Текст книги "Солёная Ириска (СИ)"
Автор книги: Марика Май
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)
Глава 17
Это чувство приходит во сне. Это то, с чем любой человек проживает каждый свой день и час, но не обращает никакого внимания на незримого хранителя души и тела. Только во время тяжелой болезни, в минуты смертельной опасности это чувство остро проявляет себя – желание жить. Оно наполняет каждую клетку тела, каждый уголок сознания. Это не просто инстинкт самосохранения, это – человеческая воля.
Еще сквозь сон, осознаю, кто находится рядом со мной, чувствую тепло его тела на плече, бедре. На губах… Просыпаюсь от сладкого, тягучего поцелуя.
– Прости, что разбудил, – шепчет Сережа. – Не смог удержаться. Ты такая красивая…
Я тянусь к нему, возобновляя поцелуй. Руки ложатся на его обнаженные плечи. Гладкие, крепкие, горячие. Скольжу по ним, спускаюсь на грудь. Невыразимое блаженство чувствовать сильное мужское тело.
Сережины руки зарываются в мои волосы, теплые губы становятся настойчивее, спускаются к шее, ключицам, где кожа моментально становится горячей, снова возвращаются вверх к губам.
Сережа целует страстно, жадно, и я с жаром отвечаю ему. Проводит языком по моим губам, раздвигает и резко врывается в рот. В животе ухает, между ног загорается дрожащее пламя. Судорожно хватаюсь за напряженные плечи, вжимаюсь всем телом в мужчину, которого желаю.
Хочу его прямо сейчас и плевать, что будет потом.
Он снимает с меня футболку, только сейчас понимаю, что всю ночь проспала в лифчике. Сережа проходится легкими мелкими поцелуями по плечам, ключицам, ведет языком по груди рядом с верхним краем чашек бюстгальтера и ныряет в ямку между ними. Обжигает горячим дыханием нежную кожу.
Хочу быть еще ближе к нему – тело к телу, безо всяких преград.
Завожу руки за спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Сережа спускает с плеч лямки, отбрасывает его прочь.
Освобожденная грудь приковывает мужской взгляд. Плоские обычно соски приподнялись и затвердели. Они уже ноют, выпрашивая сильных, даже грубых прикосновений. Но, как истинный садист, он не торопится приближать желанную разрядку. Медленно обводит пальцем вокруг одного холмика, второго. То же проделывает кончиком языка. Кажется, проходит целая вечность до того, как обе мои груди оказываются в его ладонях. Большие пальцы, будто случайно, задевают соски. Из груди вырывается сдавленный стон.
Сережины руки скользят по животу и бедрам. Губы прихватывают изнывающие соски, и перед глазами все плывет.
Между ног пульсирует. Дрожь нетерпения разливается по всему телу.
Сережа поднимает глаза. Ловит мой полный дикого желания взгляд и решает прекратить пытку.
Одним движением стягивает мои трусики и тут же избавляется от своих.
Тянется к стоящему у кровати стулу.
– Ч-чёрт! – вдруг цедит сквозь зубы.
– Что?
– Презервативы в других брюках остались. Вчера надел то, что под руку попалось. У тебя есть?
Тщетно пытаюсь вынырнуть из густого тумана желания. Если и есть, то, возможно, уже просроченные. Да и сообразить, где они лежат, сейчас никак не получается.
– Все в порядке, у меня безопасные дни, – шепчу я.
Важно только то, что происходит здесь и сейчас. Словно мы находимся на самом краю времени, а дальше – пропасть, будущего нет.
Сережа рывком возвращается на кровать, нависает надо мной, смотрит в лицо, а я вижу, как у него в глазах пляшет бешеный огонь.
– Уверена?
Я киваю – в горле пересохло, дыхания не хватает, чтобы сказать еще хоть слово.
Хочу принадлежать этому мужчине.
Бесстыдно раздвигаю бедра. Притягиваю его к себе.
Чувствую, как головка члена упирается в мои мокрые складки. Подаюсь навстречу, прогибаюсь, и она скользит внутрь меня. Совсем неглубоко. А мне нужно больше, нужен весь он. Давлю на крепкие плечи. Ну же… Безумно медленно он продвигается глубже и, наконец, заполняет до предела, до краев, каждый миллиметр внутреннего пространства.
Выпадаю из реальности. Отрываюсь от земли, зависаю где-то в невесомости.
Единственное, что ощущаю – покачивающие меня ритмичные толчки. Вперед – назад, тик-так – раскачиваются наши сплетенные тела. Словно огромный маятник. Время идет вперед, нам двоим предоставлен шанс жить дальше.
Пламя, разгоревшееся между ног, разливается, охватывает все тело. Каждая клетка дрожит, горит, накаляется.
Подобно заряду праздничного салюта я взлетаю в небо, замираю там и осыпаюсь звездным дождем.
Когда опускаюсь на землю, чувствую, как мужская плоть покидает меня, и по животу разливается теплая жидкость.
Вернуться в реальность получается не сразу. Нирвана очень медленно отступает. Пространство вокруг не спеша наполняется красками, звуками, запахами. Сережа легко поглаживает мои плечи и руки, живот и бедра.
– Если тебя это беспокоит, я проверялся недавно, – шепчет он мне на ухо. – И без резинки себе не позволяю…Никогда.
Я слегка киваю. Мысли расфокусированы, слышу, понимаю, но не реагирую. Спохватившись через пару минут, запоздало говорю:
– Я тоже.
– Что тоже? – переспрашивает Сережа. Его, кажется, забавляет мой расслабленный вид.
– Тоже проверялась и тоже не позволяю, – шепчу я смущенно и зарываюсь носом ему под мышку.
Он смеется и выдыхает мне в волосы:
– Ириска моя!
Меня аж подбрасывает на кровати.
– Как ты сказал?
– Ты пахнешь сладко. Как ириска. Иришка – Ириска…
– Это имя моя племянница придумала. Только она меня так зовет.
– И я буду. Можно? – и тут же накрывает мой рот поцелуем, так что возразить все равно нет никакой возможности.
Сережа уходит в душ, а я блаженно потягиваюсь в кровати, улыбаюсь. Я провела ночь, в смысле утро, с классным мужчиной, и мне понравилось. Очень.
Стараюсь не думать о том, что привело нас в одну постель. Как ни жестоко это звучит, у каждого своя судьба, а жизнь продолжается. Благодаря моему странному дежавю, мы оба живы. И это очень необычное ощущение – получить бонус в виде дополнительного времени на этом свете.
Мысль об экстренной контрацепции как приходит, так и уходит. Не хочется смущать гормональный фон таблетками. У меня и без этого организм работает не как часы. Месячные только вчера закончились, а цикл у меня длинный. Да что уж там, многие пары годами так предохраняются и считают прерванный половой акт надежным средством.
Сережа возвращается из душа.
– Я похозяйничаю, ты не против? – указывает он рукой в сторону кухни.
Мне тоже нужно вставать. Когда, выйдя из ванной, я захожу на кухню, оказываюсь приятно удивлена: мужчина жарит яичницу, а стол уже накрыт.
После завтрака Сережа предлагает прогуляться.
Мы выходим из дома, идем за ручку. Непривычное ощущение. Теплая крепкая рука сжимает мою ладонь, и меня наполняют спокойствие и уверенность. Ужас вчерашнего вечера кажется отдаленным потускневшим воспоминанием. На улице тепло и солнечно, и мы решаем отправиться в парк. Он минутах в пятнадцати ходьбы. Там тень, высокие клены шуршат листвой, дышится легко, как за городом. Мы идем по аллеям, сворачиваем на грунтовые тропинки к маленьким фонтанчикам. Посидев на скамейке с мороженым, снова прогуливаемся. Разговор перескакивает с одной темы на другую. О чем говорить – совсем неважно. С ним – о чем угодно, мне просто приятно слушать его голос. Его тембр вызывает во мне какую-то вибрацию, волнение. Интонация заставляет вслушиваться в сложную для восприятия, далекую от сферы моих интересов и познаний информацию. Что-то об обслуживании автомобиля, о запчастях. Зачем он мне это рассказывает? Ведь понимает, что я не в теме. Заметил, что я в его власти, под гипнотическим воздействием его голоса? Может быть, он умеет колдовать, и превратит меня из лягушки со скользкой кожей и холодным сердцем в прекрасную принцессу?
Из парка мы входим через добрых полтора часа, и я начинаю испытывать некоторые неприятные ощущения. Какого черта я надела новые босоножки? Знала ведь, что прогулка будет длинной.
Сережа замечает, что я прихрамываю, выясняет, в чем дело, и говорит, что нужно купить лейкопластырь.
Мы заходим в удачно попавшуюся на пути аптеку. Сережа просит у провизора бактерицидный пластырь и …презервативы. Я краснею, причем, не только от того, что стою рядом, и использование этих изделий, очевидно, будет происходить при моем непосредственном участии, но и от того, что мой мужчина делает заказ без тени смущения.
Игорь, бывший муж, самостоятельно занимался этим вопросом. После развода я сама пару раз в жизни покупала презервативы на всякий случай, для подстраховки, но делала это втихаря в супермаркете на кассе самообслуживания. Я опускаю глаза в пол, как девственная монашка. Ощущение такое, как будто мою интимную тайну огласили на главной городской площади.
Почему рядом с этим парнем все грани жизни становятся острее?
Выйдя из аптеки, Сережа усаживает меня на скамейку и ловко заклеивает пострадавшую ногу.
Бредем по улице не спеша, и также неторопливо беседуем.
В какой-то момент я осознаю, что Сережа не спрашивает о моих планах на день. Уверенно шагает ко мне домой. А что произойдет там?.. От ожидания того, что будет дальше, мурашки галопом разбегаются по телу, моя ладонь подрагивает в его руке. Он рассказывает длинную историю об университетском приятеле, а я теряю нить повествования. Все внутри замирает от сладкого предчувствия.
Едва за нами закрывается входная дверь квартиры, Сережа набрасывается на меня, как голодный хищник. Нежный и ласковый дикий зверь.
Глава 18
А он предусмотрительный! Купил не одну пачку презервативов…
Воскресным утром после легкого завтрака варю кофе, а Сережка подкрадывается ко мне сзади, обхватывает за плечи.
Я верещу:
– Не могу больше, у меня все болит…
Он раскатисто смеется.
– Вообще-то я ничего такого не замышлял. Наоборот, хотел предложить выбраться из дома. Мне нужно по одному делу, прокатишься со мной?
– Куда?
– Там увидишь. Только у меня условие – не перечь мне, пожалуйста.
– Поди туда – не знаю куда, сделай то – не знаю что, – возмущаюсь я.
– Нет, как раз делать тебе ничего не нужно. Просто не ершись и немного меня подожди.
Не нравятся мне такие условия. Но вопросов больше не задаю и «не ершусь».
Спускаемся, садимся в припаркованный во дворе автомобиль. Минут через двадцать езды, сегодня Сережа ведет машину неторопливо, даже расслабленно, мы подъезжаем к больничным корпусам. Я ерзаю на сиденье:
– Может объяснишь мне куда и зачем тебе нужно?
Сережа утвердительно кивает, но сначала паркует машину на стоянке и выключает зажигание.
– Хочу сдать кровь.
– На анализ? – удивляюсь я.
– Нет, донорскую. В понедельник это пол рабочего дня займет. А сегодня, я узнавал, станция переливания крови вне графика открылась. Погуляешь тут? Час максимум, я думаю.
Вот я тупая! После теракта столько пострадавших, и так нужна донорская кровь!
– Я с тобой!
– Нет! И я просил мне не возражать.
– Но я тоже хочу…
– Нет, я сказал!
Сережка разворачивается ко мне всем корпусом, сгребает мои руки в свои и говорит уже мягче:
– Не надо. Вот скажи, сколько ты весишь?
– Сорок восемь килограммов, – я не задумываясь выпаливаю минимальное число, которое весы показывали мне за последние лет пять.
– Вот видишь! А вес донора должен быть не меньше пятидесяти килограммов.
– Да я не подумав ляпнула, – иду на попятную. – Во мне наверняка больше пятидесяти.
– Ну давай еще весы попросим, – недовольно говорит Сережа. – Конечно больше с такими колодками на ногах, – кивает на мои босоножки на толстой платформе.
– Я же просил тебя не перечить, – продолжает он. – Мужчинам даже полезно сдавать кровь, а у женщин она и так обновляется каждый месяц.
Я открываю рот, чтобы продолжить диалог, но Сергей меня опережает.
– Пожалуйста, не заставляй меня жалеть, что я приехал сюда с тобой.
Он считает, что разговор окончен, выходит из машины, обходит ее и открывает мне дверцу.
Но я не могу так просто сдаться, пытаюсь зацепиться хоть за что-нибудь.
– А это ничего, что ты…что мы сексом занимались?
Он несколько секунд размышляет.
– Я думаю, умеренная физическая нагрузка донорству не мешает. Но я, конечно, сообщу врачам – когда и сколько раз, – заявляет Сережа.
Отлично! Давай теперь объявим всем, что последние сутки трахались, как кролики! Может еще расскажем, в каких позах?
Он ловит мой оторопелый взгляд и покатывается со смеху. Никак не могу привыкнуть к тому, что этот парень вечно обводит меня (меня!) вокруг пальца!
Сережа доходит со мной до больничного скверика, коротко целует в висок и быстро направляется к корпусу.
Прохаживаюсь по дорожкам, потом сажусь на скамейку, наблюдаю за гуляющими в скверике пациентами. Одного я не могу понять: почему я ему подчинилась, не настояла на своем? Теоретически и с весом меня могут завернуть, и гемоглобин наверняка низкий – это моя вечная проблема. И медицинских процедур боюсь, как огня. Но ведь я была готова и отступила под его напором. Конечно, можно и завтра сюда приехать. Из чистого упрямства. Сереже наперекор. Но это уже ничего не решит – сегодня я уступила. Понять бы, почему? Да, я в него влюблена. Да, переспала с ним, но он не единственный мужчина в моей жизни. Кто он мне, чтобы я позволяла собой командовать?
Не найдя ответов на свои вопросы, я достаю смартфон и погружаюсь в недра интернета. Полтора часа ожидания мне не в тягость. Сережа подходит незаметно.
– Прости, не ожидал, что все так затянется – я оказался далеко не единственным, кто приехал в выходной.
Он целует меня, теперь уже в щеку, и объявляет:
– Поехали в ресторан, есть ужасно хочется.
– А тебя там не покормили? – спрашиваю я.
– Чай «Принцесса Нури» и печеньки? Ты смеешься? Я быка готов проглотить!
Глава 19
Со вторника на среду Сережа остается у меня, а вечером в пятницу везет к себе домой.
Его квартира уютная, в светлых тонах, стиль похож на скандинавский, но теплее, солнечнее. Огромная даже по сравнению с просторной сталинкой родителей – целых сто тридцать квадратных метров. Планировка свободная, кухня, гостиная, кабинет плавно перетекают друг в друга, но спальня и еще две отдельные комнаты имеются. Показывая мне квартиру, Сережа вскользь говорит, что строил ее для семьи. Собственной.
«Ага, для семьи, конечно, – думаю я, нежась субботним утром на комфортном сексодроме посреди спальни. – Интересно, сколько девиц уже здесь побывало?»
Вот так, наверное, и начинается психическое расстройство: я ревную не Сережу, а его кровать.
День сегодня жаркий, и Сережа везет меня купаться в «тайное место». Небольшое озеро, окруженное сосновым бором, теплое и на редкость чистое. О Сережиной «тайне» знают еще как минимум три сотни человек, но нельзя сказать, что на берегу, как в Сочи или Анапе, яблоку негде упасть. Мне так вообще удивительно, что в нескольких десятках километров от мегаполиса сохранилось такое чудо природы.
К вечеру заметно холодает, и от заката до рассвета мы согреваемся в страстных объятиях.
Воскресным утром устраиваем кулинарный поединок: Сережа жарит блинчики, а я сырники. Объективно я, конечно, проигрываю. У каждой плиты свои нюансы, которые узнаешь не сразу. У Серёжи есть опыт, это заметно. Дегустируем, у кого вкуснее получилось. Достаем сметану, варенье, мед, пачкаемся во всем этом, липнем сладкими руками к скатерти, к посуде, хохочем. Соглашаемся на ничью и, пожимая руки, приклеиваемся друг к другу.
Моя квартира кажется Сереже непривычно тесной, и все следующие свидания проходят на его территории.
Планы на ближайшие выходные корректируем в соответствии с погодными условиями. Оба дня льет дождь, и большую часть времени мы проводим дома за просмотром фильмов, лишь субботним вечером выбираемся в театр на гастрольный спектакль.
С понедельника у меня начинается отпуск – целых четыре недели. Конкретных планов нет. Ни с одной из подруг сговориться не получилось, а одна я ездить отдыхать не очень люблю. Мне не скучно, но хочется делить эмоции не со случайными знакомыми, а с близким проверенным человеком. Пока я дожидалась Сережу из командировки, пыталась подобрать путевку по душе, но так и не нашла. Решила, что возьму горячий тур. А сейчас мне и вовсе не хочется никуда уезжать. С Сережей мы договариваемся, что он работает в понедельник и среду допоздна, а во вторник и четверг освобождается пораньше, чтобы провести время со мной. В выходные мы опять не разлучаемся. Даже немного смущает, что он уделяет мне все свое свободное время.
На следующей неделе все идет тем же порядком, но вечер четверга начинается нетрадиционно. Сережа не тащит меня в постель, едва я появляюсь на пороге его квартиры, а усаживает на диван и задает вопрос:
– Ты ведь будешь отдыхать еще больше двух недель? А планов никаких? Я собираюсь взять отпуск на неделю. Поедешь со мной к морю?
– Длинный отпуск начальство не может себе позволить? – ехидничаю я.
– Может, но не в это время, – туманно отвечает он. – Если вылетим в пятницу вечером или в субботу рано утром, у нас будет девять дней.
Не наблюдая признаков сопротивления, Сергей сразу идет в атаку:
– Паспорт у тебя с собой?
Хочется пошутить про ЗАГС, но вовремя себя одергиваю. Фото страниц паспорта у меня в смартфоне.
Сережа садится за компьютер, продолжая рассуждать:
– Не хочется ехать далеко, на перелет уйдет много времени и сил. До нашего юга можно добраться и на машине, но это почти сутки в один конец, и ты говорила, что не очень хорошо переносишь поездки. А в Крыму ты была?
– В Евпатории. Давно, с родителями.
– Евпатория – чудесное место за исключением того, что там смертельно скучно. Так ты не имеешь ничего против Крыма?
В окошке раскрытого на компьютере сайта Сережа вбивает «Симферополь»*, и на экране появляется множество строчек.
Билетов ни на вечер пятницы, ни на раннее утро субботы нет никаких. Ни в экономе, ни в бизнес-классе. Самый ранний рейс в одиннадцать утра. И билеты только в бизнес-класс, дорогие.
Сережа достает свой паспорт, банковскую карту и начинает оформление.
– А как же отель? – робко подаю я голос. Это мой последний шанс затормозить этот бешеный экспресс.
– Уже забронировал, – бросает Сережа, не отрывая глаз от экрана.
Отлично, то есть вопросы «Хочешь ли поехать?», «Ты не против?» – всего лишь маскарад. И вряд ли забронированный отель будет скромнее четырех звезд. В моей голове щелкает калькулятор. Ну, допустим, этот отпуск я переживу, но после него придется садиться на строгую диету.
Пока Сережа вводит данные своей банковской карты, я запоминаю сумму за билет и вполголоса спрашиваю:
– Тебе можно скинуть деньги по номеру телефона?
Сережа поворачивает голову и несколько секунд не может понять, о чем я говорю. Потом его лицо темнеет и откровенно меня пугает.
– Прекратить! – рявкает он, как какой-нибудь сержант на плацу, и хлопает ладонью по столу.
Глядя на выражение моего лица, продолжает тихо, но твердо:
– Ты считаешь, я не в состоянии свозить свою девушку на море?
Ну, если свою девушку, тогда оно конечно.
Больше не произношу ни звука, потому что очень занята: беседую со своей совестью.
«Очень хочу поехать с ним на море, можно?»
«Разве кто-то возражает?»
«Я могу себе позволить отдохнуть за его счет?»
«Нет, он тебе не муж, и, слава богу, не спонсор!»
«Он гораздо богаче меня. То, что для меня – целое состояние, для него незначительные траты!»
«И что это меняет?»
«Но он назвал меня своей девушкой!»
«А ты его девушка? Вот новость!»
«А разве нет? Мы близки, нам хорошо друг с другом. Почему мне не быть его девушкой?»
«По кочану!»
«Да! Я его девушка!»
«Девушка облегченного поведения…»
«Да заткнись ты!»
_________________________________
* в настоящее время (на начало июня 2024 года) аэропорт Симферополя закрыт, но автор надеется, что в самое ближайшее время ситуация изменится.
Глава 20
В пятницу с самого утра начинаю собирать чемодан. Раз уж мне обломился шикарный, а похоже на то, да еще и халявный отпуск, хочется ничего не забыть, все предусмотреть и отдохнуть на полную катушку. И тут я понимаю, что не предусмотрела самого главного: я лечу к морю навстречу красным дням календаря! По-хорошему, они уже должны были начаться.
А были другие варианты? Пожалуй, что нет. Значит придется смириться, и тампоны мне в помощь.
Родителям не решаюсь рассказывать, что отправляюсь на юг с парнем, о котором они даже не слышали. А когда мама растерянно спрашивает: «Ты едешь одна?» – вру, что с подружкой.
Свете же выкладываю все как на духу: как ты и завещала, познакомилась с парнем на «Мамбе», теперь еду с ним к морю. Но Светка неожиданно включает строгую и подозрительную старшую сестру:
– Сколько вы знакомы?
– Больше двух месяцев, просто родителям пока говорить не хочу. Не рассказывай, ладно?
– Не рассказывай… А кто потом тебя из рабства вытаскивать будет?
– Свет, ну ты чего, – корю я ее за подозрительность. – Я даже не в Турцию еду, остаюсь в своей родной стране.
– Что ты о нем знаешь?
– Где работает, где живет.
– Квартира может быть съемной. Прописку смотрела?
– Ты придуриваешься?
– Что еще ты о нем знаешь?
– Пароль банковской карты, – думаю, такой аргумент должен сразить сестру наповал.
– Дебетовой или кредитной?
– Иди в пень!
– Это и есть пароль?
Света прикалывается? Это что-то новенькое! Света и юмор несовместимы!
– Что это с тобой? Шутишь едва ли не впервые в жизни.
– Могу себе позволить, когда захочу, – гордо заявляет сестра.
Путешествие начинается, как водится, с непредвиденного. На подъезде к аэропорту плотная пробка, в которой приходится немного понервничать. Сдав багаж, и пройдя неблизкий путь по коридорам и залам, находим нужный выход на летное поле. С полчаса топчемся в ожидании автобусов, а потом нас просят вернуться в залы зоны вылета. С самолетом какая-то техническая проблема, вылет откладывают на час, потом еще на час, потом и вовсе на неопределенное время.
– Прямо как твоя командировка месяц назад: подождите чуть-чуть, и еще чуть-чуть, – ворчу я.
А зря ворчу, только подливаю масла в огонь. Сережа взрывается, возмущенно твердит, что на машине за это время мы бы уже проехали полпути. Мне приходится долго его успокаивать и уверять, что с ним мне так же хорошо в аэропортовском кресле среди чужой ручной клади и орущих над ухом детей, как и в шикарном отеле на берегу теплого моря. Чистая правда.
Наконец, мы вместе с двумя сотнями измочаленных пассажиров загружаемся в брюхо аэробуса. Стюардесса заученно вещает, что в полете нам будет предложен легкий завтрак. Судя по времени на часах, он больше походит на поздний обед или ранний ужин.
В отель мы приезжаем ближе к восьми вечера, хорошо еще, что в Симферополе нас ждала заранее арендованная машина.
От отеля я в культурном шоке. Не думала, что у нас в Крыму есть подобные. Ухоженная территория, спа на любой вкус, большие бассейны. На шведском столе все что душе угодно: от наваристых супов и пончиков до постных блюд и безглютеновых сладостей. Двухкомнатный номер красивый и просторный, а вид из него на море заставляет меня замереть на добрых полчаса.
Утром мы наслаждаемся солнцем и морем. Сережа делает несколько заплывов до буйков, я предпочитаю плескаться недалеко от берега.
По возвращении в номер прохожу в спальню, чтобы достать чистое белье. Сережа обнимает меня и заваливает на кровать.
– Сначала в душ, – пищу я.
– Хочу прямо сейчас!
Сопротивление бесполезно. Сережа впивается поцелуем в мой рот, его руки гладят и одновременно щекочут. Я смеюсь, извиваюсь, наконец, расслабляюсь и подставляю тело для новых ласк. Он снимает с меня сарафан, стягивает влажный купальник.
Новый поцелуй глубже и острее. Сильные мужские руки блуждают по моему телу: то страстно сминают, то нежно разглаживают.
Дыхание учащается, по телу разливается будоражащее тепло. Соски встали дыбом и теперь поочередно попадают в сладкий плен влажного рта. Изнемогаю от желания.
Горячий язык скользит вниз по моему телу, слизывая с кожи морскую соль, руки широко разводят бедра. Когда он добирается до жаждущего ласк лона внутри скручивается тугой узел.
Не могу и не хочу сдерживать стоны.
– Ты моя соленая Ириска… Интересно, такие бывают?
– Это как соленая карамель? – с улыбкой отзываюсь я.
Звук его голоса только усиливает возбуждение. Тоже хочу попробовать его тело на вкус. Там, где еще не решалась…
Как томимый жаждой путник, хочу испить его. До дна.
Целую плечи, грудь, живот. Сползаю вниз к бедрам, туда, где призывно подрагивает внушительных размеров напряженный член. Сережа внимательно следит за моими перемещениями, не возражает. Я осторожно касаюсь губами твердой плоти, провожу языком от основания к головке. Чувствую горьковато-соленый вкус моря и пряный его собственный. Целую, облизываю и посасываю. Обхватываю ртом, оказывается, это страшно возбуждает. Знаю, что мои движения неумелые, действую интуитивно и, кажется, не всегда угадываю. Немного пугаюсь, когда Сережа издает низкий хриплый стон. Одним рывком он заваливает меня на спину, перехватывает запястья и поднимает их к изголовью кровати.
– Не могу больше… С ума меня свела! – рычит мне в волосы.
Он резко, почти болезненно врезается в меня и замирает, едва удерживаясь на самом краю своего безумия. А я наслаждаюсь острым ощущением наполненности. Это едва ли не важнее и приятнее оргазма: мы не просто рядом, мы – одно целое.
Сережа начинает двигаться. Сначала медленно, потом все быстрее и сильнее. Раскачивает меня, как порывистый ветер тонкое деревце. Пошевелиться самой невозможно: кисти рук крепко фиксирует за головой его левая рука, тело вдавлено в матрас, все что могу сделать: охватываю ногами его бедра, прижимаюсь плотнее. Немыслимое удовольствие: чувствовать на себе вес его тела, быть в его власти. Я так долго делала вид, что мне хорошо одной, так долго бежала от самой себя. И, к счастью, судьба бросила меня в объятия этого мужчины и, пусть не с первого раза, а спустя целый год, я в них осталась.
Нестерпимо жарко под его горячим телом. Мы оба мокрые, будто только что влезли из воды. Каждая клетка гудит и вибрирует, доведенная до точки кипения. Словно по горному серпантину поднимаюсь все выше и выше к пику наслаждения, замираю там на несколько запредельно сладких секунд и падаю в бездну, прихватив Сережу с собой. Отдаленно слышу, как наши стоны сливаются в один.
Мы долго лежим, смакуя послевкусие близости. Мне кажется, я согласилась бы провести так всю оставшуюся жизнь: лежать, прижавшись щекой к его плечу, обвивать его бедра ногами, перебирать короткие волоски на широкой груди.
Нет никакого желания подниматься и куда-то идти, но после плавания и других физических упражнений зверски хочется есть. Сережа еще вчера выяснил, что у меня вот-вот придут месячные и не стал стеснять себя латексным изделием. Теперь хотелось бы ничего не испачкать.
Осторожно сползаю с постели, принимаю позу футболиста в стенке и мелкими шажочками семеню к ванной, как японка в узком кимоно и деревянных сандалиях-гэта. За спиной раздается взрыв хохота.
С этим парнем всегда так: страсть и смех странным образом все время идут под руку.
Приняв душ и одевшись, выходим из номера, чтобы спуститься на первый этаж в ресторан. В переполненном лифте Сережа в полный голос объявляет мне:
– Испытания на суше прошли успешно. Следующие проведемв воде.
Не знаю, как реагировать на этого мужчину.
С Сережиной энергией и организаторскими способностями мы успеваем все. Во время пляжного отдыха я всегда подолгу релаксировала в шезлонге, лишь изредка окунаясь в воду. Сейчас все наоборот. Сережа постоянно тащит меня купаться и отпускает на сушу лишь согреться и немного перевести дух.
Запланированная им экскурсионная программа для нашего короткого отпуска весьма обширная. Впервые в жизни спускаюсь в пещеры, у Сережи подобный опыт уже есть. Совершаем морскую прогулку к замку «Ласточкино гнездо». До тяжести в ногах бродим по аллеям Никитского ботанического сада, вдыхая ароматы экзотических южных цветов. На Ай Петри на головокружительной высоте над пропастью у меня подгибаются коленки, сердце уходит в пятки. Судорожно цепляюсь за Сережу, а он, разумеется, не упускает случая припомнить:
– Кто-то говорил, что любит ощущение полета…
По его заявлению, я не успеваю увидеть и сотой доли красот Крыма, но на все просто не хватает времени.
И, к счастью, в отеле хорошая шумоизоляция – соседи не жалуются, что мы мешаем им спать.
В одну из ночей мы отходим по берегу подальше от нашего пляжа, на котором даже в это время дежурят спасатели, и купаемся голышом. Вода теплее воздуха. Тихо, ни звука, кроме мерного шелеста волн. В необъятном ясном небе горят мириады звезд. Ласки в воде дарят необычные ощущения. А то, что мы можем быть застигнуты за любовной игрой, делает наслаждение острее.
Излишне говорить, что это лучший отпуск в моей жизни.
Девять неполных дней проносятся, как один миг.
