Текст книги "Маятник чувств (СИ)"
Автор книги: Настасья Райс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)
Глава 25. Ярослав
Я прихожу в бешенство от того, что творит Соня! Это немыслимо! Неужели у неё был кто-то, как запасной вариант? Или она специально делает мне это назло? Тот парень явно не в курсе, что и какие отношения между нами. По его взгляду было ясно: он ни черта не понимает, что происходит. Даже руки марать о него жалко: может, он и не догадывается, что его затянули в игру «Как быстро вывести на эмоции Ярослава». Лаврову, конечно, можно понять: она видела своими глазами бывшую в моей квартире, но я безумно её ревную и надеюсь, она не наделает глупостей.
После того как Соня ушла из кафе с другим мужчиной, я хотел рвануть с места, но меня остановил Паша. Сказал, что если сейчас начну давить, то сделаю только хуже. Блять, а если я от бездействия потеряю её? Бесит, бесит, бесит! Всё происходящее раздражает до ужаса.
Я позвал Акимова решить вопрос по поводу Лены. Рассказал ему всё, что происходит у меня с Соней и что натворила его сестра. Паша оказался понимающим и вошёл в моё положение. Разговор на удивление прошёл в положительном для меня ключе. Это единственное, что может сейчас радовать. Мы пришли к тому, что он сегодня поговорит с Романовой и мы будем искать ей замену, а её он заберёт на свою основную работу, если, конечно, она захочет.
Весь день мотался по объектам, но не удалось выловить Соню. Сергей сказал, что она закончила на сегодня работу и он её отпустил раньше на несколько часов. Поэтому решаю сразу поехать к ней. Сегодня нужно решить вопрос о наших отношениях. Я и так дал ей время. Теперь понимаю Захара и как ему было сложно ждать ответа от Ани. К чёрту всё, моё терпение на исходе. Я не могу находиться рядом, но в то же время далеко.
– Ярослав Дмитриевич, можно? – стук в дверь и голос Марины вырывают меня из круговорота мыслей.
– Заходи, – устало потираю лицо и откидываюсь на спинку кресла.
– Я принесла заявление на увольнение от Сони Сергеевны, она прислала его минут двадцать назад, попросила распечатать и отдать вам на подпись, – звучат слова, которые напрочь рушат всю мою сдержанность.
Я вскакиваю с места и оказываюсь рядом с Мариной, выхватываю у неё чертову бумагу и вчитываюсь, потому что всё это мне кажется шуткой. Но нет, там и правда заявление по собственному желанию. Решила избавиться от меня? Нет уж, так дела не делаются, для начала мы всё обсудим.
– Иди займись делом, до конца рабочего дня ещё пятнадцать минут, – собираю последние крупицы самообладания, но Марина всё понимает и выходит без слов.
Я хватаю куртку и выхожу следом. Немедля сажусь в машину и беру направление к Лавровой. Мне нужно объясниться, заодно стрясти с неё причину такого поступка. Если это из-за Лены, то я расскажу ей правду и она обязательно должна поверить.
Доезжаю быстро, выхожу из машины, поднимаю голову и мысленно матерюсь, потому что свет в её окнах не горит. Решаю всё-таки подняться и проверить дома ли она. Но и тут терплю неудачу: в квартире Сони нет. Надо ехать к её родителям, заодно и познакомлюсь. Правда, я это планировал сделать немного в другой обстановке, но другого выхода у меня нет. Надеюсь, она в родительском доме, а не где-то в объятиях того парня.
Нахожу адрес Лавровой быстро: один звонок Нине Борисовне и она даёт всё, что мне нужно. Хорошая женщина работает в отделе кадров: без лишних вопросов взяла и сказала, о чём прошу. Смотрю по навигатору, куда ехать, это оказывается не так далеко.
Дорога занимает минут двадцать, и вот я под подъездом Сони. Собираюсь позвонить в домофон, но, к моему счастью, двери сами открываются и оттуда выходит женщина, а я проскальзываю внутрь. Поднимаюсь на нужный этаж и нахожу номер квартиры. Несколько секунд мнусь как девчонка, но всё же нажимаю на звонок. Слышу, как за дверью кто-то возится, а затем она открывается и передо мной появляется мужчина, по всей видимости, Сергей Лавров.
Он окидывает меня любопытным взглядом, но потом хмурит брови, догадываясь, кто я, и ждёт, пока заговорю первым.
– Доброй вечер, а Соня дома? – не нравится мне его взгляд, и понимаю, что он всё знает.
– Здравствуй, видимо, Ярослав? – я молча киваю. – Если ты не знаешь, где Соня, значит, она так хочет, – в голосе сталь, и мне будет трудно доказать ему свои искренние чувства и намерения по отношению к его дочери.
– У нас с Соней случилось небольшое, – кому я вру, даже Лавров ухмыляется в ответ на мои слова, – недопонимание, и я хотел бы исправить это.
Он молчит, анализирует, как ему поступить правильно. А мне каждая секунда дорога. На пороге появляется женщина и изучает меня взглядом. А это, я так понял, мама. Соня на неё очень похожа. Стою словно мальчишка и жду одобрения родителей, как будто пришёл к школьнице, чтобы позвать её на свидание. Мы же взрослые люди. Но не успеваю я и слова сказать, как слышу:
– Проходите, поговорим, – мама Сони более снисходительна. Она тянет мужа за руку, пропуская меня в квартиру.
– Спасибо, – я искренне благодарен этой женщине.
Захожу, раздеваюсь, и мама ведёт меня на кухню. Отец уже сидит за столом. Замечаю бутылку коньяка и две рюмки. Разговор будет серьезным и долгим. Но мне бы поскорее всё решить с Соней.
– Сначала расскажи мне, в какие игры ты играешь? – я вроде взрослый мужик, а сижу словно на допросе и не понимаю, где накосячил.
– Ни в какие, я просто хочу найти вашу дочь, чтобы рассказать ей правду, – выдерживаю взгляд Сергея, и на его лице появляется мимолетная улыбка. – Почему она увольняется? – задаю вопрос, который волнует меня не меньше остального.
– Я предложил ей работу у себя, – от этих слов становится легче, значит, Соня не из-за меня уходит в никуда, – правда, в Химках, – а вот после этой фразы я впадаю в шок.
Это в принципе недалеко, но такими успехами мы будем видеться по выходным. Меня это вообще не устраивает. И я готов взорваться, конечно же, это замечает отец Сони и протягивает мне рюмку. Осушаю её, а после виню себя, что выпил, ведь мне надо ехать за Лавровой.
– Расскажи мне всю правду, а я уже подумаю, стоит ли тебе помогать, – предложение заманчивое, и я ведусь на него.
Рассказываю про Лену, про нас с Соней, про квартиру и, самое главное на данный момент, говорю про то, что она видела. Мама ахает, хватает телефон и уходит в другую комнату, отец лишь головой машет, ведь понимает, в какой я жопе. Молча наливает мне ещё выпить, но на моё возражение не обращает внимания. Комната погружается в мучительную тишину, отчего с каждой секундой терпение лопается.
– С чего я должен быть уверен, что ты не обидишь и не предашь мою дочь? Я могу тебе помочь, но… – Сергей начинает говорить, а я не понимаю, о чём он и с чего взял, что я собираюсь делать плохо Лавровой.
– С чего вы вообще взяли, что я собираюсь предавать Соню? – перебиваю его, из-за чего он смотрит ещё более сурово.
– Я наслышан о твоих прошлых отношениях и о том, что ты неверный мужчина, – теперь я начинаю понимать, к чему он ведёт, и вспоминаю, как Соня меня тоже обвиняла в том, что я изменил Лене.
– Мы с вашей дочерью все обсудили, но скажу и вам: измена была со стороны девушки.
Сергей замолкает и переваривает информацию, а мне уже очень интересно, откуда он может знать подробности моей жизни. Если в офисе такие слухи ходят, то я должен знать, кто первоисточник.
– А с чего вы вообще это взяли? – не медлю и задаю вопрос.
– Я как-то приезжал к Сергею на работу, ждал на ресепшене и услышал разговор секретаря по телефону, – отвечает без проблем, и я теперь понимаю, что мне придётся искать, помимо бухгалтера, ещё и замену Марине.
– Как забавно вышло и как Лена всё перевернула, что я остался виноват, – произношу тихо, но родители Лавровой всё прекрасно услышали.
– Соня скоро приедет, её привезёт Никита, – я резко поворачиваюсь, а мама рот прикрывает, явно понимая, что сказала лишнего.
Да что за Никита такой и откуда он взялся? Отец улавливает мои эмоции и начинает рассказывать, что тот просто одноклассник. Но напряжение не спадает, а наоборот, я начинаю нервничать ещё больше. Они давно знакомы, и мало ли что у этого парня на уме: прицепился же он к Соне.
Мама подходит к мужу и что-то шепчет, он без слов кивает ей и обращает всё внимание на меня. А мне до безумия интересно, что она ему сказала.
– Ты звонил ей? – спрашивает отец, я же отрицательно машу головой. – Это хорошо, значит, поступим так: мы пойдём сходим в гости к соседям, они нас уже давно зовут. Скоро приедет Соня, но она не знает, что ты тут, – он убирает алкоголь и рюмки со стола, – это идея Ульяны, – он смотрит на свою жену, и я вижу, сколько в его глазах нежности и любви, – сам я бы на такое никогда не подписался.
– Если тебе дорога наша дочь, ты найдёшь нужные слова, – приободряюще говорит мама Сони.
– Спасибо.
Когда родители Лавровой уходят, я начинаю формулировать свои мысли и что буду говорить. А если она не захочет меня слушать? Начнёт выгонять или сама уйдёт? Нет. Я её не отпущу и сам никуда не пойду, пока не выслушает. Я очень благодарен Сергею и Ульяне за предоставленную возможность. Меня немного вгоняет в шок, что они вот так просто оставили незнакомого человека в своём доме. Но мысли прерывает звук захлопывающейся двери.
Глава 26. Ярослав
– Мам, ну что случи… – Соня заходит на кухню и застывает.
Смотрит на меня не моргая и, кажется, она перестала дышать. Молчим. Играем в гляделки. Она делает глубокий вдох, прокашливается и говорит:
– Что ты тут делаешь? И что за хрень происходит? – злится, начинает оглядываться по сторонам. – Мам?
– Их нет дома, – делаю небольшой шаг к ней. – Сонь, давай поговорим? – ещё шаг.
Оказываюсь рядом, нас разделяет всего лишь расстояние вытянутой руки. Смотрю в глаза, а там полное непонимание происходящего. У неё, наверное, столько вопросов, и я обязательно на все отвечу.
– Уходи, я не хочу сейчас разговаривать и видеть тебя, – тон настолько холодный, что мне вмиг становится страшно, что я потерял свою девочку.
– Дай мне шанс объясниться, прошу, – вижу, как она борется с желанием прогнать меня к чёртовой матери, но и с возможностью дать время всё рассказать.
– Нет, уходи, – делает шаг назад, я хватаю её за руку и тяну на себя.
Соня врезается в грудь, одной рукой упирается и отталкивает. Начинает что-то кричать про Лену, про враньё и про то, что я предатель, и при этом ещё бьёт меня кулаком. Я стою и жду, пока выплеснутся все эмоции.
Она замолкает, и я слышу тихие всхлипы. Прижимаю к себе и теперь даю ей время окончательно успокоиться. Она поднимает голову и смотрит глазами, полными боли.
– Почему ты так поступил? – говорит еле слышимым шёпотом.
Чуть отстраняюсь от неё, беру в руки лицо, устанавливаю зрительный контакт. Соня молчит, лишь смотрит на меня и ждёт, что ей скажу. А я так много хочу рассказать, но слова предательски испаряются. Собираюсь с мыслями и тихо, чтобы не спугнуть, начинаю говорить:
– Маленькая, я не предавал тебя, поверь мне, – от моих слов слеза снова скатывается по щеке, вытираю большим пальцем и продолжаю: – Эта дура пришла ко мне пьяная, начала орать на весь подъезд, я впустил, чтобы она успокоилась. Но вместо этого эта неуклюжая разлила вино на нас, я дал ей майку, сказал вызывать такси и сам, не желая находиться с ней в одной комнате, ушёл в душ в надежде, что, когда выйду, она уже уйдёт.
Слова льются рекой – Соня внимательно слушает, глядя в глаза. И я жду, пока она скажет хоть что-нибудь в ответ на мою правду. Шанс, что она поверит, мал, но я не теряю надежды.
– Почему я должна тебе верить? Почему? – из неё вырывается истерический смех, и на лице появляется ухмылка. Она не верит.
– Потому что я люблю тебя, – эти слова даются с лёгкостью. Я принял свои чувства к Соне, но думал, они прозвучат в другой обстановке.
Лаврова неотрывно смотрит на меня, и ухмылка сползает с её лица. Не дожидаясь ответа, я притягиваю ближе и накрываю ее губы своими. Сначала не в настойчивом поцелуе, но я так сильно скучал, что через несколько секунд проникаю языком ей в рот. Она что-то стонет и прикусывает нижнюю губу.
Её аромат никогда ещё так не пьянил, как в это мгновение. Я слышу, как бешено бьётся моё сердце, и кажется, оно вот-вот взорвётся от этих первых прикосновений губ после разлуки. Сейчас я полностью ощущаю весь спектр чувств к Соне и могу с уверенностью сказать, что такого прежде не испытывал ни с одной девушкой.
– Ярик, подожди, – Лаврова разрывает поцелуй и тяжело дышит, – повтори, что ты сказал.
– Я люблю тебя, маленькая, – отвечаю, не раздумывая ни секунды.
Если моя девушка хочет услышать снова эти три слова, я буду говорить их каждый день: утром, днём и вечером. Если она будет всегда дарить мне такую улыбку, какая у неё сейчас. Соня берёт меня за ворот рубашки и сама целует так, будто хочет передать всю тоску и боль за те дни, которые мы провели порознь. Я обнимаю её крепко, словно хочу вжать в себя, чтобы точно никуда не делась. Но отстраняюсь, чтобы спросить то, что беспокоит:
– Это значит, я прощён? – прислоняюсь своим лбом к её.
– Я буду смотреть на твоё поведение, но для начала ты мне всё расскажешь, – она кивает на диван, – пойдем, нас ждет долгий разговор. Кстати, а где родители? – смотрит удивлённо, даже испуганно.
– Я познакомился с ними, очень приятные люди, они пошли к соседям и дали мне возможность объясниться перед тобой, – не могу сдержать улыбку, сажусь на диван и тяну Соню на себя, но она садится рядом.
– Мама… – откидывается на спину и пропускает смешок, догадавшись, что к чему.
– Иди ко мне, – хочу обнять: я безумно соскучился, но серьёзный взгляд Сони даёт понять, что не получу нежности, пока не поговорим.
Сам начинаю рассказ про Лену и измену, про то, что сама призналась, и про то, почему до сих пор не уволил её, ну и конечно, про то, что скоро её в офисе не будет. А также в связи с последними новостями, которые я узнал от Сергея, решил, что Марине тоже не место в моей фирме. Соня внимательно слушает, берёт меня за руку, а на последнюю новость победно улыбается. Но вот только мне тоже много чего интересно.
– А ты мне ничего рассказать не хочешь? – не выдерживаю и спрашиваю.
– Ты про моё увольнение? – виновато смотрит на меня из-под ресниц.
– И не только, но сначала давай про это расскажи, – а потом я обязательно узнаю про друга-одноклассника-Никиту.
– Папа открыл новый филиал и предложил пойти туда руководителем отдела, я согласилась и своего решения не поменяю, – а вот это мне уже не нравится, не понимаю, почему так категорично.
– Может, ты всё же передумаешь? У нас всё наладится, всё будет хорошо.
– Ярик, я долго думала об этом, и это идеальный вариант, если мы будем работать в разных местах: отношения на работе ни к чему хорошему не приведут. А ещё я съеду с твоей квартиры, и это будет тоже правильно, – Соня говорит убедительно, может, и правда так будет лучше.
Начнем заново конфетно-букетный период. Наши отношения начались чуть ли не с совместного проживания. А это не есть хорошо.
– Ладно, только чтобы ты была счастлива, – обнимаю её, – иди ко мне, ты представить не можешь, как сильно я соскучился, – беру за талию и сажаю к себе на колени. – Но меня ещё интересует, кто такой Никита и почему он весь день трётся возле тебя? – Соня начинает смеяться, а мне совсем не до смеха.
– Одноклассник, он приехал из Америки, увиделись да разговорились, а то, что он меня привёз, так это случайность была: встретились у подъезда, – Соня ластится словно кошка.
– Случайно, говоришь? – целую её в шею, а она издает тихий стон.
Я готов прямо тут приступить к самой интересной части примирения, но слышу щелчок замка. Соня вскакивает, а мне от этого смешно, еле сдерживаюсь. Ведём себя словно и правда школьники. Из коридора доносятся разговоры и приближающиеся шаги.
– Слышишь, тишина? Либо они помирились, либо Соня его сковородкой огрела, – говорит Сергей, и они с мамой начинают смеяться.
Я подхватываю их смех, а Соня держится. Родители заходят на кухню, смотрят на нас и пытаются понять: помирились или нет.
– Как у вас дела? – спрашивает мама Сони, а взгляд мечется между нами.
– Всё хорошо, – Лаврова отвечает первой и улыбается.
– Отлично, но это же не меняет твоего ответа по поводу работы? – отец вмиг становится серьёзным.
– Нет, мы решили, что лучше, если Соня будет работать в другом месте, – вижу одобрения в глазах Сергея, тем самым зарабатываю себе плюсик.
– Ладно, – Соня поднимается с дивана и тянет меня за руку, – мы поедем, – счастливо улыбается, а я не могу сдержаться и отзеркаливаю её эмоции.
– Может, чай попьём? – мама смотрит удивлённо.
– Уже поздно, давайте лучше устроим ужин и посидим как нормальные люди, а то у вас как-то сумбурно знакомство случилось, – замечаю, как Соня пятится и хочет поскорее уйти.
– Ладно, я завтра позвоню и договоримся, – мама Сони сдаётся и уголки губ ползут вверх.
* * *
Как только оказываемся в квартире, беру Соню на руки и начинаю целовать лицо, губы, шею. Я скучал и хочу показать ей, насколько сильно.
Заношу в ванную комнату, помогаю ей освободиться от одежды и настраиваю тëплую воду.
– Давай скорее, а то я не сдержусь и мы начнём уже здесь, – ударяю ладонью по ягодицам и замечаю, как сексуальный румянец появляется на щеках любимой.
Самые долгие двадцать минут в моей жизни, и мы наконец-то оказываемся кожа к коже в кровати. Я ощущаю жар её тела, и от этого срывает крышу, сердце бешено отбивает ритм в унисон с Сониным. Наша разлука помогла мне осознать, насколько я от неё зависим, даже самому смешно: такой сильный мужчина, но и дня не могу теперь прожить без её ласк. Хочу ощущать прикосновения и дарить ответную нежность.
– В тот раз ты не дала мне сделать ответный ход, и я хочу наверстать упущенное время. И да, я тебе не дам сегодня спать, – прикусываю Лаврову за подбородок и слышу смешок.
Она пытается прижаться ещё ближе, хотя я и так подмял её под себя и ощущаю каждый сантиметр соблазнительного тела.
– Я и не думала о сне.
Провожу кончиком языка по шее, спускаюсь к ключицам и оставляю свою метку. Моя малышка возмущённо фыркает и ударяет ладонью по плечу, но я не остановлюсь, всю её собой помечу.
– Ты чего творишь? – после второго засоса не выдерживает и вновь хлопает по плечу.
– Знаешь, – отрываюсь от очень важного занятия, – есть один очень действенный способ стирания из памяти бывших одноклассников, – Соня выгибает бровь и смотрит с заинтересованностью. – Два оргазма, мне кажется, будет достаточно.
Она хочет засмеяться, но я кусаю за сосок и двумя пальцами скольжу между половых губ, а вместо смеха с губ слетает первый стон. Она влажная, хочу попробовать её, спускаюсь по впалому животу и оказываюсь между ног.
Соня проводит ладонью по своей груди, а после сжимает. Малышка уже возбуждена до предела, тоже скучала – это видно в каждом её действии. Кусаю за внутреннюю поверхность бедра, раздвигаю половые губы и языком начинаю ласкать клитор. Сперва не спеша, но и на это любимая чутко реагирует: выгибается в пояснице и зарывается пальцами в волосы. :К:н:и:г:о:е:д:.:н:е:т:
Хочу впитать в себя каждую нотку её возбуждения, а каждый стон проходит через моё тело и отзывается уже в и так налитом члене. Безумно хочу оказаться в ней, но сперва она должна подарить мне свой оргазм. Я просто теряю рассудок, когда ощущаю, что моя девочка плывёт в реальности и падает в омут наслаждения, содрогаясь всем телом.
Проникаю двумя пальцами и не прекращаю ласкать языком клитор. Совершаю активные фрикционные движения, стоны становятся громче, а я ловлю кайф от того, как Соня отзывается на каждое моё прикосновение. Она нереальная, таких больше не существует. Идеальная для меня во всём, только моя и точка.
Она начинает подмахивать бёдрами и помогает приближать её к пику. Ощущаю, как внутри влагалища становится узко и стенки сжимаются вокруг пальцев. Соня замирает, а я лишь ускоряю движения и более настойчиво вырисовываю узоры вокруг клитора. Ещё несколько толчков, и она вся сжимается, ноги дрожат, и из уст вылетает самый громкий и сладкий стон. Напоследок втягиваю клитор губами, и она вздрагивает, а после расслабляется.
Соня тянет меня за плечи вверх, я поднимаюсь и не могу сдержать улыбку. Малышка лежит раскрасневшаяся, с взъерошенными волосами и безумно счастливая. Готов вечно ею любоваться.
Накрываю мягкие и податливые губы. Углубляю поцелуй и проникаю внутрь языком, кружу вокруг и одновременно направляю член во влагалище. Продолжаю целовать и медленно вхожу до основания. Соня стонет мне в губы и пальцами впивается в плечи. Каждый наш секс – сплошное безумие, и я готов полностью раствориться в этой женщине. Хочу, чтобы она всегда находилась рядом и принадлежала мне. Я словно дикий зверь готов порвать любого, кто посмеет не так посмотреть на мою любимую. Рядом с ней я схожу с ума, и мне это нравится.
Я благодарен Лавровой, что она вытащила меня из болота, в котором я утопил способность чувствовать после Лены, и именно Соня смогла затронуть те струны души, к которым я так боялся прикасаться.
Прислоняюсь лбом к её и начинаю не торопясь двигаться. Она обхватывает ногами бëдра и совершает ответные движения. Её инициатива подстëгивает и заставляет ускориться.
– Ты меня сводишь с ума, – хриплый от возбуждения голос вперемешку с рыком тонет в её стонах, и пошлые шлепки дополняют композицию нашей близости.
Каждое проникновение пульсацией отдаëт в члене и жаром распространяется в теле. Хочу кончить в неё, но тогда потом мне придётся спасаться бегством, потому что Соня точно прибьëт. Да и сам не готов пока к возможному исходу такой слабости. У нас слишком много планов, а детей мы ещё успеем сделать.
– Яр… Ярик, – любимая заговаривается и ещё сильнее впивается в мои плечи ногтями. – Так хорошо, я сейчас кончу.
Понимаю намёк и следующие толчки совершаю ещё более резко, хоть и сам из последних сил держусь, чтобы не кончить. Она начинает извиваться подо мной и шептать что-то невнятное, а все мои ощущения сейчас сконцентрированы гораздо ниже. Там, где стенки влагалища узким кольцом сжимают член. Последняя пара толчков, и я еле успеваю выйти, изливаюсь ей на живот.
Смотрю на Соню – она сейчас такая красивая, даже несмотря на растрёпанные волосы. Целую её нежно, хочу передать через поцелуй всю нежность и искренность своих чувств.
