Текст книги "Помощница для Генерального (СИ)"

Автор книги: Мария Русланова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

30. Сонечка

Медленно иду по мощеной дорожке и моя уверенность тает с каждой каплей пота, которая сейчас скатывается по спине.

По обе стороны от дороги шикарные особняки, которые и язык то не повернется назвать дачами. Одни ярко освещены светом, и я слышу смех и голоса людей за высокими заборами. Другие погружены в темноту и молчание.

Особняк, в котором меня сейчас ждут, ярко освещен. Но мне кажется, что меня поглотит кромешная тьма, стоит мне переступить его порог.

Всю дорогу я раз за разом проговаривала про себя убедительные доводы и мольбы о помощи. Подбирала нужные слова, которые обязательно должны пробить брешь в сердце главного законника нашего города.

Все слова испарились из головы стоило такси моргнуть фарами и скрыться за поворотом.

Наконец останавливаюсь перед массивной железной дверью. Высокий забор с острыми пиками окружает особняк со всех сторон, словно тюрьму. Камера слежения направлена прямо мне в лицо и возникает неприятное ощущение, что за мной сейчас наблюдают. Наблюдают и с нетерпением ждут мой следующий шаг.

Набираю полные легкие воздуха и тянусь к звонку. Уже касаюсь его подушечкой пальца, как вдруг на мой рот ложится тяжелая рука. Другая рука перехватывает меня за талию, и я теряюсь в пространстве. Отчаянно мычу и болтаю ногами пока меня тащат в сторону – туда где дорога скрыта большими кустарниками и деревом с широченным стволом.

Когда мой похититель теряет бдительность, и его хватка немного слабеет, я со всей дури вонзаю зубы в огромную ладонь.

– Аййй, дура что делаешь!

Отскакиваю в сторону и не могу поверить своим глазам. Не может быть, это же…

– Саша?! Ты здесь откуда?

– Оттуда, б..

Саша шипит и еле сдерживается, чтобы не разразиться матом. И судя по раскрасневшимся щекам и непонятным звукам, которые он пытается превратить в цивилизованную речь, дается ему это ой как нелегко. Подносит ладонь к губам и облизывает ранку.

– Бешеная. Хоть уколы теперь делай.

– Откуда я знала, что это ты. У меня сердце от страха чуть не остановилось!!!

– Это у меня чуть сердце не остановилось! Думал сдохну, пока сюда нёсся. Да Серега нас всех потом на лоскуты бы порвал! Ты какого хрена сюда поперлась?! ААА?! Ты вообще соображаешь, что делаешь?!

– А что по-твоему мне оставалось делать?! Я должна с ним поговорить! Он обязательно все поймет. Это было просто глупое недоразумение. Сергей просто вспылил, его не за что винить и … и чего ты на меня так смотришь?

Саша замер и наблюдает за мной, повернув голову наискось, словно вдруг заподозрил в наличии у меня психического расстройства.

– Мдааа, кажется я начинаю понимать, почему у Сереги иногда пар из ушей шел. За один вечер чуть не поседел с тобой. Вас с Викой видимо на одном заводе делали.

– А что мне оставалось делать? Вы с адвокатами сутками роете и ищете. А результата нет, Саш. Вас просто не слышат. И не услышат, пока вот этот человек, – указываю в сторону особняка Генерального прокурора, – не даст команду. И я сделаю все возможное, чтобы он эту команду дал!

Делаю рывок вперед, но Саша перехватывает меня одной рукой и как пушинку возвращает на место.

– Пусти меня! – снова пытаюсь прорваться вперед, но Саша даже не шелохнется, удерживая меня на месте одной рукой. В итоге хватает за плечи и хорошенько встряхивает.

– Так, успокоилась. И мозги включила. Вроде они у тебя до сегодняшнего дня наблюдались. Ты реально думаешь, что он назначил тебе встречу, чтобы разговоры вести? Ну, иди тогда. Но знай, Сергея ты так не спасешь. Ты заколотишь последний гвоздь в его гробу. Соня, ты единственное, что его держит на плаву. Единственное ради чего он сейчас сражается. Ты хочешь все разрушить? Тогда я не держу.

Саша делает шаг в сторону. Решение теперь только за мной. Каждый нерв моего тела натянут струной. Хватаюсь за ускользающие доводы, что я поступаю правильно и…. сдуваюсь. Опускаю плечи и, обхватив себя руками, всхлипываю.

– Саш, ну а что нам теперь делать?

– Во-первых успокоиться. Во-вторых, нужно выбираться отсюда. Пошли. Пригнись.

Саша кивком головы показывает в сторону. Только теперь замечаю его немаленькую машину, которую он ловко припарковал в темном закоулке.

Под прикрытием аккуратно обрезанных кустов мы пробираемся к машине, и я забираюсь на переднее сиденье. Саша уже сидит рядом на водительском кресле и крутит головой, оглядывая всю территорию. Меня же вдруг осеняет мысль.

– Саш, а ты вообще как узнал где я?

– Скажи спасибо Вике. Она сразу поняла, что ты тут самодеятельность развела. Хорошо сегодня додумался установить приложение в твой телефон. Чуйка все-таки есть еще.

– Приложение? В мой телефон? Когда ты его установить успел?

– Пока ты у нас дрыхла. Там делов то на пару минут.

– Может и на пару, а телефон как разблокировал?

– Твоим пальцем, как еще. Хотя можно было и пароль попробовать. Наверняка день рождения Сереги.

Краснею, потому что Сашка как всегда в яблочко попал. Вот значит, что за рыба мне во сне в палец тыкалась.

– А что это у тебя с рукой? – Саша притрагивается к локтю, и я только сейчас замечаю запекшуюся кровь. В состоянии шока я даже не заметила, что один из осколков вазы все таки меня зацепил.

– Рита, сучка…

– Рита?!

Понимаю, что выдала себя с потрохами, да и скрывать смысла нет. Я и так уже по уши облажалась.

– Да. Она к нам в квартиру сумела пробраться. Это она меня надоумила сюда ехать.

Саша издает мучительный стон и хватается пальцами за переносицу.

– Соня, ну сказали же тебе – все мне рассказывать. Сразу, ну какого черта… а вот кстати помяни черта и….

Саша кивает в сторону особняка. Незаметная дверь, которая скорее всего предназначена для обслуживающего персонала, открывается и на улицу выскальзывает женская тень, в которой я сразу признаю сегодняшнюю непрошенную гостью.

Рита нервно осматривается по сторонам и быстрым шагом подходит к машине, припаркованной недалеко от входа. Свой люксовый клатч она бережно прижимает к груди словно прячет в нем что-то ценное.

– А она здесь что делает?

– А ты не догадываешься? За оплатой приходила. Вот говорил я Сереге. Никогда мне эта змея не нравилась. А он все – нормальная она баба. Ага, нормальная. И ведь хитрая, хрен подкопаешься.

Неожиданная догадка вспыхивает в моем мозгу и грудную клетку ошпаривает ярость.

– Делала ему массаж, покой оберегала, а сама пока он спал в его ноуте копалась? Компромат на него собирала, да?

– Скорее всего искала следы других баб, а накопала то, что не нужно было.

– Вот стерва! Она же у меня плакала, она же говорила, как любит его! И сама сдала его? Это как?

– Да вас баб вообще иногда хрен поймешь. Когда обижены такую дичь творите. А в квартире заключительный акт своего представления разыграла. Как думаешь, через сколько часов Сергей узнает, что ты здесь была? Думаю, еще даже не рассветет.

– Боже, – закрываю горящее лицо ладонями и до меня начинает доходить, что я чуть не натворила. – Саш, если у меня дочка будет, я ее Викой назову. Вот честное слово.

– Одобряю, – Саша широко улыбается и довольно расправляет плечи, – Шикарное имя.

– Но Саш, как же так. Она ведь любила его, и так жестоко предать…

– Ну, что я могу сказать, Сонь. Ее на другом заводе делали. Поехали.

– Да, нужно домой.

– НЕТ! Сегодня ты ночуешь у нас. Или я этой ночью вообще ни хрена не высплюсь. Пристегни ремень.

Затихаю и безропотно выполняю команду Саши. Тело обмякает и только сейчас я понимаю, что этот день выжал из меня все соки.

Саша умудряется незаметно выехать из дачного поселка и мы молча едем по-пустому шоссе. Саша расслабленно сидит в кресле и лениво держит одну руку на руле. Но вдруг его тело напрягается, и он резко выпрямляет спину. Озадаченно вглядывается в боковое зеркало и все больше хмурит брови.

– Черт, а им то что нужно?

– Кому?

Оглядываюсь назад и понимаю, что на шоссе мы давно не одни. Эскадра огромных черных джипов с затемненными окнами неумолимо приближается к нам.

Один джип вырывается вперед и ровняется с машиной Саши. Окно медленно опускается, и мужчина восточной внешности показывает рукой куда-то в сторону. Саша стискивает челюсть, но сразу сбавляет скорость и паркуется на обочине.

– Саш, это кто? Что им нужно?

– Хасанов. Причем кажется собственной персоной. Сиди здесь и не отсвечивай, пока я с ними не поговорю.

Хасанов. Эту фамилию я слышала не раз. Один из конкурентов Сергея, владелец строительной компании. И хотя до уровня Сергея ему еще далеко, в гонке за победу в недавнем крупном тендере они шли ноздря в ноздрю.

Сергей с гордостью рассказывал мне о своей победе, и мельком упоминал, что строительный бизнес для Хасанова в любом случае только прикрытие. Свои миллионы он заработал, проворачивая другие делишки, причем легальных среди них точно нет.

Тем временем Саша выходит из машины, а я со страхом подаюсь вперед и разглядываю разворачивающуюся передо мной сцену.

Машины останавливаются по обе стороны дороги. Из них выходят мужчины в черной одежде и становятся невдалеке полукругом. Саша поднимает руки, когда к нему подходит один из них и быстрым движением рук ощупывает одежду.

Я настолько поглощена происходящим, что взвизгиваю от неожиданности, когда дверца с моей стороны резко открывается.

Мужчина, примерно одного возраста с Сашей стоит около открытой двери и сканирует меня цепким взглядом. Он кивает головой в сторону и я понимаю его без слов.

Выпрыгиваю из салона и съёживаюсь в ожидании грубого толчка, когда он касается моего плеча. Но на удивление мужчина лишь мягко подталкивает меня вперед и идет за мной следом.

Губы Саши вытягиваются в тонкую линию, когда он видит, что засветиться мне все-таки пришлось. Слегка пожимаю плечами и незаметно киваю на мужчину, который встает в стороне от остальных мужчин.

Когда все ритуалы досмотра заканчиваются, к нам вальяжной походкой приближается невысокий тучный мужчина средних лет. На нем классический костюм, из-под расстёгнутой на две пуговицы белой рубашки виднеется массивная золотая цепь. Для полноты образа не хватает пары золотых зубов, но на удивление его улыбка ослепляет своей белизной.

– Добрый вечер, Амир Тагирович! Какая честь, вы лично решили побеседовать с нами. Чем можем быть вам полезны?

Голос Саши звучит настороженно. Он весь напряжен и не делает лишних движений, при этом еще стараясь прикрыть меня своей спиной.

– Чем вы можете быть мне полезны?! – Хасанов на секунду замирает, а потом взрывается хохотом. Не проходит и секунды, как вся свита громко ему вторит. И только мужчина с пронзительным взглядом стоит в стороне от всех и равнодушно наблюдает за происходящим.

– Дорогой мой, ты бы лучше спросил, чем Я могу быть вам полезен. Прослышал я тут, что Серега не по-пацански встрял. С такими статьями чалиться не один сезон будет.

– Да об этом каждая… – Саша слегка откашливается, – об этом уже весь город знает, Амир Тагирович.

– Мдааа, не того человека Серега перешиб. Прокуроришка наш хоть и при власти, но ссыкло злопамятное. Да только на любого зверя охотник найдется.

– На что намекаете, Амир Тагирович?

– А я намеками не разговариваю. Как есть всегда говорю. Впрягусь я за Серегу, если по понятиям все решить получится.

– Так договориться всегда можно. Только вам это зачем, Амир Тагирович?

– Зарвался наш прокуроришка последнее время. Играет не поправилам, грязи после него много стало. Да и ценник стал крутить, все не нажрется, тварь ненасытная. Ну и пришлось копнуть под него чуть глубже. Он, конечно, крученый, но и я не салага с улицы.

– Вы ведь просто так не станете помогать?

– Просто так в этом мире ничего не крутится. Всему цена есть.

– Назовите свою.

– Помнится пару месяцев назад вы земельные участки прикупили. В верхней части города.

Одна из лучших сделок, которой Сергей очень гордился. Он с горящими глазами рассказывал мне какой семейный комплекс собирается там построить – детские площадки, уютные кафе, кинозал. Сколько еще блистательных идей, которые по всей видимости придется отложить до лучших времен. Только бы они наступили, эти лучшие времена.

– Было дело, Амир Тагирович. Сделку оформили, земля полностью во владении Сергея.

– Ну вот и цена моя. Совсем дешево беру. Только из уважения к Сергею.

– Обдумать надо все, Амир Тагирович. И какая у нас гарантия?

– Мое слово. Покумекайте, конечно. Я не тороплюсь. Это у вас каждый день как последний.

Не выдерживаю – хватаю Сашу за локоть и громко шепчу:

– Да отдайте вы эти участки, чёрт с ними.

Хасанов переводит на меня взгляд и с любопытством оглядывает с ног до головы.

– А это, кто? Девка его? Это из-за нее весь этот стрём закрутился?

– Это было недоразумение, всё не так поняли…

Саша резким движением запихивает меня обратно за спину и прерывает пламенную тираду на полуслове. Не позволяя мне снова высунуться, обращается к Амиру Тагировичу, громко чеканя каждое слово.

– Её трогать нельзя.

– Да понял, понял. Не надо меня с этим прокуроришкой ровнять. Я в отличие от него по понятиям играю. За это и Серегу уважаю. И подсобить ему хочу. Да и сам с наваром останусь, – Хасанов довольно лыбится, осознавая, что заключает на редкость удачную сделку. Настоящий охотни всегда умеет выждать и в нужный момент одним выстрелом две добычи подстрелить.

– Так что думайте. Как надумаешь с Коршуном свяжись и все обставим в лучшем виде.

Слышу сигнал входящего сообщения и мужчина, который все это время также молча наблюдал за нами со стороны, заблокировал свой телефон и спрятал его в карман брюк.

Не проходит и пары минут, как все расходятся и эскадра машин срывается с места, оставив нас одних на дороге.

Становится неожиданно тихо и мне кажется, что все это мне сейчас просто привиделось. Мы молча садимся в машину, и Саша проворачивает ключ зажигания. В его глазах дикая усталость, но теперь чувство вины меня не гложет. Неожиданно мы нашли союзника там, где и подумать не могли. Радоваться еще рано, но еле теплящаяся надежда неожиданно стала разгораться.

– Саш, он правда может помочь?

– Хасанов? Может. Но стоить это будет недешево. Земля – это только часть что оттяпают у Сергея под шумок.

– Да пусть хоть все заберут. Только бы его выпустили. Саш, а этот Коршун – он кто вообще?

– Коршун? Главный телак Хасанова. Спец каких мало. Эх, мне б его к себе в охранное агентство, – в голосе Саши звучит искреннее восхищение и уважение, и это многого стоит.

– Так может он согласится! Поговори с ним.

– Нет, он крепко в клетке Хасанова засел.

– Его насильно там держат?

– Нет, конечно. Просто, когда смысла в жизни нет, то клетку запираешь изнутри.

Машина Саши вновь плавно движется по шоссе. На улице уже давно глубокая ночь и я чувствую, как глаза наливаются свинцом. Сворачиваюсь калачиком и сама не замечаю, как засыпаю под мерное постукивание пальцев Саши по рулю автомобиля. И снится мне снова гладь воды и рыбка с розовой чешуей, которая так и просится ко мне в руки.

31. Сонечка

Помешиваю кофе деревянной палочкой и снова погружаюсь в свои невеселые думы. Сердечко из пенки превратилось в кляксу, а я все еще не сделала и глотка.

Кари с Варькой весело щебечут и изредка бросают на меня обеспокоенные взгляды. Девочки позвали меня провести уютный вечер в нашем любимом Бублике. Поболтать, обсудить сплетни из студенческих чатов и поделиться последними новостями. Мне стыдно, потому что своей кислой физиономией я все настроение им уже испортила, но ничего не могу с этим поделать.

– Сонь, ты совсем не ешь ничего. И кофе уже остыл. Может тебе чаёк сделать? У нас новиночка с малиной и лаймом появилась. Попробуешь?

– Кари, спасибо, не нужно.

Виновато улыбаюсь и морщусь, когда наконец-то делаю первый глоток. Кари только вздыхает и недовольно качает головой.

– Давай хоть поешь немного, – подруга подталкивает поближе тарелку, на которой лежит аппетитный круассан с шоколадной начинкой.

Сердце невольно сжимается. Любимая выпечка Сергея. Кари знала об этом и всегда складывала парочку таких в бумажный пакетик, когда я забегала ее навестить. Все-таки мне с подругами повезло больше, чем им со мной.

– Я с собой возьму, хорошо?! Вечером попью с ним чай.

– Сонь, ты сама не своя последнее время. Ты себя всю изводишь, так же нельзя. – Кари касается моей руки и нежно гладит ладонь.

А как я могу не изводить себя. Вокруг снова тишина и неизвестность. Прошло уже больше недели после нашего разговора с Хасановым и время мучительно замерло. Мне кажется, что ничего не происходит и это выводит меня из себя.

И больше всех достается, конечно, Саше. Своими бесконечными вопросами я умудрилась подорвать даже его бесконечное терпение.

Сегодня на очередной поток расспросов он закрыл глаза и громко рявкнул: – Соня!!!

Но строгий взгляд Вики его немного охладил. Сквозь стиснутые зубы он процедил, чтобы я ни о чем не беспокоилась и что все идёт по плану. А потом замялся и добавил, что нервничать мне вообще не стоило бы.

Только все его неуклюжие попытки успокоить меня привели к прямо противоположному результату. Ни с того ни с сего на глаза навернулись слезы, и я начала жалобно всхлипывать, уткнувшись носом в плечо Вики.

Саша только закатил глаза и быстро нашел повод смотать удочки от нашего прекрасного, но настроенного против него, женского коллектива как можно быстрее.

Но всё же от моего внимания не ускользнуло, что последние дни Саша стал чаще улыбаться и меньше хмурить брови.

Что-то еле уловимо меняется в воздухе. Дышать становится легче и сердце то разгоняется, то замирает словно предчувствуя, что вот-вот что-то должно произойти.

Отпиваю маленький глоток кофе и злорадно улыбаюсь, вспоминая выпученные глаза Саши, когда у меня ни с того ни с сего задрожал подбородок, а из глаз потекли слезы. Вдруг из мыслей меня выдергивает жалобный писк Варьки.

– Айй, черт. Месячные что б их, живот крутит. Аййй… Кари, есть таблетки? Сдохну щас.

Наблюдаю как Варя болезненно морщится и складывается почти пополам. У меня тоже болезненные месячные… В висках вдруг начинает отчаянно пульсировать, а к горлу подкатывает комок.

Неожиданная догадка отодвигает на второй план все переживания и грустные мысли. Да всё уходит на второй план. В голове пульсирует только один вопрос. И я не узнаю свой осипший голос, когда озвучиваю его вслух.

– Девочки, а какое сегодня число и... месяц?

Кари и Варька переглядываются и смотрят на меня так, словно подозревают, что с головой у меня явно не все в порядке.

– Чиво? – Варька, превозмогая боль в животе, все уже успела откусить большой кусок круассана и теперь тщательно перемалывает его челюстями. Последнее время она стала совсем другой. В этой шикарной девушке с рыжей копной волос и не узнать ту пацанку, с которой я познакомилась в первые дни занятий в универе. Но привычка разговаривать с набитым ртом похоже неискоренима.

Достаю телефон и судорожно тыкаю пальцем в экран. Открываю календарь и пролистываю в предыдущие месяцы. Так, вот я отмечала последний раз… На лбу выступает холодная испарина. Нервно сглатываю и закрываю рот рукой. Со всеми стрессами и нервами последних недель я даже не заметила, что задержка у меня… приличная у меня задержка. Прям задержище целое.

– Тааак, – Кари все понимает без слов и вскакивает с места. Несется в подсобку, где обычно оставляет свой рюкзачок на время смены и через пару минут уже бежит обратно, держа в руках длинную коробочку.

– А ну-ка, держи. Туалет где знаешь. С инструкцией разберешься. Там просто всё.

– Чего? Что это? – тупо верчу в руках эту самую коробочку и пытаюсь собрать мысли в кучку.

– Тестер на беременность, не видишь что-ли.

– А у тебя он откуда? – Варька с подозрением смотрит на Кари, щеки которой заливает пунцовой краской.

– Ну, подозрения были, купила несколько штук. Один остался.

– Ну, вы блин даете. Предохраняться не пробовали? Я бы прибила, если бы Дэн…

– Ой, ладно тебе. Такими темпами и тебе скоро понадобится. А ты давай дуй в туалет.

Кари чуть ли не с силой стаскивает меня с кресла и подталкивает в спину. Судорожно сжимаю коробочку в кулаке и иду строго по направлению, которое мне задала Кари. По пути неуклюже натыкаюсь на углы столиков, но совершенно не чувствую боли.

Запираю за собой дверь туалета и ойкаю, когда тестер чуть не выпадает из рук на пол. Открываю кран и брызгаю себе на лицо. Холодная вода немного остужает, но капельки испаряются, едва прикоснувшись к разгоряченным щекам.

Ждать дальше смысла нет, иначе Кари сама лично проконтролирует весь процесс. И пока этого не произошло, выполняю все как указано на инструкции с незамысловатыми рисунками. А после облокачиваюсь о раковину и не моргая смотрю на тестер в ожидании приговора.

Инструкция обещала мне пять минут передышки, но не проходит и минуты как две яркие полоски ярко и безапелляционно сообщают, что месячных в ближайшее время у меня точно не предвидится.

Зажмуриваю глаза и рвано выдыхаю. Только я со своей нереальной везучестью смогла залететь с единственного раза, когда мы не предохранялись.

Прикасаюсь подрагивающей рукой к животу и закрываю глаза, словно пытаясь что-то почувствовать или услышать. Неожиданно меня словно обволакивает чувство спокойствия и уверенности

По щекам текут слёзы, но я не вытираю их. Губы расплываются в счастливой улыбке и я начинаю разглядывать себя в зеркале в попытке увидеть, что во мне изменилось.

Припухшее лицо, мокрые от слез щеки, растрепанные волосы. И блестящие возбужденным блеском глаза. Поворачиваюсь боком, но живот совсем плоский, я бы даже сказала впалый. Хмурюсь и недовольно поджимаю губы. Так дело не пойдёт.

Из туалета я прямиком направляюсь к нашему столику. Уверенно обхожу все столы и сажусь на свое место. Без лишних слов показываю девочкам тестер и пока они подбирают свои челюсти с пола, обращаюсь к Кари.

– Кари, а можно тот чай, ну с лаймом и малиной? И еще остались мои любимые сэндвичи?

– Сэндвичи? Аа, да, сейчас принесу.

Кари приносит мне чай и мой любимый сэндвич с лососем. Хватаю сэндвич обеими руками и со стоном удовольствия откусываю огромный кусок. Закрываю глаза и жую его с таким наслаждением, словно ничего вкуснее не ела за всю жизнь.

Когда же я вновь открываю глаза, то чуть не прыскаю от смеха. Судя по их ошарашенным лицам моих подруг, они уже не сомневаются в моей легкой ненормальности. Они в ней железобетонно уверены.

Но высказать свои подозрения они не успевают, потому что колокольчик над дверью громко звякает и в кофейню вихрем влетает Вика. Она тяжело дышит и оглядывается по сторонам. Увидев нашу компанию, несется прямо к нашему столику и плюхается в свободное кресло.

– Вик, тут такое дело…, – начинаю говорить, но Вика прерывает меня и сует под нос свой телефон.

– Знаешь уже? Новости читали?

– Новости? Неа. Чё там? – Варя заглядывает мне через плечо, – Так… сняли с должности. Кого? Ай, ну дайте почитать.

Но я выхватываю телефон и полностью игнорирую возмущенные возгласы Вари. Раз за разом пробегаюсь по строчкам и не могу поверить тому, что сейчас видят мои глаза.

Превышение полномочий, растление несовершеннолетних, взятки в особо крупных размерах. И это только малая часть из того, в чем обвиняют Генерального Прокурора нашего города.

– Вика, его что… сняли с должности? Боже, неужели он действительно виноват во всех этих ужасах.

– А ты думала. Теперь понимаешь почему Саша чуть с ума не сошел когда за тобой мчался? – Вика с укоризной смотрит на меня, а мою спину покрывает липкий пот. Только сейчас, читая эти ужасные вещи, в которых его обвиняют, я до конца осознаю в лапы какого зверя чуть не угодила. И какому человеку перешел дорогу Сергей.

– Выходит Хасанов тогда не соврал? У него действительно была информация?

– Еще какая, Сонь! Мы такого даже не ожидали. Одни фотографии с малолетними девочками чего стоили, – при этих словах Вика с отвращением морщит лицо, – И записи, где ему взятки давали. Хасанов свое слово сдержал. Эх, надеюсь только, что на той земле он построит что-нибудь действительно стоящее, а не очередной барде… кхм… клуб для отдыха.

Только сейчас меня меньше всего волнует, что Хасанов сделает с теми землями, которые пришлось отдать ему за помощь.

– А Сергей? С него теперь снимут обвинения? -

– Сонь, не так быстро. Многие обвинения были раздуты, многие сфабрикованы. Но ты ведь понимаешь, что Сергей тоже далеко не ангел. Ну, по-другому в такой жесткой конкуренции он и не мог. Но самое главное теперь никто не будет мешать адвокатам и давить на судью. Криминала в обвинениях нет, а все остальное просто имеет свою цену, – Вика слегка ухмыляется и пожимает плечами.

– Боже, Вик, я просто не верю! Саша и ты… вы просто… я не знаю как вас…

– Да-да, а это что у тебя?

Вика кивает на тестер, который лежит в коробочке на самом краю стола. По лукавому взгляду и ямочкам на щеках я понимаю, что она и так уже все поняла. Причем скорее всего задолго до сегодняшнего дня.

– Это… Вик, я похоже…

– Да не похоже. От моих тефтелек еще нос никто не воротил. Кари, принесешь мне кофе?

Девчонки как раз дочитывают статью и поднимают на нас ошарашенные взгляды. Кари без лишних слов вскакивает и молча несется к своей кофемашине.

Пока ждем кофе, Вика с кем-то переписывается в телефоне и недовольно хмыкает.

– Нет, ну надо же. Все беременные что-ли к нему попасть хотят.

– Ты о ком, Вик?

– Да о Димке Давыдове. Вернее его клинике. Хочу записать тебя к врачу. Представляешь, свободное окошко только на следующей неделе есть. И то только через Аньку смогла пробить.

О какой Ане идет речь я догадываюсь сразу. Наша коллега, переводчик с китайского языка. Сергей только ей доверяет переводить на важных встречах с китайскими партнерами. Сколько раз мы проводили время с ней и Викой на нашей маленькой офисной кухне и хохотали до слез от ее шуточек. Там то я и узнала, что ее муж владелец двух крупных клиник, а по совместительству один из лучших акушеров-гинекологов в нашем городе.

– А уже надо? – сердце от волнения начинает отбивать барабанную дробь.

– Конечно. Ты бледная. Гемоглабин упал. Для ребеночка это очень плохо.

– Что? – испуганно хватаюсь за живот и внутренне оскаливаюсь.

Что-то неизведанное до этого момента поднимается из самых глубин моей души. Пусть ребенок пока не больше горошинки, но я уже готова горло за него перегрызть.

– Да не бойся ты так, это нормально. И тебе нужно хорошо питаться, и спать. К выходу Сергея нужно привести тебя в порядок. А то он нас со свету сживет.

Вика берет свою кружку с кофе и, закрыв глаза, отпивает несколько глотков. Словно растворяется в моменте и наслаждается каждой секундой, проведенной здесь с нами. Только она способна радоваться простым вещами и находить минуты умиротворения в каждодневной суете.

Мне же сейчас найти это умиротворение трудно. Ладонь непроизвольно снова тянется к животу. Как Сергей отнесется к этой новости? Обрадуется? А вдруг ребенок не был в его планах и он разочаруется во мне. И я очень надеюсь, что получу ответы на свои вопросы уже очень и очень скоро.