Текст книги "Трое в Стокгольме"

Автор книги: Марина Фьорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

20

Несмотря на переживания прошлого вечера, Алина проснулась отдохнувшей. В окно светило яркое солнце. Она лежала на диване в гостиной Магнелла, укрытая пледом. Из столовой тянулся приятный запах кофе. Эрик готовил завтрак.

– Доброе утро, – крикнул он, заметив, что Алина не спит. – Вставай скорее. Через полтора часа мы должны быть в Стокгольме. Иначе я опоздаю на встречу.

Эрик поставил на стол свежий хлеб с сыром и ветчиной.

– Дарья уже позвонила, – сообщил он, разливая кофе. – Я обещал ей сдать тебя из рук в руки в целости и сохранности. Так что поедем на твоей «Ауди». Обратно я вернусь поездом.

– Что за срочная встреча? – спросила Алина.

– С партнером по бизнесу. Из-за ареста у меня возникли некоторые сложности с клиентами.

По дороге в город Алина спросила:

– Ты мог бы узнать, занимается ли полиция поиском моих похитителей?

– Я попытаюсь выяснить, но не обещаю. Не уверен, что со мной теперь будут откровенны.

– Неужели ты станешь сидеть и ждать, когда полиция сама расследует убийство Берга и окончательно снимет с тебя подозрения?

Магнелл не ответил. Он припарковал машину у бара «Стампен» и сказал:

– У меня здесь встреча. Ты сама доберешься до гостиницы? Здесь недалеко.

– Конечно.

– Все-таки подумайте об отъезде в Москву. Обещаю, что буду держать тебя в курсе событий.

Эрик протянул Алине сверток.

– Передай это подруге. Не было случая ей вернуть. Не понимаю, почему ваши девушки так любят лабутены.

Он вышел из машины и скрылся в дверях бара. Алинуся пересела за руль. Час спустя она с друзьями сидела на набережной недалеко от гостиницы. Они наблюдали за толстыми чайками, низко парящими над водой. Казалось, под тяжестью собственного веса птицам было тяжело удерживаться в воздухе.

– Нигде не видела таких жирных чаек, – заметила Алинуся.

Вдоль набережной периодически пробегали люди в спортивной одежде. Мускулистый загорелый мужчина в наушниках промчался мимо, разговаривая по телефону и умудряясь при этом сохранять ровное дыхание. Навстречу ему семенил худенький старик в шортах.

– Зато среди стокгольмцев мало толстых. По статистике только пятнадцать процентов шведов страдают ожирением, – добавил Славик.

– Да, спортивная нация, – согласилась Алинуся, разглядывая длинноногих стройных девиц в лосинах.

– И натуральные. Ни у кого не видел перекачанных губешек.

– Не факт, что они натуральные. Возможно, у них хорошие косметологические клиники, – предположила Даша.

– Кстати, о клиниках. У меня сломанный зуб разболелся. Полночи не спал.

– Ой, Славочка, совсем забыла. Мы же тебе хорошего врача нашли. Это мобильный номер. Позвони ему. – Алина протянула листок с телефоном стоматолога, который ей дал Фрикк.

– Йак Али, – прочитал Славик имя врача. – Сегодня воскресенье, выходной, – с сомнением в голосе сказал он, но набрал номер Али.

Врач ответил на звонок и назначил Славику визит на десять утра в понедельник.

– Чем сегодня займемся? – спросила Алина.

– У меня вечером встреча с Гаем, – сказал Славик. – Но как я вас одних оставлю?

– Не встреча, а свидание, – поправила Алина. – Свидание – это святое. Иди. Мы будем себя хорошо вести. Посидим в кафешке у отеля, потом пойдем спать.

Побродив по полупустому городу, они зашли в ресторан с верандой. Официантка провела их к столику на веранде. Славик с досадой листал меню.

– Какое издевательство. С больным зубом мне здесь почти нечего есть. Одни стейки, – пожаловался он. – Чувствую себя младенцем, которого пичкают отвратительным пюре без соли и сахара.

– Смотри, есть филе трески с картофельным пюре и фасолью. Все мягкое и вкусное, – попыталась уговорить его Алинуся. – Пожалуй, я это и закажу, хотя у меня с зубами все в порядке.

– Я и говорю, пюре. Хочу кусок мяса с кровью, – состроил капризную гримасу стилист.

После обеда они вернулись к отелю.

– Я в номер, у меня через два с половиной часа встреча с Гаем. А вы будьте хорошими девочками, – попросил Славик.

– Даже я не готовлюсь к свиданию два с половиной часа, – удивленно сказала Алинуся, глядя ему вслед.

– Выпьем чего-нибудь, – предложила Даша. Они расположились в кафе у отеля.

За соседним столиком сидели три женщины средних лет. Перед ними стояли две бутылки шампанского. Дамы уже были слегка навеселе.

– Наливай, Свет! – весело скомандовала на русском языке полная ухоженная брюнетка в обтягивающем платье с глубоким вырезом. – Выпьем за покойного. Земля ему пухом!

– И здесь покойники. Не город, а кладбище! – раздраженно сказала Алина.

Услышав родную речь, женщины оглянулись.

– Ой, девочки, вы русские! – радостно воскликнула брюнетка.

– Мы здесь отдыхаем. А вы?

– А мы здесь живем, – ответила худенькая светловолосая Света, разливая шампанское по бокалам.

– Мы местные, – подтвердили ее подруги.

– Я Света, а это Элла и Нина, – кивнула Света в сторону брюнетки Эллы и третьей дамы, Нины, стройной, с темными, заплетенными в косу волосами. – Присоединяйтесь к нам.

Они сдвинули столики.

– Что отмечаете? – поинтересовалась Алина.

– У Элки муж помер, – серьезно сказала Света, наливая шампанское в два чистых бокала, принесенных официантом для девушек. – Вот девять дней и отмечаем.

– Шампанским? – удивилась Даша.

– В такую жару шампанское лучше идет, – кивнула Элла. – Эй! – помахала она рукой официанту и заказала еще бутылку.

– Жаль, что вы мужа потеряли, – неуверенно посочувствовала Даша.

– Да брось! Бог дал, бог взял, – махнула пухлой рукой Элла. Они выпили.

– Ну, а теперь за твою свободу! – предложила новый тост Света. – Большому кораблю большое плавание!

Они опять выпили.

– Рэйд был законченный бабник, не пропускал ни одну юбку. А на развод подать нельзя было. Он бы Элку до нитки раздел, ведь она у нас бизнесвумен. Муженек у нее на шее сидел, – пояснила Света.

– Точно, – кивнула изрядно охмелевшая Элла. – Я Рэйда в интернете нашла. Сначала сожительствовали, а когда дочь родилась, поженились. Я всю свою недвижимость в Минске продала, здесь курсы косметологов окончила и открыла салон. Сначала только наши приходили, потом шведки потянулись. Бизнес пошел. Меня даже на радио приглашали в передачу об ассимиляции эмигрантов. Если бы мы развелись, пришлось бы все заработанное с ним делить. Но тут у него неожиданно случился инсульт, который быстро закончился летальным исходом. Так что шампанское как раз кстати.

– Да уж, Рэйд тот еще кадр был, – кивнула Нина, до сих пор не проронившая ни слова. – Такого поискать надо.

– Ой, можно подумать, твой лучше, – почему-то обиделась Элла. – Импотент старый. Да еще больной.

– Конечно, твой Рэйд здоровым помер, – парировала Нина.

– Ты это о чем? Думаешь, я его на тот свет отправила?

– Девочки, не спорьте, – спокойно сказала Света и снова наполнила бокалы. – Каждому свое. Нина с Питером счастлива. Он ее любит, холит и лелеет. Да, Нин? – в голосе Светы прозвучала едва заметная ирония.

– А как вы оказались в Швеции? – спросила Даша Свету.

– Через брак, – ответила женщина. – Но я уже три года в разводе. Как пээмже получила, так сразу и развелась.

– А что с вашим мужем было не так?

– Садист и вымогатель. Вспоминать страшно. Я в Мурманске медсестрой в больнице работала, в реанимации. Каторжная работа, а получала копейки, до зарплаты не хватало. Я одна двух сыновей растила. Приехала сюда на сезонную работу – летом клубнику собирать. Посмотрела, как они тут живут, и решила остаться. Оформила фиктивный брак. За деньги, естественно. Пришлось занять. Устроилась работать сиделкой в доме престарелых, ухаживала за стариками. Приходилось обмывать по тридцать стариков в день, еще и язык учила. А эта сволочь с меня бабки тянул, пугал разводом, если денег не дам. И так три года, пока постоянный вид на жительство не получила. Сейчас заведующей отделением медсестер в больнице работаю. Дом под Стокгольмом купила, детей сюда перевезла. Все отлично! Только ночами кошмары о прошлой жизни снятся.

– Светке тоже досталось, – с сочувствием кивнула Элла. – Хорошо, что все хорошо кончается. Я теперь состоятельная и свободная. Дочка в университет поступила, так что жизнь начинается.

– Ой, девочки, мне пора. Питер уже заждался, – забеспокоилась Нина.

– Да, беги к своему Питеру, – разрешила Элла. – Мы еще по бутылочке пропустим.

– Приятно было познакомиться, – кивнула Нина Алине и Даше и поспешила к стоянке автобуса.

– Ну, хоть Нинка счастлива с Питером, – вздохнула Элла, глядя вслед подруге. – Хотя, конечно, я ей не завидую.

– Питер ничего, – согласилась Света. – Нинку на руках носит. Боится, что она его бросит.

– Почему боится? – удивилась Даша.

– Питер – писающийся импотент, – пояснила Элла. – Кому еще, кроме Нины, он нужен?

– Какой импотент? – не поняла Алина.

– Как это называется? – Элла вопросительно посмотрела на Свету.

– Энурез, – подсказала та. – Он в супружескую постель мочится, но все равно требует, чтобы Нинка с ним спала.

– Как же она раньше жила, если счастлива с таким мужем? – удивилась Алинуся.

– Нина родом из какого-то засранска. Ни мужиков, ни работы. Вы в Москве, небось, и не представляете, что люди в таких дырах живут, – беззлобно усмехнулась Элла. – А вообще, здесь наших много. Разных историй можно наслушаться. И большинство не слишком радостные. Хотя есть и счастливые браки. Но это редкость. В чужой стране непросто адаптироваться. Есть те, кто приезжает работать или учиться. Им легче.

– Говорят, здесь даже убийства были? – спросила Даша.

– Я об одном слышала. – Света посмотрела на Эллу. – Помнишь Ксюшу? Темненькая такая, красоткой была.

– Еще бы. Не дай бог никому такую смерть, – кивнула Элла, закуривая сигарету. – Она вроде бы с Украины приехала. Сначала здесь жила, работала секретарем в фирме. Потом познакомилась со шведом из Мальме. Переехала к нему. Перед Рождеством звонила, хвасталась, что скоро замуж выйдет. А потом перед самым Новым годом ее нашли в квартире, которую они с женихом снимали. Кто-то ее зарезал, говорят, чуть ли не по частям собирали. Знакомые девочки рассказывали, что парень и нашел, когда с работы вернулся. Сначала его подозревали, потом вроде бы оказалось, не он. Но я точно не знаю, все ведь в Мальме произошло. А читать газеты и слушать новости – нет времени.

21

Вечер пролетел незаметно. Заходя в гостиницу, Алина сказала Даше:

– Эта студентка, кажется, Инга, и официантка жили в Стокгольме. Мальме далеко от Стокгольма.

– Получается, что, кроме Наташи было не два, а как минимум три убийства. Кроме Стокгольма еще и в Мальме?

– Я совсем запуталась. Подумаем завтра, на свежую голову. Я вот еще чего не могу понять. Зачем наши бабы живут с дефективными иностранцами. Что, своих уродов мало?

– Мало, – кивнула Даша, чувствуя, как от шампанского слегка заплетается язык. – По статистике у нас мужиков старше сорока на семь процентов меньше, чем женщин.

– Да?! Ужас, – испугалась Алинуся. – Хотя, если подумать, одной не так уж и плохо.

– Неплохо, – согласилась Даша. – С другой стороны, как жить одной с детьми и зарплатой тридцать тысяч в месяц?

– Да, ладно! – не поверила Алина. – За тридцать тысяч еще и работать?

– Не всем же везет с родителями. Представь, твой папа был бы обычным учителем?

– Не пугай на ночь! Хотя я бы не пропала. Слушай, получается, нашим женщинам равные с мужчинами права дали, а они все равно от мужиков зависят и готовы терпеть от них что угодно. Это что, менталитет? Или, может быть, надо что-то в школе подправить? В программе по литературе, например.

Даша улыбнулась, вспомнив спор между Алиной со Славиком. Она остановилась у дверей своего номера.

– Спокойной ночи, зая, – пожелала Алина и пошла дальше по коридору. Ее номер располагался на том же этаже. Алинуся подошла к двери и вставила в щель замка пластиковую карточку. В замке мелькнула красная лампочка. Электронный ключ не сработал. Видимо, он размагнитился от мобильного телефона. Алина спустилась на первый этаж. За стойкой администратора никого не было, и ей пришлось несколько раз нажать на звонок, прежде чем появилась служащая гостиницы.

– У меня не работает ключ, – недовольно сказала Алинуся. Она хотела закатить скандал дежурной за то, что та заставила ее так долго ждать, но слишком устала и решила отложить разборки до утра. Получив ключ, Алина вернулась к своему номеру. Внезапно в коридоре погас свет, стало почти темно. Через узкое торцевое окно по стенам скользнул луч от фар проезжавшего по улице автомобиля и на мгновение осветил человеческую фигуру в конце коридора. Автомобиль проехал, и помещение вновь погрузилось в темноту. Алинуся испугалась и, не медля, бросилась назад к Дашиному номеру. Добежав до двери, девушка забарабанила в нее кулаками.

Дверь открылась. В этот момент свет в коридоре снова зажегся, и Алина увидела на пороге взлохмаченного незнакомого мужчину в махровом халате. Он тупо смотрел на нее, хлопая сонными глазами.

– Ой, простите, я перепутала номер, – сообразила Алинуся и забарабанила в следующую дверь. Мужчина вышел в коридор и изумленно уставился на странную блондинку. Из других номеров начали выглядывать люди. Даша открыла через несколько секунд. Алинуся влетела внутрь и захлопнула за собой дверь.

– Там опять кто-то стоит, – задыхаясь от волнения, выдавила она.

Даша посмотрела в дверной глазок.

– Там много, кто стоит. Ты весь этаж на ноги подняла.

– Да нет же, у моего номера кто-то стоит.

Даша снова посмотрела в глазок. Коридор опустел, постояльцы отеля вернулись в свои комнаты. Девушка открыла дверь и выглянула наружу. Из соседнего номера вышел Славик.

– Я думала, ты с Гаем, – удивилась Даша.

– Зуб опять разболелся. Пришлось остаться в гостинице, – поморщился Славик. – Алинуся, ты изверг. Я только заснул, теперь всю ночь мучиться буду.

– У моего номера кто-то стоял. Вы что, не верите? Идите и посмотрите.

– Дорогуша, ты меня пугаешь, – вздохнул Славик и скрылся за углом.

Через минуту он вернулся. У Алининого номера никого не было, но Алинуся все же осталась ночевать у Даши.

22

Стоматологический кабинет Йака Али находился в Старом городе. Медсестра задала Славику несколько стандартных вопросов: имя, контакты, название отеля, в котором он остановился, уточнила, нет ли аллергии и каких-либо заболеваний, внесла информацию в компьютер и проводила пациента в соседнюю комнату, где принимал врач. Алина и Даша ждали приятеля в ближайшем сквере.

– Мне кажется, что сегодня ночью, пока я спала в твоем номере, ко мне кто-то заходил.

– Почему ты так решила?

– Когда утром я вернулась к себе, то заметила, что некоторые вещи лежат по-другому. Не так, как я их оставила, – духи, крем, одежда.

– Может быть, горничная переложила?

– Горничная еще не заходила. Номер был неубран. Крем был закрыт крышкой, а духами кто-то брызгался. Запах все еще чувстовался.

Даша восприняла слова подруги серьезно. Алинуся никогда не изменяла своим привычкам. Плотно закрытая крышка на баночке с кремом или флаконе духов совершенно точно означала, что кремом пользовался другой человек.

– Ночнушка лежала на кровати вывернутой и оказалась порванной по шву, – продолжила перечислять Алина.

– Сильно?

– Достаточно, чтобы ее выбросить.

– Ты могла не заметить.

– Не могла.

– Что-то пропало?

– Нет. Даже кольцо лежит на месте. Если бы в номер залез вор, скорее всего он бы прихватил «Ван Клиф»[11]11
  Ван Клиф (Van Cleef & Arpels) – французская ювелирная компания класса люкс и ювелирный бренд.


[Закрыть].

Алинин мобильный зазвонил.

– Да? – ответила девушка. – Кто? А, Ян! Конечно, узнала. Чем занимаюсь? Сижу с подругой в сквере. Заняты ли сегодня вечером? – Алина вопросительно посмотрела на Дашу. – Это Ян, которого ты со мной видела в кафе у офиса Магнелла. Он приглашает нас вечером выпить в баре.

– Давай, – кивнула Даша.

– Отлично, – сказала Алина в трубку. – Где? Ого! Запомнила. «Кейджиби бар» в семь вечера.

– Ян будет с другом. Представляешь, здесь есть бар КГБ. Беспроигрышный вариант назвать заведение КГБ. То, что пугает, всегда вызывает повышенный интерес.

Вскоре появился Славик. У него был расстроенный вид.

– Хороший врач, но цены отвратительные! Я даже поныл, что бедному одинокому стилисту не хватает на обратный билет, но это не помогло, – сообщил он.

– Бедный ты наш, – усмехнулась Алинуся. С деньгами у Славика проблем не было.

– Врач симпатичный? – поинтересовалась Даша.

– Не в моем вкусе. – Славик поморщился.

– Он что, не блондин?

– Брюнет, восточный тип внешности. Я даже подумал, не армянин ли он, случайно.

– Почему именно армянин?

– У армян и евреев генетическая предрасположенность лечить зубы. Ну, какие у нас планы на сегодня?

– Сегодня у нас с Дусей свидание.

– Да вы что? И кто же эти несчастные?

– Мой знакомый и его друг.

– Не забудь оставить мне номер телефона друга. И не спешите пускаться во все тяжкие, пока не узнаете их хорошенько.

– Славочка, не нуди. Тебе не идет. – Алина чмокнула приятеля в щеку.

Они остановились в кафе. Славик заказал большой стейк с картошкой фри.

– Наконец-то поем как человек, – сказал он и набросился на еду.

– Славочка, сейчас ты похож на неандертальца, – заметила Алинуся.

– Так и есть, – кивнул стилист, запивая стейк светлым пивом. – Фу, хорошо. – Славик закончил с мясом и расслабленно отклонился на спинку стула. – Так что за знакомый? – спросил он.

– Ты о Яне? Он прикольный и, между прочим, очень симпатичный. Занимается яхтами.

– Познакомишь? – спросил Славик.

– Хватит с тебя Гая. Ян по части девочек.

– Да ладно. Я пошутил. В общем, не садитесь к ним в машину, не уединяйтесь в безлюдных местах и не вздумайте напиваться.

Уже в отеле Славик предложил:

– Может быть, нам с Гаем лучше поехать с вами? Мне будет спокойнее.

– Нужны вы нам. Расслабляйтесь вдвоем, – отказалась Алина. – Все будет окей. Не переживай.

23

Бар «Кейджиби» оказался веселым и не слишком шумным заведением с интерьером в советском стиле. На стенах помещения висели изображения советских вождей, копии фотографий и плакатов времен Советского Союза. В углу на возвышении на фоне изображения Кремля стояла скульптура Ленина. Вождь пролетариата в расстегнутом пальто в свете красного фонаря мудро взирал на толпу у барной стойки.

Алина и Даша остановились, с любопытством оглядывая зал. Мужчины у стойки прервали разговор и оглянулись на девушек.

– Ого! – восхищенно сказал кто-то из них.

– Привет, – поздоровался другой.

Девушки вежливо улыбнулись. Мужчина, обращаясь к ним, заговорил на шведском, но в этот момент подошел Ян.

– Дамы ангажированы, – оборвал он незаконченную фразу. Швед разочарованно развел руками.

– Мы сидим у окна под Лениным! – Ян, придерживая девушек под локти, проводил их к столу у скульптуры вождя пролетариата. Друг Яна ждал за столом.

– Свейн, – представился он и пододвинул для Даши стул рядом с собой. Алина и Ян сели напротив. Алинуся бегло оглядела Свейна и незаметно одобрительно подмигнула Даше. Свейн был поразительно похож на молодого Брэдли Купера[12]12
  Брэдли Купер – американский актер, продюсер и режиссер.


[Закрыть]. Высокий, спортивный, со смеющимися голубыми глазами на загорелом лице и обезоруживающей обаятельной улыбкой, он понравился Даше.

– Что будем заказывать? – спросил Ян и положил перед девушками меню. – Мы, пока вас ждали, выпили по кружке пива.

– Я тоже хочу, – сказала Алина.

– А ты? – обратился к Даше Свейн.

– Я – за.

– Что еще?

– Пока только пиво.

Свейн заказал пиво и легкую закуску.

– Чем вы занимались в эти дни? – спросил Ян.

– Осматривали город, собирали материал для Дашиного журнала, – ответила Алина.

– Серьезно? У тебя есть журнал? – удивился Свейн.

– Она – главный редактор, – ответила за подругу Алина.

– Здорово! Не подумал бы. Ты такая молодая и уже редактор.

– А я пишу для Дашиного журнала. Так что мы с ней не только подруги, но и коллеги. Точнее, она моя начальница.

– Тебе повезло с начальницей, – улыбнулся Свейн.

– Это точно. Даша – классная шефиня.

– А ты чем занимаешься? – спросила Даша Свейна.

– Гораздо более скучным делом. Я юрист.

– О, должно быть, это очень востребованная профессия в Стокгольме.

– Почему? Напротив, юристов развелось так много, что мы наступаем на пятки друг другу.

– Юристов много, а преступность высокая? – вставила Алинуся.

– Я корпоративный юрист, – улыбнулся Свейн и протянул Даше и Алине визитки. – Хотя уровень преступности действительно вырос. Особенно в последние годы. Криминальные разборки, контрабанда оружия и наркотиков.

– Не только. У вас здесь направо и налево убивают приезжих девушек.

– Не преувеличивай. Хотя, к сожалению, было и такое. Об этом много писали. Но не только приезжих.

– Ты о Лене Петерссон? – спросила Даша.

– Вы слышали об этом деле?

– Конечно, мы были знакомы с Петерссон. И с Бергом немного.

– Я вижу, у вас была насыщенная рабочая неделя, – заметил Свейн.

– Это тот самый Берг, из-за которого арестовали Магнелла? – поинтересовался Ян.

– Да, но его, кажется, уже отпустили.

– Магнелл? Вы с ним знакомы? – сделала удивленное лицо Алина.

– Конечно. Мы, члены одного яхт-клуба, – ответил Свейн. – Эрик – неплохой парень.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спросила Даша, еще раз удивившись, насколько тесен Стокгольм.

– Магнелл – отличный адвокат. Если бы даже он захотел с кем-нибудь разделаться, то сделал бы это умно, не прибегая к насилию, и тем более так тупо не подставился бы.

– Кто же тогда мог убить Лену и Берга?

– Я думаю, это связано с бизнесом. Убийства происходят, как правило, там, где есть деньги.

– А что насчет женщин?

– Насчет женщин всегда трудно сказать что-то определенное, – шутливо сказал Ян. – Только не сгущайте краски, когда будете писать о местной преступности в журнале, а то к нам перестанут приезжать красивые девушки.

– Девушкам у вас действительно небезопасно. Меня ведь тоже кто-то пытался похитить, – призналась Алина.

– Неужели? Расскажи, – заинтересовался Свейн.

– Я стояла на набережной, сзади кто-то напал, сунул тряпку со снотворным в лицо и запихнул меня в багажник старой машины. По дороге я оклемалась, открыла багажник и убежала.

– Вот это да, – озадаченно сказал Ян. – Ты мне в прошлый раз не рассказывала об этом.

– Ты подала заявление в полицию? – спросил Свейн.

– Подала, а что толку? Полиция так и не нашла похитителя. Хотя, может быть, они и не ищут вовсе. У них и без меня сейчас много проблем.

– Уверен, они делают все возможное. Просто если машину не зафиксировали уличные камеры, то найти преступника будет очень сложно. Ведь это может быть кто угодно. Даже незнакомый тебе человек.

– А чем занимается ваша фирма? – спросила Даша, разглядывая визитку Свейна. – Руководитель правового департамента High tech corporation, – прочитала она название фирмы и должность Свейна.

– Мы занимаемся внедрением и распространением новейших технологий в области медицины и здравоохранения, – пояснил Свейн. – Мой департамент готовит договоры с поставщиками, клиентами. Обеспечивает правовое сопровождение сделок. Одним словом, рутина, – скромно пояснил швед.

В зале зазвучала живая музыка. Играли джаз. Разговор о преступности сменился обсуждением местных заведений, музыки, искусства, новых фильмов. Свейн оказался эрудированным человеком. Даша не заметила, как застольная беседа перешла в диалог между ней и Свейном.

– Ну что, голубки, – прервал их беседу Ян. – Может быть, прогуляемся?

Они вышли из бара и направились вдоль набережной. Алина и Ян ушли вперед, а Даша и Свейн отстали и шли медленно. От воды веяло прохладой. Даша зябко поежилась. Свейн накинул ей на плечи куртку и обнял. Его лицо приблизилось к Дашиному. На мгновение он замер, чтобы почувствовать реакцию девушки, и, не встретив сопротивления, нежно коснулся губами ее лба, щек и губ. Голова Даши закружилась от его близости. Свейн мягко прижал девушку к себе и зарылся лицом в ее густые волосы, вдыхая их аромат.

Не говоря ни слова, они двинулись дальше, часто останавливаясь, чтобы поцеловаться. У отеля он вопросительно посмотрел на девушку.

– Идем, – тихо сказал Даша. Они поднялись в ее номер. Не отходя от двери, глубоко дыша от возбуждения, Свейн принялся целовать Дашино лицо, шею. Он расстегнул молнию на ее платье, и легкая ткань соскользнула на пол. Мужчина поднял Дашу на руки и отнес на кровать. Девушка почувствовала, как его губы двигаются по ее груди, животу, опускаются к бедрам. Даша глубоко вздохнула, ощущая, как ее охватывает блаженство.