Текст книги "Истинная для звёздного адмирала (СИ)"

Автор книги: Натали Нил

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Истинная для звёздного адмирала

Глава 1.

Страх ползёт липким холодком по коже, забивается в каждую пору, проникает в сердце. Где я? Тусклый голубой свет давит… Ничего не вижу… Где-то высоко, прямо перед глазами, едва различимо мигают индикаторы. Я почти не чувствую тело, будто оно не моё. Попыталась шевельнуться, поднять руку, чтобы потереть глаза, и не смогла… Мои руки закреплены за запястья. То же с ногами. Меня обездвижили. Что случилось? Что со мной?

Спокойно! Дышу медленно, останавливая бешеный ритм сердца. Постепенно стихают молотки в висках. Вдруг ощущаю укол в шею. Меня чем-то накачивают… Значит, я в регенерационной капсуле, и она отреагировала на паническую атаку… Где же я? Надо вспомнить, что было. Я снова пытаюсь заставить себя успокоиться.

Начинаю с простого. Меня зовут Эрис Болотова. Я – первый пилот десантного шаттла. В составе эскадры земного флота мы покинули орбиту Земли и должны были совершить пространственный прыжок к месту базирования на орбите планеты Тарнас одной из самых дальних звёздных систем.

На выходе из пространственного прыжка нас атаковал флот алланийцев… Мы оказались не там, где должны были, и оказались не готовы. Никто не может быть готов отразить атаку на выходе из прыжка.

Мой шаттл... на нём нет достойной «брони», он не предназначен для космических битв. Последнее воспоминание, как вспышка, взрывает мозг – я пыталась увести борт из-под прицельных залпов плазменных пушек флагмана алланийцев.

Из уголков глаз выкатились слезинки… Эскадры больше нет. Я в плену, хотя должна была погибнуть… Зачем им я?

Вспыхнувший вдруг яркий свет больно резанул по глазам. Я невольно зажмурилась.

Два алланийца стали возле регенерационной капсулы.

– Она пришла в себя, верт.

Тот, к кому уважительно обратились «верт», полон раздражения.

– Тогда выбрасывай её из капсулы и отправляй в отсек к другим пленным. – его голос жёсткий, привыкший отдавать команды.

Прозрачная крышка капсулы медленно и плавно поплыла вверх, с рук и ног спали невидимые оковы. Похоже, меня удерживали локальные силовые поля. На Земле всё ещё нет таких тонких технологий.

– Поднимайся! – звучит грубый приказ, адресованный уже мне. – На выход!

Осторожно спускаюсь по ступеням, висящим в воздухе. Мне никто не подаёт руки, не помогает.

Под ногами, на холодном полу, неоновым огнём загораются стрелки. Я стараюсь даже дышать через раз, так мне страшно. Но мне ничего не остаётся, как следовать приказу. Стена из тонкого серебристого металла плавно и бесшумно отъезжает в сторону. За нею меня уже ждёт высокий алланиец. Мой конвоир. Он кивает чуть вытянутой головой в сторону, и я, безропотно повинуясь, иду за ним.

Его руки свободны. Никакого оружия. Правильно. Куда я денусь с этого корабля? Алланиец доводит меня до очередной двери, и когда она отъезжает в сторону, он грубо вталкивает меня внутрь.

В большой комнате в таких же серебристых комбинезонах, как у меня, человек тридцать… Как я понимаю, все оставшиеся в живых после разгрома. Все, как один, повернулись ко мне.

Люди сидят на полу. Усаживаюсь и я. Рядом опускается молодой симпатичный парень.

– Я тебя знаю. Я тоже пилот. Крейсер «Адамант»…

Киваю. Знаю этот крейсер.

Осматриваюсь. Комната глухая – без иллюминаторов или экранов. Скорее всего, переоборудованный под тюремную камеру грузовой отсек.

– Они приходили?

Парень качает головой.

– Нет. Скорее всего, кто-то ещё находится в капсулах, как ты. Когда все будут готовы, нам озвучат нашу участь… Алланийцам надо показательно кого-то наказать. До полного разгрома наш флагман успел дать короткий бой, а потом… – парень замялся и понизил голос. – Я видел, как он сдетонировал. Думаю, их флагман получил колоссальные повреждения. Но кто-то должен за это ответить. И это будем мы…

Не знаю, сколько прошло времени. К нам присоединилось ещё с десяток мужчин и почти столько же женщин. Когда тебе не по чем ориентироваться, время теряет значение. Но однажды нам грубо приказали построиться.

Я стараюсь встать за спинами других. Обычная малодушная попытка спрятаться… Мужчины сами прикрывают нас, женщин, своими спинами, оттесняя назад. Страх сковывает душу, заставляет сердце метаться в груди.

Перед нами появляется группа высокопоставленных алланийцев. Я понимаю это по их одеждам и почтительно склонённым головам охраны. Они очень похожи на людей. Их лица чуть вытянутые, с высокими скулами. Большие глаза с голубоватыми белками. Один из них выделяется особенно. От него физически исходит угроза. Он очень высокий и сильный. По большой сапфировой звезде на кителе я понимаю – нас посетил сам адмирал.

Он медленно обводит взглядом жалкую группку выживших. Затем в наши уши врывается его жёсткий голос.

– Земляне! Вы все являетесь пленными империи Ал-Лани. Всех вас ждёт наказание. Сейчас я выберу из вас десять человек. Их ждет самая ужасная участь. Остальные станут рабами на дальних планетах-рудниках Ал-Лани и отдадут свои жалкие жизни во благо империи!

Коротко и ясно. По нашим рядам прокатился тихий вздох-стон. Мне кажется, адмирала что-то беспокоит. Он постоянно скользит взглядом в сторону, где стою я за спинами мужчин. Да, что ему нужно? Господи, если ты есть где-то, просто сделай так, чтобы он от нас отстал… Но адмирал начинает именно с нас.

Чеканным шагом он идёт в нашу сторону. За адмиралом следует командный состав. Я скукоживаюсь ещё больше.

– Расступиться! – командует он мужчинам, что стоят передо мной. Те выполняют команду.

Взгляд голубоватых глаз упирается в меня.

– Три шага вперёд! – это уже мне.

На дрожащих ногах выхожу вперёд. Адмирал щурит свои удивительные и пугающие глаза, поджимает губы. А затем что-то идёт не по плану.

– Руку! – звучит новый приказ. Алланийцы за его спиной растерянно переглядываются.

Я несмело вытягиваю вперёд руку. От страха еле стою на ногах. Адмирал быстро сдёргивает что-то со своего запястья и надевает на моё. В глазах его сопровождения – непонимание, смешанное с каким-то ужасом с долей восхищения.

Что он сделал со мной? То, что он надел на меня резко сжимает запястье, потом обжигает, и всё заканчивается.

У адмирала раздуваются ноздри. Он взбешён. Он с трудом отводит от меня взгляд и идёт дальше по ряду, периодически приказывая выйти смертникам вперёд. Я – одна из них… Мне предстоит умереть.

Глава 2.

Отобранным смертникам приказали сделать пять шагов вперёд и повели в отдельный отсек. Нас три женщины и семь мужчин. Никто не плачет, не стенает. Все спокойно приняли свою судьбу. Остался только один вопрос – нас будут убивать? Если да, то мне бы очень хотелось умереть быстро.

Нас останавливают перед очередной дверью. Она плавно уезжает в сторону, и десять отобранных двигаются внутрь. Вдруг меня придерживают за локоть ледяные пальцы. Я дёргаюсь и оборачиваюсь. Один из алланийцев, чуть наклонив голову, тихо говорит:

– Вам в другой отсек, электи…

Не понимаю, что происходит… Как он назвал меня? Что это значит?

Меня отделили от основной группы. Они начнут с меня? Горький ком подкатывает к горлу. Послушно чуть киваю и иду за конвоиром. Скоростной лифт опускает нас на несколько ярусов ниже. Страх не даёт нормально мыслить. Похоже, меня привели на жилой ярус.

Алланиец ведёт меня по светлому коридору. Редкие алланийцы, спешащие по своим рутинным делам, рассматривают меня с нездоровым интересом. Да, что происходит, чёрт возьми?!

Каюта, в которой меня оставляют ждать своей участи, совсем маленькая и, я бы даже сказала, уютная. Нежно-голубой свет затапливает небольшое пространство. Здесь есть стол и удобные эргономичные стулья. Опускаюсь на один из них.

Наконец, я могу рассмотреть, что адмирал надел на мою руку. Тонкая, сантиметра два, странная кружевная лента окольцовывает моё запястье. Я царапаю её ногтем, но чувствую только свою кожу. В то же время, это не татуировка. Она похожа на сверкающий синим металл, будто тысячи ярких кристаллов стали моей новой кожей.

Я верчу рукой, наблюдая за удивительной игрой света. Что это? Зачем адмирал надел это на меня? Почему меня отделили от всех? Кто такая «электи»? Я читала об Ал-Лани и алланийцах. Они не были нашими врагами. Но и связей мы с ними не поддерживали…

Дверь плавно уехала в сторону и в каюту вошли две алланийки – высокие, раскосые с белыми волосами, забранными в высокие причёски.

– Госпожа электи, адмирал приказал передать вам новую одежду. Переоденьтесь, пожалуйста…

У меня челюсть уезжает вниз. Кто-кто я? Госпожа? С чего вдруг такие перемены? Одна из алланиек продолжает:

– Если вам нужна будет помощь, пожалуйста, нажмите вот на эту сенсорную кнопку. – она указывает длинным пальцем на небольшую, подсвеченную зелёным, кнопку у двери. – К вам тут же подойдут и помогут.

В каюту входит третья алланийка. В её руках поднос с какими-то диковинными фруктами. Она ставит его на стол и почтительно отходит.

– Прошу, госпожа, поешьте. Адмирал сможет уделить вам время сразу, как только освободится. Если вы желаете освежиться, прошу вас сюда. – она проходит вглубь каюты. Послушно иду за нею. Алланийка показывает мне, как пользоваться их технологиями дезинфекции и гигиены.

Я пребываю в шоке. Я вижу в глазах алланиек странный коктейль из ненависти, смешанной с завистью. Несмотря на их спокойные голоса и уважительные интонации, они готовы разорвать меня на куски, но что-то их останавливает. И, похоже, это что-то переливается яркими всполохами на моём запястье.

Я благодарю их, и они исчезают. На кровати белеет оставленная ими одежда. Поднимаю лёгкую, почти невесомую ткань. Традиционное платье алланиек. Оно чем-то похоже на хитон, который носили древние гречанки на Земле.

Вернув платье на место, я всё же решаю вымыться. Если мне предстоит умереть, то хотя бы умру чистой. С удовольствием подставляю лицо под тёплые микро-струи воды, смешанной с дезинфицирующим раствором. Выбрав на сенсорной панели кнопку завершения, я попадаю под душистые струи. Мне кажется, что они пахнут лавандой и цитрусом. После такого душа кожа стала необыкновенно мягкой, атласной.

Мои длинные золотые волосы сушит специальное устройство с применением каких-то средств. После всех процедур я натягиваю хитон. Я не обнаружила нижнего белья, поэтому надеваю платье прямо на голое тело. На плечах бретели схвачены синими сверкающими камнями, похожими на камень в звезде адмирала. Тонким поясом из таких же, но мелких, камней схватываю хитон под грудью и до талии. Не могу не отметить, как красив наряд – лаконичный, но шикарный.

Когда я заканчиваю игры с одеждой, на пороге каюты снова появляется одна из алланиек.

– Госпожа, адмирал ждёт вас…

Мне остаётся только следовать за ней. Мы поднимаемся на один ярус выше. Похоже, здесь расположены командные отсеки. Везде, где бы мы ни появлялись, алланийцы рассматривают меня, как диковину.

Алланийка останавливается перед открытой каютой и пропускает меня вперёд.

– Входите, госпожа. Адмирал ждёт вас.

Я сделала шаг вперёд, и за мной бесшумно закрылась дверь. Адмирал в серебристом комбинезоне, заложив руки за спину, стоял лицом к огромной прозрачной стене, за которой чернел безграничный космос. Там параллельно флагману шли корабли звёздного флота Ал-Лани.

Адмирал рассматривал меня в отражении в «стекле». Наконец, повернулся и быстро подошёл, довольно грубо схватил за запястье. Длинные холодные пальцы пробежались по кружевной полоске, вросшей в мою кожу.

– Значит, я не ошибся… – из его груди вырвался раздражённый рык напополам с тяжёлым вздохом. Он отпустил мою руку и сел за стол. Я же осталась стоять посреди каюты. – Ты знаешь, землянка, что это значит? – с каким-то непонятным раздражением он кивнул подбородком на моё запястье.

Я, молча, покачала головой. Адмирал потянул рукав своего комбинезона вверх. На мощном запястье сверкал точно такой же браслет.

– Это значит, что ты моя истинная! – он с ненавистью почти выплюнул последнее слово. – Истинная! Первый, за что ты так со мной? – он сжал губы и поднял глаза к потолку.

– Я не понимаю… – пугливо сорвалось с моих губ.

– Чего именно ты не понимаешь? – сапфировые глаза зло сверкнули. – Ты моя пара. Моя истинная пара. Так решил Первый. Это значит, ты станешь моей наложницей, будешь жить в моём доме и рожать мне детей. Это всё, что от тебя требуется! Уведите её! – резко бросил куда-то в никуда.

Глава 3.

Появившаяся в дверях алланийка жестом пригласила меня следовать за нею. Мы молча вернулись в мою тюрьму. Я всё ещё плохо понимала, что произошло, кроме того, что попала в мерзкое рабство…

– Простите… – обратилась робко к алланийке, когда та собиралась уже уйти. – Могу я получить комм или какое-то устройство… я должна понять, что произошло…

– Я уточню у адмирала… – алланийка чуть поклонилась и вышла, а я без сил опустилась на кровать. Полоска бесценным украшением продолжала сиять на моём запястье…

Прошло довольно много времени, когда алланийка вернулась с небольшим плоским устройством в руках, положила его на стол.

– Пользуйтесь, пожалуйста. – и удалилась.

Я подошла к комму. Плоская пластина овальной формы с мелкими мигающими индикаторами… Ещё бы противная алланийка рассказала, как им пользоваться… Скорее интуитивно, провела над коммом ладонью. Над столом немедленно раскрылся огромный прозрачный экран, приятный женский голос произнёс:

– Добро пожаловать, госпожа Эрис. Что бы вы хотели узнать?

Я удовлетворённо кивнула. Значит, мои данные уже занесены в систему. Скорее всего, пока я была без сознания, мне внедрили чипы. Всё правильно, рабов так легче контролировать… Лишь приставка «госпожа» к моему имени указывала на моё новое положение.

Судя по всему, наши технологии примерно на одном уровне, но алланийцы, всё же, чуть опережали нас.

– Откуда ты знаешь, что я Эрис? – всё же задала вопрос искину*.

– Ваш браслет истинной даёт полную информацию о личных данных и доступах.

Вот как… значит, даже не чипы.

– Я хочу знать всё об адмирале.

– Секунду... Доступ разрешён.

На экране бегут строки и картинки. Я успеваю читать и усваивать информацию. Адмирал Ян Тарадис Ал-Тэддис – главнокомандующий имперского космического флота Ал-Лани. Проявил себя как великолепный стратег и тактик. Под его руководством Империя провела самые успешные операции по захвату планет на дальних рубежах. Особенно отличился во время подавления мятежей в системе Тарии на планетах-рудниках. Ценными чертами характера являются: отвага, принципиальность, жестокость и безраздельная преданность императорскому дому. Адмирал принадлежит к высшей ветви власти и женат на своей кузине Рахес Ал-Торис. Их счастливый брак длится уже сорок лет. Детей нет…

– Всё об истинности в Ал-Лани. – даю новый запрос и добавляю. – Озвучь.

Приятный голос искина начинает рассказ.

Все мужчины Ал-Лани в день совершеннолетия получают в храме Первого два браслета. Только по зову истинной один из браслетов может быть снят и передан женщине. Я подняла руку.

– Слушаю, госпожа Эрис… – вежливо прервал рассказ искин.

– Может ли женщина отказаться от браслета?

– Таких случаев не зафиксировано. Отказ от браслета может быть истолкован, как оскорбление, нанесенное Первому.

Лучше даже не представлять, что делают с тем, кто оскорбил высшее божество.Нервная улыбка искривила мои губы.

– Почему? – всё же озвучиваю вопрос, хотя внутри меня пробежал холодок и залёг где-то внизу живота.

– Только в истинных парах рождаются дети с особенными способностями. Их берегут с рождения, как самые дорогие камни, воспитывают, как почётных граждан, всячески способствуют их развитию.

– А в обычных парах, не истинных, дети рождаются?

– Да. Но в семьях элиты Ал-Лани это редкость. В семьях простых граждан Ал-Лани, не обременённых властью, часто. Обычно такие дети не обладают выдающимися способностями. Они хорошие работники и солдаты.

Ну, конечно. Всем нужны обычные солдаты. Их Первый не дурак.

– Адмирал женат сорок лет… Его жена не истинная?

– Нет.

Я задумалась.

– Что нужно сделать, чтобы отказаться от истинности?

– Доступ закрыт.

Дьявол!

– Хорошо… Какими правами обладают истинные?

– Доступ закрыт.

– Что ещё ты можешь рассказать мне об истинных?

– Истинность встречается всё реже. За последние три сотни лет в империи было всего семь истинных пар среди высших семей. Мужчина может прожить всю жизнь и так и не встретить свою истинную.

Триста лет… семь пар… всего несколько пар в столетие… Даже, учитывая непомерно долгую жизнь алланийцев... да они вырождаются! Это очень плохо. Это очень-очень плохо! Это значит, у меня нет ни единого шанса избежать участи инкубатора для детей адмирала… Мне хочется выть и биться головой о стену.

– Расскажи мне о супруге адмирала.

– Доступ закрыт.

Вздох разочарования срывается с моих губ. Всё правильно. Зачем наложнице знать о семье её истинного? Её дело – раздвигать ноги, принимать его семя и рожать детей.

Внутри меня растёт волна злости, накрывает такое цунами отчаяния, что я, плохо осознавая, что делаю, со всей силы вогнала ногти в ладонь и закричала. Через несколько секунд дверь в отсек открылась, вбежали встревоженные алланийки. На их красивых, идеальных лицах растерянность. Они плохо понимали, почему я кричу. Они что-то быстро лопотали, трогали меня, пытаясь выяснить, что со мной. Я их не слышала. Я слышала только свой крик.

Ещё через несколько минут в отсек вошёл высокий алланиец. Он чем-то уколол мою руку, сознание тут же померкло, и, наконец, наступил покой…

Глава 4.

– Адмирал, она приходит в себя. – сквозь туман в голове прорывается незнакомый голос.

У меня нет сил открыть глаза. Плевать, что они знают, что я уже очнулась… Плевать на всё… Моя жизнь закончилась. Мой мир рухнул. Я умерла…

– Оставь нас. – звучит приказ того, кого ненавижу всей душой.

Спустя мгновение, мой кошмар обращается уже ко мне.

– Я знаю, ты слышишь меня. Открой глаза.

И не думаю подчиняться. Я не хочу видеть этого алланийца. Не хочу слышать его голос. Я хочу быть с теми, кого выбрали вместе со мной… Хочу разделить их участь…

Совсем тихо шуршит ткань комбинезона, когда он садится.

– Хорошо. Можешь слушать с закрытыми глазами. – его голос бесстрастный, лишённый всяких эмоций. – Ты – ценный трофей. Я не дам тебе умереть, как и навредить себе. У тебя нет выбора. Его просто нет. Я так же «счастлив» найти в тебе свою избранную, как и ты быть моей наложницей. Мы оба проиграли. Но я не позволю тебе исчезнуть. Если ещё раз повторится подобное, я прикажу Ферту, главе нашей медицинской службы, погрузить тебя в кому. Ты даже знать не будешь, что рожаешь детей. И так всю твою жалкую жизнь, пока твой организм не истощится, и ты не умрёшь. Либо ты можешь смириться и принять, как данность, то, что произошло. Я более, чем щедр, давая тебе выбор. Думай.

Меня передёргивает от вновь накатившего ужаса и омерзения. Властный и страшный алланиец поднялся и тяжёлыми шагами вышел. Его место занял тот самый Ферт.

– Госпожа Эрис, сядьте, пожалуйста.

– Почему вы называете меня госпожой? – сажусь на узкой кровати.

– Потому что вы принадлежите семье адмирала Ал-Тэддис, госпожа. – уважительно разъясняет Ферт.

Горькая усмешка кривит мои губы… Принадлежу… как вещь, как рабыня.

– Что вам нужно? – мне нет надобности быть вежливой с ним. Я – ценный трофей. Меня будут беречь. Наверное, я даже могу ткнуть пальцем в синий глаз Ферта, и меня даже не накажут.

– Как вы себя чувствуете? – он тянет ко мне свои мерзкие длинные пальцы.

Отшатываюсь от них, как от клубка мерзких змей.

– Нормально я себя чувствую… Не трогайте меня... пожалуйста.

– Простите. – Ферт убирает руки и вдруг добавляет. – прошу вас, не злите адмирала…

– Да вам-то что? – позволяю себе усмешку.

– Вы не понимаете… Первая истинная за последние сто тридцать лет… Вы важны для всех нас. Вы важны для Империи.

– Оставьте меня. Я не хочу говорить.

Ферт поднимается.

– Прошу вас, будьте благоразумны.

Я вскидываю на него взгляд и решаюсь на вопрос:

– Он действительно может отправить меня в кому и использовать только моё тело?

– Он всё может. – Ферт не стал прятать глаза.

Я благодарно кивнула и почему-то позволила себе грубость:

– Убирайтесь.

Ферт, не говоря больше ни слова, вышел.

Я пялюсь невидящим взглядом в идеально ровный пол цвета стали. Вдруг приходит осознание – сейчас мне нужно только выжить. Если надо, я притворюсь, стану невидимкой. Я не буду раздражать одного из высших и самых опасных алланийцев, от которого зависит моя жизнь… Мне просто нужно найти выход. Он обязательно есть, и я буду его искать.

*****

Через два космических дня армада алланийцев совершила пространственный прыжок, а ещё через день их корабли вышли на орбиту Лании – главной планеты империи Ал-Лани. В огромном иллюминаторе повисла такая похожая на родную Землю планета, а моё сердце замирало от ужаса. Лания станет моей тюрьмой, моим приговором.

За спиной с тихим шелестом открылась дверь.

– Госпожа… – одна из алланиек учтиво остановилась на пороге. – Адмирал приказал вам приготовиться. Его личный шаттл стартует через два часа. Я приду за вами.

Криво усмехаюсь. Что имел в виду адмирал? Что значит «приготовиться»? Всё, что у меня есть – на мне. Мне не надо готовиться. Всё отведенное время я пялюсь в иллюминатор, наблюдаю, как один за другим транспортные шаттлы покидают материнские корабли. Скорее всего, звёздный флот останется на орбите.

Появившаяся алланийка просит меня пройти за нею. Покорно выполняю «просьбу». Адмирал ждёт в стыковочном отсеке. Он скользит по мне равнодушным взглядом синих глаз, бросает короткую команду:

– На борт.

В сопровождении той же алланийки выполняю её. Шаттл небольшой. Адмирал сам садится за главную панель управления. Его движения уверенные. Удлинённые узловатые пальцы быстро порхают над сенсорными кнопками, оживляя системы транспортника.

С мягким толчком мы покидаем флагман космического флота. Мне выпадает уникальная возможность рассмотреть корабль, доставивший меня к Лании. Он огромен… Он подавляет своей мощью. Он гораздо больше наших флагманов. Его ужасющие размеры потрясают.

Я закрываю глаза и открываю их лишь, когда шаттл входит в нижние слои атмосферы чужой планеты. В иллюминаторе быстро вырастает великолепный дворец адмирала. Он высится на огромном скальном обломке, который удерживают в воздухе силовые поля. Высокими шпилями дворец уходит за облака, протыкая небо. На его стального цвета стенах отражаются яркие краски заката.

Над дворцом нависают планеты-спутники Лании. Завораживающий и абсолютно фантастический вид… Если бы не моё подавленное состояние, я бы сказала, великолепный.

Шаттл приземляется на одну из посадочных площадок. Адмирал в полоборота поворачивает ко мне голову.

– Сиди здесь, пока не позовут. – в его спокойном и холодном голосе я слышу угрозу. Мне следует повиноваться абсолютно и безоговорочно. Господи, я, итак, не отсвечиваю. Почему он всегда на меня злится?

Молча, киваю в ответ, всем своим видом показывая покорность. Он кивает одному из своих людей, приказывая присмотреть за мной, и покидает шаттл.