Текст книги "Билет в Ад, или по следам Валькирий (СИ)"

Автор книги: Нати Светлая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Меня разбудили совсем не нежно – трясли за плечо – открыв глаза, увидела Шану:

– Наконец – то проснулась, я тебя пытаюсь разбудить уже пять минут и никакой реакции.

– Что – то случилось?

– Для проведения инициации мы подготовили полигон.

– Это так опасно?

– Твоя мама во время инициации разрушила замок правителя Хоски и не только. Не останови мы её – последствия могли оказаться гораздо большими. Что снилось?

– Ничего не снилось, – я до сих пор была обижена на богинь за то, что они умалчивают нужную информацию. – Родители уже пришли? – задала вопрос, попутно разминая затёкшее тело после сна в неудобном положении.

– Мы тут, – зашли родители, лица которых светились – кажется, кто – то помирился и я даже догадываюсь каким способом.

– Готова? – Абигор подойдя обнял меня, – Помни мы будем рядом.

– Да и старайся не препятствовать, когда сила будет пронизывать тебя. Помнишь, когда я делилась с тобой воспоминаниями? – увидев мой кивок, Лолли продолжила: – Тут также пропускай через себя, не пытайся остановить поток, будет больно. Только не допускай мою ошибку – не поддавайся на уговоры отдать тело во власть стихии.

Мы все вместе вошли на полигон, который богини накрыли куполом.

Мама, протянув мне кинжал, сказала:

– Нужна твоя кровь – обе ладони порежь, – выполнив, что сказала мама, я ждала дальнейших указаний. – А теперь повторяй за мной дочь: – Кровь к крови моей, сила к силе моей, веди меня сквозь мглу и свет, и пройдя раскрой крылья мои, ибо я дочь твоя Валькирия.

Проговаривая слова вслед за мамой, я сначала ничего не почувствовала, а затем я оказалась в круге двадцати в своём, необычном сне!

Вокруг меня собрались сёстры по духу и смотрели на то, как моё тело прошивали молнии, было ужасно больно, настолько, что моё тело выкручивалось на сто восемьдесят градусов.

– Зачем ты это сделала? – голос Сорбинэллы я узнала, – Зачем без поддержки залезла в круг инициации?

Вспомнив Кондрика, и всё то, что я к нему чувствовала, я расслабилась – и наконец боль исчезла, чтобы появиться вновь с большей силой…я не понимала происходящего вокруг, но в этот момент я чувствовала себя всемогущей…кажется, Роксоллана себя не контролирует…как помочь ей?

Но она вновь справилась сама…выходя из круга, она уже не была той Роксолланой, что знали в общине – это была настоящая валькирия – жестокая и беспощадная, знающая себе цену.

Обведя присутствующих светящимся взглядом, Роксоллана произнесла:

– Нас предали! Нас, непобедимых валькирий намеренно уничтожали! Втаптывали в грязь, лепя из нас, кроток – подкладывали под нужных для некоторых лиц демонов!

– Видящая?! Не может быть! Она говорит с предками?? – раздавались возгласы со всех сторон, только Роксоллану они, казалось, не волновали.

– Самая верхушка власти прогнила, Кандруэлла предала вас, – после этих слов глаза Роксолланы перестали светиться и она без сил упала.

Глава 7

Первое, что я почувствовала придя в себя – боль, которая наполняла каждую клеточку моего бренного тела. Словно меня опустили в крутой кипяток, а потом ощипали…

Как сказал некто мудрый – если ты мыслишь и чувствуешь – то ты живой, так что есть хорошая новость – я жива. Но почему так больно? Я не справилась?

Тихо отворилась дверь и я, напрягаясь, всё – таки раскрыла глаза. Вошла мама, мягко ступая по ковру, её лицо отображало беспокойство – неужели всё так плохо?

Прочистив голосовые связки, я заговорила охрипшим голосом:

– Я провалила инициацию, да?

Мама присев рядом, взяла мою руку в свою:

– Лежи, дочь, не пытайся вставать. Ты прошла инициацию, только всех перепугала.

– Так что случилось?

– Слишком большой поток силы ты пропустила через себя.

– И всё?

– Не совсем. Если у меня каждая стихия проходила отдельным потоком, то ты намешала все стихии в один плотный поток.

– Поэтому я себя чувствую как игрушка попавшая на рельсы под поезд?

– Ну вот, чувство юмора вернулось, жить будешь.

– Скажи, а почему тогда выражение лица у тебя такое, словно ты кого – то похоронила?

– Сашенька, сколько думаешь, ты тут лежишь?

– Ночь? – её слова вызвали во мне неуверенность в предположении.

– Неделю, Саш ты в отключке провалялась семь дней, за эти дни я постарела на лет двадцать.

– Я честно не хотела пугать вас. А где папа?

– В академии он, совсем недавно ушёл, позвать? Ой, тебе покушать надо, сейчас распоряжусь…

– Ма, не суетись, лучше просто полежи рядом.

Лолли прилегла рядом, а я, обняв её, положила голову ей на плечо. Она гладила меня по голове, как в детстве…зажмурилась от удовольствия…как же хорошо, когда есть мама.

Прошла ещё одна неделя после инициации – ничего нового я не чувствовала в себе, единственное, что меня напрягало – мои сны прекратились. А я уже к ним успела привыкнуть настолько, что, казалось, это часть меня. В какие – то моменты я даже отождествляла себя с Роксолланой, ведь находясь в её теле, я чувствовала то, что чувствовала она…

А ещё очень хотелось узнать продолжение истории. Смогли ли они наказать Кандруэллу? Смогли ли защитить сердце? Мне хотелось окунуться снова, пусть и не в мои, приключения.

Думая о своём, я ходила по комнате взад – вперёд – обратно и чем больше думала, тем больше начинала нервничать.

Вспомнив про свою чудо-книгу, я решила задать вопрос артефакту.

– Где сейчас находится сердце валькирий?

Книга, шурша страницами, остановилась на странице и засветилась, прочитав текст я не удивилась ответу. А написано было одно слово. Неизвестно.

– Книга, что тебе известно о валькирии по имени Роксоллана.

Книга, выдав очередной ответ, засветилась. – Данная информация отсутствует. – Бесполезная ты книга, скройся! – меня раздражал факт отсутствия хоть – какой-либо информации. Хоть бы что – то.

Богини будто избегали со мной встреч – ну невозможно же, что живя в одном доме ни разу не столкнуться. Вообще, последний раз мы нормально разговаривали, только когда я заблудилась и попала к Кане в кабинет…

– А вот ты где! – В гостиную вошла мама и Абигор.

– Я вас не ожидала так рано увидеть, – я была, конечно, рада видеть родителей, просто настроение было паршивое.

– Дочь, помнишь ты говорила, что хочешь попробовать себя в качестве секретаря?

– Помню и готова приступить хоть сейчас, – я готова на луну выть от безделья. – Мам, можно вопрос? Почему я не чувствую разницы силы до инициации и после?

После моего вопроса Лолли отвела взгляд, такс…опять тайны.

– Чего я не знаю?

– Нам пришлось поставить блок на большую часть твоей силы. Но это временно. Пока ты не увеличишь свой внутренний резерв, потому что он оказался мал для такого количества магии.

– Ещё есть секреты? Мам, мы, кажется, договорились всё обговаривать не таясь. За прошедшую неделю я бы смогла его увеличить, а не валяться. Как кстати его увеличивают?

– Ага и вконец бы загнала себя!

– Так, девочки мои, выяснение отношений откладываем для лучших времён, – Абигор впервые влез в наш, только начавшийся спор с мамой, – у меня на рабочем месте неразбериха с документами, поэтому Сашенька – прямо сейчас приступишь к выполнению обязанностей.

Переместившись, мы оказались в комнате, похожую на обычную приёмную у любого, кто занимает высокий пост: стол полукругом и стул рядом – скорее всего, рабочее место секретаря – то бишь уже моё. Несколько шкафов с папками, диванчик, кресло, несколько стульев.

– Видишь? – показав на целую кипу бумаг, лежавшую на столе – это всё перепутано! И это только малая часть. Спаси меня, Сашенька от этой разрухи!

– Я постараюсь быстрее вникнуть.

– Близнецы проснулись. Я ушла, – Лолли, помахав на прощанье, скрылась в портале.

– Если вдруг что непонятное – я вот там, – махнув рукой на дверь, папа тоже ушёл и оставил меня наедине с бумагами.

– Где наша не пропадала! Справлюсь! – подбодрив себя перед рутинной работой, я начала сортировку бумаг: договора в одну сторону, акты в другую, это вообще с личного дела…

Я решила сначала рассортировать всё по назначению бумаг, а потом пересортирую по содержанию, найдя нужные папки я раскладывала по местам недостающие страницы.

– Какая ты умничка, разобрала завал, Саш ещё просьба, – протянув мне огромный лист, – вот это лист записи встреч, пересмотри всё, встречи подтверди, – видя моё недоумение, – вон видишь ту штуку? – пальцем показал на шкатулку, лежащую на столе, предназначение которой я вообще не поняла и хотела убрать.

– Ага.

– Это магпочта. Разработана специально для тех, кто не умеет по-другому отправлять сообщения. Но всем понравилась задумка и теперь вот такие артефакты связи есть у всех.

Несколько нелюдей перенесла на другие дни, остальные отписались, что обязательно придут – не завидую Абигору, двадцать встреч подтверждено. Весёлый у него завтра будет денёк.

Постучавшись, вошла в кабинет к начальнику, то есть Абигору…надо уже привыкать, а то назову его папой или просто по имени, вот будет потеха…

– Абигор Люциуфус, двадцать встреч на завтра подтверждено, трое перенесены на другие дни.

– Хорошо, Саш, к чему столь официально?

– Пытаюсь привыкнуть говорить так, как обычно, это делают подчинённые.

– Саш, я подумал, может, вернёшься домой?

– Я только за! Тем более что последнюю неделю богини вообще меня избегают. Уверена, что они даже не заметят, что я больше не живу у них.

– Тогда оставляй всё как есть и пошли домой, всю работу всё равно не переделаешь, а уже время ужина и Лолли ждёт нас.

– Так вы знали, что я быстро соглашусь вернуться?

– Ну…не знали, но предполагали.

Придя домой мы с отцом обнаружили Лолли за сервировкой стола:

– Вы уже пришли?! Пойдёмте за стол, уже всё стынет.

– Ма, вкусно пахнет, неужели сама готовила?

– Я надеялась, что ты придёшь и решила немного вспомнить земную кухню…

– Спасибо, – подойдя, я чмокнула Лолли в щёчку, – прям настоящий праздник.

– Дочь, как рабочий день?

– Нормально, хочу завтра перебрать документы в шкафу. А вот папе не завидую – двадцать встреч…

– Ну у меня теперь есть секретарь, который будет составлять щадящий график приёмов, – говоря, Абигор заговорщицки мне подмигнул.

– Как всё-таки классно оказаться дома! Я так соскучилась по этому всему!

Отужинав, я ушла в свою спальню и решив освежиться, пошла набрать воду, но открыв дверь в комнату и шагнув туда оказалась вообще не в ванной комнате.

Меня прошиб озноб – куда это меня занесло? Я ведь не ложилась спать! Откуда тогда ощущение нереальности происходящего и чувство, что я попала в продолжение своего сноведения?!

Оглядываясь по сторонам – полуподвальное помещение похожее на пещеру, везде по стенкам скатывалась и капала вода, на стенах развешаны факелы. Услышав звук шагов, которые в пустой пещере раздавались слишком отчётливо, я пыталась слиться со стенкой в тёмном углу.

Выглядывая из – за своего укрытия я наблюдала за разворачивающимися действиями в центре пещеры, где была прикована женщина, вся в кровоподтёках и ссадинах, в которой, я узнала Кандиэллу. Всё-таки я сплю? Нет! Я точно помню, что не ложилась спать!

– Отдай мне артефакт добровольно и останешься жить! – голос говорившей я узнала – глава старейшин – Кандруэлла.

– Нет…не дождёшься! Добровольно не отдам!

После её ответа послышались шлепки, следом смех вперемежку с хрипами:

– Новая хранительница сердца уже рядом – ты никогда не будешь владеть им!

– Убью её, а ты будешь смотреть, как она умирает! – Кандруэлла развернулась и быстрым шагом ушла из пещеры.

Воспользовавшись её отсутствием, я подошла к связанной Кандиэлле.

– Не бойтесь меня, я хочу вам помочь, – я начала пытаться развязать женщину.

– Стой. Как твоё имя?

– Александра, но это неважно. Я сейчас, потерпите.

– Сердце валькирий выбрало новую хранительницу – тебя!

От удивления я даже прекратила её развязывать:

– Вы о чём? Нужно уходить отсюда, Кандруэлла скоро вернётся.

– Передаю тебя, начало начал новой хранительнице – Александре.

Артефакт, висевший на шее у валькирии, засветившись едким зелёным цветом, левитируя, снялся с её шеи и подлетев, оказался одетым на мне.

– Вы ошиблись, я здесь случайно, – мои чувства смешались и мысли скакали, как стадо перепуганных баранчиков.

– Уходи.

– Я не брошу вас тут.

– Моя участь предрешена, а ты – можешь изменить ход истории.

Раздавшиеся шаги заставили меня подпрыгнуть, сердце глухо стучало – я не могла её бросить на растерзание, но Кандиэлла покачав отрицательным жестом головы, остановила меня. Прыгнув в сторону, я оказалась вновь в своей комнате.

– Нет! Боже! Кандиэлла! – на мои глаза наворачивались слёзы, мне было больно до тошноты осознать, что я её бросила. – Что за фигня творится! Кто мне ответит на вопросы!? Где сон? Где явь? Где я настоящая там или тут? Что вообще со мной происходит?

Наклонив голову, увидела артефакт, висевший на мне, взяв его в руку, зашипела на него:

– Всё из – за тебя, все погибшие – гибли из – за тебя, ненавижу!

Артефакт на мои слова отреагировал – засветившись красным, он ударил мелким током мою руку, заставив отпустить его и повиснув на верёвочке, он перестал светиться.

– Книга, с которой я разговариваю есть, теперь ещё добавился ты – умеющий бить меня током за плохие слова в твой адрес! Не хватает для полного счастья метлы и говорящего кота или вороны, а ещё колпака из комиксов про ведьм! Буду жизнь хорошим нелюдям портить, тьфу, блин! Тошно-то как!

Утро застало меня врасплох – не спавшая почти всю ночь, я резко подпрыгнула от звуков хлопающей двери. И хотя она открывалась и закрывалась отнюдь не громко, для меня это было сродни взрыву атомной бомбы – у меня вконец нервы сдали.

Покачав головой самой себе – какая стала пугливая, я протопала в ванную, выйдя из которой обнаружила горничную расправляющую мой наряд.

– Коррила, давай не это, может голубое платье? Оно не такое громоздкое! – обратилась я к горничной.

Облачившись в цвета неба платье, я глядела на себя в зеркало и повертевшись со всех сторон, осталась довольна – не стесняет движения и сидит вполне сносно – то что надо. Волосы попросила собрать в пучок, а-ля творческий беспорядок. Чувствую, сегодня будет много работы, поэтому нужна удобная одежда, да и причёска слишком замудрённая не нужна. Ох, как я была права!

Позавтракав, мы с Абигором ушли в академию порталом и понеслось: Александра, принеси отвары трав! Нет лучше кофе! Принеси этот договор! Не этот! Пригласи того, проводи этого! Здесь перепиши! Почему не придумали тут компьютер, всё вручную приходилось исправлять.

Набегалась к концу дня настолько, что гудели мои ноги как трансформаторные будки. Хорошо, что остался последний посетитель: некто граф Гершфондский, который занимался выведением редких магических животных и по совместительству являлся помощником проректора Каневьеллы.

Сняв обувь, я уселась на своё рабочее место и пока никого нет, с наслаждением вытянула их и зажмурилась от удовольствия…как хорошо…явно забывшись где я нахожусь.

– Тяжёлый рабочий день? – хриплый старческий голос заставил прийти меня в себя и, резко подобрав под себя ноги, я уставилась на говорившего.

– А вам разве назначено? – ком в горле не давал мне говорить, потому что предо мной, собственной персоной, сидел мой недоистинный – как я могла забыть о нём и быть такой беспечной?

Я и правда забыла, почему жила у богинь. Со всеми странностями, что со мной происходили, угроза от Ширвана казалась далёкой и не столь важной, что забылась даже мысль о нём.

– Мне назначено, – не сводя с меня взгляда, хрипел он, что с его голосом? Я ведь помню ноты его голоса, когда он объявлял о помолвке. Вполне был голос молодого человека, тьфу, блин, демона.

Вспомнив о его помолвке злость и горечь заполнили меня, моя неуверенность от встречи прошла и я с вызовом посмотрела ему в глаза:

– К сожалению, вы не записаны, остался лишь граф Гершфондский, а вы попробуйте записаться на другой день, – я говорила настолько нудно, сухо и безжизненно, словно автоответчик. Как говорила моя бабочка – в любой непонятной ситуации делай морду кирпичом, а хвост пистолетом и добьёшься, чего хочешь.

Вот и его лицо, которое освещало подобие улыбки, вдруг перекосило от моего приёмчика с безразличной холодностью, которую я напустила на себя, получай гранату!

– Александра! А, сир Гершфондский уже тут, хорошо, проходите, – выйдя, Абигор смотрел на сидевшего Ширвана и не замечал подвоха…может, с моими глазами что – то не то?

Подождав минут двадцать я всё – таки не выдержала, налила две чашки с кофе и, постучавшись в кабинет к Абигору, я зашла внутрь. Я должна удостовериться. Нет мне не показалось. Ширван сидел в кресле и чувствовал себя он там весьма свободно – откинувшись на спинку кресла, руки свободно лежали на подлокотниках, ноги скрещены – его поза просто кричала, насколько он расслаблен и уверен в себе.

Что не так? Почему Абигор не видит?

– Может, скинете маску? – ляпнула я прежде, чем подумать о последствиях вскрытия его личности.

– В смысле? – спросил Абигор, смотря то на меня, то на подставного графа, который, к слову, хорошо держится – даже ухом не повёл.

– Абигор Люциуфус, вы разве не видите, что это подставной граф? Голос изменил и всё, никто не узнает? – я не понимала, почему Абигор не видит того, что вижу я.

Вот теперь я, кажется, удивила Ширвана, вон как его мордаха вытянулась.

– Если это не граф, то кто это?

– Серьёзно не видите? Это Ширван! – ну вот, я произнесла его имя, от которого он вздрогнул и как – то задумчиво посмотрел на меня – надеюсь, не будет убивать меня за то, что я его рассекретила.

– Ширван если это и правда ты – сними личину, обещаю сильно бить не буду.

Желваки на его лице заходили ходуном, возможно, мне показалось, но, кажется, я даже скрип его зубов услышала. Повертев кольцо, надетое на палец, псевдо-граф снял его. Для меня ничего не изменилось, а вот Абигор стоял явно в шоке.

– Ширван, объяснись.

– А чего объяснять, – его голос стал нормальным, каким я его и запомнила, – вы спрятали мою истинную. А она сбежала, не поговорив. Приходится быть изощрённым в выдумках, чтоб узнать нужную для меня информацию.

– А вы вообще должны были пройти ритуал единения! Обещались разорвать эту ненужную ни для меня, ни для вас связь! И вообще, связь односторонняя, только с вашей стороны – я же не чувствую в вас истинную пару, – мой язык иногда живёт сам по себе, прикусила его, но было уже поздно – я снова привлекла внимание Ширвана.

Его глаза метали молнии, а ноздри раздувались как у быка, который сейчас пойдёт в атаку. По-видимому он себя ели сдерживает, вон как раздулся и сжал кулачищи, мамочки…если он ими махать начнёт? Его удерживало лишь присутствие Абигора, иначе чувствую, мне пришлось бы туго.

– Ты. Моя. И это не обсуждается, – каждое слово он чеканил, словно ставил клеймо на мне этими словами.

– Я ничейная, я сама по себе девушка. Своя, собственная, – заговорила я словами героя мультфильма Простоквашино, меня раздражал и бесил этот собственник, который ещё и твердолобый – кроме себя, не слышит ни кого.

– Саша, иди домой.

Открыв портал, Абигор заставил меня уйти, за что я ему благодарна – ещё несколько минут в обществе этого твердолобика я бы не выдержала, если бы он хоть капельку был таким, как Кондрик…Роксоллане однозначно повезло!

Появившись дома без Абигора, я вызвала недоумение у мамы. На её вопросительный взгляд сказала:

– Он ещё на работе, там с Ширваном общается, – его имя выплюнула из себя, не знаю почему, но вся эта история с истинностью меня нервировала.

– А он как оказался в академии?

– А он оказывается, работает помощником небезызвестной нам богини Каны, но, правда, под личиной некого графа Гершфондского!

– И как он был рассекречен?

– Я-я-я…его сразу увидела, только голос был другим, а Абигор общался с ним не замечая, что это вовсе не граф, вот… я и не сдержалась, сказала Абигору кто он… – по мере своего рассказа я смотрела на Лолли, которая хмурилась, но для неё не было открытием то, что я говорила. – Мам, ты не удивлена?! – не выдержала я и задала вопрос, который меня мучил.

– Ничуть. Я ожидала нечто подобное. Помнишь, я говорила, что истинная – это непросто слово – это смысл жизни. Он будет пытаться покорить тебя, раз за разом выдумывая новые способы, пока твоя крепость не упадёт.

– Не упадёт моя крепость! Не нужен мне он! А Кана зачем помогает ему?

– А вот это я узнаю у неё. Хотя тоже могу догадаться – в своё время она помогла нам с Абигором поговорить, сталкивая нас во сне. Меня волнует другое – каким образом ты смогла увидеть Ширвана через морок. Который я думаю, если замешана Кана, то именно она делала артефакт, а значит, морок должен быть неуязвимым для других.

– Значит, и богини допускают ошибки!

– Не думаю. Не сходится. Дочь, с тобой ничего в последнее время ничего не происходило?

– Нет, – я откровенно врала, но мне не хотелось говорить маме о своём внезапном путешествии во времени, – даже сны после инициации больше не снятся.

– Странно. О вот и Абигор.

Встречая папу из портала, я нервничала, всё-таки до чего они там договорились?

– Что за трагизм у вас на лицах? Всё хорошо! Мы просто поговорили, и всё!

– И о чём вы договорились?

– Ширван официально попросил у меня, как у твоего отца, одобрения ухаживать за моей дочерью.

– И что ты ответил? – я кусала губы от нетерпения и волнения, неужели Абигор решил всё за меня? И мама была права? Абигор встал на сторону Ширвана?

– Не смотрите на меня так, словно я сделал нечто предосудительное!

– Пап, хватит мучить!

– Я сказал, что не буду лезть в личную жизнь своей дочери и одобрю ту кандидатуру в её ухажёры, которую выберет она сама. Так что дочка, сама решай, что делать дальше. Соответственно и последствия разгребать тебе. Не ошибись, делая выбор.

– Спасибо, спасибо, спасибо! Вы самые лучшие родители в мире! – В порыве благодарности я прыгала как заведённая игрушка и обнимала по очереди родителей.

– А вот это похоже на лесть, молодая леди! – щёлкнув меня по носу, Абигор рассмеялся. – Знаешь, как реагирует на лесть твоя мама?

Посмотрев на маму, которая пыхтела как ёжик, я решила поддержать игру Абигора:

– И как она реагирует?

– Бьёт подушками, ай, ну вот ещё ноги топчет! – Абигор явно подтрунивая над Лолли кривлялся и смеялся от души.

– Ах так! Я-я-я… – внезапно глаза Лолли наполнились слезами.

– Мам, ты чего?! Мы же шутили! – я не понимала, что не так.

– Кишма, что случилось?

– Ничего…просто я, похоже, из декрета не вылезу… – слова шли со всхлипами.

– Неужели?! – Абигор уставился на жену неверяще. – Почему я не почувствовал?

– Срок ещё маленький! Я снова стану похожей на а-а-ар-бу-у-уз! – слова Лолли тянула из – за всхлипов.

– Ты будешь выглядеть ещё прекраснее, – Абигор обнял Лолли и успокаивал как маленькую, поглаживая по спине. Ты не рада?

– Рада, просто, наверное, гормоны…

– Поздравляю! Родители! – смотря на их нежности, как они обнимают друг друга, я не нашла ничего лучше, как скрыться из их вида.

Пусть побудут вдвоём. Счастье – такое хрупкое понятие, которое не схватить и не измерить. Его можно только почувствовать и постараться сберечь. Кому – то для счастья хватает покушать, кому – то нужно чуть больше, чем простая машина советского автопрома…

А что мне не хватает для полного счастья? Трудно ответить на этот вопрос. Родители рядом, я, конечно, счастлива от этого, но…своё место в жизни я ещё не нашла, может поэтому у меня такая пустота внутри? Да ещё эти загадки, что окружают меня, не делают мою жизнь счастливее.