Текст книги "Орк из России. Сделано с любовью (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

Тимур

Жрать хочется невероятно, запах дыма костра дразнит и заставляет наполняться рот слюной. Кажется, даже отсюда, от ворот в лагерь, слышу шипение мяса на вертеле и треск от срывающихся на угли капель мясного сока.

А красиво всадники скачут. Лошади чёрные, идут мерным галопом, пряжки на амуниции светятся серебром. И кого только черти ко мне принесли так рано?

Остановили лошадей, каких-то десяти метров не доехав до невидимой границы, до первых шатров. Оба всадника ловко спрыгнули в дорожную пыль. Похоже, отец с сыном. Ему лет за сорок, сын, может, на пару лет младше меня самого. Орки из личной охраны спешат подхватить поводья брошенных без присмотра коней.

Оба пришельца кланяются чуть не до земли и замирают в поклоне. Старший чуть впереди, младший сразу за ним.

– Великий Хан! Дозвольте мне объясниться и заверить свое искреннее почтение.

– Дозволяю.

Серая кожа, глубокие тени залегли вокруг глаз, губы отдают синеватым. Хоть бы не помер у меня на пороге. Ну?

– Мы преданы Орде! Все княжество! Я и мои сыновья, – на слове «сыновья» голос его предательски дрогнул. – Произошла ошибка, юношеская глупость. Умоляю, дозвольте забрать тело моего младшего сына. Мы готовы понести любые заслуженные кары, выплатить любую дань. Не гневайтесь, Хан. Позвольте забрать моего мальчика, пусть он вернется домой даже мертвым. Я готов присягнуть на верность и вам, и Орде. Оставшиеся в живых сыновья тоже. Случилась глупость, ошибка. Не карайте моих людей! Не жгите посевов! Дань собрана, мы готовы выплатить ее полной чашей. И даже вдвойне! Втройне!

– Ваш сын жив, – поспешил я утешить обезумевшего от горя отца. А добился того, что он упал ко мне в ноги. Охрана, было, дернулась перехватить этот выпад, но жестом, сам не понял как, я их отстранил.

– Молю, прервите пытку, оборвите его жизнь сами, не вынуждайте это делать меня! – ногам стало сыро от горьких слез князя. Да, наделал делов пацан. Этот ревет, Эма ревела. Вот и как этот фарс прекратить? Как в сказке, младший – идиот, а двое старших вполне ничего.

– Помоги своему отцу встать. Я правильно понял, ты тоже его сын?

– Средний,– смотрит мне прямо в глаза молодой мужчина, силясь скрыть стыд за отца и за брата, презрение и боль.

– И много ярок в ваших стадах?

– Около тысячи, год был сытным. Еще столько же должно народиться к осени, если не вдвое.

– То есть в хозяйстве, в овцах, ты смыслишь?

– Я веду весь учет. Произошедшее с шерстью – моя ошибка. Был сильный ливень, размыло дорогу.

– Что ж, я предлагаю сделку. Обмен. Младшего сына и конюшего я возвращаю живыми и невредимыми, не считая нескольких синяков и порванной одежды, а среднего забираю в Орду,– взгляд отца заметался с меня на сына, на крыши шатров и обратно,– он будет служить мне верой и правдой.

– Я согласен, – делает шаг мой будущий управленец,– мое имя Рой, если это что-нибудь значит.

– Я согласен на обмен, – опустив глаза к земле, обреченно прошелестел их отец.

– Хорошо. В знак мира знахарку вы так же получите назад.

– Девушка, которая провела в Орде ночь… Оставьте ее здесь, так будет лучше, в княжестве ей больше не место,– вновь потупил глаза князь.

Вот черт! А так удачно все складывалось! Ля-ля-ля! Полное ля-ля-ля! Просто полнейшее!

– Я вас понял. Охрана, приведите обоих пленных.

Гости смотрят ушедшим в спины. Рой сжал кулаки, дернул головой, поправляя длинную челку. Нервничает, злится, наконец, заслышал шаги. Ведут паршивца, даже цепи сняли, а вон и конюха тащат со второй стороны, тот почему-то изо всех сил упирается. Так понравилось у меня в гостях?

– Не велите казнить, возьмите на службу,– кричит во всю глотку.

– Мест нет! Приходите в следующем месяце! – вот что значит привычка. Черт! – забирайте обоих! Если еще что-либо подобное хоть когда-нибудь повториться, растерзаю всех троих ваших детей! А замок сожгу вместе с прислугой! Женщин отправлю стирать шатры! И коровам рога обломаю лично! Всем! Помните, ваш средний сын остается в Орде.

– Никогда больше! Ваша щедрость не знает границ! Милосердие безгранично! Я буду молиться за вас в нашем храме каждую ночь! Наследников рода назовут в вашу честь…

Попутно он отвесил такой подзатыльник младшему, что тот долетел до лошадей и ткнулся носом в копыта. Конюший просеменил следом, обойдя господ по большой дуге.

– До скорой встречи и подготовьте отчеты, я их проверю. Все! Завтра мы будем у вас.

– Вы знаете грамоту? – судя по округлившимся глазам, мне удалось удивить всех до глубин души.

– И счет, а еще астрономию и алхимию. Рой, можете попрощаться с семьей, в следующий раз вы их нескоро увидите, и идите за мной.

– Вы позволите наши встречи?

– Да, если вы станете служить верой и правдой на благо мое и Орды.

– Тогда прощанье излишне. Куда мне идти? Чем я буду полезен великому хану и многоликой Орде?

– Я голоден, предлагаю пройти в мой шатер и позавтракать, а после мы обсудим дела.

– Как скажете,– он оглянулся лишь на секунду в сторону своего отца и брата.

Как жаль, что не удалось пристроить девчонку. И куда ее теперь девать? Волочь за собой? На чем? Не пешком же? Оставить в замке, так там темные эльфы открутят ей голову. На их взгляд именно она виновата в их смещении с должностей. Да и шепотки за спиной могут довести до судорог кого угодно, а уж юную девушку точно. Придется тащить с караваном, деваться некуда, а дальше посмотрим.

В шатре меня встретила почти идиллия. Девушки едят торт, зачерпывая масляный крем огромными суповыми ложками. Правильно, других-то тут нет. Щурятся на свет от удовольствия обе одинаково, смешно морщась довольными физиономиями. Бесовка все так же сидит в своем красном платье, вытянув обнаженные ноги среди гор подушек. Эма устроилась как котенок, поджав под себя ноги в довольно скромном красивом наряде, шитом на манер длинной мужской рубашки. Увидела Роя, дернулась было навстречу, опустила глаза и осталась на месте, лишь пододвинув ножку все больше под себя.

– Как-то так, проходите к столу, – выдохнул я.

– Я могу подождать снаружи, чтобы не тревожить ваших одалисок, – выпучил глаза Рой.

– Проходите смелее, я люблю, когда меня тревожат, – хищно улыбнулась Мара.

– Цыц! Он принадлежит Орде.

– Фи!

– Эма, твоих спутников я вернул князю, тебя, к сожалению, не берут. Остаешься в моем шатре, по крайней мере, пока. Сейчас позавтракаем, я улажу дела, и отправимся в путь.

– Спасибо, – тихо ответила мне девушка.

– Садитесь между ними, напротив дивана. У нас принято сидеть на подушках прямо на полу, сейчас подадут мясо. Итак, что вы знаете об этом моем замке?

– Тут расположены хорошие выпасы, большое стадо коров, есть овцы, сады, покосы, зерновых сажают весьма немного. Наместника вы казнили недавно.

– Отлично. Он сам упал. Воровал слишком много, совесть замучила, должно быть. Не суть важно. Мне нужен новый наместник, им станете вы. Надеюсь, через месяц дела придут в относительную норму. Считать и писать я умею, проверить дела смогу, поверьте. Мара, спрячь хвост, не надо им лезть к моему гостю!

– Хвосту он просто понравился, я ни при чем! Честное бесовское слово!

– Я буду рад такой работе. И выполнять ее буду со всем рвением. Жить я должен в шатре?

– В замке, там сменилась охрана. В стражу я поставил своих лю … темных эльфов. Разберетесь, отрегулируете, если что, сообщите мне.

– Как прикажете. Я правильно понимаю, что меня вы ставите во главе всех этих земель и замка?

– Именно так.

– Это огромная честь. Надеюсь, я смогу оправдать доверие.

– Я тоже на это очень надеюсь. Какая дрянь положила мне в кубок свою заколку?

– Ну что значит, какая? Я, конечно, чтоб не потерять. А на чем мы откочуем отсюда?

– Я на слонихе, а вы – не знаю. На телеге?

– Ну уж нет.

– Обсудим.

– В городе продавалась кибитка, если хотите, я могу ее купить для вас и перегнать к лагерю. Это единственный подходящий транспорт для ваших женщин на ближайшие десятки километров. Я точно знаю, мы закупали телеги две недели назад. Она мне запомнилась, редкость.

– Отлично. Сколько стоит?

– Просили пять унций золота, сторгую за три.

– Добро, сейчас выдам.

Золото я выдал примерно по весу. Унция? Вроде бы четверть от ста граммов или нет? Слитка хватит или он весит значительно больше? А если выдать десять монет или это много? Выдам с запасом, надеюсь, сдачу вернет. Должен, слишком напуган, чтобы утаить. Впрочем, посмотрим, хороший тест-драйв для нового управленца.

– Держи, излишек вернешь, – опустил я монеты в раскрытую руку. Мозоли на ней есть и не только на безымянном пальце, значит, работать в хозяйстве и сам умеет, не только писать. Славно, если все выйдет успешно.

Горячее мясо прямо с жаровни подали молчаливые слуги. На обратном пути они забрали с видного места ночное платье моей одалиски, пронесли пятнами вверх у всех на виду. А что я хотел? Как же я так влетел! Точно, микробордель и ведь никому не объяснишь ничего – засмеют и свергнут к чертям.

Рой исподтишка оглядывается по сторонам, оценивает, будто бы взвешивает, многие вещи, ест не спеша, с достоинством. Подобно мне, разрезает мясо кинжалом и заворачивает в кусок пышной лепешки. Молодец, легко подстраивается к нашим обычаям, нос не воротит. И даже бесовка со своим деятельным хвостом ему будто бы не мешает.

– Идемте к замку.

– С радостью. Дамы, был рад вашему обществу.

Никто ему ничего не ответил, впрочем, и ладно. Мара молчит – это счастье. Эма слишком расстроена и скромна.

Только отойдя на приличное расстояние от шатра, я смог, наконец, озвучить вертящийся на языке вопрос.

– Эма, что про нее известно?

– Девушка появилась в наших краях года два или три назад, я точно не помню. Ее нашли на окраине городка, встрепанную, в дорогом платье. Она долго молчала. Может, на нее кто-то напал, неизвестно. Наш колдун немного с ней повозился из сострадания, оказалось, что она хорошо понимает в травах. Не знахарка, конечно, магический дар очень уж слабый, да и пользоваться она им так и не научилась толком, но травница великолепная. Мигом снимает простую хворь что у человека, что у скотины. Очень скромна и первое время была довольно пуглива. Сильно пугается взрослых мужчин, зато вам проще, никуда не денется от шатра, побоится. Денег зарабатывала не слишком много, но на жизнь ей хватало. Хотя экономила буквально на всем, наверное, копила на что-то. Может, на свадьбу. Мы часто ее звали к коровам и овцам во время родов, я поэтому ее и знаю довольно близко.

– А о родителях ее что-то известно?

– Хотите отдать калым? Так же, вроде, принято в Орде? Я прав?

– Правы.

– Не знаю, сложно сказать. Вроде бы, она откуда-то издалека. Надо у нее у самой спросить, может, расскажет. Кстати, она знает много прелюбопытных сказок и историй. Ее приятно слушать по вечерам. Одно время она даже рассказывала их в нашей таверне за монетки. Но посетителям быстро наскучило.

– Благодарю.

Глава 18

Эма

Отчаянье затопило меня. Надежда, которая была так близка! Артефакт я видела своими глазами! Усилия полутора лет рассыпались пеплом. Хорошо еще, меня не убили и не насиловали. Считай, повезло, отделалась легким испугом. Впрочем, как выбраться на свободу из-под опеки хана, я пока слабо себе представляю, да и зачем он меня взял к себе, тем более непонятно. Пожалел, что ли? Якобы даже хотел вернуть в княжество. Ну-ну. Или ждет, когда подрасту и отъемся? Ну, уж нет. Дикарь, варвар, огромный как слон, гордится тем, что умеет писать угольком и считать! Подозреваю, что на счетах, и до ста, высунув кончик языка и старательно выводя каракули на бумаге. Ужас какой! И я от него буду зависеть! Отобрал и сжёг все мои вещи, даже нательный клинок и склянку забрал. Подумать страшно, сколько времени я на них копила и все зря! Вообще все зря! Заветная мечта ускользнула прямо из пальцев! А все этот дебил, княжий сын. Как я, дура, только могла ему поверить! Как?! Польстилась на невероятную близость награды! Дуууура! "Рисков нет, подумай! Ты, главное, сама не ошибись, не попутай там с настойкой. Я с тобой в любом случае расплачусь, что бы ни случилось". Сам-то, еле ноги унес. Мне еще пришлось за него князя умолять, целовать грязные ханские руки, унижаться.

Хорошо, что хан выменял на младшего дурака среднего разумного брата. Умный хан мужик, расчётливый, только необразован и совсем не воспитан. Одно радует, чистоплотный.

Как же я тогда испугалась, когда осознала, что мне придется пережить. А потом и вовсе жить под одной крышей с самым отребем, давать себя трогать, брать, давать себя везде, спать на одной шкуре… У-у-у… И ведь пришлось бы все это стерпеть ради цели, ради того, чтобы выжить… Хорошо, что он не такой, как же мне повезло хоть с этим! Сказочно просто.

Мара мне не поможет, это уже ясно, а жаль. Что за отношения между ней и ханом, я понять так и не смогла. Деловые партнёры? Всяко, не любовники. И ко мне она не ревнует, хотя могла бы. Впрочем, мне с ней ни в чем не тягаться.

Одна надежда, что завтра хан позволит мне заглянуть в замок за вещами, а там, если повезет, я вытрясу свой гонорар из этих двоих идиотов, и путь домой будет открыт. Как бы мне уговорить хана хоть на часок улизнуть из Орды, хоть ненадолго выскользнуть из-под его опеки? Может, стоит заранее его как-то к себе расположить? Но как? Как женщину он меня совершенно не воспринимает, да и хорошо. Тогда что? Подружиться? Рассказать на ночь пару любопытных историй и смыться, когда он заснет? Темных эльфов он услал. Остальные воины, точно, заснут крепким сном после долгого перехода, да и побоятся тронуть одалиску самого Великого Хана. Интересно все же, почему он мной не воспользовался, но при этом создал легенду, что все было как надо. "Мелкая больно, смотреть не на что, мне такие не нравятся" – отчего-то очень обидно было услышать такую нелестную характеристику. Брезгует или боится угробить в порыве страсти?

А сам при этом заботится, одежду купил, кибитку, диванчики приказал застелить пуховыми одеялами. Мара вон спит, раскинувшись, и довольна. Странный орк, обычно они очень зависимы от любовных отношений, насколько я знаю. А тут, у него две женщины в шатре и ничего. Бесовка его интересует даже меньше, чем я. Может, его вообще не стоит опасаться, мало ли какая травма была или переболел чем, вот и создает себе легенду мужик. Держит девушек рядом с собой, как райских птичек в клетке. Какое же счастье вот так просто спокойно ехать, и есть сколько хочешь из запасов, взятых с собой в дорогу. Никто не смотрит, не одергивает, не бьет по рукам. Совсем как раньше, в прошлой жизни, которая мне теперь кажется ненастоящей, сказочной. Если у меня ничего не выйдет, останусь в Орде, отдохну, наберусь сил и снова пойду к цели. Меня ждут, я не могу отступить, должен быть выход. Может, их шаман мне поможет, подскажет хоть что-то. Но сначала попробую получить заслуженную мной награду у младшего княжеского сына.

Попробую вечером с ханом ласково разговаривать. Задурю ему голову сказками и смоюсь в замок, а там будь, как будет, хотя бы вещи свои заберу и накопленные монеты.

Добрый он, не тронул, почти не обидел, если по-честному. Впервые за долгое время я досыта ем, в безопасности, могу отоспаться вволю, не надо выискивать травы и выкапывать корни по оврагам.

В кибитку влетел и прокатился по полу апельсин, а следом еще один. Крупные, спелые, в тугой ароматной корке.

– Кушайте, я только что с ветки сорвал, вроде, не кислые…

– Спасибо, Великий Хан!

Мара даже ухом не повела на подарки Гурэя, а меня раздирают противоречивые чувства. С одной стороны, мне подарили восхитительный фрукт, а с другой… Кто бы мне раньше сказал, что я буду так радоваться апельсину, который мне закинут под усмешки толпы, совсем как кость собаке. А впрочем, не слезать же ему со слонихи на глазах у всех, просто так, чтоб порадовать девчонку. Ароматный, полезный, сок так и брызжет во все стороны. Лучше б он мне грейпфрут закинул или манго, жаль, они тут не растут. А еще до безумия хочется колбасы и сыра с огромными дырками. Откинула полог кибитки, высунулась немного наружу.

– Вкусно хоть? Ты раньше такие ела?

– Спасибо, Хан. Я никогда не пробовала таких плодов, их тут выращивают только для аристократов.

– Ешь, – расплылся орк в довольной улыбке, отчего стал куда симпатичней, – больше пока не дам, от них может обсыпать и будешь как леопард, в пятнышко.

– Вы видели леопардов?

– Да, я много что видел… Как-нибудь расскажу, наверное. Скоро привал, сможешь пройтись. Не укачало?

– Нет, все хорошо.

– Скажи, она славная, моя девочка, моя Юмми!

– Очень симпатичная. А она слониха?

– Да, специальная порода, верховые, чуть меньше и ниже обычных аф… Не верховых, в общем.

– А мех у слонихи– это экипировка такая?

– Нет, это пагубное влияние пыльцы одной моли. Ты его видела, красноглазый такой.

– Да, он меня тогда очень испугал. Думала, что это вамп… ночной монстр.

– К замку прибудем ночью. Тебе надо что-то оттуда забрать, или ты не там жила, а где тогда?

– Я платила за угол их кухарке в пристройке рядом с кухней. Вы меня отпустите собрать вещи?

– Конечно, сходишь со мной вместе.

– Спасибо вам, Хан, я могу и одна.

– Да не за что. Одну я тебя не отпущу, мало ли что. И за клинок прости, я был не прав, одинокой девушке такая штука нужна для самообороны.

– Вы мне его вернете?

– Не сейчас, тем более он тебе пока и не нужен. Тебе всего хватает? Заколочки, булавочки, ноженки для маникюра, белье. Обычно у женщин куча таких мелочей и они расползаются повсюду… Я ведь как-то и не подумал даже, что у тебя совсем ничего нет. Ты попроси у Мары купить все, что нужно, за мое золото, не стесняйся.

– Спасибо.

– Юм! Куда тебя понесло опять! Нам не туда! Юм! Бананов не дам! Больше никогда не дам, бестолочь!

Как резво, оказывается, умеют бегать слоны. Если он, Хан, так решил продемонстрировать Орде свою молодую удаль, ему это, безусловно, удалось. Дамские мелочи он мне любезно оплатит! Знал бы ты, Гурэй, о чем я, действительно, мечтаю, проклял бы свою невероятную доброту к безродной девице.

Глава 19

Тимур

Шаман заявился к самому нашему отъезду, я уж порывался его искать. Шатры сложены и увязаны, лошади бьют копытами. Юми на меня загадочно смотрит, похоже, тоже что-то задумала. Кругом одни дамы и все хитрющие. Мара уснула в кибитке, уже легче, меньше проблем. Эма суетится вокруг вещей, порывается помогать с увязкой тюков. Смешная и очень красивая, только еще очень молоденькая. Сколько ждать, пока она войдет в подходящий для чего бы то ни было возраст? Год, два от силы, наверное. Долго, да и привыкнет ли она ко мне. Самому смешно, живу с двумя женщинами, а для утех ни та не другая мне не подходят. Что-то мне подсказывает, что с бесовской в этом плане лучше дел не иметь, можно не выжить. Да и хвост этот. Как представлю, брр! Я же не какой-нибудь извращенец. Нет уж. Эма хорошая, милая. Подумаю, подожду, главное, ни в коем случае девушку не обидеть и не выдать свой интерес. Рой сказал, что она боится мужчин, откуда я знаю, что за этим стоит. Ей и так, похоже, досталось и матери рядом у нее нет, чтоб поддержала.

– Засмотрелся, Великий Хан? Из нее получится хорошая мать твоим сыновьям. Силу возьмут от тебя, а красоту от нее, я заговорю, постараюсь.

– Ошалели? Шаман, я в другой среде вырос. Сколько ей? Мала еще, я не дикарь, пусть подрастет, а там уж подумаю.

– Она взрослая, ты заблуждаешься. Просто тощая очень и запугана. Присмотрись, какая фигура. И бедра широкие, такие бывают только у взрослых женщин. Ей легко будет рожать твоих детей. И волосы у нее густые, длинные, гладкие, значит, здорова. Ничего, что они такие светлые, привыкнем. Да, кажется, и тебе самому она легла к сердцу. Недели не пройдет, ты ее не узнаешь, успокоится, похорошеет. Ест хорошо?

– Не особо. Все по чуть-чуть, но охотно.

– Погоди. Сколько ей лет, она сама говорит?

– Двадцать один. Врет она, хочет, видимо, казаться старше.

– Глупец. Не упусти, если она тебе нравится. Я вечером погадаю на ваши судьбы.

– Будет любопытно узнать результат. Слышали уже последние новости?

– Видел. Я наблюдал за тобой, но не хотел мешать. Орде повезло с ханом. Ты мудрый и милосердный. Надеюсь, еще и храбрый.

– Посмотрим.

– Не тяни с женитьбой. Бездетного Орда больше терпеть не станет. Боишься, что эта слишком юна, заведи другую жену, а та пусть пока гуляет молодой кобылкой, ждет твоего внимания. Но она больше не вырастет, человечки сильно рослыми не бывают.

– А то я не знаю! Да и не в росте дело. Все, закрыли вопрос. Пока не повзрослеет и сама не полюбит, я на нее даже не посмотрю. Хотя, ждать я умею.

– Мудрец в делах, но глупец в любви. Подарки ей делай, быстрее к тебе привыкнет, а там и до любви близко. Сапожки купи, зеркальце, сережки с самоцветами. Одеяло в дорогу выбери помягче из лебяжьего пуха. Женщины ценят заботу. Щенка ей купи. Тоже оценит, будет о нем заботиться, играть с ним, гулять, сама быстрее обвыкнется, повеселеет, перестанет всего так бояться

– Я подумаю. Спасибо за советы.

На первом привале я понял, что со строптивой слонихи мне тупо не слезть. Земля далекоооо! Очень. Кулем сползать неприлично, все смотрят. Хобот этой мерзавки лезет в сапог.

– Ушастая! У меня там, в телеге, было что-то очень вкусное. Вот не надо мне фыркать в пятку! Ай! Щекотно. Я когда залезал, ты же додумалась встать на колени? Давай-ка еще раз!

Хобот резко вздернулся вверх, и поляна потонула в трубном слоновьем гласе.

– Скотина! Будешь жрать одни листики и те только по праздникам! Я чуть не оглох!

Приземление на колени она выполнила с рекордной скоростью, я чуть не грохнулся носом вперед. Пришлось отдать хитрюге леденец, благо, она оценила.

Часть отряда, уже готовит еду на кострах, стелет ковер для досуга великого хана на землю в тени под кронами раскидистых деревьев неизвестного вида. Мара болтает с орками из отряда из моей личной охраны, впервые вижу, чтоб те так краснели. Эма чуть ожила, даже будто приободрилась. Достала из телеги подушки, укладывает их подле столика, принесла откуда-то посуду и миски. Надо же, идет ко мне.

– Великий Хан, все готово, вы можете идти отдыхать.

– Спасибо, составишь мне компанию? Рой сказал, ты знаешь много историй.

– С радостью.

Озирается, все же боится, не меня, так других. Хотя воины делают вид, что ее и не замечают, проходят мимо, отводя глаза, или одобрительно чуть улыбаются. Девчонка, совсем еще девчонка. И этот напряженный испуганный взгляд огромных глаз, и тонкие ручки.

– Вам полить воды?

– А? Да, полей. И позови к столу Мару.

– Она сказала, что не голодна. Точнее, что поест в другом месте.

– Ну и черт с ней, пошли к столу. Похлебка, правда, еще не готова.

– Суп. Там готовят что-то из овощей и баранины, кажется. Или кабанятины. Уточнить?

– Не стоит. Бери пока то, что уже выложили на стол, если не боишься перебить аппетит.

– Спасибо. Если позволите, я откажусь от супа, он очень жирный. Поем лепешек и козьего сыра.

– Как хочешь. А где ты росла? Говоришь очень странно для обычной девчонки. "Если позволите, уточню". Эй, не пугайся ты так. Мне нравится. Просто любопытно, не хочешь, не отвечай.

– Простите. В княжестве просто очень не любили женщин, имеющих образование. А мои родители… они довольно богатые люди. Горожане. Меня обучал… священник. Семья считала необходимым дать образование. Там так принято, у нас дома. И мальчики, и девочки учатся.

– Я понял. А твой дом, он далеко отсюда? Может, нам стоит навестить?

– Очень далеко.

– Ясно. Покажешь на карте?

– Нет! Я не умею. Ничего в этом не смыслю.

– А как называется город? Я сам могу поискать, если хочешь.

– Азква. Он совсем крошечный, его, точно, нету на ваших картах.

– А какой он, твой город? На, возьми персик, должен быть сладким. Второй, извини, оставлю для Юм.

– Спасибо. Там есть очень высокие дома, много экипажей, никто не живет в шатрах. Все носят обувь, очень чисто в лавках, нет ни крыс, ни тараканов на кухнях. Моя мама умерла бы со страху, если б увидела кабана рядом с домом, да и папа бы тоже очень удивился. Даже стай бродячих собак и тех мало, а волков вовсе нет.

– Ну, не плачь, – я приобнял девушку за острые плечики. Действительно ведь, кожа да кости.

– Ты сбежала из дома? Как ты вообще в княжестве-то оказалась? Ну-ну, тише. Какая же ты хрупкая и тощая, как сушеная рыбка. Даже обнимать страшно. Ну-ка посмотри на меня, – огромные глазищи смотрят из-под пышных влажных ресниц. По щеке стекает слезинка. Зачем-то смахнул ее пальцем, хотя чем это может помочь? Она даже не знает, где ее дом. И не отвезешь ее туда, и не навестить ей никого. Может, шаман знает, где расположен этот городишко без кабанов и бродячих собак.

– Ну, все хорошо, тебя никто не обидит. Я смогу защитить от всех, веришь?

– Угум. Я не сбежала, просто так вышло. Можно, я поем, а то костер скоро прогорит, я хотела погреть лепешку. У нас дома такие на улицах продают. Внутрь кладут всякую всячину и продают. Вкусно и сытно.

– Иди, грей.

– Вам сделать?

– Нет, я подожду похлебку.

Выскользнула из-под моей руки, утерла слезки и побежала мастерить себе что-то съестное. Я сделал знак повару, и тот уложил греться лепешку прямо поверх крышки котла. Пусть уж он все приготовит, Эма может обжечься. Горожанка, священник ее чему-то там учил. Такой оказаться одной без мамы и папы, без поддержки было действительно сложно. Да и лет ей было совсем немного два года назад. Еще и работать пришлось знахаркой. Интересно, этому ее тоже священник научил? Азква. Что за странное название? А может, я плохо расслышал из-за ее всхлипов.

Надо бы наведаться на Землю хоть на пару часов, уладить дела. Позвонить родителям, вдруг да меня потеряли. Мара доставит туда и обратно, деваться ей, похоже, некуда, придется помогать. Да и мне есть, что ей предложить в обмен на услугу. Куда бы еще Эму пристроить на это время? С собой не возьмешь. Может, и вправду, притащить ей щенка? Только какой породы? У одной из моих бывших любовниц было что-то такое меньше кошки. Но такая собачка в Орде пропадет – затопчут. Может, овчарку? Так они на волка похожи, забоится еще. Пуделя? Открою дома какой-нибудь сайт и выберу собаку посимпатичнее, лабрадора или еще кого. Хотя, ей и охрана нужна, ладно, подумаю об этом потом. Справочник возьму, менеджер я или кто? Вот девчонку куда приткнуть на время моего отсутствия? Одну бросать неохота, приспособить в няньки шамана? Как вариант. Хотя он ей мозг прополощет про материнство и брак, нет, он ее напугает. Меня-то напряг.

Вернулась к столу и устроилась рядом со мной на подушках. Наконец-то довольная, лицо порозовело от жара огня, ест охотно, запивает все морсом. Персик положила перед собой. Волосы, заплетены в небрежную косу, так и хочется дёрнуть за кончик. Слуги притащили мне полную миску наваристого супа, пахнет невероятно, на вкус еще лучше. Какое же счастье есть вот так на привале под открытым небом, любоваться своею слонихой, забавляться проказами и шалостями бесовки, подглядывать за Ордой. Пьянящее, восхитительное чувство свободы. А к ночи опять расставим шатры, и искры костров снопами взлетят в черное небо, и будет мирно дремать на привязи моя вредина Юм, подергивая кончиком любопытного хобота в такт своим снам. Хорошо!

К вечеру мы, наконец, добрались до нужного замка, даже плутать не пришлось. Мои ноги, должно быть, навечно приняли форму слоновьих боков, слез кое-как, хорошо, в темноте не видно. Эма крутится возле меня, никуда не уходит. С ней рядом деланно скучает бесовка, выдавая свое нетерпение беспокойным хвостом.

Из замка навстречу нам бегом бежит князь, держа на серебряном подносе горку разнообразных фруктов, как не уронит только. Это вместо каравая, что ли?

– Великий хан! Мое глубочайшее почтение вам! Орде! Счастлив встретить вас лично! Примите эти фрукты для вашей слонихи! Говорят, вы очень дорожите ею! Их собрали специально для нее всего час назад, только самые лучшие, самые спелые. Дары для вас я приготовил и вручу несколько позже, все так просто не донести. Два года мы живем под властью многоликой Орды, под дланью Великого Хана и не знаем ни горестей, ни набегов, ни войн! Позвольте же мне пригласить вас в замок к ужину. Быть может, и заночуете там? Комнаты для вас уже готовы! Самые лучшие! Слуги очень старались! У нас нет ни клопов, ни блох, ничего подобного. Колдун всех извел.

– Я предпочту остаться с Ордой. В замок я войду на рассвете.

– Как будет угодно! Как пожелаете!

– Великий Хан, если вы позволите, я бы хотела забрать свои вещи и самую малость, хотя бы только час, поговорить с девушками из замка. Прошу вас, позвольте! К ночи я буду в шатре.

– Ночью на улице тебе одной делать нечего, – в душу заглянули огромные расстроенные глазищи.

– Я бы с радостью переночевала в своей бывшей комнате, у меня с ней связано много воспоминаний. Пожалуйста.

Вот и нашел, куда ее пристроить на целую ночь, считай, повезло. Моего отсутствия в шатре никто не заметит, попрошу не беспокоить нас с Марой до утра. Но замок уж очень мрачен, да и прислуга ей наговорит всяких гадостей. Как поступить?

– Князь, эта девушка теперь одно из сокровищ моего шатра. Я очень ценю ее. Думаю, в вашем замке ей нечего опасаться. Надеюсь, что ничто и никто не посмеет огорчить мою одалиску. И не подпускайте к ней никого из мужчин, она их боится.

– Конечно. Мы всегда очень ценили эту девушку, не беспокойтесь. Моя жена так скучала по Эме, так переживала за ее судьбу. Клянусь, вам не стоит за нее бояться. Я лично готов помочь ей запаковать вещи, выдам корзины и все, что потребуется. Супруга преподнесет подарки. Накормим, напоим, все сделаем для вашего сокровища. Не беспокойтесь, вы не пожалеете, ее ничто не огорчит, и никто из мужчин не подойдет к ней близко. Я вас не разочарую.

– Надеюсь на это, – посмотрел я князю в глаза одним из своих фирменных взглядов, – встретимся на рассвете.