Текст книги "Лето, пляж, зомби 10 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Лето, пляж, зомби 10

Глава 1

– Пять минут до контакта, – проговорила рация голосом Сергеева. Он, похоже, успокоился. Возбужденность после боя прошла.

А доложиться на базу о провале своего плана партизаны не успели. Уничтожили их быстро и молниеносно, похоже. Заманили в засаду и порвали, как тузик тряпку. Иначе тут все уже поднялись бы и бегали туда-сюда.

Ладно. Сейчас тихо. Но эта тишина очень скоро закончится.

Я поднялся на ноги, размял колени, локти, запястья. Пора действовать. Все закончится быстро. И только от меня зависит: будет ли это кромешный кровавый пиздец, или мы войдем, как нож сквозь масло.

Иногда всего один человек внутри может решить все. В идеале это, конечно, должен быть не человек, а ослик груженый золотом, но тут договариваться с врагами было не о чем. Только уничтожить. Это наоборот, они пытались использовать такую тактику, но пролетели.

А, значит, действовать будем по-моему.

Большим пальцем я сдвинул переводчик огня на стрельбу очередями, включил коллиматорный прицел и двинулся на выход из своего укрытия. Об осторожности забывать все равно нельзя: осмотрелся, а потом пошел на лестницу. И поднялся на этаж выше, на крышу.

Открыл дверь, но не ударом ноги, а аккуратно, вышел, стараясь ступать бесшумно. Никто на меня не обернулся, крыша большая, никто ничего не услышал. Все на позициях: четыре АГСа и два «Утеса», стоят на краях крыши. Обложены мешками с песком и кирпичами, тут разве что еще одной крыши не хватает для того, чтобы от дронов защититься, но ее не выстроили.

Я вскинул автомат, прицелился в спину ближайшего из партизан и нажал на спусковой крючок. Автомат негромко прохлопал, и парень осел на землю. Еще двое повернулись в мою сторону, но сделать ничего не успели, легли один за другим.

Я спрятался обратно за «грибком» выхода на крышу. Высунулся из-за угла, и в мою сторону прилетела очередь, пули отрикошетили от бетона. Вот так вот, они там сейчас подрываются, начинают бегать. Просыпаются.

Может даже подумали, что это снова зомби подошли. Но ладно, есть у меня для вас сюрприз, ребята.

Я вытащил из кармана подрывную машинку, откинул крышку, а потом с хрустом вдавил кнопку. Один за другим по базе прокатились раскидистые хлопки, послышались суматошные крики. А я выбросил в сторону уже бесполезный прибор, высунулся наружу, и увидел, что боец обернулся на взрыв. Ну да, прямо его за спиной должен был вспыхнуть огненный шар на месте генераторной.

Поймал его в прицел, нажал на спуск. Глушитель прохлопал, и тело упало на землю. Я тут же пристрелил второго, который сидел на АГСе.

Все. Один остался. Только чтобы его достать, мне надо обойти грибок сперва. Но двинулся я с другой стороны, для него слева, чтобы достать меня было сложнее. Увидел, что он бежит ко мне. Похоже, что решил штурмовать позицию.

Не целясь, от бедра, выстрелил, и несколько пуль прилетело ему в грудь. Бронебойно-трассирующие, модифицированные. Даже в бронежилете ему хватило, и он упал, да так и остался лежать.

А я же принялся за работу. Мне надо было прикрыть своих сверху. Но при этом так, чтобы никто не зашел мне в спину. Закрыл дверь, стащил со спины рюкзак и вытащил сантехническую клейкую ленту. Она крепкая, и ее хватит, чтобы удержать гранату на рычаге, особенно если крест-накрест заклеить.

Вытащил из рюкзака и гранату. Они у меня без замедлителя, херачат сразу. Ф-1, так что всем, кто попытается выбраться на крышу, хватит. Выдернул спусковой крючок и присобачил к стене так, чтобы при открытии двери она упала. И взорвется мгновенно. Любого, кто попытается выбраться наружу, порвет как газету.

Все, теперь у меня есть несколько спокойных минут, пока не подъедут.

Оп-па. Где-то вдалеке отработала пушка БТРа. Похоже, что на патруль наткнулись, да и сразу открыли огонь из главного калибра. Ну, это даже хорошо, что так, понятна будет серьезность намерений.

Я прошел чуть дальше, и увидел знакомые мне ящики. Вот ведь суки. В этих ящиках – дроны-камикадзе, те самые, которых я так ненавижу и боюсь. И запускать их в случае шухера планировалось прямо с крыши. Нет уж, уебки, вам сюда не добраться, вообще не вариант.

Подошел к краю крыши, и увидел людей, которые суетились вокруг взорванных БТР. А там горели языки пламени, лизали броню. Я поставил шашки туда, куда надо, и никуда теперь эти машинки не поедут. Хуй вам, а не легкую победу, уебки.

Соблазн открыть огонь отсюда был велик, но я решил не выдавать своей позиции. Что стреляли на крыше, это надо еще понять, могли решить, что просто в окрестностях. Но моя задумка сработала, и я оставил партизан без техники.

Развернулся и побежал в сторону ворот, туда, где стоял «Утес». Жаль его использовать не получится, потому что это по нынешним мерам – ультимативная боевая мощь. Но он на станке, и наклонить его достаточно, чтобы дать очередь по тем, кто внизу, не выйдет.

А вон полыхает бывшая генераторная. Битум на крыше схватился, ярко горит, и освещает все вокруг. И там никого нет. Тушить дураков не имеется.

С той стороны раздался еще один хлопок, здание как-то вздрогнуло даже. Ага, огонь до еще одного генератора добрался. Нормально.

Впереди я увидел БТР, который, вдруг резко разогнался, а потом все своей мощью врезался в ворота, вынося их. И, похоже, застрял. Партизаны сразу же начали отходить, все вскинули пушки. А БТР повернулся и высадил очередь из своей пушки куда-то по зданию. Ну вряд ли просто так, наводчик должен знать, по чему работает. Наверное, еще одна огневая позиция была.

А следом шли штурмовики, под прикрытием второй коробочки. Ладно, тут же можно немного помочь.

Я вскинул оружие, прицелился и выдал длинную очередь по отходившим от ворот партизанам. У них тут были запасные позиции на случай штурма: мешки с песком, еще какая-то дрянь. Не настоящие долговременные огневые точки, попроще.

Дойти до них парни не успели, и тут же рухнули на землю, один на другого. А вот вторые отрегировали. Один повернулся, прицелился в меня, благо силуэт должно быть хорошо видно на фоне пусть и темного, но звездного неба.

Я рванулся назад, послышался грохот выстрелов, и небо рассекло несколько красных трассеров. Я же перезарядил магазин и повернулся в сторону входа на крышу. И вовремя: потому что дверь распахнулась. Будто от сильного удара ногой.

Тело сработало раньше мозга, и я рухнул на землю, и в эту секунду же секунду раздался взрыв. Просто хлопок и все, ничто по сравнению с теми шашками, что рвались несколькими минутами ранее. Во все стороны разлетелись осколки, над крышей появилось облачко пыли, труп слишком прыткого парня отшвырнуло в сторону, он так и остался лежать без движения.

Да, пизда тебе.

Я же тут же нажал на спуск, высадил несколько коротких очередей в дверной проем. Оттуда послышался громкий крик, а потом еще один, уже на второй голос. Похоже, что досталось нескольким.

Ну, моя цель – держать крышу, чтобы никто не добрался до дронов. Хотя… Можно и спуститься вниз. Хрен кто сюда через меня пройдет.

Позади снова заработала пушка БТР, а потом послышался звук работающего на максимальных оборотах двигателя. Застрял что ли, блядь, в воротах? Наверняка так и есть. Но ничего, выедет, у КамАЗовского движка дури много. Снова звук двигателя, а сквозь него – стон, с которым рвется металл.

Из-за двери выбрался еще один человек, и я снова выстрелил. Он упал. Благо заметить меня, лежащего на крыше, не так уж просто, а ствол у меня с банкой, которая маскирует не только звук, но и дульную вспышку.

Поднявшись на четвереньки, я перебежал чуть в сторону, чтобы из дверного проема меня нельзя было достать. Высадил еще несколько коротких очередей, чтобы им неповадно было, а когда оказался чуть в стороне, вытащил из подсумка гранату. Рванул предохранительное кольцо.

Оттуда снова послышался стон. Ну что ж они там стонут, как шлюхи?

Швырнул подарочек в дверной проем и попал. Раздался хлопок запала, а следом – взрыв. Но на этот раз осколков не было, все ушли туда, куда надо.

А я же побежал вперед, по пути всадив пулю в голову того, что выбежал на крышу первым. Можно было этого и не делать, потому что он был буквально нашпигован осколками, но я не привык оставлять позади врагов, которые хотя бы теоретически могут быть живы. Прецеденты имелись, пусть и не со мной, а я привык учиться на чужих ошибках. Это гораздо лучше, чем на своих собственных.

Высунулся, увидел еще три трупа. Двое на лестничной площадке, еще один – пролетом ниже, лежал на полу, раскинув руки в стороны.

Я выстрелил еще трижды, в головы каждому. А теперь ждем, пока еще кто-нибудь не поднимется. А если не пойдет, то будем думать, что делать дальше. Возможно, пойдем вниз.

Жаль, что у меня не было возможности взять языка, хотя бы одного. Допросить, узнать о внутренней планировке базы, о том, кто в каких помещениях находится.

А со всех сторон уже слышалась стрельба, постоянная. Начался пиздорез, иначе и не скажешь. А потом послышался рев реактивной струи гранатомета и взрыв. И следом еще один – это сдетонировало топливо в баках БТРа.

Да, один, похоже, загасили. Но в этом ничего удивительного нет, время жизни такой машинки в высокоинтенсивном бою исчисляется минутами. Ладно, я здесь в относительной безопасности.

Главное – это чтобы «Вороны» победили. И мне придется помочь им.

Короче, хочется – не хочется, а придется спускаться вниз и ударить защитникам в спины. Не факт, что они поняли, что тут, наверху, кто-то есть. Ну стрельба, ну взрывы, так ведь это со всех сторон. А они еще и со сна все, так что…

Снизу вновь послышались шаги. Я вошел внутрь, встал возле дверного проема, чтобы не маячить на фоне неба, вскинул оружие.

– Сука, сука, сука! – послышался снизу громкий крик. – Хули они возятся, где дроны?

Да, они пока еще поняли, что наверху кто-то есть, и что дроноводам их пизда. Но ничего. Сейчас поймут.

Шаги все приближались, было слышно тяжелое дыхание. Не привычны они оказались к физическим нагрузкам, а лестница сама по себе – то еще испытание.

– Здесь труп! – послышался голос, громкий. Уже совсем рядом.

Я метнулся к перилам, прицелился вниз и высадил длинную очередь. Послышались визги рикошетов, и еще двое присоединились к своим мертвым товарищам. Один лег, как стоял, а второй скатился вниз. Я снова перезарядил автомат, отметив, что патронов надо было взять побольше, потому что времени набить магазины мне никто не даст.

Ладно, подберу с трупов. Я же отсюда вижу, что они все с Калашниковыми, под пятерку. Это, наверное, вообще самый распространенный патрон в нашей стране, что в гражданском оружии, что в военном.

Выстрелил еще раз, всадив пулю в затылок тому, что упал, после чего переступил через труп, и медленно пошел по лестнице вдоль стены. Я ненавижу лестницы, искренне и всей душой. Потому что если сюда залетит, скажем, граната, то прятаться вообще будет некуда.

Но ладно. Сейчас ведь я иду сверху вниз, а так всегда проще, чем наоборот.

Еще один труп обнаружился у двери, которая вела в лабораторию. Я выстрелил в нее – нет, не шевелится. Мертв. Пошел вниз дальше. Мне на первый этаж по-хорошему, потому что оборону будут держать именно там. Чтобы не дать врагам войти в здание.

Но если я ударю в спину, то наши войдут. А дальше зачистка. И все, конец.

Мы в дамках.

Дожить бы до этого.

Шаг за шагом я шел вниз, дошел до двери лаборатории. Прицепить на нее что-нибудь что ли? Колышков, чтобы забить между створкой и косяком, и заклинить дверь, у меня нет. Я же не на зомби шел, не рассчитывал, и не наделал. Я вообще не особо верил, что получится забраться внутрь.

Но получилось.

Ладно, просто идем вниз. Если дверь внезапно откроется то услышу.

Сделал еще несколько шагов, спустился на пролет, и дверь напротив мгновенно распахнулась. Наружу выбежал человек, и тут же получил короткую очередь в грудь. Упал. Я высадил еще несколько коротких в проход, и мне ответили огнем. Рванулся в сторону, спрятался за лестничным пролетом.

Пули засвистели мимо, завизжали рикошеты от стен, один даже прилетел мне в бок, в бронежилет, толкнул, но так, несильно. Не опасно, уж от рикошетов снаряжение защищает наверняка.

Осталось только выставить руки и высадить еще несколько очередей. Снова хлопки выстрелов, а следом – крик. Кого-то задело. Потом пули опять полетели в мою сторону, а я снова спрятался. Опять рикошеты, но теперь в меня ни одного не попало.

А меня накрыло какой-то безбашенной злостью. Вот я снова участвую в штурме, пусть и изнутри. Давно такого не было, очень даже. Как будто в прошлой жизни.

Башню сорвало напрочь.

И весело стало. Очень весело. Не ледяное спокойствие, которое я привык ощущать, а мне именно что прикольно было. Вот я на лестнице, на этаже враг, причем их несколько.

– Эй, пацаны! – крикнул я. – Вам там нормально! Не печет⁈

– Ты кто такой вообще, нахуй⁈ – ответили мне.

– Край! – ответил я. – Слышали, может быть?

Представляться настоящим позывным, конечно, рискованно, но будущим трупам можно говорить правду. Они все равно уже никому ничего не расскажут.

Несколько секунд молчания, а потом озадаченный голос:

– Хули ты забыл тут, Край⁈

Похоже, что узнали. Надо же, слава обо мне вперед меня идет.

Снова очередь в мою сторону. Я тем временем сорвал с подсумка гранату. Три всего осталось, маловато взял. Но это груз все-таки, да и подсумков под них у меня не так много. А по карманам их не распихаешь, это, блядь, не хлеб с маслом в армейской столовой ныкать.

В этом и был прикол – заболать их, чтобы расслабились немного. Во время боя вообще разговаривать не стоит, особенно с врагами. Только команды слушать, да предупреждать друг друга в случае чего: если враг откуда-то появился,

– Я за вами пришел! – ответил я, размахнулся и швырнул подарочек в дверной проем.

Опять хлопок запала, а я сам забился в угол, открыл рот. Закрыть уши ладонями у меня возможности не было – шлем мешал. Ну он хоть немного, но защитит. Тактические наушники бы еще, но только вот таких приблуд у «Воронов» не оказались.

Раздался взрыв, свистнули осколки, а я тут же побежал вниз. Дверь от взрыва распахнулась, ударилась о стену, но обратно закрыться не успела, потому что я ворвался внутрь.

Одно тело лежало на полу, рядом еще два. Я выстрелил в первого, на нем уже были следы пулевых попаданий, тем более, что бронежилета на нем не было. Вот он и стонал, похоже.

А один из тех, что справа, вдруг сбросил с себя тело товарища, выкинул вперед руку с пистолетом, и нажал на спуск. Грохнуло, мне прилетело в грудь, чуть толкнуло назад, но плита могла и не такое выдержать, так что боли я не почувствовал.

Он успел выстрелить несколько раз перед тем, как перевел ствол на него и нажал на спуск. Захлопали выстрелы, и парень повалился назад, на спину. Я выстрелил еще раз: на этот раз точно между глаз появилась аккуратная дырочка. И прострелил висок второму.

Дверь метрах в двадцати впереди распахнулась, и оттуда послышалась заполошная длинная очередь. Пули пролетели над моей головой – контролировать отдачу стрелок вообще не умел. Да и укрытие выбрал неважное: прямо за дверью спрятался.

Я пригнулся и выстрелил в ответ, прямо через створку. Из-за нее вывалилось тело…

Женщина. Надо же. Значит, и они тут с оружием.

Я навел точку коллиматора ей в голову и нажал на спуск.

Ладно, зачищать этаж у меня времени нет. Там стрельба в полный ход, пусть ее и заглушают стены здания, и надо вниз. Двор наши уже, скорее всего взяли, а вот внутрь пробиться у них пока что вряд ли получится.

Я выскочил обратно на лестницу и побежал вниз.

Глава 2

На втором этаже никого я не встретил, и скоро спустился на первый. Здесь бой шел во всю. Но у входа в здание. «Вороны» пока не вошли.

Я максимально избегал того, чтобы называть их «нашими». Не наши они. И нет у меня никаких «наших» на острове. Один я остался, вот и все. Так что и рассчитывать мне больше не на кого.

Осторожно открыл дверь, ведущую с лестницы на этаж, и увидел, что по коридору бегут люди. Очевидно, что они торопились в сторону входа. Подкрепление получается.

Сперва они не обратили на меня никакого внимания, ничего не поняли в горячке боя. А потом было уже поздно. Я вскинул автомат и высадил по ним остатки магазина.

Попадали они друг на друга, как сбитые кегли, но один перекатился в сторону, вскинул оружие.

– Чужие внутри! – заорал он, но его голос потонул в выстрелах.

Я в последнюю секунду спрятался обратно на лестнице. Выбил пустой магазин полным, поднырнул левой рукой под автомат и большим пальцем дернул рукоятку затвора. Обратно он ушел уже сам, досылая патрон.

А тот продолжал палить в мою сторону длинными очередями. Пули пробивали створку, для автоматного патрона они никакой преграды не представляли. Он так и садил, пока у него не кончились патроны.

Мне оставалось только дождаться этого. Я высунулся, высадил короткую очередь по нему, и тот осел лицом вниз и больше не шевелился. На всякий случай я всадил по пуле в оставшихся, но они даже не дернулись. Мертвы уже.

Выскочив с лестницы, я побежал по коридору. Дверь впереди внезапно распахнулась, и оттуда послышался крик:

– Вали хуесоса!

Я выстрелил первым, прямо через створку. Еще один упал, задергался, нелепо суча ногой. Я прекратил его страдания одиночным в голову и добрался до угла. Высунулся.

Да, у главного хода шел пиздорез. И подозреваю, что к заднему, тому, что вел в приемное отделение, «Вороны» добраться пока не могли. Их прижали огнем из окон.

А еще хуже было то, что в воротах застрял подбитый БТР. Соотвественно и второй не мог въехать на территорию. Зато у меня была вполне себе реальный вариант помочь.

Я выхватил одну из оставшихся гранат, выпрямил усики, а потом выдернул предохранительное кольцо. И катнул подарок по полу коридора, сильно, так, как только получилось. У гранаты специально такая конструкция, чтобы она хорошо катилась.

Тут же выхватил вторую, проделал с ней то же самое, но швырнул уже туда же, но так, чтобы она закатилась влево.

– Грена! – послышался громкий крик, а следом за ним взрыв.

И тут же второй. Осколки со свистом пролетели по коридору, я увидел, как несколько врезалось в противоположную стену, выбив из нее куски штукатурки. А я уже держал в руках автомат.

Но моей помощи не потребовалось. Воспользовавшись моей помощью в помещение уже ворвались «Вороны». Послышалось несколько коротких очередей, а потом одиночный – добили кого-то.

И тут же длинная по коридору, в мою сторону.

– Ты куда хуяришь! – заорал я во весь голос. – По своим ебашишь, сука!

– Да какие тут свои, нахуй⁈ – был ответ.

– Я, это! Серега! – только и оставалось ответить меня.

Несколько секунд ничего не происходило. Я высунулся, и увидел, что в мою сторону идет группа. Кто-то вскинул оружие, но второй по-видимому, узнал меня и остановил его, резко вздернув ствол к потолку.

– Выхожу, пацаны! – крикнул я и сделал шаг наружу.

– Ты живой что ли? – спросил один из них. – Это ты их?

– Да я, конечно, – ответил я и двинулся в их сторону. – Кто еще это может быть.

В помещение одновременно с этим вошла вторая группа, и тут же третья. Вот они-то все через вход главный пробиться и не могли. И не смогли бы на самом деле, если б не я. Да на самом деле я обеспечил успех операции.

Стрельба прекратилась, но это временно. Сейчас партизаны поймут, что мы уже внутри, перегруппируются. Каждый этаж, каждое помещение придется отбивать, щедро расплачиваясь за квадратные метры. Только не рублями, а патроном и кровью. Жизнями.

Впрочем, в моих силах сделать так, чтобы крови пролилось меньше. Если я приму командование. И естественно, если они меня послушаются.

Вошла четвертая группа. Эти, кстати, шли не гурьбой, а более профессионально. Тут явно гопники-бандиты и бывшие военные и менты вперемешку. О, а вот и знакомые мои – Азам и Илья. Илья даже кивнул мне.

– Вы давайте туда, – приказал я первой группе, махнув в сторону приемного покоя. – Там запасной вход. Только быстрее, пока они не сориентировались. Вы, – показал я на вторую группу. – На этаж. Зачистить все. Вы на третий, там я уже пострелял, но проверить нужно. А вы за мной.

– Командир? – повернулся вдруг один из бойцов четвертой группы в сторону высокого мужика, у которого в руках тоже был АК, только сейчас он больше напоминал инопланетный бластер. Под «семерку», кстати, Калашников, если по магазину судить.

– Да, – кивнул тот, чуть выждав. – Слушаемся его.

Это хорошо, что они слушаются. Потому что тогда у нас получится.

– Как зовут? – спросил я у него.

– Егор, – ответил он.

– Егор, оставайся тут, координируй тех, кто следующими зайдут. Еще есть ведь?

– Есть, – кивнул он. – На территории.

– Вот и хорошо. А вы, пацаны, пошли за мной. На нас второй этаж.

На втором огневые точки, с которых контролируется двор. И его надо зачистить первым.

Я махнул рукой, и побежали в сторону лестницы. Все, машина закрутилась, все как по часам. Остается только доделать работу, потому что примерно половина сделана.

Мы добрались до лестницы, дверь которой оказалась превращена в решето. Впрочем, ничего удивительного, в нее ведь целый магазин влетел. Я кивнул Илье, тот схватился за створку, потянул ее на себя, а я тут же выглянул в дверной проем.

Точнее сперва автомат, а потом уже голова.

И увидел пролетом вышел, на втором этаже, парня. Обычного, кстати, деревенского с виду, он и одет был в какой-то ватник. И замер на месте. Я увидел, как глаза его расширились.

Не удивлюсь, если это первый его бой. Вот он и не успел. А я да.

Несколько раз нажал на спусковой крючок, стреляя одиночными. Отрывисто прохлопали выстрелы, первая пуля попала парню в живот, вторая и третья – в грудь. Он упал, сполз вдоль стены, к которой до этого прижимался, будто надеялся на какую-то защиту.

Я всадил еще пулю ему в голову, и вошел в помещение. За мной двинулись остальные, скоро вся группа была на лестнице. Ну вот, теперь мы поднимаемся. А мне так этого не хотелось.

Больше всего в тот момент я боялся гранаты, тем более брошенной грамотно, с задержкой. Даже если успеем отреагировать, то деваться отсюда все равно некуда.

Но нет, больше никого до второго этажа мы не встретили. Внизу снова скрипнула дверь, но это те парни, что должны были чистить третий, подоспели.

Снизу послышалось несколько очередей. А потом снова заполошные, звуки высокоинтенсивного боя. Похоже, что добрались до тех, что второй вход держали. Ладно, мне сейчас не до того, нам надо второй этаж зачистить. А это будет не так уж и просто.

Подошли ко второй двери, и на этот раз была моя очередь открывать ее. Илья уже занял свою позицию. Я потянул створку, он просунул в проем ствол автомата, и тут же нажал на спуск, выпуская несколько коротких очередей. А потом еще и еще. Спрятался обратно.

Я в последнюю секунду успел сдвинуться за стену. С этажа послышались выстрелы, пули пробили дверь сразу в нескольких местах. Тем, кто ниже по лестнице-то ничего не угрожало, а вот меня вполне могли достать.

– Сто хуев вам в жопы! – послышался оттуда крик.

Илья, ничего не говоря, снял с подсумка гранату, разогнул усики и выдернул кольцо, твердой рукой сжимая рычаг. Посмотрел на меня. Я показал три пальца, мол, на счет три.

Каждый считает про себя, вслух этого делать, конечно, не будет.

Секунда, вторая, третья, и я рванул на себя створку, а он наклонился и катнул по полу взрывоопасный подарочек.

– Игрушка! – крикнул кто-то, причем голос этот мне показался знакомым.

Следом послышался взрыв. Дверь, которую я успел закрыть, дрогнула, ее даже чуть перекосило. Я схватился, уже с усилием рванул на себя, петли жалобно проскрежетали, а внутрь тут же пошли люди.

Послышались очереди, тихие хлопки и наоборот оглушающе громкие выстрелы. Я выждал, пока не войдут все, и только потом двинул внутрь.

Все, никого живого нет, все мертвы. Да, парни сработали четко. А вот и знакомый мне, кстати говоря. Тот самый мужик из Земляничного, которому мы передавали оружие и которого настрополили на борьбу с «Воронами». Значит они тут, как я и предполагал, тоже прибились.

Ну, не ту сторону ты выбрал. Если бы на связь вышел – что-нибудь и придумали бы. Но теперь хули жалеть.

В душе ничего не дрогнуло. Вроде бы я мог бы с ними и в союз вступить, вот только увы. Не задалось наше с ними знакомство. А вышли бы на связь… Сейчас все иначе могло бы быть.

Но жалеть об упущенных возможностях нет смысла. Нужно делать то, что делаешь. И вот сейчас я убиваю своих же бывших союзников, работая на врагов.

Я показал жестами, мол, вы налево, а вы направо, потом махнул рукой Илья и Азиму. За мной. Мы двинулись по коридору, стараясь ступать бесшумно. Метр за метром.

Дверей было много, и нам пришлось проверять каждую из них. Но большинство помещений были пусты. Только один раз Азам высадил несколько длинных очередей, после чего показал большой палец. Мол, все нормально.

Стрельба же по всему зданию то затихала, то продолжалась. Подозреваю, что никого живого тут не останется, убьют вообще всех. «Вороны» разгорячены боем, и они мстят за своих погибших. Все-таки партизаны немало крови у них попили.

А я просто продолжал делать свою работу.

* * *

С начала штурма прошло около часа. Пленных, а их оказалось совсем немного, причем в большинстве своем женщины и даже дети, вывели во двор. Когда я спускался из здания, то в нос мне бил запах крови, но он не вызывал никаких эмоций.

Снаружи же пахло дымом. От сожженного БТР, и от продолжавшегося пылать здания генераторной. Никто так и не стал его тушить.

Я уселся на крыльцо, стащил со спины рюкзак. Вытащил из него пачку патронов, вскрыл и принялся набивать магазины. Это меня немного успокоило, хотя руки после боя, конечно, дрожали. Но не от страха, от адреналина.

А потом будто из ниоткуда появился Сергеев. Он подошел ближе, тоже сел. Все так же в своей полицейской форме с капитанскими погонами. Запустил руку во внутренний карман кителя, вытащил из него фляжку, сделал несколько глотков, после чего протянул мне.

– Я коньяки не пью, – сказал я.

– Там виски, – ответил он. – Двенадцатилетний. Сегодня особый случай.

– Тогда давай, – пожал я плечами. Виски пил. Пристрастился, когда жил в Америке. Нам ведь надо было обычную жизнь имитировать, так что и по барам мы после «работы» ходили.

Сделал несколько глотков. На самом деле это был не виски, а бурбон, и он продрал горло. Аж передернуло. Потом еще глотнул, после чего вернул фляжку менту.

– Как в Кировском прошло? – спросил я.

– Нормально, – ответил он. – Сперва дроны полетели, но мы их приземлили. Если честно, я думал, что они после этого съебутся, но нет, совсем отмороженные сукины дети. Пошли внутрь, да и мы их перебили быстро. Еще с десяток пидоров побегали, пошмаляли, конечно, но…

– Значит, все хорошо прошло? – спросил я.

– Нет, – мент покачал головой. – Часового мы не взяли.

– Значит ушел все-таки, – выдохнул я.

Ну да. Если бы убили бы его, то мент наверняка об этом знал бы. Он же командовал операцией. А главарь партизан съебался, как крыса, бросив своих умирать. Хотя они, может быть, ему и не свои были, а так. Игрушки. Средства для решения своих проблем, для достижения целей.

– А потери? – спросил я.

– В Кировском почти никого, там поранили с десяток, да и то легко. В госпиталь только двоих отправили. Тут сложнее. БТР сгорел вон, сам видишь, и весь экипаж вместе с ним. Мертвых два десятка, и еще столько же тяжелых. Сейчас их в «Урал» и УАЗы погрузят, да отправят. Надеюсь, довезут.

Я промолчал. Мне в общем-то без разницы, если не довезут, то мне же лучше. Мне же потом с ними воевать. Теперь… Теперь оставалось, чтобы меня представили Мансуру. А потом нанести удар. И тогда все закончится.

Он сделал еще несколько глотков из фляжки, после чего опять протянул мне. Я тоже приложился.

Наверное, он чувствовал меня своим товарищем, вместе с которым сделал дело. Может быть и так. Я же знал, что Сергеев – это еще одна цель. Но пока что рано. Пока что.

– Ну в целом все как будто хорошо прошло? – спросил я.

– Хорошо-то оно хорошо, но недостаточно, – проговорил мент. – Наградят, конечно. Но… Если бы Часового взяли, то все о чем ты говорил, сбылось бы. Нас подняли бы. Уже послезавтра поехали бы в Кировское. Я – старшим, ты вместо Кононова. И дом у тебя был бы, и жен сколько угодно.

Он ухмыльнулся. Надо же, запомнил.

– А так…

– Командир! – послышался из-за угла какой-то возбужденный голос. – Командир, смотри кто!

Я повернул голову, и увидел, что еще трое в полицейской форме ведут в нашу сторону двоих. Конвоируют жестко, руки заломали, наручники надели, разве что на ствол не посадили. И одного из них я узнал. Тот самый высокий, в очках. Часовой.

– А жизнь налаживается, а? – спросил я, улыбнувшись Сергееву и поднялся. Сделал еще несколько глотков из фляжки, после чего вернул ее ему.

И мы вместе двинулись навстречу конвоирам и их подопечным. Я остался чуть позади – все-таки это работа Сергеева. А я тут так. Несмотря на то, что успех операции полностью зависел от меня.

– Какие люди! – крикнул Сергеев. – Надо же, собственно персоной. И как вы его взяли-то?

– Он свалить попытался, – сказал один из полицейских. – Колонин приказал людей отправить, расставить вокруг базы. Вот мы и пошли, а потом смотрим – едут. На мотоцикле прорваться пытались, прикинь. Мы не узнали сперва, чуть не положили сгоряча. А потом смотрим – Часовой.

– Вот и хорошо…

Сергеев разве что не засветился от радости. Ну да, такая-то пруха. Кто ж мог подумать, что вот так вот жизнь повернется? Уже подумали, что все пропало, а теперь вот так вот.

Мент повернулся, взъерошил мне волосы, которые не были прикрыты повязкой. Шлем-то я снял. И радостным голосом крикнул:

– Вот теперь и будет у тебя домик! И командирская должность!

Разве что не расцеловал.

А сам подошел к Часовому и врезал ему в живот кулаком. Тот согнулся, но не закричал, не застонал, только посмотрел на нас злобными взглядами. Причем отдельно смерил меня. Узнал? Может быть и так.

– Внутрь его, – приказал мент. – Мы с ним поговорим сейчас как следует. И второго тоже. Сейчас я только перекурю.

Он вытащил из кармана пачку сигарет, закурил, после чего протянул мне, а потом махнул рукой. Вспомнил, что я не курю.

– Расспросим? – спросил у меня мент. – Ты ж умеешь. А я нам нужно еще узнать, кто на керченской базе ему помогал.

Я подумал немного, а потом покачал головой.

– Не, Серег, не хочу я этим заниматься сейчас. Если честно, то я бы лег и поспал просто. Потому что сперва раком ползал, потом стрелял, да и вообще. Я не железный устал.

Он сперва явно обиделся, а потом сказал:

– Ладно, понимаю, – кивнул. – Поспать тебе не удастся, конечно, но я думаю через час-другой мы к базе двинемся. Как рассветет. Там и поспишь.