Текст книги "Лилит: Клятва на крови (СИ)"

Автор книги: Мара Вран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

А затем началось сновидение. Или видение.

Лилит стояла на краю черного, непроглядного леса, окружавшего территорию дома. Все вокруг было покрыто густым молочным туманом, и сквозь него, бесшумно расступаясь, выходили фигуры. Длинные черные мантии развевались на несуществующем ветру, а лица закрывали серебряные, хищные маски, застывшие в жутких гримасах. Пожиратели Смерти. Они шли цепочкой, окружая «Нору» кольцом.

Но один из них остановился. На нем не было классической маски – лишь глубокий капюшон, скрывающий верхнюю часть лица. И в этой тьме ярко, почти фосфоресцирующе горели его глаза. Серые. Враждебные, яркие и прозрачные, словно застывший лед.

Этот взгляд прожигал Лилит насквозь. Он казался ей до дикости знакомым, вызывая внутри волну лихорадочного страха и смутного узнавания. Почему именно эти глаза? Где она могла видеть этот ледяной, высокомерный блеск? Ответа не было – лишь леденящий душу холод, растекавшийся по венам.

Фигура в капюшоне медленно подняла палочку и направила её прямо на Лилит. Серые, ледяные глаза сверкнули из-под ткани с нечеловеческой жестокостью.

Лилит вырвало из сна резко, словно от удара под дых. Она подскочила на кровати в холодном поту, сжав грудь руками и жадно глотая раскаленный воздух.

Вокруг царил абсолютный…первобытный хаос.

Глава 5: Пепел на фарфоре

За полчаса до того, как голодное пламя вгрызлось в соломенную крышу «Норы», Сириус Блэк резко открыл глаза.

Он не проснулся от шума. Наоборот – его вырвало из сна нечто гораздо более страшное. Его звериное чутье, выкованное годами в ледяном аду Азкабана и паранойей Первой магической войны, вопило об опасности с такой силой, что по спине покатился холодный пот.

Сириус бесшумно сбросил колючий плед, скатился с узкой кушетки и, перехватив палочку поудобнее, скользнул к кухонному окну.

Улица была мертва.

Обычно ночной двор Уизли дышал жизнью: в высокой траве беззаботно и громко трещали сверчки, ветер гонял сухие листья, а у покосившейся ограды вечно копошились неугомонные садовые гномы. Но сейчас воздух за мутным стеклом казался отлитым из свинца. Ни единого звука. Ни шороха. Старая, добрая магия дома словно забилась в угол и затихла, придавленная тяжелой, звенящей пустотой.

– Завеса абсолютного глушения… – одними губами прошептал Сириус. Пальцы до хруста сжали древревко палочки.

Враг не просто подошел к границам. Он методично и хладнокровно накрыл «Нору» куполом вакуума, превращая дом в мышеловку, чтобы перерезать всех прямо в постелях.

Блэк вскинул руку, чтобы выпустить Патронуса и поднять дом на ноги, но не успел.

Ночь за окном взорвалась.

Защитный барьер «Норы» не просто пал – его разорвало на куски с оглушительным, тошнотворным треском, похожим на звук ломающихся костей гиганта. Ослепительная фиолетовая вспышка выжгла сетчатку, и в ту же секунду на дом обрушился град зажигательных проклятий. Верхние этажи содрогнулись, соломенная крыша вспыхнула мгновенно, как сухой порох, озаряя двор жутким оранжевым светом.

– ТРЕВОГА! ПОЖИРАТЕЛИ! ОНИ ЗДЕСЬ! – яростный рык Сириуса распорол остатки тишины, перекрывая гул занимающегося пожара.

«Нора» проснулась в один удар сердца. На первом этаже закипел организованный хаос. Взрослые не стали бездумно выбегать под перекрестный огонь. Опыт былых сражений сработал на инстинктах: Артур и Сириус, не сговариваясь, взмахами палочек швырнули тяжелый дубовый стол и массивные комоды прямо к выбитой входной двери. Они баррикадировали проход, накладывая щитовые чары слой за слоем, чтобы удержать рубеж и заставить врага принять бой там, снаружи – во дворе.

Но план рухнул, когда с самого верхнего этажа, сквозь треск горящих балок, донесся пронзительный, полный первобытного ужаса девичий визг.

– Джинни! – лицо Молли посерело. Бросив укреплять окна, она, не помня себя, кинулась вверх по узкой, закрученной винтом лестнице. За ней, спотыкаясь на ступенях, рванул побледневший Артур.

Ворвавшись на чердак, Молли замерла, пригвожденная к порогу ледяным оцепенением.

То, что находилось в комнате девочек, не было человеком. И это не было обычным ликантропом, которых знали в Британии – жалкими жертвами полнолуния. Это был идеальный, сошедший из ночных кошмаров хищник.

Огромная, под два метра ростом бестия стояла на мощных, выгнутых назад звериных лапах. Бугристые мышцы перекатывались под густой, черной как смоль шерстью. Вытянутая волчья морда скалилась бритвенно-острыми клыками, с которых капала густая слюна, а желтые глаза горели дьявольским, разумным светом. Древняя раса. Воины-звери.

В этот миг спальню сотряс оглушительный, яростный рев. Из густых теней выступил Астарот. Огромный тигр припал к полу, его мышцы сжались в тугую пружину, готовясь к смертоносному прыжку, чтобы разорвать оборотню глотку. Но монстр сегодня оказался немыслимо быстрее.

Джинни, отчаянно рыча сквозь слезы, била тварь кулаками, пыталась вырваться, дотянуться до тумбочки с палочкой, но зверь легко, играючи сжал ее хрупкое тело когтистыми лапищами, не обращая внимания на ее удары.

– Отпусти ее! Редукто! – срывающимся голосом закричала Молли, вскидывая палочку.

Луч ударил тварь в плечо, но лишь опалил шерсть. Монстр глухо, раскатисто зарычал, одним мощным прыжком взлетел на подоконник – прямо из-под занесенных когтей бросившегося на него Астарота – и вместе с кричащей Джинни камнем рухнул вниз, в пылающий сад. В свете пожара Молли успела заметить внизу целую стаю таких же кошмарных тварей. Ими руководил огромный, возвышающийся над остальными вожак с ослепительно-белой шерстью, залитой кровью.

– ДЖИННИ! НЕТ! – взвыл Артур, бросаясь к разбитому окну, но внизу мелькали лишь тени уходящих в лес чудовищ и вспышки заклинаний Пожирателей.

Комната стремительно наполнялась гарью, огонь уже жадно лизал половицы. Молли, задыхаясь от едкого дыма и слез, развернулась ко второй кровати.

– Лилит… Лилит, вставай! Милая, умоляю, ну же! – она бросилась к девушке, в панике хватая ее за плечи.

Астарот уже был там. Огромный зверь метался у постели, не обращая никакого внимания на подступающее со всех сторон пламя.

– Астарот, уходи! Убегай из огня! – в отчаянии кричала Молли, пытаясь прогнать тигра от разгорающегося края кровати.

Но тигр не слушал. Он издал надрывный, полный боли рев, наотрез отказываясь подчиняться и оставлять её. Астарот тяжело и настойчиво толкал Лилит своей массивной мордой, отчаянно тыкался носом в ее безжизненные руки, пытаясь разбудить свою любимую хозяйку любой ценой, прежде чем их поглотит пожар.

Но тело пятнадцатилетней воительницы было пугающе мягким, как у тряпичной куклы. Голова безвольно мотнулась по подушке. Лицо Лилит было бледным до синевы, напоминающим треснувший фарфор, а кожа – ледяной. Молли прижала дрожащие, измазанные в саже пальцы к ее шее. Темные чары усыпления сработали так глубоко, что пульс не прощупывался, а грудная клетка замерла.

Она не дышала.

– Артур… – Молли осела на пол, её голос сломался, превратившись в хриплый скулеж. – Она мертва… Артур, они убили ее! Что за проклятие они использовали?!

Снизу раздался оглушительный взрыв – баррикада на первом этаже начала сдавать под натиском Темных магов. Дом шатался. Огонь уже лизал коврик у их ног.

Артур Уизли, человек с самым мягким сердцем во всей Британии, в этот момент принял самое страшное решение в своей жизни.

– Молли, уходим! – он схватил рыдающую жену поперек талии, силой отрывая от постели с безжизненным телом Лилит. – Дом сейчас рухнет! Джинни там, снаружи! Мы должны вытащить Джинни!

Задыхаясь от дыма и горя, оставив Лилит в объятиях разгорающегося пожара, они кинулись вниз по лестнице, чтобы шагнуть в кровавое месиво, которое уже кипело во дворе.

Первый этаж «Норы» превратился в пороховую бочку. У забаррикадированной двери, тяжело дыша, стояли Гарри, Рон, Фред и Джордж, Гермиона. Их лица были перемазаны сажей, а палочки нацелены в проломы, откуда тянуло дымом. Они ждали штурма, ждали смертоносных зеленых лучей, но снаружи почему-то доносились лишь издевательский смех и редкие, ленивые хлопки заклинаний.

Молли и Артур слетели с лестницы, едва не сбивая сыновей с ног.

– Мама! Что там… – начал было Рон, но осекся, увидев посеревшее, перекошенное от ужаса лицо матери.

– Джинни… – Молли задыхалась, хватаясь за грудь. – Они… это не люди, они забрали Джинни! Лилит… Лилит мертва, она не дышит!

Гарри почувствовал, как мир вокруг рухнул. В ушах зазвенело. *Лилит мертва?* Эта мысль не успела уложиться в голове, потому что Артур Уизли сделал то, чего от него никто не ожидал.

Самый мягкосердечный человек в Британии не издал ни звука. Его лицо превратилось в каменную маску абсолютной, холодной ярости. Он не стал ничего объяснять. Артур просто вскинул палочку, снес остатки забаррикадированной двери мощнейшей *Бомбардой* и шагнул в пылающий двор.

– Идите за ним! Я удержу камин и попытаюсь сбить пламя! Нам нужен путь к отступлению! – прорычал Сириус, бросаясь к очагу и посылая в горящий потолок потоки ледяной воды.

Выскочив в сад, Гарри, Рон и близнецы замерли, парализованные сюрреалистичностью картины.

Штурма не было. Четверо Пожирателей Смерти в серебряных масках стояли полукругом на вытоптанной траве. Они не атаковали. Они смеялись, театрально переговариваясь и изредка швыряя под ноги выбежавшим Уизли жалящие проклятия, заставляя землю взрываться мелкими фонтанчиками грязи. Они играли с ними, как коты с полумертвыми мышами.

Из темноты леса, ломая кусты, вышли *они*.

Двухметровые, покрытые жесткой шерстью монстры. И в центре этой чудовищной свиты шел громадный вожак-альбинос. В своей когтистой лапе, как сломанную куклу, он держал плачущую Джинни. Девочка была в сознании, но её тело обмякло от ужаса.

Один из Пожирателей – высокий и тощий, судя по голосу, упивающийся своей властью, – шагнул вперед и лениво взмахнул палочкой в сторону Джинни.

– Вы, предатели крови, так любите грязных полукровок и тварей, – прошипел Пожиратель, и его голос разнесся над двором. – Что ж. Посмотрим, как вы полюбите её теперь. *Кровь к крови. Обрати ее.*

Белый вожак издал гортанный рык. Он перехватил бьющуюся в истерике Джинни, обнажил ряды желтых, бритвенно-острых клыков и с влажным, омерзительным хрустом вонзил их ей в шею и плечо.

Крик Джинни разорвал ночное небо. Это был звук чистой агонии. Зараженная, ядовитая слюна ликантропа новой породы смешалась с её кровью, запуская необратимый, чудовищный процесс мутации прямо на глазах у её семьи. Девочка забилась в конвульсиях, из её горла вырвался булькающий хрип.

– **НЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!**

Этот крик принадлежал Молли. Что-то внутри нее окончательно сломалось. Инстинкт самосохранения выгорел дотла. С яростным, нечеловеческим воплем она бросилась вперед, поливая врагов смертоносными заклинаниями.

Двор превратился в мясорубку. Гарри, Рон, Фред и Джордж ударили одновременно.

– *Конфринго! Редукто! Инсендио Максима!* – кричал Гарри, его заклинания пробивали тьму.

Один из красных лучей попал Пожирателю прямо в грудь, отбросив его на десяток метров – раздался хруст ломающихся ребер, и маг остался лежать в неестественной позе. Близнецы, действуя как единый механизм, взорвали землю под ногами второго Пожирателя, оторвав ему ногу шрапнелью из камней и корней. Тот закричал, истекая кровью.

Но их было слишком мало. Пожиратели трусливо юркнули за спины своих чудовищных цепных псов.

Монстры ринулись в атаку. Заклинания отскакивали от их толстых шкур или лишь бесили их. Твари двигались с пугающей для их габаритов скоростью. Один из зверей с разбегу врезался в Рона, отшвырнув его в кусты шиповника. Другой сбил с ног Фреда.

Артур Уизли сражался как лев, но два монстра обошли его с флангов, повалили на землю и вжали в грязь когтистыми лапами, раздирая мантию и плоть.

– **МОЛЛИ! БЕГИ! НАЗАД!** – харкал кровью Артур, безуспешно пытаясь вырваться.

Но Молли ничего не слышала. Она бежала к Джинни. Внезапно из-за спины белого вожака вынырнула черная тварь. Она ударила Молли наотмашь. Палочка выскользнула из её рук и отлетела куда-то в горящую траву. Женщина упала на колени, тяжело дыша, с ужасом глядя на нависшую над ней смерть.

Тварь не спешила. Она подошла вплотную, нависая над безоружной матерью. Зверь глухо зарычал, предвкушая пиршество. Вонючий, отдающий гнилым мясом и железой запах ударил Молли в ноздри.

– Нет, Молли… Не трогайте её! УБЕЙТЕ МЕНЯ! ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ! – надрывал связки Артур, глядя, как монстр прижимает его жену к земле.

Тварь приоткрыла гигантскую пасть. Ядовитая, густая слюна капнула Молли на щеку, обжигая кожу. Монстр склонил голову, широко разевая челюсти, намереваясь одним укусом содрать лицо женщины вместе с костями черепа…

Тварь приоткрыла гигантскую пасть. Ядовитая, густая слюна капнула Молли на щеку, обжигая кожу. Монстр склонил голову, широко разевая челюсти, намереваясь одним укусом содрать лицо женщины вместе с костями черепа…

И в эту секунду за спиной Молли раздался оглушительный грохот.

Остатки тяжелой дубовой двери и нагроможденная мебель взорвались изнутри, разлетаясь в щепки. Взрывная волна невероятной силы ударила монстра в бок, снося его с Молли и отбрасывая на несколько метров в грязь.

Из дверного проема, окутанная клубами черного дыма и искрами, вышла Лилит.

Она не держала в руках палочку. В ее ладонях тускло и смертоносно блестела холодная северная сталь – два изогнутых боевых кинжала. Бледность с ее лица исчезла. Разноцветные глаза горели таким безумным, потусторонним огнем, что даже Пожиратели Смерти на секунду прекратили смеяться.

Лилит больше не была спокойным тактиком. В этот момент она могла думать лишь об одном: эта мерзкая, гниющая тварь только что пыталась разорвать на куски ту самую женщину, которая впервые за пятнадцать лет заварила ей чай и с материнской нежностью поправила ей волосы. Хрупкое тепло, которое Лилит только впустила в свое сердце, попытались отобрать.

Северный лед внутри нее треснул, высвобождая абсолютную, первобытную ярость.

Лилит сорвалась с места с нечеловеческой скоростью. Она прыгнула на поднимающегося зверя, превратившись в живую мясорубку. Сталь мелькала с устрашающим свистом. Удар под ребра, подрезка сухожилий на огромных лапах, поворот корпуса – и лезвие глубоко вспарывает горло монстра. Черная, густая кровь фонтаном брызнула на землю, но Лилит уже не было рядом.

Она скользнула ко второму зверю, пытавшемуся напасть на Гарри. Уварот от когтистой лапы, прыжок на спину чудовища – и оба кинжала с хрустом вонзаются прямо в основание его черепа. Тварь рухнула замертво. Девочка двигалась как танец смерти, вырезая их одного за другим.

Пока Лилит разрывала монстров на улице, внутри пылающего дома тоже кипела битва. Двое Пожирателей Смерти сумели прорваться через заднее окно кухни, но там их встретил Сириус Блэк. Он дрался как одержимый, посылая проклятия без единого слова. *Бомбарда!* – и первого Пожирателя впечатало в потолок. Серией режущих заклятий Сириус заставил второго отступить прямо в огонь. Не теряя ни секунды, Блэк взмахнул палочкой, обрушивая на полыхающий вокруг камина огонь каскад ледяной воды и замораживающих чар, пробивая спасительный коридор к каминной решетке.

Но на улице ситуация становилась критической.

Воздух наполнился десятками новых хлопков аппарации. *Треск! Треск!* Из темноты леса выходили новые фигуры в серебряных масках. Их становилось слишком много.

В то же время огромный Белый Вожак, поняв, что потерял часть стаи, издал протяжный, леденящий душу вой. Он развернулся, все еще сжимая в когтях обмякшее тело Джинни, и стал быстро уходить в глубь черного леса, сливаясь с деревьями. Оставшиеся монстры бросились за ним.

– Нет… Джинни! Моя девочка! – дико закричала Молли, пытаясь ползти по грязи за уходящими тварями, но силы покинули ее.

Артур, истекающий кровью из разорванного плеча, и подбежавшая Лилит, чьи руки были по локоть в черной крови монстров, подхватили женщину под руки, поднимая с земли.

– Где она?! Куда они ее унесли?! – голос Лилит срывался, она дико озиралась по сторонам, ища рыжие волосы в толпе врагов.

Молли забилась в их руках в жесточайшей истерике, захлебываясь слезами и ужасом.

– Он укусил её! Лилит… этот белый… он прокусил ей шею! Моя девочка… она теперь одна из них! Она теперь волк! – рыдала мать, срывая голос.

Слова ударили Лилит наотмашь. *Заражена*.

Она подняла взгляд на лес. Пожиратели Смерти уже смыкали кольцо вокруг двора. Рон не мог стоять на ногах, Гарри держался за разбитую голову, из Артура хлестала кровь. Оставаться здесь – значило умереть всем до единого.

– Всем уходить! Немедленно! – скомандовала Лилит металлическим, не терпящим возражений голосом.

– Я не оставлю дочь! – взревел Артур, но ноги не держали его.

Из пролома двери выскочил измазанный в саже Сириус. Он хватал раненых близнецов и Рона, швыряя их в сторону камина.

– В дом! Все в камин! Они нас сомнут! – Блэк схватил за шиворот Гарри и потянул за собой, затем бросился к Артуру и Молли.

Сириус перевел отчаянный взгляд на Лилит.

– Я закрою каминную сеть за нами, чтобы они не прошли следом! Беги ко второму порталу – старый сапог за сараем! Используй ключ Блэков, который я тебе дал, он сработает как кулон и прорвет барьер! Возвращайся к нам!

Лилит посмотрела на рыдающую, обессилевшую Молли, которую муж и Сириус буквально тащили в дом. В груди северной воительницы что-то болезненно сжалось. Она посмотрела прямо в глаза миссис Уизли и губами, беззвучно, но так, чтобы мать поняла, произнесла: *«Я клянусь. Я верну её»*.

Она не пошла к дому.

Лилит развернулась к надвигающейся стене Пожирателей и издала резкий, пронзительный свист. Из клубов дыма, сбивая с ног темного мага, выскочил гигантский Астарот. Тигр был в ярости, его когти оставляли борозды на земле.

Не тратя ни секунды, Лилит запрыгнула на спину своему зверю. Она не собиралась бежать к порталу.

– Взять след Белого, Астар. Вперед! – крикнула она.

Астарот взревел так, что содрогнулись стекла в уцелевших окнах, и гигантским прыжком перемахнул через головы опешивших Пожирателей Смерти. Пятнадцатилетняя девочка, вооруженная лишь окровавленными кинжалами и ледяной клятвой, помчалась на спине гигантского тигра в самую гущу черного леса – вслед за монстрами, укравшими часть ее новой семьи.

Глава 6: Кровь и Серебро

Лес поглотил их мгновенно. За спиной, словно в другом мире, ревело адское пламя пожираемой огнем «Норы» и сверкали вспышки заклинаний – Пожиратели Смерти были слишком увлечены уничтожением защитных барьеров и добиванием остатков сопротивления, чтобы заметить одну ускользнувшую тень.

Лилит не оборачивалась. Спрыгнув со спины Астарота, она бесшумно ступала по влажному мху, сжимая в обеих руках окровавленные кинжалы.

Она знала, за кем идет. Это не были случайные порождения темной магии или проклятые британские оборотни. Лилит слишком хорошо знала эту породу. Знала их смрадный запах, их повадки, их слабости. Откуда пятнадцатилетняя северная воительница была знакома с этой древней расой зверей – тайна, запечатанная глубоко в ее прошлом, но сейчас это играло ей на руку.

У нее была только одна цель. Найти Белого вожака.

Укус такого ликантропа запускал необратимую, мучительную мутацию. Яд уже циркулировал в венах Джинни, отравляя ее человеческую суть, превращая в послушное чудовище. Но северные трактаты гласили: проклятие можно обратить. Чтобы остановить заражение и спасти девочку, Лилит нужна была свежая кровь и отсеченная голова того, кто пустил этот яд. Голова Белого вожака.

Она вспомнила полный боли, сорванный крик Молли Уизли. Лилит поклялась. Она не позволит этой женщине пережить смерть собственного ребенка. Она вернет Джинни. Чего бы это ни стоило.

Лес сгущался. В нос ударил густой, железный запах свежей крови и разорванных внутренностей. Лилит остановилась, подняв сжатый кулак. Астарот замер позади, превратившись в белую статую.

Сквозь густые заросли папоротника Лилит разглядела сгорбленную, массивную фигуру. Один из темных монстров отбился от стаи. Чудовище сидело на корточках, разорвав пойманного лесного оленя. Раздавался тошнотворный, влажный хруст: зверь перемалывал мощными челюстями ребра животного, чавкая и заглатывая куски еще теплого, дымящегося в ночной прохладе мяса. Кровь ручьями стекала по его черной шерсти.

Лилит сузила разноцветные глаза. Ей нужно было убить его так тихо, чтобы даже птица не вспорхнула с ветки. Один короткий вой – и на нее сбежится вся стая.

Она скользнула вперед. Ни одна веточка не хрустнула под ее сапогами. Она двигалась не как человек, а как сама смерть, сотканная из теней. Оказавшись прямо за спиной чавкающего монстра, Лилит действовала с леденящей кровь безжалостностью.

Левая рука с кинжалом молниеносно взметнулась, вонзая лезвие глубоко под челюсть твари, снизу вверх, пробивая нёбо и намертво перерезая голосовые связки – вместо рева из пасти вырвался лишь глухой, булькающий хрип. Одновременно с этим правый кинжал с хрустом вошел точно между шейными позвонками, рассекая спинной мозг. Тварь дернулась в агонии, ее когти скребанули по земле, фонтан густой, почти черной крови окатил лицо и грудь Лилит, но она удержала массивную тушу, медленно и бесшумно опустив убитого монстра на растерзанного оленя.

Вытерев лицо тыльной стороной ладони, размазав чужую кровь по щеке, Лилит кивнула Астароту. Пора.

Они шли по запаху страха и крови еще около мили, забираясь в самую непроглядную чащу. Деревья расступились, открывая небольшую глухую поляну, освещенную лишь бледными лучами луны.

Посреди поляны, обхватив колени руками, сидела Джинни. Ее рыжие волосы слиплись от крови, на плече была рваная рана, откуда сочилась черная, отравленная жидкость. Девочка тихо, отчаянно скулила, раскачиваясь из стороны в сторону.

Лилит остановилась на краю леса. Сердце билось ровно. Ее инстинкты хищника кричали, разрывая мозг красными сигналами тревоги.

*Ловушка.*

Она понимала это с кристальной ясностью. Белый вожак оставил добычу на открытом месте. Это была засада. Но Лилит была хищником ничуть не хуже. Она медленно, демонстративно вышла на залитую лунным светом траву.

– Джинни, – тихо позвала Лилит.

Девочка вскинула заплаканное, искаженное болью лицо. И в этот момент лес вокруг них ожил.

Из-за стволов столетних дубов, из черных теней кустарников начали медленно вытекать кошмарные силуэты. Желтые глаза вспыхивали в темноте один за другим. С их челюстей капала слюна, когти разрывали мох. Стая ждала её.

А на небольшом каменистом возвышении, словно наблюдая за гладиаторским боем, стоял Белый вожак. Его белоснежная шерсть серебрилась в лунном свете, а разумные, холодные глаза смотрели на Лилит с садистским превосходством.

Двое темных зверей прыгнули первыми.

Лилит рывком отшвырнула Джинни в сторону, уводя из-под удара, и встретила монстров грудью. Началась бойня. Звери рвали ее одежду, их когти оставляли глубокие, кровоточащие борозды на ее руках и боках. Один из ликантропов сомкнул челюсти на предплечье Лилит. Клыки пробили плоть до кости, впрыскивая яд, способный обратить взрослого мага за пару минут.

Тварь довольно зарычала, ожидая, что девочка рухнет в конвульсиях, но в глазах Лилит вспыхнуло лишь сатанинское презрение. Ее кровь, модифицированная годами, несла в себе абсолютный иммунитет. Яд этих тварей был для нее не опаснее воды.

Не издав ни звука боли, Лилит провернула кинжал в свободной руке и вогнала его монстру прямо в желтый глаз, проворачивая лезвие до самого мозга. Тварь рухнула, оросив траву мозговой жидкостью и кровью.

Астарот рвал глотки на другом конце поляны, ломая хребты чудовищам своими массивными челюстями. Лилит кружилась в кровавом танце, залитая с ног до головы красным и черным. Она отсекала конечности, вспарывала животы, заставляя внутренности монстров вываливаться на сырую землю.

Белый вожак, наблюдая, как пятнадцатилетняя девчонка хладнокровно, словно мясник, вырезает его элитную стаю, не поддаваясь заражению, тихо зарычал. В его глазах мелькнуло понимание: эта добыча не по зубам. Издав короткий, отрывистый приказной рык остаткам стаи, гигантский альбинос растворился во тьме леса, снова отступая.

– Трус… – прохрипела Лилит, выплевывая кровь из разбитой губы.

Поляна была усеяна расчлененными трупами зверей. Джинни, не в силах смотреть на этот кошмар, ползла обратно к Лилит, рыдая в голос.

Лилит тяжело осела на одно колено. Адреналин начал отступать, и боль от десятка рваных ран накрыла ее с головой. Она достала из подсумка на поясе бинт и судорожно, прямо поверх грязи и крови, перетянула самые глубокие порезы на ребрах и бедре, туго затягивая узлы.

– Лилит… ты истекаешь кровью… – всхлипнула Джинни, теряя сознание от яда в своей собственной ране.

Лилит грубо, но надежно схватила девочку и закинула ее на спину подбежавшего Астарота. Тигр тяжело дышал, его белая шерсть тоже была измазана кровью врагов. Лилит вложила в холодную, дрожащую ладонь Джинни тяжелый серебряный ключ Блэков.

– Портал-сапог. За сараем. Сожмешь ключ и перенесешься, – голос Лилит звучал хрипло, но непререкаемо.

Астарот глухо зарычал. Зверь шагнул к хозяйке, ткнувшись окровавленной мордой в ее здоровое плечо. Он чувствовал запах ее крови. Он не хотел уходить. Бросить ее здесь, раненую, одну во враждебном лесу, противоречило всей его кошачьей сути.

– Нет, Астар, – Лилит вскинула на тигра жесткий, командирский взгляд. Ее глаза опасно блеснули. – Ты унесешь ее. Спрячешься от Пожирателей, проползешь к порталу и вытащишь ее на Гриммо. Это приказ. Спаси ее.

– Лилит… пожалуйста… – Джинни в полубреду потянула к ней окровавленную руку. – Пойдем с нами… ты умрешь здесь…

Лилит сжала ее ладонь своими ледяными пальцами. На мгновение ее суровое лицо смягчилось.

– Я спасу твою жизнь еще раз, Джинни, – тихо, но твердо произнесла она, глядя в угасающие глаза Уизли. – Я принесу его голову. Бегите.

Она хлопнула Астарота по крупу. Огромный тигр, подавив жалобный рык, развернулся и гигантскими, но абсолютно бесшумными прыжками скрылся в кустарнике.

Лилит осталась одна посреди кровавой бойни.

* * *

Астарот стелился по самой земле. Он двигался как белое привидение, прижимая уши к голове. На его спине, вцепившись в шерсть мертвой хваткой, лежала полубессознательная Джинни, сжимающая в кулаке ключ Блэков.

Они подобрались к границе участка. «Нора» полыхала так ярко, что ночь казалась днем. Во дворе все еще кипела битва, заклинания рвали землю. Астарот, используя каждый куст и каждую тень, прополз по грязи за покосившийся сарай.

Там, в высокой траве, валялся старый, дырявый магловский сапог – аварийный портал.

Тигр аккуратно сбросил Джинни прямо на сапог. Девочка, застонав, коснулась рукой грязной кожи обуви, одновременно сжимая серебряный ключ.

Древняя магия артефакта вспыхнула холодным синим светом, прорывая любые антиаппарационные барьеры, установленные Пожирателями. В следующее мгновение Джинни и прижавшийся к ней Астарот растворились в воздухе, оставив после себя лишь завихрение примятой травы.

Они были спасены. А где-то в глубине черного леса израненная северная воительница поднимала с земли свои кинжалы, готовая идти до конца.

Лилит шла по кровавому следу, оставляя за собой сгустки мрака и растерзанные трупы. Лес становился все гуще, цепляясь корявыми ветвями за ее одежду, словно пытаясь удержать. Она тяжело дышала. Кровь толчками выходила из ее собственных глубоких ран, заливая сапоги, но северная регенерация, отточенная жестокими экспериментами, уже начала стягивать края разорванной плоти – быстрее, чем у обычного человека, но недостаточно быстро, чтобы спасти от критической кровопотери.

В левой руке она сжимала древний кинжал из зачарованной стали, в правой – волшебную палочку. Лилит знала, что боевые проклятия отскакивают от толстых шкур этой древней расы, словно горох от стены. Их убивает только сталь. Волшебная, холодная сталь, способная перерезать их неестественно прочные сухожилия. Но палочка была идеальным оружием для обманного маневра.

Впереди, в низине, раздался влажный хруст веток. Лилит бесшумно скользнула за широкий ствол дуба.

Они ждали ее. Двое последних рядовых зверей, израненные, тяжело дышащие, с висящими клочьями шерсти, преграждали путь. А за их массивными спинами возвышался он. Белый вожак. Он слизал с клыков свежую кровь Джинни и теперь смотрел прямо в ту сторону, где пряталась Лилит, ожидая свою жертву.

Она не стала прятаться. Выйдя из-за дерева, Лилит резко вскинула палочку.

– *Люмос Максима!*

Ослепительная, сравнимая со взрывом сверхновой вспышка света ударила по чувствительным кошачье-волчьим глазам зверей, привыкшим к ночному мраку. Монстры взвыли, ослепленные, инстинктивно закрывая морды когтистыми лапами.

Этой секунды Лилит хватило.

Она бросилась вперед. С разбегу проскользив по грязи под лапами первого зверя, она вогнала лезвие ему прямо в пах, вспарывая живот до самой грудины. Горячие, пульсирующие внутренности вывалились на жухлую листву, и тварь рухнула, захлебываясь собственными кишками. Второй монстр вслепую ударил наотмашь, но Лилит, изогнувшись под неестественным углом, перехватила кинжал обратным хватом и с разворота всадила его прямо в ухо чудовища, пробив черепную коробку до основания мозга.

Два глухих удара тел о землю. Быстро. Жестоко. Безупречно.

Но Белый вожак не был ослеплен. Он уже летел на нее – трехметровая гора литых мускулов, клыков и ярости.

Удар его лапы был подобен столкновению с чугунным экспрессом. Лилит отшвырнуло на несколько метров, она спиной проломила гнилой ствол дерева и рухнула в грязь. В глазах потемнело. Воздух со свистом выбило из легких, а в груди раздался тошнотворный хруст ломающихся ребер.

Монстр прыгнул сверху, придавливая ее своим весом. Гигантские челюсти клацнули в миллиметре от ее лица – Лилит успела подставить предплечье, закованное в плотный кожаный наруч, но клыки пробили кожу, разрывая мышцы до самой кости. Ядовитая слюна обожгла рану.

Лилит дико закричала, но этот крик был криком ярости, а не покорности. Она свободной левой рукой нащупала в грязи оброненный кинжал и, собрав все остатки своих угасающих сил, вогнала его прямо под нижнюю челюсть Белого вожака.

Лезвие вошло глубоко. Зверь захрипел, его хватка ослабла, и Лилит, оттолкнувшись ногами, перевернула его. Теперь она была сверху. Безумие битвы полностью захватило ее. Она выдернула второй кинжал и начала методично, с животной жестокостью рубить шею вожака. Кровь фонтаном била ей в лицо, заливала глаза, но она пилила толстые мышцы и сухожилия, пока лезвие не уперлось в позвоночник. Один точный, резкий рывок – и с омерзительным влажным хрустом голова гигантского монстра отделилась от туловища.