Текст книги "Одиночество (СИ)"
Автор книги: Наталья Смирнова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)
– Лёша, не мучай меня. Я люблю тебя.
Саша вдруг полез в карман и вытащил бумажку.
– Позвони мне. Сейчас праздники, выходные. Давай встретимся?
Я автоматически взял бумажку и сунул её в карман.
– Сашка, ну ты что застрял? – послышались голоса. – Приглашай с нами Лёшу.
– Спасибо, я не могу. С Новым годом!
Я развернулся и побежал к Володе.
– Кто это? Мужик какой-то. Родственник его что ли? Дядька, поди, – обсуждали за моей спиной Володину персону.
– Да, это его дядя.
Дядя? Володя вроде хорошо выглядит. Ну, есть у нас разница в возрасте. Но неужели это так бросается в глаза?
– Накатался уже? – Володя поправил на мне шапку.
– Накатался, пошли.
Володя как всегда ничего не спрашивал. Мы почти бежали к его дому, растирая на ходу покрасневшие щёки. Да, мороз тогда вдарил не по-детски. До сих пор помню тот морозный январь, ту новогоднюю ночь и наш с Володей праздник – разобранную постель, бокалы с шампанским, лёгкий хмель, наручники на руках, ласковые удары небольшой плети (и где он её взял?), желание, охватившее горящее в огне тело, и череда волн накатившего наслаждения. Мне казалось, что я натрахался на несколько месяцев вперёд. Удовлетворение было таким полным, что лилось через край.
– Как же хорошо с тобой, – бормотал я, еле разжимая усталые исцелованные губы.
– Лёша, оставайся сегодня на весь день. Проведём вместе первое января.
Конечно, я остался. Мы даже плавки не надевали. Оделись только тогда, когда пошли гулять с Миланом. У нас было целых четыре праздничных дня. Почему я это запомнил? Потому, что следующие три дня я настроился провести дома, один. Володя уехал к родственникам. И я догадывался, что он ещё хотел встретиться с сыном. Я, может, так бы и просидел эти дни дома. Но было так скучно, что хоть на стенку лезь. И зомбоящик не радовал. Всё те же концерты, непотопляемый Кобзон, вечная «Ирония судьбы».
И тут я вспомнил про Сашу. Полез в карман куртки и обнаружил бумажку с его телефоном. Зачем я позвонил? Вот кто бы мне это объяснил.
Сашка невероятно обрадовался моему звонку.
– Лёша, давай встретимся около нашего кинотеатра. Пойдем ко мне. Мама наготовила еды на целый полк.
Что делать ещё в праздники? Пить да есть. Я быстро нарядился и к условленному времени подбежал на место встречи. Мороз не спадал. Кажется, он стал ещё сильнее.
– Лёшка! – Саша замахал мне издали рукой. Он был такой веселый и счастливый, что я растаял. – Пошли скорее. Холодно.
В квартире у Саши было уютно. Невысокого роста женщина с тёмными длинными волосами встретила нас у порога.
– Мама, это Алёша.
– Здравствуйте.
Мама у Сани была приветливой, худенькой и подвижной.
– Проходи, Алёша. Саша мне уже все ужи прожужжал о тебе.
Я неловко закашлялся.
– Да, ладно, мам! – Саша принял у меня из рук куртку. – Заходи в комнату, – он показал мне на дверь.
Сашкина комната была небольшой и почти пустой. Кровать, рабочий стол и небольшой шкаф – вся обстановка. На стене висели боксёрские перчатки, и несколько грамот.
– Это твои? – я подошёл, разглядывая с интересом, желая узнать, какие же места занимал Саша.
– Мои, занимался когда-то. Хочешь, свой альбом покажу?
Да, тогда у нас было самое интересное развлечение – рассматривать фотоальбомы. В начале всегда шли черно-белые фотки. Потом уже цветные.
Я сел на кровать и раскрыл альбом. Светленький мальчик в шортиках и ситцевой рубашонке серьёзно смотрел на меня. Ровно подстриженная чёлка была зачёсана на бок. Потом школьные фотографии. Всё почти, как и у меня – октябрёнок, пионер и комсомолец.
– А я не вступал в комсомол.
– Значит, был несоюзной молодёжью? – Саша присел рядом. – А я, помнится, активистом был.
– А в какой школе ты учился?
– В сто тридцатой.
– Англичанин.
– Ага, – Саша пододвинулся ко мне ближе. – А ты?
– Француз.
– О, знаю эту школу, – Сашина рука легла мне на плечо. – Язык то ещё помнишь?
– Ну, что-то помню. В институте тоже его учил.
– Учили, учили, а что толку? Как жили здесь, так и будем жить.
– Да, – согласился я, переворачивая последнюю страницу.
– Лёша. – Альбом упал с моих колен и громко стукнулся об пол. – Посмотри на меня.
Я послушно поднял глаза. Сашины руки обхватили мою голову, первые пальцы легли на виски и стали аккуратно поглаживать.
– Не мучь меня.
Скотство. Саша так нежно меня целовал, что я поддался его порыву. Он потянул с меня свитер, повалил на кровать, вылизывал ключицы, одарил ознобом и дрожью, заставил выгнуться под его руками. Я вцепился в его волосы, когда он коснулся губами моего члена, пытался сдержать стон.
– Можешь не сдерживаться, – прошептал Саша, приподняв голову. – Мама ушла к соседке.
Я дёргался, проникая в его рот глубже. Зубы немного царапали кожу. Это придавало ощущениям болезненную остроту. Саша глотал сперму, слизывая капельки с моего члена, улыбался и шептал:
– Хороший мой, какой же ты охуенный.
Он стянул с меня джинсы, спустил свои штаны до колен, рванул нетерпеливо зубам обвёртку презерватива. Я смотрел, как он раскатывает резинку по своему пенису. Потом вскрикнул, упёрся ладонями ему в плечи. Саша входил как-то слишком торопливо. Я чуть приподнял бёдра, желая, чтобы он задел простату. Он сразу взял какой-то бешеный темп. Я цеплялся за него, кусал плечо. Подо мной методично скрипела кровать. Я кончил раньше Саши. Он ещё помучил меня перед тем, как выпустить из себя стоны и всхлипы.
Саша потянулся, чтобы поцеловать меня. Мне вдруг стало всё безразлично. Своё собственное тело казалось чужим.
– Где у вас ванна?
– От входной двери по коридору направо.
Я поднялся, натягивая штаны. Нашёл ванную комнату, вымыл живот и тщательно промыл член. Посмотрел на себя в зеркало. На меня смотрел Лёшка с красным лицом и растрепанными волосами. Я уставился на свою физиономию. Это что же получается? Я теперь встречаюсь с двоими? Я сел на краешек ванны и задумался. Володя до сих пор молчит. Его, похоже, устраивает всё. Я же хочу близких семейных отношений. Что у нас впереди? Всё также трах, бутылочка вина на вечер и встречи через день. Одна и та же программа, одно и то же расписание. А Саша предлагает мне те отношения, о которых я мечтаю.
– Лёша, – в дверь постучали. – У тебя всё в порядке?
– Да, Саш.
Я пустил в раковину холодную воду и сполоснул пылающее лицо. Мне кажется, что я уже готов принять важное решение.
========== Глава 21 ==========
Как только я услышал Володю после новогодних праздников, то тут же выкинул из головы все мысли о нашем возможном расставании.
– Лёшка, как же я соскучился по тебе! – сказал мне родной голос по телефону.
– Я сейчас приду!
И я побежал к нему, не желая ждать, когда он за мной заедет.
Я истосковался по зелёным добрым глазам, по сильным рукам, по всему, что было связано с Володей. Это было на уровне ощущений и особых химических реакций. В нём всё для меня было хорошо и только привлекало. Казалось бы, разница в возрасте, немного другие взгляды на жизнь, не слишком много общих интересов – но всё это меркло перед тем, что называется «мой человек». С ним не было одиноко. Я всегда чувствовал себя под защитой. Я не видел недостатков в Володе. Их просто не было. Мы ни разу за это время не повысили друг на друга голос. Да, может, у меня и были какие-то мелкие обиды, но я их очень быстро забывал. Мне достаточно было увидеть моего мужчину, и все сомнения казались ненужными и нелепыми. Я не мог и не хотел трезво мыслить, когда на меня смотрел Володя. Какие мысли, если я весь был в эмоциях и горел в них? Размышлял я лишь тогда, когда оставался один.
Саша. Мне нравился Сашка. Мы могли подолгу болтать, ходили на дискотеки в клуб, работали над моей моделью, забывая о времени. Он был интересным человеком, у нас было много общих увлечений – современная музыка, биатлон (мы вместе болели перед зомбоящиком), лыжи (мы ходили на лыжные прогулки). Мы были практически ровесниками. Сейчас, я думаю, что Сашка был для меня больше другом, а не возлюбленным. Я не испытывал к нему особого сексуального влечения. Да, с Сашей было неплохо в постели. Вот, именно, «неплохо». Но не было того полёта, что я испытывал с Володей. После того раза, что случился в Сашкиной комнате, у нас ещё получилось раза два в феврале. Если честно, я не понимаю, как только Сашка держался. Он, наверное, просто решил не торопить время. А вот я, наоборот, нетерпеливо форсировал события. Мне хотелось как-то подтолкнуть Володю к решительным действиям. Я не понимал тогда, что такой человек, как Володя не будет на меня давить. Он давал мне право строить свою жизнь самому, решать с кем мне будет лучше, уважал мои решения, и не шёл им поперёк. У меня было право жить не по подсказке. Но я тогда, по словам Володи, действительно ещё был ребёнком. Мне хотелось, чтобы Володя всё решил за меня. Объявил бы меня своей собственностью и взял под покровительство. Был тогда один момент, на который мне стоило бы обратить внимание. Но я как всегда пропустил всё это через эмоции.
В феврале-марте у Володи что-то не ладилось в фирме. Были финансовые трудности. Володя часто был серьёзен, напряжён и расслаблялся только после бокала вина. Как-то раз мы заговорили про его работу.
– Тяжелые сейчас времена, Лёшка. Вот прогорю и что?
– Что? – спросил я. – У тебя что-то серьёзное?
– Похоже, что да.
Володя замолчал. Мне хотелось его поддержать.
– Выправиться всё. Ты сам говорил, что нужно прикладывать усилия. Всё зависит только от нас.
– Верно. – Володя сжал мои плечи руками. – Но бывает всякое. Вот потеряю квартиру, приду к тебе жить. Пустишь?
– Пущу, – сердце моё радостно забилось. Но мне было грустно от того, что он может ко мне прийти только в случае неудачи.
Зря я тогда сделал такой вывод. Сейчас я понимаю, что это был первый шаг к тому, чтобы быть парой. На самом деле мы уже были парой. Но я тогда этого ещё не понимал. Володе действительно нужно было время, а я, дурак, его торопил. Зачем?
Саша же перешёл к решительным действиям в марте. Наверное, в его порыве была виновата весна. Да, я всегда всё сваливал на других, и на обстоятельства. Теперь я думаю, что виноват во всём сам. Надеялся, что моя проблема сама собой рассосётся. А она расползалась всё больше и больше, принимая угрожающие размеры. Это я понял тогда, когда увидел около моего подъезда Сашку с розой в руках.
Я говорил вам, что я романтик и ведусь на цветы и вздохи под луной? Вот, я такой.
– Это тебе, – Саша протянул мне роскошную бордовую розу.
– Саша… – начал было я.
– Т-с-с-с… Не надо ничего говорить. Хочешь в кино? Сегодня идёт классный боевик.
– Хочу, – мне действительно захотелось в кинотеатр, сидеть в большом зале в темноте, смотреть на огромный экран. Я давно не был в кинотеатре.
– Пошли.
– Сейчас. Только розу занесу.
Я быстро взлетел по ступенькам, открыл дверь и поставил цветок в вазу.
В кинотеатре мы сели на последний ряд. Я чувствовал себя шкодливым первокурсником. Фильм был затянутым. Но Саша даром времени не терял. Когда были нудные монологи, он целовал меня и кормил шоколадкой. Я глупо хихикал и вёл себя, как шлюшка. Всё это в моих глазах выглядело так романтично, что я чуть не растаял в темноте. Романтики, блядь, захотелось. Ну, почему я был таким дураком?
Да, мы пропустили с Володей стадию ухаживания. Он подошёл ко мне по серьёзному и по взрослому. Он желал видеть мои взрослые поступки. Он переоценил меня. Я только позже понял, как сильно Володя меня любил.
А пока я развесил уши и слушал романтические слова любви.
Саша был искренен, я знаю. Но не нужно было мне поддаваться на его уговоры. А он к ухаживанию за мной подошёл продумано.
Весна вскружила мне голову. Два! У меня целых два мужчины.
*****
Восьмого марта я стал звонить своим женщинам, маме и сестре, чтобы поздравить с праздником. Потом я решил позвонить Люсе, жене Валерки. Протараторив по телефону искренние пожелания, я уже хотел положить трубку.
– Подожди, – попросила меня Люся. – Тебе Валерка хочет кое-что сказать.
– Лёшка, – Валерка весело заорал в трубку. – Ты в курсе, что у Володи сегодня днюха?
Я чуть не уронил телефон. Вот те раз! А у меня даже подарка нет.
– Валер, ты что мне раньше-то не сказал?
– А ты и не спрашивал.
Да, я скотина и свинья. Даже не поинтересовался, когда у моего любимого день рождения.
– Валерка, ну всё. Мне некогда.
Я бросил трубку и рванул в магазин.
В Торговом Центре я бродил по отделам. Мне ничего не нравилось. Что подарить? Деньги у меня были. Написание работ за студентов приносило неплохой доход. Я в раздумье направился к выходу. Можно сходить в другой магазин. Но в какой? Не в хозяйственный же. И тут на моём пути у самого выхода попался отдел часов. «А почему бы не подарить Володе часы?» – подумал я и зарулил в отдел. Продавщица по моей просьбе выложила на прилавок с десяток часов. Я мерил, рассматривал критически, и всё не мог решить. То часы не очень подходили, то цена кусалась. Я уже, было, совсем расстроился, как вдруг девушка спросила:
– А вы кому часы выбираете? Себе?
– Нет. Мужчине сорока лет.
– Сейчас я вам покажу одни часы. Мне кажется, они должны подойти.
Часы были и не слишком большие (не люблю будильники на руке), и не слишком маленькие. В самый раз. На батарейках, естественно. На них можно было выставить и время, и дату, и секундомер имелся, и дизайн мне очень понравился. И что удивительно, даже цена была подходящей.
– Девушка, я эти возьму.
Продавщица достала коробочку, в которую аккуратно уложила часы.
– Можно сделать памятную гравировку, – подсказала она мне.
Точно! У нас же под лестницей на первом этаже гравёр сидит. Я расплатился, поблагодарил девушку и побежал на первый этаж.
– Какую надпись будем делать? – пожилой мужчина даже не поднял голову.
Я растерялся. Что написать? «На долгую память»? Банально и скучно. «Люблю»? Мужик, небось, со своего стула свалится, услышав такое. Я задумался.
– Напишите – «Не одинок».
Через полчаса я был уже дома и набирал номер Володиного телефона.
– Да, – сонно ответил Володя.
– Привет. Говорят, что у тебя сегодня день рождения. Хочу тебя поздравить.
– Лёшка, – голос мгновенно проснулся. – Я вообще-то не очень люблю свой день рождения. Женщин нужно поздравлять.
– Но я-то не женщина.
– Лёша, приходи. Пусть женщины празднуют свой праздник, а мы отпразднуем мой.
И я полетел к Володе. Да, мы оторвались тогда по полной программе.
Володя надел часы, прочитал на коробочке гравировку, притянул меня к себе и сказал:
– Да, я не одинок, благодаря тебе. Спасибо.
Его губы слегка дрогнули.
– Что ещё ты мне подаришь?
Я понял его намёк.
– Себя.
И стал расстёгивать пуговицы на своей рубашке. Медленно разделся, лёг на диван и закинул руку за голову.
– Вот твой подарок. Бери.
========== Глава 22 ==========
Весна была бурной и быстрой. Активно таял снег, на улицах текли шумные ручьи. Солнце грело и светило так ярко, что всё растаяло за какие-то две недели. Рекордные сроки для нас. Я даже и не заметил этот период.
Мы вдруг стали чаще встречаться с Сашей вне работы. Он перешёл к настойчивой стадии ухаживания, таскал мне цветы, музыкальные новинки на кассетах и подолгу задерживался вечерами.
– Лёшка, – прямо с порога как-то заявил он мне в субботний день, держа в руках объёмную сумку. – Ты почему одними макаронами питаешься? Никакого разнообразия в пище. Давай я тебе борщ сварю. Настоящий, украинский. Пальчики оближешь.
Ну, борщ, так борщ. Я шире открыл дверь, запуская своего воздыхателя.
Сашка протопал в квартиру, оккупировал мою кухню и стал выгружать на стол продукты. Я сел на табуретку и наблюдал, как он ловко чистит картошку, режет лук и остальные овощи, потягивал носом одуряющий запах готовящейся еды. На плите тихо булькал наваристый бульон. Я глотал слюнки и млел от домашнего уюта. Саша в фартуке и половником в руках выглядел заботливым и умелым мужем. Попробовав свой борщ ложкой, он распорядился:
– Накрывай на стол. Скоро наш борщик будет готов.
Ради такого неожиданного праздника я достал красивые тарелки из маминого сервиза, который она презентовала мне во владение. Порывшись в морозилке, выкопал замороженную зелень. Сашка обрадовался и добавил в борщ укроп. Я водрузил на стол салфетки, хлебницу с нарезанным хлебом, поставил чай и нашёл в шкафчике пряники недельной давности.
Честно сказать, себе я практически не готовил. Скучно же одному. Для себя готовить лень. Питался я в основном в институтской столовой да в кафешках с Володей. Утром я традиционно пил кофе с бутербродом. В выходные дни перекусывал батоном с молоком. Обожаю свежий хлеб. Булка нарезного батона и литр молока по обыкновению составлял весь мой обед. И вдруг Сашка мне устраивает празднество.
Мы разлили в тарелки борщ, сели за стол и приступили к трапезе. Я не ожидал, что Саша так вкусно готовит. Борщ вышел на славу, со сметанкой, горяченький и аппетитный. Я попросил добавки. Натрескался от пуза.
– Спасибо, Саш. Научишь меня?
– Не просто научу, – Саша подошёл ко мне, наклонился и обнял. – Возьми меня к себе, и я тебе буду готовить такую вкусноту каждый день.
У меня закружилась голова от такого заманчивого предложения. Всё-таки правильно говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
– А я тоже готовить умею, – похвастался я. – Мама научила. Просто, когда живёшь один, готовить неохота. Некому.
Я встал и начал убирать со стола. Саша мне помог вымыть посуду, перекинул полотенце через плечо, чтобы вытереть тарелки, и вдруг схватил меня мокрыми руками за бока.
– Мокро! – я стал, хихикая, вырываться.
– Тогда так, – Сашка накинул полотенце мне на шею и, потянув за его концы, притянул меня к себе. – Лёша, – он серьёзно посмотрел мне в глаза, – давай жить вместе. Я люблю тебя и хочу быть с тобой рядом всегда.
Он не дал мне сказать ни слова, стал целовать в губы, требовательно и настойчиво, всё так же прижимая полотенцем меня к себе. Потянул в комнату.
– Лёшик, хороший мой. Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив.
Он поднял на мне майку и стал ласкать мою грудь и соски. Затем толкнул на кровать. И я сдался без боя. Его напор покорял. Саша уверенно и активно шёл к своей цели. Он умело брал, несколько жёстко и властно. Я поддался этому, почувствовав в Саше своего хозяина. Мне хотелось ему только отдаваться. Я позволял ему себя любить.
– Лёша, ты такой классный! Могу тебя трахать бесконечно.
Саша довольно вытянулся рядом со мной и мурлыкал, словно кот. Наши тела были мокрыми от пота. Я потянулся к Сашке и недовольно повёл носом. Пот у Сашки имел специфический запах.
– Сашка, иди в душ. Ты вспотел.
– Конечно, вспотел. Все мужики потеют, – он засмеялся и обнял меня. – Лёха, меня вот твой запах возбуждает.
Я сморщил нос.
– Ну, ладно. Мать меня тоже гоняет в душ. Я сейчас, – Сашка подскочил.
– Полотенце на крючке, – крикнул я ему вдогонку.
Зашумела вода. Я лежал и думал. Мне бы хотелось, чтобы рядом со мной находился человек, который меня любит и ждёт. Саша любит меня. С ним хорошо и спокойно. Он мне приятен. А любовь придёт. Сколько ещё Володя будет тянуть? Он так и ничего мне не предложил. Я для него просто любовник. Ничего больше ему от меня не нужно. Мне стало тоскливо. Похоже, что я никогда не дождусь такого предложения от него. Мы так и будем встречаться через день, а потом расходиться каждый в свою сторону.
– Лёшка, – Саша свежий и благоухающий ароматным мылом лёг рядом, – какой же ты красивый! Ты так мне и не ответил на моё предложение.
– Саш, можно я подумаю? – я сглотнул комок, подкативший к горлу. Надо поговорить с Володей. Может, у нас сдвинется что-то с мёртвой точки?
– Можно. Я подожду.
Сашка ласково провёл пальцами по моему лицу.
– Ты удивительно красивый человек. Готов любоваться на тебя вечно.
Он стал трогать губами мои веки, закрывшиеся глаза, щёки, скулы, добрался до губ. По телу разливалась приятная нега.
– Солнце моё, – шептали мне горячие губы. – Да, ты моё солнце.
«Завтра же поговорю с Володей, – подумал я. – Надо что-то решать».
*****
На следующий день Володя задержался. Я уже заскучал, сидя один дома.
– Что так долго? – спросил я его, открывая дверь. Было уже почти десять часов вечера.
– Встреча была с поставщиками. Поехали быстрее. Устал как собака.
Я поспешно накинул куртку. Мы вышли на улицу.
Сидя в машине, я всё думал, когда начать разговор. Не мог решиться сказать всё сразу. «Ладно, – подумал я. – Позже скажу».
А потом были чудесные мгновения нашей близости. Близость – это не секс. Это нечто большее. Я не знаю, как это объяснить. Но в такие минуты мне кажется, что я чувствую Володю полностью, познаю его, читаю его мысли, проникаю в него всей своей сущностью, сливаюсь с ним, становлюсь его тенью, сиамским близнецом. Это некое единение душ, необъяснимая химия, когда в реакцию вступают два существа и соединяются. Есть у человека душа, невидимая субстанция, которая может проникнуть в другое тело во время близости. Мы просто влипаем друг в друга, стискиваем в объятиях так, что потом я обнаруживаю синяки на своих боках. Но в те мгновения нет боли, есть дикое желание перетечь в доступное тело и остаться там как можно дольше. Это не зависит от того, кто сверху, а кто снизу.
Сегодня я чувствую усталость Володи и беру инициативу в свои руки. Он тихо стонет, лёжа на спине.
– Лёша, садись на меня сверху, – просит вдруг.
Я потихоньку насаживаюсь на его член, медленно, сам контролирую глубину проникновения. Чуть приподнимаюсь на коленях, и снова опускаюсь вниз, ощущая скольжение мокрого от смазки пениса внутри себя. Я так хорошо растянут, что и боли нет. Стараюсь найти нужный угол наклона, чтобы задеть самую важную точку – простату. Вы знаете, что геи не болеют простатитом? Такой массаж – наше всё. Шучу. Но доля правды в этой шутке есть. Так вот, в этот раз я сам выбираю темп, раскачиваюсь, приподнимаюсь и опускаюсь, «езжу» на Володе. Не выдерживаю, и хватаю свой член рукой. Не переставая двигаться, дрочу, закусив от напряжения губу. Только потом я обнаружу, что прокусил её до крови. Я стараюсь удержать уплывающее сознание, сжимаю ягодицы, рука в такт моим движениям выдавливает сперму из члена. Она брызгает Володе на грудь. Он с улыбкой стирает белые капельки пальцами и облизывает их по очереди. Делает он это так эротично, что меня штормит и плющит.
– Ты кончил? – спрашиваю я Володю.
– Да. Несколько минут назад.
Удивительно. Его стояк до сих пор держится. Я сползаю с него и ложусь рядом со своим любовником.
– Ой, – вскрикиваю. Попавший внутрь воздух просится наружу. Я стремглав несусь в туалет. Да, есть у нас такие издержки после секса. Но думаю, что у натуралов тоже свои имеются.
Тут же залажу в ванную. Я вообще очень чистоплотный. До и после секса обязательно душ.
Возвращаюсь к Володе. Он ждёт меня, и поднимается навстречу.
– Лёша, пару минут. Я сейчас.
И, сдёрнув с меня полотенце, исчезает в конце коридора.
Спустя какое-то время мы уже лежим рядом, смотрим в потолок и разговариваем.
– Мне показалось, что ты мне хотел что-то сказать ещё в машине.
Я сейчас такой счастливый и расслабленный, что совершенно не хочу заводить разговор на свою животрепещущую тему.
– Наверное, показалось, – я складываю руки на груди.
– Ты чуть ли не речь мне мысленно произнёс.
Бля, вот откуда он всё знает? Ну, почти произнёс.
– Лёша, я же чувствую, что что-то происходит.
Я поворачиваюсь к Володе. Придётся говорить.
– Володь, появился человек, который любит меня. Он предлагает мне жить вместе.
Я молчу, затаив дыхание. Сейчас. Он скажет. Володя скажет, что никому меня не отдаст. Что это он будет жить со мной, а не кто-то другой.
– Лёша, решай сам с кем ты будешь счастлив.
Я теряюсь.
– А ты?…
– Я не создан для семейных отношений.
Мне кажется, что меня окунули в ледяную воду. За шкирняк. С головой.
– Лёша, самое главное, чтобы тебе было хорошо. С кем, решай сам. Всё. Больше не будем об этом.
Володя повернулся и поцеловал меня в шею. Вот и поговорили. Я слабо ответил ему поцелуем в плечо.
– Давай спать, – попросил Володя. – Сегодня у меня был тяжёлый день.
– Да, – ответил я. – Спать, так спать.
И закрыл глаза
========== Глава 23 ==========
Время потекло своим ходом. Так и ничего не решив, я продолжал встречаться с обоими своими любовниками. День с Сашей, день с Володей. С Сашкой я просто развлекался, проводил интересно вечера и кормил свой мозг мыслями о совместной семейной идиллии. Володю я любил. Бежал к нему на всех парах, желал его каждой клеточкой тела, отдавался ему беззаветно и оставил все мысли о нашей дальнейшей судьбе. Володя мне ясно дал понять, что надеяться мне не на что. Я оставил всё как есть в надежде, что в один прекрасный день всё само собой разрешится. Так оно и случилось. Но это будет в мае, в этом грёбаном месяце, в котором для меня всегда происходят важные в моей жизни события.
А пока я работал. На Сашкином кульмане уже красовалась наша модель, весь стол был завален чертежами, и мы уже договаривались с нашим цехом при институте о создании натурной модели. О моей работе уже был наслышан директор. Мне выделили отдельный стенд в полосе института для дальнейшей установки опытного образца и небольшой домик рядом. В нашем штате появился слесарь и инженер-технолог. Работы шли полным ходом. Требовались деньги. И тогда дирекция предложила мне подать заявку на конкурс фундаментальных исследований РФФИ. Как раз с 1998 года он стал ежегодным. Если мой проект выигрывал этот конкурс в своей области, то мне выделяли деньги, и я мог спокойно работать целый год. Дальше снова можно было подавать заявку. И я решился. Заявку надо было оформить весной. Подача заявок завершалась в апреле. Рассмотрение их было назначено на осень. Полностью оформленный пакет мы отправили по почте. Оставалось ждать сентября. Страну уже штормило от экономической нестабильности. Мы вошли в финальную стадию финансового кризиса. Подача заявки была риском. Но мы надеялись, что нам всё-таки выделят деньги.
Жили мы тогда, как на вулкане. Володя всё чаще выглядел серьёзным и хмурым. Похоже, что дела в его фирме не особо складывались. Да и вообще, было всё довольно шатко – и дела, и наша личная жизнь, и повседневная.
Обстановка в России накалилась, как воздух перед грозой.
Моя мама в тот год взяла дополнительный участок земли недалеко от своей дачи. Соседи отдали во временное пользование. Не знаю почему, но маман решила его весь засадить картошкой. Видимо, она, если не предугадывала дальнейшие события, то чувствовала своей интуицией, что дело будет плохо.
Надо было вскопать весь участок. Четыре сотки. За два дня. Одному мне это было сделать нереально. Кого просить? Не Володю же. Он с утра до позднего вечера пахал в своей фирме. И я решил попросить Сашку.
Саша сразу же согласился. На каждого по две сотки – это реально.
Итак, май. Традиционная жара. Работа в обнимку с лопатой.
В субботу мы много сделали, не успели докопать буквально сотку. Оставили её на воскресенье. Я подумал, что в первую половину дня мы всё доделаем, и я отправлю Сашу, а сам подожду Володю до вечера. Он обещал заехать за мной.
С воскресного утра Саша не торопился. Сотка по его разумению – это ведь всего ничего. Я подгонял его. Мне хотелось его сплавить после обеда. Но, похоже, что у Саши были свои планы. Сейчас я думаю, что мне надо было ему сразу прямо сказать, что вечером заедет Володя. Но я всё мямлил какими-то полунамёками, деликатничал, надеялся, что Саша поймёт всё сам. Но Сашка намёков не понимал. В результате, после обеда у нас ещё оставалась работа. Саня решил, что нам надо немного отдохнуть. Копать осталось небольшую полосу земли. Я плюнул на всё и пошёл ковыряться один.
– Лёша, ты прямо стахановец. Куда торопишься? – Саша подошёл ко мне и начал копать, двигаясь за мной.
– Саш, тебе домой не пора?
– Неа, – взмах лопатой, мускулы перекатываются на Сашкиной обнажённой спине.
– Давай уж заканчивать. Я устал.
– Да закончим мы сейчас, – Саша остановился, вытащил пачку сигарет из кармана и закурил.
Я посмотрел на часы. Уже пять вечера. Какую-то сотку мы мучаем целый день.
– Сейчас я докопаю, не надрывайся.
Бросив окурок, Саша усиленно стал копать. Взяв предложенный темп, я еле поспевал за ним. Зато за каких-то двадцать минут мы закончили.
Уф! Мы побежали к домику. Шестой час. У меня в груди стало всё клокотать от волнения. Я понимал, что не успеваю сплавить Сашку. А он действительно никуда не торопился.
– Саша, спасибо, – моя мама благодарно посмотрела на Саньку. – Если бы не ты, Лёше тут неделю ковыряться бы пришлось.
– Не за что, – лучезарно улыбнулся Саня. – Зовите, если нужно. Я всегда к вашим услугам.
Вот стервец. Знал, как к моей маме подкатить.
Пока мы приняли душ из бочки, пока оделись в чистое, уже и шесть. Послышался шум машины. В животе у меня вдруг образовалась неприятная пустота.
– Лёша! – позвал меня Володин голос.
– Я тут, – я вышел из домика, оправляя футболку.
– Валентина Сергеевна, собирайтесь по-быстренькому, подброшу и вас до дома.
Мама засуетилась, складывая сумки. И тут вышел Саша.
В общем, слов тут было не надо, чтобы догадаться кто он для меня. Он так по-хозяйски положил мне руку на плечо, затем посмотрел на Володю, улыбнулся и протянул ему другую руку:
– Саша.
– Владимир.
Володя оценивающе окинул взглядом его фигуру, затем посмотрел на меня. Я готов был сквозь землю провалиться. Нет ничего хуже, когда твои парни смотрят друг на друга, отлично зная, что делят тебя в постели.
Володя пожал руку Сашке.
– Садись. Подвезу.
Я совершенно онемел, и поплёлся за ними следом. Маман уже устроилась на заднем сидении. Я по привычке сел к Володе.
Саша всю дорогу болтал с моей мамой. Рассказывал об особенностях полива томатов и обещал ей сделать теплицу. Пиздец. Я готов был заорать! Сидел, стискивая зубы, и зло смотрел на дорогу. Володя же был спокоен. Конечно, он видел и мой отчаянный взгляд, и мои красные уши.
Он привёз нас к дому, мы выгрузились из машины.
– Я поеду машину поставить в гараж, – сказал Володя, глядя мимо меня.
– Хорошо.
Он вдруг перевёл на меня взгляд. Я не видел в нём ни укора, ни обиды, ничего такого, что могло бы сказать о душевной боли. Володя смотрел на меня так, будто на простого знакомого.
– Пока.
Я наблюдал, как «Мазда» выезжает со двора, и ничего не чувствовал. Казалось, что Володя через полчаса появится на пороге у меня дома, и всё будет как прежде.
– Саша, пойдём я тебя чаем напою, – моя мама усиленно зазывала Сашку.
– Нет, спасибо, – отказался Саня. – Мне пора уже. Мама дома ждёт. Лёша, до завтра! – он коснулся губами моей щеки. Кажется, мама всё поняла.
Я помог маме занести сумки, и ушёл к себе. Просидел весь вечер перед зомбоящиком, ожидая Володю. Он так и не пришёл. Не пришёл он и через день, и через два. Не пришёл он и через неделю. И не звонил. Вот так просто ушёл из моей жизни. Я не понимал, как можно вот так всё разорвать? Как будто между нами ничего и никогда не было. Моя рука тянулась к телефону, поднимала трубку. Я долго слушал гудок, не в силах набрать володин номер.
