355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Марк Блау » От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные » Текст книги (страница 1)
От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 17:06

Текст книги "От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные"


Автор книги: Марк Блау



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Марк Блау
От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные

Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей.

Бытие. 2:19


Это смертное имя перенесено в бессмертие не по воле одного человека; то была воля судьбы, которая всегда права, даже если нам кажется, что она поступает несправедливо. Там, где приказывает эта высшая воля, мы должны подчиниться. И мы пользуемся сегодня этим словом, которое придумано по воле слепого случая, в веселой игре, как само собой разумеющимся, единственно мыслимым и единственно правильным.

Стефан Цвейг. Америго

Предисловие

В советское время кремлевские идеологи придумали «непротокольный» ритуал. Каждого знаменитого зарубежного гостя везли на московский пустырь, где ему давали лопату и деревце – сажай. На деревце оставляли бирку, чтобы в будущем все знали: вот дуб Фиделя Кастро, вот осина Гамаля Абдель Насера, а вот береза Поля Робсона. Жив ли теперь этот удивительный парк? Если жив, хорошо. Если и таблички сохранились, это еще интереснее. Ходишь между взрослыми уже деревьями и гадаешь, кто такой был товарищ Витторио Кодовилья, посадивший яблоньку неподалеку от тополя Германа Титова. Тоже, наверное, космонавт…

Каждый день мы употребляем сотни слов, нисколько не задумываясь об их происхождении. Но иногда случайно нам становится известно, что какие-то слова раньше были лишь чьими-то именами или фамилиями: июль, рентген, мартен, ватман. Как если бы обнаруживались прилагавшиеся к словам бирки с указанием имен и фамилий. И тут появляется любопытство, и хочется разъяснений. Жаль, что на бирках нет хоть кратко изложенных историй рождения слов. Это были бы рассказы об эпонимах; в переводе с древнегреческого слово «эпоним» означает «дающий имя».

Древние греки числили эпонимами богов или героев, имена которых были даны городам и другим местам (самый известный пример такого рода – Афины, а еще – находящийся на Крите город Гераклион). Они вели летоисчисление по правителям того или иного места. Этих правителей тоже называли эпонимами.

Нарицательных существительных, которые образовались от собственных имен, довольно много. Правители, философы, путешественники, ученые, изобретатели, предприниматели оставили по себе память (добрую или недобрую), и напоминанием о них служат среди прочего различные названия. Дизель, гобелен, кириллица – это во благо, и названия этих вещей являются своеобразными памятниками хорошим людям, которые когда-то их изобрели, придумали и оставили потомкам. В сфере науки и техники – огромное количество подобных названий. Большая часть единиц измерения физических величин и приборы, механизмы, различные устройства названы в память о знаменитых ученых или изобретателях (ампер, ватт, вольт, герц, дрезина, карданный вал). Однако какие-то слова заставляют вспоминать о людях, которые этого совсем не достойны. Кран-деррик назван по имени лондонского палача-вешателя, линчевание – по имени американского полковника Линча, а Хулигэны были буйной (хулиганской) ирландской семейкой. Такая слава не всех устроит. Потомки доктора Гийотена, предложившего быстрый и наименее болезненный способ обезглавливания (с помощью гильотины), даже сменили фамилию.

Правда, бывают случаи, как с яблонькой, посаженной товарищем Витторио Кодовильей (он являлся, кстати, основателем и руководителем компартии Аргентины). Слово-то есть, и им часто пользуются, а вот информацию о том человеке, с которым связано рождение этого слова, не во всякой энциклопедии отыщешь. Зато когда отыщешь!.. Обычные, казалось бы, слова вдруг позволяют воскресить забытые биографии или давно отгремевшие события. И в очередной раз убеждаешься: судьбы живших когда-то людей увлекательнее всяких сказок. Пусть даже и волшебных.

Эта книга – о рождении названий. И о людях, чьи имена послужили для образования тех или иных названий. Приведенные сведения гораздо полнее тех, что имеются в энциклопедиях. А содержание книги в целом значительно шире ее названия – в ней, конечно, рассказывается о том, как собственные имена становились нарицательными, но не только…

Времена и нравы

Июль, август, тиберий

Календарь – одно из древнейших изобретений человечества. Появление у людей календаря значило не меньше, чем изобретение колеса. Колесо позволило совладать с пространством, календарь стал своеобразным лоцманом на реке времени. Ведь живем мы в мире периодически повторяющихся событий. Без их фиксации, без помощи календаря, вряд ли возможно было бы и земледелие (разливы рек, сезоны дождей и засухи), и скотоводство (новый приплод, весенний рост трав, зимние холода).

Две старейшие цивилизации – вавилонская и древнеегиптская – обладали хорошо разработанными системами счисления времени. В Вавилоне жрецы создали весьма точный лунный календарь. За его основу принимался период обращения Луны вокруг Земли. В Египте пользовались солнечным календарем, по которому достаточно просто было предсказывать главное тамошнее событие – разлив Нила. В солнечном календаре основной период – год, время обращения Земли вокруг Солнца. У каждого из перечисленных календарей есть свои достоинства и недостатки. От них избавлен еврейский солнечно-лунный календарь. Устроен он посложнее, но идеально подходит как для счета месяцев, так и для счета лет.

У римлян календарь был никудышный. День да ночь – сутки прочь, это они понимали, принятого нами семидневного недельного цикла с постоянным днем отдыха у них не было, а уж с месяцами вовсе получалась чехарда. Месяцев было всего десять, и от последнего – декабря, до первого месяца нового года – марта зияла дырка, когда учет дней не велся совсем. Начало нового года объявляли жрецы-понтифики. А поскольку по римскому обычаю до начала нового года следовало расчесться со всеми долгами предыдущего, многие были заинтересованы в том, чтобы новый год наступил попозже. Вот и сложилась ситуация, когда римские полководцы, выигрывая битвы, затруднялись сказать, когда же это произошло. Над чем спустя более чем 18 веков подтрунивал Вольтер.

Но битвы полководцы все же выигрывали. И благодаря умелому, хорошо организованному войску за 500 лет под власть Рима попали сначала соседние города, затем весь Апеннинский полуостров, а после – Греция, Малая Азия, Египет. То есть практически весь известный тогда римлянам населенный мир. Управлять такой громадиной по-старому было невозможно. Римская республика превратилась в империю. Произошло это во времена Юлия Цезаря и его приемника Октавиана Августа.

Гай Юлий Цезарь (Gaius Julius Caesar; 100 до н. э. – 44 до н. э.) принадлежал к патрицианскому римскому роду Юлиев. Традиция возводила начало этого рода к Юлу, сыну Энея, легендарного основателя Рима. (Про Энея несколько позже римский поэт Вергилий напишет большущую поэму «Энеида»). Поскольку матушкой Энея признавалась ни много ни мало богиня Венера, род Юлиев считался не только старинным, но и богорожденным, а потому находившимся под покровительством высших сил. Фамильное же прозвище Цезарь происходит от латинского слова caesariatus, что означает «кудрявый», «пышноволосый». Длинные волосы в Древнем Риме тоже были отличительным признаком аристократов. Простые граждане стриглись коротко, рабам же вообще брили голову.

К моменту рождения Гая Юлия Цезаря его семья уже не обладала большим богатством, но родственников на влиятельных должностях было еще предостаточно. Поэтому Цезаря устроили жрецом в храм Юпитера. Жреческая карьера у юноши не сложилась, и он пошел в армию: сперва служил в Малой Азии, приводя к послушанию провинцию Киликию (это нынешняя Армения), а к 39 годам дослужился до должности губернатора Испании.

Цезарю не часто приходилось бывать в Риме – большую часть времени он проводил в пограничных провинциях. Может быть, это было и к лучшему, потому что и сам Рим, и всю Италию уже давно лихорадило от крупных и мелких гражданских войн. Войны возникали вследствие драки за власть различных патрицианских группировок. Воевать в далеких провинциях было, пожалуй, безопаснее, чем участвовать в интригах уважаемых сенаторов. И Цезарь довольно долго удерживался от вмешательства в политические распри, однако в январе 49 года до н. э. решил, что наступил благоприятный момент. В то время он командовал римскими войсками в Галлии. Получив приказ сената возвратиться в Рим, полководец вернулся, но не один, а с войсками. Цезарь пересек пограничную речку Рубикон и начал войну против бывшего союзника по римским интригам, могущественного консула Помпея.

Помпей был побежден, и за три месяца Цезарь захватил всю Италию, потом Испанию. Бежавший в Египет Помпей был убит, а Цезарь, поехав туда, способствовал возведению на египетский престол царицы Клеопатры. Замирение Египта явилось важной политической победой – оттуда поступало в Италию зерно.

Ну вот и свершилось! Цезарь стал самым главным человеком в Риме. А поскольку Рим тогда уже овладел почти всем Средиземноморьем, да и Европой тоже, – владыкой полумира, не менее. В 45 году до н. э. Цезарь возвратился в Рим и принял титул императора.

Собственно, титул императора («повелителя») придумал не Цезарь. Во времена республики это звание присваивали полководцу-победителю. Приняв титул императора, Цезарь был еще и бессрочным диктатором (должностным лицом, приказы которого не обсуждались и не обжаловались), и великим понтификом (верховным жрецом), то есть обладал властью абсолютной и практически безграничной. Все последующие за Цезарем правители Рима стали называть себя императорами и кесарями, совмещая с этим званием всю полноту власти, уважения и почета. Именно такой способ правления оказался настолько хорош для огромной, населенной многочисленными народами территории, подвластной Риму, что просуществовал еще 400 лет. И в дальнейшем копировался многими и многими властителями, которые присваивали себе титул императора, а свои страны именовали империями. К Цезарю-Кесарю восходят и русские монаршие титулы царь (ЦесАРЬ) и цесаревич.

Цезарь, судя по рассказам современников, был человеком гениальным: писателем, автором нескольких книг, хорошо владевшим латинским языком (что было в те времена в Риме совсем не ординарно), а также умелым полководцем. Среди прочих его достоинств и способностей отмечают то, что он знал в лицо и по имени всех солдат своих легионов, мог делать несколько дел одновременно.

Жрецы «заведовали» в Риме календарем. Стало быть, Юлию Цезарю (как верховному жрецу) пришлось реформировать римский календарь, который после этого стал называться юлианским.

Календарь этот был рассчитан астрономом Созигеном, греком из Египта. Он был солнечным, то есть не связанным с фазами Луны, и состоял из 12 месяцев. Продолжительность месяцев составляла 30 или 31 день. «Длинные» и «короткие» месяцы чередовались. В результате длительность года составляла 365,25 дня. Для коррекции каждый четвертый год объявлялся високосным. Последний месяц високосного года (по римскому обычаю, это был февраль) удлинялся на один день.

В благодарность за упорядочение календаря, учитывая выдающиеся заслуги Юлия Цезаря на военном и государственном поприще, а также просто из глубокого подхалимажа римский сенат принял решение переименовать пятый месяц римского календаря, Quintilis, в котором родился Цезарь, в июль.

Но приключения с календарем на этом не закончились.

Преемником Цезаря стал Октавиан Август. Собственно, при нем и была создана Римская империя.

Октавиан Август (Augustus; 63 до н. э. – 14 н. э.) был внучатым племянником Цезаря, которого тот усыновил и сделал своим наследником. Римские семейные отношения несколько отличались от тех, которые привычны нам.

Усыновление давало человеку возможность быть полноправным членом рода и продолжателем дела его главы вне зависимости от степени родства. Даже раб, отпущенный на волю, принимал фамилию бывшего хозяина и становился членом семьи. Известно, что иудей Иосиф бен Матитьягу, плененный римским полководцем Титом Флавием Веспасианом, а затем получивший от него свободу, принял фамильное имя своего господина и стал Иосифом Флавием.

Октавиан действительно продолжил дело Цезаря после того, как в марте 44 года до н. э. тот был убит. Август и с долгами Цезаря расплатился, и с врагами разделался. В ходе 13-летней гражданской войны он разбил войска полководца Марка Антония и египетской царицы Клеопатры.

От Цезаря Октавиан унаследовал и титул императора. Титул, как уже говорилось, военный. Октавиан же добавил к своему (и без того уже некороткому) имени Гай Юлий Цезарь Октавиан еще одно прозвище, Август (от латинского Augustus – «великий, священный»); позднее прозвище Август стало синонимом императорского титула.

В руках Октавиана Августа, как до этого в руках Цезаря, сосредоточилась вся полнота власти в государстве. И надо сказать, он воспользовался своей безграничной властью вполне разумно. Несмотря на то, что в ходе проведенных Августом реформ государственный строй в Риме коренным образом изменился, прежние республиканские учреждения в империи оставались в неприкосновенности. Август сделал все, чтобы римские граждане оценили его приверженность к традиционным ценностям обожаемого отечества. Он провел ряд законов, направленных на повышение нравственности, и сам вел жизнь достаточно скромную.

Августу решили оказать ту же честь, что и Юлию Цезарю. Когда римский сенат предложил переименовать в август шестой месяц, Sextilius, император не отказался от этого. Но, увидев, что новопереименованный август будет на один день короче июля, приказал отнять от следующего месяца один день и прибавить его к «своему» месяцу. Так в римском календаре появился август, в котором, как и в июле, был 31 день. Хотя император и считал этот месяц счастливым для себя, умер он именно в августе.

Императору Августу наследовал император Тиберий (42 до н. э. – 37 н. э.). Казалось бы, пришла пора переименовывать очередной месяц календаря. Но Тиберий отнесся к этой затее сенаторов без восторга.

– Что вы скажете тринадцатому цезарю? – спросил он их с сарказмом. Предложение отпало само собой. Девятый месяц римского календаря не стал тиберием.

И не жаль. Ведь два предыдущих месяца все же память об императорах не увековечили: называя эти месяцы, никто не вспоминает о Древнем Риме. С июлем и августом у каждого из нас свои ассоциации – цветущий луг, духота перед наступающей грозой, берег моря…

По новому стилю

Следующим, кто занялся усовершенствованием европейского календаря, оказался римский папа Григорий XIII (Gregorius XIII; 1502–1585). Он был человеком весьма образованным, являлся доктором права Болонского университета. В светской жизни звали его Уго Бонкомпаньи. Уго был юридическим советником многих кардиналов в Риме, а в 1565 году его самого назначили кардиналом (хотя у него имелся внебрачный сын Джакомо). В 1572 году кардинал Бонкомпаньи был избран римским папой под именем Григория XIII. Пребывание Григория XIII на папском престоле пришлось на время серьезного кризиса в католической церкви. Во многих европейских странах началась Реформация, которая, среди прочего, была также и протестом против претензий католической церкви на духовное всевластие.

Нараставшему движению протестантов Григорий XIII противопоставил широкую реформу католической церкви, которая должна была способствовать упрочнению авторитета церкви. При нем были созданы комитеты по борьбе со злоупотреблениями среди высших церковных иерархов. Один день в неделю папа посвящал приему посетителей, и любой мог попасть к нему на прием. Его борьба против Реформации не ограничивалась общепросветительской деятельностью. Григорий XIII послал две военные экспедиции в Англию для свержения Елизаветы I. Обе попытки оказались неудачными. После Варфоломеевской ночи Рим был по приказу папы иллюминирован, а в соборе Святого Петра Григорий XIII отслужил благодарственный молебен. Этот понтифик положил начало публикации индекса книг, запрещенных для чтения добрым христианам. Реформа юлианского календаря тоже связана с его именем.

Юлианский календарь, как уже было сказано, предполагает, что длина года составляет 365,25 дня. На самом деле это соотношение не вполне точное. Солнечный год немного длиннее: в нем 365,2563 дня. Поэтому юлианский календарь отстает от реального движения солнца по небосводу. За 128 лет накапливается ошибка в 1 день. Любая фиксированная дата юлианского календаря будет постепенно отставать от даты «реальной», то есть определяемой астрономическими измерениями. Так, дата весеннего равноденствия к XVI веку, когда жил папа Григорий XIII, по сравнению с веком IV сместилась назад на 10 дней – вместо 21 марта оно происходило 11 марта.

Cледует уяснить две вещи: во-первых, почему так важна для христианства дата весеннего равноденствия, а вовторых, почему его смещение определяется по отношению к IV веку, а не к какому-нибудь другому.

В IV веке, а именно в июне 325 года, в городе Никее, который находился недалеко от Константинополя, состоялся первый Вселенский собор христианской церкви. На этом соборе среди прочих вопросов решался и вопрос о вычислении даты праздника Пасхи. Собравшиеся христианские иерархи одобрили следующую формулу: Пасху праздновать в первое воскресенье после первого полнолуния, следующего за днем весеннего равноденствия. День весеннего равноденствия в том году приходился на 21 марта. Этот день и брался в дальнейшем за основу расчета наступления одного из главных христианских праздников.

Но к XVI веку установленная дата существенно сместилась: 10 дней разницы – это не пустяки. Другой главный христианский праздник, Рождество, в отличие от Пасхи был привязан к фиксированной дате: 25 декабря. Таким образом, Пасха неуклонно и довольно явственно приближалась к Рождеству. Непорядок в церковных догматах простой человек, может быть, и не замечал, но непорядок в исчислении времени становился настолько явственным, что без реформы было не обойтись.

Конечно, не сам папа Григорий XIII занимался вычислениями. По его поручению предложения о том, какие изменения в летоисчислении следует предпринять, представили два астронома: Кристофер Клавиус и Луиджи Лилио. Эти предложения вкратце сводились к следующему. Первое: было предложено сдвинуть новый календарь сразу на 10 дней вперед, чтобы погасить накопившуюся разницу; второе: теперь високосным годом (годом, когда следовало добавлять один день к февралю) считался такой год, номер которого: а) без остатка делился на 4 и не делился на 100; или б) делился без остатка на 400.

Календарь, который назвали по имени папы григорианским, был введен вместо старого, юлианского, 4 октября 1582 года. Следующим днем после четверга 4 октября стала пятница 15 октября. Дней же с 5 по 14 октября 1582 года в григорианском календаре нет.

В следующем, 1583 году Григорий XIII направил Константинопольскому Патриарху Иеремии II посольство. Послы предложили и православной церкви перейти на новый календарь. Но в конце 1583 года на соборе в Константинополе предложение это было отвергнуто, как не соответствующее каноническим правилам празднования Пасхи.

Так две ветви христианской церкви разъехались еще дальше. На этот раз во времени.

К началу XX века все католические и протестанские государства Европы и даже Япония перешли на григорианский календарь. В России календарная реформа была осуществлена в 1918 году декретом Совнаркома. В 1918 году после 31 января следовало сразу 14 февраля. Главный революционный праздник тоже сдвинулся вслед за календарем, и годовщину Октябрьской революции стали праздновать в начале ноября. Иностранным гостям СССР, недоумевавшим по этому поводу, приходилось рассказывать про старый и новый стили российского летоисчисления. Иностранные гости понимающе кивали и больше не удивлялись странной любви русских к промозглому осеннему месяцу октябрю: в одной только Москве были Октябрьские улица и площадь, Октябрьский район и даже кондитерская фабрика «Красный Октябрь». В советские годы также возник еще один праздник, изумлявший иностранцев совмещением несовместимого: старый Новый год.

Повелители

Слово царь восходит к имени Гая Юлия Цезаря. Все следующие императоры называли себя цезарями или кесарями. Имя Цезаря, таким образом, превратилось в имя нарицательное, символ могущественного государя. Реформы, проведенные Октавианом Августом, были настолько хороши, что благодаря им римское государство процветало еще не одно столетие. Установленные при Августе порядки перекочевали вслед за императорами из Рима в восточную столицу, Константинополь. Восточная Римская империя, Византия, просуществовала до взятия турками Константинополя в 1453 году. Султан Мехмед II, захватив Константинополь, переименовал его в Стамбул, сделал государственной религией ислам и расставил на высшие управленческие посты своих приближенных.

Но структуру управления империей завоеватель практически не изменил. Мехмед II, можно сказать, подчеркнул, что является преемником византийского императора, приняв титул кейсар-и-Рум, то есть «цезарь Рима».

Точно так же поступил и великий князь московский Иван III. В 1472 году его второй женой стала племянница последнего византийского императора Софья Палеолог. Благодаря этому московские великие князья становились как бы преемниками византийских и даже римских еще императоров, а Москва – Третьим Римом. Византийская схема государственного устройства, почти не изменившись, перебралась на русскую почву. А латинское слово «цезарь», переиначенное на славянский манер как «царь», стало титулом российских государей.

Почти аналогичный процесс превращения собственного имени одного из властителей Карл в титул всех западноевропейских государей король произошел в Западной Европе.

Карл Великий (Carolus Magnus по-латински или Charlemagne по-французски) (742 или 747–814) был вождем франков и лангобардов, варварских племен, захвативших территорию Западной Римской империи. Под его властью объединилась вся Центральная и Западная Европа. В 800 году римский папа торжественно провозгласил его императором воссозданной Западной Римской империи. Подобно римским императорам, Карл Великий сосредоточил в своих руках и духовную, и светскую власть. Следующие европейские монархи, принимая на себя титул король, как бы заявляли, что их власть и сила будут не меньше, чем у великого предшественника Карла.

В древности греки считали Македонию государством как бы полугреческим. Она находилась на северо-восточной окраине заселенного эллинами побережья Средиземного моря и соседствовала с варварской Фракией и с воинственной Персией. Македонцы даже говорили на особом диалекте греческого языка, что было одним из поводов для насмешек со стороны снобов-афинян.

Но неприятности не ограничивались только насмешками! В те времена все греческие города-государства постоянно воевали друг с другом. В середине IV века до н. э. Македония медленно распадалась не только под натиском варваров-фракийцев. На юге и на западе ее «обкусывали» соседи-греки. Если бы не царь Филипп II (382 до н. э. – 336 до н. э.), о существовании Македонии ныне помнили бы только специалисты-историки.

Филипп происходил из царского македонского рода. В 359 году до н. э. его брат был убит в сражении с фракийцами и Филипп стал опекуном при малолетнем племяннике. Но вскоре он завоевал доверие войска и в 23 года выдвинулся на первый план.

Юноша проявил вполне царский характер. Где дипломатией, где силой, он отделался и от врагов-фракийцев, и от врагов-греков. Усилив свою власть, Филипп отвоевал отданные афинянам территории, на которых среди прочего находились и золотые рудники. Филипп неоднократно говорил, что осел, нагруженный золотом, возьмет любую крепость. Деньги тут же пошли в дело. Македонская армия стала профессиональной, постоянно действующей и почти что несокрушимой. Именно Филипп создал знаменитую македонскую фалангу – построение, делавшее войско несминаемой стеной в обороне и все сметавшим валом в наступлении.

Утвердив свою власть в Македонии, Филипп с 353 года до н. э. все настойчивее вмешивался в греческие дела. Он захватил ряд городов и оттуда угрожал основным греческим государствам, в первую очередь Афинам.

Одним из руководителей Афин в это время был Демосфен (384 до н. э. – 322 до н. э.). Он принадлежал к знатному афинскому роду. О нем осталась память как об одном из знаменитейших ораторов древности. В юности косноязычный, слабоголосый, непроизвольно дергавший плечом, Демосфен, казалось, абсолютно не годился в ораторы. Но он добился недостижимой на первый взгляд цели. Воля и труд человека дивные дива творят. Иногда. Жизнь Демосфена превратилась в постоянное преодоление трудностей. Четкой дикции Демосфен учился, произнося речи с набитым камешками ртом. Чтобы разработать громкость голоса, он ораторствовал на берегу моря, стараясь перекричать шум волн, моделировавший шум толпы. Чтобы дыхание не прерывалось посреди фразы, Демосфен взбегал на крутые холмы, громко читая при этом поэтические строки. Упражняясь дома, он подвешивал над дергавшимся плечом меч и всякий раз получал укол, когда забывался и терял контроль над телом. Неделями не покидал он дом, изучая речи знаменитых ораторов и заучивая их наизусть.

В результате Демосфен преодолел все препятствия и стал известным в Афинах оратором, а значит, властителем дум. Ораторов афиняне любили, они были известны в городе, и к их речам прислушивались, а не только слушали.

Демосфен яро выступал против завоевательной политики Филиппа Македонского. Он взял на себя роль защитника афинской свободы и, как мог, обличал агрессию македонского царства, призывал сограждан жертвовать всем для создания сильного флота и войска. Эти пафосные речи, осуждавшие царя Филиппа, сам Демосфен называл филиппиками. Впоследствии так стали называть любые гневные и обличительные речи.

Филиппики Демосфена возымели действие. Он сумел поднять всю Грецию против Филиппа, и тому пришлось временно отступить. Но в 338 году до н. э. произошло решающее сражение, в котором войска антимакедонской коалиции были разбиты. Царь Филипп вел себя очень мягко, понимая, что излишняя жестокость только возбудит афинян против него. К тому же на взятие Афин был пущен пресловутый осел, груженный золотом. В стане побежденных становилось все больше сторонников Филиппа, и все меньше людей возбуждались от пламенных речей Демосфена.

Царь Филипп Македонский был убит своим телохранителем в 336 году до н. э. Но его сын Александр крепкой рукой перехватил бразды правления. Он подавил вспыхнувшие было восстания. Александр потребовал от афинян выдать ему Демосфена, но потом отказался от пленения любимца народа, рассчитывая, видимо, разобраться с ним позже. Опять же осел, груженный золотом, свое дело делал. Враги засудили Демосфена, и ему надо было выплатить разорительный штраф. Демосфен бежал из Афин, а возвратился туда только после смерти Александра Македонского, в 323 году до н. э. Он продолжал призывать к защите афинских свобод и к борьбе с македонцами. Ораторские способности Демосфена в изгнании не потускнели, его речи снова стали возбуждать афинян. Но время уже было упущено. Македонский правитель Антипатр осадил Афины. Демосфен бежал на остров Калаврию, где укрылся в храме Посейдона. Не желая отдаваться живым в руки воинов Антипатра, он принял яд.

В Карии правил царь Мавсол (умер в 353 году до н. э.). Кария находится в Малой Азии – сейчас это Турция, а в то время эта земля была под персидским владычеством. Мавсол, будучи царем, носил еще и персидский титул сатрапа. Сатрап – правитель области, по-нынешнему говоря, губернатор. Губернаторствовал (или лучше сказать, сатрапствовал) Мавсол вполне успешно: подвластный ему народ в подчинении держал, подати выжимал, так что и на дань царю Артаксерксу II хватало, и себе оставалось. Мавсол создал сильный флот и перенес столицу Карии из глубины полуострова в прибрежный Галикарнас. Сейчас это городок Бодрум, славящийся как курорт. Даже из туристского автобуса можно оценить все достоинства бывшего Галикарнаса, как военного порта и как столицы. Во-первых, от нападения со стороны моря город прикрывал природный бастион – большой остров, на котором можно было разместить и дозор, и защитников. Вовторых, в Галикарнасе имелись две удобные для стоянки кораблей бухты. Мавсол мечтал со временем стать владыкой всего восточного Средиземноморья, однако смерть прервала его планы.

Именно со смерти началась долгая слава Мавсола. Не случайно дата рождения царя историкам известна предположительно, а вот в дате его смерти никто не сомневается. Артемизия, безутешная жена Мавсола, решила увековечить память мужа роскошной гробницей. Кстати, Артемизия приходилась Мавсолу не только женой, но и сестрой. Дикий для нас и убийственный для их потомков обычай родственных браков был весьма распространен среди правителей Древнего мира и вел свое начало от египетских фараонов.

Скорее всего, гробницу себе начал строить сам Мавсол, Артемизия же попросту завершила начатое. Недалеко от Галикарнаса, в городе Эфесе, в это время строился храм Артемиды, прослывший позже как одно из чудес света. Артемизия пригласила для постройки гробницы архитекторов и скульпторов, возводивших этот храм. Те, конечно, согласились – вознаграждение было обещано немалое. Приехали – и возвели еще одно чудо античного мира.

Галикарнас спускался к морю по склонам холма. Усыпальница Мавсола стояла в центре города и была как бы окаймлена прочими городскими храмами. Ее высота составляла около 45 метров (по другим сведениям – 60 метров), а длина и ширина – 35 и 25 метров соответственно. Это бросалось в глаза грекам, которые привыкли к другим пропорциям, – высота греческих храмов никогда не превышала их горизонтальных размеров.

Гробница была построена из кирпича и облицована белым мрамором. Была она трехэтажная. Первый этаж, где находилась урна с прахом, представлял собой куб высотой 20 метров. Это помещение сторожили каменные львы. По верху первого этажа шел мраморный фриз, на котором изображалась битва греков с амазонками. Гробница должна была выполнять также функции храма, чему служил второй этаж, обнесенный прекрасной колоннадой. Здесь должны были производиться жертвоприношения. Третий этаж был выполнен в виде многоступенчатой пирамиды, на вершине которой находилась квадрига – статуя четверки коней, запряженных в колесницу, которой управляли Артемизия и Мавсол.

Гигантская царская усыпальница стала так знаменита, что вслед за древними римлянами мы называем мавзолеями (mausoleum) все крупные и величественные гробницы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю