![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rozhdestvenskiy-poceluy-lp-373250.jpg)
Текст книги "Рождественский поцелуй (ЛП)"
Автор книги: М. Е. Картер
Соавторы: Сара Ней
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)
Глава 5
«Ты можешь забрать мое сердце. Только не бери мой степлер»
Наши губы соприкасаются.
Один раз. Второй.
Сначала неуверенно, пока мои губы не приоткрываются. Затем его рот накрывает мой, и мы целуемся – целуемся как сумасшедшие в темноте, только звуки нашего тяжелого дыхания заполняют тишину.
Это невероятно.
Мое сердце бешено колотится, и все клише, которые я когда-либо читала, проносятся у меня в голове: девушка, которая любит Рождество, но ей не везет в любви? Есть. Девушка, которая мечтает об офисном красавчике, но, в конце концов, ей не везет? Есть. Сюжет «застряла в лифте»? Есть.
– Когда мы выберемся отсюда, я собираюсь пригласить тебя на свидание, – говорит Наставник259 между поцелуями.
– Что, если я слишком стара для тебя? Ты же не знаешь, может я шестидесятилетняя секретарша Кеннета Хоббса.
– Тогда, Глория, я надеюсь, тебе понравится стейк, потому что именно его мы закажем, когда я приглашу тебя на свидание.
Он со стоном обрывает мой смех поцелуем, его пальцы скользят в мои длинные волосы.
– Пожалуйста, скажи мне, что тебя зовут не Глория.
– Меня зовут не Глория, – бормочу я. Стону.
– Слава богу. – Он погружается в еще один глубокий поцелуй.
Затем.
Внезапно, как в кино, вспыхивает свет.
Лампы мерцают, тускнеют, а затем загораются ослепительно ярко.
Я моргаю от слепящего света, пытаясь сосредоточиться на лице передо мной. Большие руки ласкают мою кожу.
Я знаю это лицо.
«Я наполовину влюблена в это лицо».
– Адам? – Его имя – едва слышный вздох.
Глаза мужчины расширены от шока, руки все еще в моих волосах.
– Меган?
Все это время я сидела на полу, в абсолютно темной кабине лифта, разговаривала, флиртовала, смеялась и целовалась с Адамом Робертсом. Адам. Робертс. Парень, на которого я с тоской смотрю половину своей профессиональной карьеры здесь, но с которым на самом деле ни разу не разговаривала.
Его ухмылка менее чем застенчива.
– Не думал, что ты знаешь мое имя.
Как это возможно?
– Как я могла не знать? Твой кабинет прямо через холл от меня. – Мое сердце учащенно бьется. – Не думала, что ты знаешь мое имя.
– Как я мог не знать? Ты носишь самые праздничные наряды из всех, кого я когда-либо встречал.
Я чувствую, как мое собственное лицо вытягивается. Конечно, именно так он меня и знает – именно так меня ассоциируют все в этом офисе. Он, наверное, сделал свои собственные ставки на то, что я надену завтра. На мгновение задумываюсь, выиграл ли он какие-нибудь деньги, но когда чувствую, как меня пронзает укол разочарования, то отгоняю эти мысли.
– Ты сегодня действительно прекрасно выглядишь.
Поднимаю на него взгляд.
Я этого не ожидала.
– Спасибо. Как и ты.
Он хихикает, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в кончик носа.
– Спасибо.
Адам быстро оглядывает лифт.
– Интересно, означает ли возвращение света, что мы скоро начнем двигаться.
Я отчасти надеюсь, что нет. Теперь, когда знаю, что это Адам, то надеюсь, что мы останемся висеть в воздухе, бросая вызов смерти от падения, если гидравлика работает так же, как и электричество. К черту.
Ладно, я передумала. Не хочу, что мы оставались в этой смертельной ловушке.
Но я очень надеюсь, что Адам захочет потусоваться еще немного. Поцелует меня еще раз.
В более безопасном месте.
– Как думаешь, долго мы здесь сидим? – спрашиваю я, когда мы встаем, так как у меня нет под рукой ни часов, ни телефона.
Адам смотрит на свое запястье, чтобы проверить время.
– Около часа. Еще не поздно отправиться на вечеринку. Теперь я могу угостить тебя выпивкой.
Мужчина, наконец, опускает руки, мой взгляд останавливается на них в поисках обручального кольца. Я не нахожу ни одного, но мой желудок все равно падает.
– Подожди. Нет. Мы не можем. Ты... женат, верно?
О боже, я разлучница!
Мужчина бросает на меня вопросительный взгляд.
– Женат? С чего ты взяла?
Захлопываю рот. Дерьмо. Зачем я вообще что-то сказала? Теперь он подумает, что я жуткий сталкер.
«Думай, Мэг, думай».
– Эм, я видела тебя вчера вечером в торговом центре, ты покупал игрушки для детей. Я просто предположила…
«Пожалуйста, скажи мне, что я не права, пожалуйста, скажи, что я не права…»
Он улыбается.
– Я покупал подарки для детей Джейсона Харта. У меня самого нет детей. Во всяком случае, пока.
Мои яичники трепещут.
– Или другого значимого человека. Я бы никогда не обманул того, с кем у меня отношения. Никогда.
Я знаю, о чем он думает. Мы видим так много этого на своей работе. Спортсмены и таланты изменяют своим супругам и нуждаются в том, чтобы мы это скрывали. Устранение последствий – это только часть игры, когда имеешь дело с известными личностями. Поверьте мне, наш отдел по связям с общественностью работает круглосуточно, чтобы некоторые из тех парней, которые регулярно изменяют своим супругам, выглядели святыми.
Мое сердце воспаряет.
Его руки опускаются по бокам, и он засовывает их в карман брюк. Адам в той же одежде, в которой был на работе – черт возьми, Шейла!
– В любом случае, – говорит он. – Я мог бы сказать тоже самое о тебе.
– Что ты имеешь в виду? – хмурясь, спрашиваю я.
– Ты с кем-то встречаешься? – Он чешет подбородок. – Я тоже видел тебя вчера вечером в торговом центре. Фотографировалась с Сантой. Кто твой парень?
Я приподнимаю бровь, глядя на него.
– Ты спрашиваешь, мой ли парень Санта? Потому что, будь уверен, я бы получила того пони, о котором просила, если бы это было так. А так как у меня нет пони... Что ж, ты можешь прийти к своим собственным выводам.
Я хихикаю.
– Я спрашивал не об этом извращенце. – Хмуро смотрю на него, не совсем понимая, почему мужчина испытывает такое отвращение к человеку в красном. – Я говорил о высоком парне, с которым ты ушла из лавки Санты. Тот парень.
О ком, черт возьми, он говорит? Какой высокий парень? Нет никого, кого бы я…
Ах, теперь я знаю, о ком он говорит.
– Коди? Мой сосед?
– О. – Адам выглядит немного удрученным. – Ну, думаю, это действительно удобно.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, для свиданий и всяких прочих вещей.
Прочих вещей? Говоря так, парни подразумевают секс? Он это имеет в виду?
– Ты говоришь о сексе? Поверь мне, я не занимаюсь сексом – или всякими прочими вещами – со своим соседом. – Я смотрю на него с минуту, а затем разражаюсь смехом. – Коди – мой сосед-гей. Я люблю его, но мы проводим наши вечера, смотря комедии и крася друг другу ногти на ногах.
Он опускает взгляд на мои ноги.
– Ну, Коди проделал хорошую работу. Мне нравится красный.
– Спасибо.
Лифт движется, встряхивая нас обоих.
И точно так же, как в фильмах, когда я почти падаю, Адам ловит меня.
– Поймал.
Я подхожу к Мэг, стоящей у елки с голубыми украшениями, яркими и блестящими среди сияющих белых огней. Белая звезда на вершине не горит, как и каждый год, но это нисколько не умаляет ее красоты.
Эй. Может быть, в конце концов, я немного поддался праздничному настроению.
Я прочищаю горло.
– Э-эм, привет. – Мэг улыбается мне, забавляясь. – Могу я угостить тебя выпивкой или чем-нибудь еще? Ты выглядишь... потрясающе сегодня вечером. На самом деле, великолепно. И я знаю, что это может показаться странным, но я уже некоторое время подумывал о том, чтобы подойти к тебе, но сначала мне нужно было что-нибудь выпить. Очень жаль, что это заняло так много времени.
Ее губы подергиваются.
– А я все думала, когда ты подойдёшь
– Правда?
– Да.
Я придвигаюсь ближе, так что мои губы оказываются рядом с ее ухом, и теперь знаю, как она пахнет: сахаром, специями и чем-то пряным. Очень мило.
– Ты действительно прекрасно выглядишь сегодня вечером.
– Как и ты. – Мэг протягивает руку, чтобы смахнуть то, что, как я подозреваю, является невидимым кусочком ворса с моего воротника.
– Я знаю, что ты не отличишь меня от Адама, – говорю я, посмеиваясь. – Но могу я поцеловать тебя?
Мы улыбаемся друг другу.
– Пожалуйста, скажи мне, что ты на самом деле хочешь поцеловать меня, и что мы не тренируемся.
– Я хочу поцеловать тебя. Если хочешь, можешь притвориться, что над нами висит омела.
– Рождественский поцелуй, – вздыхает она.
– Мой любимый, – добавляю я.
– Мы такие слащавые. – Девушка смеется. – Но мне это нравится.
– Хорошо, но никому не говори, или да поможет мне Бог...
Я смотрю на неосвещенную звезду на верхушке дерева. Она установлена криво, но ярко сверкает. Клянусь, она сияет так же ярко, как если бы была…
Мерцает.
Я моргаю, беря лицо Мэг в свои руки и целую ее.
Один раз.
Второй.
Третий.
А на четвертом мы слегка приоткрываем рты, соприкасаясь языками. У нее вкус бурбона и Рождества.
– Ты случайно не была рядом с Шейлой и дамами из бухгалтерии после того, как несколько минут назад улизнула, чтобы написать своей подруге Табите?
Ее глаза расширяются.
– Да, как ты узнал?
– Бурбон, – говорим мы в унисон.
Внезапно вспоминаю слова Джейсона.
«Если не спросишь, то никогда не узнаешь».
– Никогда не узнаешь что?
Хм. Либо она может читать мои мысли, либо я сказал это вслух.
– Мэг, – говорю я, отстраняясь, чтобы посмотреть на нее сверху вниз. В ее великолепные зеленые глаза. Черт возьми, она прекрасна, смотря на меня вот так из-под полуприкрытых век. – Хочешь пойти со мной на настоящую рождественскую вечеринку на этой неделе? Не офисная вечеринка, а настоящая вечеринка с играми, едой и подарками?
Ее глаза загораются.
– Я бы с удовольствием!
– Как моя пара?
– Да, – говорит она и снова наклоняется ко мне, снова целует и обнимает за шею, чтобы прижать меня крепче. – Да.
– Подожди. Я забыл одну маленькую деталь. – Блин, как бы это сказать. – Это рождественская вечеринка в уродливых свитерах.
– О! – Она отмахивается от меня. – Не беспокойся. У меня есть уродливый рождественский свитер. На самом деле, по словам половины людей в этом зале, у меня их целая тонна. – Девушка смеется и тянется для еще одного поцелуя. – Ты знал, что они делают ставки на мой рождественский наряд?
– Э-эм...
– Все в порядке. Шейла не очень хорошо умеет хранить секреты. Я ее самая выигрышная лошадь.
Ее самая выигрышная лошадь? Что, черт возьми, это значит?
Может быть, пришло время поговорить с отделом кадров об офисном этикете Шейлы.
– Еще кое-что. – Я отодвигаюсь от нее, надеюсь, в последний раз. – Как выглядит этот твой свитер? Там конкурс, и мне нужно, чтобы твой был очень, очень уродливым.
– Соревнование? Как мило! – А потом Мэг краснеет. – Ну, не буду врать, он действительно ужасен. Я знаю, что ношу безвкусные вещи в это время года, но тебе может быть действительно неловко, что тебя увидят со мной в этой штуке. Может быть, мне лучше не надевать его...
– Все так плохо? Это же фантастическая новость.
– Серьезно?
– Да! Ты должна его надеть. Я тоже надену свой.
– Хорошо, ладно, ты победил. Но для протокола, он зеленый и весь пушистый. На нем изображен Гринч. И он весь в колокольчиках. Они звенят, и Шейла страстно ненавидит его.
Я хочу сказать: «К черту Шейлу», но вместо этого откидываю голову назад и смеюсь. Мэг только что описала свитер, который Эддисон подарила мне в прошлом году.
– Почему ты смеешься? – спрашивает она. – Я могу найти что-нибудь менее уродское, если хочешь?
– О нет, – говорю я, обхватив ее лицо ладонями. Целую ее в розовые губы. – Это звучит идеально.
Мэг улыбается мне, и мы наклоняемся друг к другу.
– Счастливых Рождественских поцелуев, Мэг.
– Прекрати болтать.
Я замолкаю.
И вместо этого целую ее.