Текст книги "Чудовища (СИ)"

Автор книги: Наталья Колесова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

– Но она была!

– Я знаю. Она ушла. Ну же, Лорен!

Он протянул руку, но Лорен отчаянно замотала головой.

– Нет, я боюсь!

– А говорили, змей не боитесь, – сказали от двери. У косяка, поджав одну ногу, босой, в одних трусах стоял Рауль и, насупив-шись, смотрел на Лорен. Вид у него был обиженный. Джордан по-вернул голову, поглядел на мальчика. Повернулся и неспешно по-шел к нему, заложив руки в карманы. Его широкая спина заслонила от нее дверь и Рауля.

– Рауль, – произнес Джордан негромко.

– Но она говорила, что не боится змей! – негодующе крикнул мальчик.

– Иди, – сказал Джордан так же тихо. – Спать, Рауль.

Когда он повернулся, прикрывая дверь, мальчишки уже не бы-ло. Джордан подошел и сел на кровать – та застонала под его тя-жестью. Посидел, наклонившись вперед. Лорен видела его широ-кую спину, обтянутую белой майкой, коротко стриженый затылок.

– Итак, вы боитесь змей, – сказал доктор неожиданно.

Лорен поежилась, обхватывая колени поплотнее.

– Н-не особенно… Но знаете, я как-то не привыкла встречаться со змеей у себя в комнате.

– А кого вы еще боитесь? Пауков? Скорпионов? Тигров? Крыс?

– Это что, какой-то школьный тест? Тогда ваши мальчики его уже проводили… Только не крыс! Я их люблю. У меня в детстве была крыса, знаете, такая белая. Очень милое животное!

Джордана передернуло.

– Гадость какая! Слушайте, мисс Фиджи, а вам не приходило в голову просто запираться? Самый простой способ избавиться от неожиданных ночных визитов.

– Приходило! – Лорен сердито ткнула пальцем в дверь. – Но ведь здесь нет замка! И даже защелки. Я думала, у вас в школе так принято. Демонстрация доверия, так сказать…

Джордан озадаченно посмотрел на дверь. Пробормотал:

– Действительно. Завтра же вставим. А сейчас – идемте.

Кровать облегченно вздохнула. Лорен настороженно посмот-рела на протянутую руку Джордана.

– Куда?

– Вы все равно сейчас не уснете. Пошли на кухню, что-нибудь перекусим. И выпьем.

Лорен покосилась вниз.

– А вы уверены…

– Она уползла, Лорен!

– Честное слово?

– Честное-пречестное! – заверил доктор серьезно. – Ну же, Ло-рен!

Она сдвинулась с места и спохватилась.

– Мой халат!

Он огляделся, поднял с пола халат и подал ей с широкой ух-мылкой.

– Немного поздновато, не находите?

Лорен молча проглотила намек на то, как она, полуголая, ки-нулась Джордану на шею, когда тот прибежал на грохот разбив-шейся о косяк вазы… Тщательно завязывая халат, покосилась – директор с подчеркнутым вниманием рассматривал ночник. Надо, действительно, хоть пижаму завести – на случай его внезапных ви-зитов…

Она встала на колени на краю кровати и с сомнением посмот-рела на его босые ноги, прочно стоящие на деревянном полу.

– А вы уверены… – начала снова.

– Уверен. Она уползла. Тем более, что, судя по вашему описа-нию, змея неядовитая. Хотите, донесу вас до порога?

Лорен вздохнула. Еще как. И чтобы вовек не спускаться на пол в этой комнате.

– Нет, спасибо, – она поспешно засунула ноги в пушистые та-почки, и, пугливо озираясь, поспешила к двери. Идя по темному коридору, старалась держаться поближе к Джордану – и потому то и дело натыкалась на него. Последний раз – в дверях кухни, где Джордан остановился, чтобы зажечь свет. Заморгала на ярко вспыхнувшие лампы.

– Ну, и где ваш коньяк?

Хмыкнув, он неожиданно подхватил ее и посадил на стол. Ска-зал назидательно:

– А кто говорил про коньяк? Виски, мисс Фиджи. Самый низко-пробный, самый дешевый и отвратительный виски.

– Ага, – сказала Лорен, следя за тем, как он достает из углового шкафчика темную бутылку. – Так вот, где находятся ваши стратеги-ческие запасы!

Он оглянулся с удивлением – оказывается, Фиджи умеет шу-тить! Лорен сидела на столе, свесив ноги в своих дурацких пуши-стых розовых тапочках, подложив под себя руки, и смотрела на не-го со слабым интересом. Джордан поднял брови и плеснул ей хо-рошую дозу. И себе – за вредность. Подтащил ногой табурет, усев-шись напротив, сунул Лорен кружку.

– Это не нюхают, леди, – сказал назидательно, когда она суну-ла нос в кружку и сморщилась, – а пьют. Вот так.

Он махом опрокинул в себя виски. Лорен сморщилась еще больше, сказав жалобно:

– Конечно, у вас же такая практика! – и лихо опустошила круж-ку. Джордан вновь вздернул бровь и налил обоим еще.

Лорен сложила на груди руки, внимательно оглядела кухню.

– Но откуда взялась змея?

– Сбежала с террариума, – мгновенно отозвался Джордан.

– У вас где-то рядом террариум?

– Нет, но вы знаете, сколько тварей обитает там, – он показал большим пальцем вниз, – в городской канализации? В том числе и ваши любимые крысы.

Лорен, поджав ноги, передернулась. Сказала с чувством:

– Мерзость!

– Полностью с вами согласен, – поддержал он. – Это вы о кры-сах-змеях, или о моем виски?

– И о вашем виски – тоже! Кстати, почему я от него не пьянею? Налейте еще!

Джордан налил. Закручивая крышку, осведомился подозри-тельно:

– У вас нет проблем с алкоголем?

Лорен помотала головой.

– Проблемы есть. Но не с алкоголем. Со змеями, маленькими девочками и голыми мужчинами, являющимися ко мне ночью.

– Я не голый! – возмутился Джордан, оглядел себя и уступил. – Полуголый… но, между прочим, всегда более одетый, чем вы. Вы всегда спите без… а-а… так?

Лорен туманно подумала, что такой вопрос должен ее смутить. Не смутил.

– Я люблю… – сказала она и для выразительности помотала рукой, едва не расплескав виски – Джордан успел отодвинуться. – Извините… люблю, когда простыни касаются кожи… всей кожи… А! Давайте выпьем!

Пьянела она прямо на глазах. Джордан серьезно чокнулся с ней, пробормотав: 'чин-чин! . Ради того, чтобы увидеть чопорную и вечно настороженную мисс Фиджи вот такой – сидящей ногу на ногу на кухонном столе, раскрасневшейся, рассуждающей о том, как приятно, когда ее кожи… стоило подпустить змею. Спасибо Раулю.

Этому маленькому талантливому ублюдку.

Лорен ткнула его пальцем в плечо.

– А скажите… я все хотела спросить… дети говорили, вы де-сантник. Вы знаете, десантники, они, конечно… крепкие ребята… но мне всегда казалось, у них с мозгами… извините… А вы – док-тор. И – дети. Почему – дети?

А почему бы и нет, подумал он, вертя в руках кружку, почему бы не поговорить с этой странной девочкой-старушкой, почему? Уточнить, что он – доктор филологии, специализация – фольклор? А также доктор психологии, специализация невыговариваемая? Он потянулся и целомудренно, чтобы не отвлекаться, поправил халат на ее ногах – Лорен послушно зажала полы халата коленями и на-клонилась к нему. Халат распахнулся сверху. Ч-черт… Он оттолк-нулся от стола и отъехал вместе с табуретом к печке. Скривился, ощутив голой спиной холод металла.

– Знаете, – сказал, машинально откручивая кружку и поднося к губам бутылку. – Солдат мало кто любит.

– Нет, правда?

– Правда. Восхищаются, иногда завидуют – издали. Но когда живешь рядом и представляешь, скольких людей твой сосед от-правил на тот свет… – он хлебнул виски – обожгло губы и глотку – уселся поудобнее. – Когда я вернулся к мирной жизни и оглядел-ся… Чудовищ предпочитают видеть по ТВ. Жить рядом с ними ни-кто не хочет.

Лорен моргнула, как сова.

– Чудовищ?

Он постучал себя по груди.

– Чудовищ. В каждом человеке живет чудовище – свое собст-венное, персональное, задавленное воспитанием, моральными и юридическими нормами, страхами и комплексами. Иногда, в тех или иных обстоятельствах, оно вырывается наружу. В вас оно тоже есть. Вы знаете… или, может, не знаете, но найдете, покопавшись в себе… если не побоитесь. Только в сказках красавица влюбляет-ся в чудовище. Мы – и наши дети – живем в реальном мире.

Лорен сидела, склонив голову набок, и с недоверчивой полу-улыбкой наблюдала за ним.

– Вы – чудовище? – спросила она.

– И еще какое! Так что держитесь от меня подальше, Лорен.

– И эти дети – чудовища?

Теперь он моргнул. Разве он это сказал? Тогда он более пьян, чем думал. А она неплохо соображает для перепуганной и вдоба-вок подвыпившей старой девы… Пора закругляться. Он решитель-но закрутил крышку и поставил бутылку подальше в шкаф.

– Пора спать.

– Да, – она кивнула и широко зевнула. Когда Джордан подошел, ткнула его пальцем в грудь.

– Но разве вы не знаете… чудовища… им же тоже надо, чтобы их любили… хотя бы другие чудовища?

– Ло-рен, – раздельно сказал он. – Пора спать, вы слышите?

Не слушая, она рассеянно смотрела поверх его плеча блестя-щими расширенными глазами.

– И они тоже хотят кого-то любить, знаете… им это нужно даже гораздо больше… Понимаете?

Он молча смотрел на нее. Если это продолжится еще и даль-ше, его личное… впрочем, не самое страшное чудовище тоже вы-рвется наружу.

– Лорен! – нетерпеливо сказал он.

Лорен важно кивнула ему и сползла со стола. Шагнула и едва не упала, запутавшись в собственных тапочках.

– Ой! – оглянулась, смеясь, и цепляясь за стол – и за него. – Но-ги…

Джордан вздохнул и подхватил ее на руки. Лорен повырыва-лась – впрочем, не слишком усердно, – и обхватила его за шею, сонно бормоча ему в щеку:

– А дети – они не чудовища… они – дети и вы не должны их так обзывать… они хорошие, милые, добрые дети.

А я – хороший, добрый, славный дядя, ожесточенно подумал он, чувствуя все ее теплое, покорное тело, – которому совершенно нельзя пить и прикасаться к сонной, мягкой, хорошо пахнущей мо-лодой женщине… нельзя, потому слишком этого хочется… слиш-ком…

– Марианна, – сказал он молча смотревшей на него девочке. – Помоги мне уложить мисс Фиджи. Да. Открой дверь. Убери одеяло. Вот. Теперь накрой ее. Спасибо.

И уведи меня отсюда, мрачно подумал он, с ненужной осто-рожностью прикрывая дверь – теперь воспитательницу и из пушки не разбудишь. Видишь, мне тоже иногда нужна помощь…

Лорен смотрела на него в смущении.

– Вы знаете, я…

Хотя Джордан прекрасно знал, он с некоторым садистским удовольствием изобразил на лице легкое недоумение. Не садясь, Лорен нервно переступила с ноги на ногу, постучала пальцами по столу и тут же отдернула руку, словно испугавшись, что стук полу-чился слишком громким. Сейчас она так напоминала кого-то из его нашкодивших питомцев, что он с трудом сдерживал усмешку.

– Я… – Лорен вздохнула и уставилась в стол. – Я вчера… я, ви-димо…

– Садитесь, мисс Фиджи, – ровным голосом предложил дирек-тор. Не отрывая глаз от стола, она нашарила за спиной кресло и села.

– Продолжайте, – сказал садист. – Я вас внимательно слушаю.

Лорен осмелилась поднять взгляд на уровень его воротничка.

– Я… вы знаете, я обычно… Я вчера… я выпила, и… – она сде-лала нервное движение в воздухе, словно выкручивая невидимую лампочку из невидимого патрона.

– И? – повторил доктор, в точности копируя ее жест.

– И я прощу прощения, – выдохнула она и замолчала. Джордан вежливо подождал, но, как оказалось, Лорен умолкла навеки.

– За что? – поинтересовался он.

– За вчерашнее.

– А что вчера такого произошло?

– Ну… – Лорен, похоже, собиралась повторить свой жест, но, спохватившись, сжала руку в кулак и спрятала ее на коленях. – Я перебудила всех…

– Вы увидели змею, – напомнил ей Джордан.

– Н-напилась…

Джордан кивнул.

– Конечно. Я же налил вам виски.

– И я потом… вам пришлось тащить меня…

– Разумеется. Ведь я налил вам слишком много. Так за что же вы извиняетесь?

Теперь она глядела на него широко открытыми глазами. Хо-рошие глаза. Просто красивые – когда она снимает эти свои веч-ные очки.

– Н-ну, если вы так ставите вопрос… – сказала с легкой запин-кой.

Джордан сухо кивнул ей.

– Именно так и ставлю. Примите аспирин и идите провожать детей в школу.

*****

Кейси просто приклеилась к новой воспитательнице. Куда бы Лорен ни пошла, с кем бы ни разговаривала, всюду за ней следо-вала темноволосая темноглазая девочка – робко дотрагивалась до рукава, чтобы обратить на себя внимание, покорно дожидаясь при-косновения к своей кудрявой голове. Помня наказ Джордана, Ло-рен старалась не уделять ей внимания больше, чем другим детям, хотя это было нелегко. Трудно не заметить ребенка, цепляющегося за твой мизинец, или готового часами сидеть рядом, пока ты объ-ясняешь домашнее задание старшеклассникам. Кейси напоминала ей потерявшуюся маленькую собачку, желающую и боящуюся по-дойти к незнакомому человеку…

– Вот прилипла! – однажды сказал Рауль, когда Кейси сидела, прижавшись к машинально обнявшей ее Лорен. – Ну что ты при-стаешь к мисс Фиджи? Думаешь, она – твоя мама?

– Рауль!

– Отцепись от нее, слышишь?

Кейси зажмурилась и изо всей силы обхватила Лорен руками.

– Отойди от нее, ты не поняла? – Рауль начал по пальцу отце-плять ее руки. Оба ребенка вцепились в нее – один молча, другой – непрерывно крича:

– Отстань от нее! Она не мама, не мама, не мама!

– Рауль, перестань, что ты делаешь? Кейси, успокойся, дай мне поговорить с Раулем… Рауль, не трогай ее!

Рауль дернул девочку за волосы.

– Не мама, не мама, не мама! – напевал он пронзительно. – Твоя мама умерла, Кейси! Твоя мама умерла!

– Рауль, замолчи!

Рауль вертелся вокруг, как взбесившийся дьяволенок. Уверты-ваясь от рук Лорен, беспрерывно щипал или дергал девочку за во-лосы – та только прерывисто вздыхала, уткнувшись в блузку Лорен, и цеплялась за учительницу с силой, которую трудно было запо-дозрить в ее худеньком тельце.

– Ля-ля-ля! – напевал Рауль. – Все знают, что твоя мама сдох-ла, Кейси!

– ЗАТКНИСЬ!

Этот вопль, который Лорен сама от себя не ожидала, точно пригвоздил Рауля к месту. Даже Кейси, вздрогнув, слегка отпряну-ла, все же не выпустив воспитательницу из цепких объятий.

– Немедленно замолчи, Рауль, – ледяным голосом повторила Лорен. – И выйди вон отсюда!

– Вот именно.

Все трое оглянулись, точно воры, застигнутые на месте пре-ступления. В дверях стоял доктор Джордан. Сейчас Лорен была ему даже рада, хотя он вновь стал свидетелем ее педагогической беспомощности. Не суметь утихомирить разошедшегося мальчиш-ку… И какой дьявол в него вселился?

– Иди в мой кабинет, Рауль, и жди меня там, – велел директор.

– Да я ничего…

– Не заставляй меня повторять, парень.

Рауль пнул носком кроссовки ковер, развернулся и отправился за дверь. Джордан продолжал смотреть на Лорен. Сейчас начнет-ся…

Джордан ее удивил. Он подошел и мягко присел перед ними на корточки.

– Кейси?

Девочка так вцепилась в Лорен, что даже ткань блузки затре-щала.

– Маленькая Китти залезла в кухне под печку, – продолжил Джордан.

Сообщение девочку заинтересовало – она повернула голову и посмотрела на директора одним глазом.

– Залезла, мяукает, и никак не может вылезти, а мы не можем ее достать. У нас руки не пролезают. Только у тебя такая малень-кая ручка… Поможешь ей, Кейси?

Девочка, подумав, серьезно кивнула, отпустила Лорен – у той уже ныли ребра – слезла со скамьи и поспешила на кухню. Джор-дан облокотился о скамью, подпер рукой голову и снизу уставился на Лорен.

– Я знаю, что вы думаете! – поспешно сказала та.

– Неужели, мисс Фиджи! – сказал Джордан, не меняя положе-ния. – Так вы у нас еще и телепат!

– Вы считаете, что я нарушила ваши указания, слишком много уделяю внимания девочке и…

– Разумеется.

Это его 'разумеется' выводило ее из себя – как будто он каж-дый раз удивлялся, что она не знает таких элементарных вещей.

– Но ведь девочка совсем маленькая…

– Стоп-стоп-стоп! – он поднялся и сел с ней бок о бок. – Я пре-красно знаю, что вы сейчас скажете.

– Вы тоже телепат, доктор Джордан? – не удержалась Лорен.

– Просто все это я от вас уже слышал. Я просто напоминаю – не надо привязываться. Сейчас для Кейси вы – замена матери. Как, впрочем, и любая другая женщина, оказавшаяся на вашем месте.

Лорен машинально кивнула.

– А что произошло с ее матерью? Она и правда умерла?

Джордан посидел, глядя на нее. Сказал совершенно обыден-ным голосом:

– Разумеется, правда. Мать Кейси, отец и старший брат были задушены однажды ночью прямо в своих постелях.

– О, Господи!

– Да, – и сразу, без перехода, – с Раулем я поговорю. Он хоро-ший парень, но… у него тоже нет родителей, поэтому мой совет – не слишком нежничайте с Кейси у него на глазах.

Вечером Джордан заглянул в игровую, поманил Лорен.

– Идемте со мной.

С Раулем покончено, теперь ее очередь, уныло подумала Ло-рен, проходя за ним в кабинет. Директор указал на свое кресло.

– Садитесь.

Лорен настороженно села, и он развернул ее к компьютеру.

– Можете познакомиться с личными делами некоторых воспи-танников. Приступайте.

Он занялся бумагами, изредка посматривая на Лорен. Когда в очередной раз вскинул глаза, воспитательница сидела, сгорбив-шись, и потирала руки, словно они у нее замерзли. Джордан акку-ратно закрыл папку.

– Тут и взрослому-то человеку трудно остаться нормальным, – сказала она, не глядя на него.

– Теперь вы понимаете, почему я говорил, что для этих детей… особенно маленьких, вы – суррогат матери. Не стоит поддерживать их в этом заблуждении или открыто отдавать предпочтение кому-либо из них.

– А вы, значит, суррогат отца… Что это за сокращения?

– Где?

Лорен показала пальцем на экран.

– Вот. БОР. МКВДНР…

– Это закрытая информация и она вас никоим образом не ка-сается. Единственное, что я хотел…

– Я поняла, – Лорен встала, поправляя юбку. – Вы не хотите, чтобы я причинила им лишнюю боль.

– Или себе, – неожиданно мягко сказал Джордан. Продолжая машинально растирать руки, она невидяще смотрела в окно. Во что она ввязалась? Столько боли…

Моргнув, Лорен прищурилась, вглядываясь.

– Это не Хелен там болтает с каким-то парнем?

Джордан наблюдал за ней.

– А если и Хелен?

– Вы знаете, кто он?

– Понятия не имею.

– Но послушайте, если вы, как сами говорите… отец…

– Я этого не говорил.

– …вы должны знать, с кем общается ваша дочь. Он, кажется, ее старше… Нет, вы посмотрите! Он зовет ее прогуляться!

– Ну и что?

– Господи, неизвестно, кто он, откуда… Знаете, какие сейчас парни?

– Я-то знаю… – пробормотал он.

– Ну так вот!

Вздохнув, Джордан встал и подошел к окну.

– Не маячьте! – нетерпеливо сказала Лорен. – Спрячьтесь за занавеску!

Потешаясь в душе, он все же послушно отступил. Некоторое время молча изучал беседующего с Хелен паренька. Подростки смеялись. Наконец изрек глубокомысленно:

– Выглядит прилично.

– И это все? Она же собирается с ним на прогулку! Вот видите, они пошли на набережную!

В это время девочка оглянулась, Лорен отпрянула и наткну-лась на стоящего за спиной Джордана. Тот придержал ее за плечи, Лорен почувствовала, что ее обволакивает тепло его большого те-ла. Ощущение было очень приятным, хоть и слегка пугающим.

– Не надо так волноваться. Секс, как я вам уже говорил, для этих детей – проблема не главная. Они свое возьмут – и еще с лих-вой – но позже…

Лорен дернула плечами, и он опустил руки.

– Но откуда вы-то это знаете?

– Сам таким был.

Лорен замерла. Обернулась, отступая, словно для того чтобы лучше его видеть:

– Что? Вы тоже? У вас тоже?.. это… повреждение мозга?..

– Термин не слишком точный, но вполне сойдет, – он слегка развел руки, демонстрируя себя. – Как видите, я вырос и даже до-жил до столь преклонных лет.

– Но это… болезнь? Как называется эта болезнь?

– Это не болезнь и не вздумайте штудировать медицинскую литературу, чтобы помочь Кейси. Это неизлечимо – как… м-м-м… цвет глаз в настоящее время. А насчет Хелен можете не беспоко-иться. Она знает, что должна вернуться до полуночи.

– А то карета превратится в тыкву, а бальное платье – в лохмо-тья, – с досадой закончила Лорен. Джордан улыбнулся. Улыбка вышла печальной, а потому – симпатичной.

– Лишь бы Золушка осталась прежней, – сказал он.

****

Лорен заглянула в кабинет.

– Доктор Джордан!

И здесь его нет. В темноте слабо светился лишь экран невы-ключенного компьютера. Лорен уже повернулась уйти, как взгляд зацепился за какую-то непривычную деталь хорошо изученного ин-терьера кабинета. Лорен нашарила выключатель…

И кто сказал, что этот дом – не замок Синей Бороды? Одна из секций массивного книжного шкафа была сейчас отодвинута, от-крывая темный проем. Лорен вздохнула и, на цыпочках пробежав кабинет, заглянула в проем. Бетонные ступени вели вниз. Подвал? Но почему такая секретность? Лорен прислушалась. Ей кажется, или она слышит голоса? Ругая себя за дурацкое любопытство, она, тем не менее, сунула голову в проем и насторожила уши. Два го-лоса. Один – низкий, знакомый – Джордана. Второй… Николь? Ни-коль там, внизу? Что она там делает среди ночи?

Голос мужчины был терпеливым, успокаивающим, девочки – высоким и… плачущим? Не дыша, Лорен осторожно, придержива-ясь ладонью за бетонную стену, спустилась на несколько ступеней. Откуда-то снизу сочился тусклый свет. Голоса стали яснее.

– Пожалуйста, Николь, – услышала она. – Сделай это. Сделай для меня.

– Н-нет… я не… я не хочу…

– Ты все умеешь. Не бойся.

– Не заставляйте меня!

– Николь, маленькая, я очень прошу. Не бойся, это совсем не страшно… Ты ведь уже делала это.

– Это нехорошо!

– У тебя все получится…

– Я не хочу! Слышите? Я не хочу, не хочу, не хочу!

Голос девочки сорвался и перешел на плач. Некоторое время кроме отчаянных рыданий ничего не было слышно. Потом Джор-дан сказал устало:

– Ну, хорошо. Успокойся. Хватит на сегодня. Идем. Идем, Ни-коль.

Оцепеневшая Лорен сообразила, что шаги приближаются, метнулась; едва не упав, выскочила в кабинет, допятилась до две-ри и остановилась. Всхлипывания девочки слышались все ближе – и вот двое вышли из подвала.

Лицо Джордана, обнимавшего за плечи слабо вырывавшуюся Николь, казалось усталым и раздраженным. Он прищурился на свет и крупно вздрогнул, увидев стоявшую в дверях Лорен. С мгно-вение они смотрели друг на друга, потом Джордан взглянул на вздрагивающую от стихавших рыданий девочку.

– Иди спать, Николь, – сказал бесцветно. Та, склонив голову, метнулась мимо Лорен. Джордан закрыл секцию шкафа, прошел и сел за свой стол. Посмотрел на молча стоявшую перед ним Лорен.

– Вы что-то хотели сказать мне, мисс Фиджи?

– Я искала Николь, – сказала та медленно.

– Теперь нашли, – сообщил Джордан. – Это все?

– Нет, – так же медленно продолжила Лорен. У нее перехваты-вало горло, и оттого голос был сухим и каким-то квакающим. – Что вы заставляли ее делать?

Глаза Джордана сузились.

– Это вас не касается.

– Неужели?

– Разумеется. Это – не то, что вы вообразили своим скудным умишком.

– А что я вообразила этим самым умишком?

Джордан подался вперед.

– Это – не сексуальное домогательство, мисс Фиджи. Я не сплю со своими учениками.

– Что вы заставляли ее делать? – повторила Лорен, словно не слыша его. – Девочка плакала. Что вы с ней делали?

Джордан, оскалившись, встряхнул крупными кистями рук.

– Ничего. Ни-че-го! Ничего, что нарушило бы закон, моральные нормы или здоровье ребенка. С моей стороны ей ничего не грозит, вам ясно? А теперь – идите, Лорен. У меня и без того хватает про-блем. Не добавляйте к ним еще ваши идиотские измышления. Проваливайте сейчас же, я сказал!

– Николь…

– Доброе утро, мисс Фиджи.

Лорен встревожено смотрела на ее опухшие глаза.

– Николь, с тобой все в порядке?

Ей нравилась эта девочка. Она была длинноногой, высокой, еще не сформировавшейся, словно жеребенок-подросток. Николь казалась застенчивой и очень много читала – вернее, пожирала книги, как и сама Лорен в ее возрасте.

– Да…

– Если тебя что-то тревожит… или… ты можешь рассказать мне. Мы что-нибудь придумаем вместе.

– У меня все в порядке. Правда, мисс Фиджи.

Лорен помедлила.

– А что вчера… почему ты плакала?

Девочка быстро вскинула и опустила длинные ресницы.

Лорен еле продиралась сквозь чащу собственных запутанных вопросов.

– Доктор Джордан… он не обижает тебя?

Девочка так решительно затрясла головой, что длинные свет-лые косы запрыгали по плечам.

– Нет, что вы! Он такой… он добрый. Он знает, что мы должны делать. Что нам нужно. Просто я… я трусиха, и пока боюсь… Нет, что вы, нет! Я просто испугалась. Мне так стыдно, мисс Фиджи! Он ведь… – она нерешительно посмотрела на Лорен, – он не обидел-ся?

– Нет, – медленно ответила она, уныло созерцая результаты собственного скудоумия. – Нет, не думаю. С чего бы?

Разве что на нее саму. Хотя тоже – с чего бы? Недостаток ин-формации всегда приводит к неверным выводам. Сам виноват.

И с этим слабым утешением она повела детей к школьному автобусу.

****

– Знакомьтесь, мисс Фиджи. Это Рене Мартель. Рене, это Ло-рен.

С застенчивостью, которая всегда овладевала ею в присутст-вии любого незнакомого человека, Лорен протянула руку сухоща-вому молодому мужчине, вскочившему с кресла. Он казался улыб-чивым и симпатичным. Темно-карие глаза рассматривали ее с жи-вым любопытством.

– Ну вот, намного лучше! – заявил он неожиданно.

– Лучше – что? – подал голос директор.

– Лучше той, что была до мисс Фиджи, – он подмигнул Лорен. – Вы знали ее? При встрече с ней я каждый раз дрожал от страха. Настоящая фрекен Бок. А вы милая. Держу пари, наши мальчишки в вас уже влюблены.

– Ну, это уж вряд ли, – у Лорен неожиданно тоже развязался язык. – Доктор Джордан запрещает нам всем испытывать нежные чувства к кому бы то ни было.

– Вот именно, – подтвердил директор. – Так что перестань рас-трачивать свое обаяние на мисс Фиджи. Ты не в ее вкусе.

– А когда это вы успели изучить мой вкус? – парировала Лорен. Рене рассмеялся, а Джордан взглянул на нее с изумлением, как на заговорившую статую. Чувствуя, что щеки ее заливает краска, Ло-рен вновь обратилась к Мартелю:

– Рада, что вы, наконец, вернулись. Дети много рассказывали про вас…

Рене картинно схватился за голову:

– О, боже, нет! Не верьте-не верьте! Ничему не верьте!

Джордан, которому они уже изрядно надоели, побарабанил пальцами по столу:

– Рене, у нас много работы. А вы почему не с детьми, мисс Фиджи?

'Место! , мысленно скомандовала Лорен. Но почему-то сего-дня обычная резкость директора ее не покоробила. Похоже, с это-го дня жизнь в школе будет протекать веселее.

Что ж, если развить мысль Джордана о школе как большой семье, то Мартель в ней – веселый и заводной старший брат. Джордан, разумеется, – суровый и озабоченный отец, лишь иногда позволяющий себе подурачиться. А она… Она… Лорен вздохнула. Ни на сестру, ни, тем более, на мать она не тянула. Скорее уж – незамужняя тетушка-приживалка, от которой толку чуть, а на улицу выгнать жалко…

Потайная дверь была вновь открыта. Не раздумывая, Лорен пересекла кабинет, и, придерживаясь за холодную стенку, начала спускаться вниз. Лестница завернула раз, крутым коротким проле-том – еще раз. Какой же глубины это подвал? Слева доносилось какое-то потрескивание. Лорен двигалась все медленнее, пока не остановилась на последней ступеньке. Огляделась. Да, ни на ка-меру пыток, ни на вертеп это никак не походило…

Какие-то пульты, компьютеры, аппаратура, все сейчас выклю-ченное и темное. Мощные лампы освещали огромное пустое про-странство за толстым стеклом. Рене, присевший на корточки, с го-ловой погрузился в ящик с какими-то проводами, датчиками и про-чими машинными частями, в которых она совершенно не разбира-лась. Лорен сдвинулась, чтобы лучше видеть, и наступила на за-гремевшую снятую панель. Рене сказал недовольно:

– Знаешь, придется все-таки звать электронщика! Никак не мо-гу найти, где…

Он говорил это, вылезая из недр ящика, поднял голову и за-мер в неудобной позе, уставившись на Лорен.

– Лорен? – Рене, наконец, поднялся и взглянул на лестницу, точно ожидая еще кого-то увидеть. – А где Алекс?

Она беспечно пожала плечами.

– Не знаю.

Прошла мимо него, с любопытством приглядываясь к аппара-туре – Рене поворачивался вслед за ней, как подсолнух, маши-нально продолжая сжимать в руках миниатюрные отвертки. Лорен коснулась стекла ладонью.

– Лорен… – нерешительно позвал Рене.

Она оглянулась, улыбнулась, всем своим видом демонстрируя дружелюбие и беспечность.

– Да? – она двигалась вдоль стеклянной перегородки, пока не обнаружила сдвинутую в сторону дверь.

– Лорен! – поспешно окликнул Рене, но она уже протиснулась боком в узкую щель и очутилась в освещенном бункере размером с хороший стадион. Бетонные стены, высокий потолок, под ногами скрипит стеклянная пыль, смешанная с бетонной крошкой. По уг-лам и на потолке – прожектора – такие мощные, что она даже ощу-щала их жар.

– Лорен!

Вздрогнув – эхо гулко отразилось от стен – она обернулась. Рене стоял в дверях.

– Алекс знает, что вы здесь?

Лорен дернула плечами, словно отмахнувшись от несущест-венного вопроса. Пошла вдоль стены, приглядываясь: выбоины, и довольно глубокие… а здесь будто кто-то провел четырьмя гигант-скими когтями – ровные борозды от середины стены до пола. А это что? Сажа? Она коснулась пальцами, понюхала и сморщилась. Пахло пожаром.

– Копоть, – подтвердили за ее спиной. Едва не подпрыгнув, Ло-рен резко обернулась. Совсем рядом стоял Джордан и наблюдал за ней, слегка склонив голову набок. Взгляд Лорен метнулся в по-исках спасения – где там, Рене благоразумно ретировался из бун-кера и теперь наблюдал за ними из-за надежного стеклянного при-крытия. Лорен со слабым вызовом вздернула голову.

– Что вы здесь проводите? Ядерные испытания?

– Ядерные? – переспросил Джордан, продолжая задумчиво ее рассматривать. – Да, ядерный удар этот бункер может выдержать. Разумеется, не прямое попадание. А вот здесь у нас, – он подхва-тил Лорен под локоть, та слабо дернулась и смирилась, – противо-пожарные установки. Очень дорогая и супернадежная система. Может противостоять напалму. А здесь, – он повлек ее дальше, – встроенные светильники. Лампы дневного света, обыкновенные, инфракрасные…

Оглядываясь и чуть ли не кивая в знак понимания, Лорен все сильнее ощущала себя экскурсантом на давно осточертевшей гиду экскурсии.

Джордан провел ее к центру. Показал вверх.

– Потолок, стены, пол бронированы и покрыты звукопогло-щающим материалом. Так что даже если здесь действительно взорвется маленькая бомба, в домах наверху ничего не почувст-вуют. Так, разве что пол слегка качнется.

Он посмотрел на нее, как будто ожидая вопросов. Но так как Лорен, закусив губу, молчала, повернул ее лицом к выходу.

– Стекло тоже бронировано. Очень надежное. Лазером, веро-ятно, можно разрезать, но пока никто не пробовал. Так, что еще? Ах, да! – он потащил ее за собой, как тряпичную куклу. – Вот здесь у нас разрядники.

– Разрядники… – слабым эхом повторила Лорен.

– Это мы их так называем, разумеется, – пояснил Джордан, словно она задала ему вопрос. – Не смертельно, но весьма чувст-вительно. Можно создать разряд в несколько тысяч вольт. Есть кое-что еще, но это вряд ли придется вам по вкусу. Ну, мы не са-дисты, пускаем их в ход только в случае крайней необходимости…

Он властно выволок Лорен за дверь.

– Рене, девушка любопытствовала, для чего здесь вся эта ап-паратура?

– Я не… – слабо запротестовала Лорен.

– Покажи ей картинки, – не обращая на нее внимания, приказал Джордан.

Рене взглянул на директора, пожал плечами и вежливо при-гласил: