Текст книги "Любовный смайлик (СИ)"

Автор книги: Мира Форст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

ГЛАВА 9. МИРА

– Ну и скорости у вас, Игорь Владимирович, – ищу на лице босса признаки того, что шутит, и не нахожу. Он смотрит на меня… Как? С ожиданием что ли. Чего придумал, провел со мной две ночи и сразу – переезжай.

– Кошечкина, еще раз услышу от тебя – Владимирович, твоя задница познакомится с моим ремнем, – вроде грозится Игорь, но обнимает бережно. Ощущаю, что простынь подо мной сбита, и краем глаза подмечаю, одна подушка валяется на полу. Да уж… ночка была бурной, а я совсем бессовестной, вот что значит попасть в руки к нужному мужчине, мой прежний опыт кажется теперь совсем смехотворным.

– Так ты еще и абьюзер? – на самом деле не могу быть я уверена, что так не может быть на самом деле. Все как раз указывает на то, что вполне может быть. Тиран на работе, отсутствие жены, желание держать меня где-то в своей берлоге. А вдруг он станет меня наручниками к батарее приковывать? Или плеткой оглаживать?

– Мира, ты чего, испугалась меня? – видимо что-то такое отразилось в моем взгляде, отчего Игорь догадался о ходе моих мыслей.

– Я не хочу с тобой жить, Игорь, – говорю честно. – Я еще не оправилась от предыдущих отношений, а ты меня пытаешься в новые втянуть.

– Врушка какая, – обрисовывает он подушечкой большого пальца контур моих губ. – Сама же говорила, что не переживаешь.

– Не переживаю. Но это не означает, что расставание с Сережей прошло для меня безболезненно. Кому приятно, когда тебя бросают, потому что ты не соответствуешь каким-то там стандартам?

– Кошечкина, ты всем стандартам соответствуешь, – смотрит Игорь на растрепанную меня, уперевшись локтем в нашу общую подушку. – Твой бывший просто кретин. Но, если ты из-за его слов комплексуешь, хочешь, должность на фирме тебе сделаю выше, чем у него? Кто он там? Генеральный директор? Тогда ты будешь президентом фирмы.

– Нет. Он всего лишь начальник аналитического отдела, – смеюсь я над шуткой Игоря.

– Тоже мне шишка…, – фыркает Добровольский. – У нас даже и отдела такого нет. Так что, повысить тебя?

– Тогда на фирме все начнут сплетничать, что я получила должность через твою постель, – не хотела я никаких повышений, никогда не была амбициозной.

– Ну…, – задумчиво глядит он на меня. – Если сменишь фамилию на Добровольскую, сплетня потеряет свою пикантность.

Я вдруг по-настоящему пугаюсь. Шеф измывался надо мной на работе и, похоже, ему так понравилось, что он решил и свое личное время занять мною. Вдруг он псих? Или маньяк?

– Игорь, скоро время завтрака закончится, – выбираюсь из его пут и сбегаю в душевую кабинку, где беспорядок не меньший, чем в спальне, так как тут мы с Добровольским тоже предавались страсти. Страсть… И почему между нами так искрит? Во мне все пульсирует от одних лишь воспоминаний, а уж когда он дотрагивается до меня или целует… вообще горю.

Я не знаю, что делать и как себя вести с Игорем. Вдруг он и правда расставляет сети, из которых мне будет не так-то легко выбраться? Ничего лучшего в голову не приходит, как исчезнуть из поля его зрения навсегда. Сегодня после обеда наше пребывание в «Золотой Иволге» заканчивается. Вызову такси и уеду, а потом напишу заявление на увольнение. Ночники не верну, они мне очень нравятся. Станут напоминать мне о тех ночах, которые теперь и не забыть никогда.

Приняв решение, на душе и сердце становится легко, страхи улетучиваются, и я улыбаюсь Игорю. Он ждет меня, чтобы вместе пойти в ресторан. Лучше бы уже сейчас начать дистанцироваться от него, но не хочу вызывать подозрений, потому выгляжу послушной. Не сомневаюсь, все мои коллеги давно позавтракали и теперь пытаются наверстать пробелы в развлечениях, предлагаемых курортом, есть шанс на то, что нас никто не увидит. Да даже, если и увидит…, скоро я напишу заявление на увольнение, и мое участие в жизни фирмы станет историей.

Игорь предупредителен со мной и любезен. В гардеробе помогает снять пальто, в ресторане сам составляет на поднос выбранные мною блюда, отодвигает стул для меня. Если уж быть честной, мне ни с одним мужчиной еще не было настолько комфортно, как с ним. С ним даже молчать комфортно. Сережа все время о себе говорил и своих заслугах. А Игорь молчит больше, но при этом чутко реагирует на любые мои пожелания. Подарок опять же… Когда он только успел купить ночники? Сережа на восьмое марта подарил мне фитнес-браслет, который до сих пор лежит дома в нераспакованной коробке, а на день рождения – чехлы на кресла для машины.

– Чем хочешь заняться до отъезда? – поинтересовался Игорь, когда мы поели.

– На канатной дороге пойду покатаюсь.

– Вместе пойдем, – не собирался оставлять он меня одну.

И вообще не оставлял, будто чувствовал, что сбежать собираюсь. А мне, с каждой дополнительной минутой с ним проведенной, все труднее оторваться от него было. Я будто сама к нему приклеивалась, примагничивалась, шаг в сторону – и уже дышать тяжело без него. Подобная зависимость от шефа-тирана могла сказаться самым плачевным образом на моей психике. Ну не верила я, что Добровольский вот так взял и влюбился в меня. Определенно – абьюзер, нашедший себе жертву.

Случай убежать представился, когда я уже и отчаялась отделаться от Игоря Владимировича. В «Иволгу» приехал старший брат Мирона Бестужева, и, как я поняла, хороший друг самого Добровольского и хозяина «Иволги». Они все поднялись на второй этаж коттеджа к Захару Дмитриевичу, чем я и воспользовалась. Застегнула пуховик, влезла в теплые ботинки, подхватила свою дорожную сумку и побежала к шлагбауму, на ходу вызывая такси через мобильное приложение.

Не учла я только, что нахожусь в лесу, а не в городе. Такси тут за пять минут не подают. Вместо машины с шашечками возле меня притормозил белый Subaru Добровольского.

– Садись, Мира, – вышел Игорь на мороз, забрал мою сумку и открыл пассажирскую дверцу. Выглядит подозрительно спокойным.

Может, закричать? Тут ведь пост охраны. Я так и собралась сделать, да увидела Лялину с Коленькой. За ними приехал зять бухгалтерши на темно-бордовом внедорожнике. Евгения Павловна помахала мне рукой, что стало моей страховкой.

– Если со мной чего-нибудь случится, Лялина видела, как я села в твою машину, – залезла я на пассажирское кресло Subaru.

ГЛАВА 10. ИГОРЬ

– Что с тобой может случиться, Кошечкина? – захлопнул дверь со своей стороны и выкрутил руль, выезжая с территории «Золотой Иволги». – Я не гонщик, на дороге не лихачу, скорость редко превышаю. Машина надежная. В такси с незнакомым водителем у тебя гораздо больше шансов попасть в аварию, чем со мной.

Во мне боролись два желания – наорать на Миру и поцеловать ее. Вот зачем она сбежала? Чего испугалась? Ну согласен, я немного тороплюсь, хочу всего и сразу. Но разве это плохо, когда мужчина даже на брак готов ради любимой женщины? И потом, вижу ведь – тянется она ко мне, привыкать стала, а ласковая какая… И разве я не выгодная партия? И жильем, и деньгами с ней поделюсь. Куплю все, чего пожелает. Не маньяк, не извращенец, просто влюбленный мужчина.

– Я не про аварии говорю, – как-то сдавленно произнесла девочка.

Кинул на нее беглый взгляд. Моя малышка явно нервничает, губы кусает, варежки в руках мнет.

– А что тогда? – вдруг боюсь услышать от нее категоричный отказ. Неужели так не нравлюсь ей? Не может быть. Две ночи страстные и ненасытные тому подтверждение.

– Вы, Игорь Вла…, ты, Игорь, – поправилась она. – Ты третируешь меня на работе, я не хочу, чтобы и после работы надо мной измывались.

Ее слова ударили посильнее любого кулака. Третировал… Измывался…

– Больше не буду третировать, – погладил ее беспокойно ерзающие пальчики. – Обещаю. Хочешь, вообще приходи на работу и не работай вовсе.

– Так я могу и дома сидеть и не работать вовсе, – наконец-то появилась улыбка на ее губах.

– Тогда кем я стану в офисе любоваться, Кошечкина? Так не пойдет. Дома осядешь, когда по декретному отпуску будет положено.

– Ты уже и мой декрет распланировал? – распознал я нотку ужаса в ее голосе.

– Мира, ты что, против детей в семье? – в мои планы входило трое, не меньше. Прежде я не особо задумывался о наследниках, но теперь точно знаю, кто должен стать матерью маленьких Добровольских.

– Совсем не против, – успокоила она меня и тут же напрягла. – Но сама я еще не готова стать матерью.

– Тебе двадцать шесть, милая, – напомнил я.

– А тебе тридцать четыре, – парировала она.

– Самое время стать родителями, – не собирался отступать, пусть свыкнется с этой мыслью. – Но я кое-что придумал до твоего декрета.

– Мне даже страшно спрашивать, что же это, – с сарказмом произнесла лапочка.

– Тебе понравится, – парил я рядом с этой девчонкой в облаках. – Сделаю тебя начальницей над Ореховой и Лузиной. Сама же говорила, они обленились. Будешь делегировать им задачи и гонять по объектам. Тебе останется лишь отчеты писать. Каждый час приходи ко мне в кабинет с отчетом.

– Игорь, – засмеялась она, и ее хрустальный смех отразился теплом в груди. Я не хотел, чтобы она печалилась или боялась меня. Хотел, чтобы доверяла и любила. И, чтобы всегда вот так весело смеялась. – Твое предложение командовать над Ореховой с Лузиной мне нравится, – она сказала, а я мысленно уже составил приказ о назначении Кошечкиной на должность начальника маркетингового отдела. – Но ты пообещал не третировать меня, а теперь говоришь, что я должна стряпать отчеты каждый час. Это еще хуже, чем по объектам мотаться.

– Согласен. Переборщил, – сбросил скорость, так как не представлялось возможным объехать трактор. – Пусть будет один отчет в день, который ты составляй весь день в моем кабинете. Я распоряжусь, чтобы поставили ко мне дополнительные стол и компьютер.

– Игорь, в таком случае ты будешь меня отвлекать, – вновь закусила малышка губу, но на этот раз не от страха, а от того тягучего, что повисло между нами в воздухе закрытого автомобильного салона.

– Конечно, буду. Уже представляю, как буду отвлекать тебя, кошечка, – пользуясь тем, что машины еле ползут по трассе из-за начавшегося снегопада, притянул Миру к себе, поцеловал в висок.

– Лучше уж я дома стану сидеть, чем запертой в твоем кабинете, – проворчала девчонка.

– Хорошо, – готов был на любой ее каприз, но на моих условиях. – Сиди дома, только не у себя, а у меня. Чтоб я приходил с работы уставший, а ты меня встречала. Желательно, голой.

– Игорь, – покачала она головой. – Я не могу вот так взять и начать жить с мужчиной, пока достаточно не узнаю его.

– Ладно, – выдохнул нехотя. – Повстречаемся какое-то время, раз тебе так хочется. Неделя тебя устроит?

– Неделя?! – вновь звонко рассмеялась она. – С ума сошел?

Сошел, из-за нее и сошел, – поглядел искоса на строптивицу. Уточнил:

– А сколько надо, Мира, чтобы ты достаточно узнала меня?

– А ты разве не хочешь сам узнать меня получше? – задала она встречный вопрос, оставив гадать, когда смогу перевезти ее к себе.

– Я итак уже все знаю, Кошечкина, что мне нужно. Сердце само тебя выбрало, – практически признался ей в любви. – Так что, Мира? Сколько? Две недели? Месяц?

– Три месяца, – после недолгой паузы обозначила она. – И мы будем встречаться втайне от твоих подчиненных.

– Но я не хочу ни от кого тебя прятать.

– Игорь…, – предупреждающе начала она.

– Так и быть. Уломала. Втайне – звучит очень даже горячо и порочно. Но раз я иду на уступки тебе, ты тоже должна уступить мне.

– В чем? – настороженно спросила Мира.

– Два месяца и ни днем больше.

Она кивнула, а я порадовался своей маленькой победе.

– Игорь, мы в Москву въехали, – встрепенулась моя дива. – Я же тебе своего адреса не называла. Ты куда меня везешь?

– Опять не доверяешь, Кошечкина, – свернул на нужную улицу. – Я в твоей анкете, что в отделе кадров лежит, адреском давно разжился. Одна живешь?

– С мамой, – расслабилась Мира, поняв, что я все-таки домой ее везу, а не в неизвестность.

– Показывай, где машина твоя, – въехали мы во двор башни-девятиэтажки.

– Зачем? – как обычно в чем-то подозревала она меня.

– Аккумулятор заберу. Подзаряжу в гараже и поставлю потом на место.

Машинка у Миры малолитражка. Внешне красный Пежо смотрелся вполне симпатично, но износ у него был уже приличным. Интересно, если я прямо завтра ей новую машину подарю, примет?

Снял разрядившийся аккумулятор, оставил его в Subaru, достал из багажника сумку девочки и пошел вместе с ней к подъезду.

– Игорь, а ты куда? – попыталась она отнять у меня свой багаж.

– Как куда? – свысока своего роста взглянул на нее. – Знакомиться с мамой.

ГЛАВА 11. МИРА

В ушах звенит паникой. Что значит с мамой знакомиться? Мама, у меня, конечно, расчудесная женщина, мы, можно сказать, лучшие подруги с ней. Но, как я ей Игоря представлю?

Мама, познакомься, это тот самый мой начальник-тиран, о котором я тебе говорила. И так получилось, что мы теперь спим вместе. Мрак .

Как бы от него избавиться? – кошусь на Добровольского. Он весь такой уверенный и невозмутимый. На одном плече моя сумка, вторым меня к стенке в кабинке лифта поджимает. Его мягкое дыхание касается моей кожи, пальцы гладят шею, забираясь под вязаный шарф. Реагирую мгновенно, теряя разум, если он у меня вообще имеется. Разве могла разумная девушка связаться с Добровольским?

– Игорь, хватит ко мне клеиться, – пищу я. – Отстань уже.

– Ни за что, Кошечкина, – касается моих губ своими. – Прислала любовный смайлик шефу, вот теперь и отвечай за свои поступки.

– По ошибке ведь, – напоминаю, тая от сногсшибательной мужской энергетики.

– Ничего не бывает просто так, милая, – оглаживает он меня серым взглядом. – Подсознательно ты мне хотела тот смайлик отправить.

– А вот и неправда, – начинаю возмущаться, но босс затыкает мне рот горячим поцелуем.

Двери лифта разъезжаются в противоположные стороны на девятом этаже. Может, Игорь сейчас выйдет, а я вниз поеду? Ничего не выходит. Меня берут под руку и выталкивают на лестничную площадку.

Успела увидеть свое отражение в зеркале, что привешено к одной из стенок лифта. Боже… Шапка съехала, волосы растрепаны, щеки пылают, губы припухли, на шее виднеется засос. Как я маме-то в таком виде покажусь? А вдруг ее нет дома? – брезжит в сознании приятная мысль. Точно. Почему нет? Могла к соседке уйти, в магазин или вообще к бабуле поехать.

Окрыленная тем, что маму мы не застанем, и Игорь Владимирович наконец укатит с аккумулятором от моего Пежо, я уверенно проворачиваю ключ в дверном замке.

Ни с чем не сравнимый запах свежей выпечки отправляет мои надежды куда подальше. Естественно…, мама ведь знала, когда я вернусь, готовит вкусненького к приезду дочки.

Захлопнуть дверь перед носом Добровольского нет никакой возможности, как и закрыть собою его важную фигуру.

– Мирочка. Вернулась, – выглядывает в тесную прихожую мама.

Ее добрый взгляд ожидаемо останавливается на моем спутнике.

– Мама, это мой начальник, – выдало горло нервной хрипотцы. – Игорь Владимирович. Он подвез меня, чтобы мне на такси тратиться не пришлось. И сумку… вот… помог поднять, – само собой нашлось объяснение. Почти и не наврала даже.

– Светлана Михайловна, – представляется мама и неожиданно кокетливым жестом поправляет свою прическу. А я подмечаю, она вообще как-то слишком уж нарядилась. Не халат, а платье, не тапки, а туфли. Все-таки собралась куда?

– Рад знакомству, – отодвигает меня наглец Добровольский в сторону и целует ручки моей маме. – Зовите меня по-простому – Игорь.

– Хорошо, Игорь, – улыбается ему мама. – Хорошо, что вы поднялись. У меня как раз пироги готовы.

– Мама, Игорю Владимировичу уже пора, – пытаюсь не допустить проникновения шефа на нашу территорию.

– Вовсе нет, – уже снимает он обувь.

– Ты же обедал два часа назад, – шиплю, не давая расстегнуть ему молнию на куртке.

– Опять проголодался, – аккуратно отделяет он мои пальцы от молнии.

Ловлю на себе заинтересованный взгляд мамы. Не сколько на себе, сколько на мужских руках, обхвативших мои ладони.

Мне ужасно неловко, но приходится снимать верхнюю одежду, мыть руки и идти на кухню, где Игорь и мама уже болтают так, будто познакомились десять лет назад, а не только что. Самое интересное, они оба меня игнорят, и до меня не сразу доходит, о чем они говорят. А как доходит, давлюсь вкуснейшим пирожком с брусникой.

– У меня серьезные намерения в отношении Миры. Будьте уверены, Светлана Михайловна, – беспечно лопает Игорь мамину выпечку. – Я готов хоть сегодня в загс ее вести, но она пока сопротивляется. Считает, нам следует пожить немножко вместе, чтобы получше узнать друг друга. Вы ведь разрешите, если я ее увезу? Обещаю, буду заботиться и всем обеспечу.

Таращусь на Добровольского, готовая его придушить. Но больше всего в этой ситуации меня удивляет собственная родительница.

– Игорь, я так рада, что рядом с моей дочерью появился достойный мужчина. Конечно, я не возражаю, если Мира переедет к вам.

Чего? – собираюсь вмешаться, да останавливает трель дверного звонка.

– Это, наверное, Олежек, – подхватывается бежать мама. – Сейчас я вас познакомлю.

Олежек? Это еще кто? Ладно, с ним сейчас познакомят, а пока разберусь с одним негодяем.

– Добровольский, ты что с моей мамой сделал? Гипноз применил? Мы же договорились, – начинаю взывать к его совести. – Два месяца тайно встречаемся, дальше будет видно. А ты расселся тут и нагло врешь. Не собираюсь я с тобой жить.

– Кошечкина, у меня квартира двухуровневая, – гладит он меня в интимном местечке прямо через джинсовую ткань, мешая соображать. – Ты на одном поселишься, я на другом. Так что, считай, и не вместе вовсе. А по поводу тайно встречаться, все в силе. Будем на работе делать вид, что не встречаемся.

Не успеваю ответить достойно. Мама возвращается, держа под руку импозантного усатого мужчину. Она так светится, что мне становится очевидно, от меня кое-чего, а, вернее, кое-кого скрывали.

– Вот, Олег, познакомься, – прямо помолодела мама рядом со своим гостем. – Моя дочь Мира и ее будущий муж Игорь. Они решили жить вместе, и Мирочка сегодня переезжает к нему, теперь и ты можешь перебраться ко мне, хватит тебе уже по съемным квартирам мыкаться. Прости, Мира, раньше тебе не рассказывала. Но теперь вижу, ты счастлива, а, значит, и я могу своим счастьем поделиться.

У меня голова кругом. В подобном сюре мне еще не доводилось участвовать.

– Кошечка, собирайся, – ласково смотрит на меня Игорь. – Бери только самое необходимое. Остальное все купим.

Ну и что делать? Мама выглядит такой счастливой…

Плетусь в свою комнату. Двухуровневая квартира… Звучит вроде неплохо. Хотя, двухкомнатный номер в «Золотой Иволге» тоже поначалу безопасным казался.

Мама заходит за мной следом, обнимает меня.

– Мира, я так за тебя рада. Так мне не нравился твой Решетов. А Игорь просто мечта жениха любой матери для своей дочери.

– Мам, ты же его первый раз сегодня увидела, – начала я доставать из шкафа самое необходимое. – Как можешь выводы делать? И вообще, почему ты меня с такой легкостью с ним отпускаешь?

– Станешь мамой дочки, тогда и поймешь, – загадочно объясняет она. – Таких мужчин, как твой Игорь, нельзя упускать, дорогая. Представь, что ты боишься не успеть на важную для тебя распродажу. Так и тут, не успеешь, останешься без мужа.

ГЛАВА 12. ИГОРЬ

Я честно собирался выполнить условия нашей сделки с Мирой. Но как представил, что два месяца порознь, в груди прямо ныть начинало. Так я на эту девочку подсел, как заядлый филателист на редкие марки. И у Кошечкиной оказалась такая суперская мама, сразу скумекала, что я жених выгодный, быстро строптивую дочурку спровадила, попутно и свое счастье устроила. Вот это мне с тещей подфартило. Да и со всей ситуацией в целом.

Довольный собой и тем, что увожу невесту в свою берлогу, не сразу сориентировался, невеста-то моя сидит тихо на пассажирском креслице, словно мышка, а потом вдруг всхлипывать принялась.

– Мира, ты чего? – завернул в первый же парковочный карман, остановил Subaru. – Почему плачешь? Ко мне ехать не хочешь?

– Хочу, наверное, – неуверенно произносит она, глотая слезы.

– Тогда, что не так? – приводит в восторг меня ее ответ. Пусть и «наверное», но ведь первое-то слово – хочу.

– Всё не так, Игорь, – смахивает Мира слезинку с ресниц. – Всего-то за пару дней я перестала участвовать в собственной жизни. За меня все всё решают, да так ловко, что я даже и предпринять ничего не успеваю. Ладно, ты… С тобой все понятно – тиран и диктатор. Но моя мама? Я в глубоком шоке от ее поведения.

– Твоя мама просто мудрая женщина, кошечка, – взял ее руку в свою, переплел наши пальцы. – А я, поверь, не всегда тиран и диктатор. И для тебя на все готов, кроме того, чтобы вдали больше суток находиться.

– Но ты сдержишь свое обещание, что на работе о нас знать не будут? Или опять фарс устроишь?

– А если устрою, сильно обидишься? – дразнил свою голубоглазку.

– Я тогда уволюсь, Игорь. Понятно тебе? – пригрозила лапочка.

– Это серьезный аргумент, начальник маркетингового отдела, – любовался я ею. Ну до чего же ладная девочка.

– Ты меня уже повысил? – неожиданно погладила она мою ладонь. Вот за это у меня с нее крышу и сносит, за ласковость ее неприкрытую, естественность милую без всякого жеманства и даже кокетства.

– В первый рабочий день распоряжусь. Лидия приказ составит, – притянул девчонку к себе за плечи, поцеловал, ее губы с готовностью подстраиваются под мои. Совместимы мы с ней на все сто процентов, прямо половинка моя.

Когда отпускаю ее, слез на прелестной мордашке больше не видно, зато блуждает хитрющая улыбка.

– Ну? И чего мы там задумали? – играюсь ее волосами.

– Я готовить не умею. Так что не рассчитывай, будто кухарку заимел, – очаровательно вздергивает она носик.

– Что, совсем? – изумляюсь деланно, на самом деле вот вообще не парит, я и не собирался к плите ее припрягать, сам сготовить могу, если приспичит.

– Самое простое умею, – как обычно, не может Мира врать. Другая бы насочиняла, мол, и кастрюль-то в глаза не видела, а моя дорогая ни капли не сказочница. – Макароны сварить могу, картошку, рис, гречку, – перечисляет она. – Курицу в духовке сделать. А о пирогах вкусных, как у мамы, не мечтай.

– А я и не буду мечтать, – выруливаю обратно на трассу. – Теща меня угостит, когда в гости приду, еще и с собой завернет.

– Теща? – сдавленно пищит Мира. – У тебя есть теща? Ты что же, женат? – откровенно тупит она.

– Еще не женат, но скоро буду. На тебе, Кошечкина. Можешь уже примерять на себя мою фамилию. Твоя мама, кто для меня станет? Тещей. Вот к ней и буду на пироги в гости ходить.

Мира вдруг как завизжит, я едва по тормозам не ударил.

– Смирись уже, – понимаю, что она охреневает от своей беспомощности. – Ты моя. Ты со мной. Ты станешь моей женой. Мира Добровольская – красиво звучит.

– Я два месяца буду жить на втором уровне твоей квартиры, – упрямо выстраивает упрямица личные границы.

– Живи, – соглашаюсь беспечно, она ведь пока не в курсе, что именно там моя спальня.

– А когда они истекут, не факт, что мы поженимся, – держится кошечка за призрачные договоренности.

Конечно, не факт, – ухмыляюсь мысленно, – потому что мы поженимся гораздо раньше.

Подъезжаю к высотному с собственной придомовой территорией кондоминиуму . Задерживаюсь у поста охраны, представляю им Миру, номер ее машины вносят в список допущенных для въезда за шлагбаум.

– Пежо твой реанимирую, – говорю уже в лифте, нажимая на панели цифру пять. – Но будем покупать тебе новое авто, более надежное.

– Игорь, не пойму, – осматривается она в лифте, больше похожем на уютный холл в офисе, чем на подъемную кабину. – Ты так воспылал ко мне страстью? Или за этим что-то кроется?

Вновь недоверие и испуг в голосе. А я уж было решил, что мы это преодолели.

– Ничего не кроется, Мира, – трогаю ее волосы, снимаю с ее головы шапочку. – Просто я встретил свою женщину. Извини, если пугаю своими скоростями. По другому не умею.

– А ты…, – замялась девочка и быстро выпалила: – Ты не бьешь женщин? Не приковываешь наручниками к батарее? И вообще… всякие там бдсм-игры… Игорь, предупреждаю сразу, это не по моей части. Если ты только позволишь себе такое, я… я заявление в полицию напишу.

Так вот что ее беспокоит, – успокоился я, так как стала ясна причина ее страхов. Надо же… насочиняла себе бог весть чего.

– Я люблю тебя, Мира, – признался, когда двери лифта разъехались в стороны. – И никогда не причиню по отношению к тебе насилия. Это я могу тебе гарантировать.