Текст книги "Юлька или рыжая муза кавторанга Беляева (СИ)"

Автор книги: Михаил Зарубин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Думай дура, думай! Пощупала опухшую пипиську – на глюки не похоже. Глюки так не болят! Чо тогда мы имеем? Закрыв глаза, значится, ощущаю себя нормальной, а в руке член и яйца. Точно член, сука! Чо я его никогда в руках не держала? Не милая, так не пойдет! Вытирай слезы, сука, кончай рефлексировать! Никто твою задницу отсюда не вытащит! Подбивай бабки и крутись давай!

Правильно! Итак, чо мы имеем? Мужика во мне… В смысле, меня в мужике у его постели. И этого мужика в моей башке.

Или меня в его?

Суперпозиция инь в янь, бля… И эта сладкая парочка еще, сука…

Эт чо я попаданка теперь? Не, не попаданка я, попадоска, бля! Ага, жопадоска!

Открыла глаза, ещё и комната качается! Эт куда меня запопадосили жопаданцы эти?

Закрыла глаза. Уроды! Открыла. Опять эта комната! Хоть тут без глюков…

Мама родная, да чо это за «грабли» такие⁉ И это теперь тоже моё⁉ Пальцы короткие, волосатые. Ногти короткие, обломанные и с черной каймой!

Ты, мужик, про маникюр хоть слышал? Ножницы хотя бы видел? Похоже нет…

Сисек нет! Талии нет! Жопа плоская как доска! И такая же жесткая! Точно, попадоска в жопу-доску!

Сука, сука, сука! Между ног, бля, эта «колбаса» долбаная болтается, бесит! Оттянула. Ууу, засада, и тут наеб…ли! Маленькая досталась… А нет – уже опять стоит… большая… Приложила ладонь. Да, сука, разве этими граблями нормально померяешь⁉ Где мои музыкальные тонкие пальчики? Плюнула! А жалко, померять хочется. Сколько сантиметров теперь у меня? Я их как бы с другой стороны только ощущала… И видела.

Так, дорогуша, не отвлекайся, он теперь всегда с тобой, намеряешься. Дальше смотри!

Ноги… ноги короткие, кривые и жутко волосатые!

Только оторвала вторую ручищу от пола как тут же воткнулась носом. Башка однозначно перевешивает. Жопаааа…

Попыталась встать, снова повело. Жопы вообще не ощущаю и башка однозначно перевешивает. Заносит. И чо она такая тяжелая?

Ярких красок, сука, нет. Вообще нет! Всё какое-то сероватое, как пылью подёрнуто… и видно только строго вперёд, а по бокам черная жопа! В смысле – черно и нихрена не видно!

Мужички, суки, как вы в такой башкой и ущербностью передвигаться-то умудряетесь? Или это мне дефектного подсунули?

Где на карачках, где по стенке доползла до умывальника и огрызка зеркала в две ладони размером.

Из отражения пялится потрёпанный жизнью светловолосый мужичок хорошо так за сорокет. Стаааарый!

С огромными усищами на морде лица. Тоже помятой.

Не красавец, мда… совсем не красавец!

Закрыла глаза. Никого! Просто темно! Только гомон этих незатыкаемых. И опять их не видно. Может пропадут со временем?

Напряглась, зажмурилась, а нет – проявились, суки! Сидят падлюки! Раз они во мне, эт чо, я теперь беременная ими? Или они как глисты? Паразитируют? Ага, белочки паразитируют! Шиза это, шиза!

– Эй, сладкая парочка! Ау! – оторвались, заткнулись наконец, ошалело уставились, – Вы куда меня запопадосили, падлы?

* * *

Давайте знакомиться

Вылупились. Кожаный даже шары себе протер.

– Ты… ты… рыжая, ты, что нас видишь?

– А чо не должна?

– Изя, она нас видит!

– Ара, ущипни меня!.. Ай! Дурак, больно же!

– Да вижу я вас, вижу! – хотела ещё «суки» вставить, но посмотрела на бланш молчащего мужика и чо-то очканула. Ну и язык ещё прикусила вовремя. – Ай… Лучше колитесь кто и зачем, меня запопадосил в этого старика? И где, бля, мы?

Переглянулись. Не, мужик-то понятно, только глазами похлопал. А эти переглянулись как пообщались. Кожаный ещё и репу меж рогов почесал. Но, сука, промолчал. На мужика оба посмотрели и снова переглянулись!

– Эй, суки, может хватит переглядываться? Я вроде вопрос задала!

А вот на выскочившее «суки» сразу среагировали! Накачанный вскочил, оскалился, набычился и рванул ко мне. Пипец котенку! Я, честно-честно, не испугалась! Только зажмурилась. А лужа… ну она сама получилась!

Только ничего не произошло. Подождала. Ничего. Еще подождала. Никто не бьет!

Приоткрыла левый глаз.

Кожаный, точнее теперь обезкожаный раскинулся, в отключке валяется. Муди раскинул. А ниче у него агрегат! Из под ноги даже торчит! Большой, зараза… С таким… Ой, ошибочка! Эт чо хвост был? Ха! Все-таки оторвала значит? Поделом сученышу!

А пернатый подполз и его башку у себя на коленях баюкает и плачет. Как баба прям! Мда… точно сладкая парочка!

– Эй пернатый!

Ноль реакции. Может чем потыкать в него, пока этот буйный валяется? Только чем вот? Подходить страшно, а вдруг тоже буйный? Еще покусает…

Пока мялась, кожаный очухался и сел. Мля… а у него и правда рога! И между кончиками искрят.

– Сладенький, а кто тебе рога наставил? Бывшая? Или Это?

Вот спрашивается кто меня за язык дергал? Рогатому опять как пердак порвали, взъярился и с низкого старта снова на меня рванул. Только и трех метров не проскакал, скозь меня пролетел, потом как во что-то воткнулся, искранул и с воем назад отлетел. Дымя светящимися рогами!

Плюхнулся на пятую точку почти к пернатому. Я даже снова испугаться не успела. Правда-правда! Даже рукой потрогала – сухо! Стоп, а где яйца?

Оглядела себя. Все на месте? Всё! Вот они мои родненькие прелести! Открыла глаза – голый мужик в зеркало пялится. Закрыла, напряглась, опустила шары – снова я! Ощупала. Моё! Это как? Когда я смотрю – я, а когда нет – мужик? Пернатый на мои телодвижения посмотрел и только головой покачал…

Стоп! Ха! Это чо, меня этим тут бить нельзя, да? А проверить? А то вдруг рогатый просто контуженный какой. Может от вида моей красоты, сука, корежит и откидывает? Кста, прикрыться надо! А то три голых мужика и я…

Пернатый вроде менее опасный. И, да, майку с него стрясти надо!

– Эй, пернатый, а ты чо не скачешь, ссышь мелкий?

– Издеваешься? Сама в клетку разума засунула и издеваешься?

Припомню, но позже. Эт не главное. Главное, эт чо, я в безопасности от них? В клетке они, да? Ха! Три раза тогда «ха»!

– Так вы, чо в этой черепушке как в клетке тут?

– Ещё и спрашивает!

И отвернулся. И рогатый махнул рукой обречённо так, и тоже отвернулся. Абыдно и бесят конечно. Но ладно. Зайдём с другой жопы. Девочка я или как? Села в полоборота, подтянула коленки, выгнулась демонстрируя S-линию и прелести в наивыгоднейшем свете и ну и мурлыкать начала.

– Крылатки, а давайте лучше знакомиться! Я Снежана Рудольфовна Бе… ляева…

Связанный мужик ожидаемо глаза округлил и «знамя» поднял. Ну «флагшток» свой блудливый. А вот крылатые, суки, отреагировали не так как ждала. Пернатый повернулся и сразу покраснел, ещё чуть и задымиться, но захихикал мерзко так, трясясь и размазывая слезы! А кожаный заржал, даже на спину свалился и крыльями захлопал. Убила бы урода!

– Че ржем, козлы?

– Ну еда, ну насмешила… – ещё и копытами, зараза, задрыгал!

– Юльк, ты хоть нам не ври! – пернатый.

– Какая я тебе, сволочь, Юлька⁉ Я Снежана…

– Ага Снежана с голой жопой из Магадана…

На удивление рогатого заткнул и перебил пернатый. Даже ко мне на жопе повернуться соизволил.

– Юль, не ври, это грешно! Ты Беляева Юлия Александровна! Девятнадцать лет, уроженка Мусохранска, студентка второго курса горного факультета МТИ. Ну и девица лёгкого поведения последний год, а такие надежды подавала! Умница, отличница…

– Вранье и поклёп!

– Что, простите? – пернатый.

– Ага, вранье! Блядь та еще! – это рогатый влез.

– Не прощу! И вообще, суки, усекли, я не ваша девица и не твоя та еще блядь, а светская львица!

– А что, еда, есть разница? – кожаный, сука. Да таким тоном, что я чуть снова в трусы не напрудила. Если б было чем и куда. А так сухо… Проморозило только сначала, да жарко стало потом. И булки сжало. Или это из-за отсутствия трусов? Но вспомнилось – он, сука, в моей клетке. Хрен тебе, сука рогатая! А за страх и за блядь наказать надо!

– Есть, сука! Или тебе, тварь, еще раз меж рогов дать⁉ Я щас только бутылку найду…

Не успела. И бутылки нет, но и рогатого только от моих помыслов корёжить стало! Пока я рот от удивления разявила, пернатый подскочил, руки раскинул, крылья распахнул, собой эту тварюку закрывая. А крылья хоть и потрепанные, но краааасивые! Как у лебедя! И гигантские. Метра три-четыре! Мда… рогатый бугай, а эта пигалица вроде и мелочь, а майка-то коротковата! И труселей тоже нет…

– Прости Ару хозяйка Снежана!

– Чего?

– Прости! Он хороший, только вспыльчивый и очень-очень глупый!

– Майку, курица, отдашь, прощу!

– А я?

– А ты крылышками прикроешься!

Пернатая затравленно оглянулась на валяющегося рогатого. Потом на «флагшток» связанного мужика. Покраснела, но стянула! Майку.

Ой, да ладно, деточка, ты чо там прятать хотела? У тебя ж кроме костей ничего не выросло! Доска и то более выпуклая! Ой-ой-ой, то же мне, крылышком прикрылась! А жопа-то оголилась! Но майку мне протянула, сжалась, зажмурилась и нимб погас. Но протянула! И как я тебя столько с мужиком путала?

Стыдливая? Твои проблемы деточка! Забрала майку. Натянула. Мля… Не моё. Лучше б не натягивала. Только хуже стало. Сверху всё торчит и вываливается как не стягивай, снизу тоже. Всё открыто как подол не тяни. Жопа!

Раньше я просто голая была, а теперь пошлая и голая как дура. Еще и потом ткань воняет! Фу! Стянула майку, швырнула обратно, пернатой.

– Натягивай! Я добрая сегодня…

А эта дура просияла, нимб вспыхнул и даже сама вся светиться стала! Как лампочка, мля! Натянула и к своему рогатому бросилась. Гладить. Чет я не понимаю, они ж эти, как их, антагонисты?

– Эй, пернатая, я вроде представилась!

– Ой, простите, чтоб мне да промеж нимба! Я Израэля, это Арагорн.

– Ну мне прям легче стало!

– А?

– Дальше девочка, дальше! Кто, где, откуда, с кем?

– Ну… я Израэля, Изя. Я просто ангел. Правда меня выгнали…

– Ангел из Рая? – нехрееена себе! «Просто ангел», сука!

– Ну почти…

– Почти ангел или почти из Рая?

– Почти из Рая… Я в Раю никогда не была… я из младших… из внешней стражи…

– Не слышала о выгнанных ангелах внешней стражи!

– Ну вы… вы нас падшими зовете… – покраснела и потухла.

– Тьфу ты! Повезло на ангела наткнуться, и та падшей бабой оказалась! Выперли из-за чего?

– Я Арагорна выпустила…

– Этого? Бля, втюрилась чо ли? А он?

– Ну тоже… – вот теперь она засветилась, правда розовым-розовым!

– Что тоже? Ангел? Втюрился или тоже падшая баба? – на «падшей бабе» кожаный было дернулся, но… остался благоразумно лежать. Обучаемый!

– Та нет, он… он демон… только тоже падший. Точнее наоборот…

– Вознесшийся получается? И его выперли?

– Да…

– Дай угадаю, из-за тебя?

– Да, Ара говорит…

– И чо я вам за стол плюхнулась мне не привиделось?

– Нет, хозяйка… – и отползать стала!

– Значит не шиза… Эй, пернатая, куда поползла? А ну замри! Чо там, суки, со мной сделать хотели?

– Эээ…

– Мне твоему Аре опять промеж рогов дать?

– Не надо!

– Говори!

– Ну… ссс…сс…скушать…

– Меня⁉

– Да… вашу душу…

– А… а… а чо, ангелы души теперь жрут?

– Нет, но понимаете, если б мы вас поглотили, то нас домой к Арагорну может быть приняли!

– И тебя?

– Ну… ну я могла развоплотиться…

Понятно. Баба втюрилась. А рогатый козлина бабьей дурью вовсю пользовался! Скотина! Все мужики козлы!!!

От моей ненависти рогатого опять начало плющить и ломать! Заискрились разряды! Ну и пернатая дура опять тут как тут перед ним нарисовалась! На колени плюхнулась, опять крылья распахнула, урода закрывая!

– Снежана, не надо!!!

– Еда… меня убьешь тут… все сдохнете!

– Оба на, у урода голосок прорезался! И почему это, сука, мы сдохнем?

– Мой труп… кх… в башке гнить начнет… и вы сдохнете…

– Ладно… Потом с тобой разберемся!.. Так, а этот усатый у нас кто?

– Мы не знаем. Нас в него внесло за тобой. Только он Ару бить сразу кинулся… Ну вот и пришлось… Связать… – и снова покраснела, и потухла! Свет у нее, что за стыд отвечает?

Ладно, я не гордая. Подошла, присела, осторожно вытащила кляп. А то кто его знает, вдруг и на меня киданется?

– Мужик ты кто?

Молчит! Только мне на сиськи пялится!

– Эй, мужик, ты кто?

Молчит, сука! Еще один озабоченный на мою голову!

– Эй, мужик, ты по русски-то понимаешь? Или тебе по яйцам пнуть?

– Понимаю! Не надо!

О, подействовало! Заверещал!

– Ну тогда колись, кто ты, где мы?

– Изыди! Изыди демоница… – так, понятно, мужик в неадеквате. У меня б наверное тоже крыша поехала, если я у себя в мозгах голую телку застала. В бабочке. Или мужика… Для профилактики и снятия своего стресса пнула! По яйцам конечно! Ну повыл, покрутился! Дождалась пока умолк. Тут еще Изя с волочащимися крыльями сзади подошла, через плечо заглядывать стала. Дура, чо обойти сложно? Но мужика неожиданно проняло! Сначала, правда на ноги ей уставился, но потом крылья увидел и глаза округлил!

– Эй, мужик, колись! Или еще пнуть?

– Как колоться? – о, разговорился!

– Ша пну!

– Понял! А мы тоже Беляевы!

– Чо⁉

– Ну… я тоже Беляев! Только Григорий Павлович! А где мы, я не знаю!

– В смысле не знаешь?

– Да спал я, а потом на меня какая-то дура озабоченная свалилась, насиловать начала, еле спихнул! А потом сразу вон тот черт рогатый драться бросился!.. И я того… Ну а дальше вы появились… Вы ангелы? А где ваши крылья? А почему вы голые? Это мусульманский рай, вы гурии и я умер?…

– Стооооп! – сука, у меня от твоего тарахтения голова лопнет!

– А?

– Молчать!

– Но я…

– Пну, сука!

Заткнулся. Понятно, но ничо не понятно. Одно ясно – озабоченная дура – это я. Сука! Даже стыдно стало!

– Григорий Павлович, а вы где спать легли? – это Изя влезла.

– Как где? У себя в каюте…

– А каюта где? – правильный вопрос Изя, только краснеть и майку вниз тянуть так не стоит!

– Как где, на «Корейце» конечно!

– А «Кореец» у нас что?

Мужик посмотрел на Изю, на ее ноги, потом на меня, улыбнулся в 32 зуба, отчего подбитый глаз вообще закрылся, и ожидаемо заявил:

– Корабль конечно!

Сука, издевается! Только тут и рогатый возбудился, охая, перевернулся и выдал:

– Беляев с Корейца? Сука, Беляев, если ты еще скажешь, что сегодня 27 января 1904 года и мы в бухте у Чемульпо, то я, несмотря на эту рыжую дуру, тебе врежу и второй глаз подобью!

Молчит. Только на рогатого нашего пялится. И опять шарами крутит. А вот рогатый башкой об пол стучаться стал! Припадочный какой-то, бля…

– Эй, рогатый, ты чо?

Молчит. Только башкой об пол стучится и воет!

– Ара, может и тебе по яйцам пнуть?

Помогло. Сел даже. На меня уставился.

– Еда, если ты не исхитришься вырваться и вытащить жопу из этой долбаной бухты за сегодня, то нам всем кирдык!

Глава 3

Чемульпо

Краевые условия

– И почему это, если я не свалю за день из вашей, как её, Чемульпы, мне всё? Кирдык?

– Ара, мы где? Объясни!

Меня рогатый урод почему-то опять проигнорировал. За дуру держит, да? А вот пернатой он только про какого-то залётного варяга сказал и огрызок хвоста зачем-то показал. И эта вроде и блондинистая дура, но всё недоступное мне вмиг просекла, охнула, по мне стекла, на жопу плюхнулась. Кулачки в рот сунула. Опять потухла и завыла еще!

Пришлось пощечину отвесить. Не по яйцам же пробовать её пинать? Так нет их, сука, у нее! И, похоже, не было ещё! Влепила. Хоть выть прекратила! Теперь за мордашку ухватилась.

– Эй, Изька, может хоть ты соизволишь и мне объяснить, почему я из этой вашей сраной Чемульпы должна валить?

– А?

А сама на меня ноль внимания, как перехватила взгляд усатого, так и краснеть начала, коленки сжала. Пришлось брать за ангельские уши и к себе мордой лица поворачивать. Голая жопа и Беляев подождут!

– Зачем мне из Чемульпы валить?

– Не Чемульпы, а Чемульпо! Но мысль, Юля, верная! Улепетывать отсюда край сегодня как-то надо! – под жадным взглядом Беляева Изя всё-таки не выдержала, сбилась, прередернула плечами и дотянула майку на коленки. Не помогло, к усатому присоединился пустивший слюну рогатый, и теперь уже оба вожделенно уставились на проступившие сквозь ткань намеки на выпуклости и торчащие соски. Я вон голая, а на меня так не пялятся! Обидно, сука! И эта дура еще! Блондинка, ох, и куда я попала? Тут писец непонятный корячится, а в наличии два озабоченных великовозрастных придурка и корчащая тут няшную невинность падшая женщина! Ангел, то есть…

– Сегодня?

– Да Юль… Ой, хозяйка Снежана, простите!

– Да ладно, чо уж там… Зови просто Юлькой…

– Изя, а зачем валить-то?

– Тут бой сегодня будет. И потом вечером нашего «Корейца» взорвут!

Сука! Богатырям в сказках, хоть три дня и три ночи давали! А мне, получается, за сутки из этой дыры умудриться свалить. А зачем кстати…

– Так в чем проблемы? На белый пароход и адью? Денег, вон, полная касса! Наймем…

– Не, еда, мы с тобой только на этом «Корейце» вырваться можем! – рогатый сглотнул, отвёл взгляд от своей белокурой дуры, и уставился на меня. Ещё и облизнулся, козел!

Не проканало. Естественно, не дала! То же мне мачо! Сплюнул.

– Не просри так бездарно ты мой хвост – могли бы попробовать! А так… эх! Так что мы и этот ржавый кусок металла – одно целое теперь. Вросли. И, дальше чем ты видишь, удаляться нам от него никак нельзя!

– Почему?

– Потому, еда, что мой хвост и, вон, ее перо по твоей тупости растворились в этой долбаной железяке! Мы теперь часть этого суденышка! И он часть нас! А так как мы заперты в этом бренном теле, то и часть тебя, дура! Разорвет связь с кем нибудь – сдохнем! Погибнет корабль – загнемся и все мы тут! Понятно⁉

– Почему сдохнем? Ощипаные курицы не дохнут…

– Юдльк, ты отдельно от головы жить можешь? Вот и мы не можем…

– Сука, чо вы такие сложные?

– Развоплотимся мы тут, Юль! Только Григорий Павлович останется. Да и то, однозначно, с ума сойдёт…

– Не ной пернатая! Не развоплотимся! Не вариант! Я на Багамы хочу! И на Бали ещё! А на ваши сопли и зашибания я клала! Вырвемся!

– Это невозможно!

– С ху… прости мамочка, достал рогатый урррод! Чо эт невозможно?

– Ваши земные теоретики на форуме Цусимы этот расклад и так и так крутили. Моделировали. Без вариантов. Не вырваться отсюда! Расклад не тот!

– Ботаны-то? Они, бля, намоделируют! Я-то тут в реале и первая. Не ссы пернатая, вытащу я твою задницу с твоим рогатым любовничком!

– Не любовники мы!

– Не первая ты, еда!

Как они меня задолбали одновременно, сука, говорить! Может одному по яйцам все же вмазать?

– Чо?

– В реале сто семьдесят первая, говорю. Хотя сто семьдесят мужиков было и ты первая… – понятно, рогатый наглее! Изька опять красная как аварийная сигнализация. Ушами и нимбом, надувшись, сверкает! Право, как ребенок…

– Чё? Чё заливаешь рогатый, нереал это!

– Почему это?

– Ты меня за твою наивную блондинку не держи! Рога пообломаю! Запомни, я с горного! У нас физичкой баба была!

– И что? – это пернатая курица влезла. Чуть на рогатого голос подымаю, эта тут как тут – жопу рвать готова, его защищая! Дура…

– Бля… Ну и тупая же ты Изя! Хотя чо с тебя возьмёшь – падшая блонда! Вон в черта втюрилась…

Молчат. Изя, отвернулась. Обиделась. А кожаный, зараза, подоминировать силой не может, так хоть взглядом решил! Гляделки, падла, сломаешь!

– И, рогатый, не демонстрируй тут мне свой интеллект! Все равно тупость твоя меж рогов просвечивает!

– Но я молчу!

– Во-во! Делаешь мне тут вид, чо думаешь!

– Эээ… Чо делаю⁉

– И ты тупой, всё в хвост наверное ушло! А его оторвало! У физички миниюбки не прокатывали. Не выучила – не сдала! Отчислили! Поэтому, сука, если отказаться от теории множественности вселенных Энштейна, то пересекаться эти ваши попаданцы должны! И да, едой ещё раз обзовешь – спереди тоже хвост вырву! По самый корень! Врастешь и им в эту железяку!

– А⁉

– Чего? – а чё ты мне тут заливал? Тоже мне Маньку с подворотни нашел! Или это он про передний свой хвост распереживался? Так оторву, нахрен он мне, пусть, сука, винты им крутит!

– Тебе, рогатая крыса, я Юлия Александровна! И да, Изька, не верь ему! Здесь бы от попаданцев не протолкнуться было! А я одна! Ну… с вами ещё…

– С чего бы? Просто система божественных туннелей сдвигает окно точки вылета души следующего попадуна на миг дальше в прошлое. И всё. Вон Дойников…

– Попаданца!

– Не, еда! Ой, прости, прости Юлия Александровна, вырвалось! – Просек! Причиндалы вмиг скукожидись! И даже ладошками прикрылся! Ссыкло! А столько понтов было…

– Ваш выдуманный попаданец может изменить мир. Реальный попадун ничего не способен! Принцип неизменности времени Новикова. – ну куда ж без нашей влюбленной? Вылезла теоретичка спасать дорогие сердцу бубенчики…

– И… – игнорирую черта и обращаюсь к Изьке, – И чо, пернатая, никто не вырвался?

– Неа! И наши и демоны не раз пробовали… Ткань мироздания неизменна…

– Заливаешь!.. А тогда зачем твой этот туннель нас сюда запихнул?

– Так нехрен амброзию из нашей бутылки было хлебать! – не выдержал, ссыкливое чертило! Жаба задушила, да?

– И чо? Ну хлебнула и чо?

– Она волю желателя божественной искрой проявляет в реальность.

– И? Тебя что ли? Или этой?

– Я за Ару испугалась… Вот мы в Чемульпо и попали. Он вашим Иньчхоном потом стал.

– Сука, лучше б я ему тогда бутылку по самые гланды запихала!

Помолчала. Инчхон всё-таки значит, да? Лучше и я промолчу! А то и мне засунут…

* * *

Просто «Корейчик»

Мда… Мечтала о белом пароходе и теплом море. Вместо парохода какая-то древняя военная посудина, вместо теплого моря и нормального Инчхона, эта как ее, Чемульпа… И три шизы в не моем теле!

И чо мне делать в этой сраной ситуации?

– Эй, пернатая, расскажи хоть, чо здесь произойти должно!

– А ты, что не знаешь?

– Нет, блядь, всю жизнь готовилась, историю про вашу хренову Чемульпу учила!

– Ну вообще-то не нашу, а вашу…

– И не Чемульпу, а Чемульпо! Почти столичный порт Кореи, кстати!

– Рогатый, харэ заливать! Столица Кореи Сеул! Это даже я знаю!

– Столица – Сеул, а столичная бухта и порт – сейчас Чемульпо!

– И чо? И вообще, сука, заткнись и спрячься, пока не спрашивала! Тетя злая, тетя и без бутылки найдет, чо тебе в задницу запихать!

– Юль, ты бы правда Чемульпо правильно называла. А про бой тебе подробно рассказывать?

– Давай лучше кратко…

– В 9.00 японский адмирал Уриу выслал ультиматум, с требованием сдать корабли. 11.00 Руднев выступит перед командой…

– Руднев чо за хрен?

– Ааа… Всеволд Фёдорович Руднев – это капитан 1 ранга, командир крейсера «Варяг», ну и наш непосредственный начальник теперь… Ты про него хоть слышала? Нет? Поняяятно… Потерянное поколение… Так вот, в 9.00 твои русские получат ультиматум, 11.00 Руднев выступит перед командой «Варяга». В 11.20 нам на «Кореец» отсемафорят. «Варяг» и «Кореец» снимутся с якорей и пойдут на выход из бухты.

– Ну вот отлично! Вот мы и свалим отсюда!

– Юль, подожди! Бухта перекрыта японцами!

– Сбежим!

– Мы самая медленная лохань здесь и их 9…

– На скока медленная?

– Ну мы максимум дадим 14 узлов. Узел, это 1852 метров в час. Одна десятая мили в час. А их любой из кораблей нас сильнее и дает минимум 20 узлов!

– Твою мать, они чо, нас быстрее всего на 5 километров?

– Да, и это, Юль, очень много для сейчас! Мы всего 25 километров в час делаем. И то на самом пределе.

– Блять, гоночный болид прям!

– Да… Так вот, в 11.45 пристрелочным выстрелом японского крейсера «Асама» по нам начнется бой между русскими «Варягом» и «Корейцем» и японской эскадрой.

– В смысле бой⁉ Какой нах… бой⁉ Какого «Корейца»⁉ Вы чо охренели⁉

– Да, Юль, бой! Рудневского крейсера «Варяг» и нашего «Корейца» с 9 японскими кораблями. И тебе «Корейцем» командовать…

– Ой, жопа мне жопа! Она накомандует…

– А может лучше я?…

– Рогатый пасть заткнул! Беляев, как там тебя, помолчи, а? И чо, нас потопят?

– Нет, Юль. По нам даже ни разу не попадут. Как и мы, кстати… Так вот, в 12.00 японцы первый раз попадут по «Варягу», потом ему прилетит ещё 5 попаданий и в 12.13 Руднев отвернет «Варяг» обратно в порт…

– А мы?

– Мы за ним. В 12.40 из-за угрозы нейтральным судам и русские, и японцы бой прекратят…

– Не судам, а кораблям!

– Ара молчать! – о, а как синхронно получилось! Похоже мы с Изькой уже спелись! Ха, пипец рогатому козлу…

– Так вот, в 13.00 встанут на якорь. В 13.35 Руднев отправится на французский крейсер «Паскаль», а потом на британский «Талбот», где договорится о интернирования экипажей судов…

– Кораблей, женщина, кораблей!

– Ара, молчать!

– Рогатый, сука, тебе чо жить надоело⁉

– Женщины, запомните! Русские военные моряки свои железные посудины испокон веков называют только кораблями! КОРАБЛЯМИ! Судно вон под кроватью воняет, ну или гражданские лоханки тоже суда! Поняли⁉

– И чо? – эт не я! Это Изя, честно!

– А то, что назовет наша рыжая ммм… Юлия Александровна эту посудину судном и всё, каюк авторитету Беляева! Поняла⁉

Посмотрела на Беляева. Глаза шалые, но кивнул. И, умничка, молча кивнул!

– Ладно, поняла. А теперь умолкни!

– Ааа…

– Так вот, Юль, в 15.00 Руднев соизволит довести это до нашего Беляева. Ну а тот в 15.30 на собрании офицеров «Корейца» решат взорвать су… корабль. В 15.51 последний матрос покинет «Корейца» и в 16.05 его взорвут. Ну и всё, нас не станет…

– А этот, как его, Руднев?

– Они в 18.10 затопят «Варяг» на мелководье и через 9 дней японцы начнут работы по его подъему.

– Поднимут?

– Конечно. И его и «Сунгари». Они в японском флоте будут плавать…

– Женщины! Твою мать, не плавать, а ходить!

– Рогатый, да заткнешься ты наконец⁉

– Молчу-молчу, но корабли ходят!

Посмотрела снова на Беляева. Тот также молча снова кивнул. Развязать, кстати, мужика надо…

– Сбил, сука! Изя, а «Сунгари» это, чо ещё за хрень?

– Это вон тот белый пароход. Тоже русский.

– Военный?

– Нет, гражданская посудина с грузом фарфора наместника Алексеева…

Сука, ещё и Алексеев какой-то… Башка точно лопнет!

– А «Корейца» подымут?

– Нет, Юль, его взрывом разметает по порту. В том числе из-за опасения повредить нейтральные суда, тьфу… корабли, Руднев и не будет взрывать свой «Варяг».

– А французы и англичане, чо молча проглотят как нас тут япошки топить будут?

– Почему молча? Они им ещё и аплодировать будут!

– Суууки!… Впрочем, как всегда… А с морячками, чо будет?

– Иностранцы вывезут и потом отправят в Петербург. Где в апреле ваш император наградит как героев.

– Не поняла, за чо?

– Ну… – помялась, покосилась на рогатого. Тот поймал мой взгляд и отвернулся. Сука! Опять политика и пропаганда! Ну почему у нас всегда так?

– Понятно…

* * *

Этот, как его, Руднев

Так, стоп! Это чо получается, этот, как его, Руднев моего Беляева, ну то есть теперь меня, просто просемафорит? Своим скажет, а меня типа во второй сорт? Даже не позовет?

А не охренел ли этот господин⁉ Начальник, да? Во скока он там объявлять будет, начальник? В 10? 11?

– Изь, во скока этот Руднев своих офицериков соберёт?

– В 10.00 вроде… Но тоже не всех…

– Эй, Ара, щас скока?

– 8.34…

– Бля, сука, и чо мы телимся⁉ А в нашего «Корейца» точно не попадут?

– Ну если геройствовать не будешь, то точно. Никому мы нахрен не нужны.

– Точно?

Оба кивнули. Ну хоть так легче! А то мне что ссыкотно стало. Депутатик один раз в свои разборки ввязал. Со стрельбой. Так я того… Ну его нахрен, короче, когда в тебя шмаляют!

– Так, Ара быстро распутывай нашего Беляева! Нахрен валяться, вокзал уходит!

Только вот зря я это сделала. Ещё и на Изьку отвлеклась! Когда рогатый кряхтя доковылял и развязал руки Беляеву, тот сразу моему недодемону в глаз зарядил. Нет, морду Аре я набить и сама не прочь, но не сейчас же? Да и кожаный тот ещё оказался. Как этот, как его, Мухамед Вали! Лягнул в ответ копытом снова по многострадальной морде усатого и тот мешком улетел!

Падла рогатая, как же ты меня задолбал! Как не вовремя! Надо было вместо этого тупого мяса Изьку пустить! Лучше пусть бы её замацал, может поумнела бы…

– Рогатый, сука, ещё раз без приказа копытами махнешь – ноги из жопы как хвост выдерну!.. Сука, тут время горит, а дядька теперь благодаря одному тупому уроду в нирване отдыхает!.. Изя, солнышко, ты команду этой лоханки, надеюсь, знаешь?

– Да…

– Тогда подсказывай!

Сука, начала одеваться – опять затык! Лан голова перевешивает – ей и в стенку упереться можно, но тут засада засад! Перерыла всё – трусов не наблюдаю! Даже паршивых семейников! Опять без трусов? Да, чо за жизнь-то такая! Лан, примем за данность – счастливые трусов не надевают! А эти, падлы крылатые смотрят и ржут…

– Доржетесь, джапы придут, голая жопа как раз в тему будет…

Ага, когда осознают, чо жопу припекает, все сразу в тимбилдинг играют! Одежду я напялила почти сама, ну ладно-ладно, заскочивший в комнату на мой шум, хмырь в тельняшке помог. Сука, ну сапоги на тряпки мне отродясь не приходилось натягивать!

Коньяк Ара вынюхал, а то б все косились, как меня на каждом повороте заносит. А так хлебнула – и нормалек! Бухой капитоша! Штормит!

Из комнатки своей на палубу по наводке Изи вылезла. Бля, а кораблик мой совсем махонький!

Козлина-депутат в круиз по Волге и то на бо́льшем теплоходе катал! И спереди ещё, весь вид портя, как усики у рака по бокам носа две толстенные дуры торчат! Орудия, сука!

– А если я назад пострелять ими захочу, то как?

– Никак!

– В смысле никак? Это чо, жопа у нас голая?

– Вот так, Юля, никак. И не жопа, а корма!

– Бля! Бля! Бля! И как тут побеждать, как доминировать? Только носом значит…

А море засрано как и у нас. И берег из-за деревянных суденышек не видно. Шелупонь всякая на волнах болтается, обзору, сука, мешает, зелень пожухлая… Тиной и рыбой воняет!

О, французик!…

В 9.00 мужик, которого Изя назвала вахтенным приволок на палубу раскладной столик и пожрать.

Ну а чо? Заморила червячка, надеюсь на диете хоть теперь сидеть не надо! Жопа у мужиков же не должна отрасти! Поэтому жрала овсянку и пыталась освоиться с новым телом, внешними видами и троицей внутри. Ну пока ещё двоицей, правда. Беляев, сука, так в отключке и продолжил валяться. Ну и Изька фоном просвещала…

К 9.30 разогнала всех работать.

Квартирмейстера Акиньшина с дюжиной матросиков заслала по корейским джонкам скупать рыбацкие сети, обшивать их грязными тряпками, рваньем и травой. Не хочет? А в лоб, сука, не хочет? Нет? Ну так быстро искать и вязать! Чтобы к 14.00 навязал на всю лох… корабль, бля! Зачем? Чтоб в лоб японский снаряд не получить! Глаза выручил, воротник дёрнул, но выполнять ускакал резвым козлом! Правда бабла из сейфа на работы стрёс сначала основательно. Плакала, но… дала! Бля, ну чо за предки – даже тырить, чо плохо лежит не уеют?

Минного офицера лейтенанта Левицкого озадачила найти где хочет пару десятков бочек литров по 100 и забить их под завязку селитрой. Хотела сначала на берег сослать, но Изя просветила – джапы уже первую партию десанта в город высадили! На вопрос: «когда успели?» – с охранением узнала, чо вчера, одновременно с обстрелом торпедами моей лохани. А мы чо? А мы, оказывается, героически увернулись и отсалютовали джаповским миноносцам! Не, отсалютовали, это, сука, оказалось не метафора! Сигнальными снарядами стрельнули, типа петардами. Типа, сука, давай ещё, и назад в порт драпанули. Тоже героически…

Сука! И чо мы всю ночь, тогда здесь в бухте телились? Чо не свалили-то? Или пока в лоб не дадут это не война, типа?