Текст книги "Коктейль "Маргарита""

Автор книги: Морин Чайлд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

ГЛАВА ПЯТАЯ

  – Этот шкаф по размеру такой же, как мой бывший номер, – Джанин развешивала свои блузки, глядя на сотни пустых вешалок. Она чувствовала себя едва ли не виноватой, что не может заполнить их все.

  Впрочем, это проблема не Макса, признала она, бросив быстрый взгляд на другую сторону огромного встроенного шкафа. Та половина была заполнена практически целиком. Макс привез с собой такое количество одежды, что ею можно было снабдить небольшой магазинчик.

  – Ты уже разобралась с вещами? – послышался его голос от двери.

  Он стоял в проеме, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на нее так пристально, что Джанин начала нервничать. Она почувствовала себя глупо. Этот мужчина видел ее обнаженной в течение последних нескольких дней. Так чего она забеспокоилась?

  – Наслаждаешься ситуацией, не так ли? – фыркнула она.

  – У меня другой вопрос. Почему ты не наслаждаешься? – парировал он с легкой улыбкой, подействовавшей на нее, как удар тока.

  – Хм. Дай подумать, – она запустила руку в свои растрепанные волосы. – Может быть, потому что мне заплачено, чтобы изобразить жену человека, которого я знаю всего несколько дней?

  Он пожал плечами.

  – Считай это работой на исключительно выгодных условиях.

  Во что она вляпалась? Он стоял перед ней, как воплощенная женская мечта. Все в ней таяло от его присутствия. Но чувствует ли Макс что-нибудь подобное по отношению к ней? И вообще, нравится ли она ему хоть немного? А может быть, он считает ее лишь инструментом, который берут с полки, используют и кладут обратно?

  Джанин ни в чем не была уверена.

  Она вышла из шкафа, проскользнула мимо Макса и подошла к сумке, которая лежала открытой на кровати.

  – Послушай, – мягко сказала она, – я немного нервничаю. Со мной ничего подобного прежде не случалось.

  – Я уже знаю, что ты не девственница, – его голос был полон сдержанного юмора.

  – Смешно, – она кинула на него косой взгляд. – Я имею в виду, что никогда не исполняла подобную роль прежде. Никогда не притворялась тем, кем не являюсь.

  – Так уж никогда?

  – Нет. И я не уверена, что смогу справиться с задачей.

  – Все будет хорошо. Я не прошу тебя изображать герцогиню. Просто веди себя как женщина, которая безумно в меня влюблена.

  – Ну, хорошо. Это облегчает задачу, – она смотрела, как он отталкивается от косяка и идет к ней, нашаривая что-то в кармане. В конце концов, он выудил оттуда бархатную коробочку темно-бордового цвета и открыл ее.

  Джанин задохнулась. Перед ней было золотое кольцо, толстое, широкое, с узором из листьев. На них, словно капельки росы, сверкали крошечные бриллиантики.

  – Боже мой!

  Улыбаясь он достал кольцо из коробочки, взял левую руку Джанин и надел это достижение ювелирного искусства ей на палец. Кольцо оказалось тяжелым, но у нее почему-то мелькнула мысль, что она носила его всегда... Джанин быстро выкинула из головы эти ненужные ощущения и поспешила сосредоточиться на происходящем.

  – Вот, – сказал он, – теперь всем сразу будет видно, что мы муж и жена. И поверь, все сработает, как надо.

  – Макс, – она потрясла головой и уставилась на кольцо – Макс, я не знаю, что значит быть женой богатого человека. То есть, наверное, надо ходить в оперу, посещать модные рестораны. Я больше привыкла к киношкам и попкорну.

  – Я люблю кино, – он заправил ей выбившуюся из прически прядку волос.

  Его прикосновение пронзило ее, как удар молнии.

  – И попкорн мне нравится.

  – Уф... – она пыталась успокоить дыхание. Это было не очень легко, поскольку Макс так и не убрал руку от ее волос. – Элизабет никогда не поверит, что такой парень, как ты, женился на женщине, подобной мне.

  Он нахмурился, его глаза сузились.

  – Почему я не могу жениться на тебе?

  – Потому что... – она сделала шаг назад, отстраняясь от мужской руки, все еще перебиравшей ей волосы. – Потому что мы из разных кругов, Макс. Ты можешь мне назвать кого-то из своих друзей, кто нашел жену в цветочном магазине? Многие из них живут в многоквартирном доме на Лонг-Бич? И кто из твоих друзей выплачивает кредит за четырехлетнюю машину?

  – Когда все закончится, ты сможешь себе позволить новую машину. За наличные.

  – Я не это имею в виду, – выдержка изменила Джанин. Эмоции, так долго сдерживаемые плотиной хладнокровия, хлынули бурным потоком: – Деньги делают нас слишком разными, Макс. Твоя бывшая жена даже и не посмотрит на вещь, о которой я мечтаю годами.

  – Ну и что? – Низкий голос Макса заставил ее кожу покрыться мурашками. – Это не важно. Я потерял голову с того самого мгновения, как увидел тебя в баре и заглянул в твои глаза. Твои прикосновения заставляют меня забывать обо всем на свете. Когда я целую тебя, то понимаю, что ты единственная женщина, которая мне нужна.

  Джанин с трудом сглотнула. Ее губы пересохли, ладони стали влажными от пота. Мысли путались.

  Кончиками пальцев он ласково провел по ее щеке и подбородку. Его взгляд смягчился.

  – Ты – смысл моей жизни.

  – Макс... – его слова затронули самые потаенные струны ее души, разбудили чувства, о существовании которых она и не подозревала. Понимание того, что он испытывает по отношению к ней, стало для нее настоящим откровением. Никто и никогда не говорил ей такого. Джанин не знала, что сказать. Не знала, что сделать.

  – Именно поэтому я и женился на тебе. Именно поэтому я никому тебя не отдам.

  Ее ноги ослабли, голова закружилась. Она улыбнулась, глубоко вздохнула, чтобы что-то сказать...

  – Ты прекрасно держишься, – он отступил на шаг и одобрительно кивнул.

  – Что?..

  – Я не понимаю, почему ты считаешь себя плохой актрисой. У тебя нет повода для беспокойства, Джанин. Ты совершенно правильно отреагировала на мои слова, – он улыбнулся. – Великолепная игра. Если ты так же убедительно сыграешь перед Элизабет, все будет просто замечательно.

  – Я рада, – прошептала она.

  – Если бы я не знал тебя, то мог бы поклясться, что ты безумно влюблена в меня, – Макс засунул руки в карманы джинсов.

  – Значит, ты только репетировал...

  – Конечно. Я хотел показать тебе, как все должно выглядеть перед Элизабет. Мне удалось быть убедительным, не правда ли?

  – Не то слово. – Джанин тяжело опустилась на край кровати и посмотрела ему в глаза. Его взгляд, еще несколько мгновений назад наполненный любовью, теперь был холоден и расчетлив. О чем это говорило? Это говорило о том, что Макс – искусный лжец.

  – Видишь, как все просто? Только смотри на меня так же, как ты смотрела, когда я признавался тебе в любви. Элизабет обязательно поверит.

  – Да, Элизабет, – Джанин никак не могла прийти в себя.

  Макс весело потер руки в предвкушении.

  – А теперь к делу. Прибытие Элизабет ожидается где-то через день. Она может приехать и раньше. Эта женщина не отличается постоянством решений.

  – И?.. – Джанин чувствовала себя глупо. Глаза все еще застилала романтическая дымка, а ноги предательски дрожали. Интересно, когда она станет невосприимчива ко лжи?

  – И мы должны быть готовы.

  – Я готова, как никогда, – заверила она Макса. Он подошел к ней вплотную, коснулся пальцами подбородка и посмотрел в глаза.

  – Еще нет. Сначала я хочу, чтобы мы совершили с тобой набег на магазины.

  – Ты до сих пор ничего не говорил о магазинах. – Джанин терпеть не могла подобных развлечений. Она считала, что ходить по магазинам – это настоящая пытка.

  Макс вздохнул.

  – Моя жена должна одеваться определенным образом и иметь определенные вещи.

  – Я не хочу покупать новые тряпки.

  – Жаль. Тебе все равно придется это сделать.

  – Прекрасно, – Джанин выпрямилась и вздернула подбородок, признавая поражение с поистине королевским достоинством. – Я заключила сделку, и я сдержу слово.

  – Ты очень храбрая.

  – Как я уже сказала, сарказм тебе не идет.

  – Наоборот, – сказал он, подходя к ней и заключая ее в объятия, – он мне очень к лицу. А теперь, жена, поспешим. Нам нужно осчастливить своим посещением множество магазинчиков.

  У Макса никогда не было затруднений с тем, чтобы потратить деньги на женщину. Он привык, что женщины с удовольствием опустошают его кошелек. Они радостно носятся по магазинам и с жадностью покупают все подряд.

  С Джанин оказалось все по-другому.

  Она не соглашалась с его выбором, постоянно ворчала и не пыталась выманить у него что-то подороже. Более того, она была так безучастна ко всем этим великолепным нарядам, что Макса это заинтриговало.

  Когда они наконец закончили, Макс распорядился отправить покупки в отель и повел Джанин по узкой улице. Он взял ее за руку и начал поглаживать золотое кольцо на ее пальце.

  Она попыталась вырвать руку, но Макс упрямо не выпускал ее.

  – Мы женаты, не забывай об этом. Попытайся выглядеть счастливой.

  Она коротко рассмеялась.

  – А ты был счастлив, когда имел настоящую жену?

  – Хм... Нет, – признался он. – Но это другое, не так ли?

  – Для меня да.

  – И для меня тоже, – он подхватил ее, когда она споткнулась о булыжник на дороге и чуть не упала.

  – Спасибо, – Джанин подставила лицо ветру и вздохнула. – И все-таки не стоило покупать так много.

  – Ты первая женщина, которая выказала мне недовольство по этому поводу, – сказал он, глянув на нее.

  – Значит, ты связался с неправильной женщиной.

  – Возможно. Но я уже связался. Тебе нужно еще что-нибудь?

  – Только никаких магазинов, – быстро ответила она.

  – Согласен, – ее поведение все еще удивляло Макса. Он улыбнулся. – Может быть, тогда позавтракаем?

  – В шикарном ресторане, где подают карту вин, а на столах обязательно лежат льняные салфетки?

  – Предпочитаешь бумажные? – ухмыльнулся он.

  – Не хочу тебя обижать, но сейчас ты выглядишь высокомерным британцем.

  – Но я действительно высокомерен и я из Британии.

  – Ладно, – она весело рассмеялась. – Извини, забыла. Но если мы собираемся завтракать, тогда пойдем в заведение, которое я нашла еще несколько дней назад. Да, я плачу.

  Он приподнял бровь.

  – Правда?

  – Не смотри так удивленно. Разве женщины никогда не платили за тебя в кафе?

  – Никогда.

  – Ну, тогда я буду первой.

  Она повела его вниз по улице, и Макс признал про себя, что сегодня он действительно выяснил много нового.

  – Мне очень жаль, мэм, но это лучшее, что у нас есть.

  – Мне это совершенно не подходит.

  Голос принадлежал высокой, стройной, элегантной женщине, одетой в кремовую блузку и салатовые брюки. Ее туфли выглядели дорогими и неудобными. Пшеничные волосы были забраны в высокий пучок, откуда, как шляпки гвоздей, выглядывали настоящие жемчужины,

  Джанин стояла рядом с Максом в коридоре отеля и рассматривала кремовую спину. Она была готова поклясться, что женщина, которая сейчас превращала жизнь администратора в ад, и есть бывшая супруга Макса. Увидев ее, он резко остановился и превратился в соляной столп.

  Опомнившись, Макс положил руку на плечо Джанин. Она физически почувствовала охватившее его раздражение. Джанин начала нервничать, поскольку поняла, что прямо сейчас ей придется играть роль жены. И неважно, готова она к этому или нет.

  На мгновенье Джанин пожалела, что не одета в один из тех роскошных нарядов, которые купил ей Макс. Простенькое красное платье и черные босоножки на низких каблуках не совсем подходили для столкновения, которое вот-вот должно было произойти.

  Только несколько минут назад у нее было прекрасное настроение. После утомительного забега по магазинам они с Максом позавтракали в крошечном кафе рядом с пристанью. Джанин настояла на том, чтобы заказать рыбу. Этот завтрак примирил ее с жизнью и понравился куда больше, чем поход по дорогим бутикам.

  – Не называйте меня мэм, – сказала женщина хорошо поставленным голосом с сильным британским акцентом. – Мой помощник заказал номер заранее и уверил, что он будет роскошным.

  – Да, мэм... То есть я хотел сказать, мисс, – пробормотал молоденький клерк, заливаясь краской до самых корней волос. – Но вы прибыли слишком рано, и предложенный вам номер – это все, что у нас есть.

  – Я похожа не человека, который удовлетворится таким номером? – холеные, с французским маникюром пальцы женщины нетерпеливо забарабанили по стойке администратора.

  – Вот здорово, Макс! – прошептала Джанин. – Она настоящая душка.

  – Терпелива и неконфликтна, как всегда, – пробормотал Макс в ответ. Затем повернулся и посмотрел на Джанин: – Ты готова?

  – Думаю, готова, – ответила она, инстинктивно выдвигая подбородок вперед.

  – Великолепно. Тогда нужно начинать, иначе она перегрызет горло бедному молодому человеку.

  – Немедленно выселите людей из моего номера! – услышали они голос Элизабет, когда приблизились к стойке.

  Администратор все еще держался, но выглядел так, как будто желает оказаться подальше отсюда.

  – Мне действительно жаль, но это невозможно, мисс...

  – Миссис, – поправила она, – миссис Элизабет Страйвер.

  – Бывшая миссис Страйвер, – сдержанный голос Макса рассек напряженную атмосферу, подобно тому, как раскаленный нож режет кусок ледяного масла.

  Элизабет резко развернулась, на ее лице появилась широкая улыбка. Но эта улыбка не сделала взгляд голубых глаз теплее.

  – Макс! Ты решил лично встретить меня. Спасибо, дорогой. – Она скользнула глазами по Джанни и снова обратилась к Максу: – Макс, дорогой, этот человек отказывается дать мне номер.

  – Элизабет, – сказал Макс, – если нет подходящего номера, то тебе следует просто подождать.

  Она мило надула губки и игриво шлепнула его ладонью по груди.

  – Макс, не дразнись. Люди могут подумать, что тебе до меня и дела нет.

  – Они подумают правильно, – голос Макса сделался низким от сдерживаемого гнева. Джанин изумилась, почему женщина ничего не слышит, а если слышит, почему не хочет обращать внимания на эти слова.

  – Ну, – произнесла Элизабет, снова взглянув на Джанин и быстро отведя взгляд, как будто увидела что-то склизкое, – тут уж ничего не поделаешь. Я скажу вам, как мы поступим, – она повернулась к администратору и обворожительно улыбнулась. – Если мой номер не готов, я пока остановлюсь у мужа. Я хорошо знаю Макса и не сомневаюсь, что он живет в президентских апартаментах. Там найдется местечко и для меня.

  С мукой в глазах, как у подстреленного оленя, клерк перевел взгляд на Макса.

  – Нет, – Макс решительно покачал головой. Обратившись к клерку, он добавил: – Эта женщина – моя бывшая жена. Ни под каким видом она не должна иметь доступ в мои апартаменты. Понятно?

  – Макс, не говори так. Конечно, ты не хочешь обречь меня на жизнь в тесном, грязном номере, когда сам занимаешь такие огромные апартаменты.

  – У меня на самом деле нет места для тебя, – он демонстративно приобнял Джанин. – Мы с женой предпочитаем уединение.

  – С кем?!

  – С женой.

  Голубые глаза Элизабет с новым интересом уставились на Джанин. Та с трудом сохраняла вежливую улыбку на лице. Для этого ей пришлось собрать всю волю в кулак.

  Если бы взгляды могли убивать, то Джанин упала бы замертво перед стойкой администратора.

  – Жена? – повторила Элизабет. Джанин показалось, что вокруг выросли снежные сугробы. Да, следующие три недели обещают быть очень интересными...

  – Да, это моя жена. – Макс, не обращая внимания на раздражение Элизабет, сказал: – Джанин, дорогая, это Элизабет. Моя бывшая жена.

  – Очень рада.

  – О, – поморщилась ледяная блондинка, – не сомневаюсь в этом. – Она обернулась к Максу и проворковала: – Дорогой, я не знаю, в какие игры ты играешь, но это вовсе не забавно.

  – Но, – Джанин натянула на лицо фальшивую улыбку, – это не игра, Лиззи.

  – Элизабет!

  Джанин прижалась к Максу и обхватила его обеими руками.

  – Мы поженились только вчера. Это было та-ак романтично. Жаль, что вас там не было.

  – Мне тоже жаль, – пробормотала Элизабет. – Вчера, говорите? Вы сделали это как-то очень внезапно.

  – Макс просто покорил меня, правда, Макс? – Джанин невинно моргала, глядя на него, и с трудом удерживалась, чтобы не ответить на его улыбку.

  – Абсолютная, – подтвердил он и наградил ее быстрым поцелуем.

  – Я... рада за вас обоих, – с трудом проговорила Элизабет.

  – Правда? – спросила Джанин и вздохнула. – Мне действительно жаль, Лиззи, но нам с мужем необходимо немного вздремнуть. Макс просто измучил меня прошлой ночью.

  – Элизабет, – почти прорычала женщина.

  – Правильно. Извините. – Джанин пожала плечами и плотнее прижалась к Максу. Преданно глядя на него снизу вверх, она спросила: – Ну что, милый? Как тебе нравится идея пойти отдохнуть?

  – Очень нравится, любовь моя, – прошептал он, поглаживая ее по спине. Затем посмотрел на блондинку, которая, прищурившись, наблюдала за ними: – Элизабет, желаю тебе поскорее получить заказанный номер.

  Рука об руку они прошли к лифту в дальнем конце коридора. Когда они уже заворачивали за угол, Джанин бросила быстрый взгляд через плечо. Элизабет все еще наблюдала за ними. И она не выглядела счастливой.

  В этот момент Джанин поняла, что отработает каждое пенни из обещанных денег.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

  Макс молчал всю дорогу до номера. Раздражение, вызванное встречей с бывшей женой, то успокаивалось, то вскипало вновь.

  – Ты мог бы предупредить меня, что твоя бывшая жена – ведьма, – Джанин плюхнулась на мягкую, обитую красным бархатом софу и скрестила ноги.

  Макс, который в это время направлялся к бару, кинул на нее взгляд.

  – Если бы она была милой женщиной, как ты думаешь, я развелся бы с ней?

  Джанин приподняла брови.

  – Вспоминаешь ее капризы?

  Он нахмурился, налил себе неразбавленного скотча и выпил залпом, как необходимое лекарство. Затем со стуком поставил стаканчик на стойку и снова поглядел на нее.

  – Каждый раз она ухитряется испортить мне настроение.

  – Почему ты ей позволяешь?

  – Извини?

  Джанин пожала плечами, уперла руки в бока и сказала:

  – Она твоя бывшая жена, Макс. Почему тебя заботит то, что она говорит или думает?

  – Не заботит.

  Это действительно было так. Когда-то Элизабет полностью занимала его мысли. Он любил ее. И хотя те времена давно прошли, Макс обнаружил, что она все еще может больно задеть его. Посыпать рану солью.

  – Она, как заноза в пальце, не дает забыть о себе.

  – Почему ты женился на ней?

  Макс плеснул себе еще скотча. Затем принес замороженную бутылку шардоне, откупорил ее и налил Джанин полный бокал. Он знал, что ледяное белое вино нравится ей. Присев рядом, он принялся внимательно разглядывать янтарный напиток у себя в стакане.

  – По многим причинам. Прежде всего, потому, что наши семьи хотели этого брака.

  – То есть ваши родители поженили вас? – Джанин сделала осторожный глоток и покачала головой: – Бог ты мой! Я, конечно, знала, что ты из Британии, но не подозревала, что так серьезно соблюдаешь традиции.

  – Как говорит старая пословица, чем больше мы пытаемся изменить что-либо, тем дольше оно остается неизменным. Некоторые традиции в Англии очень живучи, – он откинулся на спинку софы. – Даже сегодня в определенных кругах при заключении брака прежде всего учитывается происхождение невесты и жениха, а не любовь.

  – Какой кошмар!

  – Полностью согласен, – он скользнул по ней взглядом и криво улыбнулся.

  – Тогда почему бы Элизабет не найти другой объект для заключения подобного брака? Почему она так хочет вернуть тебя назад?

  Макс поднял голову.

  – Так же как и я, Элизабет не любит терять то, что ей принадлежит. Когда я настоял на разводе, ее гордость была уязвлена.

  Согревая бокал в ладонях, Джанин рассматривала Макса.

  – И ты действительно думаешь, что такая женщина прекратит осаждать бывшего мужа только потому, что он нашел новую жену?

  – Да, – Макс вскочил с софы и, сунув руки в карманы джинсов, пошел на террасу, – потому что я планирую демонстрировать ей тебя при каждом удобном случае.

  – Мне удивительно повезло.

  Он повернул голову и уставился на Джанин пылающим взглядом.

  – Если помнишь, ты согласилась на эту сделку.

  Она примирительно выставила ладонь.

  – Я знаю, что согласилась. И не пытаюсь уйти в сторону.

  – Хорошо, – Макс смотрел на океан. Вечерело, и раскаленный шар солнца плавно погружался в прохладные воды. Его прощальные лучи раскрасили небо золотыми и алыми полосами. Облака льнули к горизонту и казались каравеллами, идущими под полными парусами. Макс смотрел на первые, еще совсем бледные звезды и заставлял себя успокоиться. – Мы вместе дойдем до конца, и Элизабет станет для меня лишь неприятным воспоминанием.

  Позади послышался вздох, и Максу стало почти интересно, о чем Джанин думает. Впрочем, он и так прекрасно знал, о чем. Она сожалеет, что ввязалась в это дело. Он знал также, что сожаления бесполезны. Он не освободит ее от выполнения задачи.

  Повернувшись спиной к потрясающему закату, Макс посмотрел на Джанин.

  – В течение последующих трех недель ты будешь моей женой. Это означает, что все время ты будешь вести себя соответствующим образом, – он подошел поближе к ней, – больше никаких вечеров с подругами и танцев в клубе, если меня нет рядом.

  – Так, подожди минутку, – она отставила бокал на ближайший стол и поднялась. – Я согласилась на сделку, но...

  – Никаких «но», – прервал он ее и допил остатки скотча. – Ты больше не являешься обычной женщиной на отдыхе. Теперь ты моя жена и будешь делать то, что я скажу.

  Она окинула его взглядом с ног до головы и сложила руки на груди.

  – Знаешь, Макс? Если ты вел себя так же с Элизабет, я удивляюсь, почему она хочет вернуть тебя обратно.

  Он протянул руку и привлек Джанин к себе. Затем коснулся ее губ поцелуем. Поцелуй длился и длился, и девушка почувствовала, как кружится голова и слабеют ноги. Оторвавшись на мгновение от ее губ, он приподнял бровь.

  – Ты до сих пор этому удивляешься?

  – Я знала, что еще пожалею, когда влезала в это дело, – сказала Джанин на следующее утро. – Черт возьми! Как же мне хочется убить его!

  – Милая, – Дебби была спокойна, – рано или поздно каждая из нас приходит к мысли, что ей хочется убить мужчину, который волею судеб находится рядом с ней.

  – Да, но посмотри на меня! – Джанин резко повернулась, чтобы продемонстрировать подруге шелковое фиолетовое платье с элегантным разрезом. Ее шею обвивало бриллиантовое ожерелье. Бриллианты сверкали и в ушах. Косметика была безупречна. И даже вечно встрепанные волосы Джанин улеглись аккуратными локонами. – Он превратил меня в кого-то, кем я не являюсь. Это не я. Этот дурацкий шелк, дорогая косметика, бриллианты...

  – Бедняжка... Приходится носить элегантные платья и украшать себя бриллиантами. Да Страйвера нужно расстрелять за это!

  – Очень смешно. – Джанин даже не улыбнулась. – Конечно, меня не приковывают цепью к стене. Но, Дебби, ты же знаешь, как я все это ненавижу. Я люблю джинсы и свободные рубашки. Я не ношу бриллианты. Да у меня их и не было никогда.

  – Теперь есть, – показала Дебби на украшения. В ее голосе послышалась легкая нотка зависти.

  – Никогда! Я не оставлю все эти вещи у себя, – Джанин отломила кусок горячего хлеба и отправила его в рот. – Мне не нужны его чертовы драгоценности. И дурацкие платья. Куда я их надену, когда вернусь домой? Ты можешь представить меня стоящей посреди цветочного магазина в этой одежде?

  – Если тебе все так не нравится, отдай вещи назад, – предложила Дебби. – Но я все равно не понимаю, почему ты расстраиваешься. Большинство женщин были бы только рады, что мужчина тратит на них деньги.

  Нахмурившись, Джанин допила остатки коктейля и поставила бокал.

  – Макс ожидает, что я с радостью ухвачусь за эти вещи. Меня раздражает такое отношение. Он считает, что купил меня полностью – только потому, что я заключила с ним эту дурацкую сделку.

  – Он просто не знает тебя, – Дебби похлопала подругу по руке.

  Джанин действительно никогда не питала интереса к деньгам. Дебби не понимала этого. Для Джанин было достаточно иметь дом и возиться в магазине с цветами, которые она очень любила. А больше ей ничего и не надо было.

  Дебби относилась к деньгам не в пример серьезнее. Ей нравилось знать, что они у нее есть.

  Они были ее страховочной сеткой на черный день. Дебби упорно трудилась для процветания своего бюро путешествий и бережливо откладывала каждый цент. Это помогало ей хотя бы на время избавиться от страха перед нищетой, который постоянно жил в ее душе. Кейтлин и Джанин подтрунивали над подругой, но они никогда не испытывали ужаса настоящей бедности. Никогда не ложились спать голодными и не ломали голову, где будут спать следующую ночь.

  Дебби же прошла через все это.

  – Макс не знает тебя, только и всего, – повторила Дебби. – Если все так плохо, – быстро проговорила она, – уходи, сбеги. Он не сможет остановить тебя.

  – Это ты так думаешь. – Джанин откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. – Он все равно найдет меня. И, кроме всего прочего, я сама не могу уйти, и ты прекрасно знаешь – почему.

  – Деньги.

  – Точно. Я не могу потерять свой дом, Деб. Он мне слишком тяжело достался. Поэтому я останусь с Максом и сыграю роль. Мне просто надо поплакаться тебе в жилетку.

  – Понятно.

  Джанин вздохнула, посмотрела на бассейн внизу и покачала головой.

  – Я чувствую себя актрисой в пьесе, сценарий которой меняется по ходу действия.

  – Что ты имеешь в виду?

  Она села прямо, положила руки на стол и нахмурилась.

  – Прошлой ночью Его Величество проинформировали меня, что я больше не буду встречаться с подругами по вечерам. Или ходить на танцы. Я его жена и должна поступать так, как он скажет.

  Дебби поморщилась и поскорее отпила коктейля, принесенного симпатичным официантом.

  – Он хотя бы хорош в постели?

  – О да...

  – Тогда считай все остальное просто неприятным приложением.

  – Я никогда не рассматривала ситуацию с такой точки зрения, – Джанин вздохнула и решительно воткнула вилку в стоящий перед ней салат. – Я чувствую себя виноватой.

  – Господи, почему?

  – Из-за тебя, – ответила Джанин. – Кейт уехала в Португалию с Лайоном, я прикована наручниками к своему британскому тюремщику, а ты предоставлена самой себе. – Она отложила вилку. – Поездка была предназначена только для нас, только для троих. Чтобы мы расслабились здесь и как следует повеселились. Но все пошло не так, как мы планировали. Все смешалось, как в этой «Маргарите», – Джанин взяла бокал с коктейлем и взболтнула его. – Жизнь готовит нам свои коктейли, те, которые мы не заказываем.

  Дебби вздохнула. Конечно, ей не хватало подруг, но нельзя сказать, что она скучала. Да это и невозможно на таком шикарном курорте, как Фэнтезис.

  – Послушай, Кейт вернется через одну-две недели. Если повезет, бывшая жена Макса быстро устанет оттого, что на нее не обращают внимания, и уедет. Мы сможем вернуться к нашим развлечениям.

  – Ты думаешь? – с надеждой протянула Джанин.

  – Почему нет? Вот ты бы осталась, если бы бывший муж постоянно мелькал у тебя перед глазами с новой женой?

  – Нет, конечно.

  – Итак, – Дебби пододвинула Джанин коктейль и подняла бокал, приготовившись сказать тост. – Выпьем же за то, чтобы Королева Ведьм поскорее уехала и мы смогли спокойно насладиться оставшимся отпуском.

  Пожав плечами, Джанин согласилась. Их бокалы соприкоснулись, издав чистый хрустальный звон. Подруги сделали по большому торжественному глотку. Поставив бокал, Джанин сказала:

  – Ты права. Если я хорошо отыграю свою роль, то, возможно, Элизабет уберется раньше.

  – Мне нравится такой настрой, – обрадовалась Дебби, видя, как вновь заискрились глаза подруги.

  Джанин с аппетитом съела завтрак и начала болтать. Она описала подруге президентские апартаменты, рассказала о горах одежды и драгоценностях, которыми завалил ее Макс.

  Жизнь налаживалась.

  Три вечера спустя живой оркестр на сцене наигрывал блюз. Музыка волшебным облаком висела над людьми, собравшимися в клубе Фэнтезиса. Мерцали бокалы, блестел полированный дуб столиков, окружавших танцпол, который радужно переливался в свете многочисленных ламп. Свечи на столах создавали уютную атмосферу.

  Звенели бокалы. Журчал смех. Сливаясь с мелодией оркестра, плыли в воздухе звуки разговоров.

  Джанин заправила выбившийся из прически локон за ухо. Рука наткнулась на бриллиантовую серьгу.

  Я никогда к этому не привыкну, подумала она. Ни к шикарности обстановки, ни ко лжи...

  – Миссис Страйвер?

  Она подпрыгнула на стуле, но это был всего лишь официант, который уже половину вечера дежурил около ее столика. Джанин улыбнулась.

  – Да. Извините. Что вы хотели?

  – У меня для вас послание от вашего мужа, – он протянул ей сложенный листок бумаги.

  – Как таинственно, – пробормотала Джанин и развернула записку.

  «Нужно сделать звонок. Скоро буду. М.».

  – Коротко и ясно, – Джанин отложила листок. Она уже подумала убрать его в элегантную вечернюю сумочку, как чья-то рука схватила листок со стола.

  – О, любовная переписка, – промурлыкала Элизабет и скользнула за столик. – Интересно, о чем пишет новобрачный?

  – Отдай, Лиззи! – Джанин попыталась схватить листок, но Элизабет ловко увернулась.

  Она прочитала записку, посмотрела на Джанин и улыбнулась. Улыбку нельзя было назвать доброжелательной.

  – Какая страсть! Удивляюсь, как выдержала бумага.

  – Смешно.

  – Нет, дорогая. На самом деле это грустно. – Элизабет пальцем поманила официанта и коротко приказала: – Охлажденную водку. Лучшую, что у вас есть.

  Джанин усмехнулась.

  – Пожалуйста, присаживайся. Чувствуй себя как дома.

  – Конечно, – прошуршав шелковым платьем, Элизабет уселась. – Ты знаешь, что нам нужно поговорить. Мы можем стать друзьями.

  – Правда? – с сомнением протянула Джанин.

  – У нас так много общего.

  – Например? – И где этого официанта черти носят?

  – Макс, конечно!

  – Мы не делим Макса, Лиззи, – Джанин пронзила женщину взглядом. – Он принадлежит мне. Ты здесь ни при чем.

  Один – ноль в мою пользу, подумала она, наслаждаясь яростью, которая вспыхнула в глазах Элизабет. Последние три дня бывшая жена Макса буквально преследовала их. Она использовала любую возможность, чтобы оказаться рядом с Максом и оттереть Джанин в сторону.

  Правда, ей это удавалось редко.

  – Макс принадлежит мне, – произнесла Элизабет сквозь стиснутые зубы. – То, что он твой, еще нужно доказать.

  Джанин протянула ей левую руку. Толстое золотое кольцо ярко вспыхнуло в свете свечи.

  – Вот доказательство.

  Конечно, кольцо тоже лгало, но Лиззи совсем не обязательно было об этом знать.

  Элизабет презрительно фыркнула:

  – Такая безвкусица говорит мне о временности отношений.

  – Безвкусица? – Джанин посмотрела на женщину, потом на кольцо, а затем снова на блондинку, сидящую напротив. – Оно не безвкусное, а очень красивое.

  – А если ты присмотришься, то почти увидишь крошечные бриллиантики, – Элизабет уже не скрывала насмешки. – В кольцо, которое Макс купил мне, был вставлен желтый бриллиант в пять карат. Вот это – настоящее кольцо!