Текст книги "Я люблю зверя (СИ)"

Автор книги: Наргиза Огненная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

Спустя час мы довольные и сытые сидели в беседке с семьей Рикс. Когда мы направились к фуршетам с едой, отца окликнул дядя Сфэн. Он всегда приезжал к нам в день смерти мамы и проводил это время с отцом и мной. Я знала, что у него две дочери Лили и Сири. Раньше не интересовалась именем рода, а дочек никогда собой не брал, даже не знаю почему, всегда приезжал один и только в этот день. И какого было мое удивление узнать, что Лили, эта та самая Лиливьен Рикс. А вскоре еще узнаю, что та самая невеста. Ой, папочка, я снова влипла!

Но пока, мы веселились и хорошо проводили время. Я познакомилась и сразу сдружилась с ее сестренкой Сири и ее мамой. Просто, очаровательная девочка лет двенадцати. Мать Лили тоже умерла, но намного раньше моей, из-за болезни. В то время чернявый рой многих погубил. И все это последствия после открывшихся разрывов. Вот такой сюрприз нам пришёл, виде ужасной болезни, от которой не было лекарства. Хорошо, что жена принца Киллиана, Мирослава закрыла их все. С этого и начались наши мирные времена – без войны. Мы ей все, до сих пор, благодарны.

"Теперь у меня действительно появилась подруга в Элите."– думала я тогда.

– Хочешь я тебя нарисую? – предложила я Лили.

– А ты рисуешь?

– Да, в основном пейзажи или животных, но смотря на тебя, захотелось нарисовать портрет. Попозируешь? Хочется запечатлеть такие красивые черты лица, – искренне похвалила я ее внешность, она правда была очень красива. Ее черные волосы отлично сочетались с алыми губами и немного бледной кожей. Я все больше становлюсь романтичной, наверно так дворец действует. Я везде вижу красоту.

– Давай. Где мне встать?

– Лучше присядь вон под тем деревом у корней и поверни лицо немного в сторону. Да вот так и посмотри в даль.

Лили выполнила просьбу и на нее идеально падали лучи солнца.

– Да, вот так.

Мы отошли довольно далеко от основного празднования, можно сказать спрятались под деревом, что бы никто не мешал, рядом со мной, тихонько сидела только Сири.

Я попросила слугу предоставить мне альбом, карандаш, кисточки и краски. Через каких-то пару минут я уже занималась самым любимым своим делом – рисованием. Полностью погрузилась в творчества ничего не замечая вокруг. Мне нравилась эта отрешённость от реальности, так я расслаблялась.

– Ты и правда полна тайн, Рыжуля, пожалуй я так скоро буду тобой очарован, – снова прошептали мне в ухо, убрав при этом прядь моих волос. И настолько это было для меня неожиданностью, что я напугалась и врезала палитрой прямо в лицо говорившему. Ну и естественно все краски, что я успела смешать, а я их только приготовила, были на лице и одежде Маркуса.

Вначале звенящая тишина, минута, две и потом… Мы расхохотались в голос. А Маркус медленно вытирал с глаз краску и был крайне недоволен. Но вскоре он заметил одну деталь. А точнее он в упор смотрел на Лили и был… Удивлен?

Я взяла платок, что приготовила для своих рук и хохоча подала Маркусу. Он как завороженный продолжал смотреть на Лили. Платок взял на автомате, не посмотрев на меня.

– Господин Рориевир, это все из-за вашей мужской натуры, Вы ведь любите разнообразие, так и липните к разным краскам, вот теперь они к вам сами пришли глаза застилать, – все еще смеясь и улыбаясь подошла к нам Лили.

И что-то мне взгляд Маркуса совсем не понравился. Он разозлился, атмосфера в раз сгустилась в воздухе и повисла напряжение. Такое сильное, как будто две молнии столкнулись.

Да, что такого она сказала?! Мне вообще, кажется, пошутила над его любвеобильностью. И это правда же. На правду не обижаются.

– Зато я живу полной жизнью и не боюсь своих чувств. А некоторым стоит уже наконец снять корону снежной королевы гор и перестать наконец строить целомудренность.

Вот вообще не понимаю, что сейчас происходит. Лиливьен залилась краской, а глаза гневом. Она повернулась ко мне:

– Увидимся Ника, но сейчас я вынуждена тебя покинуть, мне нужно к отцу. Сири, идем!

Она еще раз зыркнула на рыжего и взяв сестренку за руку, направилась в сторону беседки.

– Маркус, что это сейчас… – Договорить мне не дали. Меня резко притянули к себе и обняли, зарывшись лицом в мои волосы. Услышала тяжёлый вздох.

– Рыжуля, ну почему всегда так? О, Велес, ну почему она, может на ком-нибудь другой, а?

Я держала в одной руке кисть, а в другой платок и просто позволяла, этому рыжему себя обнимать. Но было такое чувство, что он так пытался успокоиться и сдавленно вел диалог с богом Велесом. Я поискала глазами Лили, не хотелось, чтобы она это видела. Как меня обнимает мужчина, да еще так откровенно, зарывшись волосы в районе шеи.

И встретилась с ее глазами. Она ушла недалеко и замерев смотрела на меня. Ее взгляд говорил все. В них было чувство обиды и предательство. А после на ее лице было столько злости, что я дальше не смогла этого видеть, прикрыла глаза и еле сглотнула образовавшийся ком в горле. Вот теперь я глубоко жалела о нашем договоре.

– Маркус, кто твоя невеста? – в тот момент я уже все поняла и сложила разговор Лили и Неи, о женихе и просьбу рыжего. Но я все же надеялась, что ошиблась. Ведь столько есть уже договорившихся о свадьбах пар, ну не может же быть что мне так "повезло"?

Маркус отпустил меня наконец и посмотрел в сторону, где только что стояла Лили. Ее уже не было.

– Черт! Она не видела, да?

– Видела.

– Правда? Ну хорошо…

– Ничего хорошего, – мне хотелось уже плакать, кажется я в отчаяние, – это она? Да? Она твоя невеста?

– Эй, рыжуля, ты чего? Ты то, что плачешь? – он начал вытирать мои слезы и обеспокоено смотреть на меня, – да, это Лиливьен Рикс. А я разве не сказал? Видимо, забыл. Эй, ну не реви.

Я постаралась со всей своей силой, на которую была способна, оттолкнула его руками.

– Мы вроде как сдружились, а теперь получается я ее жениха отбиваю. – я уже не плакала, я просто поняла, что сама виновата и нужно, все рассказать ей сейчас же и все исправить. Объяснить, что это просто недоразумение, сделка, не более. Не хочу снова видеть ее глаза такими.

Я уже направилась в сторону беседок. Но Маркус схватил меня за руку.

– Погоди! Да, стой же! Анника, не говори ей. Не говори ей сейчас. Я в первые увидел, как она смеётся и как злиться. Обычно ее лицо вообще ничего не выражает! – удерживая меня за руку, торопливо просил меня Марк.

– Она думает, что я ее предала!

– Мы потом ей все вместе расскажем, я обещаю, еще один день! Даже до бала не нужно. Хотя бы один, а потом я вас лично если нужно померю. Да и не было же ничего. Я просто тебя обнял, она приревновала, уже появилась хоть какая-то реакция.

– Лили хорошая, веселая, смелая. Неужели ты этого и так не ведешь? Зачем нужен весь этот цирк? Просто поговори с ней.

Я перестала сопротивляться, теперь я пыталась его понять.

– Нет, Рыжуля. Это ты ее такой видела. А я видел лишь холод и лед ко мне, или вообще безразличие. С первой нашей встречей, как я перешагнул порог их дома. Она все время смотрит на меня с высока, считает… Не важно… Анника, прошу. Еще день. И если захочешь можешь завтра вечером сама ей все рассказать. Ты обещала. – я слышала в его голосе отчаяние и безысходность. Не понимаю его, зачем все это.

Сейчас смотря на него, я вижу слабость в мужчине. В первые этот воен престал передо мной таким ранимым. Этот мужественный и большой мужчина, который похож на несгибаемый дуб, кажется сломленной веткой ивы.

– Ты любишь ее? – я скорее утверждала, чем спрашивала.

– Нет, ты что? Я не люблю ее. – запальчиво убеждал меня он. – просто она ведь моя невеста и в ней должны же быть ко мне хоть какие-то чувства.

– Ага, и ненависть со злостью тоже?

– Ну знаешь. От ненависти до любви… – он уже улыбался.

– Вообще то, наоборот, говорят, – скептически все еще относилась я.

– Знаешь, если честно я и этому рад. Все лучше, чем ничего. – тяжёлый и глубокий вздох.

О Велес, я все же наверно дура и наивная…

– Ладно, но только до завтрашнего вечера и больше никаких обнимашек, – строго и скрестив руки на груди сказала я.

В этот момент Маркус напомнил мне меня, когда я чему-то очень сильно рада, только правда в ладоши не стал хлопать и обниматься. А так лицо просияла как прям мое. Ох, надеюсь я правильно поступаю.

– Так ты рисуешь? – перевел разговор Марк.

– Да, меня это расслабляет.

Я пошла собирать всю атрибутику для рисования и решила забрать на время, что я во дворце, все себе. Все же нарисую ночь при свете луны через свое окно. Ну и заодно закончу портрет Лили. Надеюсь, она со мной заговорит еще.

– Давай я помогу отнести. – направился со мной к мольберту.

– и кстати, поздравляю, ты стала носителем и хранителем сердца семьи Суинфорд. Знаешь, я ни разу не видел это украшение. Все он нем только говорят, а Суинфорды очень сильно почитают хранителей, чуть ли на руках их не носят. Покажешь? – снова эти молящие глаза кота. Все же на него сложно злиться.

Я засмеялась и вытащила кулон из платья. Не знаю за чем, но я его сразу же спрятала под платьем, как только надела, мне хотелось чувствовать прикосновение камня к коже. Так было спокойней, что ли.

– Да, конечно, вот.

Я протянула ему кулон в своей ладошке, не стала снимать его полностью, думаю и так уведет.

Маркус с энтузиазмом и горящими глазами смотрел на камень, даже вначале потянул руки, чтобы дотронутся, но не доведя руку до камня остановился и убрал ее, а потом нахмурился и посмотрел прямо на меня.

– Рыжуля, а ты что-нибудь чувствуешь от камня? – очень серьезно задал мне вопрос он.

– Нет, а должна, – мен удивил его вопрос, ведь я правда ничего не чувствовала, только холод, но ношения под платьем и возле моего тела, камень согрелся и уже был теплым.

– Ты можешь снять его и дать мне?

– Нет. – почему-то поспешно ответила я, – а зачем? Ты разве так камень не увидел? – решила все же исправить свою запальчивость.

– Просто я чувствую от него очень нехорошую, нет не так… я бы сказал неприятную, блин и это не так…короче, неуютно мне глядя на него.

Ну вот еще. Еле выговорить смог, что не так и то не понятно. И вообще не хочу я его снимать. Мне его хранить доверили, а я тут его сразу же взяла и вручила. Нет уж, он мой. И я хранительница, буду его оберегать, от всяких кому не удобно.

– Я не понимаю тебя и пока нормально не объяснишь не сниму, – нахмурилась я и убрала камень обратно под платье, поближе к коже

Маркус немного повздыхал, потом усердно думал и еще повздыхал. Снова посмотрел на камень и все же выдал:

– Ладно, мне наверно показалось, я просто расстроен из-за Лили. – снова улыбнулся и вернулся тот беззаботный Маркус, – и Анника, если ты не против я бы хотел тебя сопровождать до источника красоты?

– Если отпросишь меня у отца.

– Пф, беспроблем, – и подмигнул мне. Вот же котяра.

И почему он так уверен, что папочка отпустит? Но меня это уже слабо волновала, я переживала о том, как вести себя эти два дня с Лили.

Вернувшись ко всем Маркус, поцеловал мне руку кивнул и ушел, унося мои вещи собой. Сказал, что сам передаст слуге и они мне все доставят в комнату. А вот я шла в беседку с опаской, а зря Риксы уже ушли в числе первых к источнику. Меня ждал отец и семья Суинфорд.

Вот же…

Я как тот не хотела с ними сегодня уже пересекаться, но понимала, что глупо бегать. Все равно я уже согласилась стать частью этой семьи и уже от Нейвары никуда не денусь. По крайней мере пока мы во дворце.

Мы уже стояли и ждали очереди, когда поведут вторую группу к источнику, как мой липовый ухажер вернулся.

– Господин Редверс, позволите сопровождать госпожу Аннику до источника? – А он и правда решился отпросить, хотя чему я удивляюсь, это же рыжий котяра, который ведет себя бесцеремонно.

И как я и ожидала, отец не хотел меня с ним отпускать, хоть Маркус пообещал идти впереди него, так чтобы он нас видел. Скорчив недовольную гримасу, папа все же разрешил, но при куче условий, которые требовали не то, что не дотрагиваться до меня, но и чуть ли не идти на двадцать метров в стороне. Тут я уже не выдержала, засмеялась, тому, как они торговались за эти метры и схватив под руку Маркуса, потащила его в перед. А отец крича нам вслед, что все же 5 метров нужно соблюдать. Тут мы уже вместе хихикали. И итог… На нас обратили внимание все.

Все видели, как меня отпрашивали, все видели, как мы вместе смеялись и все видели неподдельное внимание с его стороны ко мне Маркуса Рориевира. Что-ж, этот рыжий своего добился, все в тот момент подумали, что он за мной ухаживает, а я не против как будто.

А вот у Неи, чуть челюсть не отвисла, когда мы хихикали, проходя мимо. С одной стороны, было приятно, что я могу удивлять. А с другой, надеюсь она не будет этим дразнить Лили. Ну или хотя бы не успеет.

Идя по самому знаменитому и большому лабиринту, созданному стеной из кустов, невольно чувствуешь себя маленькой букашкой, что бегает по большому столу. Но сами кусты были чудесными. Листья и их цвет поражали своей насыщенностью и необычным узором. Ведь цвет их был фиолетовый, а скелет витиеватый и узорчатый. Стена была почти в четыре метра высоту, а внутри лабиринта встречались еще множество статуй и фонтанов с лавочками и небольшими клумбами. Конечно, нас вели по короткой дороге к выходу. В конце лабиринта находился Источник Красоты и нас там ждали руины из этого источника и статуи богини Филии, а также обрыв ведущий к Большой воде. И это зрелище стоило того, чтобы плутать в лабиринте не меньше получаса.

Когда-то для источника был построен фонтан, а в центре стояла богиня Филия. Одна из первых дочерей Бога Велеса, кто захотела жить с нами. Она и воздвигла здесь его. Хотя есть легенда, что она и есть эта статуя и источник.

Но факт в том, что уже множество веков источник разрушен и в руинах. Осталось только та часть нижнего фонтана, где собирается вода. И почему-то, до сих пор никто, не решается из королей восстановить его. Некоторые считают, что источник нельзя трогать, иначе он потеряет свою силу, а некоторые верят, что это все же сама богиня и боятся ее разгневать – потревожив.

Все равно вокруг было неописуемо красиво, возле руин все цвело и оплетали кусты и ветки, а с верху было крона дерева, что уже выросло почти на фонтане. А вот обрыв и правда был крутым, а выступ острым. Впереди открывался шикарный вид на бескрайнюю воду. Сюда приходят, чтобы поговорить с Богом Велесом. Говорят, что именно тут он чаще всего отвечает.

Я, да и не только я, ходили пораженными и восхищались источником. Мне прям везёт во дворце, я за два дня побывала уже у двух источников. И один из них, даже половина присутствующих здесь его не видели.

У источника была и ещё одна особенность. И тоже у каждого своя. Вот, например, у источника Смерти, только ты можешь видеть, то, что он покажет, а у источника Красоты только тому, кто с тобой сейчас стоит. Ты сам не увидишь в нем ничего, кроме своего отражения. Поэтому для источника Красоты есть специальная традиция. Где красавицы выбирают себе кавалера, чаще всего будущего жениха, и подводят его к источнику, чтобы он увидел, что за красота скрыта в ней, а она в нем и рассказывают друг другу. А потом умываются в источнике, дабы показать, что они принимают друг друга. Но это лишь для пар, так ты можешь выбрать себе в спутники кого угодно.

– Ну что, рыжуля, хочешь узнать, чем же ты блещешь больше всего? – Потянул меня уже к источнику Маркус. А я резко его затормозила.

Нет, это, пожалуй, уже серьезно, все же традиция есть традиция. А я бы не хотела так ужасно поставлять Лили, так еще и больше убеждать в этом других. Все же этот момент я считаю искренним и серьёзным.

– Нет, Маркус, это слишком, я считаю, что тут ты должен подойти к Лили, – сбрасывая его руку подтолкнула его в сторону Риксов.

А этот, как всегда, упирается.

– Слушай, это же просто…

– Марк, я думаю Госпожа Анника права, тебе лучше пойти к своей невесте, – у-у-у, какой знакомый командный голос.

– Киган, я может сам решу, как мне лучше и прекрати лезть уже, – теперь рыжий был возмущен.

– Я лесть перестану, когда ты возьмёшься за ум и прекратишь вести себя как мальчишка, ты ведь помнишь я…

– Да, да, ты обещал моему отцу и все такое. Хватит уже. Ладно, с тобой это бесполезно обсуждать, я пойду найду Адриана, если ты не против этого? – он отвесил шуточный поклон и посмотрел на меня.

– Рыжуля, раз здесь Киган, значит я нужен ему, отойду ненадолго, не скучай, – подмигнул мне и подал локоть, – давай я тебя к отцу верну, я ведь обещал быть ответственным кавалером.

– Я сам сопровожу Госпожу Аннику, а ты уже иди, он ждет тебя. «Ему скоро выступать», – они переглядывались и что-то говорили глазами ещё друг другу. Мне казалось, они не хотели, чтобы кто-то догадался о том, что скрывалось за их беседой. А мне стало безумно любопытно. Знаю, что лезу не в своё дело, но что же там принцу нужно такого, от вот такого рыжего?

Ух, как любопытство то распирает. Интересно, а проследить и подслушать можно? Не-е-ет, это совсем по-детски. И вообще какая разница, может они там… ну не знаю… что там они могут обсуждать?

– Госпожа Анника, вам не хорошо?

– А? Что?

Я задумалась, что же мужчины могут обсуждать, что не сразу поняла, как смотрю в одну точку и ко мне обращается Киган. Ах! Снова мой идеал рядом, прям сердце сейчас не нарадуется.

– Нет, все хорошо, – поспешила заверить я, а то подумает, что я слабоумная. В первую встречу на него пялилась не отрываясь, а во вторую опять зависла в одну точку, хорошо, что хоть не на него.

– Вы очень бледны, – смотрит так обеспокоено, я сейчас растаю, ну нельзя так.

Что мне все сегодня про мою бледность говорят, я что с косметикой перестаралась? Надо найти зеркало, а то уже третий метаморф за сегодня спрашивает.

– Я чудесно себя чувствую, спасибо за беспокойство, – обычная вежливая фраза, но мне действительно было приятно. Хотела продолжить дальше светскую беседу и попробовать пойти с ним к источнику. Но тут должен был уже выступать король. Открытие вечернего променада и начало традиции всегда выступает король с речью, что с этого дня все новенькие совершеннолетние, кто был представлен Элите приняты.

После этого король выбирает одну из новеньких и ведет к источнику, так подтверждая полноправность принятие всех и почетно для избранной им. Она будет самой завидной невестой.

Но в этот раз, выберут меня, точнее может. Отец после церемонии принятия реликвии, предупредил, что король может даже меня выбрать, так он поприветствует нового члена одной из влиятельной семьи и меня быстрее примут. Хоть это и не по правилам, но Суинфорды Гдавная Элита, а им можно все. Поэтому я замолчала и принялась слушать короля. А точнее… Принца Адриана.

Короля не было, в место него выступал кронпринц.

Все с придыханием слушали каждое слово принца, его уважали это было заметно.

В конце речи, принц направился выбирать с кем откроет променад до источника. Ух как же стало волнительно и как девушки задержали дыхание перед прыжком в свою славу. Ведь одну из них поведет сам принц, не то, что это почетней короля, скорее это более приятней.

И он направился… Ко МНЕ.

А-А-А… Одновременно. Да! Да! Это очень круто и… Нет! Нет! Лучше бы он этого не делал, теперь не то, что меня принять, меня теперь еще больше возненавидят. Мне кажется, я уже шипение слышу и это не Суинфорды.

– Госпожа Анника, прошу Вас открыть со мной этот вечерний променад и традицию пар влюбленных.

О, Бог Велес! Как сказано то?! Черт! Рядом со мной все еще стоял Киган, я невольно на него посмотрела. Мне хотелось бы пойти с ним. Но я понимаю, что это все организовал теперь мой дедушка и идти нужно. Я перевела обратно взгляд на принца, что подал мне руку и немного выжидательное смотрел. Заметил мой взгляд на леопарда? Я мило улыбнулась и вложила свою руку.

– Для меня это большая честь Ваше Высочество.

И Принц галантно повел меня вдоль главной тропы к источнику. Я так натужно и мило старалась улыбаться, что у меня уже болела челюсть, хотя шли мы минут пять от силы. Но тот, как снова я стала объектом внимания и теперь еще больше завистливого и многообещающе – злого. Стало даже немного плохо. Ведь зависть читалась не только на лицах дам, но и мужчин, видимо те, кто собирался в этом году выдавать своих дочерей. А многие парни очень своеобразно отреагировали, я бы сказала заинтересовано и одновременно с усмешкой. Ноги подкашивались, и я сильней оперлась на руку принца. Тот поддержал меня, видимо почувствовал, как я навалилась. Но виду не подал. А я и правда чувствовала слабость.

Мы дошли до источника и Его Высочество тихонько проговорил, чтоб слышала только я:

– Знаешь, а это уже похоже на традицию, ходить к источникам вместе, – я не видела лица, но знала, что он немного улыбается. Его дыхание немного защекотало кожу. Оказывается, он был слишком близко к моему лицу. И мое тело отреагировало быстрыми бегающими мурашками по позвоночнику. Ого?! Я теперь на всех так реагировать буду, после моего незнакомца? Он видимо разбудил дремавшие во мне чувства, что они теперь стали неконтролируемы.

Я ничего не ответила и посмотрела на воду. Видя свое отражение в нем, невольно вспомнился момент о моем звере и то, что я увидела в источнике Смерти: такое же отражение. Это видимо тоже традиция, ничего не видеть в источниках.

– Очень странное отражение… – задумчиво протянул принц. – Анника я не вижу каких-то особенных видов красоты. Единственное что хоть как-то выделяется – это волосы. Но это всего лишь небольшое сияние. Очень странно, я не в первой смотрю в этот источник, но впервые вижу, чтобы оно показывало так размыто и непонятно.

Ну вот, я же говорю, странности одни со мной. Но почему? Неужели все из – за того, что у меня нет зверя. Ведь в него смотрят уже совершеннолетние и со зверем. Хм, а может?

Я озвучила свою мысль принцу, и он согласно кивнул, сказав, что возможно, узнает у хранителей знаний, ему уже стало интересно. А я в этот момент посмотрела на отражение принца и увидела незабываемо красивые глаза. Они были так четко выделены, потом от них как будто зеленая пыльца просто вышла и растеклась по воде. Всмотревшись, увидела символы власти, мудрости и в конце любви. Но последнее скорее было даже не символом, а намеком на способность любить.

– Ваше Высочество, а ваша красота заключается в Ваших глазах. То есть, получается зеркало души, показало, что основная красота и за что вы привлекательны всего – это умение править, быть при этом мудрым, а не просто монархом. Ваш ум – вас красит. А также способность любить.

Я повернула голову и запрокинула ее, взглянув принцу в глаза. Источник прав, глаза у него действительно удивительные.

– Что-ж надеюсь источник не ошибается, я думал он изменит свой ответ, но нет. Я все так же рожден править, – он вздохнул и в его глазах отразилась такая глубокая грусть и печаль, что сердце защемило. Мне кажется, что мне плохо и невыносимо, видеть его таким.

– А вот про любовь слышу впервые, ты уверена, что правильно поняла? – теперь уже скептически приподнял одну бровь.

– Да. Я уверена. Вы способны любить и быть в ответ любимы.

Он хмыкнул, и я бы сказала, что немного посмеялся надо мной. Я ведь не виновата, что источник это показал, почему меня опять наивной считают?

– Анника… Это невозможно, я не могу любить из-за моего дара. Но только никому не говори, что у меня он есть. Я как видишь, опять откровенничаю с тобой и снова открыл тайну, – тут он больше на меня не смотрел и, казалось, ведет борьбу самим собой.

– Ваше Высочество, можете быть уверены, Ваши тайны сохраню как свои, – я улыбнулась, хотелось его убедить.

– Идем Анника, остался последний рывок.

И он снова взял меня под руку и повел обратно, но теперь мы должны были дойти до середины тропинки.

– Праздник влюбленных открыт! Дорогая Элита королевства, Анника Рориевир и теперь хранитель реликвии Суинфорд, официально открывает и вечерний променад. Все могут веселиться и праздновать. А также источник в вашем распоряжение до утра.

Пока принц говорил, мне с каждым словом становилось все хуже и хуже. Я до этого чувствовала недомогание, но думала это от волнения. Сегодня столько произошло, и так часто была на публике, уже иммунитет должен выработься. Но сейчас, мне казалось, я выжитая как лимон и вот-вот упаду. Да, что со мной?

Я снова в сцепилась в руку Его Высочества и уже думала просто постаю и подышу, как начала падать и проваливаться в темноту.

– Анника?! Анника, что…

Только и успела услышать обеспокоенный голос принца и как сильные руки подхватывают меня.

Глава 10. Сон или явь, что было правдой?

В начале, я долго падала, а потом все глубже и глубже погружалась в мерзкую слизкую черную субстанцию. Было такое ощущение, как будто черные, влажные щупальца оплетали мое тело и старались проникнуть глубже и сжать сильнее. Мне хотелось кричать, но, когда я открывала рот, не могла издать ни одного звука. Была как немая рыбка – открывала и закрывала рот. Пыталась, что-нибудь нащупать, но ничего кроме слизи рядом не было. Так темно, сыро и холодно. Где я? Что со мной? Дышать тяжело, воздуха не хватает. У меня начинается такая сильная паника, что я просто дергаюсь всем телом, пытаюсь распутать щупальца. Хватаюсь до любого, что смогла дотянуться – дергаю, царапаю, бью, все бес толку. Они лишь сильнее в меня вплетаются, так еще и ускоряются, боясь, что я выпутаюсь. Снова пытаюсь закричать – ничего. Плачу на взрыт, слезы текут ручьем и ничего, ни одного звука.

"Бог Велес, как мне выбраться?! Папа?!" – Зову мысленно, сопровождая и ртом, привычка. Кто умеет говорить, будет по инерции все равно шевелит губами. Я все продолжала дергаться и вырываться. Мне казалось, прошло несколько часов, начала уставать и уже была готова сдаться. Чувствую, как одна из этих мерзких, склизких щупалец дошла до горла и уже захватывает там территорию – кусочек за кусочком. Все! Я больше не сопротивляюсь. Устала на столько, что уже все равно. Думаю, только о папочка и до сих пор не понимаю, что происходит и как я тут оказалась. И когда мне кажется, что это уже мой конец, услышала голос. Тот самый! Бархатный с хрипотцой. Мой незнакомец. Он рядом со мной. Но где?

– Анника… Милая… Слушай мой голос…

О, да! Я слышу его и очень хорошо. Я как мотылек на огонек, готова лететь к нему. И только этот голос заставил меня встрепенутся. Я не одна. Вот это четкое осознание дало мне еще сил.

– Вот, так… Да, милая, правильно… Еще чуть-чуть… Борись!

И я снова боролась. Щупальца добрались и закрыли мне глаза. Но видимо они уже тоже думали, что я сдалась и перестали так сдавливать. Я высвободила руку и отодрала мерзкую слизь с лица, а потом увидела сквозь свет Источник Красоты. Ну хоть что-то стало видно, где это было раньше?

– Анника… Милая, иди ко мне…

Как же будоражил этот голос. Да он просто спасает меня. Постойте-ка! Он называет меня по имени?

Так значит он знает меня или тоже искал и нашел? Я его увижу сейчас, только выберусь сначала с этой ямы, наполненной черной субстанцией.

– Зайка, если слышишь меня.

Папа?! Папочка. Я снова заплакала.

"Я слышу тебя! Слышу! "– хотелось прокричать, но я так и не получила свой голос. Поэтому я говорила все мысленно сквозь слезы.

– Сделай глубокий вдох, задержки дыхание, а потом медленно выдохни. Все будет хорошо. Я рядом.

Я сделала, как попросил отец, расслабиться не получалось, пол тело все еще было в плену щупалец. Они еще, как будто поняли, что я вот-вот ускользну и снова стали давить. Я смотрела на Источник, вдохнула и…

Почувствовала полную свободу и расслабление в теле и снова провалилась в сон. Хотя мне стало уже казаться, что я и так во сне.

Очнулась я от лучей солнца что пытались своим теплом пробраться сквозь веки. Как воришки – тихонько на цыпочках и медленно пробирался свет и становился ярче, теплее. Я открыла глаза. Это оказалось не так просто, веки оказались тяжелыми и непослушными, а тело налилось свинцом. Вот это да! Даже пальцем пошевелить тяжело.

Немного зажмурилась от света и повернула голову в право, увидела расплывающиеся очертания чьей-то фигуры, спящую сейчас в кресле на против. Крупная такая фигура и… Рыжая?! Что он тут делает?! И где я?

Я осмотрелась и попыталась сесть. Было тяжело, но приподняться немного получилось. Комнату я не узнавала, но вот ткань, что висела над кроватью, узнала сразу – герб Суинфордов.

– Дочка, ты очнулась, как ты? – услышала я, с другой стороны, заспанный голос отца. Повернулась к нему. Он сидел в кресле и видимо так же спал, как и Маркус с другой стороны. Немного растрепанный, помятый и кажется давно не менял одежду. Я так рада была видеть его, столько облегчение и радости окатило меня. Папочка, мой папочка рядом, он меня вытащил оттуда. Немного увлажнились глаза.

В горле пересохло, поэтому я еле скрипучем голосом произнесла лишь одно слово:

– Пить.

– Да, конечно, – засуетился отец и налил с графина в стакан, уже приготовленный возле меня на тумбочке. Кто-то знал, что я захочу пить, как очнусь. Утолив жажду, почувствовала себя намного лучше. И справилась с накатившей нежностью к отцу и слезами.

– А что тут делает господин Маркус Рориевир? Так еще и спит?

Почему-то это был мой первый вопрос. Наверно от того, что пока я пила вспомнила, что во сне я слышала голос моего незнакомца и рассчитывала увидеть его, а не рыжего, непробиваемого война и интригана в одном лице. Я не помню, чтобы его слышала. И тут меня пронзила неприятная мысль. А может я вообще его перепутала или приняла желаемое за действительное и хотела услышать незнакомца, а это был всего то рыжий Марк?

– Зайка, Господин Рориевир, дежурил со мной по очереди и всячески помогал. Должен сказать он очень за тебя переживал. Ника, ты ему действительно нравишься, я это понял за эти дни. Но, я должен тебе…

Я резко перебила.

– За эти дни?! Пап, я что была бес сознание несколько дней?

– Да, Анника, ты была в бреду и где-то просто без сознания, около трех дней. Сегодня четвертый.

Как? Неужели я так долго была в этом бреду из ужасных черных субстанций. И что это было вообще?

– Что со мной было? – произнесла чуть ли не шепотом полу севшим голосом.

Отец немного откинулся вперед и сел так, чтобы быть ближе ко мне, взял меня за руку.

– Ника, что ты помнишь последнее?

– Как мы с принцем открываем вечерний променад, а потом мне стало не хорошо, и я начала падать. И если честно, помню только голос Его Высочества.

Я посмотрела отцу в глаза, он призадумался и немного поджав губы продолжил.

– А потом, ты что-нибудь помнишь? Пока была в бреду? Может кто-то приходил к тебе, ночью или утром?

Не могу понять, к чему клонит отец. Лично я помню уже только ужас, в котором находилась, но это точно были не посетители.

– Нет. Пап, я если честно видела ужасный сон и там было так страшно и холодно. – вспомнив место в котором была, меня всю передернуло от отвращение и страха, а еще ощущения такие как будто это было на яву, а не во сне. Но раз отец говорит, что я лежала здесь в бреду, значит это было мое сознание и это сон.