Текст книги "Сначала было слово… (СИ)"
Автор книги: Михаил Леккор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)
– Фу, – выдохнул Колька, – на фиг надо. Хорошо тебе, Володь. Даже ведь не поморщился.
– Об этом потом, – удрученно сказал Володя. Он понял, на кого кричал орк. Москвичам не повезло. На них следует ставить крест. Причем самый настоящий. Он мысленно попросил прощения у капитана за все придирки и ругань. Не хотел же отправлять. Нет, тому надо показать – спецназ он и в Африке спецназ. Что за жизнь пошла собачья!
Володя ударил рукой по металлическому поручню, ограждавшему мост. Поручень прогнулся. В другое время такая демонстрация собственной силы привела бы его в восхищение. Пусть знают. Сейчас особого счастья от этого он не испытал.
– Лихо, – восхищенно сказал кто-то сзади. Поручень был сделан из стального прутка толщиной в палец и предназначен для остановки машин, водители которых не смогли удержаться на дороге.
– Московский ОМОН приказал долго жить, – негромко прокомментировал он для ребят, которые пока не поняли, что произошло в лесу, – пришла наша очередь.
Володя оглядел свой отряд, пытаясь найти в глазах студентов страх или робость. Таких следовало немедленно отсеять. Иначе в самый нужный момент плечо, на которое он попытается опереться, дрогнет, и погибнут все.
Но на лицах стоящих около него парней была написана решимость идти вперед.
– Что, Володь, ищешь трусов? – Хмыкнул Савельев. – Не найдешь, батенька.
Володя вдруг застеснялся. Хватит строить из себя супермена.
– Вперед, мужики, – провозгласил он, подняв над головой секиру, и по деловому продолжил: – делимся на три группы. Первую поведу я, вторую Серега, – кивнул он Савельеву, – третью, – Володя призадумался, – Костя. Если покатятся колесики, каждая группа держится сама по себе. Все откликаются на номер группы, командуют старшие. Делимся!
На разделение понадобилась пара секунд и отряд пока еще слитной массой, но уже готовый распасться на три части, двинулся вперед. Володя шел первым, беспощадный и злой к сидящим в засаде. Если до крика орка он предполагал просто разоружить их и допросить, то теперь был готов без всякого сожаления пустить секиру в ход. Эти люди, как-то сумевшие связаться с орками, ничуть не лучше их. На них столько крови, что любой суд приговорит их к смерти, не смотря на отмену смертной казни. Так что они лишь помогут следствию и сэкономят государственные деньги. В бой!
Глава 29
Они не прошли и трети пути до вершины, как навстречу вышел крепенький седоватый старичок. Немолодой, едва ли не за семьдесят, он двигался уверенно, без той медлительности и неловкости, которая охватывает большинство людей в этом возрасте.
– Смотри, какой дедулечка, – повеселел Колька. – Они, поди, сами дрожат от страха, не зная, что мы свои.
– Точно! – Поддержал его Петя Ромашин. – Это у них отряд самообороны. Деревня и есть деревня. Даже спрятаться не в состоянии.
Володя был другого мнения.
– Стоять на месте! – Приказал он.
– Володя, у тебя опять кругом одни враги, – со скукой в голосе сказал Лешка Губанов.
– Я вам без шуток говорю, стоять на месте! – Холодности Володиного голоса могли позавидовать льды Антарктиды. – Кто будет рыпаться, пришибу.
Пока они дискутировали, дед подошел поближе.
– Поговорим! – Крикнул он, когда между ними оставалось полсотни метров.
Володя притормозил, понимая, что если они двинутся дальше, старик воспримет это как сигнал к началу боя.
– Пусть один подойдет! – Снова крикнул абориген.
Все правильно. Старика наверняка прикрывают из неподалеку растущих кустов. Будь в ходу автоматы, место для переговоров идеальное. А так, Володя прикинул, что он всегда успеет располосовать собеседника и уйти. Не на лошадях же за ним погонятся.
В горячке приближающегося боя он выпустил из головы пришельца, находящегося неподалеку. Дедуля и не рассчитывал на автоматы. Какие уж там автоматы, если зажигалка и та не работает.
– Стойте на месте, – предупредил он. – Снова предупреждать не буду, пеняйте на себя.
Он позавидовал воинству московского капитана. Его подчиненные, приученные к порядку, в спор соваться бы не стали. А ему придется вести переговоры с подозрительным стариком, постоянно оглядываясь на своих лбов.
Дедок терпеливо ждал, пока студент неспешно подойдет к нему. Володе не понравилась такая вежливость. Хозяин мест сиих даже не потребовал, чтобы он оставил секиру. Насколько же он уверен в своих силах!
– Здравствуй, парень, – ласково сказал старик. Заложив руки за спину он спокойно смотрел на опершегося на свою секиру Володю. Тот молча стоял, понимая, что первым высказаться должен его собеседник. Иначе, зачем он вызвался вести переговоры. Крутанули бы свои колесики, а затем в рукопашную.
– Лихо вы выцепили моих балбесов, – не без восхищения сказа старик. – Враз заметили. Зови меня просто Иванычем, надо же как-то друг друга называть. А тебя как?
– Володя, – процедил сквозь зубы студент. Ой, как не нравился ему ласковый и предупредительный дедушка. Умный, сволочь. Приласкает, а потом врежет. У Володи уже имелся небольшой опыт общения с такими людьми. В его деревне недавно помер такой же учтивый пенсионер. Всегда поздоровается, вежливо спросит о здоровье, даст несколько житейских советов… Скопидом, что б его на том свете черти зажарили до хруста. Унести ночью пару вилков капусты у соседа было для него легкой разминкой перед кражей теленка. Народ, разговаривая с ним, держался за карман, чтобы невзначай не лишиться своих денег.
– Вот и ладненько, – расцвел старик, словно студент преподнес ему на подносе сто тысяч. – Времени у нас с тобой не много, давай о деле.
Володя не возражал. Им следовало быть уже в нескольких километрах от этого места. Так и ночевать в пути придется, если даже они сумеют вырваться из лап «доброго дедушки».
– Ты мне понравился, парень, – продолжил старик, – поэтому я вас пропущу почти за так.
Володя был не прочь договориться. Девчонки лежали на нем тяжелым грузом. Вот на обратном пути…
– И что же входит в почти за так? – Осторожно поинтересовался он.
– В за так, говоришь, – старик усмехнулся, – молодец, сразу понял, что за здорово живешь никогда ничего не бывает. Взять с вас нечего, да уж ладно. Мои парни подберут пару десяток девок для себя, а то нынешние приелись. Так что отдайте баб, и ступайте себе дальше. Да ты не бойся, – засмеялся он, – им у нас понравится. Мои парни, знаешь, какие жеребцы, всех удоволят.
Володя молча смотрел на него. Старику надоело разглагольствовать.
– Ты слишком много не думай, – угрожающе предупредил он, – если девок жалко, то зря. Добро не должно пропадать, они у вас, поди, еще не троганые. Сами не пользуетесь, так дайте другим. Эх, скинуть бы годков тридцать.
Старик посмотрел на Володю – понял ли тот. Решил, что не понял.
– Видишь, колесики, – показал он на бетонные кольца. – Будешь много думать, раскрутим, от твоих дружков останется много мяса. Плохо, что мы человечины не едим. Надо как-то попробовать, а то скота мало осталось. Ну не дрожи, не дрожи, – снисходительно сказал он Володе.
Бандюга подумал, что студент испугался. А Володю уже била предстартовая осевая, как у ракеты. Тело наполнилось привычной боевой дрожью, и он с трудом сдерживал себя. Раньше он так заводился только при встрече с орками. Впрочем, старик ничем не лучше. Володя зримо представил, как разваливает его надвое. Руки сами потянулись поднять секиру для решающего замаха. Ему пришлось напрячь все силы, чтобы удержаться.
– Спокойнее, парень, спокойнее, – предупредил старик, которому не понравилось, что Володя покрепче перехватил древко секиры. – Молодой еще, горячий. Набезобразничаешь, а потом пожалеешь. Нам такие бойкие нужны, может, останешься у нас? – Неожиданно предложил он. – Нет? Смотри сам. Слышал, рев в лесу? – Перешел старик к главному.
Володя молча кивнул головой, пытаясь незаметно для разболтавшегося деда рассмотреть, есть ли в ближайших кустах его подручные. Вроде бы кто-то сидел, или ему уже мерещиться стало?
– Это, парнишка, космический пришелец. Из тех, кто весь ваш город перепугали, заставив народец бежать. Будешь много мычать, заставим его на вас наорать. А то вы схитрить решили, в обход послали. Не на того напоролись. Весь ваш отряд, уж очень похожий на ментовский, лежит теперь пластом. Мы их потихоньку ему скормим. Он душами человеческими питается. Но вас отпустим. – Старик вздохнул и перекрестился. – Их тоже жаль. Хоть и менты, а все одно – твари божьи. Так ты подумал? А то заболтался я с тобой.
– Подумал, – заговорил наконец-то Володя, и почти без замаха ударил секирой.
Хотя Володя и считал старика таким же выродком, как и орки, но заставить себя увидеть в нем пришельца не смог. Поэтому удар получился слабым. Правда, попал он туда, куда хотел – в шею. Секира на половину ушла в тело.
Старик сумел только охнуть. Ноги подкосились, и он упал на землю. Пока его тело судорожно прощалось с жизнью, Володя вырвал секиру.
Вопреки ожиданию, его не стошнило. В скольких романах он читал, что после первой жертвы убийца чувствует себя плохо. Он же не чувствовал ничего. Да ему и не дали разобраться с самочувствием. В кустах, но не напротив, а наискосок слева показалось несколько человек, которые бегом вынесли на открытое место носилки с… орком! Не врал старик, а он ему не поверил. Посчитал дряхлым обманщиком.
В душе сидела последняя робкая надежда, что это переодетый человек, наряженный для испуга беженцев из города. Несколько потерянных мгновений едва не стоили ему жизни. Орк заорал, по Володе привычно хлестнул кнут удара. Он слегка покачнулся и поморщился от боли. Назад оглядываться не имело смысла – он и так знал, что случилось с ребятами.
Следовало хотя бы ранить орка, чтобы их освободить. «Эх ты, лох, изображающий крутого вождя, – обратился Володя к себе с мобилизующей речью, – раз растерял все войско, воюй один. Мужиков надо спасать. А то все полягут».
Он перехватил секиру поудобнее и бросился к орку. Для носильщиков пришельца и неспешно появляющихся на поле боя бандитов новоявленный спортсмен был не меньшей неожиданностью, чем для самого Володи орк.
Носильщики не имели оружия – никому в голову не приходило, что после удара орка кто-то сохранит подвижность. Да и даже будь оно у них, вряд ли бы они им воспользовались. Несущийся во всю прыть Володя напугал парней так, что они шарахнулись, не думая защищать своего подопечного.
Остальные бандиты смотрели на него, оставшись в тупой неподвижности. Но среди них оказались люди с более крепкими нервами.
– Держи его! – Заорал тщедушный мужичок, копия старика, только на лет двадцать моложе.
– Не дайте ему убить обезьяну! – Раздалось с другой стороны.
К счастью для Володи, крепкие нервами бандиты были куда дальше до орка, чем он. И ему удалось добежать первым. Когда он оказался около него, понял, почему пришелец согласился служить бандитам. Бедолагу, похоже, перепахали бетонным кольцом. Как он еще остался в живых. У него были переломаны ноги, причудливо сросшиеся при заживлении. Скорее всего, причуда эта заключалась в бандитах, которые получили грозное оружие, лишив его подвижности. Из рук оставалась только левая, правая отсутствовала вообще.
Орк спокойно смотрел на приближающуюся к нему смерть. Он не попытался еще раз ударить по Володе, или хотя бы защититься от его секиры.
«Такая жизнь надоест и орку», – подумал Володя равнодушно. Каждому да воздастся за дела его! Он опустил секиру на его голову пришельца. В отличие от убийства старика, особых эмоций смерть очередного орка у него не вызвала. Володя только слегка покачнулся от полученной энергии.
На него набегал едва ли не десяток человек. Володя удивился – откуда столь много? Засада же немного в стороне. Вслед за первыми преследователями среди деревьев показались новые, и он поспешил убраться, пока его растерзанное тело не легло рядом с орком.
Володя рванулся вниз, туда, где неловко шевелились, приходя в себя, его дружинники. Быстрее, быстрее! Он слышал бег преследователей совсем недалеко от себя. Обозленные смертью «кормильца», бандиты не собирались оставлять его убийство безнаказанным.
– Эгей! – Закричал Володя оставшимся на взгорье товарищам. Пора тем прийти на помощь. Тех полутора десятков, что он взял с собой, не хватит для отражения атаки обезумевших «партизан».
Его услышали. Да и без этого студенты готовились спускаться вниз. Им все было хорошо видно, и останавливал лишь «голосящий» орк. Какой смысл спускаться, если пришелец всех превращает в статуи. После его смерти препятствие исчезло, а стремительно бегущий назад Володя означал сигнал к действию.
С горы вниз покатилась толпа. Ее приближение придало Володе силы. Но он, наверное, единственный, кто помнил о бетонных колесах. Старика в живых нет, однако, кто мешает остальным пустить в ход это оружие.
Ребята около моста, размявшие одеревеневшие мышцы, двигались ему навстречу. Они совершенно не поняли Володю, когда тот потребовал бежать следом за ним. Но приказ вожака исполнили. Пока ему достаточно и этого. Все объяснения откладываются на потом. Лишь бы кто-нибудь из умников не вздумал начать спор, найдя лучший, чем он, выход.
Повезло. Пострадавший от орка отряд с готовностью принял его решение.
Через пару десятков шагов они столкнулись с подкреплением. Вниз по склону бежать легче. К тому же ребята на верху свеженькие, совсем не уставшие, только изнервничавшиеся. Непросто быть зрителем картины, в которой враги готовятся уничтожить твоих товарищей.
Володя остановился. Так можно добежать до города. Он повернулся к бандитам. Они все еще бежали за ними, правда, чем дальше, тем медленнее. Боевая злость постепенно, с каждым шагом, проходила, а толпа студентов, все увеличивавшаяся в числе, стала слишком внушительной, чтобы ее не опасаться. Чувства – враг рассудительности. Про свое второе оружие бандиты так и не вспомнили.
А Володя успокоился. Первый раунд студенты выиграли. Теперь пора переходить в наступление и раздавать пряники согласно заслугам. Он хотел снова разделить отряд на группы, но передумал. Все равно они перемешаются. Лишь крикнул:
– Вперед, мужики!
Студенты двинулись навстречу бандитам. Две волны атакующих встретились на мосту. Володя, решивший не церемониться, с разбегу ударил по переднему, рослому черноволосому бандиту, вооруженному топором. С основами боя на этом оружии тот имел слабое представление. Это его погубило. Володя легко отбил в сторону топор и нанес удар по голове черноволосого. Голова брызнула в стороны кровью.
«Штирлиц раскинул мозгами, забрызгав всю округу», – кстати пришел в голову заезженный анекдот. Володя хмыкнул, не испытывая никаких конвульсий по поводу убийства, и занес секиру для очередного удара. Взметнувшееся вверх окровавленное лезвие стало последней каплей. Бандиты, жившие под защитой орка, привыкли убивать. Сами умирать они не желали и бросились бежать в свое логово.
Трусливость хозяев оказалась спасительной для студентов. Никто из них не получил тяжелой раны, отделались царапинами. Правда, и сами никого они не сразили. Рука не поднялась убить человека.
– Вперед! – Закричал Серега Савельев. Володя был с ним полностью согласен. Им надо оказаться на вершине, чтобы не дать бандитам прийти в себя и заняться «катанием» бетонных колец. Однако команду должен отдавать он. Развелось начальников.
Занятия на физкультуре и молодость дали знать свое. Володя добежал до окраины деревни едва ли не в одно время с отставшими бандитами. Остальные студенты были не менее резвы. Опьяненные победой, обозленные тем, что их пытались убить, они хотели преследовать незадачливых убийц и дальше. Но тут Володя дал отбой. Неизвестно, какой сюрприз может ожидать их в деревне, а они бегут толпой, совершенно не думая о том, что враги могут прийти в себя и дать отпор. Да и вояки еще те.
– Вперед! – Продолжал орать Савельев. Володе пришлось его успокоить ударом в грудину. Серега сложился вдвое. Остальные от удивления остановились.
– Одурели? – Закричал Володя. – А если там засада и сидит еще один орк?
Напоминание о пришельце остудило воинство, сделав его послушным. По приказу Володи они создали отряд в виде четырехугольника, готового отбиваться от нападений с любой стороны. Терять этих обормотов от рук каких-то там бандюг он не собирался.
Они вошли в опустевшее селение. Разведчики, отправленные по домам, сообщили, что нигде никого нет.
«Вот и ладненько», – решил Володя. Его такой исход вполне устаивал. Что бы они делали с бандитами, взятыми в плен? Перевешали бы, или взяли с собой? Он прикинул оба варианта и едва не перекрестился от облегчения. Пусть, гады, спасаются в глухих лесных местах и помнят, что не все беглецы города так беззащитны.
Его настроение еще более поднялось, когда в одном из сараев нашли всю команду москвичей, связанную по рукам и ногам. Когда изо рта капитана вытащили кляп, он изрыгнул такую матерщину, что среди студентов раздался гомерический хохот. Степаненков опешил и замолк, не понимая, что случилось.
– Что вы ржете, жеребцы необъезженные? – Недовольно спросил он, потирая онемевшие руки.
– Да так, ничего, – утирая выступившие от смеха слезы, сказал Володя. Видел бы капитан сейчас свою рожу, он бы тоже смеялся вместе со всеми. – Мы свою часть сделали, – перешел он на деловой тон. – Дорога освобождена, бандиты разогнаны, теперь пора подключиться вашей группе.
Капитан сориентировался быстро. Он оглядел помятых товарищей, вздохнул и сказал известное миллионам россиян слово:
– Зачистка!
– Помощь не нужна? – Поинтересовался Володя.
Капитан по привычке отрицательно мотнул головой, но потом, скорчив отчаянное лицо, сказал с вздохом:
– Нескольких добровольцев я бы взял.
В этих богом проклятых местах все шиворот навыворот. Группу профессионалов высшего класса связывают как малых детей, предварительно обездвижив с помощью пришельца, а какие-то студенты-очкарики хоть бы хны разделываются с обидчиками этих профессионалов. Тут либо профессионалы не профессионалы, либо студенты не студенты. Либо то и другое одновременно.
Желающие пошастать по домам с ментами нашлись. Володя отправил их на «работу», стянув остальные силы в центр деревни. Мало ли что может случиться.
Он зря осторожничал. Бандиты так и не показались. Зато капитан пришел озабоченный.
– Нам всем очень повезло. Бандой руководил человек, который знал, что делал. Мне думается бетонные кольца, хорошо видимые, стояли больше для отвлечения от орка. Этот дружок помог им перебить огромное количество народа. Видели бы вы, сколько там награбленного.
Капитан внимательно посмотрел на Володю – понял ли тот, из какой истории они выпутались. Студент, не впечатленный, спокойно смотрел на него,. Капитан собрался более активно объяснить парню, но передумал и лишь попросил:
– Если вы не возражаете, я хотел бы послать сюда следственную группу с хорошей группой ОМОНа, – внес он предложение.
Слова капитана заставили Володю остолбенеть. Во-первых, у него поинтересовались, не возражает ли он, причем на вы, а во-вторых, у него запросили разрешение, словно это его личная земля. Однако же, тут и загордиться недолго!
Глава 30
В безопасную зону они вышли поздно вечером. Солнце пыталось скрыться за близлежащей березовой рощей, когда навстречу попался щит с надписью, объявляющей о начале опасной зоны. Зона, разумеется, начиналась за ними. Любой здравомыслящий человек смотрел в лицо опасности, а не спиной, как их отряд.
Девчонки с трудом шли, только осознание того, что вот-вот начнется привычный для них мир, придавало им силы. Лошаденка, на которую взгромоздили по настоянию капитана убитого орка, тоже едва плелась. В отличие от людей, она не знала о конце пути и поэтому старательно изображала полную истощенность и необходимость привала.
С выходом из Зоны проблемы для них еще не завершились. Встретивший их пост вэвэшников без всяких длинных речей повел отряд в сторону от дороги. Ни вопли девчонок, ни удостоверение Степаненкова не помогли. Им бы и руки выкрутили, только рук оказалось слишком много.
Володя не брыкался. Он даже довольно осклабился. До сих пор многое из его представлений о силовиках не подтверждалось. И вот теперь он мог укоризненно покачать головой и вздохнуть: «Менты, что с них взять».
Их разместили в огороженном месте, весьма похожем на тюрьму без стен. Володя не удивился, если бы узнал об охране, бдительно их сторожившей. Впрочем, близость зоны давала о себе знать. Электрическое освещение в лагере отсутствовало. Еду готовили в походных кухнях. Поскольку такого количества людей никто не ожидал, спать пришлось лечь голодными. Жалкие крохи продовольствия, принесенного с собой, отдали девчонкам.
По крайней мере, беженцам выделили эмчээсовские палатки, оставшиеся с той поры, когда из зоны шли большие толпы и государство пыталось хоть как-то придать ему организованные формы.
– Спать так спать, – сказал неунывающий Дима. – Здесь не надо опасаться, что тебя ночью могут прирезать.
– Как знать, – проворчал Володя. Хозяева ему не понравились. Это, конечно, не бандиты. Нет, это представители государства. Тоже те еще кадры. Зарезать не зарежут, зато так затаскают, сам себе глотку разорвешь.
Поспать не дали. Накаркал. Думай после этого хорошее о вэвэшниках. Пара недовольных фигур явилась в районе их палаток и возопила как о втором пришествии:
– Кто тут Кудрявцев, бегом сюда!
Бедные парни. Они-то решили, что автоматы и большое количество соратников неподалеку дает право на хамство. Задремавший Володя не успел продрать глаза, когда раздался шум ударов, за которыми последовали крики. Из ближайшей палатки на волю успел выбраться Савельев и объяснить военнослужащим правила вежливости.
Послушав вопли, Володя окончательно проснулся. Он неспешно выбрался и подошел к сидящим на траве солдатам.
– Я жаловаться на вас буду! – Неожиданно закричал один из пострадавших.
Такой переход был настолько неожиданным, что палатки, ожидавшие дальнейшего развития событий, буквально взорвались хохотом. Володя тоже не выдержал и прыснул.
– Пошли, страдальцы, – предложил он, – а то мои парни обкакаются от смеха.
В командирской палатке висел большой керосиновый фонарь, под которым стоял раздвижной стол. За ним сидели несколько человек, в том числе Степаненков.
«Будут допрашивать», – предположил Володя и почти не ошибся.
– Садись, – любезно предложил один из офицеров в форме подполковника. – В ногах правды нет.
Володя не стал строить из себя гордеца и сел.
– Орка мы у тебя конфискуем, – объявил подполковник. – Тебе он ни к чему.
Ни к чему, так ни к чему. Володя и не собирался за него держаться. Еще добудет и не одного. К тому же орк как бы и не орк. Дохлятина. Пусть берут свою печенку. Жмоты.
– И железки свои, пожалуй, сдайте, – продолжил подполковник. – Будет, побаловались, тебе, пацан, еще учиться надо в институте, а дерутся пусть другие. Те, кто за это деньги получает.
Говорил подполковник отеческим тоном. Было видно по нему, что он страшно устал и единственное желание у него сейчас покончить со всеми хлопотами, с этими непонятно как прорвавшимися из зоны студентами и завалиться спать.
Володя ему ничем помочь не мог. Сдавать оружие, а тем более отправляться доучиваться он не собирался. Пусть сам учится. Он сжал в руках древко секиры и поинтересовался с едва заметной иронией:
– У нас, кажется, демократия?
– Здесь опасная зона и введен чрезвычайный режим, – отрезал подполковник. – Выполняйте указание. Завтра утром вас покормят всем, что удастся найти, и отправят в тыл.
Володя всмотрелся в глаза подполковника и понял: доказать что-нибудь уставшему стражу границы не удастся. Он выдохся, в голове осталась одна разъединственная мысль, которую он долдонит как попугай.
– Я могу идти? – Вежливо спросил студент.
– Иди, – разрешил подполковник, так и не уловив, что его собеседник согласия на разоружение не дал.
«Сидите дальше, – разрешил Володя, – хмыри собрались». Он напоследок обвел сидящих взглядом. Степаненков смотрел ему прямо в глаза и когда Володя поймал его взгляд, откровенно подмигнул. Ай да, москвич! Хотя, его понять можно. Капитану возвращаться в Зону. Если он поссорится со студентами, кто поможет в городе?
Он перехватил секиру, обозначив что-то вроде салюта, и отправился досыпать. «Досыпать» в кавычках, поскольку, насколько он знал солдатскую натуру, вскоре к ним явятся мстители рассчитываться за двух своих побитых собратьев. К тому же в их лагере столько студенток…
Дежурство по десять человек через два условных часа – часов ни у кого не было по причине их неисправности – распределил Дима. Никто не вздумал ругаться по поводу необычной подозрительности своих командиров. Да и Серега Савельев не получил ни одного косого взгляда. Старик сделал все правильно. Иначе, в один прекрасный момент им просто сядут на шею.
Куда больше всех взволновал приказ разоружаться и отправляться в тыл. Дружинники приняли его в штыки, в секиры, так сказать. Аж весь сон прошел. Кто такой этот подполковник, чтобы ими командовать. Когда они спасали свои задницы в городе, отбиваясь от орков и всяких бандюг, его почему-то рядом с ними не было.
Володя, специально не объявивший собственного решения, втихомолку посмеивался. Парни устали от его приказов. Пусть сами делают то, что он хотел предложить. К утру подполковник впервые в жизни переживет бунт. И помогут ли ему вэвэшники.
Означенные господа явились в количестве около двух десятков под самое утро, когда спалось наиболее сладко. Да и светать уже потихоньку начинало, кулаки будут махать не по пустому месту. Впрочем, о кулаках речи не шло. Солдаты вооружились палками, ножами, а в руках двоих Володя разглядел обрывки цепей.
Он ухмыльнулся. Прямо-таки земское ополчение во спасение Руси. Вытащивший надувной матрас на свежий воздух, чтобы все видеть, Володя легко поднялся с земли и, пользуясь предутренними сумерками, зашел им почти в спину.
Вэвэшники слегка заколебались в выборе атаки. Во всех палатках мирно спали студенты, а кое-где слышались девичьи голоса – девчонки разговаривали во сне, то убегая от монстров, то повизгивая в их лапах. Опасная зона тяжкая нагрузка для женской психики.
– Вы что-то хотели, господа? – Поинтересовался Володя, решив, что солдатики услышали и увидели вполне достаточно.
– Вот этот гад, – в азарте заверещал один из пришедших, после того, как визитеры вышли из ступора. Слишком уж внезапно их окликнули.
Володя узнал в нем пострадавшего.
– Тебе одного раза не хватило? – С удивлением спросил он. – Во второй-двойная норма.
Студент говорил с такой уверенностью, что солдатик попятился. Кто знает этих лешаков, пришедших из зоны. Может, это уже и не люди.
– Хайло закрой, – прервал Володю могучий солдат, явный вожак команды мстителей. – Сейчас вас мало-мало учить будем, – ухмыльнулся он.
– Пожалуйста, – не возражал Володя. Он сделал неуловимое движение секирой, целя ему обухом в горло.
Бугай схватился за шею и, хрипя, осел на землю. По толпе прошел испуганный шум. Теперь ухмыльнулся Володя. Заметив, что его дружинники, не терявшие время понапрасну, окружили солдат, он предложил:
– Мужики, не люблю лишней крови. Конечно, десяток трупов – пустяк, но как-то неловко. Люди же.
Хрипящий от боли вожак, непонятно откуда появившиеся студенты, в руках которых железо выглядело не так уж и безобидно, и, главное, невысокий тип с горящим взглядом убийцы, который пробивался даже сквозь сумрак раннего утра – все это напугало солдат больше, чем самый свирепый враг. Приспособления для обучения нерадивых студентов как-то сами собой выпали из рук незадачливых мстителей. Они бессознательно стали отступать, пытаясь отойти подальше от страшного предводителя.
– Э, а куда пошли-то? – Удивился Володя. – Я вроде бы не давал команды. Или вы плохо поняли, что бывает с излишне самостоятельными?
Чем хороша армия, так это дисциплиной. Солдаты замерли, не спуская глаз с Володиной фигуры.
– Где здесь ваш проводник? – Володя решил устроить примерную порку. Причем в прямом смысле.
Пострадавшего вытащили и бросили под ноги студента. Солдаты были готовы на все, лишь бы убраться отсюда целым и невредимыми
Володя хмыкнул. Похоже, несчастный считал себя трупом, настолько безжизненно замер. А он сам, кажется, совсем освоился в новой роли свирепого предводителя, забыв о студенческом прошлом.
– Снимай ремень, – сказал он ближайшему солдату. Тот торопливо избавился от него. Правда, поторопиться помогли. Серега Савельев слегка уколол его в мягкое место своим багром, чтобы не задерживал командира.
Сложив ремень вдвое, Володя для пробы махнул им в воздухе. Получалось впечатляюще. Он с размаху опустил его на спину своей жертвы.
– Раз!
Солдат вскрикнул от боли.
– Потише, пожалуйста, – вежливо попросил Володя.
Солдатик притих, кусая пальцы, чтобы не закричать и не обозлить грозного палача.
Досчитав до десяти, Володя решил считать экзекуцию оконченной.
– Убирайтесь, – махнул он рукой и бросил хозяину ремень, – и помните: еще раз встретитесь на пути – всех изрублю. Ты меня понял? – Спросил он пришедшего в себя бугая.
– Понял, – прохрипел тот и, кое-как поднявшись, направился прочь от столь негостеприимного места.
Отпустив вэвэшников, студенты собрались около Володи. Все понимали, во что они ввязались. Отлупить пару десятков придурков особого ума не надо. А как они приведут пару взводов или рот? А то просто пожалуются тому же подполковнику, который, по рассказам Володи, не испытывал большого сочувствия к студентам. И к тому же, надо что-то делать, обеспечивая свое будущее. Их же не собираются отпускать обратно.
– Пока делать ничего не будем. – Подумав, решил Володя. – Девчонок отправим. Они нам сильно мешают. А потом можно обратно прорываться. Конечно, кто собирается идти дальше, пусть идет, – добавил он. – Дело добровольное. Давайте пока разойдемся по палаткам, а то торчим у всех на виду.
Лагерь уже просыпался. Стоявшие большой группой студенты вызывали недоуменные взгляды у ранних пташек – поваров, дежурных, еще каких-то подозрительных личностей в потертых шинелях и маскировочных куртках.
Парни разошлись, а Володя остался сидеть около палатки, зорко озирая окрестности. Если хозяева вздумают подложить свинью, ему найдется, чем ответить. Отряд соберется за минуту.
Никаких приготовлений к штурму палаток не наблюдалось, и Володя постепенно расслабился. Поймать врасплох его все равно бы не удалось.
Степаненков все же сумел провести. Он вырос словно ниоткуда. Володя слегка вздрогнул. Шельма, все-таки вы, господин капитан.
– Лихие вы ребята, – негромко сказал Степаненков. – Зачем устроили побоище? Парни в синяках ходят. Одного вообще пришлось госпитализировать. Ударил бы посильнее и труп. Впрочем, ладно. Драка для ВВ событие обычное, но порка… Это переходит все границы. Вы затронули честь полка.
