта в Саудовской Аравии, но из этого ничего не вышло. В тот вечер на яхте он отвел меня в сторону и сделал мне предложение. То, что он мне сказал, было невероятным. Под давлением некоторых палестинских группировок арабские страны – экспортеры нефти приняли решение подвергнуть эмбарго США до тех пор, пока они не разорвут экономические связи с Израилем. А он, Нафуд Джидда, должен сделать так, чтобы эмбарго длилось как можно меньше, но с наибольшей эффективностью. Он нуждался в эксперте, таком, как я, в качестве советника...

Он остановился: охрип. Пораженный, Малко опустил дуло "магнума".

– И вы согласились?

– Я не спал всю ночь, – признался Ричард Кросби. – В девять утра Марта еще спала – я отправился на завтрак с Джиддой. И дал ему ответ. Он улыбнулся и сказал мне, я помню, такие слова: "Я знал, что вы согласитесь. Иначе я бы вам этого никогда не предложил".

Увидев выражение лица Малко, Кросби тотчас же добавил:

– Это было коммерческое предложение, возможно, и аморальное, но в нем не было ничего противозаконного. Я знал, что Джидда не против Израиля, что он просто бизнесмен, как и я. Он сказал, что это дело – лишь фантастическая возможность сказочно заработать. Эмбарго все равно неизбежно. Ни одна из арабских стран не решится пойти против палестинцев. Кроме того, я знал, что Джидда также и не против Америки. – Он криво усмехнулся. – Не более, чем я, во всяком случае. В последние годы мне часто претила трусость моего правительства. Я знал, что оно уступит так или иначе. Так почему же не воспользоваться случаем? Предоставлялась возможность заработать за несколько недель столько, что хватит на всю жизнь... – Он остановился, раздумывая. – Понимаете, я вовсе не хочу умалять свою ответственность, но я всегда мечтал иметь состояние больше, чем у моего тестя. Это идиотизм.

– Что вам предложил Джидда?

– Сделку, – просто сказал Ричард Кросби. – Сначала, в период действия эмбарго, я имел бы право на покупку по номинальной цене двух тысяч баррелей нефти в день. Затем Кувейт заключает со мной контракт на три года на поставку ста шестидесяти тысяч баррелей в день со скидкой в два доллара от продажной цены.

Малко быстро прикинул в уме. Невероятно, более четырехсот миллионов долларов!

– А что вы должны были сделать в обмен? – спросил он.

Ричард Кросби опустил голову, потер рука об руку.

– Во-первых, я должен был определить наиболее благоприятный момент для объявления эмбарго. Для меня это не составляло труда, так как я имел доступ ко всем секретным документам по вопросам энергетики; я просмотрел прогнозы и узнал, что в стране ожидается похолодание в январе. Я также был в курсе того, что примерно в это время будет иметь место нехватка природного газа. Секрет полишинеля в наших руках.

– Все? – спросил Малко.

– Можно сказать, что да, – сморщился Ричард Кросби, – но, учитывая сегодняшнюю ситуацию, нет. Три месяца назад я распустил слух, что по причине сверхпроизводительности цены на сырую нефть упадут на пять процентов. У меня немало приятелей в этих кругах. Они знают, что у меня чутье. И когда это началось, на пятнадцатое января запасов нефти в стране было на шестьдесят дней вместо девяноста при нормальных условиях.

– И вы не считаете, что предали свою страну? – спросил Малко. – Ведь при этом пострадала и оборона.

– Нет, Пентагон ворчит, но врет. Морской флот, между прочим, имеет колоссальные запасы в Элк Хилл в Калифорнии. Самое неприятное в этой истории то, что я впутал в нее сына.

– Сына? – удивился Малко.

– Да, – горестно подтвердил Ричард Кросби. – Ли помог мне. Он окончил Массачусетский технологический институт. Я попросил его под большим секретом сделать для меня анализ эмбарго, сообщив ему исходные данные по размерам запасов, датам, температурам и экономической деятельности. Мне надо было знать, какое время Америка может прожить без арабской нефти. И он сопоставил все данные, работал в течение трех месяцев и наконец вручил мне потрясающий документ о "выносливости" нашей страны. Страна могла продержаться девяносто дней. Это предел.

– Девяносто дней! Всего? – удивился Малко. – Но это очень мало.

– Мало, – согласился Ричард Кросби, – но мы ввозим двадцать два процента потребляемой нефти из этого региона. Канада нам отказала. И вместо тридцати одного процента сейчас мы ввозим оттуда не более одиннадцати. Остальное она оставляет для себя. Когда я получил все расчеты, то уведомил Джидду, что эмбарго следует ввести с пятнадцатого января.

В погребе наступила тишина. Малко перебирал в памяти все, что услышал. Страх потерять свои драгоценные бутылки сыграл роль катализатора: Ричарду Кросби, испытывающему психологический дискомфорт, необходимо было освободиться от тяжелого груза. Но многие моменты оставались неясными.

– Почему убили Патрицию Хайсмит? Кто совершил это преступление?

Ричард Кросби пожал плечами:

– Возможно, люди Омара Сабета, – это правая рука Джидды. Возможно, косвенно это связано со мной... Первые две недели действия эмбарго сопротивление в стране соответствовало сопротивлению, теоретически выведенному моим сыном. Затем кривые стали расходиться. Задолго до начала операции Джидда внедрил целую свою бригаду в Астроуорлд, там они делали на практике то, что мой сын в теории.

– И что?

– Джидда начал нервничать. Он настаивал на встрече с ним на "Немиране". Я путешествовал под именем Ивенса, так как я всегда это делаю, когда я с дамой. Джидда очень нервничал, он обвинил меня в том, что я его плохо информирую, что я допустил ошибки и т. д.; он решил приехать и лично наблюдать за операцией. Я не мог ему отказать. Когда он увидел эту девицу Патрицию, он вообразил, что она нас подслушала. Я вам сказал, что он психовал. Он испугался.

Ричард Кросби говорил ровным голосом, без эмоций, словно под гипнозом.

Малко решил воспользоваться его добровольным признанием.

– Знали ли вы, что по плану Джидды все лица, потенциально виновные в том, что он может потерять время, подлежали уничтожению?

Ричард отрицательно покачал головой.

– Мне трудно в это поверить. Это сумасшествие. Он ненормальный. Шантажировал Стоктона, – это еще можно понять, – и вас пытался убить!

– И не только меня, – вставил Малко.

Он рассказал техасцу о своих подозрениях, касающихся смерти Эдварда Колтона и Мэри О'Коннор.

Лицо Ричарда Кросби перекосилось.

– Колтона уничтожили потому, что он слишком интересовался вами. А бедную старую деву Мэри О'Коннор убрали потому, что она затягивала поражение Америки...

– Сукин сын, – пробормотал Ричард Кросби.

Он сидел, опустив плечи, вперив взгляд в бутылки, которые его окружали, черные глаза налились кровью. Он внезапно поднял голову.

– Прошу вас верить мне. Он представил мне все дело так, как будто речь шла о легальном бизнесе. Никакого рэкета.

– Я верю вам. Насчет Патриции Хайсмит хочу вас несколько успокоить. Джидда действовал так грубо, зная, что она израильский агент. Здесь он допустил первую ошибку. Она ничего не знала. Скажите, а сколько должен был получить Джидда за эту безумную авантюру?

Ричард ответил, жестом подтверждая свои слова:

– Я не в курсе деталей. Возможно, он обязался сократить срок действия эмбарго. Когда я был на "Немиране", он показал мне запечатанный конверт под пятью зелеными восковыми печатями и похвастался, что этот конверт стоит пяти состояний.

– Где он?

– Не знаю. Может, в черном портфеле, с которым он не расстается.

Малко чувствовал себя абсолютно опустошенным после длительной исповеди Кросби. Он обратил внимание на то, как Ричард Кросби смотрит на пистолет, лежащий на столе, и угадал, о чем тот думал. У Малко же была своя проблема: ему не хватало маленькой детали, чтобы выстроить стройный рисунок мозаики, – конверта под зелеными печатями. Если он не отыщется, Малко проиграл, а Совет национальной безопасности может дрогнуть через несколько дней, уступив арабам.

– Мистер Кросби, – сказал он, – я хочу сделать вам предложение. Не думаю, чтобы вы могли отказаться от него.

Кросби не дал ему докончить фразу:

– Бросьте. Я возьму ружье и разнесу голову этому ублюдку...

Он выпрямил плечи. Малко абсолютно не сомневался в том, что Кросби осуществит свое намерение...

– Напрасно. Есть дело посерьезнее, – продолжал он. – Кроме меня, никто не знает о ваших истинных связях с Джиддой.

– А ЦРУ? – рассмеялся Кросби.

– Они похоронили многие тайны и не менее важные, – успокоил его Малко. – В курсе лишь несколько высокопоставленных чиновников. Нет никакого письменного доказательства. Они обо всем забудут, если вы поможете мне узнать, что находится в этом конверте. Может, это и ничего не изменит, а может, изменит. Стоит потрудиться. К открытию заседания Совета национальной безопасности нам надо это знать. У нас не слишком много времени. Тогда никто никогда не узнает, какую роль вы играли в этом деле...

– Нет, я знаю. Я, – возразил Ричард Кросби.

Тут уже Малко был бессилен. Вероятно, до конца своих дней техасец будет помнить об этой и мучиться.

– Вы забудете, – сказал Малко.

– Согласен. Принимаю ваше предложение. Что вы собираетесь делать?

Малко вышел первым из погреба. Без сил. Ричард Кросби – за ним. Он вновь обрел спокойствие. Они прошли через двор, как два старых друга, поднялись на крыльцо и вошли в маленький салон. Марта Кросби была одна. Она поднялась и пошла навстречу своему мужу.

– Дик, что случилось?

Ричард Кросби изобразил на лице улыбку.

– Я потом тебе объясню. Джидда звонил?

– Да, два раза.

Он кивнул головой.

– В следующий раз, когда он позвонит, дашь мне его. Я устал, пойду лягу.

– До завтра, – попрощался Малко.

Он поклонился молодой женщине и пошел к выходу. Марта побежала за ним, догнала на пороге.

– Что происходит? – прошептала она. – Я слышала выстрелы. Ничего серьезного?

Малко повернулся и в упор посмотрел на нее.

– Марта, я думаю, вы сейчас очень нужны Ричарду. Вы, – повторил он, делая акцент на этом слове, – женщина, на которой он женился, а не эгоцентричная и бездушная кукла, какой вы стали. До свидания.

Выйдя за ограду, Малко обернулся. Марта Кросби плакала, опершись о белую колонну.

Джидда встретил Ричарда Кросби упреком:

– Почему вы мне не перезвонили? Это было очень важно...

Техасец криво усмехнулся и сел.

– У меня были проблемы. Я имел пренеприятнейший визит. Ваш друг князь Малко – агент ЦРУ.

Саудовец смотрел на него в упор, не мигая, насторожившись. Казалось, техасец потерял по отношению к нему всю свою агрессивность. Спросил наконец:

– Что ему надо было?

Ричард Кросби поднял на него глаза, смотрел долго и с сочувствием.

– Он подозревает, что вы шантажировали Уилбера Стоктона. Его интересует также смерть Мэри О'Коннор и Эда Колтона.

Нафуд Джидда изобразил на своем лице мучительно оскорбленное выражение. "Удручен" – говорил весь его вид.

– Эти типы из ЦРУ сошли с ума! Они преследуют меня уже несколько недель, будто я преступник. Мне пришлось пожаловаться, думаю, им уже приказали оставить меня в покое. Они взбесились из-за эмбарго и цепляются за все.

Ричард Кросби выслушал саудовца с каменным лицом.

– Вы что, считаете меня идиотом? Конечно, я ему поверил.

Наступило тягостное молчание. Нафуд Джидда открыл было рот, но Ричард снова заговорил. В голосе убежденность.

– Хватит играть в прятки. Как только этот тип рассказал, что произошло в его чертовом замке, я сразу догадался – ваша работа. – Он помолчал, чтобы придать вес своим словам. – Я бы то же самое сделал, если бы знал его. Ну, а что до всего остального, думаю, так вы защищали свои интересы.

Нафуд Джидда не верил своим ушам. Техасец продолжал говорить уверенно, спокойно.

– К несчастью, ваши парни не профессионалы. – Он ткнул пальцем в саудовца, будто обвинял его. – Из-за ваших идиотских промахов мне на голову свалилось ЦРУ. Но тут, я думаю, мы сумеем выпутаться. Кстати, вы часто видели Джимми Хоффа. Ваши парни все сделали наполовину...

Сначала Нафуд Джидда слушал Ричарда Кросби с явным скептицизмом, но он так желал услышать это, так желал покончить с этой проблемой, что мало-помалу поверил Ричарду Кросби. А почему бы и нет, Ричард Кросби не какая-нибудь пешка. Такое состояние нельзя собрать чистыми руками.

До тех пор, пока Ричард Кросби будет держаться, опасность, исходящая от ЦРУ, значительно уменьшается.

– Сожалею, но...

– Остается серьезная проблема, – продолжал техасец, не дослушав Нафуда Джидду. – Князь Малко не поверил ни одному моему слову... Он принимает меня за идиота или за вашего сообщника. Значит, перейдем к действиям... Он приходил с типом из ФБР, понимаете, что это означает?

Нафуд Джидда помолчал. Ему это совершенно не нравилось.

– Эта Анита Диир знает вас?

– Нет, – уверенно сказал саудовец. – Она видела только Омара. Я отослал его на ранчо с Паприкой.

– Есть опасность, что компания ЦРУ – ФБР заявится сюда, – заметил Ричард Кросби.

– Я сейчас же займусь уничтожением некоторых документов, – произнес Нафуд Джидда сдавленным голосом.

– Недостаточно. Надо избавиться от этого князя.

– Но...

– В противном случае я иду сдаваться ФБР. Вы в уме или как? Он сказал, что узнал вашего Омара. Это же динамит... Они могут тоже отправиться на ранчо. А может, они уже там.

Нафуд Джидда почувствовал, как пот стекает у него по спине. Адамово яблоко вздымалось и опускалось от учащенного дыхания. Безапелляционные заявления Ричарда Кросби сводили его с ума. Одно дело руководить террористическим актом издалека, и совсем другое – атаковать ЦРУ в США, да еще присутствуя при этом.