Текст книги "За Гранью, книга 1-я (СИ)"

Автор книги: Михаил Мишенькин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7

– Не пришла ещё, – утвердительно произнёс я, войдя в нашу комнату, имея ввиду нашу Машу.

– Нет ещё, – соглашаясь со мной, произнёс Степан и рухнул без сил на свою кровать.

– Умеет Добролюбович, соки выжимать, – снисходительно произнёс я, глядя на валяющегося Степана.

– Ну да, – буркнул Стёпа и с тоской добавил, – и ведь не уйдешь от него теперь.

Хы-ым, я что-то снова не знаю.

– То, что не уйдешь это правильно, решил заниматься, значит надо заниматься, – продолжая разглядывать обессиленного друга, я все-таки решился на вопрос, – а почему не уйдешь?

– Да потому, – откликнулся Степан, ладно хоть про кувшин теперь не вспоминает, а сразу объясняет, – не принято так, как ты и сказал решил так решил, а если всё-таки уйдешь, засмеют и подкалывать будут, до конца обучение, типа – сосунок там, маменькин сынок … Тебе хоть попроще, в плане тренировок, – неожиданно закончил Степан.

– Как так? – удивился я.

– Ты же без родительской опеки вырос и воспитывался в “Доме спасённых”, ну так он называется, – посмотрел на меня мой друг, – а там вас утренние и вечерние зарядки, пробежки шестикилометровые …

Так вот оно в чём дело, а я всё удивлялся, почему меня не так сильно изматывают тренировки, на этой “Атлетической гимнастике”. Теперь понятно, меня с детства гоняли, а я уж думал, что это новое тело такое выносливое. Оно и к лучшему, раз так.

Раздался стук в дверь.

– Открыто, – откликнулся Степан.

В комнату вошла довольная наша Маша и сразу взяла “быка за рога”:

– Дань, начинаем?

Ну конечно она имела ввиду про книгу – мол вызывай свою Дею и пусть она тащит сюда обещанную “Мудрую книгу”.

Понятно спорить с нашей Машей я не стал, лишь хлопнул ладонью по своей кровати – мол, присаживайся.

Погладив пальцем стекло смарт-часов, сказал:

– Де-ея, ау-у.

Маша подозрительно посмотрела – мол что за нежности?

– Хранительница Дея, помощь нужна, – постарался я сгладить ситуацию.

Моя Маша, удовлетворительно кивнула своей головой – мол так-то лучше.

Послышались знакомые звуки электрических разрядов, фейерверки, ну как обычно, вы в курсе.

– Даня? – проявившаяся Хранительница, внимательно посмотрела на меня своими синими глазками, как-то чересчур нежно что-ли.

С боку, как раз там, где рядом со мной, сидела моя Маша, послышалось недовольное сопение.

Я с удивлением повернул свою голову и столкнулся взглядом с другими синими глазами, отнюдь не нежными, в данный момент.

Укоризненно посмотрев на Дею – мол не нужно тут амуры разводить.

Дея, проказница, хлопнула своими глазюками – мол, что? Типа она не при делах.

Вздохнув, я показав рукой на свою кровать, со стороны моей Маши конечно, чтобы купировать фокус напряжённости, так сказать.

– Прилечь? – невинно поинтересовалась Дея, якобы для уточнения моего жеста.

Сбоку, где моя Маша, уже сердито, можно сказать, рычали, ну образно, конечно, Степан вздыхал. А я чувствовал, что ситуация выходит из-под моего контроля окончательно, решив всё-таки сгладить момент, решительно произнёс:

– Дея, присядь, пожалуйста, в ногах правды нет.

Дея, хмыкнув выдала фразу, после которой я решил, что сейчас увижу “Конец света”:

– Дань, а если я присяду, то правда значит появится, – и она, закатив глазки, прижала руку к своему подбородку и якобы поняла, расцвела улыбкой, – поняла, правда в моей попке, Даня, ты значит любуешься моей попой? Проказник, – и она погрозила мне своим пальчиком.

Вот так и начинаются войны.

Искоса, глянув на мою Машу, глаза которой метали молнии, а значит раскаты грома вот-вот наступят.

Глаза Степана выражали крайнюю степень неопределенности, мой друг не понимал то ли ему сбежать из комнаты, то ли закрыться какой-нибудь книгой, дабы не участвовать в дружеских разборках.

“Так, нужно действовать решительно и быстро, – решил я, – Мария, помоги мне” – мысленно обратился я к подруге Стихии.

Встав на ноги, я обратился сразу к обоим источникам напряженности:

– Маша, дай мне минуту, пожалуйста, а ты, Помощница Дея, быстро прекращай свои провокационные заявления и объясни моей Маше, что это всё, твои шуточки, – потребовал я.

Дея, посмотрев на мою Машу, обворожительно улыбнувшись, объяснила:

– Маша, ну что ты в самом деле? Я проводила психологический эксперимент, – и “честно” взглянув ей прямо в глаза, добавила, – ты должна понять мою тягу к обучению, я же то же учусь.

Стихия-Мария, нежными и тёплыми потоками лёгкого ветерка, обдувала покрасневшее от гнева лицо моей Маши.

Вот ведь Дея, хитрюга, сыграла на Машиной тяге к Знаниям, в общем моя Маша сразу успокоилась. А Хранительница, присела туда, куда ей и предлагалось, на кровать, со стороны Маши.

– Мир? – Дея протянула свою ладошке моей Маше.

– Мир, – подтвердила моя Маша и протянула свою ладошку, – и как я сразу не догадалась? – посетовала она, сама на себя.

“Уф-ф, – мысленно выдохнул я, – мировой войны удалось избежать. Мария, благодарю за вовремя предоставленный ветерок”.

– Не за что, – шепнула мне Стихия, в оба уха, – Дея всегда была озорницей.

И только я хотел озвучить причину вызова, Помощница Дея вновь отчебучила:

– Рыжик, вылазь из-за своей книжки, что-то покажу – это она Степану, который всё-таки закрылся от нас, каким-то своим учебником.

– Ам, ум, – чего-то там пробормотал Степан, на это предложение Деи.

– Дея, у нас серьёзный вопрос к тебе, давай заканчивай свои эксперименты, – спас я Степана.

– Ах, ну конечно, Даня, – тут же переключилась она на меня, – я вся твоя, в смысле внимательно слушаю.

Моя Маша фыркнула, но сдержалась, Степан на своей кровати облегчённо выдохнул.

– Кых-хым, – откашлялся я, – Дея, ты обещала дать мне “Мудрую книгу”.

– Ну-у, раз обещала, дать, значит дам, – томно глядя на меня, произнесла Хранительница.

– Дея! – вскипела моя Маша и шумно выдохнув закончила, – достаточно экспериментов.

– А согласись, как я здорово научилась играть на нервах, – заразительно засмеялась Дея и, как ни странно, это полностью разрядило напряженную ситуацию, – всё, закончила, – и хитро глянув на мою Машу, добавила, – пока закончила.

– Да-а, впечатляет, – поёжилась моя Маша, – все так натурально и прямо в сердце.

– Ну дак, – кивнула своей головой Хранительница и обратилась к Стихии, – Мария, будь добра, принеси Дане книгу, из моего хранилища.

“У Деи есть хранилище, – сделал я себе в памяти зарубочку, – а что кроме книг в нём ещё хранится?”.

Всё-таки, как же быстро, моя подруга, выполняет наши просьбы (мои и Деи), буквально и минуты не прошло, как через форточку, прямо на стол, была принесена требуемая книга, аккуратным потоком воздуха.

– Вот она, – кивнув на доставленную посылку, произнесла Дея.

На столе лежала книга размером примерно 190 на 270 миллиметров, в кожаном переплёте, с блинтовым тиснением и золотой фольгой. На темно коричневом фоне имелась крупная надпись “Мудрая книга”, а снизу, шрифтом помельче, но чётко видимом – “Подарочный экземпляр для Даниила, от Хранительницы Деи”.

– Хранительницы, – не поняла наша Маша.

“Спалились” – подумал я.

– Конечно, – подтвердила Дея, – я же храню для него различные Знания и помогаю ему сними разобраться.

“Уф-ф” – мысленно выдохнул я.

– Ах, ну конечно, – согласилась с доводами Деи, наша Маша.

– Только, Дань, – Хранительница серьёзно посмотрела вначале на меня, а после и на моих друзей, – Маша, Степан, кроме вас, про неё (книгу), никто не должен знать и видеть конечно.

– А куда мне её, прятать, – демонстративно осмотрел я комнату, – оставлять книгу без присмотра нельзя, а с собой постоянно носить не получиться, да и стащить ведь могут (вспомнил я гопарей, которые пытались обокрасть нас со Степаном).

– Подруга тебе в помощь, – махнула своей ручкой Дея, – посмотрели, что нужно в книге и обратно в хранилище.

– Ну конечно, – хлопнул я себя по лбу и обратившись к Стихии, спросил, – Мария, поможешь?

– Конечно, мой милый, – дунула, лёгким ветерком, в мои уши баловница Мария.

“Ну, девочки, вы меня так до инфаркта доведёте” – проворчал я мысленно.

– Ну раз вопрос с хранением решен, давайте откроем книгу. Дань, можно? – попросила моя Маша.

– Нужно, – кивнул я своей головой.

Наша Маша, тут же взяла эту книгу со стола и открыв её, стала внимательно изучать.

– В книге всё описано предельно просто и доходчиво, – встала Дея с кровати и посмотрев на меня, спросила, – я могу идти?

– Ну да, – кивнул я головой, – если запутаемся, попрошу тебя помочь, хорошо?

– Конечно, – согласилась Хранительница и наклонившись прямо к моему уху прошептала, – я пойду в бассейне пока искупаюсь, без одежды, – и нежно укусив меня за мочку уха, еще тише добавила, – безо всей одежды, так что если будешь меня вызывать, то хорошо об этом подумай.

Резко выпрямившись и пока я “обтекал” от полученной информации, повернулась к Степану и спросила:

– Рыжик, а ты чего там сидишь? Иди к друзьям, не интересно что-ли?

– Меня зовут, Степан, – покраснел мой друг, от этого фамильярного обращения Деи.

– Всем пока, – лучезарно улыбнулась всем Хранительница и “ушла” в мои смарт-часы.

– Ты чего, такой удивленно-сосредоточенный, – оторвалась от чтения моя Маша, конечно, она не слышала, что там нашептала мне Дея, вот и удивилась виду моей физиономии.

– Думаю, с чего начать практическую магию, – соврал я.

– Практиковать пока рано, нужно изучить матчасть, – выдала наша Маша, – а если, что Дею сразу же можно будет вызвать, она нам поможет.

– Да это эм …, – забуксовал я, – что мы сами не разберемся, пусть пока она отдыхает.

– Испугался, – хохотнула Мария мне в левое ухо.

“Да” – не стал я отрицать очевидного.

Остаток вечера мы провели за общим чтением. До практики действительно ещё было – как до Луны пешком, но базовое кодирование в принципе уже можно было бы попробовать, но, а если вопросы к Дее появятся, а она в бассейне … Нет уж, после попробуем, после, решил я. Всячески тормозя процесс вступления в силу практик. Саботировал в общем как мог, вызвав по началу недоумение у нашей Маши, но она решила, что я устал, после тренировки и не стала настаивать, решив – что утро вечера мудренее или следующий вечер мудрёнее этого. Неважно. В общем мне удалось переместить время практики.

***

– Степан, а что ты там мне рассказывал про Чеканщиков, – вспомнил я местных финансовых воротил, утром, когда мы готовились к занятиям в Академии, сумки там собирали, книги и прочее.

Степан, ненадолго прервался от сбора своих учебников и пожав плечами ответил:

– Да ничего я тебе особенно про них и не рассказывал. Деньгами они занимаются, что тут объяснять.

– То, что они заведуют финансами, я понял, – продолжал “пытать” я друга, – меня другое интересует.

– Спрашивай, – откликнулся Степан.

Отложив в сторону собранную сумку, я сел на свою кровать, напротив друга, который так же уселся напротив меня, на своей кровати понятно.

– Ты мне другое скажи, – внимательно посмотрел я на Стёпу, – в нашем мире, наличные деньги используются или ещё есть варианты?

– В нашем мире, – хмыкнул Степан, но объяснил, то, что я от него и ожидал, – наличные есть, как без них, стипендия, например наша, только налом выдается, но есть и безналичный вариант, но его используют уже скажем так состоявшиеся люди, взрослые то есть.

– Давай подробнее, про безнал, – попросил я.

– Подробнее не выйдет, скоро уже на занятия выходить.

– Ну хотя бы вкратце, в общих чертах, – попросил я Степана.

Степан, кивнув головой, и приступил к краткому описанию безналичной денежной системы, города Лес-Крефиа:

– Существуют, так называемые миго-карты, видимо от слова мигом, то есть быстро, их выдают в “Центральном Доме Чеканщиков”, где к этим картам привязывается счет того человека, на кого оформляется миго-карта. На этой миго-карте, есть специальный круг, куда прикладывается палец держателя карты, то есть считывается отпечаток, любого пальца, при совершении покупки, сумма и кому, при этом называется хозяином карты, палец в этот момент удерживается на круге. Информация о платеже улетает к Чеканщикам, как огненная стрела, ты её уже видел (это когда Степану от мамы срочное письмо прилетело), эту информацию они расшифровывают и проводят платеж, – мой друг замолчал, видимо задумавшись, что еще добавить.

Я же переваривал полученную от него информацию. Ну и конечно у меня возникли дополнительные вопросы:

– А почему эти миго-карты открывают уже состоявшиеся люди?

– А у тебя деньги есть? – вопросом на вопрос ответил Степан и добавил, – какой смысл открывать счет, если на него положить нечего.

“Ну это как сказать, а если я продаю, ну есть у меня что продать, почему бы не завести эту миго-карту” – подумал я.

– То есть ограничения по возрасту нет? – уточнил я.

– Нет, – подтвердил Степан и подумав, добавил ещё, – эти карты работают только в Лес-Крефиа и крупных поселениях окрестностей.

– Почему так?

– Действие миго-карт, по радиусу, ограниченное, не спрашивай на сколько, не знаю, для их стабильной работы Чеканщики открывают сеть контрольно-передаточных пунктов, для переадресации полученных платежей в “Центральный Дом”, в небольшом селении или как например у моих родителей, они же фермеры и рядом там только поля да леса́, эти миго-карты бесполезны, только живой нал, – вроде как все рассказал мне Степан.

– Однако, – вздохнул я, – ладно пошли на занятия, а то опоздаем.

“Что-то эти маги перемудрили, а как же беспроводные технологии” – вздохнул я.

– Вот и займись, – прошептала, лёгким ветерком, мне Мария.

“Придется, – подумал я, – а то идею Интернета и почтовых сообщений придётся забыть”.

Уже на подходе к Академии у меня возник ещё вопрос, который я конечно тут же озвучил:

– А что бы открыть счет. Какой документ нужен?

– Документ? – удивился Степан.

– Ну что бы подтвердить, что я это я.

Он всё-таки, вспомнил про кувшин, судя по его взгляду, но попытался ответить, не смущая меня:

– Не знаю, давай я тебе на листке напишу, что ты это ты.

“Офигеть, здесь нет документов, подтверждающих личность, пришёл и сказал это я и всё, этого достаточно” – восхитился я.

– Ну наконец-то, – всплеснула наша Маша руками, встречая нас на входе в Академию, – я уж думала, что вы проспали, хотела к вам свой будильник отправить.

Вспомнив это Чудо-Юдо, с противным голосом, я поморщился и объяснил нашей Маше задержку:

– Заговорились немного.

– Домашнее задание обсуждали, – восхитилась наша Маша.

“Ага, кто о чём, а наша Маша про учёбу” – подумал я.

– Лучше, – улыбнулся я, и увидев её удивлённый взгляд – мол что может быть лучше, объяснил, – обсуждали финансовую систему.

– Ты хочешь стать Экономистом, – обрадовалась наша Маша.

“У-у-у, Машенька”, – чуть не засмеялся я, но вовремя одумался и состряпав серьёзное выражение лица, аккуратно поправил её:

– Пока нет, думаю об этом, а сейчас меня волнует открытие счета у Чеканщиков.

– Если нужен счёт пойди и открой, чего тут обсуждать, – не поняла наша Маша.

За разговорами мы и вошли в аудиторию “Магической связки”. Усаживаясь на свои места, Степан, вдруг хлопнул себя по лбу:

– Сегодня же, вечером, папа ко мне, то есть к нам приедет.

– К нам? – в один голос переспросили мы с Машей.

– К нам, – подтвердил Степан, – я же написал письмо, что мы хотим арендовать у него участок земли, для выращивания кустарника Рубиц-Бодрячок, с последующей переработкой его плодов в напиток кофе-Рубиц и нахвалил так сильно, в смысле готовый кофе, что папа восхитился и лично захотел попробовать его на вкус, – дополнил Степан.

– Как-то быстро твоё письмо дошло, – произнёс я, вспомнив как тут работает местная почта.

– У меня был один золотой, – покраснел Степан.

– Ты отправил своё сообщение огненной стрелой и потратил на него свой единственный золотой, – уточнила наша Маша.

– Да.

“Ай-да Степа, ай-да молодец” – восхитился я и что бы всех успокоить, похвалил Степана:

– Молодец, это выгодное вложение партнёр, фирма тебя не забудет, – и хлопнул Степана по плечу, привстав и перегнувшись через Машу, ну чтобы дотянуться.

Моя Маша, подо мной, часто задышала. Пиджак то у меня был расстёгнут, ну и когда я перегибался через неё, его полы закрыли девушку с головой, так сказать, а ай-дака подыши нормально в таких условиях. Сообразив о своем промахе, я сконфуженно уселся на место и посмотрев на покрасневшее лицо подруги, повинился, взяв её за руку:

– Маш, извини.

Конечно, она меня простила, да с трибуны профессора раздался, привлекающий внимание, кашель:

– Кых-хым, друзья мои, – обозначил себя профессор Аполлон Германович, – начнем наше занятие …

Глава 8

После занятий в Академии, мы со Степаном направились в свою комнату в “Жилых корпусах”, переодеться и отправиться на вечернюю тренировку, по “Атлетической гимнастике”, пока готовились, молчать, что-ли, я и спросил:

– Во сколько твой папа приедет?

– Успеем, – ответил Степан, имея ввиду что мы к тому времени уже вернемся из своей секции.

– И всё-таки?

– Ближе к девяти вечера, он уже в городе, так то у него свои дела, по сдаче урожая решает, а после к нам, – объяснил Степан.

– Ясно, ну что бежим к Добролюбовичу, – поторопил я друга, – что б лишний раз не отжиматься.

Услышав про дополнительные отжимания, которые тренер любил назначать, как опоздавшим, так и провинившимся, Степан заметно ускорился, в переодевании.

– Не так, ну сколько раз показывал и объяснял, – пробухтел тренер, – а ну-ка, сосунок, брысь с тренажера.

Дождавшись, когда Степан отойдет в сторону, Годимир Добролюбович взгромоздился на лавку, стоявшую под штангой, на специальных подставках.

– Жим лёжа от груди, со свободным весом, выполнять вот так, – взявшись за гриф штанги, тренер комментировал свои действия, попутно наставляя нас со Степаном, – поднимаете штангу со стойки, выпрямляете с ней руки, Даня подстрахуй меня, в момент опускания её на грудь, делаете вдох, – Добролюбович сделал глубокий вдох, – а когда выжимаете от груди выдох, – и он выдохнул воздух в момент поднятия, и после того, как выпрямил руки со штангой, плавно опустил её обратно на стойки.

Резко сев на лавке, тренер, с улыбкой посмотрел на нас:

– Ясно, задохлики.

– Ясно, – пробурчал Степан, я лишь ограничился кивком головы.

– Не так нужно! – тренер своей мягкой, обманчивой походкой, уже спешил к другому тренажеру, показывать, как надо.

– И ничего мы не задохлики, – тихо проворчал ему в след Степан.

– Он так не думает, – попытался успокоить я друга, видя, что он, слишком близко к сердцу принимает комментарии нашего “злобного” тренера.

Степан не доверчиво посмотрел на меня, располагаясь на скамейке, под штангой. Приготовившись страховать друга, в момент подъема и опускания штанги я пояснил:

– Понимаешь Стёпа, наш любимый Годимир Добролюбович, – Степан аж хрюкнул, мол ага любимый, как же, – так вот, он простой и добрый мужик, поэтому некоторые его комплименты могут вызывать удивление.

– Думаешь, – засомневался Степан.

– Уверен, – кивнул я головой, – всё, теперь моя очередь тягать железо, освобождай позицию.

После окончания тренировки, тренер выстроил нас в шеренгу и буркнул:

– Ждите, – и скрылся в своей тренерской.

Ну а что мы, ждали конечно, попробуй не дождись.

Через пару минут, Годимир Добролюбович вышел к нам с подносом в руке, ага именно на одной руке он пёр здоровенный подносище, на котором стояли стаканы, с белым по цвету напитком.

– Что это? – удивилась Сте́ша.

Ну как я упустил, исправляюсь, в общем – помощница нашей Маши, на которую засматривается мой стеснительный друг, так же ходила на “Атлетическую гимнастику”.

– Это, это …, – неожиданно “затормозил” тренер и пощелкав пальцами свободной левой руки, поднос он держал в правой если что, – витамин, что-ли.

– Ух ты, допинг, – восхитился я.

– Кто? – удивился Годимир Добролюбович, да все в принципе удивились, видимо здесь не знакомо это понятие.

“Опять вляпался” – подумал я.

Но ситуацию неожиданно спас, сам Годимир Добролюбович, его лицо расцвело в улыбке:

– Точно, Даня, а я всё думал, как назвать эту полезную смесь на основе козьего молока, с добавлением глюкозы и порошков детского питания, – показав мне большой палец, мол во, отлично, – как и придумал, Даня, это “допы”, то есть дополнительно питание, для наращивания мускул.

– Ты вроде не так сказал, – тихо произнёс Степан, посмотрев на меня.

– Так, так, – поддержал я вывод своего тренера, ну а что пусть думает, что ослышался, “допы” так “допы”, а с Добролюбовичем спорить никто не рискнет.

– Фу-у, козье, – скривилась Сте́ша.

– Быстро все взяли по “допу” и выпили, – рявкнул тренер.

Конечно все выпили, кто бы сомневался.

– Как у тебя со Сте́шей?

Уставшие и напоенные “допами” Добролюбовича, мы со Степаном, вновь торопились, у нас же скоро встреча с потенциальным компаньоном, а возможно и инвестором, папой-фермером. На встречи с бизнес-партнерами опаздывать никак нельзя.

Степан ожидаемо покраснел и буркнул:

– Никак.

В принципе я знаю, что у них никак, но в Любви же тормозить нельзя, понравилась девушка, предпринимай шаги на сближение так сказать, а вздыхать в подушку, это так себе вариант.

– Подойди к ней и пригласи её погулять, – посмотрел я на друга.

– А если откажется? – засомневался Степан.

– А если согласится, – настаивал я, на таком решении.

Степан, попытался съехать с темы:

– Дань, ты сказал, что фирма тебя не забудет. У нас будет фирма?

– Будет, – подтвердил я и продолжил, – пригласишь?

– Куда тебя пригласить? – округлил глаза Степан, типа не понял.

Погрозив ему пальцем, я все-таки дополнил:

– Сте́шу на свидание, – ну а что мы ведь с ним понимаем, что это будет не просто прогулка на свежем воздухе.

– Я боюсь, Дань.

– Чего? Я сегодня специально смотрел, ты жим от груди пятьдесят килограмм ставишь, а она пятнадцать, справишься, – пошутил я.

Понятно, что девочки на “Атлетическую гимнастику” ходят лишь для того, чтобы сделать себе фигурку поинтереснее, что б подтянутыми быть, попка там и прочее.

– Да ну тебя, – отмахнулся Степан и неожиданно решился, – завтра приглашу.

– Вот и молоток, – похвалил я и что бы не смущать Стёпу, сам “ушел” с темы, – название для нашей фирмы нужно придумать, даже не так у нас, с тобой и нашей Машей, будет компания, допустим “Техно-Магик”.

– Ух ты, – восхитился Степан.

– Но сначала обсудим это с нашей Машей, совместный же бизнес.

– Это да, – согласился Степан.

– Наша Маша будет у нас аналитиком, – развивал я тему.

– Ну, а что, она же самая умная и въедливая, как раз для неё такая должность, – покивал он головой.

– Ты как “Васин, со всем согласен”, – хмыкнул я.

– Как кто? – не понял Степан.

Я махнул рукой, мол не обращай внимание, к нашей комнате подходим уже, надо ещё успеть подготовиться к встрече с папой-фермером и дегустацию для него устроить, кофе-Ру́биц сам себя не приготовит.

– Не пришёл ещё, – влетела наша Маша к нам, имея ввиду папу Степана.

– Успели, – улыбнулся я нашей Маше, – все успели.

– Уф-ф, торопилась, – и она откинула челку, вся такая взъерошенная, красненькая.

“Бежала видимо” – откровенно любовался я моей Машей, от чего она еще сильнее раскраснелась.

Сев рядом со мной, на кровать, конечно, мы здесь на кроватях в основном сидим, даже когда занимаемся, ну если писать не нужно, моя Маша чмокнула меня в щеку.

– Ждём? – посмотрела она на меня.

– Ждём, – подтвердил я.

– А кофе то, угощать же надо и вкус показать, – спохватилась наша Маша.

– Точно, – ответил Степан и встал и со своей кровати, – всё готово, Маш, не волнуйся, я за чайником, кружками …

Мы решили презентацию организовать у себя в комнате, зачем наши переговоры подслушивать, а то в трапезную кто-нибудь зайдет во время серьезного разговора, “уши греть” будет, зачем это нам.

– Я помогу, – встал я, Степану за раз не унести, там еще сахар, молоко, ложки …

– Я с вами, – соскочила было следом наша Маша.

– Маш, отдышись, мы справимся, – остановил я подругу.

Она, плюхнувшись обратно, благодарно мне улыбнулась, видимо действительно устала.

– Чего это тренер сегодня, как с цепи сорвался, – лёжа без сил, на своей кровати произнёс Душан.

Анна с ресепшена, как и планировала, сообщила Годимиру Добролюбовичу, что четверо его спортсменов (это она про наших гопников, Веселина и компанию, если что), носятся бегом, после тренировки, по коридорам спортзала.

– Видимо не устают они, на ваших тренировках.

Годимир Добролюбович, удивился, но раз Анна их видела, таких не уставших, то это нужно срочно исправлять.

– Спасибо, Анна, – поблагодарил тренер и добавил этим “не уставшим” по соточке отжиманий, перед тренировкой и после.

Измученная компания, после усиленной тренировки, добравшись до своей комнаты, валялась на кроватях.

– Да кто его знает, – пробурчал Веселин и вспомнив, – а знаете, парни, я сегодня подслушал, что к этим бата́нам приедет отец Степана, какой-то бизнес-проект, что-ли обсуждать.

– Деньги собираются заколачивать, – завистливо произнёс Горан.

– А может их “крышевать” будем и за это деньги брать, – предложил Влэтко.

– Ты совсем, что-ли, – привстал от удивления на своей кровати Веселин.

Горан с Душаном так же удивленно покосились на друга, что мол память на тренировке отшибло, что-ли.

– Ага, мало нам в трапезной “накидали”, а потом эта его Помощница измывалась над нами, нет уж, – озвучил Душан общее недоумение на предложение Влэтко.

– Да нет, парни, дайте мысль досказать, – отозвался Влэтко.

– Валяй, – махнул рукой Веселин.

– Давайте сделаем вот что …

– Как вы это назвали, кофе-Ру́биц кажется, – причмокивая от удовольствия, папа Степана распивал, приготовленный специально для него, напиток по моему вкусу (две чайные ложки кофе, два кусочка сахара и пятьдесят на пятьдесят воды с молоком).

– Понравился напиток, – улыбнулся я.

– Он прекрасен, – оценил качество папа Степана, кстати я не сказал его имя, исправляюсь – Глеб Аркадьевич, – а могу я увидеть само растение?

Отодвинув занавеску окна, я показал рукой на горшок, в котором и произрастал проявленный Деей кустарник кофе-Ру́биц.

– Вот, Глеб Аркадьевич.

– Надо же? – привстав и наклонившись к подоконнику, папа Степана, достав из внутреннего кармана монокль, внимательно рассматривал наш с Деей кустарник, усыпанный плодами, – размер растения, довольно-таки скромный, но урожайность впечатляет, – сев обратно и убрав свой монокль, он внимательно посмотрел на меня и произнёс, – ну-с, молодой человек, я вас внимательно слушаю.

Понятно, что Глеб Аркадьевич хотел услышать от меня некий бизнес-план, типа что и как.

Кивну головой, я сделал глоток из своей чашки, откашлялся и, собственно говоря, начал:

– Как вы видите, наш кустарник с плодами кофе-Ру́биц, действительно небольшой, в плане размера, но плодами, их количеством, как вы выразились впечатляет, для изготовления готового кофейного порошка, весом двести грамм, именно в такой фасовке мы и предполагаем его основную реализацию, требуется тысячу, тысячу двести грамм высушенных плодов. Один кустарник выдает до трех килограмм ягод.

– Сырых ягод, – уточнил папа Степана.

– Да, – подтвердил я, – урожай снимается раз в три месяца.

Папа Степана задумался, видимо производил какие-то подсчеты в уме.

Наша Маша, заметно нервничала, ожидая его решения, её ладошка, которой она держала меня за руку, довольно сильно вспотела или повлажнела, не важно, переживала она, да и мы со Степаном тоже.

Наконец Глеб Аркадьевич, шумно вздохнув, стал говорить:

– Ну-с, молодые люди, я вам предлагаю вот такой вариант …

В общем, папа Степана, впечатлился и самим напитком, и растением, в смысле его довольно-таки небольшим размером и большой урожайностью.

– У меня простаивает теплица, на двести акров, отапливаемая, я в ней планировал выращивать Тангор (фрукт, сочетающий в себе вкусовые качества мандарина и апельсина), но экваториальные поставщики меня подвели, не специально, конечно, природный катаклизм, ураган у них был в общем и все мои саженцы погибли, а теплицу я уже выстроил, что-то там нужно выращивать.

“Блин, а сколько этот акр?” – мысленно вздохнул я.

– Один акр, примерно ноль целых четыре десятых гектара, – тут же подсказала мне в левое ухо Мария.

“Спасибо” – мысленно откликнулся я.

– У вас этот кустик в единственном экземпляре? – посмотрел на меня Глеб Аркадьевич.

“Мария, sos, что ответить?” – запросил я Марию

– Саженцев будет столько, сколько будет нужно, но недельку всё-таки попроси, – тут же откликнулась техподдержка в лице Стихии-Марии.

“Уф-ф” – выдохнул я и честно посмотрев в глаза папы Степана, ответил:

– Саженцев будет столько, сколько нужно.

– Однако, – подивился Глеб Аркадьевич и не отводя от меня взгляда, спросил, – как ты это устроишь, Даниил.

“Действительно как, ну в смысле официально как?” – растерялся я, стараясь при это не показывать свои эмоции на лице.

На помощь мне, неожиданно, пришёл Степан, отвлекая внимание отца на себя:

– Пап, Даня маг-пробудившийся.

– Какой? – удивился Глеб Аркадьевич.

– Человек внезапно осознавший, что он маг, без всякого обучения, маг-природный, если точнее, – объяснил я, “А Степан всё-таки краса́ва, верно подает информационную поддержку”, – но мы это не афишируем.

– Надо же, не слышал такого определения, – удивился Глеб Аркадьевич и кивнул головой, соглашаясь, – что не афишируете это правильно, пусть это будет нашей коммерческой тайной, хотя я удивлён и очень сильно.

Поразмышляв ещё минуту, папа Степана произнёс:

– Когда мне подать телеги, для перевозки саженцев и куда?

“Да, что б вас” – расстроился я.

– Спокойно, Даня, скажи, что сам доставишь, – тут же дунула мне в уши Мария.

– Не беспокойтесь, Глеб Аркадьевич, в течении недели я сам вам все доставлю, – с уверенность, в голосе, которой сам не обладал, ответил я.

– Как? – ну очень сильно удивился папа Степана.

“Ка́ком” – мысленно ответил я.

– Даня дружит со Стихией Воздуха, она и поможет, – спас ситуацию Степан, “Я же говорю, краса́ва”.

– Я восхищен, – поразился Глеб Аркадьевич, но быстро взяв в себя в руки, продолжил, – теперь финансовый вопрос, “изобретения”, задумка, саженцы и тому подобное ваши, но вся реализация моя, предлагаю вот так – Даня, тридцать пять процентов дохода будут принадлежать вам с Машей, а шестьдесят пять мои и Степана. Как вам?

Признаться я рассчитывал на меньшее, так как львиная доля затрат ложиться на него, в чём подвох? Видимо это отразилось на моём лице, так как Глеб Аркадьевич, тут же объяснился:

– Чувствую, что в перспективе, ты, Даня, еще что-нибудь придумаешь и я хочу быть реализатором этого новшества, – не стал юлить он и протянул мне руку, для рукопожатия, как закрепления сделки.

“Хы-м, тогда всё понятно”.

– Договорились, – кивнул я и пожал ему руку.

– Ну что ж, мои юные компаньоны, на этом разрешите откланяться, поздно уже, – встал из-за стола Глеб Аркадьевич и кивнув, словно каким-то своим мыслям, достав из внутреннего кармана своего пиджака внушительно портмоне, – вот вам, на текущие расходы, что бы в голове была только учёба и изобретения новшеств, – положил он на стол, толстую пачку ассигнаций, – Даня, через неделю жду саженцы, меня провожать не нужно, не маленький.