Текст книги "Наследник для Деспота (СИ)"
Автор книги: Настя Ильина
Соавторы: Виолетта Стратулат
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Попрощавшись, Деспот вышел, а я направилась в комнату, чтобы прочесть инструкцию по применению витаминов. В животе что-то кольнуло, словно какой-то спазм. Негромко промычав себе под нос, я положила руку на область, где возникла боль.
– Это ты уже там пинаешься? Или ты пока ещё даже на эмбриона не похож? – спросила я вслух, стараясь дышать ровнее.
Глава 11. Роберт
Чтобы хоть как-то сблизиться с Ксюшей и вызвать доверие к себе, тем самым закрепив результат прошлого вечера, я решил пригласить её в торговый центр. У неё все равно вряд ли достаточно денег, чтобы приобрести себе одежду для беременных, да и вообще обновить гардероб. К тому же не похоже, что её ушлая сестричка поделится гонораром, который я выплатил за вынашивание ребёнка, а деньги у меня Ксюша не возьмёт. Не тот у нее характер. Начнет еще чувствовать себя обязанной… Или что-то подобное. Зачем лишние проблемы на пустом месте? Поход по магазинам поможет нам лучше понять друг друга и, быть может, откровенно поговорить. Хотя могло ли что-то помочь в этой непростой ситуации? Маловероятно, что девчонка станет лучше понимать меня и согласится отдать ребёнка… Впрочем, попробовать следовало.
Удивляясь, откуда столько машин на дороге, ведь выходной пасмурный день – самое время развалиться на диванчике перед телевизором, – я все-таки достаточно быстро вырулил ко двору Ксюши. Её обнаружил почти сразу. В яркой блузке бордового цвета и чёрных джинсах она напоминала вишенку на торте. В ней было то, чего не хватало Лике, – искренность! И я вдруг на секунду подумал, что если бы пытался строить отношения с Ксюшей, у нас всё непременно получилось бы, потому что они как две стороны медали, пусть и сестры-близнецы. Ксюша – иная. Вот только такую девушку не следовало использовать, с ней нужно серьёзно до, мать его, гробовой доски. Что ещё хуже… И сложнее по многим причинам.
Пальцы мгновенно начали холодеть, сжимаясь на руле. Я подумал о жене… О том, что нас с ней почти разлучила смерть, и тупая боль снова окунула в воспоминания: брошенные вслед слова врача до сих пор заставляли меня вскипать. Быть может, я делал Вере только хуже, удерживая её в больничных стенах. Её душа не могла найти покой…
Я переключил внимание на парнишку, отирающегося рядом с Ксюшей. Вроде бы хорош собой: накачан, и форма получше моей будет. Смазливое лицо… Но какое-то дворовое поведение: руки в карманах, покачивания головы – всё это напоминало мне гопника. Да и наряд у него был так себе… Кто он Ксюше? Он смотрел на неё так, словно они были… Или нет? А может, всё-таки были?
Я подъехал к ним и остановил машину, после чего открыл окно пассажирской дверцы и выглянул, устремляя на Ксюшу взгляд. Довольной она не выглядела, значит, общение ей не особо-то нравилось.
– Прости, Максим, но мне пора! – прошептала она и направилась к машине.
– Так ты как сестра, что ли? Нашла себе богатого папика? – бросил он вдогонку.
Внутри вдруг ёкнуло что-то. Во-первых, на «папика» я ещё не тянул… Не такой уж и старый был, а во-вторых: Ксюша слишком чиста, чтобы вот так оскорблять её. Кто он? Её бывший? Или просто влюблённый без памяти?
Я сильнее сжал руки на руле, понимая, что хоть и не стар, но вышел из того возраста, чтобы бить морду таким нахалам. До него не дойдёт, а вот Ксюше он потом неприятностей может доставить.
– Здравствуйте! – дрожащим голосом произнесла она, садясь в машину и нервно пристёгиваясь ремнём безопасности.
Я внимательно посмотрел на Ксюшу, и всё-таки не выдержал:
– Хочешь, я с ним поговорю или заставлю его замолчать навсегда?
Её глаза широко распахнулись, и она замотала головой. Мда… последние слова прозвучали слишком жестоко.
– Ксюша, я не убивать его предложил, а просто двинуть в рожу и дать понять, что оскорбление выйдет боком.
– Не надо! – отчеканила она, закрывая окно. – Макс просто дурак… Я не обращаю внимание на него. Теперь он вряд ли подойдёт ко мне.
– Ты уверена? – я скрипнул зубами.
– Да. Уверена! – ответила она. – На глупых не обижаются, да и моя прогулка с вами со стороны смотрится, как…
Ксюша запнулась, а я тронулся с места, оставляя несчастного Ромео ни с чем. В голове вдруг появились разные мысли: если они бывшие, не могла ли Ксюша забеременеть от него, а не от меня? Она ведь точно не была девственницей. Врач бы просто не стал проводить оплодотворение. Как-то не по себе стало от того, что этот гопник был её первым.
– Это смотрится как прогулка… Если тебе есть дело до того, что думают другие, я могу всё отменить, – пожал я плечами и притормозил, пока не выехал на дорогу.
– Да нет… Мне нет дела до других. Всё нормально. Мне не помешает немного развеяться, – ответила Ксюша.
Прекрасно! Отличный настрой! Главное, чтобы и дальше оставался таким же!
Я выехал на дорогу и повёл машину к торговому центру, где и планировал пройтись с Ксюшей по торговым точкам и пообедать в кафе. Пока всё складывалось вроде бы нормально. Вот только черт меня дёрнул задать ей вопрос:
– Это был твой бывший?
Я покосился на Ксюшу в зеркало заднего вида. Она хлопала глазами, глядя на меня, и прикусывала губу. В её взгляде кипело возмущение. Что её так разозлило?
– Кажется, вы недавно сами говорили, что лезть в чужую душу не следует, – вскоре огрызнулась Ксюша, ответив мне моими же словами…
Впрочем, я ожидал чего-то подобного и смог сделать определённые выводы самостоятельно. Заключение по ее реакции напрашивалось само собой. Ксюша, нахмурившись, взирала на меня исподлобья, как недовольный ежик, готовый вот-вот выпустить колючки – лишь бы ее не трогали.
– Значит, бывший… – выдавил я, обнаружив, что Ксюша скрестила на груди руки, словно в попытке защититься. – Знаешь, это все-таки немного не то. Личное – это когда, что-то касается только тебя, а вот вопрос о твоём бывшем напрямую затрагивает и мои интересы. Мне важно знать, насколько высока вероятность, что ты вынашиваешь моего ребёнка, а не его…
Я старался говорить спокойным, ровным тоном, но, услышав скрип зубов, понял, что слегка перегнул палку. Хотел наладить отношения, однако снова увел всё не в то русло. Чертовщина какая-то. Но ведь это на самом деле было важно! Пусть Ксюша и уверяла, что не может быть беременна, у неё могли быть отношения с этим гопником… И тогда все наши пререкания легко могли оказаться бессмысленными. Я хочу забрать своего ребёнка, а не чужого.
Сделав глубокий вдох, я вновь поднял глаза на зеркало, стараясь не терять из поля зрения дорогу. Ксюша сверлила меня гневным взглядом, плотно сжала губы в единую полосу. На щеках девушки выступил яркий румянец, недвусмысленно показывающий все эмоции.
– Это не его ребёнок! Мы с Максимом давно расстались… Не думаю, что причина будет вам интересна…
– Ну почему же? Я готов выслушать, если ты хочешь поделиться, – пожал я плечами, пытаясь поддерживать разговор, будто мы говорили о чем-то незначительном.
Даже удивлялся собой, как удавалось хранить хладнокровие.
– Я тоже готова выслушать, если вы решите поделиться рассказом о своей жене… – пролепетала Ксюша, отвесив мне той же монетой, и демонстративно отвернулась к окну.
Губы своевольно растянулись в ухмылке.
Вот так, да? Можно сказать, «один-один». Девчонка ловко меня уделала. Я не хотел говорить ей о Вере, выворачивая тем самым душу наизнанку. Ксюше ни к чему знать, что моя жена находится в коме. Хотя… Возможно, это помогло бы ей понять, почему я решил воспользоваться суррогатной матерью для получения наследника?.. Я всё ещё любил жену и надеялся, что однажды она откроет глаза. Пусть эта надежда с каждым днём становилась всё призрачнее, нереальнее.
Оставшийся путь до торгового центра мы ехали в полнейшем молчании. Даже музыка в колонках играла так тихо, что казалась практически незаметной. Я думал, как вести себя с Ксюшей дальше, чтобы расположить её к беседе, и почему-то мысль, что именно откровенность поможет, не давала мне покоя.
– Ты голодна? – спросил я, как только мы добрались до точки назначения, и припарковал машину у центрального входа.
– Немного, – честно призналась Ксюша.
– Тогда давай сначала посидим в кафе? А потом уже пройдёмся по магазинам… Как тебе такой вариант?
Искоса посмотрев на меня, Ксюша кивнула и поспешила выбраться из машины. Чувство неловкости между нами нарастало снежным комом. Я уже ловил себя на мысли, что выбрал совсем не лучшее время для похода по магазинам. Постоянно что-то норовило взорваться, разговоры не клеились, преобразовываясь в словесные перепалки из ничего. Я уже понятия не имел, о чём можно говорить с этой девушкой, чтобы не цеплять ничего болезненного для обоих… И не знал, как держать себя в руках, чтобы вдруг не показаться слишком жестким. Этот поход предполагал дружеское времяпровождение, но как-то всё неправильно началось. Наверное, и сама Ксюша уже жалела, что согласилась пойти со мной. Какой-то замкнутый круг, из которого мы с ней не могли выбраться, осторожничая друг с другом. Как два дикобраза, что ли?
Вытащив ключ из зажигания, я тоже покинул авто, а как только удостоверился, что сигнализация благополучно включилась, направился к Ксюше. Девушка переминалась с ноги на ногу в ожидании, но, обнаружив мое приближение, двинулась к входу в торговый центр.
Просторный вестибюль встретил нас ненавязчивой музыкой и раздающейся отовсюду болтовней молодежи. Мы с Ксюшей шли рядом, но в то же время со стороны легко показалось бы, что мы были совершенно чужими друг другу людьми. По сути, всё так и оставалось. То, что она вынашивала моего ребёнка, совсем ничего не значило.
– Направо, – остановил я голосом Ксюшу, когда она, не заметив того, что я притормозил, пошла дальше, с любопытством разглядывая витрины магазинов. – Сначала в кафе ведь…
Ксюша повернулась ко мне, кивнула и зашла следом в небольшое, но довольно уютное кафе. Цены тут были невысокие, но готовили прекрасно. Я сюда частенько заходил в последнее время и даже подписывал здесь договор с Ликой. Горькая ухмылка тронула уголки губ. Шуточки у судьбы те ещё…
Мы с Ксюшей сели подальше от выхода, потому что если уж говорить «по душам», то вдали от лишних ушей и глаз.
– Выбирай, что будешь заказывать, – кивнул я на папку с меню, которая лежала перед Ксюшей.
– Молочный коктейль и салат какой-нибудь с морепродуктами, – ответила она, не задумываясь.
Неужели доверилась моему вкусу? Я подумал – можно ли есть морепродукты беременным, к тому же в сочетании с молочкой, но тут же осёк себя, ведь в них столько витаминов… Наверняка, не просто можно, но и нужно. Подозвав официантку жестом руки, я сделал заказ, и когда та ушла, снова посмотрел на свою спутницу.
Ксюша выглядела так, словно её на привязи сюда притащили. Она смотрела отрешённым взглядом на столешницу и о чём-то напряжённо думала.
– Пьяный ублюдок принял мою жену не за ту… – начал я, и Ксюша сразу же подняла заинтересованный взгляд, словно требуя рассказать историю до конца.
Глава 12. Ксения
Я даже мысли не допускала, что Деспот всё-таки решится поговорить со мной о своей жене. Кто я вообще такая? Просто сосуд для его ребенка. И всё же Барышев отважился приоткрыть завесу прошлого… Когда он начал свой рассказ натужным вибрирующим голосом, мое сердце непроизвольно сжалось в камень, дыхание сперло.
– Вера поехала к подруге… Очевидцы рассказали, что около подъезда на неё налетел пьяный мужик и начал требовать какой-то долг. Вера пыталась объясниться, что он с кем-то спутал её, но всё вышло из-под контроля, и тогда недоумок ранил её… – Каждое слово давалось Деспоту с огромным трудом: он будто бы переступал через черту воспоминаний, которые пытался похоронить в глубинах сознания. – Несколько ножевых ранений, одно из которых задело печень… От сильной потери крови Вера впала в кому. То утро было последним, когда я видел свою жену улыбающейся. Она и по сей день находится в коме, хотя прошло уже четыре года. События до сих пор размыты в голове, сознание просто заблокировало их, и я всё ещё живу верой в завтрашний день: в то, что всё может легко измениться…
Деспот сложил руки на столешницу и пристально посмотрел на меня. Из моего внимания не ускользнуло, насколько сильно он переживал, какую тяжесть нёс на своих плечах. Теперь я понимала, почему он обходил эту тему разговора стороной. Он сам не хотел возвращаться воспоминаниями в тот день… Он пытался забыться и надеялся, что жена вернётся. Вот только были ли случаи успешного возвращения к жизни после четырёх лет комы? Я задумалась, но ничего на ум не пришло. Не интересовалась никогда, как люди выходят из этого состояния, потому что саму, слава Богу, это не коснулось.
Не выдержав, я отвела взгляд в сторону.
– Может быть, теперь твоя очередь пооткровенничать? А то я чувствую себя слегка странно… У меня как будто бы вырвали клок души, но взамен ничего не оставили…
Я куснула щёку изнутри. Так опешила от рассказа Деспота, что даже не нашлась со словами соболезнований. И даже в эту секунду сидела, смотрела на него украдкой и понятия не имела, что можно сказать. Следовало поддержать его и поблагодарить за то, что он всё-таки раскрыл душу. Но как это сделать, когда язык прилип к нёбу и не желает двигаться?
– Мне очень жаль вашу жену, – выдавила я из себя банальное и до чёртиков бесполезное сожаление.
Зачем оно ему? Это не вернёт жену из комы… Не поможет… К тому же спустя четыре года, это, наверное, последнее, что хотелось бы услышать в подобной ситуации. И всё равно я произнесла слова соболезнования и в ответ поймала лёгкую тень улыбки на грустном, отстраненном лице мужчины.
Официантка принесла нам заказ, но на еду смотреть не хотелось. Жизнь настолько жестока и непредсказуема, что не знаешь, какую свинью она может подкинуть тебе через минуту. Меня словно встряхнул рассказ Деспота, показывая, что моя «случайная» беременность – это ещё не конец. Бывает хуже. Гораздо хуже.
– Спасибо, что поделились, – кивнула я и, раз уж он сам спросил, пожала плечами: – Мне рассказывать особо нечего… Мы с Максом встречались недолго. Я влюбилась и наивно рассчитывала, что он тоже, хоть слава о нём ходила на районе дурная. После измены я поняла, что была для него всего лишь трофеем, галочкой вроде: «я взял ещё одну наивную дуру». Вот и всё. Ничего интересного, – я закончила свой рассказ и сделала глоток молочного коктейля – лишь бы не видеть в синих глазах подобие жалости.
Деспот внимательно наблюдал за моими движениями, и к щекам прилил жар. Что мелькнуло в эту секунду в его взгляде? Ну точно не желание обладать мной. Я постаралась успокоиться, а он пододвинул ближе к себе чашечку с кофе, но не торопился отпить его.
– Я хотел несколько иных откровений: скажи честно, ты даже не догадывалась о том, что провернула твоя сестра до момента нашей встречи? Понятия не имела, на какую процедуру пришла?
Слова, произнесённые загадочным голосом, сбили дыхание и заставили сердце биться чаще. Ярость вдруг резко всколыхнула в венах пожаром. Если бы я только знала… Я никогда не согласилась бы на подобное, да и Лику попыталась бы отговорить. Не единственный же это был способ заработка для маминой операции? В самом-то деле…
– Ничего… В действительности я думала, что это её Папик затребовал анализы какие-то… Она так сказала.
Лика и теперь не спешила оправдываться, ни словом не обмолвилась, почему поступила так со мной. Она даже не извинилась толком, просто продолжила просить прикрывать её задницу.
И всё…
Не было разговора по душам, и мне казалось, что его и не получится… Впрочем, вряд ли простая беседа смогла бы помочь нам. Я не знала, хватит ли мне сил когда-нибудь простить сестру, даже не представляла, как буду смотреть ей в глаза после такого. Как она посмеет показаться мне? Хотя, в том, что она не постесняется, я не сомневалась.
– Папик… Как пафосно это звучит. Надеюсь, что ты не считаешь меня папиком?
Вопрос ударил прямо в сердце. Да ведь я его только Тираном и Деспотом считала и никем больше… Вероятно, заметив смятение на моём лице, мужчина улыбнулся и кивнул на тарелку с салатом, к которому я ещё даже не притронулась:
– Давай кушать, тебе нужно употреблять больше витаминов…
– Приятного аппетита! – Я снова выдавила из себя улыбку и взяла в руки вилку. Поесть действительно следовало, хотя бы ради малыша, живущего у меня под сердцем.
– Приятного, – глухим голосом ответил Деспот, вглядываясь в поверхность своего кофе, отпить которого не спешил.
Съев четверть порции салата, я поняла, что морепродукты малыш отвергает. Тошнота стала подкатывать всё сильнее, поэтому мне пришлось отодвинуть тарелку и виновато улыбнуться.
– Ничего не понимаю… Раньше я обожала морепродукты, а сейчас… – Я вздохнула.
– Сейчас не хочешь? Это нормально при беременности. Я читал, что предпочтения беременных резко меняются. Бывали случаи, когда вегетарианцы набрасывались на мясо, хотя раньше смотреть на него не могли.
Мне стало жаль их, ведь психологический барьер наверняка преодолеть было не так просто, как физиологическую тягу к мясу. Если бы я была одной из вегетарианцев, то, скорее всего, начала бы злиться на себя в случае, когда не удалось побороть желание есть мясо. Допив коктейль, я посмотрела на Деспота.
– Пройдёмся по отделам? Я бы предложил тебе посмотреть одежду для беременных, хотя не знаю даже актуально ли это сейчас…
Щёки мазнуло румянцем. Я могла располнеть… Многие раздувались как шарик во время беременности. И что будет потом со мной и моей фигурой после родов? Ох… Как же всё непросто.
– Давайте просто прогуляемся по торговому центру?! Мне бы немного размяться…
Деспот кивнул и поднялся на ноги. Я встала следом за ним и подумала, что совсем нехорошо называть его именно так, пусть и просто в собственных мыслях. Его характер стал жёстким не просто так…
Мы вышли из кафе и медленно побрели вдоль магазинчиков. Взгляд скользил по витринам, но не останавливался ни на чём. У меня всё было, а покупать сейчас одежду для беременных на самом деле не лучшая идея, ведь непонятно, как поменяется моя фигура и поменяется ли вообще.
Я облизнула губы, когда мы проходили мимо пустующей площади, в которой проводили ремонт. Запах мокрой штукатурки пробрался в носовые пазухи, щекоча их и будоража вкусовые рецепторы во рту. Я впервые испытала невообразимое желание впиться в кусок этой штукатурки и сгрызть его. Слюни стали вязкими, а желание попробовать на вкус то, что так божественно пахнет, резко усилилось, когда я сделала шаг в сторону этого отдела. Я не сразу услышала голос Деспота, зовущего меня. Стояла и смотрела на рабочих, точнее, не на них, а на этот влажный кусок стены, источающий головокружительный аромат.
– Ксюш, всё хорошо? – спросил мужчина, взяв меня за локоть.
Я смутилась и вытащила руку. Принялась кивать ему в ответ и улыбаться. Всё хорошо, вот только я, как наркоманка какая-то, хочу то, что употреблять в пищу вообще нельзя.
– Я просто… – сглотнув слюну, виновато посмотрела на мужчину. – Всё хорошо.
– Давай зайдём в детский магазин? Посмотрим кроватки, игрушки? М?
Неловкость никуда не исчезла, но стала немного иной. Идти смотреть товары для малыша с его будущим отцом, который спит и видит, как обойти законы и забрать у меня этого ребёнка, а сама я при этом вообще ничего не понимаю толком и не решила чего хочу… Странная ситуация. Странная и неприятная. Но мы всё равно вошли в детский отдел и стали проходить мимо рядов с мебелью для комнаты новорожденного.
– Тебе какие цвета больше нравятся? Розовые и голубые или что-то поярче?
– Вообще я больше предпочитаю что-то нейтральное, – ответила я с улыбкой, приближаясь к кроватке светлого бежевого оттенка. – Помню, как однажды мамина подруга звонила и жаловалась, что УЗИ показало девочку, и они накупили кучу детской одежды и мебели розового цвета, а родился мальчик. Продать всё быстро не вышло, поэтому он долго спал в розовой кроватке и носил розовые штанишки.
Я негромко хихикнула, вспомнив эту ситуацию. Сама никогда не понимала этого разделения на цвета: мальчиков и девочек изначально делят, а потом хотят, чтобы они уживались вместе и при этом умудрялись ладить.
– Если честно, я тоже никогда не понимал: ну почему нельзя девочке купить синюю коляску, а мальчику розовую куртку? Так ведь, если купишь, люди начнут коситься, а ещё и спрашивать – а у вас всё-таки девочка или мальчик?
Мне не удалось сдержать смех, от которого на губах Деспота тут же расползлась улыбка. Он одобрительно кивнул, глядя на кроватку, на которую я показала.
– Знаешь, мне тоже нравятся светлые тона, но для ребёнка, как мне кажется, лучше что-то поярче… – Он кивнул в сторону кроватки нежного зелёного цвета.
– Зелёный успокаивает, очень неплохой выбор.
Мы разглядели и обсудили почти все кроватки, имеющиеся в выставочном зале, а потом обошли ряды с одеждой и игрушками. Мне очень приглянулся большой плюшевый мишка темного шоколадного цвета. На его мордашке было небольшое светлое пятнышко, а синие глазки-пуговки, выглядывающие из шерсти, будто бы пронзали насквозь и заглядывали в душу.
– Его мы тебе купим, – утвердительно произнёс Деспот, наверное, обратив внимание на то, с каким упоением я разглядываю медвежонка.
– Не стоит… Я ведь не ребёнок, – принялась отказываться я.
– Не ребёнок, согласен, но ведь девушки любят плюшевые игрушки. Только не говори, что это не так, потому что я видел, с каким восхищением ты его рассматривала. Да и не можем мы вернуться домой с пустыми руками, если вещи ты покупать не хочешь. Зря, что ли, приехали сюда?
– Не хочу, – поддержала я. – Мне сегодня немного лень мерить, если честно… Да и спать уже хочется.
– Тогда решено! Покупаем этого медведя и едем домой, чтобы спать!
Я улыбнулась. Деспот взял игрушку и направился к кассе, а я поплелась следом за ним. На самом деле он был не таким уж и плохим человеком, а приятная внешность сглаживала жёсткость, которая время от времени пыталась вырваться наружу. Я была бы не прочь влюбиться в такого человека, вот только важно, чтобы его сердце было свободно, а я сама как минимум не определилась, как быть дальше с ребёнком.
В машине я молча смотрела в окно. Движение и медленная музыка, разливающаяся из динамиков, убаюкивали меня, и глаза закрывались. Я зевнула и посмотрела на Деспота: мужчина сосредоточенно наблюдал за дорогой. На его голове я заметила несколько седых волос, а в уголках глаз морщинки, и мне стало жаль его, но только нельзя было давать волю чувствам, и я заставила себя отвернуться.
Припарковав машину около моего подъезда, Деспот посмотрел на меня с лёгкой улыбкой на лице.
– Я помогу тебе поднять этого зверюгу в квартиру.
Сердце стало биться галопом, и я испуганно мотнула головой. Я не готова была приглашать его в гости. Мы и без того провели слишком много времени вместе за этот день, и я чувствовала, как проникаюсь к мужчине симпатией, чего делать нельзя, ведь он тот самый «властный герой любовного романа», который легко вырвет сердце с корнем ради достижения своей цели, а его цель – ребёнок.
– Я дойду сама. Спасибо большое за всё. Это был чудесный день и… Спасибо за откровенность.
Я облизнула пересохшие губы. Наши взгляды пересеклись, а рука Деспота дрогнула, словно он хотел потянуться к моей, но в последнюю секунду передумал. Я вышла из машины, взяла медвежонка и поспешила к подъезду.
Волнение постукивало даже в кончиках пальцев, когда я доставала ключ, чтобы открыть дверь в квартиру, вот только ключ не провернулся, словно кто-то заперся изнутри, а затем послышались шаги…
Неужели мама так быстро вернулась?
И что я должна буду говорить ей сейчас? Как сказать о беременности или пока умолчать?
Но это оказалась не она.
Дверь отворилась, и на пороге я увидела Лику.
– Привет, сестрёнка, – растянула она губы в довольной улыбке, а я и слово не могла из себя выдавить, просто смотрела на неё и хлопала глазами.
