355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Нафтула Халфин » Провал британской агрессии в Афганистане » Текст книги (страница 10)
Провал британской агрессии в Афганистане
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 02:22

Текст книги "Провал британской агрессии в Афганистане"


Автор книги: Нафтула Халфин


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Правда, в первые годы после прихода к власти Хабибулла-хан занял выжидательную позицию в своих отношениях с Англией и некоторое время отказывался от получения "субсидии", предоставленной Абдуррахман-хану. Когда англо-бурская война была завершена, британские империалисты предприняли ряд дипломатических маневров, чтобы восстановить свои позиции на Востоке, ослабевшие в годы этой не совсем удачной для Англии войны. В связи с этим английские власти в Индии, которые возглавлял один из наиболее активных лидеров британских империалистических кругов – лорд Керзон, осенью 1904 г. отправили в Кабул новое посольство. Его руководителю Льюису Дэну было поручено добиться принятия эмиром ряда требований. Среди них были – передача афганской армии под британский контроль, маскировавшаяся планами реорганизации этой армии под наблюдением британских офицеров, проведение английской железной дороги из Пешавара до Дакки, а телеграфной линии – до Кабула, а также ограничение ввоза в Афганистан оружия, которое было заказано эмиром Хабибуллой в Германии{305}.

В ноябре 1904 г. миссия Дэна двинулась через Пешавар в Кабул. Одновременно с этим на границах Афганистана были сосредоточены английские войска, "если понадобится поддержать требования посольства силой"{306}, как сообщал В. Клемм из Бомбея.

Гарнизоны индийских пограничных городов были расширены, в английской прессе мелькали многочисленные сообщения о переброске на северо-запад Индии военного снаряжения, боеприпасов и продовольствия, о строительстве сети дорог, ведущих через горные перевалы Гиндукуша. Для инспектирования войск сюда направился сам главнокомандующий английской армией в Индии генерал Китченер{307}. Отдельные органы печати, близкие к военным кругам (как например, "Белуджистан газетт", издававшаяся в Кветте), откровенно призывали к нападению на Афганистан, если афганское правительство не примет британских требований{308}.

Шантаж тем не менее не дал особых результатов. Проведя 5 месяцев в Афганистане (декабрь 1904 – апрель 1905 г.), миссия Дэна после долгих споров смогла лишь добиться подтверждения статус-кво: в марте 1905 г. между эмиром и британским представителем был подписан трактат, которым предусматривалось, что Хабибулла-хан будет всецело придерживаться соглаше

ний, заключенных его отцом с английским правительством.

Договор 1905 г. вызвал недовольство как в Англии, так и в Афганистане. В британском парламенте 20 мая 1905 г. выступил с речью лорд Ньютон "крайний империалист палаты лордов", по определению специалиста в области международных отношений на Востоке А. Е. Снесарева{309}. Лорд Ньютон выразил сожаление в, связи с тем, что Дэну не удалось добиться новых уступок. "Нам следовало бы получить разрешение на отправку британских офицеров в Афганистан для организации афганской армии, – говорил этот "крайний империалист палаты лордов", – иметь телеграфное сообщение с главными городами Афганистана, продолжить нынешние железнодорожные линии к стратегическим пунктам"{310} этой страны.

К более активным действиям в Афганистане призывал и влиятельный английский публицист Ангус Гамильтон в своей статье, посвященной описанию посольства Дэна{311}.

Результатами переговоров были недовольны также представители нарождавшейся афганской национальной буржуазии, которые рассчитывали добиться ликвидации изолированности Афганистана и его внешнеполитической зависимости.

Между тем соглашение, заключенное между Льюисом Дэном и эмиром Хабибуллой-ханом, соответствовало целям британского правительства, поскольку оно сохраняло зависимое от Англии положение Афганистана и в то же время не очень раздражало царскую Россию, в которой английские империалисты уже видели своего потенциального союзника в борьбе против Германии.

Эмир Хабибулла в свою очередь не считал себя скомпрометированным в глазах патриотически настроенной афганской общественности, поскольку он лишь подтвердил существовавшие до него соглашения. В то же время эмира устраивало возобновление выплаты ему английской денежной "субсидии". Этот реакционный феодальный правитель и не помышлял о каком-либо решительном сопротивлении империалистической экспансии в Афганистане.

События тем временем как в области международных отношений, так и во внутренней жизни Афганистана продолжали развиваться по направлениям, наметившимся уже в конце XIX – начале XX в.

В августе 1907 г. проявлявшееся между Англией и Россией сближение на почве борьбы против Германии нашло свое выражение в заключении "Конвенции по делам Персии, Афганистана и Тибета". Эта конвенция, направленная, в частности, против развивавшегося на Востоке революционного движения, урегулировала наиболее острые – средневосточные – проблемы в англо-русских взаимоотношениях того периода и явилась одним из краеугольных камней создания Антанты. В конвенции предусматривалось, в частности, что "российское императорское правительство... признает Афганистан находящимся вне сферы русского влияния; и оно обязуется пользоваться для всех своих политических сношений с Афганистаном посредничеством правительства его британского величества; оно обязуется также не посылать никаких агентов в Афганистан"{312}.

Таким образом, британским империалистам удалось добиться со стороны царизма четкого признания своего господства над Афганистаном в области внешней политики и зафиксировать в международном документе зависимое положение Афганского государства.

Следует отметить, что в процессе подготовки конвенции 1907 г. некоторые военно-политические деятели России протестовали против признания полного внешнеполитического суверенитета Англии над Афганистаном и указывали на опасность такого положения. Так, туркестанский генерал-губернатор Гродеков в письме начальнику главного штаба Эверту от 26 мая (8 июня) 1907 г. подчеркивал: "Англия желает получить от нас согласие на полную свободу действий в Афганистане. Для этого Англия прежде всего просит признания ее суверенитета над Афганистаном и руководства его политикой. Признав это, мы всецело отдаем Афганистан во власть Англии... Закрытый для нас Афганистан, занятый Англией, будет представлять базу наступления против нас..."{313}

Несмотря на этот и аналогичные протесты, раздававшиеся со стороны некоторых дальновидных государственных деятелей, царизм признал политическое господство Англии в Афганистане, добившись для себя лишь права вести здесь торговлю и вступать в случае необходимости в переговоры с афганскими пограничными властями, "чтобы улаживать местные вопросы неполитического характера"{314}.

Империалистический сговор за спиной Афганистана (соглашение 1907 г., выработанное и заключенное без участия представителей заинтересованных стран Востока) вызвал огромное возмущение среди афганского народа. Хотя в конвенции имелась оговорка, что она вступит в силу лишь после того, как на это будет получено согласие эмира, общественность Афганистана исключительно враждебно отнеслась к этому империалистическому акту.

Первая русская буржуазно-демократическая революция 1905-1907 гг. оказала огромное революционизирующее влияние на многие страны мира и положила начало процессу "пробуждения Азии", по известному выражению В. И. Ленина. Она дала толчок целой серии революционных антифеодальных и антиимпериалистических выступлений в ряде государств, подготовленных к этому всем ходом своего исторического развития. Особенно широкий размах приобрели эти события в соседних с Россией странах (иранская революция 1905-1911 гг., младотурецкая революция 1907-1908 гг., революционный подъем 1905-1909 гг. в Индии, революция 1911-1913 гг. в Китае и т. д.). И хотя Афганистан, как отмечалось, был менее развит в политическом и социально-экономическом отношении по сравнению с этими странами, в нем также значительно активизировались антифеодальные, реформаторские элементы, противники реакционного режима, насаждавшегося правительством эмира Хабибуллы, противники капитулянтской политики перед британскими империалистами.

В Афганистане ширилось движение за введение конституционного строя. В Кабуле в эти годы образовалась небольшая группа так называемых "младоафганцев" – сторонников движения за независимость и проведение внутренних реформ, в частности учреждения конституционного строя. Эта группа объединяла представителей национальной торговой буржуазии и помещиков, базировавших свое хозяйство на товарном производстве. Среди "младоафганцев" были сын эмира Аманулла-хан, издатель одной из первых афганских газет "Сирадж-уль-Ахбар" Махмуд Тарзи и др. Младоафганцы распространяли воззвания с призывом добиваться установления "представительного образа правления" и сопротивления захватнической политике империалистов{315}.

В противовес этим прогрессивным слоям реакционные феодалы и высшее духовенство образовали группировку "староафганцев". С их точки зрения, даже реакционная политика эмира Хабибуллы выглядела слишком "либеральной". Во внешнеполитической области "староафганцы" ориентировались на Германию. Лидер этих кругов – брат эмира Насрулла-хан способствовал переброске немецкого оружия в Северо-Западную пограничную провинцию и полосу "афганских независимых племен", чтобы содействовать борьбе этих племен против Англии.

Правительство Хабибуллы-хана, в котором играл видную роль министр финансов Мухаммед Хусейн-хан – взяточник и казнокрад, подкупленный английскими колонизаторами, стремилось при помощи репрессий подавить оппозиционное течение. Вместе с тем даже оно оказалось вынужденным oбъявить Англии протест в связи с заключением конвенции 1907 г. Этот протест не был принят во внимание.

Обстановка в Афганистане с каждым годом накалялась все более и более. Она особенно обострилась в период первой мировой войны. Почти совершенно прекратились внешнеторговые связи страны.

Правительство эмира Хабибуллы пыталось укрепить финансовое положение государства за счет увеличения налогов. Оно урезало выплату жалования чиновничеству, солдатам и офицерам. Это вызвало дальнейшее развитие оппозиционного движения. Деятельность правительства подвергалась ожесточенной критике "слева" и "справа": со стороны "младоафганцев" и "староафганцев". И те и другие с разных позиций призывали к борьбе против Англии. Особенное возмущение вызвало среди афганских патриотов содействие, оказанное эмирскими властями британским колонизаторам при подавлении восстания восточноафганского племени масу-дов в 1915-1916 гг. На Хабибуллу-хана было произведено несколько покушений. Он получил кличку "Изменник ислама и слуга англичан"{316}. Жестокие преследования, казни (расстрел из пушек), ссылка на каторгу, конфискация имущества и др. не достигали цели. В стране повсеместно вспыхивали народные волнения.

Глава VI.

Третья англо-афганская война (1919 г.) и завоевание Афганистаном независимости

Великая Октябрьская социалистическая революция, явившаяся важнейшим переломным этапом в жизни народов всего мира, имела огромное значение для народов Востока. Здесь, в колониальных и зависимых странах, где наиболее остры были противоречия империалистической системы, где накопились огромные запасы "горючего материала в мировой политике"{317}, по характеристике В. И. Ленина, освободительные идеи Октября встретили самый живой отклик. Они дали мощный толчок борьбе многомиллионных забитых и угнетенных народных масс за свободу и независимость, против гнета колонизаторов. Первое в истории человечества государство трудящихся – Страна Советов – приняло на себя основной удар мировой реакции, что в конечном итоге способствовало ослаблению нажима империалистов на страны Азии и Африки. Прозвучавшие на весь земной шар декреты Советской власти – о мире, о земле, о равенстве и суверенности всех народов, об отмене всех и всяких имущественных, национальных и прочих привилегий и ограничений – оказывали могучее революционизирующее влияние на колониальный Восток.

Особую роль в этом отношении сыграло обращение Советского правительства "Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока", принятое 3 декабря 1917 г.

"Не от России и ее революционного Правительства ждет вас порабощение, а от хищников европейского империализма, от тех, которые превратили вашу родину в расхищенную и обираемую свою "колонию", – гласили пламенные строки обращения. "Свергайте же этих хищников и поработителей ваших стран. Теперь, когда война и разруха растаптывают устои старого мира, когда весь мир пылает негодованием против империалистов-захватчиков, когда всякая искра возмущения превращается в мощное пламя революции, когда даже индийские мусульмане, загнанные и замученные чужеземным игом, подымают восстание против своих поработителей, – теперь молчать нельзя. Не теряйте же времени и сбрасывайте с плеч вековых захватчиков ваших земель! Не отдавайте им больше на разграбление ваших родных пепелищ! Вы сами должны быть хозяевами вашей страны! Вы сами должны устроить свою жизнь по образу своему и подобию! Вы имеете на это право, ибо ваша судьба в собственных руках.

Товарищи! Братья!

Твердо и решительно идем мы к честному демократическому миру.

На наших знаменах несем мы освобождение угнетенным народам мира.

Мусульмане России!

Мусульмане Востока!

На этом пути обновления мира мы ждем от вас сочувствия и поддержки"{318}.

Это воззвание, переведенное на персидский язык, нашло путь к сердцам многих афганских патриотов; оно вполне соответствовало их думам, чаяниям и стремлениям. Советское государство на деле доказывало свое принципиальное отличие от дореволюционной России и других империалистических государств. Вскоре после своего создания оно торжественно отказалось от всех кабальных договоров и соглашений, навязанных царизмом странам Востока, оказало политическую и дипломатическую поддержку антиимпериалистическому движению. Все эти факторы коренным образом изменили международную обстановку.

Идеи Великого Октября имели немалое значение и для борьбы Афганистана за независимость. Афганские прогрессивные деятели призывали к установлению дружественных отношений с северным соседом, с государством, где победила социалистическая революция; они приветствовали национальную политику Советского правительства и отказ от захватнических стремлений царизма.

Дружеские чувства Советской России встретили, однако, резкий отпор со стороны правительства Хабибуллы-хана. Эмир и его приближенные, выполнявшие задания британских империалистов, заняли враждебную позицию по отношению к Стране Советов и способствовали превращению Афганистана в плацдарм для иностранной интервенции против нее. Английские правящие круги поддерживали банды контрреволюционеров, феодально-байские и националистические элементы, которые пытались свергнуть в Туркестане Советскую власть.

В. И. Ленин, выступая 29 июля 1918 г. на объединенном заседании ВЦИК, Московского Совета, фабрично-заводских комитетов и профессиональных союзов Москвы, отметил, что англичане, "захватив в свое полное подчинение Афганистан, давно создали себе опорный пункт как для расширения своих колониальных владений, для удушения наций, так и для нападения на Советскую Россию"{319}.

Предательская по отношению к стремлениям, чувствам и традициям афганского народа политика правительства Хабибуллы-хана, его полная капитуляция перед британскими империалистами вызывали все возраставшее недовольство в Афганистане. Оно прорывалось сквозь установленный в стране режим террора и приняло в 1918 г. столь широкие размеры, что эмир был вынужден предпринять некоторые маневры для успокоения общественного мнения. Так, в феврале 1919 г..стремясь "оправдать свою политику перед своим народом"{320}, эмир Хабибулла отправил вице-королю Индии ноту с пожеланием, чтобы мирная конференция признала, как гласил текст ноты, "полную независимость, свободу действий и постоянную самостоятельность"{321} Афганистана.

Но народную ненависть уже нельзя было сдержать ни репрессиями, ни политическими жестами. Через несколько дней после отправки этого послания, в ночь с 20 на 21 февраля 1919 г., в результате очередного покушения Хабибулла-хан был застрелен в своем шатре неподалеку от Джелалабада.

Власть в стране попытался захватить руководитель группировки "староафганцев" реакционер Насрулла-хан, провозгласивший себя эмиром. Однако его приход к власти вызвал протест прогрессивных кругов афганской общественности. Находившийся в Кабуле Аманул-ла-хан отказался признать права лидера "староафганцев" на эмирский престол, обвинил его виновным в убийстве Хабибуллы-хана и принял на себя функции эмира. Амануллу-хана, выступившего с программой политических преобразований в стране, поддержала армия. Наиболее многочисленные военные гарнизоны Джелалабада и Кабула заявили о своей верности ему. В Джелалабаде возникли солдатские советы, которые захватили сторонников Насруллы-хана, пытавшихся оказать сопротивление "младоафганцам". Выступление народных масс на открытую борьбу против реакции решило исход дела. Аманулла-хан, возглавивший национально-освободительное движение, утвердился на эмирском престоле.

Новое правительство стремилось ликвидировать внешнеполитическую зависимость Афганистана. В публичных выступлениях эмир Аманулла неоднократно заявлял о своей решимости добиться независимости афганского народа. Опубликованное им 27 февраля 1919 г. обращение к населению, в частности, гласило: "Афганистан должен быть свободным и независимым; он должен пользоваться всеми правами, которыми обладают другие самостоятельные государства..."{322}

Через несколько дней, 3 марта 1919 г., Аманулла-хан отправил специальное послание вице-королю Индии лорду Челмсфорду, в котором сообщал о происшедших в Афганистане событиях. Подчеркивая стремление афганского народа к полному освобождению от иностранного контроля, он писал, что "независимое и свободное правительство Афганистана" готово заключить с Англией такие соглашения, какие могут быть полезными и выгодными для обеих сторон{323}. Британскому правительству было дано понять, что Афганское государство больше не считает себя связанным теми договорами, какие оно было вынуждено подписать ранее под военным нажимом.

Вместе с письмом эмира до британских властей в Индии дошло недатированное воззвание Амануллы-хана к народам Афганистана, в первом же пункте которого провозглашалось стремление Афганистана к полной независимости{324}.

Эти документы имели большое значение. Осуществление планов нового афганского правительства должно было оказать несомненное революционизирующее влияние на другие народы Востока; кроме того, оно создавало угрозу возможностям использования Афганистана в качестве антисоветского плацдарма. Не случайно правящие кругие Англии долго не отвечали на послание Амануллы-хана, стараясь его игнорировать. Однако совершенно не ответить на него в сложившейся обстановке нельзя было, и через полтора месяца, 15 апреля 1919 г., Челмсфорд направил в Кабул ответное послание. Делая вид, будто он не понял подлинного смысла требований афганского эмира, вице-король напоминал о "тесной дружбе", какая существовала между британским правительством и Хабибуллой-ханом, и вскользь отмечал, что, "видимо, торговые (подчеркнуто мною. – Н. X.) потребности Афганистана" нуждаются в заключении дополнительного соглашения с Англией, кроме уже имеющихся договоров. Челмсфорд обходил полным молчанием политические стремления Афганского государства и заканчивал послание заверениями в своей готовности "укреплять дружественные отношения между обоими правительствами"{325}.

Пока английские колонизаторы подготавливали этот ответ, положение Афганистана серьезно изменилось. 27 марта 1919 г. правительство РСФСР первым из всех других государств официально признало независимость и суверенитет Афганистана{326}, а в разработанных В. И. Лениным условиях мира Советской России с другими странами предусматривался отказ всех держав от насильственного свержения афганского правительства{327}.

Правительство Афганистана также предприняло шаги, направленные на установление дружественных отношений с северным соседом, и также одним из первых признало Советскую Россию. 7 апреля 1919 г. в Кабуле были подписаны обращение эмира Амануллы к В. И. Ленину и письмо министра иностранных дел Махмуда Тарзи к народному комиссару по иностранным делам Г. В. Чичерину. С огромным трудом эти документы были доставлены в Ташкент, а затем по радио сообщены в Москву.

В послании Амануллы-хана В. И. Ленину содержалось предложение об установлении между Афганистаном и Советской Россией "союза и дружбы". "Хотя Афганистан, – гласило послание, – по духу и природе своей со времени своего возникновения и основания всегда был сторонником свободы и равноправия народов, но до сих пор вследствие того, что не имел ни сношений, ни связи с другими государствами и народами, он оставался в стороне.

Так как Вы с другими товарищами, друзьями человечества, заботитесь о всемирном мире и благе и провозгласили принцип свободы и равноправия народов всего мира, посему ныне, впервые, во имя жаждущего прогресса афганского народа, я счастлив, что шлю Вам это дружеское послание Независимого Свободного Афганистана"{328}.

Через неделю после отправки послания афганского правительства в Москву, 13 апреля 1919 г., в Кабуле был созван торжественный дурбар (собрание). На нем присутствовали не только делегаты всех областей Афганистана, но и представители восточноафганских (пуштунских, или патанских) племен Северо-Западной Индии. Дурбар полностью одобрил заявление эмира Амануллы о провозглашении полного суверенитета и независимости Афганистана и призвал афганский народ решительно отстаивать свою самостоятельность. Этот призыв был вполне своевременным, ибо британские империалисты не желали признавать законных стремлений Афганистана и готовились к новой войне против него. Они хотели вооруженной силой помешать Афганскому государству утвердить свою независимость. Не прошло и двух недель после получения в Кабуле "дружественных заверений" вице-короля Индии, как на границах Афганистана была сосредоточена огромная армия. 3 мая 1919 г., воспользовавшись мелкими пограничными инцидентами, которые обычно оставались незамеченными высшими властями, колонизаторы спровоцировали новую войну против Афганистана. Они учитывали при этом огромное превосходство английских войск перед афганскими как в количественном отношении (340 тыс. человек против 60 тыс.){329}, так и в технике: вооруженным винтовками афганцам, располагавшим очень слабой артиллерией, противостояла армия, оснащенная новейшей техникой – пулеметами, мощной артиллерией, броневиками и авиацией.

Британские экспансионисты, как и раньше, не учитывали, однако, морально-политических факторов: несокрушимого стремления афганского народа к независимости, поддержки братских восточноафганских племен Северо-Западной пограничной провинции и "полосы независимых племен" и др.

Общая политическая обстановка складывалась благоприятно для успеха борьбы Афганистана за независимость. Особенное значение имел провал иностранной интервенции против Советского государства, в частности, полный крах потерпела интервенция в Средней Азии, на границах Афганистана, где основной ударной силой международной реакции выступали британские империалисты. В мае 1919 г. начался разгром английских интервенционистских войск в Закаспии.

В этом же 1919 г. под влиянием освободительных идей Октября народы Индии выступили на открытую борьбу против колонизаторов. Антиимпериалистическое движение приобретало здесь все более широкий характер. Попытки британского правительства подавить его вооруженной силой вызвали дальнейший рост возмущения в этой стране. В апреле 1919 г. английские войска под командованием генерала Дайера устроили дикое побоище в городе Амритсаре (Пенджаб), расстреляв мирный митинг на пустыре Джалианвала Баг. Несколько сот человек было убито, до двух тысяч – ранено. Амрит-сарский расстрел не оправдал надежд колонизаторов. В ответ на это кровавое злодеяние в Пенджабе началось массовое восстание. Наряду с пролетариатом и крестьянством в нем приняли активное участие наиболее решительно настроенные представители индийской интеллигенции и мелкой буржуазии.

Военные действия против Афганистана были развернуты Англией на нескольких фронтах: Северном, или Хайберском, Центральном (Вазиристан, долины Курама и Точи), Южном (Белуджистан, район Чамана) и в районе Зхоба (между Центральным и Южным фронтами). Британское правительство срочно предприняло переброску на северо-запад Индии кадровых войск, участвовавших в сражениях в Месопотамии{330}. Английское командование, учитывая опыт борьбы против афганского народа, подчеркивало, что "реальная военная сила Афганистана основывается больше на вооруженном народе, чем на регулярных войсках"{331}.

В официальном отчете британских властей об этой войне приводится немало данных о неподготовленности к "ей Афганистана, об отсутствии у этой страны налаженного транспорта и крайней ограниченности производства вооружения и боеприпасов. Тем не менее некоторые английские авторы и официальные источники, искажая смысл происшедших событий и стараясь оправдать новое проявление империалистической агрессии Англии, писали, что война была вызвана "афганским вторжением в Индию" и стремлением эмира Амануллы "вернуть земли Ахмад-шаха"{332}.

Составители английского официального отчета об этой войне, признавая все же, что предыдущие кампании Англии против Афганистана были "обдуманно агрессивными, проведенными во время, выбранное нами самими", утверждали, что в третьей афганской войне афганцы были агрессорами. Они выдвигали смехотворный довод, будто война была начата эмиром, чтобы отвлечь внимание "от сомнительных методов, при помощи которых он овладел троном"{333}.

Британский диверсант лейтенант Блэккер, который в 1918 г. вел подрывную работу в Советском Туркестане, безапелляционно заявлял в своих мемуарах: "Нет необходимости указывать, что это Советы организовали (!) третью афганскую войну"{334}.

Подобными демагогическими утверждениями колонизаторы намеревались затушевать подлинную суть дела. А она заключалась вовсе не в том, что империалисты "опасались" планов похода на Индию, которые "могли" зародиться у афганского эмира. Отсталость Афганистана в экономическом и военном отношении в рассматриваемый период едва ли нуждается в доказательствах, и попытки апологетов английской колониальной политики "доказать", что афганское правительство желало "отнять Индию", рассчитаны на глупцов.

Сущность вопроса заключается в стремлении английских империалистов любым путем заставить афганское правительство и афганский народ отказаться от борьбы за независимость.

Третья "кампания" британских империалистов против Афганистана ничем не отличалась от предшествующих. Она была спровоцирована колонизаторами, которые стремились укрепить и расширить свое господство над афганским народом, подавить его стремление к свободе.

Колонизаторы намеревались провести непродолжительную карательную экспедицию, чтобы "наказать" страну, осмелившуюся выступить против британского владычества. Однако триумфального победного марша английских войск снова не получилось, как не получалось его и во время предшествующих нападений на Афганистан.

Третья англо-афганская война была самой короткой: она продолжалась всего пятьдесят дней. В ее начальной стадии основные бои происходили на Центральном и Южном фронтах. Афганскими войсками в районе Хайберского прохода руководил главнокомандующий Салех Мухаммед-хан. Это был безынициативный военачальник, который не смог оказать должного отпора интервентам. Используя свое подавляющее численное и техническое превосходство, англичане оттеснили разрозненные афганские части и заняли узкую полосу пограничной территории, а также город Дакку.

Однако с первого же дня войны ряды афганских войск стали пополняться за счет народного ополчения. Объединенные отряды предпринимали непрерывные нападения на позиции агрессоров и серьезно замедлили их продвижение.

В конце мая племена афридиев и оракзаев, занимавшие Хайберский округ, подняли восстание против колонизаторов. Вооруженная борьба афганских племен сковывала силы империалистов на этом участке и мешала проведению ими перегруппировки войск для дальнейшего наступления.

Среди английских воинских частей, навербованных империалистами в афганских районах Северо-Западной Индии, началось брожение. Так называемые хайберские стрелки стали покидать ряды английской армии и переходить на сторону Афганистана, в связи с чем их отряды были разоружены и распущены британским командованием{335}.

Тем не менее положение на Хайберском фронте, через который проходила кратчайшая дорога на Кабул, представляло серьезную угрозу для Афганистана.

Значительно лучше развивались для Афганистана события на Центральном фронте, в Хосте, где действовал генерал Мухаммед Надир-хан. Афганские войска, сосредоточенные в районе Матуна, не только отбили атаки английских войск, но и продвинулись в Курам-скую и Точийскую долины. Появление здесь афганских отрядов послужило сигналом к всеобщему выступлению афридиев и вазиров{336}. Созданная англичанами в свое время "милиция" из членов этих племен перебила своих офицеров и повернула оружие против колонизаторов. Партизанские отряды нападали на английские гарнизоны, портили железнодорожное полотно и уничтожали телеграфные линии{337}.

Афганцы заняли на этом фронте селения Спинвам и Шева, создав угрозу форту Тал и важному административному центру и узлу дорог Банну. Британские власти были вынуждены эвакуировать военный пост Гумал{338}. В это же время восставшие вазиры захватили укрепленные пункты Вана и Точи, уничтожив почти весь их гарнизон, и завладели находившимися здесь крупными запасами оружия и боеприпасов{339}. Разгромленные в этом районе остатки английских войск отступили к форту Сандеману, но были вынуждены покинуть и его, очистив долину рек Гумал и Зхоб.

Британское командование срочно перебросило сюда новые силы, пытаясь стабилизировать линию фронта. Оно вернуло форт Сандеман, но афганцы снова осадили его. Тем временем 26 мая 1919 г. Мухаммед Надир-хан с боем овладел укрепленным фортом Тал.

На Южном фронте борьба шла с переменным успехом. Афганские войска отбили здесь все попытки английских империалистов продвинуться в направлении Кандагара.

Для того чтобы отвлечь внимание афганцев от Вази-ристана, где они добились определенных успехов, английские военные власти планировали направить в район Герата свою армию из Северного Ирана и захваченных ими местностей Советской Туркмении. Однако эта операция не удалась, поскольку Красная Армия в Туркмении перешла в решительное наступление, освободила от интервентов Байрам-Али (20 мая), а через три дня – Мерв.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю