Текст книги "Черная вдова. Шаттам"

Автор книги: Максим Шаттам

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

26

Ньютон Хаггарт был непреклонен: в настоящий момент нет никакой возможности производить паучий шелк в большом количестве иначе, чем способом, которым пользовалась «НеоСета». Он считал, что найденный полицейскими кокон мог быть сделан из шелка шелкопряда, но никак не паука. Однако полицейский энтомолог утверждал, что это шелк паука.

Бролен решил еще раз вернуться к этому вопросу:

– Я подумал, а не могла ли на вашей фабрике случиться утечка информации? Или, может быть, один из сотрудников вынес с собой немного продукции…

– Вынужден сразу вас прервать, – сказал Хаггарт. – По двум причинам. Во-первых, шелк, который мы получаем в результате производства, довольно особенный, и тщательный анализ непременно выявит в нем отличия от шелка естественного происхождения. А во-вторых, у нас пока нет результатов, у нас пока не накопились «запасы» шелка, так сказать. Количество, которое нам удается получить, очень далеко от найденного вами, и…

– Думаю, не стоит углубляться в детали нашего производства, – оборвал его Донован Джекман. – Мистер Бролен, вы получили ответ на свой вопрос: найденный вами шелк не является собственностью «НеоСета».

Частный детектив согласился. Тем временем они сели в лифт и стали спускаться в подвал. В кабине Бролен внимательно разглядывал. Донована Джекмана, директора по связям с общественностью. Частного детектива поразило его невероятное умение владеть собой. Ни одно движение, ни один взгляд не выдавал эмоций, жизнь как будто проходила мимо, не касаясь его. Этим он очень напоминал самого Бролена.

Двери, зазвенев, открылись.

– Думаю, я вам больше не нужен, – сказал Ньютон Хаггарт, повернувшись к Бролену. – Если возникнут вопросы технического характера, вам помогут мои коллеги. Желаю удачи в расследовании.

Пожав частному детективу руку, он удалился.

Джекман проводил Бролена в коридор с огромным количеством больших окон, выходивших в лаборатории. Они зашли в первую из них, светлую комнату с несколькими столами и высокими стеклянными террариумами, в которых копошились десятки видов пауков. Возле прибора, напоминавшего миксер, хлопотали две женщины в халатах.

– Глория, не уделите нам пару минут? – спросил Джекман.

Женщина, та, что была ниже ростом, обернулась. На вид ей было около сорока, светлые волосы пострижены в каре. Поначалу она показалась Бролену слишком строгой, но это впечатление прошло сразу, как только она улыбнулась. Под глазами у нее виднелись темные круги.

– Чем могу помочь?

– Это мистер Бролен, частный детектив. Вместе с полицией он расследует дело о пауках.

– Интересно!

– Возможно, ваше очарование поможет делу больше, чем я, – весело сказал он.

Его слова звучали наигранно. Бролену казалось, будто все сотрудники фирмы, с которыми он встречается, прошли предварительную подготовку.

– Добро пожаловать в нашу лабораторию, – приветливо проговорила женщина. – Я – руководитель проекта, Глория Хелски.

Она повернулась к другой женщине, которая была на десять лет моложе, но на двадцать килограмм тяжелее. Несмотря на вес, ее лицо не было толстым, но ее ускользающий взгляд, дешевые серьги, броский неумелый макияж и выбивающаяся из-под халата старомодная одежда позволяли предположить, что она одинока и очень неуверенна в себе.

– Это Конни д’Эйлс, технический сотрудник.

Бролен поздоровался с обеими женщинами.

Конни держала в руке очень тонкий шприц.

– Не волнуйтесь, этот укол не для вас, – пошутила Глория Хелски. – Просто настало время перекусить.

Бролен нахмурился. Открыв дверцу стеклянного террариума, Конни вошла в нее и ловко схватила паука, неподвижно сидящего на паутине. Это была внушительная особь величиной с кофейное блюдце. Конни схватила его голой рукой, будто это была игрушка, и осторожно ввела в его тельце содержимое шприца.

– Это богатый аминокислотами раствор, похожий на тот, который они поглощают в естественной среде, – объяснила Бролену руководитель проекта. – Не бойтесь за Конни, Nephila[9]9
  Nephila – нефилы, пауки из семейства кругопрядов, обитающие в тропических лесах. – Примеч. пер.


[Закрыть] не смертельны.

Конни посмотрела на свою начальницу, широко раскрыв глаза.

– Ну, хорошо, – сдалась та. – Они могут убить. Но делают это крайне редко, и их яд не считается сильнодействующим.

– Зачем вам нужны пауки? – спросил Бролен.

– О, это наши главные работники. Они ткут для нас паутину. Ее мало, и из нее ничего нельзя сделать, но, по крайней мере, нам есть что изучать.

В разговор вмешался Донован Джекман:

– Мистер Бролен хочет задать вам несколько вопросов о пауках в целом, а не о деятельности «НеоСета».

Бролен почувствовал раздражение. Этот человек выводил его из себя. Он всеми силами старался сохранить в секрете мельчайшие детали, касающиеся его любимой компании.

– Это правда, – согласился частный детектив. – Предпринимались ли до вас попытки разводить пауков с целью добычи большого количества шелка?

Глория Хелски рассказала ему о неспособности пауков жить вместе. Это он уже слышал от других.

– Вы работаете и над другими качествами пауков?

– Нет, промышленное производство шелка – наша единственная цель. В отличие от некоторых крупных фармацевтических компаний, которые интересуются исключительно паучьим ядом: ядом Latrodectus, черной вдовы, или Phoneutria и Atrax, самых опасных пауков в мире. Их яд – настоящее чудо для медицины будущего. По крайней мере, так пишут в научных статьях.

Когда Бролен спросил, чем объясняется присутствие на поляне столь значительного числа черных вдов, женщина ответила, что логического объяснения этому не видит. Он стал расспрашивать ее о самых опасных видах, о том, какие из них встречаются в Орегоне. Исчерпав все вопросы, он ее поблагодарил. Донован Джекман любезно улыбнулся.

Бролен оставил руководителю проекта свою визитную карточку, взамен попросив прямой номер лаборатории. Джекмана эта просьба явно не обрадовала, но возражать он не стал.

День близился к концу, когда Бролен оказался на перегретой солнцем парковке. Он посмотрел на огромную асьенду, отражающуюся в зеркале заднего вида, выехал на трассу и помчался через лес в сторону Портленда.

Четверть часа назад на его мобильный пришло сообщение, присланное Ларри Салиндро. Он был с Аннабель, и они направлялись в квартал на севере города, к мистеру и миссис Райс, подвергшихся нападению паука.

Было почти семь часов вечера, когда «Мустанг» поднялся вверх по улице Юнион. Солнце нещадно палило, асфальт напоминал каучук.

Супруги Райс жили в скромном домике с прилегавшим к нему клочком высохшей земли. Бролен постучал в дверь, и на пороге показалась пожилая женщина. За ее спиной мелькнула фигура Салиндро.

– Миссис Райс, это наш сотрудник, о котором я говорил, – сказал Ларри.

Женщина отошла в сторону, приглашая Бролена войти:

– Добро пожаловать.

Все трое прошли в кухню, где за столом сидели Аннабель и пожилой мужчина.

– Не хотите выпить? – спросила миссис Райс.

Он поблагодарил ее и взглянул на Аннабель. Ее распущенные волосы разметались по рубахе, нарисовав на ней замысловатые иероглифы.

– Что вы здесь делаете? – тихо спросил Бролен, обращаясь к Ларри.

– Спроси об этом свою подругу. Ты знаешь ее лучше меня и уже наверняка убедился в том, что она страшно упрямая!

Бролен усмехнулся и повернулся к Аннабель и чете Райс. Молодая женщина допила апельсиновый сок и кивнула Бролену:

– Джошуа, мистер и миссис Райс согласились ответить на наши вопросы. Пять дней тому назад паук укусил их маленького внука, которого привезли им на каникулы. Это случилось здесь, на кухне, не так ли?

Мистер Райс кивнул.

Салиндро достал из кармана лист бумаги.

– Насекомое нашли. Энтомолог сказал, что это Loxosceles reclusa, – прочел Ларри. – Паук опасный, но убивает крайне редко. Проблема в том, что он практически никогда не встречается в городе. На фермах, в деревнях – да, но только не в центре большого города.

– Как чувствует себя ребенок?

– Нормально. Он в больнице. Укус вызвал… некроз, – прочел Ларри по бумаге. – Врачи сильно перепугались, ребенок мог умереть. К счастью, все обошлось, мальчику вовремя оказали помощь.

– Мистер и миссис Райс только что рассказали, как это произошло, – вмешалась Аннабель. – Днем они сидели в гостиной, когда Джонатан вдруг громко закричал. Мальчик ходил босиком, и паук, который, видимо, находился на полу, укусил его в ногу.

– Эта дверь, – сказал Бролен, указывая на стеклянную дверь, выходящую в сад, – была открыта?

Мистер Райс покачал головой.

– Все было закрыто, потому что в доме работает кондиционер. Мы открываем окна только вечером, чтобы проветрить.

– В тот день к вам никто не заходил? Или накануне?

– Нет, – ответила Аннабель вместо четы Райс. – В то утро миссис Райс выходила в магазин, и все.

– Может, вы заметили возле дома кого-нибудь подозрительного?

– Нет. Это квартал очень спокойный, – ответил мужчина, – что бы там ни говорили журналисты.

Бролен скрестил руки на груди и опустил голову. Поверить, что все эти нападения насекомых в городе – случайность, было невозможно, особенно после обнаружения в лесу трупа Кэрол Пейтон. Каким же образом пауки проникали в дома?

– На неделе вы никуда не уезжали? – спросил Салиндро.

– Нет. У меня больные ноги, осенью предстоит операция. Я хожу мало, а из дома не выходил уже несколько недель. Думаете, это преступление?

– Мы должны проверить все версии.

Бролен еще раз мысленно перечислил все способы, какими паук мог попасть в дом пострадавших.

– Вам ничего не приносили?

Мистер Райс отрицательно покачал головой, но его жена подняла руку и сказала:

– Теперь, когда вы спросили, я вспомнила: в то утро мне пришел пакет. Я удивилась, потому что никаких посылок не ждала, а когда посмотрела, откуда она пришла, то увидела, что там ничего не написано.

– Не было даже имени отправителя?

– Нет. Посылка пришла из Портленда, это все, что я знаю. Она была небольшая. Жаль, что я выбросила коробку.

– Что было внутри?

– Странно, но там ничего не было. Или это ошибка, или чья-то шутка. Она была полна белых хлопьев, знаете, такие кусочки пены или что-то вроде того.

Бролен вздрогнул:

– Вы выбросили содержимое коробки?

– Она была очень легкая. Я пошарила рукой внутри, но ничего не нашла.

– Что вы потом сделали с коробкой?

– Поставила при входе, вот здесь.

Она наклонилась и указала на место в коридоре в нескольких метрах от кухни.

– Я поставила ее, чтобы захватить и выбросить в мусорный ящик, когда в следующий раз буду выходить из дома.

Бролен посмотрел на Аннабель и Салиндро, и они кивнули. Теперь понятно, как паук проник в дом: Loxosceles сидел в коробке среди белой пены, осторожно помещенный в нее преступником.

– Думаете, это имеет отношение к случившемуся? – спросила миссис Райс.

– Делать выводы еще слишком рано, – уклонился от ответа Бролен.

– Хорошо. Думаю, мы собрали достаточно сведений, – сказал Салиндро. – Спасибо, что уделили нам время.

Они вышли на крыльцо.

– Поедем ко мне, подведем итог всему, что удалось узнать, – предложил Бролен. – Ты можешь оставить Долли одну на этот вечер?

– К ней на выходные приехала сестра. Но мне нужно отвезти машину в Центральное отделение. Я позвоню тебе позже.

– Я поеду с тобой, а вечером отвезу к себе.

– Джош, не стоит. Ты так далеко живешь, это затянется до ночи.

– Ты же знаешь, что я – сова. Вперед! Этим вечером ты один не останешься.

Бролен не мог оставить друга один на один с призраком его погибшего брата.

Вскоре два автомобиля тронулись в сторону центра. На город спускалась ночь, и на небе стали появляться бледные звезды.

27

Аннабель попросила Бролена остановиться возле магазина, откуда вышла с гамбургерами, кукурузой и пивом. Салиндро смотрел на нее, не веря своим глазам. Он не уставал повторять Бролену, какая она замечательная.

Приехав к Бролену, мужчины отправились в душ в тщетной надежде освежиться, а Аннабель достала старый мангал, который поставила на высокой террасе. Сапфир все время вертелся возле ее ног. Малиновые лепестки солнца падали за линию горизонта, отбрасывая на огромные сосны и ели вокруг шале оранжевые отблески. Аннабель провела в этом доме всего три дня, но уже начала понимать, почему Бролен чувствовал себя здесь, вдали от всего, так хорошо.

Странно, но она не ощущала страха после нападения. Все произошло так быстро, вокруг был туман, и она так устала, что теперь воспоминания о происшествии в лесу казались ей неясным сном. Конечно, осталась боль, которая напоминала о себе во время движения, остались синяки, которые Аннабель старалась прятать, чтобы не нагнетать ситуацию. И больше ничего. Возможно, она гнала от себя эти мысли потому, что слишком велико было разочарование из-за того, что она не смогла извлечь из столкновения с преступником никакой пользы, подумала молодая женщина, в свою очередь отправляясь в душ.

Ларри с пивом в руке готовил на огне мясо и кукурузу, когда к нему спустилась Аннабель, приглаживая мокрые волосы, и засмеялась, увидев, с какой тоской Сапфир смотрит на кусочки мяса. Он сильно поправился с тех пор, как она видела его в первый раз, зимой, и превратился в настоящего гурмана.

– Пес от вас без ума, – заметила молодая женщина.

– Он обожает, когда кто-нибудь готовит гамбургеры.

– Где Джошуа? – спросила Аннабель.

Ларри вздохнул:

– В своем кабинете. Заносит в ноутбук все, что удалось узнать в течение дня. Он безнадежен. – Большой полицейский протянул Аннабель бутылку пива «Бриджпорт» со словами: – Выпейте это. Некоторые считают, что это ослиная моча, но для меня это лучшее местное пиво.

Позже Бролен присоединился к ним, и они поужинали в лучах заходящего солнца. Частный детектив зажег старинную керосиновую лампу, которую подвесил на крючок над террасой.

– Мы так и не продвинулись, – заметил он, обращаясь к Ларри.

– Но у нас есть подозреваемый, Марк Сабертон, и…

– Нет, для подозрений еще слишком рано. Что нам известно о преступнике?

– Он – большой любитель пауков и подкидывает их в дома по всему городу, – ответила Аннабель. – Эти пауки – черные вдовы очень редкой разновидности, так называемые menavodi, крайне агрессивные и опасные в жару.

– За всем этим стоит коллекционер, – сказал Бролен. – Если мне не изменяет память, черные вдовы, найденные на поляне Игл-Крик Семь, типичны для Орегона, но в его распоряжении имеются и другие виды. Одних ему не жаль распространять в большом количестве по поляне, а другие очень опасны, и он подбрасывает их жертвам, чтобы нанести максимальный ущерб. Что еще известно?

Аннабель продолжила перечислять:

– Завтра нужно опросить других пострадавших, но, судя по всему, ко всем пауки попадали в коробке. Нашему убийце мало убивать издалека, он еще и ворует жен среди ночи так, что мужья ничего не слышат. Тело одной из них мы нашли завернутым в нечто вроде кокона…

– Кстати об этих посещениях, – вмешался Салиндро. – Результаты анализа крови, взятой у мужей, будут известны в начале или середине недели.

Бролен продолжал:

– Кэрол Пейтон была найдена голой и полностью выбритой. В ее теле не было ни крови, ни внутренностей, ни мозга – и это без единого надреза. Судмедэксперт понятия не имеет, как это могло произойти.

– Она пахла пряностями, – напомнила Аннабель.

Бролен указал на молодую женщину зажатой в ладони ручкой:

– Точно, а в горле было отверстие, через которое ее изнасиловали. Опустошить ее тело через это отверстие не могли. Вокруг раны осталась припухлость, как будто у нее появилась реакция на укус насекомого.

Он подумал о шее Флетчера Салиндро, на которой видел точно такой же отек.

– Сперму уже исследовали на предмет ДНК? – поинтересовалась Аннабель.

– Пока нет, на это нужно время. Что еще известно об убийце?

– Он отлично разбирается в пауках, – заметила Аннабель. – Он, несомненно, занимается их разведением и общается с другими любителями пауков. У него есть возможность доставать очень редкие разновидности, разумеется, тайно, так что напасть на след будет непросто.

Бролен взял в руки несколько листов бумаги, записал на них все услышанное и продолжил:

– Кокон, в который была завернута Кэрол Пейтон, имеет биологическое происхождение, то есть его сплел паук, хотя эксперты говорят, что это невозможно.

– Ллойд Митс и психолог-аналитик сейчас работают над сообщением, которое убийца оставил капитану Чемберлену, – вмешался Салиндро. – Но надежды мало. В худшем случае он попросил прочитать текст какого-нибудь подростка, которого мы никогда не найдем, в лучшем – говорил сам, и тогда мы знаем, что у него голос подростка, вследствие проблем со здоровьем или врожденного порока.

– Хорошо, – согласился Бролен, – возвращаясь к нашему подозреваемому, что можно о нем сказать, Ларри?

– На батарее фонаря, которым убийца ударил Кэрол Пейтон, был обнаружен отпечаток его большого пальца. Подозреваемого зовут Марк Сабертон, и после вчерашней облавы на его квартиру он в нее не возвращался. Глядя на его жилище, можно с уверенностью сказать, что он не жил там довольно долго. Где он сейчас – неизвестно, его поиски продолжаются, думаю, завтра или в понедельник мы что-нибудь узнаем. Митс и его люди тщательно изучают его биографию, проверяют банковский счет и все остальное, что поможет нам установить его местонахождение.

– Кстати о пауках, – добавила Аннабель, глядя на Бролена, – может, стоит составить таблицу и внести в нее имена всех экспертов или любителей, с которыми мы сталкиваемся? А потом сравнить ее со списком, который нам дала Дебби из магазина «Жучки».

– Неплохая мысль, – заметил Бролен.

Он записал имена:

«„НеоСета“;

Профессор Хаггарт – ответственный технический сотрудник?

Глория Хелски – руководитель проекта.

Конни д’Эйлс – технический сотрудник?

Донован Джекман – директор по связям с общественностью».

– Кто еще?

– Нервный ученый, – подсказала Аннабель, стараясь вспомнить его имя. – Генри.

«Нельсон Генри – музей естественной истории, любитель пауков».

– Можно добавить в список женщину из магазина. А кто дает вам справки о коконе – полицейский энтомолог? – спросила Аннабель.

– Энтомолог, который часто работает с полицией, друг судмедэксперта, проводившего вскрытие Кэрол Пейтон. Будучи студентом, он изучал пауков в Гвиане и неплохо в них разбирается.

– Не хочешь добавить его в список? – спросила Аннабель, протягивая ему визитную карточку Дебби.

Пожав плечами, Бролен записал:

«Доктор Конелберг – энтомолог.

Дебби Лей – из магазина „Жучки“, любитель?»

– Вот, теперь все. И еще – пятнадцать или двадцать человек из списка Дебби.

Все трое замолчали и прислушались к звукам ночи: стрекоту насекомых, уханью совы и шуршанию листвы.

Бролен первым прервал тишину:

– Предлагаю завтра навестить всех, кто указан в списке Дебби. Что вы об этом думаете?

Аннабель и Салиндро согласились. Указав на записки частного детектива, Ларри спросил:

– Начинаешь составлять его психологический портрет?

После долгого молчания Бролен ответил:

– Нет. Этот тип ускользает от меня, Ларри. Логика его действий неясна и постоянно меняется. Чтобы составить его портрет, мне нужно время и больше информации.

– Такое впечатление, будто он вообще не человек, – пробормотал Салиндро, задумчиво глядя в темноту.

Бролен хотел возразить, но не стал.

– Ты переночуешь здесь? – спросил он.

– Если не помешаю. Завтра вместе с вами пойду знакомиться с любителями пауков.

Из-за крон деревьев на небо выплыла луна.

Сапфир положил голову на колени Аннабель.

Все трое открыли по последней бутылке пива, не подозревая о том, что им придется изменить свои планы. В этот самый миг в двадцати километрах от них, возле высокого водопада, коренастый силуэт подвешивал кокон.

Легкий бриз всколыхнул паутину.

В коконе мелькнуло лицо Линдси Морган, еще одной похищенной женщины.

На ее невероятно бледном лице застыла гримаса ужаса.

28

Автострада вдоль реки Колумбия больше похожа на полоску конопли, аккуратно проложенную через дикую местность, чем на длинную змею, на которую обычно походят такие дороги. По обе стороны – зелень и ни одного здания в пределах видимости. Только антрацитовый ковер с двойной желтой полосой в центре. Некоторые называли ее дорогой в никуда.

С одной стороны дороги протекает река Колумбия, ширина которой временами достигает двух километров, с другой возвышаются горные массивы, тонущие в бескрайнем лесу.

Единственным фрагментом человеческой жизни на многие километры является отель «Водопад Малтнома», построенный почти сто лет назад. Это серое здание с покатой крышей, на которой в зимнее время уютно дымят каминные трубы. Читатели Толкиена легко сравнят это место с пейзажами Средиземья, окруженного деревьями и такой яркой растительностью, какая может быть только в эльфийском царстве. Достаточно было поднять глаза, чтобы увидеть ровную кайму водопада Малтнома. Искрящийся белый поток падал вниз с вершины каменной скалы высотой более двухсот метров, и истока его видно не было.

Когда «Мустанг» Бролена подкатил к отелю, возле него уже были припаркованы шесть автомобилей и полицейский фургон. Солнце встало всего полчаса назад, и небо еще было белым от робкого утреннего света.

Взглянув на униформу Салиндро, постовые при входе пропустили Бролена и Аннабель. Холл, обшитый красным кедром и украшенный картинами и цветами, был великолепен. Атмосферу нарушало только присутствие носилок и сотрудника отдела судмедэкспертизы. Главная комната, стены которой были выложены камнем, напоминала средневековый зал для пиршеств. Необычайно высокий потолок поддерживали балки, а длинные столы были покрыты расшитыми скатертями. Из многочисленных окон открывался великолепный вид на водопад и величественные скалы.

Стоя у окна, инспектор Ллойд Митс беседовал со сторожем отеля. Дюжина полицейских тихо переговаривались, ожидая дальнейших указаний. Заметив Бролена, Аннабель и Салиндро, Митс положил руку на плечо охранника и передал его другому инспектору.

– Это опять он, – с ходу сказал он. – Наш убийца-паук.

– По телефону нам сказали, что, возможно, есть новый труп, – сказал Салиндро. – Что за чепуха?

Митс облизнул губы и ответил:

– Сегодня рано утром во время обхода охранник обнаружил кокон. Не посмотрев, есть ли внутри человек, он убежал и вызвал полицию. Прибывший на место полицейский увидел трепещущую на ветру прозрачную форму и сразу попросил подкрепление. Учитывая особый характер преступления, о случившемся незамедлительно сообщили мне.

– Где он? – холодно спросил Бролен.

– Все там же, наверху, его еще не трогали. Лаборанты как раз завершают поиски отпечатков пальцев. Мы можем подняться.

Митс указал рукой в окно на перекинутый через поток старый мост. Водопад состоял из двух частей. Первая часть спадала с вершины высокой скалы, создавая внизу небольшое озеро, которое переливалось через другую ступень, гораздо более низкую. Через второй водопад был переброшен деревянный арочный мост, прикрепленный к скале.

Крейг Нова, которого привлекли к этому делу как человека, изучившего место первого преступления, открыл боковую дверь и снял перчатки. На нем был специальный комбинезон, с которого не должно было упасть ни единого волокна, чтобы не ввести в заблуждение лаборантов. Обменявшись с ним парой слов, Ллойд Митс повернулся к ожидавшим в комнате полицейским.

– Внимание, господа! Научный отдел дает нам зеленый свет. Нужно тщательно обыскать первый склон. Крейг объяснит вам, как пользоваться методом решетки. Любой подозрительный предмет должен быть отмечен, но прикасаться ни к чему нельзя. Изымать улики имеют право только Крейг и его команда, понятно?

В зале раздались возгласы одобрения. Пока Крейг Нова отдавал указания, Ллойд Митс предложил Бролену и его товарищам следовать за ним.

Они вышли на террасу. Все звуки здесь заглушал рев воды.

– Мы поднимемся вверх по тропинке, которая ведет через лес, – прокричал он. – Кокон был оставлен на мосту Бенсон, вернее, под мостом. Сами увидите.

Как только они оказались в лесу, рев водопада стал немного тише.

Бролен заметил, что Митс слегка хромает.

– Что такое? – спросил он.

– Нет, ничего, – отмахнулся Митс, стараясь выглядеть уверенно. – Выбивая дверь в квартиру Марка Сабертона, я повредил колено. Завтра все будет в порядке.

Когда они дошли до моста, Аннабель, взглянув вниз, подумала, что отель остался не менее чем в восьмидесяти метрах ниже.

Растительность была такая роскошная, что лес напоминал джунгли.

– Это с другой стороны, – предупредил Митс. – Нужно перейти через мост.

Перила были такими низкими, что Аннабель удивилась: как-никак, они находились на большой высоте. Справа она увидела отель, который отсюда уже казался не столь внушительным. На террасу вышла группа полицейских в сопровождении Крейга Нова. Аннабель повернулась в другую сторону.

Она чувствовала себя крошечной букашкой.

Шаги маленького отряда отдавались в досках моста слабым треском, который тотчас же терялся за ревом воды. Чтобы что-то сказать, приходилось до предела напрягать голосовые связки. Митс остановился возле ассистента Крейга Нова, снимавшего портативный прожектор, который предусмотрительно завернули в пластиковый пакет, чтобы уберечь от брызг.

Митс перегнулся через перила До внешнего края моста оставалось не более двух метров. Все последовали его примеру.

Арка, выходящая из земли и поддерживающая мост, была похожа на решетку или огромную клетку, которая становилась уже по мере удаления от земли, пока не растворялась в настиле моста. В тени этой решетки, покачиваясь на ветру, висел шар молочного цвета. Паутина была покрыта жемчужинами кристально чистой воды.

– Как можно было разместить кокон в таком месте? – удивился Салиндро.

Митс указал на край перил и сказал:

– Если присмотреться, то станет ясно, что здесь можно спуститься под арку, а затем, применив элементарные акробатические навыки, забраться на место под нашими ногами. Это сложно, но вполне реально.

– Даже с такой ношей на плечах?

Митс и Бролен быстро переглянулись. Они знали, что первое тело было пустым и весило очень мало. Вполне возможно, что с этим телом произошло то же самое.

– Пойдемте – и вы сами все увидите, – сказал Митс.

Крепко цепляясь за камни и корни растений, они спустились под мост.

Завернутое в кокон и привязанное к балкам моста тело висело так близко от них, что до него можно было дотянуться рукой.

– Кто там – мужчина или женщина? – спросил Бролен.

– Женщина, – ответил Митс. – Как и предыдущая, она полностью выбрита и кажется слишком легкой. Вместе с ассистентом судмедэксперта я изучил ее сквозь кокон. Во-первых, в нижней части горла у нее имеется отверстие и небольшая припухлость вокруг, как и у первой жертвы. Больше сквозь кокон ничего разглядеть не удалось.

Частный детектив осторожно приблизился к кокону и посмотрел на лицо жертвы.

Женщина вопила от ужаса.

Это был фирменный знак убийцы, отличавший его от остальных.

Наконец Ларри Салиндро озвучил то, о чем в тот момент подумали все:

– Этот ненормальный легких путей не ищет.

Судя по всему, выбор места имел для него огромное значение. А важнее всего, подумал Бролен, была близость воды.

Митс, Салиндро, Бролен и Аннабель стояли одни в огромном зале отеля. Туристов не пускали с самого утра.

Одна из служащих ресторана решила остаться на месте, несмотря на то, что заведение на время закрылось, и предложила полицейским горячий кофе.

– Сегодня вечером или завтра будет проведено вскрытие, – сказал Митс, обращаясь к Бролену. – Отчет я сразу передам тебе. Капитан Чемберлен хочет знать твое мнение по поводу психологического портрета преступника.

Бролен едва заметно кивнул.

– Группа, которую я организовал, уже вчера раздобыла кое-какие сведения. Сейчас они тщательно изучают жизнь Марка Сабертона.

Из внутреннего кармана куртки Митс достал блокнот. Одной рукой поглаживая бороду, а другой переворачивая страницы, он прочел:

– Сабертон не женат. Ему двадцать девять лет, и он… – Порывшись в карманах, он достал цветную фотографию подозреваемого. – Вот, смотри сам.

На снимке был молодой человек с темными, длинными и непричесанными волосами. Вид у него был не особенно дружелюбный, но и устрашающим его назвать было нельзя.

Митс следил за реакцией Аннабель, поскольку она была единственной, кто видел преступника на близком расстоянии, хотя она и не разглядела ничего, кроме лысины.

– Он мог побрить голову, – предположил инспектор.

Она подняла на него глаза и сказала:

– Вы же знаете, что я не успела его разглядеть. Преступником мог быть этот человек на фотографии, как, впрочем, и любой из вас.

Заметив, что она нервничает, Митс вернулся к своим записям.

– Марк Сабертон совершил несколько глупостей и сел за ограбление, – продолжал он. – Сейчас мои ребята проверяют всех заключенных, с которыми он общался, потому что он, возможно, живет у одного из них. Пока ничего выяснить не удалось. Отца у парня не было, а мать все время сидела на наркотиках и рано погибла от передозировки. Известно, что Сабертон работает слесарем, вернее, работал, потому что не появлялся там уже три месяца.

– Он бросил и квартиру, и работу сразу, как только начал совершать преступления, – заметил Ларри.

– Он работал слесарем? – повторил Бролен.

– Возможно, именно благодаря этому он и мог проникать в дома жертв без взлома, сейчас это проверяется. Его шеф, некий… – он порылся в записях, – Блютон, сотрудничает с нашими службами, как и другой сотрудник, коллега нашего подозреваемого по фамилии Гамильтон или что-то вроде того.

– Обыск квартиры Сабертона начался? – поинтересовался Бролен.

– Еще нет. Там царит такой хаос, что к обыску придется привлечь много человек. А пока мы пытаемся понять, что связывает Кэрол Пейтон, первую жертву, и Линдси Морган, которую похитили таким же образом в ночь со среды на четверг.

– Значит, наш убийца проводит с жертвами два-три дня.

Наклонившись к Бролену, Салиндро спросил:

– Что это значит? Может, он убивает их в первый же день?

– Он принес первое тело в лес в ночь со среды на четверг и похитил следующую жертву тем же вечером, чтобы оставить ее тело вечером в субботу, и все это на одной неделе. Если он еще и на работу ходит, я снимаю перед ним шляпу. Ведь нужно не только убить, но и выследить, вернуться домой, опустошить тело и все такое, завернуть его в кокон и принести на выбранное место. Или наш убийца нигде не работает, или на этой неделе у него был отпуск.

– Действительно, – пробормотал Салиндро. – Или же убийц двое.

– Я в этом не уверен. Техника этого преступника отточена и доведена практически до совершенства, он работает увлеченно и страстно, поэтому я полагаю, что он все делает в одиночку. Такими фантазиями очень сложно поделиться с другим человеком, а еще труднее заставить его ими жить.

– Каким он тебе представляется, Джош? – полюбопытствовал Ллойд Митс.

– Пока я предпочел бы воздержаться от любых комментариев. Могу лишь сказать о его отношении к женщинам.