Текст книги "Не говорю "Прощай" (СИ)"
Автор книги: Марина Исаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)
Не говорю «Прощай»
Марина Исаева
Часть 1
Глава 1 Артем
– Виктор Александрович, Вы что, издеваетесь? – пока относительно спокойно интересуюсь у шефа.
– Что ты имеешь ввиду? – спрашивает мой шеф, включая дурачка, хоть таким и не является.
– Кого Вы мне пытаетесь подсунуть? – продолжаю возмущаться, не пытаясь уточнять по какому поводу, поскольку мой шеф и так прекрасно понял, о чем я, а точнее о ком.
– Не кипятись, Артем. Что у тебя в первый раз практиканты что ли? – говорит шеф.
– Нет. Не в первый, но, не такие же? – отвечаю, чувствуя, что начинаю закипать.
– Это, какие такие? – спрашивает шеф, тоже начиная закипать.
– Да она еще в детский сад ходит, причем в ясельную группу. Что я с ней делать буду? – спрашиваю у шефа.
– То же, что и с другими практикантами. И тон сбавь. Я все-таки старше тебя и по должности и по званию и вообще, мои приказы, а это приказ, не обсуждаются. Вопросы есть? – отвечает подполковник, действительно включив большого начальника.
– Слушаюсь, товарищ подполковник, – отвечаю Виктору Александровичу.
Блин, кругом одни начальники, плюнут не в кого, – это естественно я думаю про себя. В следственном указывают, мой непосредственный начальник тоже чуть что, напоминает о своем положении.
– Вот так-то лучше, – уже примирительно отзывается он. – Послушай, Артем, ты сильно не кипятись, я только тебе могу её доверить. Девочка хорошая, отличница. Ты пойми, не могу я её никому кроме тебя поручить.
– То есть, я у вас тут вроде няньки что-ли? – забыв про приказ, продолжаю заводиться. Да у меня дел по горло, чтобы еще с малолетними девицами возиться.
– Ну что ты заладил, Артем. Она о следственной работе мечтает, тут я её обеспечу. С твоей же стороны жду физической подготовки. Я к тебе не только как к подчиненному сейчас обращаюсь, но и как к боевому товарищу, которому могу доверять и на которого могу положиться, – примирительным тоном давит свою линию Виктор Александрович.
– Вон, Пашке поручите, он у нас спец по девицам молодым, пускай ею и займется.
– Пашку до неё вообще нельзя допускать, чему он её научить-то может? – говорит шеф.
– Знамо чему, – ржу в ответ. Это, товарищ подполковник, тоже наука нужная, в жизни пригодится. Опыт приобретет… бесценный. Тут, нашему Павлу, равных точно не будет.
– Пашка только девчонку мне испортит. Как я отцу-то её в глаза смотреть буду? – говорит шеф. Только тебе и могу доверить молодую девицу. Ты у нас парень правильный, строгий где надо, не обидишь, черти чему не научишь.
– Товарищ подполковник, ну честно, я то её чему могу обучить? Я же, то на задержаниях, то в засадах и «окопах», то ненормальных с крыш снимаю, то отморозков всяких заложников освободить уговариваю и так, еще по мелочи. Да у меня и времени нет. Владимир Евгеньевич засмеет, если узнает.
– Артем, ты же сам в прошлом оперативник, а бывших, как говорится, не бывает, а сейчас боец спецподразделения. Тем более, многозначительно говорит Виктор Саныч, – кроме прочего, еще и экстремальный переговорщик, так что, терпения у тебя и выдержки любой, как говорится, позавидует. Вот этому всему и научишь. Бумажки перекладывать её и без тебя научим, умненькая очень девочка, я же уже говорил, отличница учебы и вообще. А вот «пороху понюхать» ей бы не помешало, чтобы жизнь у нас раем не показалась. Тут ты прям в самый раз. Все. Дело решенное, завтра и начнете – заканчивает свою убедительную речь подполковник. – А с начальником спецподразделения я договорюсь, это не твоя забота.
Вот встрял, думаю про себя. Для полного комплекта мне только стажеров не хватает, да еще, блин…таких… И как он интересно с Корсаковым собрался договариваться? Мой начальник – Владимир Евгеньевич Корсаков, мужик кремень, соплей не любит, иначе не возглавлял бы одно из спецподраздений Росгвардии, а с этой стажеркой, как раз их и не оберешься, тут к гадалке не ходи.
– Да, вот еще…, – как бы невзначай добавляет Виктор Александрович, не оставляя мне никаких шансов, ты там…это… построже с ней, в общем, ну как ты умеешь, не мне тебя учить. По всей форме, как говорится.
Я смотрю на шефа, выгнув брови.
– Не понял, товарищ подполковник! Что значит по всей форме…? По полной что-ли, упала…отжалась? – спрашиваю удивленно. Так она же не выдержит. Вы вообще её видели? Метр с кепкой в прыжке и того гляди ветром сдует, хоть гири к ногам привязывай.
– Вот и отлично, Артем. Вот и договорились. Это же хорошо, если не выдержит, – говорит шеф. И что ты все время заладил, одно и тоже. Видел я её, симпатичная молодая девушка, с …формами…где надо… Все, как говорится, при ней. Поэтому нечего ей тут делать. Пускай детей мужу рожает, да бумажки где-нибудь перебирает.
– Сколько лет Вас знаю, но никогда не думал, что Вы шовинист, Виктор Александрович…, – не унимаюсь я.
– А тебе и не надо думать. Так надо…для дела…Приказ получил, выполняй, – резюмирует шеф.
– Так точно, товарищ подполковник.
– Завтра в девять жду у себя на утренней летучке и никаких засад и окопов, чтобы как штык. Передам, как говорится из рук в руки, – летит мне уже практически в спину.
– Какие уж тут засады…, – бурчу практически себе под нос, выходя из кабинета. Да уж, дела, докатились, с девицами нянчиться начали, думаю про себя, выходя от шефа. Ох, девонька, мало тебе точно не покажется. Все произойдет быстро, чтобы долго не мучилась, да и мне с тобой нянчиться не досуг. Сама от меня сбежишь. Уж я постараюсь.
Глава 2 Маша
С самого утра я дико волнуюсь. Не выспалась, так как толком не могла заснуть от волнения. Сегодня у меня первый день практики в следственном управлении Следственного комитета. Попасть туда на практику мечта любого студента. В основном, практику проходят в отделениях полиции какого-нибудь небольшого района, ну если повезет, то в отделе, ну опять же полиции. А тут…следственный комитет…спасибо папе.
Мне 19 и я студентка третьего курса юридической академии. Учеба мне очень нравится. Вообще, следственная работа это моя мечта.
В следственное управление я приезжаю заранее, боюсь опоздать. Вообще я очень пунктуальный человек.
Сидя в кабинете подполковника юстиции Козырева Виктора Александровича меня немного потряхивает. Я довольно упертая, не из робкого десятка, скорее где-то рядом с ним, и сейчас эти довольно сомнительные черты моего характера не добавляют мне спокойствия.
– Доброе утро. Вижу, все собрались, начнем, – открывает утреннюю летучку Виктор Александрович.
Виктор Александрович представляет присутствующих сотрудников следственного управления.
– Хочу вам представить двух наших без пяти минут коллег по цеху, которые будут проходить у нас практику. Так сказать, пробовать себя в будущей профессии. Итак, прошу любить и жаловать: Смирнова Екатерина Витальевна и Киселева Мария Игоревна, студентки третьего курса юридической академии, – представляют меня и мою одногруппницу.
– Молодым коллегам мы всегда рады, – лыбится один из присутствующих. Поможем, подскажем и… покажем, – многозначительно поигрывая бровями, продолжает он.
– Старший лейтенант Еремин, Вам я еще слово дам, – басит Виктор Александрович.
– Итак, стажер Смирнова Екатерина Витальевна будет проходить практику у Корнеева Игоря Степановича, – вещает Виктор Александрович. Не волнуйтесь, Екатерина Витальевна, – обращается он к моей одногруппнице, – Виктор Степанович у нас сотрудник с большим опытом следственной работы. А Вы, Мария Игоревна, будете закреплены за капитаном Филатовым Артемом Владимировичем, параллельно осваивая следственную работу, следователя я Вам назначу чуть позже. Филатов у нас один из лучших бойцов спецподразделения Росгвардии, которое оказывает нам силовую поддержку. Занимался и оперативной работой. Так что, прошу любить и жаловать. А вот теперь, прошу задавать вопросы по существу, коллеги, – заканчивает свой монолог подполковник Козырев.
– Виктор Александрович, – обращается к Козыреву сидящий напротив меня Артем…Владимирович и смотрящий на меня в упор, явно чем-то недовольный. – Разрешите уточнить?
– Разрешаю, Филатов, – отвечает Козырев, почему-то сразу напрягшись.
– У нас тут сегодня стрельбы по графику и нормативы по физо, – говорит Филатов. Я могу стажера уже сегодня начать приобщать к профессии…?
– Кхм…напрягается подполковник, – да, Филатов, можете. Только…эмм…учитывайте, что Мария Игоревна у нас все-таки будущий следователь и у неё еще будет время…ну в общем, я думаю, что Вас не надо учить…
– А как же «пороху понюхать» и далее по списку… – продолжает Филатов.
– Артем, – обрывает его Козырев, – не забывайся.
Слушая этот диалог, я неожиданно для себя произношу вслух, – стрельбы это интересно. Но мне хотелось бы и в следственной работе поучаствовать с выездами на происшествия.
– Не переживайте, Мария Игоревна, обязательно поучаствуете. Артем Владимирович Вас возьмет как-нибудь на место происшествия, – говорит Козырев.
– Вот видите, Виктор Александрович, – говорит мой наставник, – Мария Игоревна совсем не против пострелять. Так ведь, Мария Игоревна? – обращается уже ко мне.
– Да…, не против, – отвечаю неуверенно.
– Что-то я не чувствую уверенности в голосе или Вы сомневаетесь в выборе будущей профессии, а, Мария Игоревна? Это Вам не только бумажки перебирать, тут еще и стреляют, ну из пистолета, слышали о таком, пиф-паф… – не унимается мой будущий наставник.
– Капитан Филатов, отставить рассуждения. Я же сказал, по существу, – бросается на мою защиту Козырев.
Этот Артем…блин…свет…Владимирович, по моему еще тот КОЗЛИЩЕ. А ведь в начале совещания, пока он молчал, он мне очень даже понравился. Если быть уж совсем откровенной, он просто улет, весь такой…ухх, не то, что мои однокурсники. Его нельзя назвать красивым в классическом стиле этого слова. Но от него исходит сила и мужская уверенность. Мужчина не должен быть красивым, в нем должна быть харизма. В нем, похоже, её с избытком, я, имею ввиду, харизму конечно, а голос…ммм…с едва заметной хрипотцой…Он темноволосый, глаза у него стального оттенка и еще у него полные губы. Я думаю он умеет ими пользоваться…ох… о чем я только думаю…
– Мария Игоревна…, доносится сквозь мое слегка затуманенное сознание, – так Вы готовы сегодня поучаствовать в стрельбах? – возвращает меня к реальности голос Виктора Александровича.
– Да, готова, Виктор Александрович, – отвечаю уже более уверенно.
– Вот и отлично. Тогда все по рабочим местам, резюмирует Козырев. – Артем, задержись.
Выйдя в коридор, подпираю спиной стену в ожидании своего надзирателя.
– Ну, Киселева, ну и везучая же ты, – говорит, подойдя ко мне Катя.
– Интересно знать, в чем же это мне повезло? – спрашиваю у своей одногруппницы.
– Да ладно, не прикидывайся дурочкой. Вон, какого наставника отхватила. Я чуть слюной не подавилась. О боже, какой мужчина, – нараспев тянет Катерина слова из известной песни.
– Тише ты, – говорю Кате. Да у него на лбу крупными буквами написано «КОЗЛИЩЕ» и жирным подчеркнуто.
– Так это ж круто, Маш. С паиньками не интересно, а этот прям огнище, я бы с ним постреляла бы и не только… – не унимается Катя.
– Да ну тебя. Я о таких глупостях не думаю, – говорю Кате. Я сюда для другого пришла, меня следственная работа интересует.
Можно подумать я сама не вижу, что этот, Артем…кхм…Владимирович, очень даже…, но Кате об этом знать вовсе не обязательно.
– Ой, Машка, какая ты все-таки зануда. Так и просидишь над своими учебниками, а молодость пройдет. Не умеешь ты жизни радоваться на полную катушку. Как же все-таки с тобой скучно «не украсть, не покараулить», – говорит Катерина.
Да уж, куда уж мне до тебя Катерина, думаю, глядя на подругу. Катя то у нас девица бойкая, все при ней и фигура, все, где надо. Веселая, боевая она. С ней легко, такие мужчинам нравятся, как говорится, без заморочек, в отличие от меня.
Она и сюда то попала благодаря моему отцу, только у неё не учеба и будущая профессия в приоритете, а совсем другие интересы… Катерина считает, что здесь ну, прям, не паханое поле…
Такие как Катя парней как орехи щелкают, а парни на них как на мед слетаются. Я так не умею, да и не мое это: вечеринки, свидания сплошные. Мне некогда, мне учиться нравится, да и в приоритете это сейчас.
Нет, я конечно, не ханжа, нормальная девчонка, вполне себе даже симпатичная: темные, слегка вьющиеся волосы и достаточно выразительные зеленые глаза, да и с теми же потребностями, как и у всех. Просто я более серьезная что ли. Не могу я сегодня с Ваней, а завтра с Петей, да и смысла в этом не вижу никакого. Все будет, когда время придет, главное чтобы человека своего встретить. Я жду своего единственного…хочу чтобы по любви…
– Киселева, ты меня слышишь? – выводит меня из моих мыслей уже знакомый голос.
– А…, – поднимаю голову и натыкаюсь на стальной взгляд.
– С тобой вообще все в порядке или это твое перманентное состояние? – спрашивает строго Артем Владимирович, немного с раздражением в голосе. – В твоей будущей профессии, знаешь ли, нужно быть собраннее, а не летать в облаках.
А вот это сейчас было совсем обидно и не справедливо. В моей будущей профессии еще и мозги нужны. Какой же ты все-таки ГАД, Артем…чтоб тебя…Владимирович. Но это, естественно я произношу про себя.
– Я нигде не летаю, просто задумалась. Человеку свойственно такое. И к Вашему сведению, если люди любят много мечтать – это совсем не плохое качество, а признак наличия интеллекта, который как раз и необходим в моей будущей профессии, Артем Владимирович – произношу уже вслух.
– Отлично, Киселева. Принято. Но все-таки предлагаю, если ты еще не передумала, отправиться уже на полигон и начать осваивать на практике некоторые особенности твоей будущей профессии, – заявляет этот…чтоб его…
– Всегда готова, Артем Владимирович, – говорю ему.
Как же он меня сейчас бесит…ррр…весь прям такой деловой…
Глава 3 Маша
Спустившись вниз, я с удивлением понимаю, что ехать мне придется с Артемом в одной машине и, как говорится, без свидетелей.
Если честно, мне бы не хотелось с ним надолго вдвоем оставаться, он на меня как удав на кролика действует и что особенно меня бесит, не скрывает своего раздражения по отношению ко мне. Видимо заранее на мне клеймо тупоголовой барышни поставил.
Но поскольку, я все-таки где рядом с тем не робким десятком, ну вы помните, буду доказывать обратное, а там уже как получится.
Естественно, подойдя к машине, я собираюсь сесть на заднее сиденье.
– Укачивает? – спрашивает меня Артем, делая кивок головы в сторону переднего сиденья рядом с водителем и при этом слегка ухмыляясь.
Вот ведь КОЗЛИЩЕ, все-таки я не зря его так «окрестила». Видимо тоже просек причину моего не желания ехать на переднем сиденье. Мог бы и промолчать.
– Нет, просто самым безопасным местом в автомобиле считается место сзади справа за водителем, – отвечаю ему, жутко гордясь собой.
Но моя радость длилась недолго.
– Спешу тебя разочаровать, Киселева, уже давно самым безопасным местом для пассажира считается место водителя, а для пассажира – место рядом с водителем, в крайнем случае, посередине сзади. Так что, если тебя не укачивает и отсутствуют иные причины… прошу присаживаться, – говорит Артем, выгнув брови и открыв переднюю дверь сиденья рядом с собой.
Мне, естественно ничего не остается, как сесть с ним рядом. Вот ведь гад, издевается.
В его машине тепло. Это особенно чувствуется в контрасте с погодой на улице. Январь в этом году морозный и достаточно снежный. В нос мне бьет запах ЕГО парфюма, которым буквально пропитан весь салон. Это что-то пряное с древесными нотками. Мне нравится.
Мы едем молча. Хотя бы музыку включил, думаю про себя, потому как тишина напрягает. Чтобы как то отвлечься от своего попутчика я решила сосредоточиться на пейзаже за окном.
– Стреляла когда-нибудь? – задает мне вопрос Артем.
– Да, – отвечаю без лишних пояснений.
Я очень даже неплохо стреляю в тире. Поэтому, как мне кажется, обоснованно ответила Да на его вопрос, думаю про себя. Ха, пускай не думает, что я совсем потерянный для будущей профессии экземпляр.
– А как у тебя со спортивной подготовкой дела обстоят? – не унимается ОН.
– Нормально, как у всех, – опять же весьма лаконично отвечаю.
Просто мне не хочется с ним сейчас разговаривать. Я же уже говорила, что он меня сегодня бесит…ррр…
– Обиделась? – спрашивает Артем.
Да что же такое то, что он ко мне привязался то?
– Пфф…только и могу произнести.
– Понятно. Привыкай, Киселева. Тут тебе не курорт. Любезничать никто не будет, – продолжает этот узурпатор.
– Я и не жду, – отвечаю в той же манере.
Чувствую на себе ЕГО взгляд. Хоть дыру протри, не повернусь.
– За дорогой следите, Артем Владимирович, – не могу сдержаться и говорю не поворачиваясь к нему лицом.
До места назначения мы едем в полной тишине.
Полигон мне показался просто огромным. Тут во всю уже сдают нормативы по физической подготовке. Стрельбы еще не начинались.
Артем провел меня под навесы, перед которыми на расстоянии были выставлены мишени.
Как хорошо, что одета я подходяще: брюки, свитер с небольшим горлом и теплая удлиненная куртка.
– Ну что, раз ты уже стреляла раньше, то можешь начинать – говорит Артем и дает мне в руки пистолет.
Я беру холодный металл из его рук и поворачиваюсь к мишеням.
Принимаю привычную для меня стойку, немного наклоняюсь, одновременно опираясь руками о передний поручень навеса. Прицеливаюсь и стреляю.
Звучит выстрел, от которого меня откидывает назад, и я буквально заваливаюсь спиной на стоящего сзади Артема.
Он, быстро среагировав, ловит меня, обняв руками, отчего я, фактически, оказываюсь плотно прижата к нему.
Чувствую, как по моему телу проходит легкая дрожь. Минуту другую мы стоим прижатыми друг к другу, пока я наконец-то не прихожу в себя и не отодвигаюсь от него.
– Б…@ть, – практически шепотом говорит он, – так и знал, – уже громче слышу за спиной. Ты в тире по слоникам и зайчикам стреляла? – спрашивает у меня.
Я поворачиваюсь и с нажимом говорю, – да, я стреляла в тире по мишеням!
– Когда я спрашивал про стрельбу я, естественно, имел ввиду боевое оружие, – говорит Артем. По-моему, это очевидно.
Я оставляю его монолог без ответа и отворачиваюсь, поджав губы.
Слышу вздох у себя за спиной и неожиданно чувствую, как Артем обнимает меня со спины, накрыв мои ладони своими, вытягивая мои руки вперед своими с зажатым между ними пистолетом.
– Ноги чуть шире плеч, колени слегка согни – слышу его повелительный тон, – расслабься.
Расслабишься тут, когда он обнимает меня всю, не продохнуть, чувствую его дыхание над своей головой, его запах везде, буквально бьет в нос, хоть мы и на улице.
– Опусти немного голову и расслабься уже, – опять повторяет он.
– Готова? – спрашивает меня.
– Да, – в буквальном смысле пищу в ответ.
Тогда он нажимает на мой палец и звучит выстрел.
Я пытаюсь освободиться от его объятий и он, понимая мой маневр, отпускает меня.
Чувствую, что мои щеки горят.
– Основное, это правильная стойка, – говорит Артем. – Поняла, сама сможешь?
– Попробую, – бурчу в ответ не внятно.
Пытаюсь принять нужную стойку и пытаюсь прицелиться.
– Ноги чуть шире плеч и колени немного согни, – говорит Артем, одновременно придерживая мои руки, приводя их в правильное положение.
Чувствую его теплые ладони на своих и опять его запах вокруг. Понимаю, что совсем не могу сконцентрироваться на выстреле, пока он так близко, буквально вплотную. Хорошо, что моя куртка удлиненная, думаю про себя, продолжая пытаться сосредоточится на выстреле, хотя мысли совсем о другом.
Это вообще нормально? Задаю сама себе вопрос. Раньше со мной такого не никогда было.
Невольно вспоминаю Диму, моего бывшего парня. Сколько раз он меня обнимал, но ничего подобного я не испытывала, даже от его поцелуев. Мне даже наоборот, не хотелось, чтобы он меня трогал вообще.
Это потому что Артема я не знаю и это естественная реакция, Димку то я хорошо знала. Это просто обычное смущение перед незнакомым мужчиной, тем более, который старше меня, – говорю сама себе.
– Киселева, – выводит из моих мыслей его голос. – Готова?
– Да, – на автомате говорю в ответ.
И снова выстрел. Поскольку в этот раз Артем держал меня чуть слабее, я слегка дернулась назад и оказалась прижатой к его телу.
– Ладно, на сегодня с тебя хватит, – говорит Артем, продолжая прижимать меня к себе. – Не замерзла? – спрашивает у меня.
Он что издевается? Когда я могла успеть замерзнуть-то, если он только и делает, что обнимает меня. Да мне жарко…он вообще собирается меня отпускать?
– Я еще сделаю несколько выстрелов, – говорит Артем, наконец-то выпуская меня из своих объятий.
– Ага, я как раз посмотрю, – отвечаю ему, немного придя в себя.
Он просто кивает мне и берет у меня из рук пистолет.
Пробыв на полигоне еще около двух часов, мы уезжаем.
Когда мы подъезжаем к моему дому, Артем протягивает мне свой телефон и просит, – вбей свой номер.
– Зачем это… – задаю первый вопрос, который приходит мне в голову, естественно думая совсем не о работе.
– Поскольку ты у меня стажируешься, Киселева, то логично, чтобы у меня был твой номер, а у тебя мой, а совсем не для того о чем ты подумала, – говорит Артем, выгнув бровь.
– Вот еще…, больно надо – отвечаю ему. Тем более…
Выгнув бровь, Артем смотрит на меня, повернувшись ко мне и облокотившись локтем о руль.
– Тем более что…? – спрашивает у меня, усмехаясь.
Что Вы не в моем вкусе, Артем Владимирович, – естественно это я говорю про себя. Слава богу, вовремя остановилась.
Во-первых, это вранье, а врать я не умею и не люблю, он очень даже в моем…, но я в этом никогда не признаюсь, даже под пытками.
Во вторых, а вдруг он и правда совсем не это имел ввиду, скорее всего так и есть, и я бы ну совсем выглядела полной идиоткой. ТАКИЕ КАК ОН, никогда не посмотрят на ТАКИХ КАК Я. Я же не Катя, которая в каждом слове мужчины готова увидеть намек…и начать действовать. Мужчины именно таких и любят.
Вот она бы точно такой вопрос не задала, а уже диктовала свой номер и адресок заодно.
– Ничего, – бурчу в ответ, злясь, – телефон записывать будете? – спрашиваю у него.
– Диктуй, давай, – говорит мне, улыбаясь.
Вечером, уже ложась спать, я услышала, что на телефон пришло сообщение.
Неизвестный номер: это расписание ближайших мероприятий, в которых ты можешь принять участие. Жду предложений. Рассмотрим, обсудим. Послезавтра, будем знакомиться с нормативами по физо. Время напишу позже. И еще постреляем и смайлик медали за первое место. Спокойной ночи.
Он что, намекает на мою неудавшуюся стрельбу? – размышляю вслух. Злюсь.
Решаю не отвечать на сообщение и ложусь спать.
