Текст книги "Измена. Вернуть семью (СИ)"

Автор книги: Мил Рэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15

Глава 15

Мия

Дверь за Булатом уже секунду как закрылась, а пульс в висках все еще отбивает тревожную дробь.

От разговора все еще дурно и невыносимо больно.

Каждое слово моего мужа, каждая попытка меня задеть или коснуться выжигают в душе невидимые шрамы. Словно стекло в груди треснуло, и осколки резко впились в мое любящее сердце.

Я едва сдержалась.

Хотела плакать, кричать, ударить Булата, наговорить ему гадостей…

Но могущественный враг в лице Шагаева мне точно сейчас не нужен.

Я помнила о ребенке.

Если муж узнает – не отпустит.

Мне придется вернуться и другой дороги не будет.

Я же все отчетливее понимала, что простить не смогу.

Любил ли он вообще меня?

Умеют ли такие люди, как Шагаев, любить кого-то всей душой?

Не пользоваться, не ломать и не присваивать.

Я так и не узнаю, видимо…

Выныриваю из забытья и слышу, как тетя спрашивает у врача что-то о моей выписке.

Тетя кивает, слушая то, что говорит доктор.

Голос Анастасии Николаевны становится мягче, но все еще нервно вибрирует после разговора на повышенных тонах с Шагаевым.

– … в принципе, уже можно. Давайте обсудим немного позже, у меня обход, а я потеряла здесь кучу времени, – говорит врач и быстро выходит из палаты.

– Я-то останусь? Нам нужно поговорить с племянницей! – бодро вскрикивает тетя.

Я готова ее убить.

Тетя Люда выбегает из палаты следом за врачом.

Обхватываю себя руками.

Поеживаюсь и думаю, что меня совсем скоро выпишут.

Несколько дней я болталась в вакууме, мир мой сузился и стал больничной палатой.

Я привыкла коротать здесь время, но выписка совсем скоро.

И больше всего в последние пару дней я думала о том, что будет «После» жизнь с Булатом…

– Поехали домой, – вторгается в память властный голос мужа.

Я не могла не заметить, как Булата подкосило то, что все узнали о его романе с Анной. Видела я как потух его взгляд. Но муж по-прежнему все такой же красивый. Его магнетизм не угас, хоть и прежнего блеска во взгляде больше нет…

Тру щеки ладонями, будто приводя себя в чувства.

На меня, впрочем, не подействовали ни жаркие слова Булата, ни его болезненно-поникший вид. Морок как пришел, так и пропал бесследно.

Мой ответ мужу был однозначным.

Я с ним не поеду.

****

Пока тети не было, мне написала Яна.

– Ты точно решила? Что он сказал? – спрашивает она о нашем разводе.

От ее слов живот скручивается в узел.

– Промолчал. Точнее, он много говорил, но сути это не меняет. Да, я решила, – пишу подруге.

Янка присылает рыдающий смайлик.

Слезинка на нижнем веке сама собой выступила и застыла.

Подруга словно все видит, наблюдая за мной.

– Не плачь, Мия! Я с тобой! – бодрит меня Янка.

Она совсем ребенок, в ее мире все еще иллюзорно.

А у меня скоро будет свой маленький карапуз. И как его обеспечить я не знала, пока Булат не дал мне подсказку.

– Он про ребенка… Про беременность поверил? – Янка с трудом формулирует слова.

Трудно врать. Горько обманывать мужа.

Но жить с изменником еще горше.

Я невольно ловлю себя на мысли, что в офисе они тоже могли…

А может Анна была у него и не одна.

Приказываю себе мысленно себя не накручивать и не разгонять в мыслях ненужные темы. И так я уже несколько дней утопаю в слезах. На малыша мое такое поведение плохо влияет.

Веки окончательно высохли, пока я набирала короткий ответ подруге.

В двух словах сказала, что муж поверил, вовремя вмешалась моя резкая тетушка и приняла тайфун под названием «Булат Шагаев» на себя…

– Как она вообще посмела приехать?! Она же тебя из дома выгнала без гроша в кармане! – тут же спохватывается в ответном сообщении Яна.

Она права.

Но я не успеваю ответить ей, так как в палату влетает моя разъяренная, краснолицая тетя. Кладу телефон на кровать и смотрю на нее.

– Сидишь?! Клуша ты, Мийка! Ты почему передачки и презенты от своего кобеля не берешь?! Все тетя должна делать, сама!

С этими слова она затаскивает брендовые пакеты, сумку из моего бывшего гардероба, которая осталась в доме мужа.

– Что это? – окончательно просыпаюсь.

– Это твое добро, дуреха! Сейчас приедем домой и все продадим к чертовой матери! Будет на что снять квартиру тебе. Потом из командировки вернется Геннадий Андреевич, он депутат. Староват, правда, – тараторит тетя.

Связи в словах нет.

Для меня ее болтовня – так и вовсе бубнеж.

Она ковыряется в пакетах, которые приносил для меня Булат и продолжает бубнить.

– Промурыжишь его немного, но, если будет предлагать постель, не отказывай! Без интима не прилипнет мужчина, – хохочет.

– Тетя Люда, вы что несете?! Я должна спать с каким-то дядей Геной? – врезаюсь в ее фразы.

Людмила впервые отрывается от сумок и таращит на меня глаза.

– Да. Переспишь с ним, и он тебя на работу устроит, к себе в администрацию. А потом родишь ему. Мужику почти полтинник, но детей ни одна любовница ему не родила. Может, он бездетный, правда, – невозмутимо рассуждает, словно не замечая меня....

Глава 15.1

Глава 15.1

Мия

Я встаю с больничной койки.

У меня перед глазами пелена.

Как она смеет распоряжаться моей жизнью, да еще и таким мерзким образом?!

– Какого черта вы несете?! Вы зачем сюда приехали? Сводничать? Или хотите выгодно меня продать, раз я развожусь? – кричу так, что стены дрожат.

Тетя Люда делает глуха к моим словам. Она недовольную мину, цокает и отодвигает оранжевый пакет ногой так, что он мнется сбоку и становится бесформенным.

– Ты мне эти шутки брось, малявка! Врач сказала, что тебя выпишут завтра. И я тебя забираю домой. А дома у нас нет Булатов-Маратов! Есть только дядя Гена, и будь благоразумной! На моей шее ты точно сидеть не будешь!

Она хлопает себя по мощному затылку ребром ладони, я окончательно выхожу из себя.

– Да кто вам сказал, что я поеду с вами? Вы не будете мной распоряжаться! – рву связки в крике от злости.

Тетя Люда не сдается просто так и, бросив пакеты, встает со стула и идет на меня. Доказывать, что я не права. Так было и раньше…

– Значит, к кобелю своему побежишь? Прощалка несчастная! – кричит ответ, сжимая кулаки.

– Нет, не побегу, но и с вами я не поеду, – мотаю головой.

Мои нервы на пределы.

Воспоминания острым скальпелем разрезают настоящее.

Не заставит она меня.

Я больше не маленькая девочка, которой можно было показывать на дверь всякий раз, когда тетке заблагорассудится.

Перед глазами плывут белые стены больничной палаты, а я тетя смеется и разводит руками, активно жестикулируя.

– Ты ему не нужна, глупая! Он выбежал отсюда и сразу своей шалаве стал писать, и на их выродка любоваться! А тебе тут пел про неземную любовь, тьфу ты! – демонстративно ругается и крутит пальцем у виска.

Холодная испарина прошибает от ее слов.

Не верю. Хотя…

Ребенок у моего мужа есть, измена была, и все его родственники это видели своими глазами.

Тетя права, когда кричит и говорит, что сын от помощницы Ланской все равно будет присутствовать в жизни Булата.

– Ты даже не знаешь, что это значит! А если Анна скажет, что ей ничего не надо от твоего благоверного? Тест не сделают, она время будет тянуть. А потом вроде и не нужен он. Деньги Шагаевские Анне не нужны. И все. Время идет. Мелкий растет. А Анна рядом. «Вот, милый, твой сынок. Растет, безотцовщина!» – Людмила театрально копирует голосок помощницы мужа.

Я реву внутри от обиды, но на лице лишь маска холодности.

– Мне все равно. Не нужно называть его сына выродком. Он не виноват. А Булат… свой выбор сделал, – горечью заливает горло.

Чувства распирают грудную клетку. Все это больно и тяжело. Но нужно резать по живому, чтобы не мучиться в браке с предателем.

– Я не поеду с вами, тетя Люда. Кстати, насчет моей квартиры Булат был прав. Вы ведь сейчас сдаете жилплощадь, которую купили за мой счет, так?

– Я ничего… Я не… Там сестра твоя живет. Хамка ты меркантильная! – в итоге выдает моя тетушка.

– Я докажу, что вы продали квартиру обманом. Тогда не могла, а сейчас сделаю все. Вы воспользовались моим жильем, сделали все незаконно с помощью вашей подруги.

Тетка прижата к стене. Людмила хлопает своими быстрыми глазками, щурится и скалит зубы в улыбке.

– Продала и что? Ты ничего не докажешь! – смеется.

Я киваю, показываю ей диктофон, а моя тетушка меняется в лице.

– Х-хорошо, продадим квартиру. И что? Тебе легче будет? – кривится в печальной гримасе.

– Это не ваше дело. И еще я хочу знать, почему вы приехали сюда и как узнали, что я в больнице? – спрашиваю у Людмилы.

Она стала совсем пунцовой от гнева. Моя тетка собирает с пола пакеты и швыряет в угол.

Она выпрямляется во весь рост и нависая надо мной говорит запросто, что ей обо всем рассказала мать моего мужа Диана Георгиевна.

Почему-то, удивления нет. Наоборот, мне становится еще более мерзкой от всей этой истории.

– Твоя свекровь прислала мне сообщение: «Заберите вашу Мию! Она отравляет жизнь моему сыну и его любимой женщине!» Вот так и написала, – покачивает головой, искоса глядя на мою реакцию.

Пальцами тереблю край халата, поправляя его.

Что еще мне предстоит узнать?!

– Я заняла деньги у подруги, примчалась сюда, чтобы помочь тебе. Мне больно видеть, что тебя обижают эти богачи. А ты вот как со мной, племянница, – стряхивает невидимую слезинку со щеки, но не плачет.

– Квартиру отдайте и больше мне ваша помощь не нужна, – говорю, отворачиваясь к стенке.

– Пропади ты! Тьфу! Неблагодарная, – нервно шипит тетка.

Она говорит еще что-то и уходит, хлопая дверью.

Ложусь на кровать и поджимаю ноги, свернувшись калачиком.

Перед тем, как уснуть, пишу сообщение Янке.

У нее я буду жить пока не найду себе новое жилье…

За окном шумит ветер, начинается мелкий печальный дождик. Я почти проваливаюсь в сон.

Мысленно разговариваю со своим будущим малышом.

– У нас все будет хорошо. Без них. Мы справимся, – приободряю себя.

Глава 16

Глава 16

Мия

– Семейное положение?

– Не замужем, – говорю уверенно, но потом поправляю себя. – Разведена.

Сотрудник эйчар-службы, взрослая женщина со строгим лицом без тени эмоций, даже бровью не повела. Хотя, судя по виду, она человек строгих моральных принципов.

Такие женщины обычно реагируют плохо на легкомысленных «разведенок с прицепом», которой я сейчас являюсь…

Машинально задерживаю дыхание и выпрямляю спину перед следующим вопросом.

– Детишки у вас есть? – выглядывает из-под тяжелых очков в темной оправе.

«Детишки» режет слух, заставляя поежиться.

– Есть. Дочь. Три годика.

– В сад, кхм…? – не успевает закончить.

– Да, ходит. У нас есть бабушка, няня, – перечисляю состав своей семьи, которая стала мне роднее, чем кровные родственники.

– Хорошо, – кивает Виктория Борисовна.

Нестандартное анкетирование затягивается и становится чуть более похожим на доверительную беседу. Мне зябко от холода и переживаний, и я натягиваю пиджак на плечи, так как согреться в блузке не получается.

– Вы работали раньше не по профессии? Почему развелись и как давно? – вгоняет меня в краску.

Я ерзаю на стуле, но отвечаю.

Работала немного в другом профиле, но после развода пришлось сменить город, работу…

Развод.

Мне неприятно от волны удушливых воспоминаний.

Мужа я не забыла. Но и не простила.

Я давно не видела Булата. И не слежу за ним. Хотя…

Янка, моя любимая сестренка, порой подкидывает мне очередной пост о том, каких высот достиг мой муж.

К примеру, сегодня утром с ее подачи я узнала, что у Булата Шагаева получилось выстроить бизнес с его двоюродным братом Маратом.

Булат всегда любил отели и гостиничный бизнес, даже когда-то мечтал, что у нас будет свой отель на островах...

Его последний громкий проект у всех на слуху. Жилой комплекс со странным названием Хаял начинал проектировать и строить дядя Булата, Эмин. После кончины дядюшки, комплекс обзавелся еще и гостиницей.

Я так поняла, что это была идея именно Булата.

В Успенске недавно было громкое открытие комплекса. Булат был там, а вот Марат Шагаев не приехал.

Я фыркнула, когда Яна скинула мне новость о бывшем.

Телефон поймала моя доченька Камилла.

– Сто это? Класивый домик, – спросила моя любознательная кроха, крутя в руках мобильный.

– Ками, отдай мне телефон. Твои пальчики очень шаловливые, а мне нужно на собеседование собираться, – сказала ей всего несколько часов назад.

– Мамонька, кто этот дядя? – Ками хлопала своими глазками.

На меня будто посмотрел мой бывший муж, настолько она сильно похожа на него.

– Не знаю. Просто дядя, – пожала плечами.

– Он плинц? Это его плинцеса? – Камилла тыкала пальчиком в экран, и я увидела какую-то девушку возле Булата.

– Он не принц. Он чудовище. А это – злая ведьма, – я наконец-то забрала телефон.

– Я тозе ведма! Уууу! – рассмеялась Ками и показала мне свой беззубый рот в улыбке.

Она смеялась так заразительно, придумывая историю о том, как прекрасного принца Булата заколдовала та самая злая колдунья, которая стояла с ним рядом на фото, что я невольно улыбнулась.

Ей бы сказки сочинять.

Но на самом деле девушка не виновата в том, что Булат из прекрасного принца стал исчадием ада. И превратил мою любовь в пепел…

Отец Ками смотрел на меня с экрана и еще раз подумала, что он стал плохим давно.

Сейчас, сидя на собеседование, я переношусь в события сегодняшнего утра и меня захватывают старые крючки-триггеры. Эмоции, которые давно осели на дне моего сердца, оживают вновь.

В груди неприятно заскребло.

Я ревную бывшего? Нет.

Наверное, меня зацепило то, что его помощница напомнила мне Анну Ланскую, ту старую историю, которая предшествовала нашему разводу.

Получается, он не с Анной. Изменяет и ей тоже с этой «ведьмой» на фото.

Я просто вижу, что он нас забыл, живет и радуется жизни.

Я снова прокрутила кадры из поста, снова будто бы прослушала интервью Булата.

– Булат Гасанович, вы самый богатый столичный холостяк. Когда-то вы говорили, что закончите гостиницу «Амалия» и подумаете о личном. Так как? Выполняете обещание?

– Некогда. Ушел с головой в работу, – с прежней улыбкой отмахнулся от назойливого папарацци Булат.

Он не на вопрос о личной жизни. Или же, получается, соврал.

– Мне все равно! Мне должно быть все равно! – мысленно приказывает разум, но сердце все равно трепыхается в груди.

Я выныриваю из воспоминаний и упираюсь взглядом в холодные рыбьи глаза Виктории Борисовны.

– Мия, вы очень молоды. У вас маленький ребенок, мужа нет. Я бы не хотела, чтобы вы ушли в декрет от нас быстро, – улыбается натянуто.

– О, все мои мысли только о работе, – отвечаю честно.

Она поджимает тонкие губы, и они становятся совсем похожи на полоски.

– Но вы пришли к нам по рекомендации Дениса Владимировича Смирнова. Он не ваш, кхм, простите, бойфренд.

Я снова краснею.

Денис мне очень помогает, но назвать его бойфрендом не могу.

Нас связывает дружба, но Денис хочет перейти эту грань, выйти из френд-зоны…

– Мы раньше работали с ним. Он брат моей лучшей подруги, но мы не с ним не пара, – снова честно призналась Виктории.

– Простите, у меня нешаблонный подход к набору персонала. Знаете, сейчас модно и таролога в штате держать вместо эйчара, – смеется. – Но у нас все традиционно в этом плане. Просто я хочу понимать, кто будет у нас работать.

Она еще раз извинилась, что устроила мне экзекуцию вместо простого письменного анкетирования. Я киваю, что не против такого интересного метода отбора.

Работа мне нужна.

В последствии я хотела бы забрать сюда и мою сестренку-подружку Яну. Поэтому, закрепиться на новом месте мне очень и очень нужно.

– Хорошо. Вы нам подходите. Конечно, еще будет согласование с нашим директором, но главного цербера вы очаровали, – смеется и намекает на себя.

– Я слышала от Дениса, что директор сменился, – пытаюсь уточнить.

– Да, в последнее время мы как переходящее знамя, – хихикает сконфужено.

Виктория Борисовна говорит, что с директором я познакомлюсь в ближайшее время.

– Нужно донести еще документы. Бюрократия как была, так и осталась, – с улыбкой протягивает список и какие-то листы для заполнения.

Видимо, это и все мое сегодняшнее собеседование.

– Ждем вас завтра, в девять. Надеюсь, ваша доченька не часто болеет? – напоследок загоняет шпильку.

Все же, она меня взяла потому, как работа здесь не сахарная. И я для нее все равно остаюсь тем самым слабым звеном, которое может в любой момент выбиться из стройной цепи.

– Все будет в порядке, не переживайте, – также улыбаюсь.

– Хорошо, – говорит Виктория, а я слышу в ее фразе что-то вроде «я буду приглядывать за тобой».

Первый страх прошел только когда я очутилась на улице.

Звоню Яне и спрашиваю, как быстро она освободится.

– Ух, малыш, я на заказе. У меня уже сил нет, но наша Дина просто тиран и деспот! Она требует, чтобы я взяла объекты Жанны, потому как та, видите ли, заболела!

Это извечная проблема в конторе, где работе Янчик.

Она клинер. Уборщица.

Ее все устраивает, но часто случается так, что как вол тащит на себе все заказы своих псевдо больных коллег.

– Янусь, может, я помогу тебе? Мы с Ками живо отмоем пару домов. Камилла любит путешествовать и твоя работа ей очень нравится.

Вспоминаю, как взяла однажды дочку на заказ и она едва помыла мелкой тряпочкой косметику хозяйки, а потом еще и губы чуть не накрасила…

– О, да, я помню! Спасибо, но нет. Заказы за городом, ехать туда далеко. Я час в пробках тряслась. Тем более тебе завтра на работу. Кстати, как тебе собеседование? Денис говорил, что Борисовна странная, да?

– Ну, она была довольно милой. Правда, наличие ребенка и отсутствие мужа ее опечалило.

Слышу, как Янка сопит в трубку и включает пылесос.

Она на заказе, хотя утром жаловалась на слабость и упадок сил.

Перехожу дорогу и оглядываюсь по сторонам, чтобы не попасть под колеса лихача. Перекресток возле гостиницы «Роза» нерегулируемый.

– Ладно, раз помощь тебе не нужна, я заберу Ками и поеду к маме Лене, – говорю о матери Яны, которая и для меня стала второй мамой за эти годы.

– Я быстро. Может купить что-то?

– Нет, не надо, – отключаюсь и тут же успеваю лишь открыть рот от испуга.

На меня несется огромный внедорожники чуть не сшибает, повалив на асфальт.

Капот таранит меня, я падаю…

Телефон вылетает птичкой из ладони и разбивается.

– Девушка! Девушка! Вы живы? – на меня следом летит хозяин внедорожника в темных очках.

– Да, жива, – кряхтя, сижу на пятой точке прямо посреди оживленного перекрестка.

Рядом с нами мгновенно образуется толпа.

Мужчина бережно поднимает меня на руки, я прошу поставить на ноги, так как со мной все в порядке. Грязная сумочка, вещи не в счет. Я-то цела.

– Все хорошо, – пошатываюсь.

Толпа зевак смотрит, что я двигаюсь, иду…

Кто-то говорит, что у меня шок, что нужно скорую и, пройдя несколько метров, я могу рухнуть просто так. Все это пугает наехавшего на меня мужчину.

– Нет, я решительно не могу вас отпустить! Как вас зовут?

– Мия. Все хорошо, мне нужно идти, – показываю на стоянку такси.

– Я довезу вас. Меня зовут Камиль, – впервые стягивает очки и растерянно оглядывает меня.

Его нельзя назвать красавцем, но что-то цепляющее в его внешности возможно есть.

Потом мужчина тысячекратно извиняется. Я понимаю, что и сама виновата, замешкалась, он не хотел на меня наезжать…

– Со мной и правда все в порядке, – стараюсь его успокоить. – Камиль, если вы так настаиваете, отвезите меня в детский сад.

Он согласно кивает, говорит, что готов мне помочь во всем.

Я отшучиваюсь, что ничего не надо.

– Уф, вот так мой первый рабочий день не задался, – говорит по дороге.

В коротком разговоре я узнаю, что меня сбил возле гостиницы мой непосредственный новый начальник Камиль....

Глава 17

Булат

– Сегодня у вас самолет. Будете бронировать борт сами или… доверишься мне, м? – улыбается Полина и легко касается моей руки.

Черт. Меня передергивает. Не люблю, когда вот так подкрадываются.

Я сидел в мыслях, в одиночестве.

И тут она, словно чертик из табакерки.

Прогоняю морок сморгнув несколько раз.

– Забронируй сама. И найди какой-нибудь отель, чтобы по прилету я отправился туда перед офисом, – прошу, все еще поеживаясь от ее руки на моем плече.

Полина садится напротив меня в кресло.

В огромной переговорной больше никого нет.

Только она и я.

И явно Полина хочет говорить о чем угодно, только не о работе.

Я же – выжатый лимон.

Плечи ломит от усталости. Будто бы я бежал длинный утомительный марафон и теперь, наконец-то, пришел к финишу. Фактически, это сейчас и происходит в моей жизни.

Мы прилетели с командой специалистов подписать заключительный контракт. И теперь, когда все бумажные моменты улажены и оговорены, я могу выдохнуть спокойно.

Я сижу все еще раздумывая после подписания. И все больше копаясь в своих мыслях понимаю, что это похоже точка. Мой бизнес полностью сепарировался от бизнеса моего отца.

Я заработал достаточно, ввел все объекты, наладил логистику между филиалами, выстроил сетку и мне стало даже грустно, как-то, когда я осознал чего достиг за последние четыре года.

Четыре года я упивался работой, заглатывая нагрузку как лекарство.

Но ни время, ни трудоголизм не вылечили главную боль.

Мия из моей жизни так и не ушла, засела в голове как заноза.

Может быть, поэтому меня так бесит, что Полина смотрит на меня, облизывая губки.

Я не хочу свою помощницу от слова совсем. Полина не понимает, и легко касается меня под столом своей ножкой будто невзначай цепляет туфелькой.

Уворачиваюсь, и ее носок врезается в ножку стула.

Неприятный звук заставляет проснуться окончательно.

– Так, что у нас дальше, Полина Юрьевна?

– Ах, сейчас…

Она копается в ежедневнике, хмурит бровки, поглядывая на меня. А я как истукан, пялюсь на часы. Меня порой веселят ее попытки стать ближе, но ничего такого на работе я более не допускаю.

Хватило одной горькой пилюли из прошлого. На минуту отвлекаюсь от Полины и читаю в телефоне сообщение от отца.

«Поздравляю с заключением выгодного контракта. Так держать. Ты настоящий Шагаев, сын», – пишет мне он, поздравляя с тем, что произошло сегодня.

С отцом мы не общаемся.

Он окончательно сошелся с Мариной и стал жить с моей бывшей фиктивной женой.

У них подрастает маленький сын. Ребенок родился больным, и мелкому сейчас на самом деле нужна помощь Гасана. Я не злюсь ни на кого из них.

У нас с Мариной никогда ничего не было. Она достаточно нагадила мне и моему брату, но это другая история.

Считаю, что все бумеранги от судьбы она получила.

Отец развелся с моей матерью.

Диана Георгиевна старалась сохранить их семью, но строить счастье на осколках измен не вышло…

– Спасибо, – мой сухой ответ ничего не значит.

Тот редкий случай, когда наши интересы не пересеклись и Гасан Алимович в принципе приносит поздравления от души.

Во всяком случае, мне хочется верить, что испытания сделали отца другим человеком и вообще сделали его человечнее, чем он был раньше.

Дальше мне пишет мой друг Руслан Довлатов, также поздравляя со сделкой века.

– Кажется, бизнес Шагаевых уже достиг такого уровня, что можно было бы и вовсе завершить эту историю? – проговариваю его сообщение самому себе, перечитывая нашу переписку.

– Да, может быть, Рус, – отбиваю ответ.

Полина, видимо, меня уже ждет.

– Когда прилетаешь? Может, заедешь? Эрик скучает по тебе, – не унимается Руслан, подначивая меня.

Я давно не виделся с другом. Все дела, дела…

– Окей, приеду. Но Эрик будет играть в стрелялки по-честному! – отвечаю ему.

– Хорошо, старина. Я передам сыну, что ты ужесточил правила вашей игры, – пишет Руслан и прощается…

Его слова заставляют меня задуматься.

Почти четыре года прошло с тех пор, как я развелся с женой.

Тогда Руслан тоже поддерживал меня.

И я, забив на взгляды Полины, вспомнил наш с Русом разговор…