Текст книги "Чужая война"

Автор книги: Наталья Игнатова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

Кем же он был, пока… пока был? Что за воин стал рабом Князя? Мертвым рабом. Живыми таких не берут. И не только в силе и скорости дело. Холлморк был бойцом. Прирожденным. И убитым. Он был воином от Богов, самой сутью своей, некогда живой, а сейчас словно ожившей, он был бойцом. И почти непрерывно звенит, уже стонет, плачет металл. Атаки. Бесконечные атаки. И не верится, что Элидор еще способен защищаться.

«В защите можно продержаться какое-то время, – холодно подумал Эльрик, – но рано или поздно придется атаковать. Или погибать. Впрочем, в нашем случае это равнозначно». Он знал, что не вмешается в поединок. Он не знал только, что будет делать после того, как холлморк убьет Элидора, а он, Эльрик, убьет холлморка. Шипы ошейника рвали до крови. Но в очередной серии атак, красивых, быстрых, смертоносных, меч Спутника стал вдруг еще длиннее. Элидор извернулся в немыслимом пируэте. Ушел. Почти. Скрежетнуло по кольчуге, вминая кольца. Запах крови ударил в ноздри, и алым плеснуло на тускло блестящую сталь.

А холлморк уже вновь атаковал. И клинок его удлинялся на лету, вытягивался – медленно… Торжествующий полет прервался неожиданно и грубо. Резким звоном и не менее резкой руганью на зароллаше. Сим с Киной даже не поняли сперва, что происходит – слишком быстро исчез Эльрик. Исчез, чтобы возникнуть призраком между Спутником и эльфом. Чтобы ввязаться наконец-то в этот бой. Чтобы прикончить собственный страх и собственные противоречия.

И ругался на зароллаше Элидор. Ругался, то ли от злости на то, что слишком долго шефанго не вмешивался, то ли, наоборот, злился на непрошеное вмешательство. А может, просто так ругался, от полноты чувств. От того, что взлетало и опускалось лезвие топора, словно вплетая свой мотив в узорный ритм танца его меча. От того, что двое их было… нет, трое – разъяренной кошкой подлетел Сим, отводя душу на всех языках Материка, и отводя весьма многоэтажно. Трое – это совсем не то, что один. Да. Втроем-неважно, против одного или против десятка, – они были непобедимы.

Нет. Вчетвером. Стоя на коленях возле почти погасшего костра, смотрела на короткую агонию боя Кина. И с этим ее взглядом, с теплой синевой огромных глаз, с этой надеждой и уверенностью – неважно, против десятка или против всего мира…

Они. Были. Непобедимы.

Из архива ордена Белого Креста.

Секретно.

Досье.

Выдержки.

Брат Элидор.

«Тот, кто всегда возвращается».

Возраст – неизвестен. Воспитание – монастырь.

Специализация – боец. Уровень – третий. Направление – Десятиградье. Местопребывание – монастырь Жерара Беспощадного. В ордене – 20 лет. Боевых выходов – 52. Срывов – 3.

Рекомендации – серия боевых выходов в нестандартных условиях, с последующим переводом в Аквитон для подготовки по уровню «элита». Военный секрет ордена Белого Креста.

Брат Роман.

Из архива ордена Белого Креста.

Секретно.

Досье.

Выдержки.

Брат Сим.

Возраст – 42 года. Воспитание – домашнее (Лен).

Специализация – наблюдатель. Уровень – второй. Направление – джэршэитский восток. Местопребывание – монастырь Томаса Проповедника.

В ордене – 12 лет. Боевых выходов – 18. Срывов – 0.

Рекомендации – продолжать использовать на восточном направлении. При малейшей возможности повышать уровень: очень перспективный материал.

Разведывательный секрет ордена Белого Креста.

Брат Оттон.

Эльрик де Фокс

Убивать холлморка, даже такого невероятного бойца, как наш Спутник, – грязная работа. Но добивать холлморка…

Это, скажу я вам, совсем не то, что убивать. Да уж. Это намного грязнее.

Когда голова Спутника отлетела в сторону, а туловище развалилось пополам и подогнулись подрубленные ноги, Сим перестал наконец щериться и визжать, как урожденный сипангец, и торжествующе развернулся к нам с Элидором. Дитя дитем. А ведь вроде умный мужик.

Теперь главное не мешкать.

Безголовое, разрубленное туловище уже корчилось на траве, пытаясь подтянуться само к себе. Да уж. Сказал так сказал. Скажите лучше, если умеете.

Сим побелел и отскочил в сторону.

– Иди к Кине, – рыкнул Элидор.

Гоббер дернул к девочке – только пятки сверкнули.

Вдвоем с эльфом мы быстро отделили от уворачивающегося туловища руки и ноги. Не давая им расползтись (как звучит, а! Видели бы вы, как это смотрится!), принялись заталкивать конечности в костер. Я лезвием топора заставлял их оставаться там, куда положили, а Элидор быстро заваливал корчащиеся в судорогах руки и ноги охапками хвороста.

Эх, была у меня выпивка!

Флягу пришлось опустошить в начавший угасать костер, и огонь жадно выметнулся, пожирая странное угощение. Еще бы! Под такую выпивку и залежалая мертвечина пойдет. Два литра спирта! Два литра! И какого!

Сима рвет в кустах.

Кина плачет.

Ее бьет жуткая дрожь.

В конце концов, когда жареным мясом воняло уже невыносимо, я отпустил Элидора. Конечности теперь не выползут, а тело без них вполне безобидно.

Эльф отошел было к менестрельке. Потом обернулся:

– Спасибо, де Фокс.

– Не за что.

– Ты сделал все, чтобы я сам мог его прикончить.

– Не люблю руки пачкать.

Элидор пожал плечами. И ушел.

Вот ведь… А услышать благодарность было приятно. И чего я на эльфа окрысился? Потому и окрысился, что порадовался. Вечно у меня все не как у людей. Чтобы не размышлять на эту тему, я забросил в костер яростно шипящую голову Спутника. На лету эта мерзость умудрилась Вцепиться мне в палец. Бр-р-р. Сперва Кина укусила, теперь этот…

В итоге голова полетела в огонь вместе с многострадальной перчаткой.

Пытаясь вытрясти из фляжки хоть капельку в собственную глотку, я услышал, как с тихим хлопком лопаются глазные яблоки холлморка. Выползший из кустов гоббер тоже слышал это. И кажется, видел. Во всяком случае, его тут же унесло обратно.

Похоже, что у меня в конце концов тоже началось что-то вроде истерики. Уж больно спокойно воспринимал я царящее вокруг безумие. Жареных мертвецов, дергающиеся под слоем сушняка ноги и руки. Щелкающую зубами башку с вытекшими глазами…

Да, собственно, какая разница?

Лишь бы горел огонь.

А потом мы заснули рядом с прогоревшим костром. Без охраны. Без караула. Даже не потрудившись отойти хоть чуть-чуть подальше от дороги.

И, видимо, Темный хранил нас весь остаток ночи.

Проснулись мы, когда вовсю уже начался новый день. Действительно новый. По сравнению с предыдущими четырьмя этот день был похож на первый с создания мира. Свежий. Светлый. Сияющий.

И Кина готовила завтрак, не обращая внимания на обгоревшие кости под слоем пепла и углей.

Она посмотрела на нас и сказала:

– Какие же все мужчины лентяи! Солнце вон уж где, а вы все еще спите. Стыдно.

Но стыдно нам не было.

Нет. Ни чуточки.

ИГРОКИ

– Вы играете нечестно.

– А ты? Фигура такой мощи не оговаривалась.

– Я и не вводил ее.

– Тогда откуда он взялся, этот Князь? Он играет за твой цвет.

– Он играет сам за себя.

– Ты теряешь контроль?

– Да нет же. Просто появился еще один Игрок.

– Бред!

– Не больший, чем ваша придумка. Вы не имели права Использовать мои фигуры.

– О чем ты?

– Об этих четверых. Вы играете белыми, не троньте Черных.

– Они объединились без нашего вмешательства.

– Врете!

– Выбирай выражения. И, кстати, ты ввел в Игру Древних И Тварей.

– Имею право.

– А мы имеем право использовать нашу четверку.

– Вашу?

– Разумеется.

– Не обожгитесь, когда потянетесь к ним ручками, Величайшие. Очень скоро они станут ничьими.

– Хочешь сделку?

– Ну?

– Отзови Тварей, и мы поделим этих четверых.

– Разделившись, они потеряют силу.

– Может, оно и к лучшему, а?

– Может быть. Хорошо. Я подумаю.

ФИГУРЫ

Готская империя. Дорога к замку Шотэ

– Ну что, господа. Прикрываться именем Белого Креста нам строго-настрого запрещено. Придется стать наемниками – на большее мы не годимся. – Элидор обвел развалившуюся на травке компанию суровым взглядом.

– А вот как мы будем объяснять присутствие с нами дамы?

– Да чего там объяснять-то? – искренне удивился Сим. – Дама, она же завсегда. Она ведь на то и дама. Ну а мы… Мы при даме. Дама при нас. Дама с нами то есть и без нас никуда, а мы без нее, потому как…

– Сим.

– Понял. Молчу.

– Лучше подумайте, как мы будем объяснять присутствие шефанго, – хмуро посоветовал Эльрик. – Что же до дамы, то где примут нас, там примут и Кину.

– А где примут Кину, там примут и нас, – поддержал гоббер. – Правда ведь, принц, даму всегда принимают, ну и нас терпят, потому что, как я уже говорил…

– Логики не лишено, – неохотно признал Элидор. – Кине действительно везде будут рады…

– А вы за свиту сойдете, – весело подала голос эльфийка. – За охрану мою.

– Дослужились, называется, – пробурчал Эльрик. Негромко, но так, чтобы все слышали.

– Ничего, принц, – утешил его Сим. – Поработаешь на Белый Крест лет сто, глядишь, повышение дадут. Ну а пока, извини, свободно только место телохранителя.

– Мало я тебе вчера треснул.

– Много, – честно возразил гоббер. – У меня на затылке шишка больше головы. А вообще, нам главное на «Бичей» не напороться. Они же безумные. Элидор, ты слышал эту историю о том, как ихний Зигфрид двух наших, орденских, за ересь насмерть запытал? Говорил потом, что не знал, откуда они. Может, и правда не знал. Может, у них задание вроде как у нас было, чтоб ни при каких обстоятельствах и вообще Белый Крест с краю. Я не знаю. Но Зигфрид-то этот живой еще.

– Они – рилдираны, – холодно сообщил эльф.

– Ты же говорил, что в палатинате рилдираны!

– В ордене Бича тоже. Вся верхушка.

– А-а! – Гоббер подскочил на месте и радостно хлопнул себя по лбу, – Так вот почему магистр запретил Эльрика убивать. Потому что Эльрик у «Бичей» первый враг… Эй, принц, ты чего?

– Я – ничего. – Эльрик вытянул руку и полюбовался на свои страшные когти, – А что, Белый Крест меня прикончить собирался?

Сим тревожно посмотрел на Элидора.

Топор де Фокса лежал по обыкновению совсем рядом с хозяином. Только протянуть руку…

– Чего молчите? – Слепые алые глаза уставились на монахов. – М-мать… извини, Кина… Вам-то я что сделал?

– Ты опасен, – после паузы ответил эльф.

– Вы как, всех опасных истребить планируете? Не скучно будет? Потом-то?

– Не всех. – Элидор покосился на посерьезневшую Кину. – Да и тебя, если уж на то пошло… Это были просто далеко идущие планы. Понимаешь, очень трудно предсказать, когда тебя вскинет. И от чего. Поэтому убивать рекомендовано было наверняка, А такое маловероятно, сам знаешь.

– Вы в самом деле безумцы. – Эльрик покачал головой. – Где я и где Белый Крест? Это ж Восток и Запад! Разные концы Материка! Вам что, здесь дел не хватает?

– Что до «здесь», то всего пять лет назад ты, помнится, резвился в Готской империи, – сухо напомнил монах, – И Белый Крест не уверен в том, что ты не возьмешься за него.

– Но зачем?!

– А зачем ты убивал «Бичей»?

– Ясно. Ладно, меня помиловали, и хрен с вами. Едем дальше. Рыцари – рилдираны. Палатины – рилдираны. Королевский дом – тоже рилдираны?

– Да. И только де Шотэ – Опаленный.

– Хоть какое-то разнообразие. Есть еще что-нибудь интересное? Или можно ужинать?

– Есть. Сулаймана помнишь?

– Которого?

– Ну, хозяина своего.

– У меня нет хозяев.

Элидор вздохнул и сел рядом с костром, заглянув краем глаза в котелок:

– Сим, это уже готово?

– Еще минутку, – откликнулся гоббер. – А что Сулайман? Тоже рилдиранин? Как много рилдиран появилось! Здорово просто! Вот, помню, как-то в Картале украл я здоровенного черного петуха…

– Да! – рявкнул Элидор.

– Чего да? – Сим вытаращился на него круглыми глазами.

– Тоже рилдиранин, – ответил эльф.

– Может, он еще и гот, в довесок? – мрачно поинтересовался де Фокс.

– Думаешь, рилдираны только у готов есть? Он чистокровный исман. Но не джэршэит, а барбакит. Это ваш, восточный, аналог нашей ереси. Так вот, через твоего Сулаймана «Бичи» и палатинат общались с барбакитами, а заодно и друг с другом.

– Барбакитов я знаю. И что друг с другом общались – понятно. Ас… Что?! Друг с другом-то почему через Сулаймана?

– Тонкости внутренней политики, любезный принц. Учись. Тебе пригодится.

– Чесать правое ухо левой ногой? Шутишь!

– Если бы.

– По-моему, на сегодня хватит, – вмешалась Кина, помогая Симу снять с огня котелок. – Давайте ужинать, а потом – спать.

– Князь, – индифферентно обронил гоббер, доставая из-за голенища ложку. Большую. Серебряную. Смотрел он не в свою глубокую миску, а куда-то за спину Эльрику с Элидором, смотрел так, словно нацеливался этой самой ложкой врезать кому-то там по лбу.

Элидор обернулся… И вскочил на ноги, уже с мечом в руках. Эльрик вырос рядом с ним почти одновременно. Только вместо меча у него был топор.

– Добрый вечер, господа, – мягко произнес невысокий черноволосый мужчина. – Простите, что беспокою вас столь неожиданно, но, как мне кажется, нам необходимо поговорить. Да, кстати, ваше высочество, мы не знакомы. Мое имя Дрегор. Князь Дрегор.

– Ну-ну, – невежливо буркнул Эльрик. – Мое высочество полагает, что оно достаточно известно, чтобы не представляться. Дальше что?

– Должен сказать сразу, господа, – Князь обаятельно улыбнулся и взъерошил копну черных волос. – Я сожалею о вчерашнем недоразумении. Возможно, мы с вами просто не поняли друг друга. Я сам, признаюсь, привык не доверять никому и не смог понять, что таких мужественных и честных воинов оскорбляет приставленный соглядатай… Что же до попыток избавиться от вас, господин Элидор. И от вас… ваше высочество… Теперь я знаю, что с такими, как вы, лучше сотрудничать, чем ссориться. Так что, надеюсь, вы вспомните про данное мне обещание и привезете палатина в Тальезу?

– Палатина или звездочку… – индифферентно пробурчал эльф.

– Да. Именно так. Я полагаю, вас все еще интересуют обещанные деньги?

Элидор пожал плечами:

– Мы подумаем.

– Подумайте. – Князь снова улыбнулся. Скользнул взглядом по пыльным плащам. – Подумайте. На одних подарках далеко не уедешь, да и Брайра больше нет, верно? А доброхотов в мире немного.

Монах поймал дернувшегося Эльрика за длинную косу:

– Остынь, принц. – И оскалился в ответ на улыбку Дрегора. – Обет бедности, уважаемый, приучает довольствоваться малым. Мы сейчас как раз занимаемся перевоспитанием его высочества с целью принятия в орден. Ваше предложение, впрочем, тоже ничего. Заманчивое. Дайте нам время.

– Времени пока хватает. – Князь легко взмахнул изящной, тонкой рукой.

– До четвертого июля еще больше двух недель. А Тальеза ближе к замку Шртэ, чем Аквитон.

– До свидания, – вежливо сказал Элидор.

– До свидания. – Князь вновь поклонился. Шагнул назад и исчез.

– Это не «коридор». – Эльрик дернул головой, выдирая косу из пальцев эльфа. – Это действительно телепорт. Зеш!

– Есть давай. – Элидор протянул де Фоксу ложку. – А насчет дерьма… тут я с тобой согласен. Мы между молотом и наковальней оказались. Здравые мысли имеются?

– Как-то, помню, собирал я малину в саду. – Сим увлеченно ел, но говорить ему это не мешало. – Отец-настоятель сказал: задания хорошо, но и по хозяйству работать надо – и послал в малинник. Ну я и собирал малину, а она вкусная, я ее собираю, собираю, потом чувствую – все, не могу больше собирать, ну не лезет просто, у нас, у гобберов, желудок-то маленький, это только глаза большие, а съесть мы сильно много не можем, вот я и думаю, еще вроде ведро есть, отец-настоятель, кажись, в ведро велел собирать, и тут нате вам! Дерьмо…

– Сим? – Тревога в голосе эльфа была неподдельной, – С тобой все в порядке? Ты о чем?

– Да о нем же, родимом. Ситуация в точности, как у нас сейчас. Много вкусного, а съесть – никак. Задание дадено, так уж сил на него нет. И дерьмо еще. Медвежье. Ну, натурально, не поверите, повадился в монастырский малинник медведь лазать, не столько жрет, скотина, сколько кусты ломает…

– Медведь! – Эльрик с досады дернул себя за многострадальную косу. Элидор шарахнулся от него, переводя изумленный взгляд с шефанго на гоббера и обратно, – Медведи летом на людей не кидаются! – прорычал принц. – Тем более толпой. В смысле, если людей много, то тем более, и не парой, чтобы к костру прорываться, они боятся огня… Тьфу! – Он замолчал, уставившись в костер. – Сим, я тебе это припомню, – выдавил наконец очень осторожно.

Словно сомневаясь в собственной способности изъясняться внятно. -Короче. Ситуация нетипичная во всех отношениях. Да еще парень этот ваш, Дрегор, обмолвился… Медведи – это его работа. А теперь скажите мне то, что я забыл. Кто из магов способен поднимать холлморков, управлять животными на расстоянии, с легкостью пользоваться самыми сложными заклинаниями и именовать себя Князем… А также Принцем, Королем, Властелином, Владыкой.

– Имен-то больше, чем у тебя. Но я только об одном Владыке слышал, – ухмыльнулся эльф.

– Я тоже, – подала голос Кина. – И скорее всего, о том же самом.

– Флайфет? – Эльрик вздохнул и принялся-таки за еду. – Нет. Он тут ни при чем. А я, наверное, не вспомню. Одно скажу, и то повторюсь – зеш!

– Но крут он безмерно, я правильно тебя понял? – Элидор рассматривал свою ложку, вертя ее в пальцах. – Может быть, В таком случае ты объяснишь нам, почему он так вежлив? Я бы даже сказал, что он боится. Нас.

– Он боится нас, пока мы вместе. – Кина обхватила руками колени. – Пока нас четверо.

– Ну-ну, – угрюмо пробурчал де Фокс. – Давайте еще Прорицание вспомним.

– Какое прорицание? – оживился Сим. – Страсть как люблю всякие прорицания. Они стр-рашные! А это страшное, Эльрик? Мы там страшные? Грозные, да?

– И правда, что за прорицание? – Эльфийка дотянулась до лютни. – Расскажи. Мы хоть отвлечемся.

– Да дурь это, – поморщился де Фокс. – Как и все пророчества.

– Не скажи. – Элидор покачал головой. – Анласитские пророчества обычно сбываются. И кстати, о Четверых я тоже слышал. Да и ты, Сим, если уж на то пошло.

– Это про Зверицу, что ли? – Гоббер хмыкнул. – Вот уж и вправду дурь. Эльрик, ты тоже об этом?

– Про Зверицу не знаю. – Шефанго пропустил между пальцами кончик косы. – А предсказание это древнее, еще до Крушения написанное. Тогда на юге Материка, не на том юге, который сейчас остался, а на том, что раньше был, жили… ну, люди, наверное. Скорее всего, люди. Народ, называвшийся хаоли. Они были более склонны к магии, чем нынешнее человечество, и к ним не пришел Нолрэ Анлас, чтобы покарать за гордыню. Власть светская и духовная совмещались там в одном человеке. В правителе. Верховном Жреце Храма Ста Смертей. Он носил титул Постигшего Тайное, имел право вести за Грань, именно он следил за обрядом ступенчатого умерщвления… В общем, это был странный народ. И когда-то один из правителей, его звали Райяз Харрул, написал «Прорицание».

– Откуда ты все это знаешь? – Кина перебирала пальцами струны, и глаза ее уже заволакивала отрешенность. Эльфийка видела – она умела это – то, что рассказывал Эльрик. Видела даже то, о чем он не говорил. – Ты уже был здесь тогда?

Принц нехорошо ухмыльнулся:

– Вот тогда я здесь еще не был. И то хорошо. Наши фчены все больше склоняются к версии о том, что Демиурги – последние представители той, исчезнувшей, расы.

– Ты ври да не завирайся, – холодно посоветовал Элидор.

– Каждый волен в своих заблуждениях. – Эльрик смотрел в огонь. – И фчены тоже. Как бы там ни было, Харрул написал пророчество. Написал на пергаментах, выделанных из кожи восемнадцати его учениц.

– Из чего? – Глаза Кины расширились, синева плеснула ужасом и недоверием.

– Из кожи, – Шефанго пожал плечами, – Я же говорю, странные они были. Девушки, все, кстати, девственницы, отдали кожу со своих правых рук, от кистей до локтя. Восемнадцать строф. По одной на страницу.

– Да, трудно быть девственницей, – со знанием дела заметил Сим.

Эльрик хмыкнул.

– Ну отдали, и что? – Эльф хмуро раскуривал трубку.

– И что? И ничего. – Де Фокс тоже потянулся к кисету. – Харрул сказал, что прочитавший «Прорицание» в подлиннике обретет невиданное могущество. Вроде бы в книгу эту он вложил Силу, свою и всех своих предшественников.

– А потом подлинник пропал, да? – Элидор выдохнул дым.

– Точно, – кивнул шефанго. – Остались только копии.

Довольно много, должен сказать. Странно, что вы не знаете этой истории.

– А Демиурги тут при чем, скажи на милость? – Эльф презрительно покривился. – Обычная глупая сказка. Много крови и трогательного самопожертвования.

– Демиурги прочитали подлинник. Демиурги и Деструктор.

– Ага. А потом спрятали его подальше. И на всякий случай уничтожили весь юг Материка, вместе с собственным народом. Устроили то, что ты называешь Крушением, точно?

– Ты слышал об этом?

– Я не слушаю дурацких легенд. Просто Белый Крест действует так же. Единственное рациональное зерно в этой бредовой истории.

– Откуда-то же Демиурги взялись? – Эльрик подхватил уголек из костра и раскурил трубку.

– Почитай священные тексты, – наставительно порекомендовал Элидор.

– А что в «Прорицании» – то?! – Сим забарабанил ложкой по котелку. – Про «Прорицание» забыли! Там про нас или нет?

– Про нас, про нас, – успокаивающе кивнул де Фокс. – Я тебе его процитировать могу, если хочешь.

– Подлинник читал? – поинтересовался эльф.

– Зачем? Я и так крут.

– Процитируй, – попросила Кина. – Элидор, пожалуйста, не ехидничай. Эта же просто сказка.

– Да ради бога. – Монах пожал плечами. – Давай. Рассказывай.

Эльрик прикрыл глаза, вспоминая древний текст. И черные буквы проступили на белых страницах. А поверх – дрожащим миражом – полузабытое лицо. Желтые глаза с вертикальными щелями зрачков. Дракон из Драконов. Глуховатый голос, задумчивый, с легкой, еле заметной насмешкой:

«– Теперь они говорят, что создали мир. И им верят, малыш. Но даже их Сила – это еще не всемогущество. И им не дано Творить. Демиурги. Ремесленники. Они умеют только красть у настоящих Творцов».

– Внемлите мне, ибо знаю я, что будет и как будет. – Шефанго говорил, не открывая глаз, повторяя слова вслед за давно исчезнувшим, высокомерно-насмешливым, непонятным и все же странно близким не то другом, не то наставником своим. – Внемлите мне, ибо поведаю вам то, что предначертано звездами. Внемлите мне, ибо то, что я расскажу, свершится…

Тонко, тревожно, еле слышно звенела лютня под пальцами Кины. Кривился насмешливо Элидор. Сим лежал, умостив подбородок на скрещенных руках. Звезды слушали «Прорицание» и то ли смеялись над тем, что по их путям кто-то осмеливался читать судьбы смертных, то ли вздрагивали, вспоминая чудовищную мощь, заключенную в страшных, навеки утерянных пергаментах.

– Будет Четверо, те, кого посчитают за фигуры и поставят на доску.

Будет Четверо, и фигуры станут игроками, и сойдутся Цветок и Сталь, Смех и Расчет, и доска станет ареной, а зрители – фигурами.

Будет Четверо, и мир на краю пропасти встанет на дыбы, и будет уже поздно что-то менять.

Будет война, и реки потекут кровью, а поля вместо хлебов родят мечи и копья.

Будет война, и Четверо пронесут ее по всему миру, и не будет преград для той войны.

Будет война, и мир рухнет в пропасть и будет лететь долго, и крик умирающего будет исторгаться из его глотки.

И все кончится.

– И все кончится, – тихо повторила Кина. – Но ведь это не про нас? Эльрик, Элидор, это ведь не про нас, правда?

Ухмыльнулся, исчезая из памяти, Дракон из Драконов. Была ночь. И лес вокруг. И шумно вздыхали кони, неловко переступая спутанными ногами.

– Это не про нас. – Эльрик потер подбородок. – Скорее всего, Харрул предсказал Крушение. Нельзя предвидеть судьбу людей, потому что Судьбы нет вообще. Но можно предсказать их действия. Верховный Жрец хорошо знал своих соплеменников и представлял, на что способны те из них, кто обретет неожиданное могущество.

– За каким же бесом он вложил такую Силу в свою книжку, скажи на милость? – Элидор выбил трубку.

– Странные они были, – повторил Эльрик. – Действительно странные.

– Ну-ну. Ответ вполне в духе пророчества.

– Слушай, эльф, я не заставляю тебя верить в это. – Шефанго непроизвольно оскалился. – Я не заставляю тебя верить в Демиургов, в «Прорицание», в Крушение, в Хар – рула, поцелуй его кальмар. Я просто знаю, как было написано пророчество. А ты знаешь то, что написано в ваших книгах. И пусть каждый останется при своем.

– Ну, раз ничего нового вы сказать уже не можете, – Кина деликатно зевнула, прикрыв рот ладошкой, – то я – спать. Вы не забыли, что с завтрашнего дня я – странствующий менестрель, а вы – моя охрана? Потренируйтесь за ночь, чтобы из роли не выходить. Приятных снов!

Эльфиечка поставила свою миску на траву. Натянула на себя Эльриков плащ и свернулась клубочком на своей душистой постели.

Принц и монахи переглянулись. Эльрик молча собрал миски, ложки и отправился к ручью.

Кто-то же и посуду мыть должен.

Строго секретно.

Магистру ордена Белого Креста.

Проведенное по вашему требованию расследование показало, что в Аквитоне, Нарранхилье, Ригондо и Моруане существует твердая уверенность, что в ближайшее время им придется воевать с готами. Об этом говорят во всех слоях населения, но не приводят ни одного факта, подтверждающего скорое начало войны. Расследование продолжается.

8 апреля 1375 г. Аквитон.

Брат Отто.