Текст книги "За Гранью, книга 1-я (СИ)"

Автор книги: Михаил Мишенькин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 4

Я смотрел на Степана и осмыслял его последнее слова.

“Дочка градоначальника, это моя Маша видимо, неожиданный расклад. Так, а что это за гоп-объединение? Это что гопники? Так звали уличных грабителей, в моём “за капсулированном мире”, отбросы общества, если что”.

Степан, видимо наблюдая за меняющимися эмоциями на моей физиономии решил помочь.

– Наша Маша, дочка нашего градоначальника …, – пустился он в пояснения.

– А наш град, как называется? – ляпнул я.

– Фига себе, град, вот ты выдал, – восхитился Степан, но продолжил, – наш город имеет название Лес-Крефиа …

– Как? – поразился я, скажем так необычному названию.

– Лес-Крефиа, – повторил Степан, – в старой книге “Основание города Лес-Крефиа” пишется, что такое название ему дали отцы основатели нашего города, а уж почему такое, я право не знаю, – пожал плечами мой друг.

– Ну и ладно, как называется, так и называется, – вздохнул я, лишь бы язык не сломать, хотя о чём я, не так и сложно выговорить и повторил вслух, – Лес-Крефиа, надо же.

– Ага, – кивнул головой Степан, – а наша Маша, ну тут и объяснять нечего, дочка, да и всё.

– Это так, – согласился я и посмотрев на Степана, спросил, – а папу как звать?

– Папу, – хихикнул Степан.

– Машиного папу, – улыбнулся я.

– Алан Велизарович, – важно произнёс Стёпа.

“Ну а что, нормальное такое имя, Алан Велизарович”.

Степан хитро посматривал на меня, видимо ожидая от меня …

“И чего ж ты Стёпа ждёшь то от меня?” – вздохнул, намереваясь всё-таки, что-нибудь произнести, но, неожиданный шум отвлёк меня от этой идеи.

В трапезную комнату ввалились.

“А кто это такие, собственно говоря?” – посмотрел я на Степана, ожидая его комментариев.

Друг Степан, неожиданно как-то сник.

Не понял?

Через минуту всё прояснилась.

Группа студентов, заявившихся в трапезную, сами обозначили себя.

– О-о, – обрадовался коротко стриженный, увидев нас, – здорово, ботаны́.

Так, значит я, моя Маша и Степан, числимся в ботаниках. Ясно. Ну и что дальше? Будем прессовать? Или базарить?

– Чего это вы без книжек? Чаи тут распиваете, – подошёл он довольно близко ко мне.

Степан побледнел, белее белого стал. Что за фигня?

“Я тут бизнес собрался запускать. А эти что, меня крышевать возьмутся? Не-е, так не пойдёт”.

“Состряпав” на лице серьёзное выражение, я приготовился, так сказать, к ответке, этим хамским личностям.

– Ты посмотри на его лицо Весели́н, – показывая на мой фейс, произнёс один из хамов, – явно что-то хочет сказать.

Прибывшие хулиганы, довольно заржали.

“Как лошади, нет ослы, ишь ты, смешная шутка, что за идиоты” – подумал я и вдруг меня осенило – “Подруга Мария, а ты можешь усилить меня?”.

– Легко, – тут же прошептала-дунула мне в левое ухо Стихия-Мария.

Этот Весели́н, приблизив свою руку к моему лицу, явно намереваясь взять меня за подбородок, успел сказать:

– Что желаете озвучить, Даниил …, – дальше из его рта начали вылетать совсем другие звуки, – о-у, ай …

Нет ну а что? Что это за бредовая идея взять меня за подбородок.

Перехватив его руку, как заправский герой, какого-нибудь боевика, из моего мира, я заломил её, ему за спину, заставив развернуться ко мне спиной.

– Надери ему попу, – ликовала Мария, в моих ушах.

– Задницу, – поправил я её, получилось вслух сказал.

– Что? – успел переспросить хулиган, кстати единственный из них, кто носил густую шевелюру на голове, остальные были коротко стрижены.

Отпустив руку Весели́на, я от души пнул ему под зад, мои усиленные мышцы (спасибо Марии) придали отличное ускорение и он, врезавшись своей головой в посудник, кулём свалился на пол.

– Дань, – сорвался со своего стула, мой друг Степан.

Сбоку на меня нападал еще один коротко стриженный, вот с ним и схватился Степан, имея все шансы на поражение, ну не боец он, пока не боец, но храбрый, не раздумывая бросился на защиту друга.

“Такое ценить надо” – сделал я себе заметочку.

Схватив подельника Весели́на, который с пышной шевелюрой, за эту самую пышность, походу чуть скальп с него не снял, ну а что, в данный момент я силе́н, как супер-мен, приблизил его, болезненно сморщенное, лицо и проорал, ну да, именно громко так, чтоб страшнее было, психология она такая:

– Мохнатый, я тебя сейчас твои же волосы жрать заставлю!!!

И дал ему коленом в челюсть.

Есть, еще один куль валяется.

Развернувшись в сторону одиночной схватки, ну как схватки, хулиган мутузил моего друга, как “Тузик грелку”.

Схватив Степиного противника за воротник и резко дернув на себя, заставил его развернуться к себе лицом и …

Вы умеете ставить сливу? Это, когда указательным и средним пальцем, хватаешь нос противника и давишь его (нос в смысле) сильно-сильно. Вот так я и сделал, а силы то у меня сейчас немерено.

– Отпусти! – сквозь слёзы закричал схваченный за нос хулиган, больно это, уж поверьте мне на слово.

– И не подумаю, – ответил я и обратился к Степану, – как ты?

– Нормально, Дань, – откликнулся Степан, под правым глазом у него красовался фингал.

– Это тебе за фингал, – ещё сильнее сдавил я нос несчастного, – где четвёртый! – крикнул я, ну их четверо же ввалилось, двое повержены, отдыхают на паркете, третьему я сейчас ставлю зачётную “сливу”.

– Здесь я, – проблеял кто-то с слева.

“Ага, увидев моментальную карму, решил отстояться в сторонке” – про себя подумал я.

– Давай его размотаем, – кровожадно предложила Мария.

“Ну ты же девочка, откуда в тебе жестокость?” – мысленно пожурил я подругу.

Резко толкнув сливового на четвертого, так что они оба, то же, чуть не свались на пол, скомандовал:

– Раненых подобрать и свалить отсюда, – глянув на них из-под лобья, добавил, – вопросы?

Вопросов не было.

– Еще по кружечке, – предложил я Степану.

– Давай, – согласился Степан.

Вновь рассевшись за дубовым столом, мы со Степаном принялись наслаждаться божественным напитком кофе-Ру́биц.

– Да-а, Дань, ты после этого ударного кувшина, прямо жжёшь.

Немного помолчав, ну надоело мне про этот кувшин уже слышать, решил сменить тему:

– А вот скажи мне, Степан, как так получается, значит при ведения нашего будущего бизнеса, нам этого гоп-объединения, значит опасаться не стоит, а здесь нас, Машиных кстати друзей, прессуют какие-то хулиганы.

– Всё просто, Дань. В бизнесе наша Маша будет в деле, а в Академии мы просто учимся, понятно, так что Маше ничего не грозит, а нам да, – как-то туманно пояснил Степан.

Я покивал головой, ну ладно, пусть пока так.

– Мальчики! Что с вами? – в трапезную пришла наша Маша.

А мы что, ну помятые немного, у Степана правда фингал такой нормальный, под правым глазом.

Встав из-за стола и пойдя к встревоженной девушке, попытался спокойно объяснить ситуацию:

– Маш, небольшое недоразумение с местной гопотой.

– С кем? – не поняла наша Маша.

– Да эти, Весели́н со своими, попытались напасть на нас, – объяснил Степан.

– Попытались, – мгновенно рассвирепела наша Маша.

“Ух ты, какая она прекрасная в гневе” – залюбовался я.

– Мы их набили, – гордо добавил Степан.

– Набили? – удивилась наша Маша и посмотрела на меня, мол всё так и есть?

“Походу раньше били нас” – сделал я вывод из Машиного взгляда.

– Набили, – подтвердил я и решил уточнить, – мы их набили.

Маша шумно выдохнула, вроде поверила.

– Но всё равно, раз они первые начали я лишу их стипендии, – решила она.

– Вау, у нас есть стипендия, – обрадовался я, – а сколько?

– Как сколько …, – начала было Маша, но вспомнив про злополучный кувшин, объяснила, – один золотой, один раз в месяц.

– А это много или мало? – ну не разбирался я еще в местном ценообразовании.

– Ну как тебе сказать, – влез Степан, – банку твоего кофе можно, примерно, оценить, в три золотых.

– Банка кофе один раз в три месяца, – поразился я, – а почему такая маленькая стипендия?

– Дань, ну нас же в Академии обеспечивают всем. Форма, питание, жильё, да вообще всем, – просвещала меня наша Маша.

– Это да, – вздохнул я, – но всё равно как-то маловато.

– Это должно нас стимулировать, – неожиданно добавил Степан.

– К чему? – не понял я.

– К открытию, какого-нибудь своего дела, – добавила наша Маша.

– А-а, ну если с этой точки зрения, тогда да, ясно, – согласился я с мизерной стипендией.

– Кофе угостишь, мой герой, – приобняла меня моя Маша.

– А то, – я выпятил свою грудь, герой же.

***

– Ну-с, мои дорогие, прошу предъявить ваши работы, – посмотрел на нас профессор Аполлон Германович.

На следующий день, собственно говоря, я со своими друзьями, отправился на занятие и первым уроком был предмет – “ Магическая связка”.

Профессор Германович представлял из себя довольно-таки колоритную личность.

Тёмно-синий классический костюм, ярко-красный галстук на белой рубашке, довольно-таки необычно смотрелся, скажем так. На цепочке, прикреплённой к левому лацкану его пиджака, висел монокль, довольно внушительное пузико, грозило оторвать пуговки.

Пока помощница нашей Маши, да здесь была и такая должность, видимо подразумевалось, что староста занят сугубо административной работой, так вот, помощница Сте́ша, ну имя у неё такое, а полное Стеша́ния, не спрашивайте меня, как так, не знаю, Стеша́ния и точка, в общем она собирала выполненные теоретические задания одногруппников, с их хотелками по связке техники и магия, больше похожих на рефераты (смотрелись объёмно и внушительно), Германович с предвкушением поглядывал на нашу Машу, конечно он знал про её Чудо-Юдо, так как вёл факультатив, одноимённый с предметом, на котором мы сейчас были, видимо ожидая реакции группы на работу своей лучшей студентки.

– Дань? – вопросительно посмотрела на меня Сте́ша.

– Что, – не понял я.

– Работу свою давай, – удивилась Сте́ша, моей непонятливости.

– Не дам, – улыбнулся я.

– Почему? – удивилась Сте́ша.

– Не готов, – соврал я.

Сте́ша, вздохнула и посмотрев на Степана, который покраснел и мотнул головой, мол тоже нет, нет ничего.

“Ага, походу мой друг не ровно дышит в отношении симпатичной Сте́ши” – подумал я, глядя на покрасневшего друга.

Кстати, немного отвлекусь, аудитория представляла из себя амфитеатр, это когда построение парт идёт ступеньками вверх, ну как в университетах из моего мира. Место профессора была у самого его основания, этого амфитеатра, там и восседал, за своей трибуной, наш Германович.

Сте́ша, собрав работы, принесла их профессору и кивнув головой на нас со Степаном, что сказала.

Германович, укоризненно посмотрев на нас, отправил Сте́шу на своё место и откашлявшись заговорил:

– Кы-хым. Ну что ж, друзья мои, я обязательно прочитаю ваши теоретические выкладки по связке магии, а теперь, наша староста Маша, продемонстрирует, своё, уже готовое, – и профессор поднял вверх свой указательный палец, – де́тище, Маша, пожалуйста, – и он приглашающе поднял руку.

Наша Маша, протиснувшись, между мной и партой, заставив задышать меня чаще, она сидела слева от меня, дальше был Степан, к проходу, и стала спускаться вниз, к трибуне довольного профессора.

Группа с интересом наблюдая за её перемещениями, ожидала, что же приготовила наша отличница.

Я тоже смотрел, как моя Маша идет, мысли у меня были несколько иные, ну а что она же моя подруга, а форма (форма в академии была тёмно-синего цвета, юбка чуть выше колен (у девочек конечно), строгий пиджачок, а под ним белоснежная блузка, так, спокойно – Машину я форму описываю, наша (мальчиков) почти такая же, только с брюками классического покроя, на пиджаке (справа на груди) была ещё эмблема Академии – дерево Бук и камень Аметист, между которыми искрилась молния, она и вправду искрилась, а у дерева качались ветви и освещение менялось в зависимости от времени суток, Аметист сверкал своими гранями, анимированная эмблема, очень эффектно), так вот форма на моей Маше сидела идеально, короче все ждали её де́тище, как выразился Германович, а я просто любовался ей, походу Ля Мур у нас с ней серьёзный.

– Профессор? – посмотрела наша Маша на Германовича.

– Начинайте, – разрешил он демонстрацию де́тища.

Наша Маша, с серьёзным выражением лица, произнесла:

– Время просыпаться.

В коридоре прозвучал хлопок и в распахнувшуюся дверь влетел этот младший родственник Змея Горыныча. Сделав круг почёта, под потолком аудитории, Чудо-Юдо внимательно высматривало не спит ли кто. В этот момент наша Маша, закрыла свои глаза, будто спит видимо. Летающий будильник сразу же заметив “заснувшую” нашу Машу, стремительно подлетев к ней, принялся нарезать круги вокруг неё и голосить, таким противным голоском:

– Время вставать, а она спит, ещё и стоя!!! – разорялся будильник.

Как только наша Маша открыла глаза, Чудо-Юдо сразу угомонилось.

– Исчезни, – сказала наша Маша.

Чудо-Юдо улетел, куда-то обратно в коридор и походу там и исчез или телепортировался куда-то, не знаю, главное, что он свалил и больше не верещал.

– Я думал он может сквозь стену, как огненная стрела, залететь, – наклонившись, прошептал я Степану.

– Может, но не в этом случае, это же будильник, шуметь должен, – так же шепотом пояснил Степан.

– А ну да, – согласился я.

– Браво, Маша, – произнёс довольный Германович.

Группа шумно переговаривалась, Машин будильник понравился всем.

– Аполлон Германович, – посмотрела наша Маша на профессора.

– Да, – отозвался он.

– Мы с Даней и Степаном, ещё хотим продемонстрировать, наши совместные связки, – ну а что, мы пока решили не афишировать, что я “маг-пробудившийся”, поэтому то, что мы создали с Деей и Марией, будет преподнесено, как созданное под руководством нашей Маши.

– Конечно, – обрадовался Германович.

Моя Маша, посмотрев на меня, приглашающе помахала своей рукой – мол давайте сюда. Ну мы со Степаном потопали вниз, под заинтересованными взглядами одногруппников.

– Даня, – наша Маша решила, что первым начну я.

Вздохнув, ну боялся я шаловливого настроя Дея, выпрется опять в своём танкини, что я Маше скажу.

– Помощница Дея, выходи, – произнес я и отвернулся к окну, ожидая её проявления, но не смотря на процесс её выхода, из моих смарт-часов.

Раздались привычные электрические потрескивания, фейерверки и …

– Ну надо же, – восхитился Германович.

Я рискнул повернуть голову, с “плеч свалился” огроменный камень.

Дея предстала в том же строгом костюмчике, в котором её впервые увидела моя Маша.

Фигурально выражаясь, я вытер пот и заговорил:

– Позвольте представить это моя Помощница Дея.

– Дея, что вы умеете, – не удержался профессор.

– Всё, – посмотрела своими синими глазюками на него моя Помощница.

– Прекрасно, – восхитился Германович и повернувшись к Степану, – что бы не терять времени, Степан, предъявите ваше изобретение.

Сказать, что одногруппники, да и наш профессор так же, были удивлены нашими придумками, это ничего не сказать, они все были в восторге.

– Маша, Даниил, Степан, ступайте на свои места, а то время занятия уже подходит к концу, а мне ещё есть что сказать, – распорядился профессор.

Ну мы и утопали, куда нас отправил Германович, под восхищенными взглядами.

– Так вот, друзья мои, только что мы с вами наблюдали, блистательное исполнение магических связок и хочу напомнить всем, что предела у задуманного и исполненного нет, всё зависит от фантазии и полученных знаний, – заканчивал лекцию профессор и посмотрев на нас со Степаном, добавил, – я жду вас на факультативе, так как не смотря на Машину помощь, в реализации ваших проектов, чувствую, что изначальные идеи ваши, а это нужно развивать.

***

Следующее занятие у нас проходило на третьем этаже Академии и называлось “Техника Будущего” вот так, не больше и не меньше, а Будущее. Я вообще заметил, что в новом мире, куда меня забросила Хранительница Дея, любят громкие названия. Ну что ж, может это и правильно, а чего стесняться – вперед, только вперед.

Поднимаясь по лестничным маршам, на одном из пролётов которого тусовались, наши “заклятые друзья”, ну которые пытались помешать нам со Степанов распивать кофе-Ру́биц, в трапезной комнате.

– О-о, привет бандо́сы, – поприветствовал я их.

Хулиганы заметно напряглись, но дерзить не решились, свежо ещё воспоминание, как мы их со Стёпой валяли по комнате, ну или я, но Стёпа то впрягся без раздумий, поэтому мы.

Хмыкнув, я с друзьями продолжил свой путь, чувствуя их ненавидящие взгляды в наши спины.

– Совсем оборзели эти ботаны́, – тихо, что бы его никто лишний, кроме банды, не услышал, произнёс Влэтко (нужно озвучить полный состав этой банды, Веселин – главарь или лидер и его друганы – Влэтко, Горан, Душан (этот с пышной гривой, которого я окрестил Мохнатым), у остальных стрижки были короткие – “Ёжики”).

– Надо им как-то отомстить, – озвучил общую мысль Душан.

– Ага, – хмыкнул Веселин, – забыл, как нам Данька навалял.

– И что теперь, спустим на тормозах? – возмутился Горан.

– Нет, конечно, – откликнулся Веселин, – вот что парни, давайте стащим у Даньки его часы с Помощницей.

– Точно, – восхитился идеей Душан, – она нам перед сном, стриптиз нам будет устраивать.

– Круто, – потёр руки Влэтко.

– Зачётная мысль, – так же потер руки Горан.

Вот же придурки, решили стырить мою Хранительницу, ну посмотрим, я-то пока про это не знал.

Рассаживаясь за партами амфитиаторной аудитории я спросил у моей подруги:

– Маша, а кто нам этот предмет преподаёт?

– Когда ж твоя память восстановится, – вздохнула моя Маша, но ответила, – профессор Ведислав Горимирович.

– Ясно, – кивнул я головой.

Новый предмет “Техника Будущего” оказался, для меня, скажем так скучненьким, недаром Дея “обозвала” меня технарём. На нём обсуждалось в том числе и как организовать более быструю отправку сообщений, то есть как бы уровнять магию с техникой, а то, как я уже и так понял это, маги неосознанно, а может и осознанно, притормаживают технический прогресс. В целом актуально. Но как мне может быть интересно, допустим обсуждение по созданию само-беглых экипажей (автомобиль это в моём мире зовется), плюсы и минусы, как выразился профессор Ведислав Горимирович.

Единственное и важное для меня, что я извлёк из этой лекции, слушал всё-таки внимательно, несмотря на одолевающий меня сон.

– Не спим, не спим, – чуть не каждые пять-десять минут шептала мне, в оба уха, Мария.

“Да не сплю я” – мысленно отмахивался я от подруги Стихии.

Работы мне в этом мире непочатый край и это есть хорошо, а то один золотой в месяц, это же бессовестно мало.

Кстати, как выяснилось, я круглый сирота. Вот так в этом мире, кроме моих друзей у меня и нет никого.

– Такой план, – пожала плечами Дея, на мой вопрос типа “Какого … меня лишили родительской опеки”.

– Так вот, друзья мои, на этом наше занятие подошла к концу, – закончил урок Ведислав Горимирович.

– Фу-ух, -шумно выдохнул я и посмотрев на Машу со Степаном, – а здесь есть спортивный зал? – и погрозил пальцем Степану, которой по своей привычке уже потянулся к моему лбу, лекарь блин домашний.

– Есть конечно, – погладила меня моя Маша по голове, понятно ей грозить пальцем я не стал.

– Решено будем по вечерам заниматься, – решил я, – будем из Степана делать бойца.

Степан согласно кивнул головой.

Посмотрев на Машу, я добавил:

– Тебе посещение спортзала по желанию.

Маша, удивленно осмотрела себя – “Мол, что не так со мной?”.

“Да всё у тебя так, фигурка, ножки, личико” – подумал я, но вслух брякнул:

– В здоровом теле, здоровый дух.

Глава 5

Как мы и решили, ну или я решил, вечером, после занятий, Степан повёл меня в спортзал. Конечно повёл, откуда мне знать, где он находится.

Маша же отправилась на какой-то из своих факультативов.

Идя по улице, между жилыми корпусами нашей Академии, я зябко поёжился.

– Холодная осень, – подтвердил Степан.

Вот как он это увидел, впереди же топает, но контролирует ситуацию вокруг, еще одна зарубочка про друга Стёпу. Поднатаскаем его физически, кстати:

– Степан, а у нас, ну в нашем мире, какие-нибудь боевые искусства имеются?

– Ну у тебя словечки появились …

– Заканчивай ты про этот кувшин, а? – попросил я.

– Ну а как, если именно после него, вот это у тебя всё и появилось. Надо же, в нашем мире. А что ещё какой-то есть?

“Мда-а. Есть конечно, но как я ему это скажу” – расстроенно вздохнув, подумал я.

– Да всё нормально будет, Дань, – по-своему истолковал мой вздох Степан, – вот мы и пришли.

Перед нами, сияя яркой иллюминацией, ну а как это можно назвать – Большие стеклянные двери, четыре штуки в ряд и прямо на двери или на стекле двери, красовались, переливаясь яркими красками, анимированные картинки спортсменов, занимающиеся разными вида спорта, словами не передать, но дико красиво.

– Ух ты? – восхитился я.

– А то, – подтвердил Степан с таким видом, будто он и был создателем этих анимированных изображений.

Мы вошли в холл, видимо спортивного зала, на ресепшене сидела миловидная брюнетка и что-то писала.

– Здравствуйте, – привлек её внимание Степан.

– Здравствуйте, – приветливо ответила девушка.

Прочитав на бейджике её имя, я спросил, не забыв конечно поздороваться:

– Здравствуйте, Анна, подскажите, какие спортивные секции имеются в наличии.

Брюнетка Анна удивлённо посмотрела на меня, Степан, стоявший с боку, лишь вздохнул, видимо я вновь что-то не так “задвинул”, но взяв себя в руки Анна, с обворожительной улыбкой, стала перечислять:

– Футбол, волейбол, атлетическая гимнастика …, – услышав заинтересовавшее меня название, я вежливо остановил её.

– Вот-вот, Анна, про атлетическую гимнастику поподробнее, – попросил я.

– Хорошо, – согласилась Анна, продолжив, – качаете красивую мускулатуру и попутно изучаете гибридное боевое искусство “Единого боя”.

– Вау, – восхитился я, – а слово гимнастика, как в этой секции оказалось?

Анна заговорщицки улыбнулась и, наклонившись вперед, тихо пояснила:

– Ну, вы же знаете, что “Попечительский Совет” против открытого декларирования боевых искусств, но в то же время понимает, что студентам, после окончания Академии, требуется вступить подготовленными, в большой мир жизненных неурядиц. В общем, слово гимнастика там просто слово.

– Мудро, – восхитился я.

– А то, – кивнула головой Анна, – я думаю, вам понравится эта спортивная секция, – и подмигнув, оценивающе посмотрела на меня, – красивые гимнасты там получаются.

– А гимнастки? – посмотрел я прямо в её синие (у них, что здесь все синеглазки?) глаза.

– Ещё какие, – в тон мне ответила Анна и уже серьёзно, – записываю.

– Конечно, – согласно кивнул я своей головой, – записывайте меня и моего друга в гимнасты.

– Отлично, – записала Анна и, посмотрев на нас, строго добавила, – а чего стоим, через двадцать минут начало тренировки, а Годимир Добролюбович, это ваш тренер, очень не приветствует опоздания, будете до седьмого отжиматься.

– Тогда поспешим, – заторопился я и, подтолкнув Стёпу, пафосно изрёк, – вперед, мой друг Степан.

– Следуйте за синими стрелками, – усмехнулась Анна, – удачи.

Перед нами действительно вспыхнула синяя стрелка, прямо в воздухе, указывая, куда нам следует идти.

Удобная навигация, между прочим, в очередной раз восхитился я причудливым достижениям местных техно-магов.

“Гы-хым, а что, это, пожалуй, более точное определение того, что я здесь наблюдаю, а то эта – магическая связка и техника будущего, как-то уж очень длинно” – размышлял я, следуя со Степаном, за периодически вспыхивающими и пропадающими синим стрелочкам.

– Нормально придумал, – согласился шёпот Марии в левом ухе и тут же в правом, – молодец.

“А то” – самодовольно хмыкнул я, где-то в глубине своих мыслей.

– А вот и раздевалка-переодевалка! – воскликнул Степан, когда мы в очередной раз повернули в коридоре, следуя к месту тренировки.

– Ага, – подтвердил я и открыл переодевательную комнату.

Войдя внутрь, мои губы растянулись в широкой улыбке.

– Что за …, – попятился от меня, собиравшийся выходить Душан.

Ну а я собирался входить и надо же мы встретились вновь с нашей “любимой” гоп-компанией.

– Здоро́во, коллеги, – жизнерадостно улыбнулся я, оторопевшим хулиганам.

Ну а что, к гадалке не ходи, раз они здесь, значит тоже занимаются в секции “Атлетической гимнастики”, а значит коллеги, ну как бы.

Ну ладно, чего на них зацикливаться, мы со Степаном открыли наши шкафчики, представляете, как здесь круто поставлен процесс, Анна на ресепшене, вот только что нас записала, а в раздевалке, тут же появились шкафчики с нашими именами и полагающейся спортивной формой. Класс, да и только.

– Так, построились, – скомандовал здоровенный дядька, с мощной мускулатурой, на вид казавшийся неуклюжим, из-за своих размеров, а на самом деле, судя по мягкой, хищной походке, довольно-таки резвый тип.

Нас выстроили (спортивных, так сказать, сослуживцев, ну в одной ведь секции) шеренгой, повернув голову направо и налево, я быстро прикинул, что наша группа состоит из двадцати спортсменов и спортсменок.

– Новенький! – рявкнул Годимир Добролюбович, – башкой не вертеть, а слушать и делать, только то, что я скажу, иначе будет упор лёжа и отжиматься пятьдесят раз. Ясно? – вращал он своими глазюками.

Слева от меня раздался тихий, ехидный смешок, кто-то радовался тому, что меня только что отчитали. Зря радовался.

– Влэтко, упор лёжа! Сто отжиманий, – моментально среагировал на нарушение, им заведенного, порядка тренер.

Парень тут же упал в позу отжиманий, но ведь не сносный, успел проворчать:

– Ему пятьдесят, а мне сто.

– Сто двадцать, – рявкнул ему в ухо Годимир Добролюбович, – он новенький, ты нет, – и начал отчет, раз, два, три …

Шеренга боялась шевельнуться, расправа была мгновенной.

Отсчитав до двадцати, тренер повернулся к нам:

– Чего застыли! Разминка, быстро бегом по кругу зала, двадцать кругов! – скомандовал он и повернувшись к Влэтко, продолжил отчет, – двадцать один …

– Уже двадцать четыре, – попробовал возмутиться Влэтко.

– Молчать! Я не видел, – заткнул его тренер и продолжил, – двадцать один.

Мы бежали бегом, лишь бы не заработать наказания.

– Мы здесь сдохнем, – тихо бормотал Степан на бегу, где-то за моей спиной.

А я?

А я блаженствовал, сразу вспомнился сержант в армии:

– Пробежка в шесть километров, три раза в день, это как в Сочи неделю отдыхать, – не раз повторял он и орал, – в здоровом теле, здоровый дух, вперед утырки!

После, я не раз с благодарностью вспоминал, как он делал из нас, домашних мальчиков, настоящих солдат.

– Так что вперёд Степан, не дрейф, прорвёмся, – подстёгивал я друга, – на одной храбрости войну не выиграть, еще нужны мышцы, закалка и ум.

После пробежки, мы до седьмого пота тягали тяжести на различных тренажёрах. Годимир Добролюбович прохаживаясь среди нас, направляя и поправляя в своей манере:

– Жми, а не лапай её, это гиря, а не девочка! А ты чего схватила гантель, как …

Записывая что-то, в толстый ежедневник, он комментировал:

– Это я подбираю индивидуальный тренинг, для каждого. Ясно вам! – и вращая глазами, добавлял, потрясая в воздухе этим самым ежедневником, – здесь не стихи, а ваша победа!

Конечно, всем всё было ясно. Доходчиво объяснял, хрен забудешь.

Наконец тренировка подошла к концу. Вновь выстроив нас в шеренгу, он бодро закончил:

– Так, разберете свои тренинги, вот эти листки, по фамильно, надеюсь все грамотные, – и он кинул эти листки на лавку, когда успел составить и написать, непонятно, но мне определенно нравился этот злобный тренер, чувствую, научит всей “Атлетической гимнастике”, как положено, – техникой “Единого боя” займемся, когда вам мышцы проращу, сегодня всё, все свободны – Годимир Добролюбович, развернулся и ушел в свою тренерскую комнату.

Разобрав свои тренинги, мы поковыляли в душевую, потов с нас сошло не меряно.

После душа стало легче, не сильно, но определенно легче.

Придя в раздевалку-переодевалку, мы со Степаном полезли в свои шкафчики …

– Что за? – щупал я рукой на верхней полке, – сюда же ложил?

– Нас обчистили, – с круглыми от изумления глазами, произнёс Степан и обреченно уселся на лавку.

– Даня, спокойно, – жизнерадостный голос прозвучал у меня в ушах, – всё под контролем.

“Мария, под каким контролем, нас ограбили, у меня пропали смарт-часы, у Степана его устройство Память” – мысленно и грустно откликнулся я.

– Так, не паниковать, успокой Степана и топайте в свою комнату, – дайте нам с Деей часок, вы не пожалеете, верь мне.

Ну а что мне оставалось делать, конечно, я поверил и потащил расстроенного Степана домой, в нашу с ним комнату, в “Жилых корпусах”, по дороге внушая ему оптимизм, которого у самого было не так много, но я верил Марии.

– Это план такой, подожди и сам всё поймешь, – придумывал я на ходу, пытаясь привести в норму, “убитого” Степана.

Наконец добравшись до места, мы застали в нашей комнате нашу Машу, с книгой, конечно.

– Мальчики, как тренировка, – обрадовалась она, увидев нас, но глянув на лицо Степана, сразу стала серьёзной и спросила, – что стряслось?

– Маша, нас ограбили, – и Степан без сил рухнул на свою кровать.

– Дань? – посмотрела на меня моя Маша.

Ну что ж такое, одного всю дорогу успокаивал, а теперь вот и у моей Маши “слезки на колёсках”. Взяв её руки в свои, и усадив на кровать, свою конечно, стал говорить речь:

– Друзья мои, всё под контролем, буквально вот-вот разрешится эта неприятная ситуация, – бодро произнёс я.

– Ага, разрешится, – Степан по ходу вот-вот заревёт.

– Так спокойно все, – повысил я голос, но не сильно, не пугать же своих друзей, да и не злобный же я тренер, – Машенька, – посмотрел я в её синие глазки, – может сделаешь нам кофе-Ру́биц?

– Уже, – всхлипнула Маша и показала на стол.

Действительно, на столе стояли три кружки, с дымящимся напитком, в расстроенных чувствах, мы со Степаном и не заметили даже.

– Моя ты умничка, – тихо сказал я моей Маше и погладил её по голове.

Маша, прижавшись ко мне, приподняла голову и посмотрела мне прямо в глаза:

– Дань, точно всё разрешится хорошо?

– Конечно, моя синеглазка, – тихо ответил я и чмокнул всхлипывающую Машу в щечку.

“Мария, у меня заканчивается словарный запас и терпение” – мысленно произнёс я.

– Всё готово, встречайте, – радостно откликнулась Стихия-Мария, в оба моих уха.

– Встречаем! – бодро воскликнул я.

– Кого? – повернул голову в мою сторону Степан.

– Наши пропажи, – ответил я и посмотрел на входную дверь.

Взгляды моих друзей устремились в том же направлении, то есть на дверь.

Спустя мгновение, дверь распахнулась и в комнату вошёл, быстро так вошел, бледный (даже бледнее Степана, когда на кухне, у нас с ними, разборка случилась) Веселин, держа обе свои руки вытянутыми вперед, ладонями вверх, на которых лежали наши со Степаном пропажи – смарт-часы и Память. За спиной вошедшего, в коридоре мялись его бледные подельники.

– Даня, возьми, пожалуйста, – проблеял бледнолицый и склонил голову, зубы его клацали друг об друга.

“Чем вы его так напугали” – мысленно восхитился я.

– Всё увидишь сам, – радостно сообщила Мария, в левое ухо.

Встав с кровати, я забрал из рук хулигана наши вещи и цыкнул на него: