Текст книги "Драконий призыв или злодейка поневоле (СИ)"

Автор книги: Мила Юстус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 21

Эминир

Стоило оказаться в комнате, как тут же бросился к кровати, на которой лежала Дилавия. Обычно белоснежное лицо приобрело насыщенно алый цвет. Ресницы нервно подрагивали, словно она крепко спала и видела кошмары. Из приоткрытых губ с сипением вырывался каждый вздох, до безумия пугая.

Но самым ужасающим являлось то, что от неё исходила могущественная бесконтрольная магия, медленно разрушая неподготовленное тело. Становилось ясно, что ещё немного и чуждая душа погибнет, так и не прожив долгую жизнь в новом для неё мире.

Нет, необходимо поскорее поглотить часть её энергии и охладить переполненное ею ядро. Как бы мне ни хотелось обойтись без дополнительных связей с Дилавией, кроме уже созданного договора, только выбора не оставалось. Либо я соединю наши силы и перетащу на себя значительную их часть, либо она умрёт у меня на глазах.

Торопливо склонился к ней, коснулся ладонью чуть ниже яремной впадины и скрипнул зубами от ярости. Магия в огромном объёме уже распространилась по телу, и собрать её не являлось возможным. Придётся частично опустошить ядро, расположенное на самом дне сердца, чтобы вырвавшиеся на свободу частицы магии вернулись в него.

Отбросил плед, оглядел платье и понял, что расшнуровать его займёт слишком много времени, которого и так нет. Страх за Дилу придал решимости и я попросту рванул лиф, оголяя девичью грудь. Красота невинного тела восхитила, но тревожащийся о ней разум не позволил пробудиться желанию.

Черпая магию чуждой души смешанной с изначальной силой герцогской дочери, с ужасом осознал, что её поразительно много. Такого могущества хватило бы не на одного, а на двадцать или тридцать драконов. Сердце в отчаянии застучало, болезненно отдаваясь в висках, мысли в беспокойстве спутались, дыхание перехватило.

Я безумно боялся потерять её.

Неожиданно чётко понял собственные чувства и едва не отдёрнул руку, лишь в последний миг сумел сосредоточиться и удержал ладонь на месте. Рассудок тем временем исступлённо работал, спешно ища выход из этой коварной ловушки. Он предлагал единственно верный вариант – поскорее обучить Дилавию магии, решить проблему с проклятием и больше не вмешиваться в её жизнь.

– Да, стоит вести себя так, словно мы незнакомы, обычная студентка, коих в моей академии великое множество, – поспешно кивнул и вдруг на нежном лице возникла восторженная улыбка, вынуждая сердце на мгновение замереть, а после – пуститься вскачь.

Длинные ресницы дрогнули и поднялись, демонстрируя красоту аметистового взгляда. Однако, радость Дилы длилась недолго. Стоило ей заметить мою руку, покоившуюся на её груди, как она тут же дёрнулась, пытаясь отстраниться, будто испытывала крайнее омерзение.

– Что вы себе позволяете? – спросила она, чуть слышным голосом.

Мне ничего не оставалось, как всё пояснить, продолжая удерживать ладонь на её теле, из последних сил вычерпывая опасную для неё энергию. Возмущённая Дилавия не оценила помощь и, превозмогая слабость, оттолкнула руку, поспешно прикрываясь пледом.

«Что ж, так будет лучше для нас обоих, – невольно пронеслось в голове, старательно игнорируя отозвавшую в сердце ноющую грусть. – Используем друг друга в личных интересах и разойдёмся в разные стороны».

Не желая больше слушать что-то относительно метода исцеления, спросил о волнующей детали:

– Дила, ответь, зачем ты пробудила всю имеющуюся в тебе магию?

Ошарашенный взгляд стал лучшим ответом. Мне изначально не верилось, что неопытный маг, пускай даже поразительно гениальный, сумел бы растревожить всю имеющуюся в нём энергию. Обычно, подобное происходило в критической ситуации, к примеру, когда отступать уже было некуда, а перед тобой толпа беспощадных убийц.

– Эминир, может вы и не поверите, но я действительно ничего не делала, – тихонько вздохнула она, на миг задумалась и предположила: – А что, если это результат эксперимента Сорифа?

Мне вдруг невыносимо захотелось сказать, что знаю о её настоящей сущности, и не стоит скрывать от меня правду, но в последнюю минуту передумал. Не хватало ещё объединить нас настолько важной тайной, тогда уж точно придётся брать на себя ответственность, к которой я пока не готов.

– Нет, исключено, – коротко отрезал, не понимая на кого злюсь: на неё или на себя. – Я убрал все следы, оставшиеся на тебе после него.

Отвернулся и подошёл к стоявшему рядом креслу, опустился в него и бесстрастно взглянул на озадаченную леди Френазис. Внутри творилось что-то невообразимое, выворачивая всю сущность наизнанку и вынуждая скованного проклятьем дракона отчего-то бессильно злиться.

Даже странно, являясь ярким представителем своего рода, в данную минуту я чувствовал себя так, словно родился обычным человеком. Заблудившийся в собственных ощущениях, привычно искал подсказку в себе, только вот всё, что находил – решительно отвергал, как неподходящее.

– Сегодня переночуешь у меня, – равнодушно поставил в известность Дилавию. – Так будет удобней для всех, чтобы ночью Висарии не пришлось бежать ко мне, если тебе вдруг станет плохо.

– Остаться… здесь? – опешила она и ретиво скользнула к краю кровати, продолжая удерживать одеяло. – Ну что вы, господин ректор, как можно. – Её губы изогнулись в притворной улыбке. – Я и так слишком долго занимала вашу постель, не стоит, чтобы кто-то узнал, что студентка ночует в ваших апартаментах.

– Леди Френазис, мне кажется, ты чего-то не поняла, – холодно проронил, устав с ней спорить. – Я не спрашивал твоего одобрения, лишь сообщил моё решение, и менять его не собираюсь из-за чьих-то глупых прихотей. – Откинулся на спинку кресла, едко усмехнулся, ставя её на место. – Готовься, Дила, с завтрашнего утра ты приступаешь к особенным занятиям, никаких поблажек от меня не жди. Твои родители без сомнения одобрят это.

В аметистовом взгляде вспыхнула ярость.

– Буду только рада поскорее обучиться всему, выполнить условия договора и больше не иметь с вами дела, – язвительно парировала она и дерзко продолжила: – В конце концов, я прибыла сюда именно ради этого, а не чтобы проводить время в ваших апартаментах.

Глава 22

Астур

Впервые видел, чтобы ректор позволил себе перед студентами (пускай сейчас и каникулы) настолько несдержанное перемещение. Обычно он действовал крайне медленно и неохотно, даже если это касалось безопасности государства или проблемы в императорской семье.

Всё-таки не зря упросил отца отправить меня сюда пораньше, узнал столько нового, да и Вису заодно смогу встретить. Хафар вон как резво использует родство с дядей, чтоб добраться до неё. Но я буду не я, если позволю ему завладеть первой красавицей Софаринарии.

– Ваше Высочество, может показать вам ваши апартаменты? – неожиданно предложил молодой дракон, с усмешкой глядя на меня, словно прочёл мои мысли.

– Был бы премного благодарен тебе, Хафар, – нарочито дружелюбно улыбнулся ему. – И давай на ты, в конце концов, мы с тобой учимся на одном потоке.

– Хорошо, – коротко проронил он.

Мы неспешно отправились к лестнице и я решил проявить умеренное любопытство.

– Скажи, неужели Дилавия так уж сильно пострадала? – с интересом взглянул на него, ожидая ухода от ответа.

– Очень сильно, – тяжело вздохнул вдруг Хафар, вынуждая меня ошарашенно поднять брови: он ведь ненавидел её, как и все те, кто любит Висарию.

– На сей раз Сориф переступил черту – провёл на ней какой-то незаконный эксперимент, – неожиданно поделился дракон. – Если бы не помощь дяди, то не уверен, что она бы выжила.

– Ого, даже так, – небрежно произнёс и равнодушно продолжил: – Хотя, чему удивляемся? Злодейка она и есть злодейка, родного брата довела, что он пошёл на такое.

– На самом деле, Астур, вина во всём как раз на Сорифе, – внезапно повернулся Хафар ко мне. – После случившегося, он бросил её на меня, а сам сбежал, чтобы вина в гибели сестры его не коснулась. – В его глазах промелькнуло откровенное отвращение. – Когда Дила очнулась, мы немного поговорили, и я понял, насколько был неправ. – Он покачал головой. – Каждое его слово о ней – ложь, как и то, что она каким-либо образом влияет на судьбу Висарии.

Последняя фраза вынудила резко остановиться.

– Да ладно тебе, быть того не может, – гневно нахмурился. – Именно леди Френазис держит графиню Пиранс при себе, не позволяя ей устроить судьбу.

– Если так считаешь, – вдруг усмехнулся он, – тогда ответь: откуда вообще обо всём узнал?

– Эм… – принялся вспоминать, и неожиданно для самого себя выдохнул: – От Сорифа, вроде. – И всё-таки я был не готов поверить. – Ну и что в этом такого? Кто же знает её лучше, чем он?

– Ну, раз тебе нравится слушать того, кто готов подставить, даже родную сестру, то слушай, – небрежно пожал Хафар плечами. – Но на твоём месте я бы дождался личной встречи с Дилавией, поговорил с ней, а потом бы делал выводы. Возможность такая есть, благо занятия продлятся весь месяц.

Его предложение заинтриговало.

– Если ты так говоришь, то, конечно же, я прислушаюсь, – кивнул, решив пока не уничтожать герцогскую дочь, а понаблюдать. – Может Сориф и вправду оговорил её, тогда уж – даю слово – лично найду на него управу.

– Уверен, встреча с ней приятно удивит тебя, – произнёс он и внезапно улыбнулся так, будто говорил о дорогом друге. – Висария не зря любит Дилу, она действительно хороший человек, пускай в прошлом я и думал о ней иначе.

– А когда у нас получится увидеться? – спросил, сгорая от любопытства.

– Если дяде удастся быстро исцелить её, тогда завтра в любом случае пересечётесь, – задумчиво ответил Хафар. – Только, пожалуйста, не груби сразу, поговори, как с обычным человеком – и поймёшь ошибку нашего доверия Сорифу.

– Так и поступлю, – кивнул, погрузившись в размышления, и остаток пути мы провели молча.

Хафар оставил меня на пороге комнаты, а сам отправился в соседнюю, бросив напоследок, чтоб обращался, если что-то понадобится. Как же он меня раздражал, ведёт себя так, словно является тут ректором, а вовсе не его дядя. Ничего, пускай повоображает, Висария всё равно станет моей. Нет такой дуры, которая бы предпочла будущему правителю кого-то ещё.

Несколько чемоданов стояло в гостиной, видимо слуги ещё не успели разобрать. Ладно, сегодня спущу им подобную вольность, но не уберут до завтра – накажу по всей строгости. Как раз пойдут в число ещё одного моего отряда мертвецов. Жаль, что предыдущую ректор уничтожил.

Прошёл в спальню, неспешно разделся и опустился на кровать, только сон никак не шёл, несмотря на то, что довольно сильно устал. В голову пришла отличная идея: прогуляться в ректорском саду. Торопливо одевшись, покинул отведённые апартаменты, жалея, что не могу перенестись из-за запрета.

Медленно бредя средь раскидистых кустов ночного сада, равнодушно наблюдал за распустившимися цветами, каждый из которых оценивался, как приличное имение в столице. Что бы отец ни говорил, а ректор могущественный, и нам с ним лучше жить мирно, чем искать ссоры.

Внезапно возникшая впереди изящная женская фигура в нежно-голубом платье заставила меня остановиться и отступить в сень развесистых кустов. Отчего-то захотелось разглядеть её повнимательней, при этом не выдав себя и не напугав интересную незнакомку, направлявшуюся в мою сторону.

– Старый хрыч, вздумал заставить меня поступить по-своему, – скрипнула она зубами, в откровенном бешенстве. – Только не на ту напал.

При взгляде на её лицо я невольно опешил. Передо мной стояла прекрасная дочь герцогского дома Френазис, только вот она совершенно не напоминала ту, которую доводилось встречать прежде. Поразительно живые черты лица придавали ей неповторимое очарование, а загадочно сияющие в свете звёзд аметистовые глаза манили заглянуть в них.

Да что со мной происходит?!

Никогда ещё от взгляда на Дилавию у меня не возникало столь абсурдных мыслей, а сейчас просто беда какая-то. Может она использовала ведьминские чары? Хотя, вряд ли, не с её магией. Они ж стали бы противостоять друг другу и ничем хорошим подобное не закончилось бы.

Пока размышлял, леди Френазис сорвала один из цветов, сияющая серединка которого набухла, готовясь разбросать семена, и использовала его как фонарь. Вот уж поистине неординарное решение, и почему прежде никому и в голову такое не приходило? Впрочем, учитывая стоимость цветов, и так всё ясно.

Внезапно по ней пробежал лёгкий порыв ветра, разметав шелковистые каштановые волосы, укрывавшие её, будто роскошный плащ. Мне почему-то безумно захотелось коснуться их, ощутить их мягкость и нежность, но я поспешно отогнал чуднЫе мысли и продолжил наблюдать.

В саду появился ректор, и, гневно глядя на Дилавию, направился к ней.

– Почему ты сбежала? – сердито выпалил он.

– Потому что не могу ночевать в вашей комнате, – в тон ему ответила она, вызывая у меня невольное уважение. Мало кто был способен так разговаривать с самим Эминиром Грандисом. – Я вам сразу сказала, что со мной уже всё хорошо, Виса присмотрит, а если станет хуже – позовёт.

– Мои решения не подвергаются сомнению, и безоговорочно выполняются, – ярость клокотавшая в ректоре пугала, но только не её. – Сегодня ты остаёшься под моим присмотром! Это не обсуждается!

Он резко приблизился к ней, порывисто подхватил на руки и они растворились в воздухе, оставляя после себя безмятежность ночного сада. На мгновение мне показалось, что увидел какую-то странную иллюзию, слишком уж нереально выглядело произошедшее.

– Завтра обязательно встречусь с леди Дилавией, не будь я – Астур Гранд Софарис, – решительно произнёс, направляясь к себе. – Неужто именно об этом и говорил Хафар? В таком случае, придётся разобраться с Сорифом.

Глава 23

Висария

С нетерпением заходила по комнате, стоило проснуться и собраться в ожидании Дилы. Как же всё-таки не хватало её. Уж она бы точно подсказала решение для любой проблемы, только больше так продолжаться не может. Сама того не замечая, я стала настоящим камнем на её шее.

Мне действительно стоит поскорее определиться с будущим мужем и освободить подругу от меня, благо Хафар облегчил задачу, добровольно предложив свою кандидатуру. Внезапно вспомнились её слова, чтобы не торопилась и выбирала супруга по сердцу, а не из-за денег или связей.

Невольно остановилась в центре комнаты и глубоко задумалась. А люблю ли я племянника ректора? И, что ещё важней, смогу ли полюбить в будущем? На этот вопрос ответ я так и не отыскала в сердце, и призналась себе, что в данный момент не испытываю к нему ничего, кроме признательности.

– Главное, что он в силах помочь Дилавии, – чуть слышно прошептала и тут раздался тихий стук. – Войдите.

На пороге показалась прислуга.

– Леди Пиранс, господин ректор приказали завтрак подавать сюда, – сообщила она и втолкнула тележку с едой.

– Скажите, а леди Френазис скоро придёт? – взволнованно поинтересовалась у неё.

– Нет, вы встретитесь на занятиях, сразу после завтрака, – произнесла она и сдержано добавила: – Госпожа герцогиня ночью сбежала от ректора, за что теперь наказана.

– Сбежала? – глухо выдохнула я и с трудом сдержалась, чтоб не броситься к выходу.

В отличие от потерявшей память подруги, мне было хорошо известно, что в академии «Медикатум» нет никого выше Эминира Тиана Грандиса – её создателя. Мои бессмысленные потуги ни к чему хорошему не приведут, если не ухудшат создавшееся положение. Лучше уж обратиться к Хафару.

– Пригласите ко мне юного господина Грандиса, – проронила, бессовестным образом используя аристократический статус. И смягчила приказ небольшим пояснением: – Мы с ним договаривались встретиться, но из-за предстоящих занятий вряд ли получится, а обманывать его нехорошо.

– Вы правы, леди Висария, – с обожанием глядя на меня, кивнула она. – Сейчас приготовлю ваш завтрак и схожу за господином Хафаром.

– Благодарю, – мягко улыбнулась, подчиняясь привычке вести себя со всеми вежливо.

Польщённая служанка торопливо расставила на столе тарелки и спешно покинула апартаменты. А я продолжила бродить по комнате, в ожидании Хафара, начисто игнорируя завтрак. Мысли о еде вызывали тошноту, хотелось поскорее узнать, что приключилось с подругой.

– Виса, ты звала? – без стука вошёл в комнату юный герцог и, едва он прикрыл дверь, как я бросилась к нему.

– Хафар, скажи, что ректор сделал с Дилой? – от страха вцепилась в лацканы его пиджака. – Почему она пыталась убежать от него?

Грандис бережно взял мои руки в свои и аккуратно разжал пальцы.

– Ну чего ты так испугалась? – ласково улыбнулся он. – С Дилавией всё хорошо, ночью они переругались с ректором и она самовольно отправилась к тебе, правда через окно, чтобы дядя не увидел ничего.

– В каком смысле? – невольно опешила от проделок подруги, несвойственных ей.

– Дила сложила подушки под одеяло, пытаясь обмануть ректора, что спит, пока он выходил из комнаты, – пояснил Хафар. – Сама же тем временем вылезла в окно и очутилась в саду. Благо, что на комнате дяди стоит защита и он всё почувствовал, а то мало ли что могло приключиться.

– А он… он собирается сильно её наказывать? – спросила, чувствуя как от ужаса задрожал голос.

– Наказывать? – на его лице отразилось откровенное недоумение. – Да с чего ты такое взяла? – Он вдруг приобнял меня и усмехнулся. – Поверишь ты или нет – не знаю, но, похоже, что из них двоих наказан именно дядя.

– Что ты имеешь в виду? – его рассказ вызывал недоумение, заставляя позабыть о страхе.

– После того, как он вернул её в свою комнату, Дилавия перестала с ним разговаривать, и теперь дядя отчаянно пытается заслужить её прощение, – рассмеялся Хафар и негромко добавил, словно боялся, что кто-то услышит: – Знаешь, у меня создалось впечатление, что она ему нравится.

– Дила ректору? – похолодев, прошелестела я. – Надеюсь, ты ошибаешься.

– Почему? – удивился он.

– Все знают, что у Эминира Грандиса раньше было много женщин, – смущённо проронила. – Не хочу, чтобы он разбил ей сердце.

Хафар обнял меня покрепче, прижимая к себе.

– Думаю, пойти на такое ему не позволит сердце, – с нежностью улыбнулся. – Возможно, тебе неизвестно, но драконы редко встречают ту, которую могут полюбить всей сущностью, а если встречают, то разлюбить уже не в силах. – Он вдруг коснулся моего подбородка, ласково подняв моё лицо, чтобы посмотреть в глаза. – Мне известно об этом лучше всех, потому что испытал всё на себе.

На мгновение он приблизился ко мне, словно собрался поцеловать, но в последний момент убрал руки и отступил. Его взгляд скользнул по комнате, будто пытался переключиться на что-то, кроме неудавшегося поцелуя. И, кажется, ему это отлично удалось.

– Ты что, ещё не позавтракала? – заметил сервированный столик.

– Мне не хотелось, – призналась уныло. – Боялась, что с Дилой случилось что-то плохое.

– Нет, Виса, так дело не пойдёт, – покачал он головой, и в изумрудных глазах мелькнуло упрямое выражение, делая его поразительно похожим на ректора. – Пошли завтракать, я как раз собирался, когда пришла служанка, поэтому поедим вместе.

– Хафар, я правда не хочу, – тихонько вздохнула, но он поймал мою руку и увлёк меня за собой.

– Виса, занятия тяжёлые, как ты собираешься продержаться до обеда? – обеспокоенно спросил и мягко предложил: – Возьми немного, и только самые лёгкие блюда, хорошо?

– Ладно-ладно, пошли, – проворчала, в душе невольно изумляясь: впервые кто-то настолько заботился обо мне, не считая Дилавии.

Глава 24

Дилавия(Диана)

Бесит!

В этом коротком слове содержались все чувства, которые испытывала к наглому ректору. Поставить меня в известность, что ночевать останусь у него, нет слов, какое благородство! Интересно, а ему не приходило в голову, что, как каждая юная девушка, я могу смущаться его присутствия? Или мозгов у главы магической академии не хватает на такие мелочи?

Не спорю, родители Дилы, вероятнее всего, счастливы от чрезмерной заботы Эминира Грандиса. Только планы у них, определённо, не столь безобидные, как банальная забота о дочери. Воплощать же фантазии герцогской четы в реальность не собираюсь, и замуж за кого-то из упомянутых в книге мужчин точно не пойду.

Все они слишком неадекватные, слышат исключительно себя, не обращая внимания на желания другой стороны, взять хотя бы сложившуюся в данный момент ситуацию. Ректор решил, а я должна безоговорочно подчиниться. Мне до ужаса жаль женщин этого мира, одной из которых теперь являюсь и я.

Пусть по рассказу Хафара, нравы здесь свободные, и отношения между мужчиной и женщиной не всегда заканчиваются свадьбой, что напоминает современную Землю. Но ведь из любых правил есть и исключения, и, полагаю, к ним можно смело причислить Дилавию Френазис.

Вряд ли герцогская чета станет сквозь пальцы смотреть на легкомысленное поведение самого Эминира Грандиса к доченьке, раз можно прижать его таким образом к стене. Они захотят получше пристроить наследницу, и тут такая шикарная возможность. Ей просто грех не воспользоваться?

Нет уж, я не стану парой злобного старого хрыча, даже если он выглядит на тридцать с хвостиком!

От собственного сравнения стало безумно смешно. Хвостик-то у Эминира имеется и вполне настоящий, всё-таки дракон, как-никак. Правда, меня он не прельщает, и пускай бы за него полцарства бы давали, всё равно не согласилась связать себя с таким мужчиной. Снять бы поскорей проклятье и наслаждаться заслуженной свободой и новообретённой магией, причём подальше от него.

Ух, я бы оторвалась! Сбежала бы куда подальше из местного государства и жила бы инкогнито, не в пределах столицы, чтобы никто не смог опознать бывшую герцогскую дочурку. И, что главное, отправилась бы только туда, где нет назойливых драконов, которые могут заподозрить во мне чуждую душу, ведь тогда – пиши пропало.

Не хватало ещё поднимать с колен за свой счёт их кланы, становясь женой какого-то незнакомца. Привносить таким образом в драконье (и моё, естественно) потомство могущественную магию – это уже чересчур. Пусть лучше больше работают над собой, а не ленятся. Так следовало поступить их Верховному изначально, а не порабощать ни в чём неповинные души погибших землян.

Внезапное возвращение ректора обратно в спальню прервало мои размышления.

– А что вы здесь делаете? – спросила, как можно миролюбивей, хотя чувствовала, что лицо скривилось, демонстрируя переполнявшее меня раздражение.

Его брови удивлённо поднялись.

– Как что? Спать собираюсь, – отрешённо сообщил он таким тоном, будто я спросила о чём-то само собой разумеющемся.

Злость медленно, но уверенно начинала закипать.

– Вас совершенно не беспокоит, что с вами в комнате находится молодая незамужняя девушка, – попыталась намекнуть недогадливому дракону об этикете и обычных правилах приличия, которые, надеюсь, есть не только на Земле.

Эминир с недоумением посмотрел на меня.

– Дила, я ежедневно зову к себе в кабинет множество молодых незамужних девушек, иногда даже подолгу с ними беседую, – произнёс он так, будто поясняет глупому ребёнку прописные истины. – Мне нет разницы в браке они или нет, как и не обращаю внимание на их возраст.

Так, случай тяжёлый. Похоже, придётся объяснять на пальцах.

– Ректор…

– Мы же договаривались обращаться друг к другу по имени и на ты, когда будем наедине, – перебил пустым замечанием.

– Ладно, Эминир, понимаю, вас совершенно не трогает, что с вами в комнате женщина, из-за того, что не привыкать. Только вот со мной иная история, – выпалила не скрывая злости. – Я безмерно благодарна тревоге и заботе обо мне, но почему бы не пойти дальше и не оставить подопечную в спальне одну? В конце концов, меня смущает мужское присутствие, разве не ясно?!

– Увы, но оставить тебя не могу, – небрежно пожал он плечами. – Вдруг магия снова выйдет из-под контроля, кто тогда поможет?

– Считаете, что я не в состоянии позвать? – невольно опешила от абсурдности его заявления. – В таком случае, вам не стоит спать всю ночь, мало ли как оно будет.

Ректор поднял руки.

– Ладно-ладно, лягу поближе к выходу, чтобы не смущать, – он посмотрел мне в лицо. – Пойдёт?

– Хорошо… – начала я и, не закончив, сменила ход беседы, из-за внезапно возникшей в голове мысли. – Эминир, не могли бы вы дать обезболивающее зелье – голова разболелась.

Дракон тяжело вздохнул.

– Ложись, а я принесу, – ответил он и торопливо вышел из комнаты.

Не размышляя ни минуты, спешно положила подушки под одеяло, придавая им форму тела, чтобы при входе показалось, что сплю и торопливо вытащила из сундука первое попавшееся платье. Быстренько сменила наряд и ловко выбралась через окно, используя магию. Пусть ректор и дальше мечтает решать всё за меня, а мне пора в комнату к Висарии.

Ночной сад очаровал невероятными цветами, мягко сиявшими в сиреневом полумраке. Не долго думая, сорвала один из цветков, чтобы использовать его как фонарик. Неподалёку послышался шорох и я внимательно огляделась, в итоге никого так и не обнаружила. Видимо, ветерок шуршал листами.

Используя возможность спустить пар, выругалась на ректора и почувствовала себя значительно лучше. Только вот радость моя длилась недолго. Вскоре передо мной возник глава академии и, как следует отчитав, подхватил на руки, вновь перенося нас в его спальню.

– Если ты сейчас же не отправишься спать, Дила, клянусь, лягу рядом с тобой, – резко перешёл он на угрозы, едва опустил меня на пол.

Черты красивого мужского лица исказил гнев, и я не решилась спорить, лишь гордо вздёрнула подбородок и резво зашагала к кровати.