Текст книги "Сержант и корона (СИ)"

Автор книги: Марти Сью

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 18. Выбор Тахем

Ощущение дежавю накрыло Ворона с головой. Он вновь стоял перед толпой – и толпа ждала от него выбора.

Их было двое, но они были разные как день и ночь.

Таали Тин Тахем пошла явно не в отца – высокая стройная пепельная блондинка с ярко-синими глазами, осиной талией и крепкой высокой грудью была явно избалована вниманием истинных и смотрела на полукровку с легким интересом исследователя, не более. Так смотрят на насекомое – пусть уродливое, но необычное. Таали – прекрасный цветок, что радует глаз совершенством форм и роскошью цвета, а обоняние дивными ароматами. Но в делах бытовых и практических абсолютно бесполезен.

Юили Аль Тахем взяла половину от каждого из родителей. Огненно-рыжая грива и янтарно-золотые глаза кричали о крепком даре Огня. И, хотя ростом Юили и пошла в рослую мать, но дородность ее была явно от отца. Благодаря росту она не казалась полной– но для эльфар ее роскошный бюст и широкие бедра были уж слишком– и осиная талия лишь подчеркивала это «слишком». Было и кое-что еще– в золотых глазах огненными всполохами играла похоть. Редкий эльфар не польстился на роскошь ее тела– и мало кто получал отказ. Часто менять партнеров до свадьбы не считалось у эльфар особым грехом, но… Всему есть пределы, а Юили Аль Тахем давно перешагнула даже границы терпимости лояльных и снисходительных к ней родичей. Впрочем, она оставалась дочерью Патриарха и официально не была замужем.

Амфитеатр затаил дыхание– они стояли напротив друг друга– две прекрасные девы в роскошных нарядах– и Ворон, в окружении жен– по правую руку Первая Мать, синеглазая водница Ида Тин Хоран, волосы которой в солнечном свете сверкают инеем. По левую-та, что еще недавно была Альвари– целительница чярко выраженным даром жизни, сиявшим в изумрудных глазах. Локоны цвета спелой пшеницы искрились в утренних щедрых лучах, а легкое касание теплого ветра превращало их в нежно -золотое облако. Бездонно-синие глаза Первой матери ни на миг не отрывались от партиарха Хоран. Сам же Ворон хранил молчание. Пауза затянулась– такое долгое ожидание вполне могли бы расценить, как пренебрежение и неуважение, если бы не одно но. И оно, точнее она, ворвалась огненно-рыжим метеором, принеся с собой запахи хлеба, чернил и бумаги,а еще, отчего-то, соленой рыбы и моря.

–Обоз от гномов принимала– рыбу, как и обещали, годную привезли. Этот вот жених, что ли, да? Нормально, здоровый такой. – без стеснения эта пигалица по хозяйски схватила Ворона за руку, ощупывая мускулы и тщетно пытаясь обхватить бицепс двумя маленькими ладошками. На удивление ни сам Ворон ни Первая Мать не выказали никакого возмущения подобной бесцеремонностью, напротив, Арей дружелюбно улыбнулся:

–Зубы показать, госпожа? Проверять будешь?

–А?! Не, ну не однорога же выбираю. Хотя…

– Аюми До Тахем, ты ведешь себя недостойно!– а вот голос Эль Тахем отчетливо полыхнул гневом– да и на лице его явно проступило раздражение. Младшей было позволено многое– но не все. И, вопреки показному легкомыслию, она прекрасно это понимала.

–Я приношу извинения за недостойное поведение, Арей Ард Хоран, патриарх Хоран.

–Не стоит внимания, госпожа. Аюми До Тахем -я хочу говорить с тобой…

–Со мной?!– от удивления Аюми вновь позабыла о приличиях и перебила мужчину. Но на это никто не обратил никакого внимания– удивлена до глубины души была не она одна.

Аюми До Тахем была нехороша. Желтые глаза отца – стихия явный Огонь. Невысокая – ни мать, ни отец не могли похвастать ростом и дочь вышла бы уж совсем миниатюрной – но кровь Патриарха подарила ей плотно сбитое тело и небольшая Аюми походила не на нежный цветок, а, скорее, на невысокий, но крепкий меллорн. Непослушные растрепанные темно-рыжие волосы, крепко сбитая и пропорциональная фигура – в ней не было тонкости и изящества эльфар, но цепкость и воля к жизни в ней бросались в глаза с первого взгляда. Даже некрасивая дочь Патриарха сменила уже несколько партнеров– но результат был… Не было результата. Рядом с идеальными сестрами она смотрелась, словно встрепанный серый воробей рядом с двумя белыми лебедями. Только вот лебедей-то Ворону и не хотелось. А Аюми…

–Чем соблазнять-то девушку думаешь, жених? Нет, то, что деньги у тебя есть– мне известно, как никому. Пару медяшек даже мы тебе задолжали…

–Есть еще кое-что госпожа.

–Еще? Интересно!

–Как ты относишься к Хайм, госпожа?

–Надутые наглые и жадные уроды– это хотел услышать?! –мгновенно вспыхнула Аюми, тратившая на взятки этим выродкам больше половины чистой прибыли.

–Именно это, госпожа. Прекрасно! Видишь ли, они кое-что мне задолжали…

–Много?

–Побольше даже пары медяшек…

–Быть не может! Сколько?!– она впилась взглядом в Ворона, а когда он повел глазами вокруг, вдруг схватила за голову, притянув губами к своему уху.

–Да уж. Не вышептать… -глаза ее были шальные и потерянные. А поднявший голову Ворон пробил контрольный:

–А взимать долг будешь ты, госпожа1

–Что?!

–Сама посуди. Я – вождь и мне с золотом возиться– невместно. Первая Мать– воин и магиня. Вторая Мать лекарка – заботится обо мне и о детях.

–Вторая– Мать?

–Ты поняла верно, Тахем. И ты тоже родишь мне ребенка.

–И для чего тебе это? – Аюми вновь впились глазами в глаза Ворона, но тот не отвел взгляда:

–Кровь не вода, Аюми Тахем. И ради рода Тахем– ты сможешь обобрать меня, сможешь обобрать их– Ворон кивнул на стоящих рядом жен:

–Но сможешь ли ты обобрать своего ребенка?

–Вот оно как, Арей Хоран. Хочешь получить страховку? –глаза ее были задумчивы, но гнева в них не было. Ставки были столь высоки, что даже такое требование не было чрезмерным. В том, что получится забеременеть, она не сомневалась– рядом с Хоран стояло два очень убедительных доказательства. Темная! Заманчиво.

–А ты умеешь уговорить наивную девушку, Хоран. Сделка?

–Сделка, госпожа. Под гневный ропот старших сестер Аюми Тахем мгновенно захлестнула девичьим поясомширокую шею Хоран и затянула узел.

–Выбор исполнен!– выходка нахальной Тахем пришлась клану по сердцу – эльфар от души хохотали и кричали здравицы Хоран, его женам и маленькой и нахальной Аюми, проявившей лучшие качества Тахем – быстрый ум и деловую хватку. Наконец– то Ворон мог хоть немного успокоиться– эпопея с женами была окончена.

Глава 19.Неприятности продолжаются

Хаан Аз Хайм

Сцепив в замок длинные породистые пальцы, высокий статныйэльфар сидел за искусно сделанным массивным столом, выточенным из одного куска драгоценного дерева кле. Столь огромное дерево росло, должно быть, тысячу лет– а потому стоимость такого стола сложно было даже представить. Но сидящему не было до этого никакого дела– не замечал он и мягкости и удобства роскошного кресла с изящными витыми ножками – патриарх Хайм был в бешенстве. Впрочем, высокородный эльфар уже принял тот факт, что дела вышли из привычного русла. Больше он не позволит себе потерять лицо перед подчиненным и в его присутствии крушить дорогую посуду. Хаан Аз Хайм укротил свой гнев– и теперь ярость лишь приятно бодрила, заставляя быстрее бежать кровь и пробуждая в пресыщенном прежде теле новые яркие желания.

–Как съездил к Альвари, друг мой Оро? Так ли крепка семья Тин, как ты говорил? – один только затравленныйвзгляд все рассказал патриарху и Хаанзло рассмеялся:

–Не переживай, Оро– я тоже потерпел неудачу в переговорах. Брат мой, великий воин Аз Рахим– отказал мне. Отказал, да… В пустячной просьбе. Мало того– представь, друг мой Оро– он даже угрожал мне.

–Объявить рокош?

–Ух ты– похоже, что и тебе досталось? Да?! Кто мог подумать– тихони Альвари!

–Их хранители могут быть действительно опасны, господин.

–Думаешь, сам не знаю?! Знаю. Знаю прекрасно. Так. Рахим– понятно, сдвинутые на чести и воинской доблести– а ублюдок наш, как оказалось, славный мечник. И как же это не уследили мы– славно натаскал его этот безумный мастер– Рахим…

–Он выглядел одержимым и не опасным, мастер. За ними постоянно наблюдали наемники– и все они докладывали, что принц занимается лишь гимнастикой– развитием и укреплением тела.

–И это знаю. Как-то обошел нас этот… искусник. Жаль, что теперь уже с него и не спросишь. Да… Ладно. С Рахим мне все ясно– они, считай, выпестовали этого ублюдка. Ученик безумного мастера. Да и сами они, честно сказать… Променять расположение высокого рода на орхского выродка, ловко машущего куском заточенного железа– партиарх скривился и, явно изображая Рахим, гнусаво протянул:

–Он родич мне, он кровь моя… Тьфу! Аж противно. Ладно, так что Альвари?

–Плохо, господин. Его отметила сама Великая Мать– уж не знаю, подсуетились ли жрецы или правда что случилось –но сейчас он жрец первой сотни и …

–И если мы уберем его– то Альвари нам не простят. Даже не смотря на то, что он им не родич…

–Да, господин. Нет, господин.

–Что да, а что нет? Говори яснее!

–Да– не простят, господин. Нет– то, что не родич. Они дали ему невесту– пустую, но кровная связь есть кровная связь.

–Пустышка Рахим, пустышка Альвари. Он вообще думает род возрождать? Или просто баб любит? Нет, Мать-то ему никто не отдаст, конечно– считай, на волосе над гранью болтается… Странно все это– непонятно и странно. Ты сам что об этом думаешь?

–Тахем. Надо договариваться с Тахем.

–Неожиданно. – Хаан огладил подбородок и слегка улыбнулся. Неожиданные идеи он любил– иногда это позволяло взглянуть на дело под новым углом и найти действительно рациональное решение:

–Неожиданно– повторил патриарх:

–Обоснуй!

–Если Тахем выступают посредниками– просят уже, вроде, и не Хайм, а Тахем– а им уступить не зазорно.

–А уступить Хайм, значит, зазорно– ворчливо перебил Хаан.

–Зависть, патриарх. Мы набрали такую силу, что укусить нас– великая честь, а отступить перед нами– великий позор. Когда без драки расходятся двое равных– это не трусость, а разум, а когда…

–Мысль твою понимаю. Не могу сказать, что полностью разделяю –но что-то в этом есть. Продолжай.– Хаан медленно и задумчиво постукивал по роскошной столешнице холеными тонкими пальцами. Оро, по большому счету, прав. Хайм вызывают даже не зависть– ненависть. Но что делать-то? Вымирать, как Тахем, Рахим и Альвари?! Да к Темной эту рабскую покорность! И то, что рожающих баб на всех не хватает– совсем уже не вина Хайм. Поборы? Да, поборы. А вы попробуйте сами прокормить ораву почти в пятьдесят тысяч разумных. А наемники?! Эти жадные твари требуют столько золота, что кажется, будто они его едят! Темная! А куда деваться? Привлекать к охране Рахим? Чтобы они лишний раз убедились, насколько их аскеза отличается от роскоши Хайм?! А потом, увидев излишнее¸ начали задавать ненужные и неудобные вопросы? Да к Темной все это, проще чужим заплатить! Потому и поборы.

–Продолжай-продолжай, Оро! Слушаю!

–Тахем– нейтралы, с Тахем всем привычно договариваться. Тахем –купцы, а потому и нам с ними будет договориться проще.

–Да, эти более-менее предсказуемы– не то, что берсерки Рахим или фанатики Альвари.

–Да, господин. Тахем знают истинную цену денег. И, я надеюсь, хоть с ними он не успел еще породниться!

–Темная! Ты думаешь?! Не успеем?!

–У Рахим он отметился,Альвари посетил– Тахем ничем не хуже. К нам он вряд ли заглянет.

–И зря. Знаешь, зря! Чем больше я узнаю об этом… полукровке… Темная, а он интересен!

–Он полукровка, господин. Если бы поменять его телами с нашим бастардом– тогда да. А так эльфар не примут правителем полуорка.

–Уверен?

–Не совсем уверен. Но очень надеюсь. Надеюсь не увидеть такого позора. И еще, господин. Нужно признание наследника Хоран. Нашего Хоран.

–Хочешь, чтобы его признали Тахем?

–Нет времени. Да и хватит уже– мы похожи на однорога, что прячет морду в тени, а то, что тело и задница на свету– вроде и не важно.

–Это ты к чему?

–Все и так знают, кто правит. И наши попытки влезть в тень уже даже не просто смешны– унизительны.

–Открыто признать своего Хоран… Показать власть и силу. Может быть, Оро, может быть…

–Но вначале хорошо было бы договориться с Тахем, господин!

–Это само собой, Оро. Никаких телодвижений без абсолютной определенности. Ты ведь уже начал договариваться о моем визите, Оро? – патриарх улыбнулся уголками губ, предвидя ответ и Оро не разочаровал:

–Сразу по прибытии от Альвари, патриарх. Тахем будут рады принять тебя в самое ближайшее время. В удобное для тебя время, господин.

–Славно, дорогой мой Оро, действительно славно. -на самоуправство Оро патриарх не гневался. Обычно его секретарь– соглядатай вполне точно предугадывал желания хозяина и это экономило кучу времени. А если и случались какие-то накладки– вряд ли кто-то станет предъявлять претензии главе величайшего рода эльфар.

Хаан Аз Хайм, патриарх величайшего рода Хайм, довольно усмехнулся, глядя на верного соглядатая:

–Что ж, дорогой мой Оро, раз уж случилось так, что воины и монахи нас подвели-обратимся к торговцам.

Глава 20. Торг

Хаан Аз Хайм. Родовое поместье Тахем.

С высокого белокаменного балкона открывался роскошный вид на наполненный суетливой жизнью изумрудно-зеленый лес – радость сердца для любого эльфар. Посередине балкона стоял изящный стол с остатками богатой трапезы. Пара высокородных, уже насытившись дорогими яствами, стояла у широких перил. Эти двое были полной противоположностью друг друга– настолько разные, насколько могут отличаться истинные эльфар. Один из них был эталоном – в нем ярко проявились все признаки древнего рода– высокий рост, изящное телосложение,роскошная грива иссиня-белых волос,светло-голубые льдины глаз. Бесстрастное лицо, словно выбитое на монете, буквально кричащее о многих и многих поколениях благородных предков. Пара родовых колец, каждое из которых украшено драгоценным камнем с хороший орех. Наряд, облегающий, словно вторая кожа– портные явно очень постарались и тщательно повторили каждый сантиметр тела заказчика.

Второй был во всем попроще. Пониже ростом– но фигура его была более плотной и сбитой, а потому он был, конечно, пониже, но не выглядел меньше. Мало того, этот эльфар явно любил сладко и обильно покушать и даже хваленый быстрый обмен веществ не справлялся– намечающийся животик был виден вполне отчетливо. Светло-рыжие волосы наводили на мысли обогне, а желтые глаза цвета меда уже объявляли об этой стихии вполне отчетливо и однозначно. Одет золотоглазый был не менее роскошно, чем собеседник – но едва заметные морщинки и складки наводили на мысль о покупке готового платья. Дорогого– да. Но такому никогда не сравниться с работой элитного личного портного.

Разговор не складывался– хотя оба собеседника общались вполне спокойно и благожелательно.

– Итак, Данар, друг мой– похоже, что тот товар, который я так страстно хочу купить, ты мне продать не сможешь, верно? – Хаан Аз Хайм методично постукивал тонкими и длинными холеными пальцами по массивным белокаменным перилам:

–Боюсь, что в этом случае я не совсем понимаю, к чему была наша встреча– ведь, как я помню, Тахем не приветствуют бессмысленной суеты. Или что-то поменялось?

Данар Эль Тахем довольно улыбнулся:

–Ты и прав и не прав, друг мой Хайм.

–Я слышу твои слова, но их смысл ускользает от меня, друг Тахем. Позволь мудрости рода Тахем осветить мой путь.

Эль Тахем пригубил вайн, демонстративно затягивая паузу. Но Хайм лишь улыбнулся и также с удовольствием приложился к бокалу. Старый интриган смотрел на патриарха Тахем с легкой благожелательной улыбкой, не выказывая никакого раздражения задержкой. И торговец продолжил:

–Все просто – есть два товара– один ты настойчиво хочешь купить, а второй тебе действительно нужен. Тот товар, что ты жаждешь, принесет тебе лишь потери и убытки– тот товар, что тебе действительно нужен – принесет власть, спокойствие и силу.

–Подожди-подожди, Данар. Итак– то, что я хочу– смерть выскочки Хоран– принесет мне потери? Верно?

–Верно. Рахим не простят вам жизни кровного родича. Альвари не простят вам жреца первой сотни – и возможного родича тоже не простят– но основной накал страстей будет именно из-за его статуса жреца. Да. Да даже и мы– Данар Тахем замялся, но продолжил:

–Даже и мы. Не простим убийства родича и делового партнера. Если и захотим– не сможем не мстить– репутация рода дороже жизни.

–Успел-таки… – голос Хайм напоминал скрежет мельничных жерновов, а лицо перекосило так, будто патриарх Хайм разжевал семена огненной чихили:

–Ты тоже, друг Тахем? Ты тоже отдал ему в жены одну из дочерей?

–Да, друг мой. Он был настойчив.

–И чем же он смог купить тебя? Чем нищий потомок Хоран смог заинтересовать патриарха богатейшего рода Тахем? Удивишь меня?– Хаан Аз Хайм пытливо вглядывался в недовольное лицо Тахем и патриарх нехотявыдавил:

–Нищий, говоришь? Да если бы нищий. Нет. Было ему, чем надавить. Его мать– Уна Дин Рахим– очень предусмотрительная женщина – оставила у нас кое-что на хранение.

–Оркхайя! Какая там еще женщина! Грязная оркхайя! – Хайм выплевывал слова, словно пачкающие его язык, а сам внимательно наблюдал за реакцией собеседника. И был сильно разочарован. Тахем остался невозмутим:

–Тахем нет дела до расы делового партнера, если его золото и камни настоящие. Оркхайя, эльфара, гнома, драконида– это неважно. Несущественные подробности.

–Но откуда у нее взялись великие ценности?! Ведь не из-за несчастной же тысячи золотых великие Тахем…

–Не из-за тысячи. Не из-за десяти и даже не из-за сотни тысяч.

–Темная! Но как?! Откуда?! Неужели же Император был к ней так щедр?!

–Там немного другая история. Оркхай уступили силе– но они посчитали, что для захватчика достаточно будет и земель– свадебные дары приносились лишь Уне Дин Рахим –и только ей – а Император посчитал для себя позором наложить наэти ценности руку. Ну, или побоялся, что это станет известно оркхай и те нарушат мирный договор– кто теперь расскажет…

–Свадебные дары?

–Свадебные традиционные дары тридцати родов оркхай, которые соревновались друг с другом в щедрости– это же были дары Вождю Вождей и чем щедрее дар– тем выше доблесть и слава.

–Темная!

–Да уж. Табуны лучших однорогов, великолепные ковры и меха, изысканная драгоценная посуда– я уже не говорю про оружие– это были просто шедевры кузнечного искусства. Знаешь, всему роду Тахем понадобилось два долгих года, чтобы обратить всю эту роскошь в золото.

–Это же…

–Да. Это даже не миллион– это миллионы.

–Как единственный наследник Хоран – Эрдор Ти Хоран имеет…

–Эрдор Ти Хоран? Дам тебе совет– бесплатно. Даже если твои маги и убедили тебя, что смогут подделать Истинную Печать– представь, что будет с ней, когда полукровка обратиться к Истинной Крови.

–Он-смог?!

–Он смог.

–И ты видел?! Сам?!

–И я видел. Сам.

–Темная! Темная!! Темная!!!

–Так что Эрдор Ти Бастард имеет все шансы катиться к так часто поминаемой тобой Темной в горячие объятия. Это наследство матери– и только матери. Как ты там говорил– грязная оркхайя? Догадаешься, что должен был предъявить претендующий на несметные богатства?

–Данхан…

–Данхан, друг мой Хайм, данхан. И у нашего молодого друга он был.

–Так и давай убьем его! Темная! Давай мы– Хайм убьем его! Сами! А Тахем будут вообще не причем! Ведь это же выгодно тебе– тебе, Тахем! И ведь даже больше, чем мне! Темная! Тахем присвоили золото оркхаи– да и пусть! Исхитрились– молодцы, ваше и ваше! Никто уже не спросит– да некому будет и спрашивать! Я не понимаю тебя, Тахем– ты не ищешь выгоды своему роду?!

–Некому спрашивать, говоришь? – невесело улыбнулся Тахем:

–Некому спрашивать… Рахим– знают, Альвари– знают. Теперь, даже если убить его со всеми его женами, то…

–Да уж. Найдутся наследнички.

–И если бы только наследнички. Золото – это всего лишь золото. Мстители найдутся – а вот это уже действительно страшно. Заиметь в кровники Род истинных воинов или, того хуже, жрецов-магов? Нет уж – сейчас мы кое-как, но договорились с Хоран. Полюбовно. Чай не чужой эльфар– зять.

–Темная! Но ты говоришь– у тебя есть то, что нужно мне.

–Да.

–Темная!Этот ублюдок Хоран…

–Он не ублюдок, Хайм. До него самого мне и дела нет. Но когда ты так называешь его, то получается, что я выдал дочь за ублюдка? Мне такое не нравится.

–Да ладно! Хорошо! Темная! Хорошо. Этот Хоран– как крошки в постели. Никакого покоя. Пусть не ублюдок. Пусть. Ладно. Ты говорил– у тебя есть то, что нужно мне. Я сам даже предположить не могу, что это может быть. Но, зная мудрость Тахем, я хочу услышать твое предложение.

–Когда моего зятя выкликнут новым императором– род Тахем выступит против. Хайм не донес изящный бокал до губ– дрогнувшая рука расплескала изысканный вайн. На дорогой ткани камзола и на белокаменном полу рубиновые капли растеклись, словно кровь. По застывшему взгляду было видно, что Хайм с бешеной скоростью обрабатывает новые вводные. Эль Тахем меланхолично потягивал терпкий вайн, вполне удовлетворенный произведенным ошеломительным эффектом. Хайм, наконец, отмер. Равнодушно взглянув на испятнанный камзол, он в два глотка допил остатки из бокала:

–Я не спрошу– почему– это резоны рода Тахем. Но я скажу тебе –да. Этот товар очень интересен роду Хайм.

–Возможно, роду Хайм будет интересно, если и Альвари не поддержат моего нового зятя?

–Даже так? Это возможно? Возможно. Да. Но с Альвари мы могли бы попытаться договориться и сами– это будет дешевле.– Хайм, ухмыльнувшись, взглянул на Эль Тахем, но этот пробный укол не только не достиг цели– торговец ощетинился шипами пренебрежения и укрылся броней холодного равнодушия.

–Пытайтесь. Жадность порождает бедность. – Тахем все еще радушно улыбался– но это была уже не теплая улыбка родственника, а безжизненная маска торговца для очередного клиента.

–Это ты к чему, брат Тахем? – Хаан отчетливо чувствовал, что ступил на тонкий лед.

–КогдаАльвари вам откажут– моя цена вырастет вдесятеро– их упрямство тебе известно, а наше – не меньше.

–Даже не «если откажут» – а сразу «когда откажут»? Ты что-то знаешь, брат Тахем? – вот сейчас все станет ясно. Только бы торговец начал уговаривать.

–Об упрямстве Альвари? Об их неприязни к Хайм? Об их почитании жрецов, а тем паче, жрецов первой сотни? Кое-что знаю, да. Но это лишь слова в облаках. Я не буду говорить за другой род. Я предложил услугу– но ты готов справиться сам и теперьэто только твоя проблема, Хайм. Давай говорить о том, что я могу тебе предложить. Давай говорить о том, во что тебе обойдется слово рода Тахем.

Темная! Проклятый торговец непрошибаем. А ведь он прав! И в том, что Альвари не любят Хайм– никто не любит более успешных. И в том, что Тахем вполне могут задрать цену на услугу вдесятеро. Попробуй возрази– их право. Самоенеприятное не в этом– самое неприятное, что при голосовании получиться не два на два– Хайм и Тахем против Альвари и Рахим– нет. Получится два против трех– проклятый Хоран, как старший Рода, будет иметь право голоса. Даже если вдруг удастся протащить недоумка Эрдора – а это уже сильно вряд ли– так полукровка просто старше! А первородства никто не отменял. Темная! Спокойно. А нужно ли Хайм все это? Тахем берут дорого– это бесспорно– но всегда неукоснительно выполняют обязательства. И если они готовы взять плату за поддержку Альвари– да стоит ли вообще торговаться? Как он там говорил, этот толстый торгаш– золото это всего лишь золото? Казна Великого Рода Хайм еще долго не покажет дна, казна же Императорского Рода Хайм может стать воистину бездонной. Если в кулаке зажат медяк, а ты тянешься к золотому– медяк нужно бросить. Иначе можешь потерять первое и не обрести второе. Приняв решение, Хайм обворожительно улыбнулся и сам наполнил бокалы:

–Ну нет, друг мой. Мы будем говорить о том, во что мне обойдется слово Тахем и слово Альвари вместе. Жадность порождает бедность, говорил ты? Это очень разумно. А потому мы не будем жадничать.