Текст книги "Ведьма без лицензии (СИ)"
Автор книги: Мстислава Черная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Попрощавшись, я ухожу не оглядываясь. У меня ведь планы… Были.
Я ориентируюсь на Горбатый мост и иду в противоположную от реки сторону. За узкой полосой городского парка улица, и мне везёт, я сразу замечаю свободную коляску. Вариант идти пешком я не рассматриваю, и не из-за того, что я не представляю, в каком направлении искать нужный мне адрес, это можно у горожан уточнить. Я боюсь, что идти далеко.
Извозчик называет цену ровно в один галиот. Я соглашаюсь и забираюсь на скрипучую колымагу. Сиденье продавлено. От коврика несёт чем-то кислым – именно так должна пахнуть дешевизна. Коляска трогается, и меня откидывает на жёсткую спинку.
Мне кажется, или я слышу далёкий клёкот? Я даже оборачиваюсь, но козырёк, защищающий пассажиров от дождя и солнца, закрывает небо. Я поворачиваюсь вперёд.
Следить за дорогой я не пытаюсь – извозчик сходу взял бодрый темп. Город двухэтажный, трёхэтажные дома встречаются редко, архитектурные изыски – ещё реже. Мы сворачиваем с широкого проспекта на боковую улицу, и здесь жизнерадостные вывески исчезают, как исчезают и магазины. Квартал жилой, причём, похоже, обитают здесь состоятельные господа. Дома не лепятся один к другому, а стоят особняком, разделённые приусадебными участками. Мы проезжаем квартал насквозь и останавливаемся на углу.
– Прибыли, синьорина.
Дом с флигелем последний в череде богатых домов, одной стороной он выходит на торговую улочку, и единственный украшен вывеской – схематичным изображением котла в красном круге. На первом этаже хозяйка устроила лавку. Посетительница как раз выходит, останавливается на крыльце, достаёт из клатча флакончик, смотрит его на свет и, удовлетворённо кивнув самой себе, машет моему извозчику. Я остаюсь без колёс.
Ничего удивительного, что ведьма держит лавку, но в моём плане лавка моя. Обрадуется ли хозяйка конкурентке? Три раза…Закрадывается подлая мыслишка, что Айсан права, но я задавливаю сомнения в зародыше – на пути к успеху они главные враги. Я вхожу в лавку.
Звякает колокольчик. Я осматриваюсь. Чего я ждала от лавки ведьмы? Я думала, что она может быть похожа на аптеку – на полках в бутылочках из тёмного стекла расставлены всевозможные снадобья. Реальность удивила: вдоль дальней стены выстроены внушительные сундуки на замках, в углу конторка и больше ничего, ни витрин с зельями, ни жаб в аквариуме, ни сухих пучков трав, свисающих с потолка. Зато ничем не пахнет.
За конторкой пышнотелая блондинка, от усердия высунув кончик языка, делает записи.
– Список слева, – указывает она, не прерывая занятия.
Список?
Ага… На вколотых в стену булавках висят два листа. На первом размашистым почерком выведен перечень зелий, которые есть в наличии. Два зелья уже жирно замазаны. На втором листе зелья, которые будут приготовлены на следующий месяц, в том числе и от клопов. Не заработать мне на усатых гадах.
Я подхожу к конторке.
– Сестра Ирьяса? Добрый день.
– О? – блондинка нехотя откладывает тетрадь, ответным приветствием она себя не утруждает.
Я протягиваю записку от Айсан:
– В Круге мне сказали, что у вас можно снять флигель за тридцать галиотов в месяц.
– За пятьдесят.
Занятно.
Блондинка смотрит равнодушно. По-моему, ей больше понравится, если я уйду.
Выставить самую безумную цену её законное право, но:
– Вы заламываете почти в два раза выше, чем мне говорили. Наверное, мне стоит спросить у сестёр, почему их сведения… настолько устарели?
Отдать пятьдесят я не готова. К чему вводить в заблуждение? Я просто останусь ночевать в Круге. Придётся искать другой вариант. Снять у Ользы? Попробовать пригород?
– Не обязательно сестёр по таким мелочам отвлекать. Тридцать стоит снять флигель, ещё двадцать – полный пансион. Завтракая, обедая и ужиная в трактирах ты оставишь гораздо больше.
– Я планировала готовить сама.
До первого гонорара, разумеется.
– Во флигели кухни нет, а на свою я никого не пускаю. Готовить вне кухни запрещено.
Я выкладываю на стол деньги:
– Сейчас я заплачу тридцать, а по поводу пансиона подумаю. Так можно?
Блондинка смеряет меня нечитаемым взглядом, похоже, в её глазах я поступаю не очень-то умно. Пожав плечами, она поднимается:
– Можно. Подожди здесь, я схожу за ключом.
– Нет, минутку.
Осталось прояснить самый щекотливый момент.
– Что ещё? – кривится она.
– Дело в том, что я собираюсь зарабатывать на жизнь.
– Девочка, избавь меня от своих забавных фантазий. Почему бы тебе просто не пойти в другое место?
С клиентами она такая же недружелюбная? Даже уступая в качестве, я выиграю за счёт сервиса: красивая упаковка, уютное помещение, неизменная улыбка продавца, презенты постоянным покупателям. А, может, мне стоит перепродавать уже готовые зелья? Нет, остатков подсвечников не хватит, чтобы выкупить весь ассортимент, а лезть в долги к ростовщикам я не собираюсь.
– Мне нужно жильё.
– Девочка, я понимаю с первого раза. Месяц, так и быть, твой, но не больше. Я сдаю, чтобы подобрать себе помощницу.
– Странный метод.
– Тебя не спросила. Так ты уходишь или остаёшься?
– Вы не против, если на месяц я превращу первый этаж флигеля в свою лавку?
Блондинка заливается хохотом, рыхлая грудь в декольте колышется.
– Я только порадуюсь… ремонту, – с трудом выдавливает она и, чуть успокоившись, скрывается в глубине дома.
Я начинаю подозревать, что во флигеле меня поджидают неожиданные трудности.
Глава 16
Хозяйка пропадает минут десять и выносит ключ из тех, которые ожидаешь увидеть под толстым стеклом на выставке в музее. Излишне тонкий, вычурный, едва ли не серебряный – на вид абсолютно ненадёжный.
– Он как соломина не переломится? – я полна скепсиса.
– Иди уже. Лавку открывать.
– Займусь незамедлительно.
Флигель при ближайшем рассмотрении оказывается двухэтажной пристройкой светлого песочного оттенка. Крыша и козырёк крыльца покрыты традиционной яркой черепицей. Большое окно слева от входа – несомненные плюс, можно превратить в витрину. Вывеску пристрою над входом.
Деревянная ступенька под ногой опасно прогибается. Во что обойдётся переделка? Возможно, постелить крепкий пандус будет дешевле.
Замок поддаётся со скрежетом. Дверь надсадно скрипит. В список покупок добавляется масло для петель.
– А-апчихи!
Первый этаж встречает меня залпом многолетней пыли в нос.
Поиск помощницы в магазин? Скорее экономия на уборщице. За месяц я как раз отскребу чернозём, устилающий все без исключения поверхности, включая потолок. А-апчихи! Вот во что я ввязываюсь? Но я не отступаю – ещё чего. Я прикрываю нижнюю часть лица шарфом и прохожу вперёд. На полу в серо-чёрном слое отпечатываются мои следы.
Я распахиваю окно настежь, впускаю свежий воздух, осматриваюсь. Расходы растут на глазах. В помещении пусто, а лавку без торговой стойки я не представляю.
За межкомнатной стеной я обнаруживаю спуск в подвал и лестницу на второй этаж.
Начинаю с подвала – именно в нём мне предстоит работать. Темноту разгоняю фонариком телефона. Возможно, светильник где-то и есть, но я не представляю, как его зажечь, поэтому останавливаюсь на нижней ступеньке. Лезть дальше смысла нет.
– А-апчихи!
Снова грязь. В воздухе висит нечто, похожее на свалявшуюся паутину. Наверное, паутина и есть. В подвале уцелел стол, похожий на кухонный. Теоретически его можно приспособить под торговую стойку, но я не представляю, как его вытаскивать. И потом, стол пригодится при работе с ингредиентами.
Второй этаж жилой, есть проход в основное здание, но дверь заперта с той стороны. Неожиданно, но на втором этаже относительно чисто, явно, что кто-то убирался не больше пары месяцев назад. У окна бордовое кресло с толстыми кисточками и низкий столик создают намёк на уют. К гостиной примыкает спальня. Есть и кабинет. Если забыть про пылищу, то я сняла настоящие хоромы.
– Вот.
Я же одна!
Я вздрагиваю, отшатываюсь и, теряя равновесие, оборачиваюсь.
На пороге спальни ухмыляется Ирьяса. Я не знаю, как она появилась настолько бесшумно, чёртова ведьма. Она никак не комментирует мой испуг, протягивает комплект постельного белья.
– Швабру принесу чуть позже.
– Что насчёт воды?
– А что с водой? – Ирьяса заглядывает в уборную. – Вода есть.
Корыто, вёдра и кувшин сухие, крана нет. Она издевается? Не похоже.
– Вас не затруднит показать?
– На полке, – Ирьяса переводит на меня недоумённый взгляд.
На полке плошка с прозрачными горошинами.
– Покажите, пожалуйста, – повторяю я.
Ирьяса недоумевает ещё больше, но в просьбе не отказывает, проходит в уборную, берёт одну из горошин и прокатывает между пальцами. На стеклянной поверхности выступает влага, словно горошина отлита изо льда и от тепла рук начала таять. Ирьяса бросает её в ведро. Секунду ничего не происходит, а затем из крошечного шарика вырывается струя, ведро стремительно наполняется.
– Ого! – на происходящее я смотрю не веря своим глазам. Магия… Хотя я знаю, как самоочищаются ночные горшки, всё равно чудо.
– Девочка, как можно не знать элементарных вещей?
– Я издалека.
– Откуда сбежала? На дремучую крестьянку ты не похожа, значит, были слуги. Принцесса со шваброй, вот умора.
Ирьяса уходит и напоследок громко хлопает дверью.
Я провожаю ведьму смешком. Хах, принцесса. Знала бы она…
Так, уборка подождёт, иначе я увязну по уши. По плану первый пункт по-прежнему мэрия. На обратном пути зайду в трактир или куплю обед на вынос. Ещё бы успеть прикинуть цены на котлы… Размышляя, я вынимаю из саквояжа домашнее платье и расстилаю на кровать. Серый жутик ни капли не жалко, я выкладываю на него стопку постельного белья и немногочисленные пожитки. Зачем таскать сменную одежду с собой, когда можно оставить?
Ирьяса возвращается, брякает об пол ведром, сбрасывает ворох тряпья и выставляет к стене обещанную швабру. Швабра, покачнувшись, падает вдоль стены, но Ирьяса и попытки не предпринимает её поймать или тем более поднять.
– Спасибо, – хмыкаю я.
– Всегда пожалуйста, развлекайся.
– Чуть позже. После мэрии.
– Когда голова дурная, добрые советы бессильны.
Я отмахиваюсь. Когда это я жила добрыми советами?
– Ну-ну, – летит мне в спину.
На улице я нанимаю закрытый экипаж. Да, он заметно дороже, но я не могу угадать, когда чиновники меня увидят – когда я войду в кабинет или намного раньше из окна, когда я спущусь на мостовую. Явиться в мэрию на разбитой колымаге всё равно что приехать в банк за многомиллионным кредитом на ржавом “жигули”.
Мягкое сиденье, удобная спинка. Кружево на шторке чуть надорвано. Я сдвигаю шторку вбок, чтобы видеть улицу, и мысленно призываю телефон.
“Душа, вам доступен приветственный бонус, один из списка на ваш выбор”.
Ну-с…
Под первым номером на фото самая обычная кисточка. Описание обещает, что с её помощью я смогу перенести из воображения на любую гладкую поверхность картинку из своего воображения.
Занятно, но бестолково. Наёмный художник прекрасно заменит эту волшебную штучку. Ладно бы рисовать можно было сколько угодно, но всего одна картина – нет.
Вторым пунктом идёт путеводитель по Старому Му, причём путеводитель электронный. Я получу актуальную карту с геолокацией и базовую справочную информацию. Вроде бы полезно, но я ведь не планирую оседать в провинции, так что нечего забивать память девайса, она не резиновая.
Под третьим номером руководство по призыву и воплощению высшего духа. Я внимательно читаю подробное описание свитка, но яснее не становится. Про призыв понятно, это что-то из сказок: лампу потёр, и джин появился. Я вон телефон призываю. А что такое воплощение? И, главное, кто такой этот загадочный высший дух? Появится услужливый джин или зловредный бес? А может, огненный элементаль устроит адский пожар? Про укрощение призванного духа в описании ни слова. Однозначно нет.
Четвёртым пунктом беспроигрышная лотерея. Если выберу её, мне выпадет нечто из Системного каталога. Приз может оказаться, как бесполезным, так и ценным, но проверять своё везение я не стану – не хочу расстраиваться, если попадётся откровенный хлам.
Остаётся… кисточка. Её я точно в дело приспособлю.
Я кликаю по фото.
“Душа, поздравляем! Вы сделали прекрасный выбор”.
– Лесть излишняя, – вздыхаю я вслух.
Над экраном вырастает звёздная воронка, будто лоскут ночного неба скрутили в трубочку. Вихрь стремительно раскручивается, отчего кажется, что пространство рвётся. Нет, оно рвётся по-настоящему – только осмелься и через прореху коснёшься другого мира. Но пальцы мне дороги, да и с детства усвоила, что не надо тянуть руки куда ни попадя. Из воронки выпадает кисточка. Я машинально ловлю её за серебристый волосяной пучок. У кого-то кисти из белки, у кого-то – из соболя или наоборот синтетика, а у меня – из единорога.
Воронка схлопывается.
– Прибыли, синьорина!
Я торопливо прячу кисточку и телефон в саквояж. Дверца распахивается, и я спускаюсь на мостовую. Извозчик остановил перед главным входом мэрии. Трёхэтажное здание облеплено декором, как торт кремом. К небу устремлён алый шпиль. Словом, стиль “дорого-богато”, полнейшая безвкусица.
Я расплачиваюсь и взбегаю по ступенькам. Стражи, несущие караул, на меня никак не реагируют, я беспрепятственно вхожу. Холл безлюдный – иди, куда хочешь, и твори, что хочешь. То ли здешние чиновники совсем не пуганные, то ли я чего-то не понимаю. Хоть имена визитёров записывать должны, нет?
Спросить, в какой мне кабинет, не у кого. Здание будто вымерло.
Я осматриваюсь, верчу головой и только благодаря этому замечаю расписание. Какой-то умник прилепил его на колонну с обратной стороны от входа, в результате расписание видят те, кто уходят. Те, кто пришли впервые, должны, наверное, обладать рентгеновским зрением.
“Лицензирование” – полагаю, мне сюда?
Нужный кабинет не первом этаже в конце коридора. Очереди нет, дверь гостеприимно распахнута. Я заглядываю, и сутулый крепыш за письменным столом жестом приглашает меня войти.
– Добрый день, сеньор. Я ведьма, хочу открыть собственную лавку, мне нужна лицензия.
– Квитанция, – перебивает крепыш.
– Простите?
– Квитанция, синьорина, – повторяет он, как будто это что-то проясняет.
– Разве оплачивать лицензию не вам, сеньор?
Крепыш широко, во всю бегемотскую пасть, зевает:
– Синьорина, мне не нужны ваши деньги, мне нужна квитанция.
Заладил!
– Сеньор, вы не подскажете, в какой стороне касса? И какую сумму мне следует внести?
– Стоимость лицензий утверждена законом, синьорина. Четыреста галиотов ровно.
Сколько?! Но до всех трат я за подсвечники получила только триста двадцать шесть. Мне катастрофически не хватает.
Глава 17
Весь мой расчёт строился на “недорого”. В романе “Имя ведьмы из Старого Му” было абсолютно чётко прописано, что стоимость лицензии сопоставима со стоимостью нескольких поездок в экипаже. Автор добавила своих фантазий? Ошибка в тексте?
Как минимум следует разобраться.
Я заставляю себя успокоиться.
– Простите, сеньор. Я слышала, что расценки совсем иные.
Крепыш вскидывается:
– Синьорина, вы сейчас обвиняете меня, чиновника при исполнении, во лжи?!
– Нет-нет, ни в коем случае! – чёрт! – Я лишь надеюсь, что вы поможете мне понять, каким образом возникла путаница. Речь шла о десяти галиотах или около того.
– О десяти? – крепыш откидывается на спинку. – Может, о пяти с четвертью?
Я пожимаю плечами.
Он издевается или спрашивает серьёзно?
– Сеньор?
– Зальют в уши вместо того, чтобы закон читать. Пять с четвертью стоит базовая ведьмацкая лицензия. Приобретя её, синьорина, вы получите право на магическую практику в коммерческих целях. Лицензия включает разрешение на оказание неспециальных магических услуг, – крепыш выдёргивает из ящика стола брошюрку и бросает в мою сторону.
И без того потрёпанная книжонка разлетается, с шелестом страницы оседают будто осенняя листва, и замирают на полу. Сейчас не тот случай, чтобы качать права, да и бросал крепыш не в меня, а по высокой дуге мне. В любом случае у меня нет ни времени, ни желания что-то ему доказывать. Я приседаю на корточки и спокойно собираю листы один к одному, благо они пронумерованы.
Крепыш молча наблюдает за мной. Я поднимаюсь, отхожу к окну и, потеснив чахлую герань, присаживаюсь на широкий подоконник – я тоже умею вести себя некрасиво. Уходить я никуда не собираюсь, пока не разберусь в хитросплетениях иномирного законодательства. Впрочем, всё оказывается довольно прямолинейно, без вывертов. Ближе по смыслу ведьмацкую лицензию назвать не базовой, а стартовой. Она даёт самый минимум – коммерческий статус, без которого вообще ничего нельзя, и право работать на заказ. Допустим, клиент просит пузырёк пресловутого зелья от клопов, а я ошибаюсь и делаю на литр больше. Продать излишек – нарушение. Чтобы продавать уже готовые зелья, дополнительно нужна торговая лицензия, и вот она стоит заоблачно. Плюс отдельная лицензия требуется на оказание некоторых видов услуг. Целительство, менталистика для самозванок вроде меня закрыты. Но это как раз абсолютно правильно.
Про лавку придётся забыть…
За редким исключением ведьмы не оказывают услуг. Выгоднее за раз наварить запас на месяц, чем готовить каждый день порционно. Ирьяса именно так поступает: готовит в начале месяца. Как зелье закончится – вычёркивает из списка. Клиентам, кстати, тоже удобнее: пришёл и сразу купил необходимое, никакого бессмысленного ожидания.
– Синьорина, вы уснули?
– Провалилась в дыру.
Кто же знал, что законодательство будет похоже на сыр Маасдам? Дыра на дыре и дырой погоняет.
Я два раза перечитываю правила. То, что я вижу, это даже не лазейка и не обходной путь, это широкий зелёный коридор для свободной продажи зелий без торговой лицензии. Я расплываюсь в улыбке и спрыгиваю с подоконника.
– Памятку можете оставить, – ворчливо разрешает крепыш.
– Благодарю, сеньор. Так в каком направлении касса?
Я оплачиваю три лицензии: ведьмацкую, на открытие лавки и на найм работников. Все вместе лицензии обходятся мне в сто семь галиот, и для меня это очень много, в десять раз больше, чем я рассчитывала потратить, но я не отступаю, наоборот, азарт подстёгивает.
Получив квиток, я возвращаюсь в кабинет к крепышу. В мыслях я уже мчусь в магический салон за котлом и прочими необходимыми для восхождения на карьерный Олимп приблудами, но крепыш не торопится меня отпускать. Он изучает квиток едва ли не с лупой:
– Синьорина…
– Что-то не так? – напрягаюсь я.
– Вы не оплатили торговую лицензию, но намерены не только открыть лавку, но и нанять продавца?
– Ни в коем случае. Я действительно намерена открыть лавку, но буду использовать её скорее как рабочий кабинет. Разумеется, я не стану в ней торговать. Что касается найма, то мне нужен помощник, который займётся поддержанием чистоты в лавке. Возможно, консультант, который поможет заказчикам выбрать, какую услугу заказать, – с улыбкой поясню я.
Судя по выражению лица, с которым крепыш меня выслушивает, он убеждён, что я вру, причём нагло и глупо, но к чему придраться он не находит, оснований для отказа тоже нет.
– Я пришлю проверку, синьорина.
– Разумеется, – киваю я. Раньше или позже проверки мне не изежать.
– Ваше имя, ведьма.
– Иветта.
Крепыш достаёт бумагу и принимается заполнять. Я нетерпеливо заглядываю через стол, но крепыш недовольно фыркает, и я отступаю к приглянувшейся герани, устраиваюсь на подоконнике.
– Удостоверение личности, синьорина.
– Ещё не оформлено. Я только вчера вошла в Круг.
Крепыш – я с подоконника вижу – ставит на документе кляксу.
– Синьорина? Вы вчера вошли в Круг, а сегодня, ещё ничему не научившись, открываете лавку?
– Я далеко пойду, – улыбаюсь я.
– Бахвалиться вы мастерица.
Крепыш рвёт испорченный бланк, достаёт пустой и заполняет заново. Я ёрзаю, но вслух не тороплю. Раньше или позже, я получу то, что хочу. Жаль, конечно, что произвести положительное впечатление не получилось, в мэрии ко мне теперь будут относиться с предубеждением, и в будущем это может выйти мне боком. Но нет смысла беспокоиться о том, что может быть, а может не быть.
Между тем крепыш откладывает листы, вынимает из ящика вытянутый футляр. Внутри оказываются миниатюрные щипчики на непомерно длинной рукояти.
Эм?
Я ловлю хмурый взгляд крепыша. Кажется, я догадываюсь, чего он от меня ждёт. А ещё стало понятнее, откуда растут ноги его ко мне неприязни. Уверена, дело не только в моих амбициях, которые я не считаю нужным скрывать. Я возвращаюсь к столу, протягиваю руку. Крепыш вооружается щипчиками, звучно клацает ими в паре сантиметрах над моей ладонью. Крепыш делает то же, что вчера сделал жрец, но жрец маг, а крепыш нет и полностью зависит от артефакта.
Вспыхивает искорка, и крепыш сбрасывает её на бумагу, но вместо вчерашней радужной кляксы напротив моего имени возникает антрацитовое пятно. Золотистые оттенки едва пробиваются.
Так и должно быть, да? Я взяла новое имя, но сохранила старое…
Крепыш заверяет “искорками” лицензии:
– Синьорина, прошу.
– Благодарю.
Если он мечтал о карьере мага, не преуспел и теперь до пенсии будет выдавать лицензии одарённым, то мне его искренне жаль.
Я покидаю кабинет, но не мэрию. В коридоре по прежнему безлюдно, и я устраиваюсь на банкетке под незатейливым пейзажем в бронзовой раме. Я достаю заметно отощавший кошелёк, пересчитываю наличность. У меня осталось сто восемьдесят с мелочью.
Мда, потратилась я довольно бездумно… Оставшихся денег хватит на полгода скромной жизни. Но я-то планирую тратить дальше.
– Синьорина Иветта?
Голос смутно знакомый, мягкий баритон.
Я поднимаю лицо, кошелёк выскальзывает из пальцев и с глухим ударом приземляется на пол, несколько монет выкатываются.
– Сеньор Ларс, – здороваюсь я.
Принесла нелёгкая главного героя…
– Синьорина, я должен извиниться перед вами за грубость. Из-за меня ваш обед с синьориной Ользой был испорчен.
– Сеньор Ларс, о чём вы? Вы спасли Ользу. Та брошь для Ользы память о маме, и я не представляю, как бы Ольза справилась, если бы не вы. Позвольте выразить вам свою глубокую признательность. Что касается обеда, то вольности себе позволил сеньор Ирвин, не вы.
Ларс наклоняется, чтобы помочь мне поднять кошелёк. Я тоже за ним тянусь. Наши с Ларсом пальцы соприкасаются.
Глава 18
– Простите, синьорина, – он излишне поспешно отдёргивает руку.
Разве в романе Ларс тоже был правильно-приторным? Под сахарной корочкой прячется крепкий орешек в гранитной скорлупе. Когда я читала, Ларс мне очень нравился. Сейчас… Парень симпатичный, характер подкупает. Ларс из тех, про кого говорят “сделал себя сам”.
Его отец обанкротился, когда Ларсу было семь лет и мать ходила в ожидании второго ребёнка. Отец настолько остро чувствовал вину, что его парализовало. В череде несчастий счастливым событием стало рождение брата Ларса, здорового крикливого малыша.
На остатки сбережений семья перебралась из дорогой столицы в глубинку, но всё равно деньги закончились в течение года, и семья рухнула в долговую яму. Матери пришлось тяжело работать, они едва сводили концы с концами. Ларс не просто рано повзрослел и стал матери опорой. Он сумел выучиться, поступить в престижную академию магии. Здесь, в Старом Му, он на государственной службе, отрабатывает грант на обучение, а в свободное время зачаровывает ювелирные украшения. Его родители и младший брат живут с продажи его изделий.
Я восхищаюсь Ларсом, как восхищаюсь всяким, кто смог честным путём подняться со дна на вершину. Я сама прошла через что-то подобное, хотя мне не было так тяжело, как Ларсу, ведь я отвечала только за себя. Я чувствую к нему родство.
А уж на фоне Ирвина Ларс выигрывает по всем пунктам.
– Синьорина, если Ирвин начнёт создавать трудности вам или синьорине Ользе, пожалуйста, не стесняйтесь сказать мне. Я имел в виду, он неплох, но бывает навязчив.
– Я запомню, сеньор. И передам ваши слова Ользе. Уверена, она будет тронута.
Ларс улыбается:
– Синьорина, позволите вас проводить?
Я мешкаю, но соглашаюсь.
Ларс галантно забирает у меня саквояж, и мы вместе выходим на улицу. Я поднимаю глаза к небу. Голубой небосвод безоблачен, солнце движется к западу, но до заката ещё далеко. Мы спускаемся к проезжей части, и Ларс кивает извозчику на открытой коляске. Уединяться с посторонним мужчиной в закрытом экипаже считается не совсем приличным, а открыто ехать вместе не возбраняется. Обычно. Община почитателей Нексин Всеблагой со мной, конечно, не согласится.
– Сеньор Ларс, я ещё не ориентируюсь в городе. Я слышала, магических салонов несколько. Я не представляю, с какого начать.
Уверена, Ларс порекомендует мне качественный товар по нормальным ценам.
– Синьорина, вы хотите отправиться в салон прямо сейчас?
– Да.
Ларс называет извозчику адрес и… запрыгивает в коляску следом за мной, чем несказанно меня удивляет. Что на него нашло? Я же не Ольза. Я думала, он попрощается, а он тратит на меня время, ещё и расспрашивать начал. Ларсу интересно, где я училась, каких успехов в магии достигла. Чувствуется искренний интерес. Но что мне ему ответить? Что я в самом начале пути? Ларс чужд риску. В гору он поднимался по дороге, которой прошли тысячи до него и пройдут десятки тысяч после. Я смею прокладывать собственный маршрут. Справедливости ради, я не изобретаю велосипед, я исхожу из опыта родного мира.
Коляска плавно трогается.
В лицо бьёт порыв ветра, с шумом на бортик приземляется третий пассажир.
– Сеньор Сквозняк? – не хватает только, чтобы Ирвина к нам присоединился. Уверена, наглости ему хватит. И ловкости – даже на ходу запрыгнет.
– Ведьма и выскочка! – заявляет попугай тоном прокурора, встряхивается и нахохливается с видом несправедливо обиженного. Кажется, он посчитал, что я изменяю его хозяину.
Я оглядываюсь. Ирвин стоит на верхней ступеньке и смотрит на нас.
Лошадь идёт быстрее.
– Дур-ра! – Сквозняк с клёкотом срывается вверх и уносится к Ирвину, а тот с готовностью протягивает другу руку – это последнее, что я вижу перед поворотом. Почему-то я уверена, что, пристроившись Ирвину на плечо, Сквозняк на своём попугайском будет долго жаловаться на мою бессердечную ветреность. А ещё я начинаю подозревать, что галантность Ларса отнюдь не бескорыстна, ведь теперь всё внимание Ирвина достанется мне, а не Ользе. Впрочем, я не в обиде.
– Синьорина, простите, что говорю это, но я обязан предупредить. Ирвин… считает меня соперником. Возможно, ему интересно затмить меня, а не произвести впечатление на вас.
– О, я не обольщаюсь. Спасибо за предупреждение.
Ларс меняет тему, до конца поездки я засыпаю его вопросами о магии, стараюсь меньше говорить, больше слушать. Рассказывает Ларс захватывающе. И не стесняется смеяться над собой.
Мы отлично проводим время, несмотря на то, что я вспоминаю про график, из которого я безнадёжно выбилась, мне жаль, что до салона мы доезжаем за какие-то полчаса. Коляска останавливается перед одноэтажным приземистым зданием, вход ведёт в полуподвальное помещение.
Так…
Я поворачиваюсь к Ларсу:
– Сеньор, большое спасибо за помощь, – я даже подобие книксена изображаю.
– Право, что вы, синьорина… Мне не трудно, а ваше общество очень приятно.
Хм? Он не собирается свалить? Слишком много внимания… А как же Ольза? И потом, после салона я планирую поужинать и купить себе что-нибудь на завтрак. Если Ларс останется со мной, то получится, что я раскручиваю его на траты…
Он проводит меня до флигеля или рассчитывает на нечто большее? В романе Ларс не позволял себе случайных связей, но это в романе. А здесь?
Нет, не стоит увлекаться:
– Вы мне льстите, сеньор. Совесть не позволяет отнимать у вас время дальше. Ещё раз спасибо.
Ларс принимает отказ, прощается.
– Синьорина, если вам понадобится помощь, не стесняйтесь обращаться.
Да что на него нашло?!
Тряхнув головой, я сбегаю в полуподвал салона не оборачиваясь, не хочу оглянуться и узнать, что Ларс провожает меня взглядом, не хочу видеть выражение его глаз… Отношения не моя сильная сторона.
Шагнув в салон, я переключаюсь на рабочий лад и приветливо киваю поспешившей мне навстречу миловидной продавщице, высокой, хрупкой, похожей на пшеничный колосок. Девушка растягивает губы в профессиональную улыбку. Если бы не длинное платье со стойкой-воротом и кружевной фартук, подходящий скорее горничной, чем продавцу, её было бы не отличить от консультантки из современного торгового центра.
Я прошу показать мне котлы.
Девушка приглашает меня в боковую комнату:
– Все котлы представлены здесь, синьорина. Вас интересует учебный или рабочий?
Вдоль правой стены тянутся стеллажи, и на них выставлены средние и малые котлы. Больших котлов всего пять, и они намертво закреплены в подставках-треногах по левой стороне. В дальнем углу странная колонна: котелки, навскидку двух– или трёхлитровые, составлены один в один. Почему к ним такое пренебрежение?
Я останавливаюсь у самого большого котла, заглядываю внутрь, а затем перевожу взгляд на ценник. Хах, четыреста двадцать галиот, дороже торговой лицензии. Сколько в нём литров? А какой у зельев срок годности? Ирьяся готовит раз в месяц, но с таким котлом можно и на год вперёд наварить.
С котлами-гигантами мне ловить нечего, да и не нужен мне гигант, я подошла из любопытства. Мелочь мне тоже неинтересна, но ценники я просматриваю. С гигантами ясно, но почему котелок, который у меня в ладони уместится, стоит сто шестьдесят?!
– Что есть… недорогое?
Девушка с готовностью демонстрирует мне котелок за сто сорок:
– Синьорина, учтите, стик придётся докупать отдельно. Как и подставку.
Без подставки можно обойтись, по крайней мере в начале. Стиком, насколько я помню, называют ложку на длинной ручке, и вот на ней экономить нельзя – она нужна, чтобы направлять в зелье магию.
Сто сорок…
– А есть ещё дешевле?
– Сожалею, синьорина, нет.
Я готова рисковать, но не голодать.
Причин не верить девушке у меня нет, но:
– Зачем же вы меня обманываете?
Глава 19
– Что? – теряется она.
Я указываю на брошенные в углу котлы.
– Неужели дороже? – ценника, увы, нет.
Девушка смущённо пожимает плечами:
– Синьорина, это брак.
Брак ещё не приговор. Я категорически против экономии на качестве, но брак браку рознь:
– Они дырявые? – внешних дефектов я не вижу.
– Нет, синьорина, что вы. Строго говоря, это не совсем брак… У этих котлов многослойная кристаллическая структура.
У-у-у… Я сразу всё поняла, конечно. Я надеялась, что многозначительным молчанием смогу скрыть свою некомпетентность, увы, придётся спросить прямо:
– И в чём проблема?
