Текст книги "Измена. Цена ошибки (СИ)"

Автор книги: Мила Рейне

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 27

Открываю дверь. На пороге стоит Артём.

– Ты куртку забыла в моей машине, а завтра обещают сильное похолодание, – говорит он и протягивает ее мне.

– Спасибо, – киваю.

Как он узнал номер квартиры? Папа дал ему наш адрес?

– Артём, будешь чай или кофе? – предлагает отец, а я хмурюсь.

– С удовольствием, – отвечает Орлов и заходит в квартиру.

– Проходи. Пообщаемся. Алиса, а ты чай будешь? – интересуется отец.

– Нет. У меня что-то сегодня аппетит пропал, – признаюсь я. – Хочу полежать. Спина сильно болит.

– Ты тогда отдыхай, а мы с Артёмом на кухне посидим, – говорит отец.

Я убираю куртку в шкаф и направляюсь в свою комнату. Переодеваюсь. Очень хочется пить. Иду на кухню. Отец и Артём оживленно о чем-то болтают, как старые приятели. Часы, висящие на стене, показывают шесть вечера. Беру в руку графин и наливаю в стакан прохладную воду. Делаю пару глотков. Спину неприятно тянет.

– Алиса, помнишь тот проект, который ты придумала, когда мы с тобой отдыхали на море? – спрашивает у меня бывший муж.

Я перевожу на него взгляд.

– Ты о ресторане со своей детской площадкой? – уточняю я.

– Да. Я решил воплотить твою фантазию в жизнь. Уже нашел отличное место. Рабочие приступили к ремонту. Прилегающую территорию обнесут забором, посадят туи. Напольное покрытие выбрал самое мягкое, чтобы было безопасно для детей. Родители смогут обедать или ужинать на веранде, а малыши рядом будут играть на огороженной детской площадке. Так молодые родители смогут спокойно отдохнуть. Посмотрю, может, со временем и аниматора возьму на работу, чтоб веселил детей, пока взрослые отдыхают. И детское меню надо будет продумать.

– Интересный проект. Могу помочь со строительными материалами, – улыбается отец.

– Спасибо, но я сам справлюсь, – серьезно отвечает Орлов. – Алиса, у тебя все хорошо? Ты какая-то бледная.

– Что-то я себя неважно чувствую. Спина сильно болит, – отвечаю и иду в спальню.

Хочется лечь и не шевелиться. Переступаю порог своей комнаты и чувствую, как по ногам течет что-то теплое, а на полу образуется лужа. Меня начинает лихорадить.

– Воды отошли, – ошарашенно шепчу.

Меня накрывает легкая паника. Боль в спине снова появляется. Судорожно сглатываю. Держась за поясницу, иду в ванную. Притормаживаю напротив кухни.

– У меня воды отошли. Надо в больницу ехать. Кажется, Миша решил раньше срока родиться.

Вижу, как мужчины замирают от моих слов.

– У тебя тридцать восемь недель. Я читал, что на этом сроке дети считаются доношенными. Собирайся. Наталье Викторовне сейчас позвоню, предупрежу, что мы скоро будем, – говорит Артём и поднимается из-за стола.

Я иду в душ. Переодеваюсь. Мне страшно. Пугает неизвестность.

– Ты вещи в роддом собрала? – уточняет у меня бывший муж.

– В комнате стоит сумка, – отвечаю ему.

Орлов идет в спальню и берет мои вещи. Я натягиваю на себя куртку.

– На улице стемнело. Холодно. Застегнись, – кивает мне Артём.

– Алиса, все будет хорошо, – обнимает меня отец.

– Будем на связи, – бросает ему Орлов, берет меня за руку и выводит из квартиры.

На улице холодный ветер. Погода заметно испортилась. Артём закидывает в багажник мои вещи, помогает мне сесть в машину. Я морщусь из-за неприятных ощущений в пояснице.

Роддом рядом. Через несколько минут мы уже входим в приемное отделение, где нас встречает Наталья Викторовна. Миниатюрная, улыбчивая шатенка с выразительными голубыми глазами.

– Пойдем, я тебя осмотрю, – говорит мне она, и я послушно следую за ней.

С трудом забираюсь на смотровое кресло. Тянущая боль в спине снова появляется, а потом исчезает. Наталья Викторовна действует осторожно.

– Алиса, все хорошо. Не переживай. Сегодня будем рожать. Раскрытие уже три сантиметра. Оформляйтесь.

Я возвращаюсь к Артёму, беру документы. Проходим оформление, а потом медсестра забирает меня на процедуры. Переодеваюсь в ночную сорочку. Спустя время нас с Артёмом провожают в третий родильный зал. Тут просторно. Свежий ремонт. Современное оборудование. Пахнет лекарствами.

– Ждем полное раскрытие и будем рожать, – говорит мне Наталья Викторовна. – Я периодически буду прибегать к вам. У нас в соседнем зале еще одна мамочка вот-вот родит. Алиса, ты не волнуйся, все будет хорошо.

Наталья Викторовна уходит, а я остаюсь с Артёмом. Я искренне рада, что он рядом. Мне так спокойней. Хожу из угла в угол, потираю поясницу. Не знаю, куда себя деть, чтобы ослабить боль. Она накатывает волнами. Приходит медсестра и ставит мне капельницу. Я перестаю ощущать время. Часы, висящие на стене, показывают полночь, а мне кажется, что мы совсем недавно приехали в роддом. Живу от схватки до схватки. Больше ничего не замечаю.

– Очень больно? – настораживается Орлов.

– У меня такое чувство, что я разгрузила грузовик с цементом. И сорвала себе спину. И теперь любое движение отдается в пояснице тянущей болью. Примерно так себя ощущаю, – морщусь от боли.

Я упираюсь руками в подоконник, дышу так, как учили в школе матерей. Но с каждым разом схватки все больнее и больнее. Артём подходит ко мне, осторожно массирует мне спину.

– Твою же мать, – я не могу сдержаться, ругаюсь матом.

Эти схватки выматывают, отнимают силы. Кто придумал роды? Почему нельзя было изобрести что-то другое?

– Не знал, что ты умеешь так ругаться, – усмехается Артём и продолжает массировать мне спину.

– Я это сделала вслух? Мммм… – снова стону от боли.

– Может, попросим обезболить? – с беспокойством спрашивает Орлов. – Не могу смотреть, как ты мучаешься. Мне хочется тебе помочь, защитить, а я не знаю, как.

– Позови, Наталью Викторовну, – с мох губ снова срывается болезненный стон.

Артём выскакивает из помещения, через минуту возвращается с врачом. Муж помогает мне лечь на специальную кровать. Меня осматривают.

– Эпидуральную анестезию уже нельзя. Алиса, солнышко, потерпи моя хорошая. Уже немного осталось, – говорит Наталья Викторовна и слушает сердцебиение малыша.

У меня опять все, как в бреду. Вижу, что в помещение заходят люди в белых халатах. У меня в ушах гудит, от боли стискиваю челюсти, чтобы не орать. На лбу проступает испарина. Артём целует меня в висок, держит меня за руку.

– Ты у меня умничка. Ты справишься, – шепчет мне на ухо.

– Алиса, солнышко, я знаю, что ты устала, но сыночку надо помочь родится, – ласково говорит Наталья Викторовна.

Ее голос меня успокаивает. Я выполняю все команды врача. Тужусь, когда разрешают. Чувствую, что у меня больше нет сил.

– Давай, моя хорошая, ты у нас молодец, – поддерживает меня Наталья Викторовна, Артём нежно гладит мне плечи.

Чувствую их поддержку, стараюсь. И в какой-то миг накатывает облегчение, а помещение наполняется громким возмущенным писком. Медсестра оголяет мне живот, и акушерка осторожно кладет на меня живой теплый комочек. Смотрю на кроху и не моргаю. Крошечные кулачки сжаты, кожа вся сморщенная, как после долгого пребывания в воде. Глаза припухшие, закрытые. Он такой теплый, такой крошечный и беззащитный. Кряхтит и копошится. У меня слезы текут по щекам. Я уже забыла о боли, которая была, весь мой мир замкнулся вокруг Миши. Он такой потрясающий. Мое сердце наполняется нежностью.

Врач забирает у меня ребенка. Слышу возмущенный плач.

– Четыре килограмма шестьдесят грамм, пятьдесят шесть сантиметров. Богатырь. Девять по шкале Апгар.

Вижу, что в глазах Артёма тоже стоят слезы. Он смотрит, как малыша пеленают. И столько гордости и нежности во взгляде Орлова, что дух захватывает. Наталья Викторовна дает ему подержать сына. Мне кажется, Артём вообще не дышит, смотрит на кроху и не моргает. Врач забирает у него Мишу и прикладывает малыша к моей груди. Ребенок начинает часто дышать, открывает ротик и присасывается ко мне. Пыхтит, пытается раздобыть себе еду, а у меня снова слезы текут по щекам. От счастья. Малыш засыпает рядом со мной.

– Алиса, через два часа мы тебя и ребенка переведем в палату. Вставать нельзя. Артём, в отделение мы тебя уже не пустим, – говорит Наталья Викторовна.

– Понял, – кивает он. – Спасибо вам огромное за то, что помогли Алисе.

– Приходите ко мне еще, – она улыбается.

Через пару минут в помещение наступает тишина. Все врачи и медсестры уходят. Артём наклоняется и целует меня с такой нежностью и любовью, что у меня сердце сжимается. Орлов утыкается своим лбом в мой лоб.

– Алиса… – выдыхает он. – Ты у меня такая умничка. Как же я тебя люблю.

Его губы захватывают мои губы. И я отвечаю на его поцелуй. Мне хочется выплеснуть все эмоции, которые разрывают сердце.

– Миша, такой крошечный. Смотри, как смешно надул губки, – улыбается Артём. – Ждали его в начале декабря, а он себе выбрал семнадцатое ноября.

Я бросаю взгляд на часы. Три часа ночи. Да, уже семнадцатое число. Перевожу взгляд на сынишку и улыбаюсь.

– Он на тебя очень похож.

– Алиса, спасибо тебе за это чудо. Не представляю, как он помещался внутри тебя.

– Я тоже не понимаю, как он там все это время сидел, – качаю головой.

– Надо Виктору позвонить, сказать, что он стал дедом, – улыбается Артём и набирает номер телефона моего отца.

Папа поздравляет меня. По голосу слышу, что его тоже переполняют эмоции.

Артем набирает номер Ярослава, спустя несколько долгих гудков, раздается сонный голос его старшего брата.

– Тёма? Что случилось?

– Ярик! Я стал отцом, – выдыхает Орлов.

Слышу в его голосе радость и гордость. Ярослав поздравляет нас.

– Меня через час выгонят из больницы, поэтому я к вам приеду. Пустишь раннего гостя? – спрашивает Артём.

– Приезжай. Я представляю, как тебя переполняют эмоции. Мне это только предстоит испытать, – мне слышно, что отвечает его брат.

Артём прощается с Яриком, а потом снова целует меня с жадностью.

– Как ты себя сейчас чувствуешь? – смотрит на меня с беспокойством.

– Голова немного кружится и слабость. А так все хорошо.

– Тебе надо поспать и отдохнуть.

– Артём… – я закусываю губу и смотрю на бывшего мужа. – Помнишь, ты хотел, чтобы мы вместе ходили к семейному психологу, а я отказалась?

– Помню, – кивает и внимательно на меня смотрит.

– Когда нас с Мишей выпишут, я хочу, чтобы мы с тобой пошли к тому специалисту. Если ты не против. Я, если честно, до сих пор не понимаю, зачем я тебе нужна… Такая… Я в себе запуталась…

Артём нависает надо мной, нежно водит большими пальцами по моим щекам.

– Алиса, я люблю тебя. Очень сильно. Ты хотела замуж выйти девственницей, и я выполнил твое желание. Ты знаешь, как я волновался перед нашей брачной ночью? Как пацан… Мне хотелось, чтобы тебе понравилось. Я понимал, что тебе страшно, видел, как ты стеснялась меня. Я стал твоим первым мужчиной и чувствую ответственность, мне хочется защищать тебя и оберегать. И я проявил терпение, ждал и надеялся, что ты ко мне привыкнешь, доверишься. Я очень переживал каждый раз, когда ты закрывалась от меня, когда переставала разговаривать со мной, я не мог понять, нужен я тебе или нет. Но продолжал надеяться, что ты освоишься, привыкнешь к новой жизни. Но, несмотря на то, что у нас ничего не получилось, я все равно люблю тебя и буду оберегать. Ты и Миша для меня самые родные. Если бы родители Ярика дожили до этого момента, они бы очень обрадовались Мише. К специалисту запишу, я рад, что ты хочешь разобраться в себе.

– Артём… Мне жаль, что у нас ничего не получилось, – признаюсь я.

Впервые чувствую, что тоже виновата в том, что все разрушилось. Я не смогла понять, как правильно строить отношения с мужчинами. Жаль, что нет книги под названием «правила идеальной жизни», люди учатся на своих ошибках. Я жалею, что слушала советы мамы, что не перечила ей, не отстаивала свои интересы. Я беспокоилась за ее здоровье, а ей было на меня плевать. Она всегда зависела от мнения соседей и окружающих, она боялась, что все будут говорить, что из нее получилась плохая мать. И она лепила из меня «идеальную» дочку, которую не стыдно показать соседям. А как только я стала поступать по своему, она просто от меня отказалась. Не только от меня, но и от Миши.

– Мне тоже жаль, – качает головой Артём. – Надеюсь, родители из нас получатся хорошие. Хочу, чтобы наш Миша рос счастливым.

– И я этого очень хочу, – отвечаю и с теплотой смотрю на спящего малыша.

Ради Миши я готова на все. Никому не позволю обижать его. И во мне впервые просыпается ярость, когда вспоминаю, как моя мать настаивала на аборте.

Миша хмурился во сне. Интересно, что ему снится? Меня переполняет нежность к сыну. Осторожно провожу подушечкой большого пальца по его мягкой бархатистой щечке. Какой же он милый и красивый.

– Так, молодые люди, мамочку и ребенка пора переводить в отделение, – войдя в помещение, говорит пожилая женщина в белом халате.

Артём срывает с моих губ поцелуй, потом осторожно целует сына.

– Отдыхай и набирайся сил, Алиса. А я всегда буду рядом, – подмигивает мне бывший муж, а потом выходит из помещения.

А нас с Мишей медсестры переводят на другой этаж в просторную двухместную палату.

Дорогие читатели! Спасибо Вам огромное за Вашу поддержку, за звездочки и комментарии! Буду очень-очень рада, если подпишитесь на мою страничку ))

Глава 28

Пока с Мишей лежим в роддоме, я продолжаю копаться в себе. Снова и снова прокручиваю в голове свою жизнь. И понимаю, что не вижу себя настоящую. Я будто все это время существовала в тени, боялась проявить активность. Все, что у меня хорошо получалось – это заниматься рекламой, анализом рынка. Когда я трудилась над проектами, я раскрывала душу, с легкостью находила нужные варианты, придумывала различные рекламные ролики, слоганы, цепляющие названия. В такие моменты я чувствовала себя уверенной в себе, счастливой. А когда проекты приносили результаты, я испытывала дикий азарт и настоящий кайф. Мне всегда нравилась моя работа. И я понимаю, что хочу и дальше заниматься этим делом. Возникает шальная мысль, а не открыть ли мне свою рекламную фирму? Я бы брала заказы на дом, вела проекты и растила Мишу. Мне не хочется зависеть от отца или от бывшего мужа. Это здорово, что они помогают, но мне хочется тоже как-то реализовать себя. Даже если ничего не получится, я ничего не потеряю. Найду что-то другое, что будет приносить радость душе.

Улыбаюсь своим мыслям и смотрю на крошечное чудо, которое сопит у меня под боком. Как же он похож на Артема! Даже хмурится так же. Чувствую, как сердце наполняется любовью и нежностью. Осторожно прикасаюсь губами к мягкой бархатистой щечке. Он пахнет молоком. Я так боялась родов, но у меня все получилось. Я смогла. Справилась. Подарила жизнь Мише. Это настоящее чудо. И мне кажется, что теперь я смогу все, что угодно. Надо просто и дальше бороться со своими страхами. Делать то, на что никогда бы не решилась раньше.

Миша раскидывает ручки в разные стороны. Ему нравится свобода. Он не любит, когда я его заворачиваю в пеленку, поэтому я нарядила сына в голубой костюмчик. Этот маленький мальчик родился несколько дней назад, но уже проявляет свой характер. Он крепко спит, только если чувствует, что я рядом. Стоит мне его переложить в люльку, как он беспокойно возится, а потом вопит так, что у меня уши закладывает. Он требует, чтобы я всегда была рядом. А я готова на все ради этого человечка.

В палате вместе со мной лежит Вика со своим сыном Даней. Мы подружились, обменялись телефонами и решили, что будем вместе гулять. Раньше я стеснялась сближаться с чужими людьми. Но с Викой я очень быстро подружилась. Мы обсуждали пережитые первые роды, свои эмоции, детей. А еще помогали друг другу. Пока Вика ходила в душ, я присматривала за детьми, а потом наоборот.

Артём звонил мне несколько раз за день. Интересовался моим самочувствием, благодарил меня за фотографии Миши, которые я ему отправляла.

– Алиса, у меня есть к тебе предложение, – говорит Артём. – Вас же завтра с Мишей выписывают, может, будешь жить у меня с ребенком? Так я смогу все время быть рядом с тобой и сыном.

Я удивленно хлопаю ресницами и молчу.

– Алиса? – настораживается Артём.

Я перевожу взгляд на Мишу. Он лежит в люльке и хмурится, сын понял, что меня нет рядом. Он сжимает кулачки и начинает кричать. Я вздрагиваю, подхожу ближе к люльке, нежно глажу сына по животику. Миша затихает, смотрит на меня.

– Это наш опять буянит? – слышу в голосе Артёма улыбку.

– Наш. Миша меня от себя ни на шаг не отпускает, – признаюсь я.

– Так что скажешь на счет моего предложения? – осторожно спрашивает Артём.

– Я не хочу жить у тебя, – отвечаю ему и слышу тяжелый вздох. – У меня есть другое предложение. Я с Мишей вернусь в свою квартиру. Там три комнаты. Можешь занять свободную, если хочешь. Я делаю это ради сына. Мне хочется, чтобы в его жизни присутствовали и мама, и папа. А не как у меня… Я в детстве завидовала тем детям, у которых был отец. Хочу, чтобы у Миши все было иначе.

Повисла звенящая тишина.

– Артём? – позвала я.

Может, связь оборвалась?

– Извини… Я просто немного в шоке, – выдыхает Орлов. – Честно, я не ожидал от тебя такого предложения. Я возьму ключи от этой квартиры у Виктора и подготовлю там все для вашего возвращения. Кроватку соберу, коляску туда перевезу. Надеюсь, ты не будешь против, если я свою домработницу попрошу помогать тебе в этой квартире наводить чистоту? Я договорюсь, еду нам будут доставлять из ресторана, чтобы тебе не готовить. Хочу избавить тебя от домашних дел.

– Хорошо. От помощи не откажусь. Спасибо.

Миша начинает вопить. Я зажимаю телефон между ухом и плечом, беру на руки сына. Он утыкается носом мне в грудь. Видимо, опять хочет есть.

– Забыл тебе новость рассказать. Павлу дали пять лет. А его мать переехала в другой город. Как я понял, Виктор приложил руку к ее переезду. Твоя мама квартиру сдала, и уехала вместе со своей подругой. Думаю, эти люди тебя больше не побеспокоят.

– Очень на это надеюсь.

Я знала, что Павлу грозило от двух до пяти лет за совершенное преступление. Значит, Артём все же добился, чтобы ему дали высшую меру наказания по этому преступлению. На счет мамы даже не удивилась. Она любила Тамару, как сестру, поэтому и уехала с ней, что еще раз доказало мне, что мать меня никогда не любила. Я всегда боялась одиночества. Кроме мамы у меня никого не было. А теперь ее переезд не вызвал у меня никаких эмоций. Я больше не одна. У меня есть отец, бабушка, сестры и братья, тети и дяди, Миша и Артём. Они моя семья, моя опора.

Миша не дал мне поспать ночью, поэтому утром я разбитая и уставшая. Нас готовят к выписке. Мне очень хочется поскорее оказаться дома, чтобы немного отдохнуть. Знаю, что Артём пригласил на выписку фотографа. Привожу себя в порядок. Делаю легкий макияж, распускаю волосы, переодеваюсь в голубое платье с длинным рукавом. Смотрю в окно. На улице холодно. С неба срываются снежинки. Вика тоже готовится к выписке. Ее сынок тоже буянил всю ночь. Подруга такая же уставшая, как и я. Но мысль, что скоро окажемся дома, приятно греет душу.

Медсестра вручает мне документы, берет Мишу на руки. Я иду следом с сумкой в руках. Нас спускают на первый этаж, заводят в комнату, где нас уже ждет фотограф. Пока медсестра переодевает малыша, мужчина его фотографирует. Мише переодеваться не нравится, поэтому он вопит. Медсестра подхватывает Мишу на руки, подходит к двери и открывает ее. Я вижу, что в другом помещении меня ждет отец, бабушка и Артём, Маша и Ярослав. Бывший муж протягивает мне цветы и целует в щеку. Медсестра отдает малыша Артёму. Вижу, как загораются глаза Орлова. Он смотрит на ребенка так, будто ему доверили редкое сокровище. Папа и бабушка обнимают меня. Потом я попадаю в объятия Маши и Ярика. Фотограф запечатлел всю нашу семью. У меня на душе тепло и уютно. Рядом со мной люди, которых я люблю.

Артём привез мне теплые вещи и сапожки. Я одеваюсь. Все вместе мы направляемся в мою квартиру. Переступаю порог своего дома и застываю от шока. В коридоре летают голубые шарики, на которых написано «спасибо за сына». На кухне накрыт стол. В моей спальне сделали перестановку мебели. Рядом с большой кроватью стоит кроватка Миши. Рядом с кроваткой комод и пеленальный стол. В спальне тоже летают шарики.

– Ты сделал перестановку? – оборачиваюсь и смотрю на Артёма. – А где Миша?

– Виктор забрал. Они там на кухне. Пойдем. Тебе надо поесть и поспать. А мы будем развлекать Мишу. И да… Я сделал перестановку, чтобы тебе было удобно тут. Не надо будет вставать с постели, кроватка рядом. Тебе всегда будет видно, что сын делает.

Мы собираемся за столом на кухне. Бабушка Аня держит правнука на руках и улыбается. Вижу, что в ее глазах стоят слезы. Мы общаемся. Маша с теплотой смотрит на малыша.

Перекусив, беру Мишу на руки и иду в спальню. Пока кормлю сына грудью, общаемся с Машей. Она расспрашивает меня о родах. Ей только предстоит пройти этот путь. Ярослав, глядя на младшего брата, тоже решил присутствовать при рождении малышки.

Миша поел, и Артём сразу же забрал у меня малыша, увел и Машу в соседнюю комнату.

Я вытянулась на кровати и мгновенно провалилась в сон. Усталость взяла свое. Несколько бессонных ночей вымотали меня. Очнулась, когда на часах было уже семь вечера. За окном темно. Крупные хлопья снега падают на землю. Я встаю с кровати и выхожу из спальни. Захожу в соседнюю комнату и замираю на пороге. Улыбка трогает мои губы. Артём сидит на диване, а на его руках спит Миша. Орлов смотрит на малыша и улыбается.

– А где все? – удивляюсь я.

– Они уже ушли. Не хотели тебя будить. Миша на руках спит крепко. Один вообще не хочет лежать. Хитрый.

– Да, хитрый не то слово, – киваю я. – Подержишь его еще? Я хочу душ принять и выпить чай. А потом искупаем его. Врач сказала, что купать уже можно. Поможешь?

– Конечно. Я поэтому и хотел быть рядом, чтобы тебе помогать.

Я с теплотой смотрю на Артёма, а потом иду в душ.

Вместе с Орловым мы купаем ребенка. Первое купание Миша не оценил. Орет и возмущается. Я вижу, как Артём переживает и не знает, как успокоить малыша. Лишь присосавшись к груди, малыш успокаивается. Мне кажется, что он готов вот так висеть на груди все время. Орлов молча смотрит на то, как сын ест. Когда Миша засыпает, я осторожно кладу его в кроватку. Выпрямляюсь. Я замечаю, как в глазах Артёма вспыхивает огонь желания. Он смотрит на меня, как дикий голодный зверь. У меня волна мурашек бежит по спине от этого откровенного взгляда.

– Спокойной ночи, Алиса, – выдыхает он и уходит в другую комнату.

Вот только ночь выдается не спокойная. Миша снова буянит. Артём забирает у меня орущего ребенка и до утра носит его на руках, чтобы я смогла хоть немного отдохнуть. Миша затихает на руках отца.

В пять утра я кормлю Мишу, он засыпает, а я иду на кухню. Очень хочется выпить горячий чай. Мы себе даже и представить не могли, что с маленькими детьми так сложно. И я радуюсь тому, что Артём рядом. Не только потому, что он помогает. На душе тепло и спокойно, когда этот мужчина рядом. Я осознаю, что Орлов после развода мог начать новую жизнь, но он почему-то этого не сделал. Вокруг много свободных женщин, почему он не выбрал себе новую жену? Зачем ему я? Может, он правда меня любит? Я вижу, как он старается. И не только сейчас, но и после нашей свадьбы Артём всегда и во всем мне помогал. Он хотел помочь мне измениться, а я обижалась на него и психовала. Я ни разу не пошла ему навстречу. Отказывалась от походов к семейному психологу, обрывала все его попытки поговорить со мной на тему секса, я никогда не проявляла инициативу, даже если мне хотелось секса, потому что я дико стеснялась. И не могла перебороть в себе какой-то внутренний барьер. Во время родов он видел мои мучения, рождение сына, он был рядом в тот момент, когда мне было больно и плохо. В роддоме я его не стеснялась, ни его, ни врачей, потому что мозг думал лишь о боли и ни на что другое сил не хватало.

Прислушиваюсь к себе. Я очень люблю этого мужчину и хочу быть с ним, но мне опять мешает страх… Страх довериться тому, кто уже однажды предал. Как перебороть сомнения, я пока не знаю.

Вздрагиваю. Теплые руки обвиваются вокруг моего живота. Пока думала о своей жизни, не заметила, что Артём зашел. Он целует меня в затылок, а потом выпускает из своих объятий. А я ловлю себя на мысли, что мне хочется, чтобы он не отпускал.

– Тебе надо поспать. Утром же на работу, – качаю я головой. – Будешь весь день разбитый.

– Мне не спится, – признается он. – Эмоции переполняют. За меня не переживай. Ты главное старайся спать, когда спит Миша. Я видел, сколько сил ты потратила, пока рожала этого богатыря. Да и вообще, такую нагрузку пережила… Я хочу, чтобы ты больше отдыхала. Я переживаю за твое здоровье. Можно мне тоже чай?

– Конечно, – киваю и наливаю вторую кружку.

Сидим на кухне вдвоем в пять утра, пьем чай и смотрим друг на друга. Я пытаюсь понять, что этот мужчина нашел во мне? О чем думает Орлов, не знаю. Взгляд у него обжигающий, от него у меня снова бегут мурашки по спине, и сердце сбивается с ритма. Я чувствую, что этот мужчина очень сильно меня желает, но держит себя в узде. Артём осторожно накрывает мою руку своей горячей ладонью.

– Алис… – шепчет он. – Я поговорить хотел… О нас…

Я ответить ничего не успеваю. Миша проснулся и громким криком оповещает всех, что его пора брать на руки.

– Пей чай, – кидает мне Артём и поднимается с места. – Я подержу его на руках.

А я смотрю на то, как Орлов скрывается в коридоре и думаю, что же он хотел мне сказать.