Текст книги "Дар рода Острожских (СИ)"

Автор книги: Ната Магг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 25 страниц)

– Люся, права в него можно влюбиться, – не весело размышляла я, – и часто в своих мечтах представляла себя его девушкой, но такое не могла рассказать даже моей подружке. Это была моя девичья тайна, и она никогда не сбудется, видя, какие шикарные девицы посещают квартиру нашего соседа.

Звонок в дверь оторвал меня от глупых мыслей. Лучше бы подумала, что рассказать о Маргоне и наследстве, а не мечтать о мужиках, сердилась я на себя.

– Здрасте, проходите, пожалуйста, – и с испугу перешла на вы, когда увидела хмурого Леона с потемневшими от гнева глазами, – я там ужин приготовила, – уже совсем растеряно проговорила, и показала рукой, в какую сторону идти.

– Дарья, ты меня удивляешь, – очень серьезно смотрел он на меня, и, не снимая обувь, решительно зашагал на кухню, – кто мог тебе подарить такие дорогие апартаменты, и главное, за что? Быстро все рассказывай, – расселся он на стуле, и с раздражением уставился на меня своими темно синими глазами.

– Быстро, наверное, не получиться, – покраснела я и опустила глаза, выставляя на стол овощной салат и отбивные, – понимаешь, мне и самой еще не все понятно. Вокруг происходят очень не понятные и невероятные вещи. Ты можешь мне не поверить, и не думай, что я сбрендила.

– Вечер перестает быть томным, – настороженно усмехнулся Леон, и одобряюще посмотрел на меня, от чего мое сердце сжалось от сладкой боли, так хорошо было рядом с моим старшим другом, и захотелось все рассказать, – не томи, выкладывай, что натворила. Не бойся, мне и не такое приходилось в жизни слышать, когда дружил с Денисом, твоим отцом.

– Тогда, скорее всего, поймешь, – приободрилась я, а Леон пододвинул тарелку и стал медленно кушать, чтобы не смущать меня заинтересованным взглядом. Ему всегда нравилась моя стряпня, и он часто у нас обедал. Конечно, продукты покупал сам, так хитро и подкармливал нас с бабулей.

– Знаешь, я была на хуторе, и познакомилась с одной очень экстравагантной старушкой, ее звали Маргона, – тихо так сказала, и вздрогнула от крика Леона, который подавился и закашлялся. Больше к еде он не дотронулся.

– Это она мне подарила свой дом и квартиру, – уже громко кричала, защищаясь от грозного рыка друга, – у нее нет близких родственников, а я ей понравилась.

– Дарья, ты же умная девушка, да? – с трудом сдерживался Леон, чтобы опять не закричать, и я согласно махнула головой, – тогда скажи, кто в наше время делает такие подарки? От этой сделки несет аферой за милю. Сегодня же едим на этот хутор, и ты отказываешься от наследства. Я сам помогу построить тебе квартиру, может не такую шикарную, но это будет действительно подарок.

Мне так приятно стало от его мужского поступка и заботы, что с восторгом взглянула на Леона, а он растерялся и смутился. Мне, как ни кому было известно, мой друг всегда держит слово. Конечно, я не думала принимать от него такой дар, но было радостно сознавать, что у меня есть на этом свете человек, которому я не безразлична, кроме Люськи.

– Понимаешь, это уже невозможно вернуть, – с отчаянием смотрела в испуганные синие глаза, – Маргона умерла, и теперь, только после моей смерти, смогу передать все наследие кому – то еще.

– Да, – загрустил Леон, – я вижу, как сияет твоя аура, но надеялся, что такое случилось после ухода Агаты в Мир Грез, а это значит, Полянская ведьма наградила тебя своим даром. Но, как? Такое не поддается никакой логики и нашим законам магии!

– Значит, ты тоже Колдун? – уже удивлялась я, – или мои родители тебе рассказали о нашем даре?

– Мы с твои отцом из одного рода, – не весело усмехнулся Леон, – не замечала, что мы похожи, цвет волос и глаз?

– Это ты узнал, что родители погибли? – чуть слышно спросила, и слезы сразу навернулись на глаза.

– Я, – грустно заговорил Леон, – они передали через меня прощальную записку Агате, но она ее порвала и сожгла, чтобы единственная внучка ничего не знала, и не отправилась на проклятые поиски, что погубили ее дочь.

– Ты не помогал им в поисках? – вытирая, льещееся предательские слезы, прошептала я.

– Нет, мне хорошо среди простых людей. Я давно покинул поселение, и не скучаю по бесполезным битвам и интригам между Светом и Тьмой, – решительно встал Леон, и подошел к окну, всматриваясь в ночную мглу.

– Думаешь, мне лучше остаться с людьми? – успокоилась я, и вопросительно смотрела на Леона, – меня не накажут за это?

– Нет, никто не имеет право лишать тебя выбора, но ты должна все узнать о жизни Колдунов Света, и сама сделать выбор, – серьезно смотрел на меня друг, – судя по твоей яркой ауре, Властитель и Совет будут бороться за тебя. Последние годы мало рождалось Ведьм с такой силой, и Орден ослаб.

– Я не хочу бросать учебу, сидеть в поселении и заниматься, только, колдовством, хотя это и интересно, – раздраженно пожала я плечами.

– Значит, ограда и пруд ваша с Людмилой работа? – усмехнулся Леон, – не думаю, что вступив в Свет, ты будешь так развлекаться. Там все серьезно и опасно, сама увидишь.

– Через месяц пригласили на бал к Властителю, – пыталась сделать вид, что мне это безразлично, – они хотят меня представить всем.

– Я всегда был удивлен, что тебя никто из них не тревожит, – недовольно скривился Леон, – значит, когда ты получила могущественную силу, Орден засуетился и дал тебе возможность свободного выбора? Думай, девочка, очень хорошо думай!

– Мне бы найти дневники, или книги о нашем роде, но мы не знаем, где их искать, – я тоже встала и подошла к окну, задергивая штору. Наши глаза встретились, мы несколько секунд напряженно смотрели друг на друга, и Леон нежно обнял меня, а я доверчиво прильнула к нему.

– У Агаты ты ничего не найдешь. Она порвала со своей семьей все связи, а такие вещи всегда хранятся у старшего рода, – тихо шептали мне на ушко, и мои ноги ослабли, а я крепче прижалась к мускулистой груди друга. Он, осторожно отстраняясь, заглянул мне в глаза, увидел в них желание и просьбу, и, меня нежно и настойчиво, первый раз в моей жизни, поцеловал настоящий, взрослый мужчина. Голова закружилась, я даже слышала стук своего сердца. Хриплый, протяжный стон вырвался из пересохшего горла, и мелкая дрожь прошла по всему телу.

Леон, тяжело дыша, настороженно остановился, неохотно оторвался от моих разгоряченных губ, и все еще обнимая, ласково проговорил.

– Дарья, мне лучше уйти. Ты отдыхай и готовься к представлению Властителю, а у меня еще остались важные дела делам. Не наделайте с Людмилой глупостей. Слушай свое сердце, оно подскажет лучше всех подруг и друзей. Знаю, ты самая добрая и светлая девочка.

Я не могла говорить, было очень обидно, что именно сейчас Леон покидает меня. Поэтому, смогла только согласно кивнуть головой, чтобы не разреветься.

– Пойми, девочка, так надо. Мне тоже не хочется уходить, но боюсь сам наделать глупостей, – не весело улыбнулся он, – да, и купи себе, пожалуйста, телефон, тогда сможем созваниваться в любое время. Деньги и номер отставлю в прихожей на тумбочке. Не провожай. Он еще раз очень нежно поцеловал, и быстро вышел.

Спала не спокойно, но сны не снились. Встала уставшая и злая. Чтобы взбодриться приняла холодный душ, так что кричала на всю ванную комнату. Интересно, здесь звукоизоляция хорошая или нет. Не хватало, еще соседи милицию вызвут, слушая мои дикие вопли, но ледяная водичка помогла, даже позавтракала с аппетитом.

– Сегодня же просмотрю все газеты, где нужны работники по вечерам, – продумывала я план на день, и открыла шкаф в гостиной,– хватит брать деньги на такую мелочь, как телефон, это стыдно.

– Ой, мамочка моя, – вырвалось у меня, – это все носила Маргона? Значит, этим вещам много лет, но они так хорошо сохранились?

Я насчитала пять натуральных, роскошных шуб, и не устояла, чтобы, не перемерить все. Какие они были мягкие, нежные. Я поглаживала этот восхитительный мех соболя, долго не хотела снимать шубку из норки. В белом песце была похожа на снежную королеву, а для полушубка из шиншиллы, слов восторга не нашла. Пятый мех я не узнала, но его светло голубой цвет очаровал меня.

Еще нашла много обуви десятилетней давности, в классическом стиле, так что ее можно смело носить и сейчас. В наши дни мода тем и хороша, что каждый может выразить себя в ней, как пожелает, а дорогие, добротные вещи, богато смотрятся, и всегда найдут своих почитателей. Переворошив шкаф, быстро перешла к комодам, тумбочкам и туалетным столикам. В шкатулках, ларцах и вазах нашла драгоценные украшения и деньги, много денег. Современные рубли, и валюта в долларах. Они беспорядочно лежали на полках комода и тумбочек. Было ясно, ими не дорожили и не считали.

Я растерянно уселась в ближайшее кресло, все еще сжимая в руке одну из зеленых пачек, и задумалась.

– Наверное, старая женщина, хоть и Колдунья, была действительно не в своем уме, передовая мне все эти богатства. Скорее всего, у нее были родные люди, которые достойны наследства своего рода. Причем тут я? Ну, ошиблась от сильной боли и передала мне силу, но остальное надо вернуть родственникам. Может, у нее даже дети есть. Почему, не спросила об этом у Анатолия?

Решила ничего не трогать в этом доме. При встрече с Властителем, спрошу его совета об этом деле. Он точно знает, как мне поступить в такой ситуации. Разложила все по местам, и отправилась в спальню почитать книги и свитки Полянских. Было уже поздно, когда решила, что надо отдохнуть, утром подумаю обо всем еще раз.

Мне снился цветочный луг, я даже чувствовала запах полевых цветов. Вдалеке собирала букет женщина, и, присмотревшись, поняла, это моя бабуля. Наконец, Агата приснилась мне, но почему она не видит меня? Я пыталась кричать, а голоса не было, горло перехватил спазм. Мне хотелось подбежать к ней, но ноги увязали в траве, и не могли сдвинуться с места. Вдруг, она повернулась, и испуганно закричала, – Дарья, они идут, защищайся, не дай себя уговорить.

Я резко проснулась, сердце гулко стучало в груди. За окном было раннее утро, еще солнце не показалось из – за горизонта, и в комнате было сумеречно. Тревожная тишина резала слух, а я резко откинулась на подушку, и задумалась, – о чем таком хотела предупредить меня Агата? Кто эти, они? Их приход моей жизни не угрожает, но полностью им нельзя доверять. Бабуля была встревоженной, значит, будет нелегко перенести встречу с неизвестными. Попросить помощи не у кого. Не пугать же Леона такой глупостью, как плохой сон, придется разбираться самой. Надо встать, привести себя в порядок и встретитьть непрошеных гостей.

– Думаю, придут не служители Света, а темные Колдуны, которые хотят со мной познакомиться, – размышляла, медленно допивая кофе, – я же решила узнать все стороны жизни нового Мира, тогда послушаю, что скажут эти злые силы. Поставила на себя защитные чары, и стала их ждать. Пусть будет все почестному. Я должна решать такие важные вопросы, уверенной, что меня не одурманили. От темных, можно всего ожидать, не зря Агата боялась.

Как не прислушивалась к каждому шороху, но, только, у самых дверей обнаружила гостей, и с гордостью поняла, что мои чары держатся крепко, темные их не взломали. Пришлось им, как простым людям, звонить, и просить разрешения войти. К такому повороту событий, они были не готовы, и когда зашли, не успели скрыть раздражение и досаду в черных, не приветливых глазах.

Послов было двое. Молодой парень, очень красивый, но, на мой взгляд, женоподобный, и высокий мужчина с проседью в темных волосах, но с моложавым мужественным лицом без морщин.

– Простите, что не предупредили о своем приходе, – прощупывал он меня своим взглядом, и, поняв, что я закрыта от любой магии, не смог сдержать своего разочарования, – нам показалось, что вы не захотите поговорить с нами, а это необходимо.

– Почему? Мне интересно выслушать вас. Вы же в курсе, что я молодая Ведьма, и ничего не знаю о жизни в вашем Мире, – совсем не покривила душой, и мужчина это понял, с удивлением окинув меня взглядом.

– Неужели Орден Света не успел запугать вас, или ваше любопытство сильнее страха, – усмехнулся Колдун, – тогда, давайте знакомиться. Я Асмадей, посланник Санатаила, нашего Бога, а это мой помощник Сафаоф. Мы можем принимать любой образ, и сегодня пришли к тебе в таком человеческом облике, присмотрись

к нам магическим зрением, и запомни, иначе, в следующий раз можешь не узнать. Вдруг встретимся, нечаянно, – неприятно рассмеялся он, и его напарник ехидно ухмыльнулся. Пришлось, мне тоже представиться, и, покопавшись в знаниях Маргоны, войти в транс, рассматривая их сущность.

Лучше бы я этого не делала, демонический вид темных не то чтобы напугал меня, а вызвал отвращение, и желание быстрее распрощаться с темными посланниками.

– Такая честь приятна, но согласитесь, что она и настораживает? – спокойно проговорила я, вежливо предлагая гостям чаю, стараясь не показывать истинных чувств.

– Один из главных Колдунов Тьмы, сам пришел к неизвестной Ведьме, чтобы представить свой Мир. Властитель, даже не подумал поздравить, или хотя бы успокоить, что мне не грозит наказание. Прислал ко мне невоспитанного красавчика, и надо целый месяц ждать бала и представления. Темные же оказали великую честь. Может, в этом и есть подвох, думали я куплюсь на их лесть, психологи хреновы, – молча оценивала сложную ситуацию.

– Ничего опасного для вас нет, можете не волноваться, – блеснули черные глаза Асмадея, он чувствовал мое напряжение, – вы же закрылись от нас непробиваемой стеной, а чаю с удовольствием выпьем.

Я старалась спокойно готовить завтрак, приманивая продукты, так как в доме не осталось никаких запасов еды, и внимательно слушала гостей.

– Вы быстро учитесь, Дарья, – с любопытством рассматривал меня старший посланник, а Саваоф больше помалкивал, – всего пару дней прошло, как вы перевоплотились, и уже такие результаты.

– Это не моя заслуга, мне вместе со своим даром Маргона передала и знания. Потом, еще сила рода возродилась, – неопределенно пожала я плечами, – плюс мое любопытство скорее всему научиться, – усмехнулась я, – а результаты не плохие, потому что память стала просто волшебная.

– Всем бы нашим такое рвение, – почему то строго взглянул он на молодого помощника, но тот, скривившись, отвернулся, – мы бы давно главенствовали во Вселенной.

– Нет, – ужаснулась я, и тарелка, выпавшая из моих рук, разбилась, – вы же не хотите одни властвовать на Земле. Это будет злой и жестокий Мир. У вас со Светом должно быть равновесие, я читала про такое в книжках, именно это завещал вам Создатель.

– Создатель великий ученый, он придумал Миры во Вселенной, и ему нет дела, как люди и маги будут жить в них. Этот выбор должны делать мы сами. А если, веков через десять, ему не понравиться, как народы развиваются, он заменит их новыми. Так уже было и не раз. А ты Дарья, рассуждаешь, как будто Свет подарил всем спокойную и счастливую жизнь, – едко усмехнулся Асмадей, и его поддержал Саваоф, – разве при их божественном правлении стало меньше убийств, насилий, войн? Люди сами хотят грабить, обманывать, наслаждаться продажной любовью. Так зачем Свету бороться с нами, и помогать им? Такую жизнь мы, без проблем, устроим на Земле, и все будут довольны.

– Нет, – возмутилась я, – это не правда. Кто тогда по вашему строит города, спасает людей от болезней, создает красоту, изобретает технику? Это делают талантливые, добрые люди. А главное, на Земле существует настоящая любовь, она делает Мир прекрасней, и всегда спасала его от вас.

– Но эти люди, при первой же войне все разрушают, – притворно удивился темный Колдун, – города рушатся, семьи распадаются, эпидемии уносят в мир мертвых целые семьи, а любовью торгуют молодые девицы, чтобы, не умереть от голода. Ты не находишь, что ваши труды бессмысленны? Сколько денег и сил уходит на создание вооружения. Люди были бы на много богаче, если бы не были так алчны. Для убийства человечества, изобрели даже атомные бомбы. Мы просто поможем им быстрее уничтожить друг друга, и на земле воцарится Темный Мир. Он ничем не хуже Светлого, но у власти будет Сатанаил. Ты будешь главной демонессой в нем, и украшением.

– Не понимаю, – не сдавалась я, не обращая внимания на сомнительные комплементы, – но если нет никакой разницы, зачем менять Правителей. Вы должны быть довольны, что происходит вокруг. Наслаждайтесь пороками людей, разрушениями, насилием и агрессией. Вы же от этого получаете свою силу?

– Ты в одном права, – замялся темный Колдун, – еще много людей верующих в Свет и добро. Им помогает Бог Сварог и его помощники. Но, если мы свергнем их, и народ станет поклоняться Сатанаилу, Земля полностью станет нашей. Позже подумаем и о других Мирах.

– Не мечтайте, что наших людей легко поработить, – с сожалением посмотрела, на темных посланников, – много веков это пробовали делать разные правители, но вы не хуже меня знаете историю. Ничего у вас не выйдет.

– Дарья, ты, как и весь твой род, сильная Колдунья, – строго смотрел на меня Асмадей, – и никогда не смиришься быть прислугой у народа. Рано или поздно, ты захочешь власти, поклонения и богатства. Тебя неправильно воспитывала Агафья. Она испугалась кары Света, и прожила свою жизнь, без радости и наслаждений. Вы могли быть королевами, а существовали в бедности, если не сказать, нищете. Твои родители не хотели так жить, они боролись, и Тьма помогла им. Сейчас они находятся в нашем Мире Корунд. Они бессмертны, довольны своей судьбой, и надеяться, что ты тоже выберешь в жизни правильный путь.

– Вы лжете, – закричала я, – мама любила меня, и никогда бы не бросила одну. Они погибли под развалинами, так бабушке сказал их друг!

– Мы направили тебя к Маргоне получить силу, и возродить Острожский род, – совсем не обиделся Асмадей, но голос повысил, – это одно из условий твоих родителей. Твоя мать всегда хотела, чтобы ты стала Ведьмой, от судьбы не уйдешь. Но, глупая Агафья не разрешала рассказывать тебе всю правду. Свет жестоко наказал всех вас, а она упорно оставалась, ему верна. Так и умерла несчастной, не дождавшись прощения. Отец не желал тебе такой участи, но и с бабушкой не мог договориться. Та была категорически против того, чтобы ты знала правду. Поэтому Маргарита в тайне оставила тебе Синь Камень, и попросила помочь вам. Это право каждого знать правду и выбрать свой жизненный путь. Кстати, береги камушек, он твой сильный оберег от врагов.

– Мне надо подумать, – чуть слышно проговорила я, – и самой во всем разобраться. Одно не пойму, зачем вам совсем молодая Ведьма, ничего не понимающая в магии?

– Правильно, – сверкнул черными, как сама ночь, глазами темный Колдун, – думай сама, не слушая никого. Присмотрись к светлым магам, к простым людям, познай себя, и свою силу. Мы подождем, поверь, ты того стоишь. И помни, твоих родителей спасла Тьма. Пусть нам это было выгодно, но мы вернули им вторую жизнь. А воины Ордена Света, если помнишь, хотели тебя убить и забрать силу. Не убеги ты вовремя, не известно еще, чем бы все закончилось. Прощай, дитя.

Конечно, и эти исчезли, только еще напоследок Саваоф ехидно сверкнул белозубой улыбкой.

– Да, есть о чем подумать, – мелькали в голове мысли, – они почувствовали во мне темную сторону. Когда я перевоплощалась в Колдунью, то радовалась своей силе, даже восхищалась ею, и хотела быть хозяйкой в этом Мире. Сработало мое подсознание, значит, не такой уж это и бред, что я могу принять сторону Тьмы?

– Нет, мой разум не допустит этого, – нервно усмехнулась я, – разве смогу уничтожать людей, детей, женщин? Это бред собачий. Правда, я сейчас рассуждаю, как человек, но когда полностью осознаю свою силу, и власть над людьми, смогу ли изменить свое решение? Это сильное искушение править слабыми духом, и послушными рабами.

– Надо забыть о приходе темных посланников, и продолжать дальше жить, – уговаривала себя, – найду работу, скоро учеба займет много времени, и весь этот кошмар рассеется. Но, кого я обманывала, в тот же вечер, я опять стала изучать магические книги Маргоны. Из них узнала много сильных заклинаний, которые даже боялась испытывать, но как тогда научиться колдовать, для всего нужна практика.

Неделя пролетела быстро, и мне на квартиру позвонил наш юрист. Договорились встретиться у Маргоны, и это устроило обоих. Последнее время я совсем не выходила на улицу, и не следила за собой, забывая даже покушать. Зато большая часть книг была заучена. Вот тебе и нормальная жизнь.

Господин Мышецкий привез все документы, мне только надо было поставить свои подписи, и задать ему кучу вопросов.

– Скажите, у моей тетушки, – приходилось так называть свою дарительницу, – разве не было более близких родственников? -

запиналась я, не зная, как начать разговор.

– Понимаете, ну, вы, конечно, в курсе всего богатства, что она оставила мне. Она доверяла вам. Вы столько лет присматривали за ее квартирой. Так вот, может мне стоит отдать наследство более близким родным, если таковые есть? Вам не известно об их существовании? – не очень связно пробовала объяснить самую суть.

– Госпожа Маргона была не совсем в здравом уме, или в забытьи, когда подписывала свое завещание? – недоумевал мой гость.

– Можно и так сказать, – нервно усмехнулась я, вспомнив, что это призрак принес мне свиток. Не говорить же об этом юристу, или он все же в курсе, что она была Ведьмой.

– Понимаете, Дарья, – очень деликатно продолжал говорить Юрий Петрович, – мне известно о даре вашей тетушки, и то, что она могла неосознанно передать все, – он сделал ударение на этом слове, – свое имущество по принуждению или незнанию, невозможно. Вы полноправная хозяйка всего наследства и никто, даже если бы и захотел, не сможет пользоваться, завещанным вам. Это может погубить любого, кто нарушит волю госпожи Маргоны. Только самоубийца пойдет на это. Вы же не хотите никого наказать?

– Нет, конечно, – растерялась я, – просто не ожидала еще и столько богатства получить.

– Можете смело всем пользоваться, – уверенно говорил юрист, приветливо улыбаясь, – исполняя все наказы тетушки, что она попросила перед своей кончиной. Вы теперь продолжатель ее дела, и не сомневайтесь ни в чем.

И он, поблагодарив за вознаграждение и чай, откланялся. Пришлось заплатить ему из денег Маргоны, такой суммы у меня не было. Хорошие юристы дорого ценятся в нашей стране. Не успела закрыть за ним двери, как раздался телефонный звонок, и я услышала голос подружки. Сердце забилось тревожно, очень многое зависело, что сейчас скажет Люська. Мне так было плохо и грустно без нее.

– Дарья, – очень торжественно начала она, а я крепко сжала трубку, так что рука стала влажной, – у меня было много времени все продумать и дать тебе честный ответ. Сейчас приеду к тебе, мне надо видеть твои глаза, а ты должна посмотреть в мои светлые очи, – пыталась все же пошутить подруга.

– Люся, – капризным голосом заверещала я, – любишь ты эффектные сцены, просто скажи, чего мне ждать, ты же только через час явишься.

– Все хорошо, Даша, – засмеялась подружка, – скоро буду, – и конечно, отключилась.

– Ну, подожди, Люська, – придумывала я кару, – обед готовить не буду, попросишь, хоть чаю, а у меня ничего нет.

Но через полчаса оттаяла, и стала готовить ужин, на улице, вечерело, а мое сердце радостно билось.

– Надо быть терпеливой и не показывать свое волнение подруге, – твердила я себе, – иначе это может повлиять на ее решение. Но мне было тревожно, хотелось всегда иметь рядом родного человека в такие важные моменты моей жизни. Это эгоистично, я знаю, но у меня кроме Люси никого не было из близких людей. Даже родители предали, если это правда. Про Леона пыталась не думать, так как сердце тревожно ныло и хотелось плакать. Мне было не понятно, что я чувствовала к этому сильному и красивому мужчине, благодарность за защиту, девичью влюбленность, как к первому парню, который меня поцеловал по настоящему, или это и есть любовь?

Вот долгожданный стук в дверь, я немного подождала, заставляя сердце биться тише, сделала равнодушную мину на лице, и спокойно, как мне казалось, открыла дверь, сняв магическую сигнализацию. Когда увидела, тоненькую и похорошевшую Люську, моей выдержки пришел конец. Мы, перебивая друг друга, тормоша и визжа от радости, прыгали как дети, радуясь встрече.

– Пошли я тебя покормлю, – поволокла я подругу на кухню, – сегодня твои любимые пельмешки со сметаной.

– Дарья, ты изменила не только мою фигуру, – смеялась Люся, – но и весь образ жизни. Так что после шести, не ем. Закон девичей красоты.

– Так что я зря все это готовила, – не поверила подруге, – давай хоть чуть, чуть попробуем.

– Тогда примани хорошего вина и будем праздновать, – все же поддалась Люся искушению.

– Ты первая расскажи, как у тебя дела, – попросила я, поднимая бокал, – есть нам за что выпить?

– Конечно, есть, – стала серьезной подруга, – ты начинаешь новую жизнь, и я решила разделить ее с тобой.

– Тогда за нас, – с явным облегчением проговорила я, залпом опрокинув в себя хорошую порцию вина.

– Давай осторожней, – понимающе усмехнулась подруга, – ты же никогда не пила столько спиртного, утром плохо будет.

– Мне не помешает немного расслабиться. Я последнее время, как натянутая струна, того и гляди лопну, – пьяно хохотнула я и полезла обниматься к подруге.

– Не могу поверить, что с нами такая сказка случилась. Жили себе две обыкновенные девчонки, работали, учились, и вдруг в Фей превратились, – восхищенно говорила Люся, чмокая меня в щеку, – как я теперь могу остаться в той моей серой жизни? Ты же знала, что выберу эту волшебную?

– Да, он сказочный этот Мир, но жестокий, а мы не Феи, а Ведьмы, – загрустила я, – чтобы стать сильной и счастливой, надо пройти много опасных испытаний. Ты готова к трудностям и потерям? Мы даже жизнью рискуем, потому что реальность не сказка, где все оканчивается свадьбой и принцем, где жили они долго и счастливо, – горько вздохнула я, и рассказала, кто меня навестил.

– Ужас, – шумно выдохнула Люська, – что они все хотят от тебя? Надо срочно искать записи твоего рода, только там можно узнать истину. Эти, что светлые, что темные, все темнят, и у каждого своя правда.

– Представляешь, сказали, что родители живы, но в другом темном Мире живут, – с надеждой взглянула я на подругу, – может правда?

– Скорее всего, не врут, – согласилась она, – зачем им это? Но все равно, не могут же они в серьез думать, что ты тоже выберешь Тьму, если родители перешли к ним?

– Я сначала, вообще разозлилась, узнав, что они живы, и не сообщили нам с бабулей. Хотя, может она догадывалась, поэтому так страдала и рано ушла в свой Рай, – говорила я, как обиженный ребенок, – бросили меня совсем одну в таком кошмаре. Если бы не ты, подумала, что с ума сошла. Как они могли так поступить? За всю свою жизнь я видела их считанные разы, обижалась на них за это, даже злилась, но любила, – тяжело вздохнула я, – уговаривала себя, что они работают, как и все родители, только очень далеко. И вот оказывается, они искали бессмертие и власть. Ребенок им был не нужен, – конечно, предательские горькие слезы, сразу же заструились по щекам, но может в этом виновато вино?

– Хотелось бы тебя разуверить, – огорчилась подружка, – но так и есть. Не зря Агата злилась на них. Она не хотела и тебе такой судьбы. Узнай ты, что можешь стать Колдуньей и бессмертной, тоже могла пойти по пути родителей. Ты сама говорила, что они никуда не сдавали свои археологические находки, не писали научные труды. Твоя бабуля предупреждала, что плохо кончат, вот так и получилось, – немного помолчала Люся, – хотя, они может быть и довольны. Это их выбор всей жизни, а тебе придется делать свой. Главное, родители живы, ты должна быть за них рада, но у тебя другая дорога. Они не очень тревожились за твое счастье, значит ты у них не в долгу.

– Ты права, – взбодрилась я, – уже ничего не вернешь. Надо бы точно узнать, что с ними случилось, тогда успокоюсь. Сама съезжу на последнее место их раскопок, и проведу расследование. Не доверяю я этому Асмадею.

– Но мы же не знаем, где это место, – допила свое вино Люся, – они скрывали это даже от Агаты.

– Что – то спросим у Леона, – покраснев, старалась говорить я спокойно, но подруга в один миг раскусила меня.

– Леон, твой покровитель? А он здесь, каким боком замешан, – вскричала она, пристально глядя мне в глаза, – хотя он же дружил с твоими родителями, мог услышать от них про раскопки.

– Он тоже Колдун, Люся, как и мой отец. Они из одного рода, – очень тихо, как большой секрет проговорила я, – но он не искал могущества и спокойно живет среди людей, занимаясь бизнесом.

– Вот так новость, – удивляясь, смеялась подружка, – конечно, магу не составит труда выколачивать денежки из доверчивого народа. Вот откуда его достаток.

– Мне кажется, Леон честно трудиться. У Колдунов помять хорошая и голова работает намного лучше смертных, но он точно не вор. Не может такой хороший парень быть подонком, я не верю, – взволнованно говорила я и раскраснелась.

– О, все же влюбилась в него, а мне лапшу вешала про друга отца и возраст. Он теперь у нас уже парень? Да? – беззлобно ехидничала Люсинда.

– Не знаю, – сразу сникла, и задумалась, – он такой взрослый, сильный и красивый, у меня крышу сносит, когда он нежно смотрит на меня и улыбается.

– Ты целовалась, – не спрашивала, а утверждала она.

– Да, один раз, а потом он испугался и сбежал, – тяжело вздохнула, и налили опять целый бокал вина, но сделала только маленький глоток.

– Ну, хоть у него мозги работают за вас двоих, – была довольна Люська, или ты хотела переспать с ним?

– Нет, о чем ты говоришь, – возмутилась я, но вспомнив свое состояние не стояния, уже сомневалась, чем могла закончиться эта ночь, задержись он у меня до рассвета.

– Вот, поэтому Леон и сбежал, чтобы возбужденная девчонка могла разобраться в своих чувствах, пока не наделала глупостей, – поучала меня Люся.

– А что тут такого криминального, – возмутилась я, – ты сама говорила, что мы только две дуры девственницы остались. Почему не испытать секс с таким опытным мужчиной, – пьяно усмехалась я, допивая уже второй бокал.

– Ты подумала, как вы будете себя чувствовать, если просто переспите?– спокойно спросила она, – он будет себя винить, что лишил девственности дочь друга, а ты с перепугу не захочешь больше встречаться. Прежде чем терять такого покровителя и друга, вам обоим надо все хорошо обдумать, и понять это любовь или просто увлечение. Дарья, тебя столько всего ждет впереди, не торопись, оглянись вокруг. Кроме дома и учебы, ты ничего не успела увидеть, как впрочем, и я.

– Тогда, подождем, – немного подумав, согласилась с подружкой, – мне самой было стыдно вспоминать, как полезла целоваться. Давай займемся делом, и подумаем, где родители вели раскопки, – больше говорить о Леоне, мне не хотелось.