Текст книги "Черепашки-ниндзя на острове Динозавров"

Автор книги: Автор Неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 3. Представление начинается

–   Осторожнее, Мик, ты бросаешь землю прямо мне в лицо! – недовольно буркнул Дон, пробираясь подземным ходом вслед за братом.

–   Ты и сам поаккуратнее! – раздался позади голос Лео.

–   Какие-то землечерпалки, а не братья, – подвёл итог Раф, который двигался позади всех.

Мик увеличил скорость, отчего комья земли полетели ещё гуще. Да, подземные путешествия не самые комфортабельные на свете.

Скоро уже? – спросил Дон.

–   Скоро, – плохо расслышав, сообщил позади него Лео, обращаясь к Рафу.

–   Какие споры? – ничего не понял Раф.

Мик продолжал стремительно двигаться вперёд. Что толку от пустых разговоров? Да, в узком тоннеле не самая лучшая слышимость, особенно когда все пыхтят, как паровозы.

–   Хорошо, что я не родился кротом-ниндзя, – сказал Дон.

–   Что котам нельзя? – переспросил Лео. Раф открыл рот, чтобы что-то сказать, и тут же проглотил увесистый ком земли.

–   Тише, – сказал Мик, – мы уже в цирке.

Братья по очереди выбрались из норы и оказались под трибунами для зрителей. Сверху топталась публика, люди смеялись и болтали в ожидании цирковых чудес. Черепашки огляделись.

– Прошу садиться, – Мик отыскал ещё пару ящиков. Он выступал здесь в роли хозяина. – Выбирайте себе щели получше. Представление скоро начнётся.

Братья приникли к щелям. Оркестранты настраивали инструменты. Слышен был разговор важного папы с толстым сыном, которые сидели прямо над черепашками.

–   Папа, а носороги будут?

–   Будут, – ответил папа, и клоуны, и велосипедисты.

–   А слоны?

–   И слоны будут. На афише написано: «Экзотические животные». Кушай, детка, гамбургер.

Черепашки, которые всегда были не прочь поесть, облизнулись.

Погас свет, и в лучах прожекторов появился директор цирка.

–   Уважаемая публика, вам потребуются большие запасы удивления и восторга, потому что наше представление начинается! Перед вами несравненная Бич Кнут с Арктура!

На арену выбежала толстая женщина в трико и высоких сапогах. Она щёлкнула длинным бичом, и из прохода с тяжёлым топотом вылетели три кентавра со свирепыми лицами и мускулистыми руками. Кентавры стали перед укротительницей на дыбы и замахали в воздухе копытами.

–   Папа, а где это Арктур? – раздалось над головой у черепашек.

–   М-м-м, в Греции, сынок, – важно ответил папа.

Черепашки прыснули со смеху. Они-то знали, что звезда Арктур находится немного дальше, чем Греция, и совсем в другой стороне.

Бич Кнут повернулась к вздыбленным кентаврам спиной и поклонилась публике. Воспользовавшись тем, что укротительница их не видит, один кентавр тут же дал затрещину другому. Тот от удара стал на четыре ноги. Публика засмеялась, укротительница быстро повернулась, чтобы узнать, над чем смеются зрители, и тут же наказала крепким ударом бича кентавра, который посмел без её разрешения опуститься на землю. Тот снова встал на дыбы, но при этом скорчил обидчику зверскую рожу и погрозил ему пудовым кулаком.

–   Не очень-то добродушные зверушки, – заметил Раф.

–   Однако укротительница нагнала на них страху, – вставил Дон.

–   Ты не в неё влюбился? – спросил у Мика ехидный Лео.

–   Ну что, врал я вам? – Мик и не думал обижаться. Он с гордостью показывал братьям цирк, как будто тот был его собственностью.

–   Похоже, что нет, – вынуждены были признать братья.

На арене двое кентавров сплели руки и, как на качелях, катали на них толстую Бич Кнут. Третий стоял впереди и, будто опахалом, обмахивал её пышным хвостом. Укротительница широко улыбалась публике, обнажая четыре клыка сантиметров по восемь каждый.

Оробевшая публика хлопала в ладоши.

–   Сейчас будут жонглёры, – заявил Мик.

–   С четырьмя руками? – уточнил Лео.

Мик гордо промолчал.

У жонглёров, одетых в чёрные бархатные костюмы, оказалась широченная грудная клетка, а из мощных круглых плеч действительно росло по четыре ловких руки. Они встали друг напротив друга по обеим сторонам арены, и воздух наполнился десятками летающих предметов. Самое удивительное, что жонглировали артисты не булавами и не кольцами. Из их рук вылетали, описывали длинную дугу и попадали прямо в руки товарищу, бумеранги! Они скользили в воздухе далеко в стороне, над головами зрителей.

Оклеенные серебряной фольгой, они сверкали под куполом сказочными узорами.

– Вот это да! – воскликнул Рафаэль, который любил жонглировать своими  кинжалами. – Это настоящее искусство. Спасибо, Мик, что привёл меня сюда.

– То ли ещё будет! – пообещал младший брат. Как только жонглёры скрылись в проходе, перед восхищёнными зрителями появился клоун. Свет не видывал такого клоуна, который был одновременно рыжим и белым. Дело в том, что у него оказалось две головы. Одна – с пышной рыжей шевелюрой, большим красным носом и яркими веснушками. Вторая – бледная, с огромными печальными глазами и высоким треугольным колпаком.

Левая сторона туловища принадлежала рыжей голове. Она была одета в яркий разноцветный шутовской наряд. Правая половина тела была в костюме Арлекино.

Даже по походке можно было понять, что телом клоуна управляют две совершенно разных личности. Правая нога (белый клоун) ступала медленно и осторожно, будто по льду. Левая нога в клетчатой штанине успевала выписать какой-нибудь крендель или смешное коленце, пока делала шаг.

На середине арены клоун (или клоуны) начал пародировать предыдущее выступление жонглеров.

–   Что мы хуже, что ли? – заявила рыжая голова.

Не знаю, – нерешительно ответила правая.

–   Сейчас узнаем, – заявил рыжий. – Никогда не пробовал, вдруг получится?

–   А чем мы будем жонглировать? – спросил белый.

–   Тебе Соли дала яблоки?

–   Дала.

–   Доставай! – скомандовал рыжий.

Белый полуклоун со вздохом достал из кармана четыре яблока. Было заметно, что ему их жалко. Он сосредоточился и начал жонглировать, умудряясь удерживать все четыре плода в воздухе. Рыжий немного подождал и громко спросил:

–   Что же ты в мою руку не перекидываешь яблоки, болван ты этакий?

Белый, не прекращая жонглировать, ответил:

–   Как же, брось тебе что-нибудь! А где мой гребешок, который ты взял утром?

–   Вот он! – рыжий, широко улыбаясь, вытащил из кармана клетчатых штанов большой гребень, в котором не было половины зубьев.

Он провел гребнем по своей всклокоченной шевелюре, и в ней застряла вторая половина.

–   На, – сказал рыжий, – возвращаю!

И он сунул беззубый гребень в карман курточки белого клоуна. Тот грустно проводил его глазами, не прекращая жонглировать. Было ясно, что больше он рыжему ничего не даст, пусть на яблоки и не рассчитывает!

Что это творится с музыкантами? – встревоженно закричал рыжий, указывая пальцем в их сторону.

– Где? – белый повернул голову к оркестровой ложе. Рыжий ловко выхватил летящее яблоко и тут же откусил половину.

– Там что-то свистнули, заявил он белому.

– Я и сам вижу, что свистнули, – ответил белый клоун, пряча оставшиеся три яблока в карман. – Ты снова меня обманул! Я ухожу. – Он попытался шагнуть в сторону выхода.

–   Ну и уходи, а я остаюсь! – расхохотался рыжий и подмигнул публике.

Зрители покатывались со смеху. Ссора клоунов перешла в драку. Щедро награждая друг друга пинками и подзатыльниками, они, наконец, скрылись за кулисами.

–   Ну и ну! – восхитился Лео. – Такого я ещё не видел. Прости, Мик, что я тебя назвал безголовым.

–   Да что там! – отмахнулся Мик. – Смотрите, сейчас будут гимнасты.

–   О-о, – понимающе протянул Раф. – Летающая девушка...

–   Не дразни Мика, – сделал замечание Дон.

Четыре брата-черепашки не могли оторвать взгляда от арены, которую видели в щели. Они забыли обо всём на свете и даже перестали ссориться и подначивать друг друга?

–   Папа, – раздалось сверху, – где же носороги?

–   Видишь ли, сынок, наверное, это бедный цирк, у них не хватило денег, чтобы купить настоящего носорога. Настоящие носороги живут в Африке.

Черепашки переглянулись.

–   Неужели он не понимает, что родина этих артистов и животных намного дальше, чем Африка? – удивлённо спросил Мик.

–   Наверное, нет, – ответил Дон. – Они привыкли к видео, телевизорам и думают, что в переездном шапито не может быть ничего по-настоящему интересного и чудесного. Им кажется, что этот бедный цирк не смог купить слонов и тигров, поэтому здесь показывают каких-то уродов или мутантов. Они прочитали на афише: «Межпланетный цирк» и решили, что это рекламный трюк. Они не удивляются, потому что заплатили за билет.

– Этим пустоголовым надо по телевизору объяснить, что они увидели чудо, – добавил Лео. – Собственным глазам они не верят.

– Соли, – шепнул Мик.

Дон, который сидел ближе всех к Мику, догадался по его мечтательной интонации, что Соли – это имя девушки-гимнастки.

– Смертельный номер! – объявил директор цирка. – Летающие гимнасты! Все артисты выступают на высоте десять метров без страховочных тросов.

Под куполом изящные жилистые юноши в чёрных трико уже раскачивались на трапециях. Один крепко держал другого и, точно рассчитав момент, отпустил его руки. Летающий гимнаст стремительно понёсся в воздухе и попал в руки другого, который висел вниз головой на трапеции, зацепившись за неё ногами. Сердце каждого зрителя замирало от страха, а гимнасты в полёте делали сальто, вертелись волчком и всё больше увеличивали расстояние полёта.

Раздалась барабанная дробь. Зал напрягся.

Трапеция раскачивалась особенно сильно. Гимнаст в верхней точке оторвался от неё и по инерции полетел по воздуху вверх и вперёд.

Но что это?

Трапеция, которая должна была прийти в расчётную точку, явно запаздывала. Зрители почувствовали, что она неминуемо опоздает. Гимнаст, пролетев по дуге вверх, начал стремительно падать...

В тот момент, когда зал затаил дыхание и с губ готов был сорваться крик ужаса, из-под купола цирка скользнула вниз хрупкая девушка на прозрачных, как у стрекозы, крыльях. Она подхватила гимнаста за руки, и взмахи крыльев слились в сверкающий полукруг. Её сил хватило, чтобы взлететь вверх и вперёд, ровно настолько, чтобы встретиться с летящей навстречу трапецией. Через секунду артист уже стоял на площадке под куполом цирка, гордо подняв руки, а Соли парила на крыльях в свете скрестившихся лучей.

Зал едва перевёл дыхание и взорвался аплодисментами. Даже черепашки потеряли всякую осторожность. Они кричали «браво», не боясь быть обнаруженными. Даже глупый сын не задал своему глупому папе ни одного глупого вопроса.

Гимнасты продолжали программу. Теперь все прыжки и полёты выполнялись с поддержкой крылатой девушки. Она демонстрировала фигуры высшего пилотажа, придавая гимнасту нужное направление полёта, и снова кружила под куполом. Казалось, что это чёрные ласточки с раздвоенными хвостами мечутся под гигантским шатром шапито...

***

Когда Эйприл впорхнула в комнату к черепашкам, она увидела странную картину: Раф посреди комнаты жонглировал тремя кинжалами. К сожалению, потолки были слишком низкими, и кинжалы всё время норовили воткнуться в них. Рафу приходилось подпрыгивать, чтобы вытащить стилет из потолка. Но он не злился, а терпеливо пытался управиться с тремя кинжалами снова и снова. Из кухни стремительно вылетел Мик. Он пронёсся по диагонали по комнате, пробежал по стене вверх до угла, спустился по второй стене и убежал на кухню.

– Дон, что здесь происходит? – изумилась Эйприл.

Дон, который, казалось, спокойно стоял вдруг подпрыгнул и сделал сальто-мортале, затем ещё одно, но на этот раз он лихо шлёпнул ступнями по потолку, оставив там двадцатый след.

– Где Лео? – спросила Эйприл. Лео не было видно за кроватью Мика. Он выполнял одно из самых трудных акробатических упражнений, которое называется «крокодильчик». Он упёрся кулаками в пол, прижав локти к бокам, и в таком положении удерживал своё тело совершенно горизонтально. Лео оторвал одну руку от пола и помахал Эйприл (теперь он держался на одном кулаке).

Телевизор, видик и компьютер были сложены под столом у Рафа, где он до сегодняшнего вечера занимался алхимией.

–   Так-так-так, – сказала Эйприл понимающе.

Из ванной вышел Сплинтер, похлопывая себя для массажа по щекам.

–   Привет, Эйприл! – бросил он девушке. – Смотри, как хорошо подействовала на них прогулка. Они снова приступили к тренировкам. Лео, не гни колени!

–   Думаешь, им это пойдет на пользу? – засомневалась Эйприл.

–   Конечно! – убеждённо ответил Сплинтер. – По крайней мере, больше они не сидят, уткнувшись в экран. Скоро ребята войдут в хорошую форму. У меня отличные ученики!

Из кухни снова вылетел Мик, пытаясь дотронуться до потолка.

–   Пойду приготовлю ужин, – Эйприл воспользовалась моментом и захлопнула дверь перед самым носом у Мика.

Через час все собрались за столом. Черепашки, запыхавшиеся после занятий, на аппетит не жаловались. Уплетая бекон с яйцом, они делали вид, что ничего особенного не произошло. Эйприл не долго позволила им отмалчиваться.

–   Что вы задумали, артисты? – спросила она.

–   Ничего, – прозвучало четыре раза (по числу братьев).

–   Тогда расскажите, понравилось ли вам представление.

–   Это настоящее чудо... – начал Раф.

–   Такого даже в кино не увидишь, вздохнул Дон.

–   Это вам не компьютерные игры, – ответил Лео.

–   Почему у меня не две головы и нет крыльев... – сокрушённо покачал головой Мик.

Всё это братья сказали одновременно, затем переглянулись и дружно рассмеялись. Сплинтер ухмыльнулся в усы. Ему явно пришлись по душе перемены, которые произошли с черепашками. Девушка тоже улыбнулась, но прежде всего она чувствовала ответственность за братьев-черепашек и волновалась за них, зная их беспокойный характер.

–   Мальчики, вас опять потянуло на приключения?

–   Нет, Эйприл, с чего ты взяла? – запротестовал Дон. – Мы просто взбодрились после этого чудесного зрелища.

–   Теперь вас, конечно, от цирка за уши не оттащишь, – сделала вывод Эйприл.

–   У нас нет ушей, – Рафаэль в шутку приставил ладони к голове и помахал ими, будто мух отгонял.

Все засмеялись.

–   Вот что я хочу вам сказать, мальчики, – голос Эйприл стал серьёзным. – Во-первых, вас могут обнаружить, когда вы тайком попытаетесь проникнуть в цирк, и тогда неприятности вам обеспечены.

–   Мы просто моментально сбежим, вот и всё, – легкомысленно заявил Мик.

–   Ах, Мик, – укоризненно сказала Эйприл, – от полиции ты, кажется, уже привык бегать. Но вот что меня беспокоит: никто из нас не знает, что можно ждать от инопланетян. В том, что нашу планету посетили инопланетяне, я нисколько не сомневаюсь. На Земле никогда не было ничего подобного! Я беспокоюсь, потому что не знаю, как они себя поведут, если увидят вас.

–   По крайней мере, они не удивятся так, как люди. У них в труппе есть гораздо

более удивительные существа, чем мы, – резонно заметил Лео.

–   А почему с ними не встретилось правительство, чтобы установить первый в истории человечества контакт с внеземной цивилизацией? – спросил Дон.

–   По-моему, никто ещё ни о чём не догадался, сказал Раф.

–   Знаете, ребята, трудно в это поверить, но я тоже так думаю, – пожала плечами Эйприл. – Но это не надолго. Как только в цирк заглянет какой-нибудь ушлый журналист, это станет сенсацией. Как бы и вы не попались вместе с инопланетянами.

–   Разве мы можем упустить такое приключение? – сказал Мик, оглянувшись на старших братьев.

Никто не ответил. Все понимали, что черепашки-ниндзя скорее откажутся от сладкого, чем от стоящего приключения.

Глава 4. Удивительные знакомства

Вечером следующего дня братья заняли привычные места на представлении. Правда, билетов они не покупали, воспользовавшись собственным ходом.

Представление шло своим чередом. Когда закончилось выступление гимнастов и Соли покинула арену, последний раз послав публике воздушный поцелуй, Мик заёрзал. Не то чтобы ему было неинтересно смотреть дальше, но просто у него что-то начало зудеть, просто как на иголках сидишь. Так всегда начинались похождения Мика. Скосив глаза на братьев, он убедился, что их ничем нельзя отвлечь от зрелища, хоть барабань по спине. Тогда Мик тихонько отодвинулся назад, а потом отступил ещё на несколько шагов, затем повернулся и спокойно пошёл посмотреть, что в цирке интересного.

Тем временем на арену вылетели лихие наездники – гномы, которые в перерывах убирали оборудование и разравнивали опилки. Теперь они надели жокейские жилеты и шапочки. Вот только скакуны у них были не совсем обычные – огромные, полосатые, шестилапые зеброгиены, у которых к тому же между первой и второй парой лап росли небольшие ручки, похожие на обезьяньи. Шесть наездников одновременно встали на попону ногами  и так скакали, подпрыгивая и хлопая в ладоши. Потом они достали скакалки и умудрились прыгать через них на скаку.

Зеброгиены во время выступления вели себя прямо по-хулигански. Чувствовалось, что у них скверный характер. Они смотрели на зрителей злыми жадными глазами, щёлкали зубами и корчили рожи. Когда наездники заставили «скакунов»          стать передней парой лап на барьер и поклониться зрителям, одна из зеброгиен вдруг протянула руку и выхватила у девочки пакетик с орехами. Девочка в испуге заплакала, а зеброгиена затолкала орехи вместе с пакетом в пасть и жадно зачавкала.

Скачки продолжались. Теперь гномы перескакивали с одной зеброгиены на другую на огромной скорости. Полосатые хищники клацали челюстями и старались ухватить гнома во время прыжка за штаны. Иногда это им удавалось. Гном вскрикивал, потому что мощные зубы прихватывали вместе со штанами кожу наездника, а зеброгиена противно хохотала.

Черепашкам не очень понравился этот номер.

Снова на арене появился двухголовый клоун и исполнил музыкальную репризу. Белая голова играла на флейте, а рыжая, которой наскучило слушать грустную музыку, достала губную гармошку и стала мешать и передразнивать. Белая половина клоуна сначала пыталась не обращать внимания, потом стала сердиться. Кончилось всё, как обычно, весёлой потасовкой клоуна с самим собой.

Потом в зале погас свет. Заметались тонкие разноцветные лучи прожекторов. Загрохотал барабан. Посреди арены вспыхнул столб ослепительного пламени и на его месте оказался маг в чёрном плаще и цилиндре. В руках у него был короткий жезл: две змеи переплетались, составляя его ручку, наконечник представлял собой голубой драгоценный камень, который с двух сторон держали две именные пасти. Камень сиял в темноте густым необыкновенным светом, а может быть, в нём отражались лучи прожекторов.

Плащ упал на пол, и оказалось, что это сам хозяин цирка – маг и волшебник Кроббин показывает своё искусство. Этот номер считался гвоздём программы. Зрители приготовились увидеть чудеса и фокусы.

Зазвучала таинственная музыка. Гномы вытащили на середину арены ящик длиной в человеческий рост. Очаровательная артистка, которая показывала номер «женщина-змея», легла в него. Крышка закрылась.

Маг Кроббин взмахнул жезлом. Блеснула молния, ударившись в ящик. Зрители в испуге вздрогнули. На мгновение камень на конце жезла загорелся ещё ярче. Через несколько секунд крышка ящика приподнялась, и оттуда, шипя, как старый патефон, и тяжело извиваясь, стал выползать огромный восьмиметровый удав.

В зале раздалось несколько испуганных криков, заплакал чей-то ребёнок. В это время из-под купола спустилась на канате та самая артистка, которая была в ящике. Она мило улыбалась и делала глубокие реверансы. У всех отлегло на душе. Удав не съел девушку, и та не превратилась в удава. Просто фокусник в очередной раз обманул публику.

Маг Кроббин взял в руки голову удава и, глядя ему в глаза, прикоснулся губами к носу. Зигзагообразное тело удава вдруг вытянулось в длину и закостенело. Прибежали гимнасты в чёрных трико и поставили удава вертикально на хвост. Теперь он казался просто пёстрым бревном.

Уважаемая публика! Бьюсь об заклад, что никто из сидящих в зале не решится залезть по этому замечательному шесту наверх, – громко заявил Кроббин. Никто не торопился выйти на арену. – Есть смельчаки в зале? – продолжал маг. – Нет? Тогда смотрите, как это делается!

Маг взмахнул рукой, подав знак гимнастке, и она мигом поднялась по удаву на самый верх до его морды. Оттуда она послала публике воздушный поцелуй, откинувшись в сторону на одной руке. Удав стоял ровно и прямо, как фонарь. Двое гимнастов удерживали его в равновесии.

Кроббин неожиданно поднял вверх свой жезл и произнёс непонятное слово. Камень на конце жезла сверкнул, и удав тут же ожил. Свиваясь в кольца вокруг девушки, он тяжело свалился на арену. Зал вскрикнул, а камень снова засветился холодным синим светом.

–   На место! – подал команду маг, и удав уполз в свой ящик, а гимнастка поприветствовала публику и убежала за кулисы.

–   А теперь мы покажем удивительные превращения в зеркальном ящике, – объявил Кроббин.

Гномы уже несли на арену четыре больших двухсторонних зеркала. Их пронесли вдоль барьера и показали публике, а потом установили на специальную подставку так, что они образовали большую четырехугольную коробку. Одно из зеркал служило дверцей.

–   Попробуем, – объявил маг, – как действует наша зеркальная комната.

Он снял цилиндр и, как и следовало ожидать от любого фокусника, вытащил оттуда белого кролика с ленточкой на шее. Кроббин поднёс кролика к зеркалам и посадил внутрь. Он закрыл зеркальную дверцу и взмахнул жезлом. Зеркала полыхнули голубым пламенем так, что у зрителей запрыгали «зайчики» в глазах.

Кроббин отворил дверцу, и публика рассмеялась. Оттуда, вытаращив глаза, выскочил ещё один гном и, быстро перебирая коротенькими ножками, скрылся за кулисами.

– Можете сами убедиться в чудесных свойствах этой зеркальной комнаты, чтобы вы могли рассказать своим друзьям и знакомым, что в межпланетном цирке Кроббина все чудеса без обмана! – воскликнул маг. – Прошу всех желающих войти в волшебную зеркальную комнату! Приглашаю на манеж всех смельчаков, которые не побоялись удава. Может быть, у вас хватит духу увидеть себя в зеркале с четырёх сторон? Несколько человек набрались храбрости и вышли на арену. «Что тут страшного, – думали они. – Это же не удава обнимать». Кроббин впустил их в комнатку, закрыл дверцу. Сверкнула молния, и дверца открылась. В зеркальном ящике сидели четыре кролика, беспокойно прыгая с места на место. Два гнома подскочили и унесли их за уши с манежа.

–   Ну и чудеса! – сказал простодушный Дон.

–   Это фокусы с зеркалами и тайными отделениями в ящике, – уверенно заявил Лео.

–   Нет, просто есть люк и тайный ход, – возразил Раф.

–   Тогда пусть Мик пророет туда тоннель и посмотрит. Он ведь у нас специалист-землеройка, – сказал Дон, оглядываясь по сторонам. – Кстати, где он? Куда делся этот злосчастный Мик?

–   Начинается, – вздохнул Лео.

***

Покинув братьев, Мик пошёл под трибунами к тому месту, где находился выход с арены. Дойдя до стены, он обнаружил там дверцу. Что ж, так и должно быть. Должны ведь рабочие проходить под трибунами, чтобы собирать и разбирать конструкции, которые поддерживают зрительские ряды.

Мик думал не слишком долго. Он протянул руку и надавил на ручку. Дверь была не заперта. Мик оказался за какими-то щитами и коробками, стоящими у стены. Он прошёл немного вдоль стены и выбрался из-за щитов на свободу, оказавшись в коридоре, который вёл на арену.

Мимо с шумом пронеслись гномы-наездники на зеброгиенах. Гномы гикали, а хищники огрызались на скаку. Мик прижался к стене. Переждав эту диковинную кавалькаду, он двинулся дальше.

В служебной части цирка-шапито царила неразбериха. Всё было загромождено различным цирковым оборудованием и ящиками. Перегородки делили его на какие-то коридоры и комнатки. Из дверей вышли два гимнаста и, не обратив никакого внимания на Мика, прошли мимо, разговаривая о своих делах. Сердце черепашки забилось сильнее. Раз тут гимнасты, где-то рядом должна быть Соли. Мик очень хотел её увидеть, но стеснялся и был уверен, что не решится подойти к девушке и поговорить. Вдруг она испугается огромной зелёной черепашки на двух ногах и с нунчаками за поясом? Или засмеётся, глядя на него? Тогда останется одно – провалиться под землю, то есть моментально закопаться и улепетывать что есть силы. И всё-таки Мику очень хотелось увидеть эту чудесную крылатую девушку.

Теперь он шёл мимо клеток с диковинными зверями. В одной, громко стуча лапами по полу, гонялись друг за другом два полуметровых жука-носорога, они толкались жёсткими панцирями и бодались рогами. Находясь в отдельных стойлах, топтались и переругивались кентавры. В больших корытах перед ними лежали груды моркови и кукурузы. Они грызли початки крепкими жёлтыми зубами, а огрызки кидали через перегородки друг в друга. И тут Мик увидел Соли. Он туг же спрятался за угол пустой клетки, решетка не очень скрывала его, но всё-таки оде нельзя было понять, что за фигура тут стоит. Мик затаил дыхание.

Сложив прозрачные крылья за спиной так, что они напоминали большой целлофановый пакет, Соли расчёсывала гребешком какое-то непонятное существо. Существо на двойном стебле стояло в каком-то горшке и походило на большой пушистый цветок. Казалось, будто персидский кот свернулся в клубок на верхушке диковинного растения. Рядом стояла дежка. Сходство с котом усиливалось  благодаря тому, что на макушке у растения торчало три больших треугольных уха с кисточками на концах. Наверное, Соли что-то говорила этому растению-коту, потому что его уши подрагивали и ловили звуки её голоса. Как жаль, что девушка слишком далеко и нельзя услышать её голос. Мику больше всего хотелось именно этого. Черепашка огляделся. Нельзя ли незаметно подкрасться поближе? Но в этот момент послышались шаги в голоса. Это приближался директор цирка вместе с каким-то субъектом, похожим на крысу и одетым в костюм с нарукавниками.

Куда спрятаться? Мик рванул на себя дверь в пустую клетку и забрался под меховую подстилку, которая лежала в углу. Зверь, проживающий в этой клетке, наверное, сейчас выступает на арене.

Мимо прошла эта парочка, оживлённо обсуждая деловые вопросы:

–   На двести билетов больше, чем вчера? Это очень хорошо. Бели завтра волна зрителей не схлынет, то послезавтра поднимем цены на билеты.

–   Как прикажете, господин Кроббин, – поддакивал человек-крыса. – Может быть, стоит разослать билеты журналистам, чтобы получить бесплатную рекламу в прессе?

–   Нет, не нужно. Мы здесь новички и не знаем, как к нам отнесутся власти. Не следует привлекать их внимание.

–   Как это мудро, господин Кроббин, – немедленно согласилась крыса. – Я понимаю, что это неприятно, но нам придётся пойти на некоторые расходы. Надо закупить корм для зверей и пищу для артистов. Для удава и зеброгиен нужно мясо или живность...

– Не торопись покупать мясо, – сказал Кроббин. – А вот за фруктами...

Голоса постепенно затихали. Мик едва перевёл дух.

Вдруг меховая подстилка, под которой прятался черепашка, зашевелилась и заворчала. Подстилка сама собой сползла с Мика, зашипела, отодвинулась подальше и начала приобретать знакомые формы. Через минуту перед поражённым Миком стояло на задних лапах что-то или кто-то, весьма похожий на медведя! Существо зарычало и замахало передними лапами перед носом черепашки. Мик отодвинулся к прутьям решётки и принял боевую стойку, проклиная себя за неосторожность.

– Вот так-то, молодой человек, – послышался рядом насмешливый голос. – Зря вы залезли в клетку, не поинтересовавшись, кто в ней находится.

Мик оглянулся и увидел, что в проходе перед клеткой стоит клоун и обе его головы с интересом наблюдают за происходящим.

–   Что вы теперь собираетесь делать? – поинтересовалась рыжая голова.

–   Зачем ты дразнишь молодого человека? – укоризненно сказал белый клоун. –   Понятно, что он никогда не встречался с пыхами и очень испуган.

–   Никого я не боюсь! – заявил Мик.

Всякий раз, попавшись, Мик старался перейти в наступление, так как считал его лучшим способом защиты.

–   Я вижу, вы собрались драться с пыхом, – сказал белый клоун. – Это очень нехорошо, всё равно что сражаться с надувным шаром. Смотрите, как надо.

Клоун прислонился к решётке, просунул сквозь неё руки и пощекотал «медведя» под мышками. Зверь захихикал, зашипел и вдруг начал сдуваться, Вскоре от него осталась только плоская шкура, которую Мик принял за подстилку. «Шкура» отползла в угол и улеглась рядом с миской с кукурузными хлопьями.

–   Вы свободны! – торжественно объявил рыжий клоун, картинно распахнув дверь в клетку и приглашая Мика выйти.

–   Пыхи – совершенно безобидные существа, – объяснил белый. Пых-Пух (так его зовут) очень испугался, когда вы залезли в его клетку. У него есть только одно средство защиты – надуться и принять вид какого-нибудь грозного зверя. Хорошо, что вы не ударили его. Большого вреда это не смогло бы причинить: Пых-Пух просто запрыгал бы по клетке, как мячик. Но он мог очень расстроиться. Если хотите подружиться, принесите ему шоколадку.

– А можно? – обрадовался Мик, выходя из клетки.

– Хорошие дела совершать разрешается, – важно сообщил ему рыжий, – а плохие строго-настрого запрещаются. Вы, наверное, Соли разыскиваете? – неожиданно завершил он свою мысль.

– Почему вы так думаете? – густо покраснел Мик.

– Все молодые люди, которые тайком пробираются за кулисы, как правило, хотят познакомиться с Соли. В среднем ей приходится отвергать восемь-двенадцать брачных предложений в месяц, – назидательно сказал рыжий. – А теперь предъявите ваши документы!

– У меня их нет, – насупился Мик.

– Тогда, может быть, вы устно сообщите нам, как вас зовут. Не могу же я всё время называть вас «молодой человек». Когда вы состаритесь, это будет странно звучать.

– Да перестань ты дразнить его, – снова вмешался белый клоун. – Ты совсем его смутил.

– Меня зовут Мик, – твёрдо сказал черепашка. – Я мутант. И я действительно очень хотел бы познакомиться с Соли, если так зовут крылатую девушку-гимнастку.

–   Да, её зовут именно так, – подтвердил рыжий. – А нас зовут Полюс. Его – Белый Полюс, а меня – Рыжий Полюс. Приятно с вами познакомиться, черепашка-мутант Мик.

К Мику протянулись сразу две руки, потому что каждый из братьев протянул свою. Мик пожал обе.

–   Я вижу, вам здесь понравилось, – сделал предположение Белый Полюс.

Через час в дверцу надувного домика Соли вежливо постучали. На стук вышла сама хозяйка. Теперь её можно было рассмотреть вблизи. Это была тоненькая девушка с прозрачной кожей и глубокими глазами. Она ступала так легко, что казалось, будто её тело невесомо. Оно и понятно, иначе как бы её удержали хрупкие крылья.

–   Добрый вечер, – сказал Дон, за которым стояли Раф и Лео. – Скажите, пожалуйста, нет ли у вас нашего брата Мика?

Вслед за Соли в дверях появился Полюс и ответил за девушку:

–   Заходите, братья-черепашки. Мик у нас, он пьёт чай.