Текст книги "Властелины страха"
Автор книги: Максим Лагно
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц)
Максим Лагно
Властелины страха
1. Кидайся кувшинами и умри
БУДУЩИЙ НАЁМНИК ПО ИМЕНИ Теневой Ветер родился и прожил первую четверть поколения на Ветроломе Вознёсшихся. И звали его обычным именем прирождённого жители Дивии, с добавлением имени семьи. Правда, как и всех детей, не достигших нужного возраста, его настоящее имя не использовали, заменяя прозвищем – Водоносик.
Мальчик и его отец, продавец воды, жили в одной просторной клетке вместе с низкой женщиной, незаконно проникшей на Дивию, и с её четырьмя грязерожденными детьми от неизвестных отцов.
Просторная клетка – не показатель достатка, а совсем наоборот. Просторные клетки дорого отапливать. У бедняков не хватало денег на дрова. Поэтому в холодные периоды полёта Дивии здесь так же холодно, как за стенами ветролома.
Сразу четверо грязерожденных детей – это богатство. Низкой женщине помогали всем ветроломом: кто-то носил ей еду, кто-то отдавал старую одежду. Кто-то приглашал за свой счёт местную целительницу.
Помогали ей не из сочувствия, а из расчёта, что хотя бы один из грязерожденных донесёт до нужного возраста все двенадцать тысяч граней. Усвоив яркие озарения, он станет обеспеченным и переедет в Седьмое Кольцо, а то и дальше. По традиции эти счастливчики вознаграждали тех, кто помог им в детстве.
Пока одни помогали низкой многодетной матери из коростных побуждений, отец Водоносика искренне и безвозмездно награждал её побоями.
Низкая женщина была хороша собой, так как происходила из царской ач-чийской семьи. Водонос пользовался ею, как хотел, избивал её, но не подарил ей ни одной золотой грани, ни куска варёного мяса, ни одной тряпки или сандалии. Только рвал её одежду в порыве гнева. Да и её детей бил не меньше, чем её саму.
Низкая терпела помощь и побои с одинаковым молчанием, так как на дивианском говорила хуже самой дешёвой служанки.
Только когда отец взваливал на плечи гремящую связку деревянных кувшинов и уходил за водой, она затягивала полные тоски песни на непонятном языке. Её четверо детей подпевали, а Водоносик качал в такт головой. Слова низкого языка, похожие на набор бессмысленных звуков, смешили его.
Все дети низкой женщины родились в Дивии и владели языком как прирождённые жители.
Но Водоносик и его папа – настоящие прирождённые жители, а не какая-то грязь, занесённая в Дивию. Гордость за своё происхождение – единственная мудрость, которой папаша делился с сыном.
От соседей Водоносик слышал об отце иные утверждения. По их мнению, он бездельник и лентяй, не желающий найти работу получше. Ведь не нужно сильно трудиться, чтобы начерпать из реки в Восьмом Кольце воды, а потом продать её пьяницам, разводящим ею загустевшее козье вино.
Тоска во взгляде низкой женщины подтверждала наставления отца, что быть низким – большое горе. А родиться в Дивии – великое счастье.
ОДНАЖДЫ ОТЕЦ ВЕРНУЛСЯ ДОМОЙ в особо злобном расположении духа. Едва вошёл в клетку ветролома, как заорал:
– Это из-за вас, грязь поганая, в Дивии нет жизни прирождённым жителям!
Дети грязерожденной привычно бросили свои игры и заметались по клетке, выискивая место, чтобы спрятаться. Самая маленькая, девочка по прозвищу Паутинка, замешкалась и неосторожно пробежала мимо водоноса.
Отец сбросил с плеча связку кувшинов, вынул из кучи один кувшин и метнул его в грязерожденную. Тяжёлый деревянный сосуд угодил в затылок – девочка смешно нырнула вперёд, будто хотела кувыркнуться, но не рассчитала и с размаху ударилась лицом об пол.
Очень забавно это выглядело – Водоносик засмеялся. Даже то, что Паутинка не шевелилась, а в её лохматых чёрных волосах что-то заблестело, казалось смешным. Отец никогда не бил, даже не ругал своего сына, следуя дивианской традиции заботы о детях, не достигших нужного возраста.
Правда, мама девочки не веселилась. Но ведь она низкая, ненастоящий человек. Она как слуги и служанки. А то и хуже, те хотя бы говорить немого умели. А эта только рыдала целыми днями и мазала свои синяки нестерпимо вонючей мазью.
Водоносик подбежал к папе и тоже вынул из кучи сосуд.
– Молодец, сынок, – похвалил отец. – Вали грязерожденное отродье!
Гордясь одобрением отца, Водоносик бросил кувшин в выступ в стене, за которым спрятался другой ребёнок низкой – мальчик по кличке Косматик.
Возрастом Косматик чуть старше сына жестокого водоноса. Как все грязерожденные, Косматик обладал настоящим дивианским именем, под которым записан в скрижали храма Двенадцатого Кольца. Но имени семьи у него нет, так грязерожденные отделялись от прирождённых.
Прозвали его Косматиком из-за того, что у него очень быстро росли роскошные и густые волосы на голове. Местный брадобрей, лысый, как череп давно умершего слуги, удивлялся скорости роста и красоте волос мальчишки, и вздыхал: «Настоящий зверёныш! Но… во имя Создателей, я бы не отказался от таких волос!»
Кувшин ударился о стену и раскололся. Косматик выглянул из-за выступа, посмотрел на Водоносика и грозно сказал:
– Ты, однако, плохой.
– Эй, Косматик, ты чего? Мы же играем!
– Это не игра, болван.
– Бросай в меня тоже, – заливаясь хохотом, крикнул Водоносик. – Вот и будет игра.
– Глупый ты, – повторил Косматик.
Водоносик снова засмеялся, посчитав переругивание частью игры. Вынул из кучи ещё один кувшин и бросил в Косматика. Тот без труда увернулся и крикнул водоносу:
– И ты, дядька, болван. Я завтра вырасту и убью тебя.
Отец рассвирепел:
– Что ты сказал, грязь? А ну иди сюда, мерзавец! Что ты сказал?
– Убью тебя, злой дядька. Мочи-кой заколю.
– Ах ты, мелкий…
Расставив жилистые руки, водонос ринулся на Косматика.
Как бы ни была просторна клетка, но в ней не так много места, чтобы ребёнок убежал от взрослого, привыкшего каждый день ходить на реку Восьмого Кольца и обратно.
Догнав Косматика, папа с разбега пнул его в спину. Мальчик отлетел к стене и тоже затих, как ранее его сестрёнка с разбитой кувшином головой.
– Убьёт он меня! Ишь ты… А если я тебя?
С этими словами папа занёс над мальчиком свою обутую в сандалию ногу, намереваясь раздавить косматую голову, как пустую шкатулку.
Тут мать Косматика совершила неслыханное – завизжала и бросилась на прирождённого жителя. Так как водонос стоял на одной ноге, то слабая женщина свалила его на пол.
Водоносик заливисто хохотал, глядя на барахтающихся на полу взрослых. Раньше бывало наоборот: его папка ловил низкую женщину и валил её на пол, чтобы поиграть в непонятную игру, похожую на лежачий танец.
Попытка низкой защитить детей от побоев пробудила в водоносе столько злобы, что он начал попросту убивать её. Он прыгал по её шее, топтался по её голове, пинал в живот и спину, ругаясь такими словами, каких Водоносик никогда не слышал.
И мальчик перестал хохотать. Из низкой женщины потекла кровь, это уже не похоже на игру. Совсем не похоже. Впервые в жизни Водоносику стало страшно. И напугал его родной отец, которого он любил и уважал.
Шум и истошные крики умирающей и перепуганных детей всполошили соседей.
Стуча деревянной ногой, приковылял сосед из клетки слева, бывший небесный воин. Он попробовал образумить водоноса:
– Брат, ты чего?
– Убиваю тварь.
– За что?
– Руку на меня подняла.
– Потише надо было! Теперь сюда сторожа бегут.
– А пусть бегут. Я в своём праве, эта тварь на меня напала. – С этими словами водонос подпрыгнул на голове низкой, под подошвой сандалий что-то отвратительно хрустнуло.
Одноногий сосед отковылял в сторону – в клетку вбежали сторожа.
– Прекрати драку, уважаемый! – крикнул один сторож.
– Мы сейчас к тебе прикоснёмся, уважаемый, – предупредил второй.
Не получив ответа, сторожа навалились на водоноса и оттащили в сторону.
Над мокрой от крови женщиной присела старуха, обвешанная кувшинами козьего вина, целительница Ветролома Вознёсшихся. Охая и жалуясь на трату кристаллов, она наложил на умершую нужные озарения. Низкая застонала и вернулась к жизни.
Тем временем к водоносу подошёл господин Урго, старший сторож ветролома, и сказал:
– Уважаемый, ты не внял моему прошлому предупреждению?
– А что такого-то? – крикнул водонос. – Что я сделал?
– Будто сам не знаешь.
– Вы чего вообще прибежали?
– На помощь.
– Мне не нужна помощь. Я сам расправлюсь с грязью, посмевшей поднять руку на прирождённого жителя.
– Ты чуть не убил её!
– Небесные стражники режут низких баб десятками, когда они лезут на нашу славную твердь.
– Стража исполняет своё предназначение. А я – своё. Она низкая, но её дети – нет.
– Грязерожденная погань, вот кто её дети, – процедил водонос.
– И всё же у них такой же Взор и Голос, как у тебя, уважаемый.
– Не сравнивай меня с грязерожденными.
– Эти дети и их презренная мать живут в нашем ветроломе. А значит – под защитой наших законов, как все другие жители ветролома.
– Экий ты болван, братец…
Тут старший сторож Урго без предупреждения, что прикоснётся, сунул кулаком в лицо водоносу. Тот свалился без чувств.
Встряхивая кулаком, сторож посмотрел на Водоносика:
– Твой папаша?
– Мой.
– Он дурак. Запомни, это его погубит.
Водоносик кивнул.
– Мамка-то где твоя?
Мальчик простодушно показал на залитую кровью низкую.
– То есть как это? – удивился Урго.
В беседу вступил одноногий сосед и пояснил сторожу путаницу:
– Сынишка водоноса не помнит своей настоящей матери. А низкая ухаживает за ним, как за своим сыном. Но она не его мать. Водоносик – прирождённый житель, оба его родителя прирождённые жители.
– А где его настоящая мать?
Вмешался второй сторож:
– Старший, это тот малец, о котором я рассказывал.
– У которого мамка сбросилась?
– Ага.
– А отчего сбросилась-то? Ты так и не рассказал.
– Она родилась в Пятом Кольце в семье подчинённой роду Дивиата. Когда семья разорилась, Дивиата отказались от покровительства им. Они переехали в Восьмое, а потом оба родителя умерли от рук воров граней.
– В те времена неспокойно было на нашем ветроломе, – степенно кивнул старший сторож Урго. – Порядка не было.
– Грабители убили родителей девочки и забрали их грани, но саму малышку пожалели. Её забрала себе и воспитала старшая вознёсшаяся нашего ветролома. Когда настало нужное время, девочка пошла в Дом Опыта, у неё хватило граней, чтобы усвоить яркую «Игру Света». В Доме Опыта научилась танцевать и постигла слияние кристаллов. После чего мастерила и продавала кристаллы «Игры Света», в которых сама танцевала, вертя задницей на потеху зрителям нашего ветролома. У ней прилавок был на Висячем Пути.
– А чего там, а не на рынке какого-нибудь Кольца?
– На рынках Колец она не могла продавать, так как её прогнали торговцы сословия Меняющих Смыслы. Они захватили там все прилавки и не пускают посторонних.
– Вот оно как. Но таков порядок.
– У неё и здесь неплохо шли дела. Любители козьего вина любят пить, посматривая срамные «Игры Света». А полюбоваться было на что. Я, кстати, хотел сделать эту игрунью своей женой, очень уж хорошо она задом вертела. Влюбился прям сразу. Но она выбрала водоноса.
– Бабы – дуры, – согласился старший сторож. – Выбирают дураков, да мучаются всю жизнь.
– Ну, он не всегда водоносом был. Усвоенных озарений у него не было, унёс ветер, но зато делал кувшины с красивой резьбой. Для этого ему хватало наследованного «Отталкивания Вещества». Варщики козьего вина охотно покупали его кувшины, чтобы продавать в них вино малолетним богачам из срединных Колец. Зарабатывал поболее меня.
– Ты, наверное, тогда был не сторожем, а подручным.
– Ага. Потом у них родился этот малец. Едва не умер, но всё обошлось: Создатели указали ему Путь. Как положено, ему дали прозвище, чтобы скрыть истинное имя от демонов. Пока малец рос, игрунья и её муж скопили золота, чтобы купить домик в Восьмом Кольце. Так эта дура взяла часть своего золота, мол, я его заработала, я и решу куда потратить. И попёрлась в храм Пятого Кольца, а не в храм Двенадцатого, куда мы все ходим.
– Зачем?
– Думала, что священник храма Пятого Кольца лучше наших прочитает её Пути. Ну, тот и начитал ей. На всё золото. Наврал, мол, беги скорее в комнату для благоволений, у тебя равновесие невиданной красоты и мощи.
– Разве священники врут?
– Когда к ним приходят с ветроломов – обязательно. Ведь недаром же мы не посещаем храмы срединных Колец. В храмах нашего Кольца не обманывают. Все свои же.
– И что дальше с ней?
– Создатели лишили её «Игры Света», а взамен дали «Дыхание Воды».
– Макать его в грязь, – усмехнулся старший сторож Урго. – Есть ли более бесполезное озарение?
– Вот баба и рехнулась. Несколько дней бродила по ветролому, орала хулу на Создателей, как демонами охваченная. А потом влезла на вершину ветролома и сиганула в грязь.
– Пропала её прекрасная задница?
– Ага, и кристаллов с танцами не осталось.
ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТКОВ ДНЕЙ после драки кувшинами водонос пропал. Ушёл за водой и не вернулся.
О его пропаже никто не переживал, кроме сына.
– Где папа? – спросил Водоносик у низкой женщины.
Она помотала головой, мол, не понимаю.
– Нет папы, – злорадно сказал Косматик.
– Вот я и спрашиваю, где он?
– Его нет и не будет.
– Почему?
Косматик хотел что-то сказать, но низкая женщина дала ему подзатыльник.
– Мне откуда знать, где твой болван-отец? – заорал Косматик и отошёл.
Прошло ещё несколько дней, Водоносик плакал и звал отца. Несколько раз порывался сбежать на реку Восьмого Кольца, чтобы отыскать его. Соседи по ветролому ловили мальчика и возвращали в родную клетку. А ему казалось, что отец сидит у реки. Самой реки он никогда не видел, поэтому представлял её в виде большой лужи, откуда отец черпал воду.
Низкая женщина успокаивала мальчика, обнимала его, пела песни, совала какую-то еду, которой у неё вдруг стало много.
Потом в клетку снова пришёл старший сторож Урго и младшие сторожа. А с ними какой-то чернокожий человек. Волосы на его голове росли не прямо или волнисто, а во все стороны, одновременно сворачиваясь в плотные колечки, образуя на голове что-то вроде шара из чёрной шерсти. В другое время Водоносик засмеялся бы от такой странной причёски.
Оказалось, что чёрный человек понимал странные слова низкой женщины. Он и старший сторож долго расспрашивали низкую.
Наконец, старший сторож Урго, человек, носивший блестевшую золотом мочи-ку, громко сказал:
– Без «Правдивой Беседы» мы от неё ничего не добьёмся.
– Но после неё низкая сдохнет, – сказал чёрный человек. – Куда ораву этих детей девать?
– Скоро к нам придут вожаки наёмников. Будут искать невылупившихся птенцов для испытания. Туда обоих мальчишек сдадим.
– Не всякого берут в гнездо.
– Кого не возьмут, распределим вместе с девочками по семьям других клеток. У нас достаточно бездетных, они с радостью примут чадо в своё семью.
– Даже грязерожденное? – удивился чёрный.
– Даже грязерожденное.
– Тогда начнём? – спросил чёрный.
– Начинай, – разрешил Урго. Один из сторожей схватил низкую женщину за руки и вывернул их за спину. Мера совершенно лишняя, так как низкая не сопротивлялась.
– Отпусти маму! – закричал Косматик и кинулся на сторожа.
– Выведи его.
Другой сторож схватил Косматика и хотел схватить Водоносика, но старший сторож Урго остановил:
– Сын водоноса пусть останется. Всё-таки его отца убили. Пусть запомнит, что бывает с низкими, поднявшими руку на прирождённого жителя.
Сторож вывел брыкающегося и вопящего Косматика. Остальные вышли сами. Урго поманил Водоносика:
– Веди себя тихо, малец, а то выгоню.
Потом достал кинжал и срезал с запястья низкой женщины верёвочный браслет с деревянным кругляшком, на котором выжжен иероглиф Ветролома Вознёсшихся.
Зажав браслет в кулаке, старший сторож торжественно провозгласил:
– Во имя порядка, основанного на законах Ветролома Вознёсшихся, сия низкая лишается знака принадлежности к Ветролому Вознёсшихся, а с ним лишается защиты сторожей.
Чёрный человек обвёл вокруг лица низкой женщины овал света, настолько яркого, что даже Водоносик зажмурился. Это было интересно. Водоносик редко видел применение озарений, ведь Ветролом Вознёсшихся не то место, где живут кудесники озарений.
Старший сторож задал вопрос:
– Спроси: она убила?
Чёрный сказал что-то на странном языке. Низкая быстро и почему-то с радостной улыбкой ответила.
«Не так уже ей и больно, – подумал Водоносик. – Чего Косматик испугался?»
– Ой, – сказал чёрный, – говорит, не она…
– А кто?
– Говорит, не знает. Кажется, мы зря лишили её знака. И жизни. – Чёрный хрюкнул от смеха. – Это что же получается, мы теперь сами убийцы?
– Ничего не зря и не убийцы. Я уверен, что это она.
– Но «Правдивая Беседа»…
– В «Правдивой Беседе» нужно уметь задавать правильные вопросы. Иногда честность вводит в заблуждение сильнее вранья. Спроси её: «А кто знает»?
– Говорит, что незнакомый высший человек с закрытым лицом знает.
– Вот видишь.
– Что именно?
– Высший человек с закрытым лицом – это наёмник.
– И где только золота взяла на него?
Старший сторож Урго покрутил головой:
– Тут мы можем только гадать. Среди наёмников-одиночек есть опустившиеся болваны, готовые удавить человека за чашку козьего вина.
– Теперь будем искать одиночку? – спросил чёрный. – Она сказала, что встретилась с ним и договорилась на Ветроломе Моваха.
– Ну… попробуем, хотя бесполезно. Он был в маске, а опознать его сможет только низкая, а она вот-вот… А нет, она – уже.
Низкая женщина, у лица которой висел овал света, рухнула на пол. Подняв голову, посмотрела на старшего сторожа с выражением… благодарности?
Чёрный встрепенулся:
– Пока не сдохла, спросить, где взяла деньги на покупку наёмника?
– Спроси, – неохотно отозвался Урго.
Чёрный спросил низкую женщину. У той уже пошла горлом кровь, а тело задёргалось в судорогах. Подчиняясь «Правдивой Беседе», она выплюнула с кровью несколько слов.
Чёрный почесал голову:
– Чепуха какая-то. Говорит, что нашла сундук золота в этой клетке, среди кувшинов.
– Ну, вот и ясно всё. Золото принадлежало водоносу. А низкая украла его и купила наёмника, который этого водоноса и порешил.
Чёрный человек недоверчиво ответил:
– Если у водоноса было столько золота, почему он жил бедно и в одной клетке с низкой?
– Скорее всего, копил на обучение для сынишки.
– А накопил себе на погибель. Удивительные бывают направления на Всеобщем Пути.
Старший сторож Урго пошёл к воротам:
– Мы выполнили своё предназначение, виновница в убийстве прирождённого жителя мертва. Я пойду к старшей ветролома, расскажу, как всё было.
– А тело?
– Низкие сами заботятся о своих мёртвых. Сожгут на пустыре.
Во время их разговора низкая ещё корчилась и хрипела на полу, ошмётки светового овала вились у её лица.
А сын водоноса смотрел на это. Он был слишком мал, чтобы понять все слова взрослых. Его Внутренний Голос ещё не окреп, но кое-что он запомнил. Став старше, мальчик не раз возвращался к этой истории. В детстве он не понимал, куда пропал отец, потом всё понял.
Понял, почему низкая перед смертью протянула руку в сторону уходящего старшего сторожа и пробормотала на едва разборчивом дивианском: «Спа… сибо».
Нет сомнений, что старший сторож подкинул низкой женщине мысль купить наёмника. Низкой пришлось решать: умереть самой, но спасти детей, или жить в вечной опасности под кулаками водоноса?
Она сделала выбор.
2. Выживай и бойся дымонюхов
ВЕТРОЛОМ ВОЗНЁСШИХСЯ СЧИТАЛСЯ САМЫМ спокойным и порядочным ветроломом среди всех окраин.
Сюда не ссылали убийц или воров граней. Здесь селились неизлечимые никакими озарениями пьяницы и нюхатели дурманящего дыма.
Сюда отводили грязеложцев, возлежавших со слугами и служанками, и мошенников, попытавшихся облапошить других жителей с помощью «Обмана Взора» или «Обмана Голоса».
Кроме того, Ветролом Вознёсшихся – место ссылки для жителей, уличённых в поклонении несуществующим богам прошлых поколений.
Здесь находили пристанище целители, не оправдавшие ожиданий своего сословия, или пожилые и искалеченные небесные воины и стражники, не скопившие на службе достаточно золотых граней, чтобы прикупить домики в срединных Кольцах.
Сюда высылали мужеложцев, они почему-то часто были танцорами из сословия Меняющие Смыслы.
Ссылали жён, уличённых в многократном прелюбодеянии, и чья Правда не смогла противостоять Обвинению обманутого мужа на суде Прямого Пути.
Так же Ветролом Вознёсшихся служил пристанищем для тех, кто получил наказание во время благоволения, лишившись важных озарений, а с ними и возможностей исполнять своё предназначение.
Наконец, здесь временно селились разорившиеся торговцы, рассчитывающие поднакопить золотых граней и вернуться в торговлю, а рядом с ними – разорившиеся игроки в Двенадцать Озарений, тоже рассчитывающие подкопить средств и отыграться.
Все эти люди оступились на Всеобщем Пути, но не настолько, чтобы их за это сбросили в грязь. Справедливые решения Прямого Пути дали им возможность если не вернуться в срединные Кольца, то хотя бы достойно жить на окраине.
Большей частью это относительно приличные прирождённые жители Дивии: они соблюдали традиции, чтили Двенадцать Тысяч Создателей и даже продолжали получать благоволения, ведь наказание Прямого Пути не ограничивало волю Создателей.
Ветролом Вознёсшихся – один из немногих ветроломов, порядок на которых поддерживался сторожами.
За много поколений здесь сложился закон: любой, кого приняли старшие Ветролома Вознёсшихся, и кто получил от них верёвочный браслетик со знаком принадлежности, даровавший право на съём клетки, попадал под защиту сторожей. И неважно кто он: грязеложец, ссыльный мошенник, поклонник Звёздных Исполинов или даже незаконно проникший на Дивию низкий. Если старший ветролома решил, что низкий может здесь жить, то он жил, не подвергаясь гонениям, которые его ждали за пределами Ветролома Вознёсшихся.
Конечно, мать Косматика осталась бы низкой, даже если бы вся обвешалась верёвочными браслетиками. В общей помывочной она и другие низкие, включая потерянных слуг и служанок, мылись после того, как помылись все прирождённые.
Целители принимали низких больных только после прирождённых жителей.
На собраниях, на которых старший ветролома объявлял об изменениях в оплате за клетки, ремонтных работах или других бытовых делах, низкие держались отдельно. Молчали не из-за того, что им нельзя говорить, а от того, что не владели дивианским языком в нужной мере.
Но у них было право голоса. Наравне с остальными жителями Ветролома Вознёсшихся низкие, пользуясь грязерожденными детьми как переводчиками, предлагали улучшения для жизни ветролома. Наравне со всеми они участвовали в уборке общественных пространств – Висячего Пути и других балконов, умывален, отхожих мест и большой рощи, устроенной на верхних уровнях ветролома.
На Вознёсшихся сложилась иерархия, повторяющая общедивианскую. В нижней её части копошились низкие, над ними стояли их грязерожденные дети, а выше – прирождённые жители. Ну а так называемые «возвышенные», владельцы ветролома, правили ими, как Совет Правителей.
Местное общество было просвещённым и организовало обучение детей.
Водоносик, Косматик и другие дети возраста от четверти поколения посещали Обитель первых шагов. Это просторная клетка в основании Ветролома Вознёсшихся, в которой бывший славный учитель Дома Опыта, изгнанный из сословия за растление ученицы, обучал местных детей чтению дивианских иероглифов. Заодно постоянно рассказывал одну и ту же жалостливую историю, о том, как враги подложили ему похотливую отроковицу, а потом потащили в Прямой Путь. И всё это ради того, чтобы занять его место в Доме Опыта. На ветроломе ему, конечно, никто не верил. Его так и прозвали – Учитель-Совратитель. А на его уроках всегда дежурил сторож.
Полученные в Обители знания выгодно отличали детей ветролома Вознёсшихся от других бедняков. Практически они были так же образованны, как дети из срединных Колец.
Грязерожденные имели все возможности прирождённых: обладали Внутренним Голосом и Взором и врождёнными гранями. А если один из родителей был высшим, то и наследованным озарением. С наступлением нужного возраста они поступали в Дом Опыта и получали благоволения в храмах. Хотя благоразумно избегали срединных храмов: тамошние священники, прочитав Пути грязерожденного, могли выгнать или – хуже того – изменить равновесие в пользу наказания, как это случилось с мамой Водоносика.
Грязерожденных детей отличал только факт происхождения от низких, который легко установить по количеству наследованных озарений. Одно, если один из родителей высший, или вообще ни одного, если грязерожденный родился от двух низких.
Через два поколения доказательство грязерожденности можно установить только по записи о предках в скрижали местного храма. Да и то, все грязерожденные, достигшие относительно высокого положения в обществе, не жалели денег на подкуп священников и исправляли записи о своём происхождении.
А вот настоящие низкие люди никаких прав не имели, как не имели линий и записей о своём рождении в скрижалях. Но на Ветроломе Вознёсшихся их нельзя безнаказанно убивать или калечить.
Глупый водонос не внял предупреждению старшего ветролома, переданному ему через главного сторожа. Своим упорным нежеланием подчиниться закону ветролома, он совершил преступление: презрел авторитет старшего возвышенного ветролома. Именно за это и был казнён, а не за избиение низкой. Хотя всё было обставлено так, что казнь оплатила низкая, а исполнил наёмник.
Об этом Водоносик догадался позже, когда стал птенцом гнезда наёмников Властелины Страха.
МНОГО ДНЕЙ ВОДОНОСИК, КОСМАТИК, его младший брат и две сестрёнки жили в клетке ветролома сами по себе. Раз в день к ним наведывался кто-нибудь из соседей и, выполняя наказ старшей Ветролома Вознёсшихся, ухаживал за детьми, кормил их и водили в одну из двух общественных помывочных, где помогали детишкам мыться и стирать одежду. А иногда, кто побогаче, оплачивали труд прачки. В остальное время Косматик сам ухаживал за братьями и сёстрами. Но при этом находил время, чтобы подраться с Водоносиком.
Для Водоносика наступили тёмные дни.
Ранее его жизнь протекала под присмотром отца, пусть и не самым заботливым и пристальным. Тем не менее, он жил детской жизнью: играл фигурками небесных воинов и учителей, строил из пустых шкатулок крепости славных воинских родов, а из пустых кувшинов воздвигал Дом Опыта, Дом Танца и Дом Поединка, о которых много слышал от взрослых, но никогда не видел. Или просто носился по ветролому с другими мальчишками, размахивая обломками деревянных мочи-к, которые в избытке валялись на пустырях, где тренировались подростки из гнёзд наёмников.
Сын водоноса – не грязерожденный, а настоящий дивианец. Другие прирождённые жители ветролома приглядывали за ним. Не давали ему свалиться в одну из многочисленных шахт между уровнями ветролома и защищали от особо наглых грязерожденных детей, пытавшихся отобрать его игрушки, которых у них никогда не было, или шкатулки с едой, которой им всегда не хватало. Они и сейчас присматривали за ним, но только до ворот родной клетки, считали, что там он уже в безопасности. Хотя именно за воротами его поджидал заклятый враг и мучитель – Косматик.
Косматик считал Водоносика и его отца виновными в смерти матери.
Каждое утро он начинал с одного и того же обещания:
– Скоро, скоро я вырасту и заколю тебя мочи-кой.
Каждый вечер он подстерегал вернувшегося с учёбы или игр Водоносика и нападал на него. Косматик немного старше и намного крупнее. Его мать не жалела на него еды, надеясь вырастить из парня будущего защитника.
И вырастила. На горе Водоносику.
Мальчишке приходилось постоянно быть начеку, постоянно готовым принять бой. Он бился отчаянно, но кулаки и мускулистые ноги Косматика помогали тому одерживать победу. Всякий раз, когда Косматик уже попросту избивал его, сын водоноса звал на помощь. Косматик тут же отставал, пригрозив:
– Ничего, ничего, однажды тебя никто не услышит.
Жизнь в вечной обороне выработала у Водоносика особые навыки. Чтобы лишний раз не провоцировать врага, он научился ходить неслышно. Чтобы не попадаться на глаза Косматику, научился передвигаться только, когда внимание врага отвлечено. В этом он достиг мастерства и не попадался на глаза Косматику так долго, что тот иногда не знал, что он рядом.
Водоносик продумывал каждый свой шаг и строил маршруты так, чтобы не выходить из «безопасных зон», в которых за ним приглядывали жители ветролома или сторожа. В их присутствии Косматик не проявлял агрессии, так как знал, что с грязерожденным никто не будет церемониться.
Возникала у него мысль уйти из родной клетки? Иногда. Водоносик опасался Косматика, но не настолько, чтобы струсить. Эта просторная клетка принадлежала ему так же, как и Косматику и его брату и сёстрам. Он избегал Косматика, но не убегал от войны.
Мальчик понял, что именно его бегства из клетки Косматик и добивался.
По законам Ветролома Вознёсшихся клетка принадлежала тем, кто в ней жил с согласия старшего ветролома. Так сказал сторож Урго. Когда отец был жив, он платил за клетку пополам с низкой женщиной. Создатели ведали, где она добывала несколько золотых граней, которые отдавала сборщиками податей каждые двадцать четыре дня.
При этом низкая могла переселиться со своими детьми на Ветролом Смрадного Ветра, где платить никому не нужно. Но там жили отчаянные бандиты, варщики козьего вина или много потерявшихся, брошенных или искалеченных слуг и служанок. Старшего на Смрадном Ветре нет, как нет и порядка. Низкую и её детей там убили бы гораздо быстрее, чем на добропорядочном Ветроломе Вознёсшихся. Убили бы просто так, ради развлечения.
Пока что ни Косматик, ни Водоносик не платили за клетку, но подразумевалось, что отдадут долг, когда войдут в возраст и выберут предназначение. Пока что за них платили соседи и те немногие сердобольные жители ветролома, которые выбились из нищеты и неплохо зарабатывали в срединных Кольцах.
Сын водоноса укрепил оборону – возвёл вокруг своего спального угла стены из досок. У входа организовал ловушку из верёвки и осколка мрачного камня. Её устройству научил друг отца, одноногий небесный воин, который в свою очередь проверил силу низких ловушек на собственной шкуре – потерял ногу в одной из них, когда бродил с отрядом товарищей по землям лесного народа.
Ловушка сработала – осколок мрачного камня едва не проломил лоб Косматику. Вражина три дня отлёживался, охая и обещая попозже всё-таки заколоть Косматика мочи-кой.
Оправившись от ранения, Косматик в один из дней позвал своих грязерожденных друзей и они просто сломали оборону и ловушки вокруг постели Водоносика.
Водоносик несколько раз восстанавливал защиту вокруг своего спального матраса, а Косматик и его друзья упорно ломали её. Оставив попытки оградиться от врага, он в итоге научился спать так чутко, что слышал любое движение Косматика, задумавшего на своего врага ночное нападение.
