![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rozhdestvenskiy-poceluy-lp-373250.jpg)
Текст книги "Рождественский поцелуй (ЛП)"
Автор книги: М. Е. Картер
Соавторы: Сара Ней
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Вот в чем дело с вестибюлем в этом здании. Он массивный, полностью окружен стеклом, с потолками высотой двадцать четыре фута, балками, устремляющимися ввысь, и огромными, взрослыми деревьями в горшках. Массивная хрустальная люстра поблескивает над головой.
Определенно огромный холл и достаточно величественный, чтобы устроить корпоративную праздничную вечеринку.
Я: Хорошо. Да!!! 8:30?
Я пытаюсь сдержать свой энтузиазм, но просто не могу удержаться, чтобы не добавить эти три восклицательных знака.
Наставник259: Отлично. Тогда увидимся.
Мне не терпится напечатать: «это свидание!», но останавливаю себя и вместо этого пишу: «С нетерпением жду встречи с человеком, который помог мне решить несколько головоломок».
И внутренне съеживаюсь. Мне нужно было написать Табите об этом. Она бы знала, что ответить, и, черт возьми, она бы точно не использовала слово «головоломка».
Наставник259: Дай мне знать, если возникнут еще проблемы с контрактом.
Я: Звучит неплохо.
Я выхожу из системы и возвращаюсь к работе. Понятия не имею, кто такой Наставник259, но он звучит мило. Забавно. Я с нетерпением жду возможности завести настоящего офисного друга и отчаянно стараюсь не думать об этом как о свидании вслепую.
Но с треском проваливаюсь.
Шейла снова появляется над перегородкой моей кабинки.
– Ты купила настоящий наряд на сегодняшний вечер или просто еще один уродливый свитер?
Я вздыхаю, поворачиваясь в кресле лицом к ней. Женщина стоит, скрестив руки на верхней части перегородки, с дымящейся горячей кружкой чего-то в руках. Пар поднимается вверх, и она дует на него с мечтательным выражением на лице. Несомненно, мечтает обо всех мужчинах, с которыми будет заигрывать на сегодняшней вечеринке.
– Нет. Я действительно ходила по магазинам и купила великолепное платье, – не могу удержаться от излияния я. Совсем чуть-чуть. – Наверное, заплатила слишком много денег, но мне оно нравится. – Затем добавляю: – Думаю, ты действительно будешь гордиться мной.
– Ура! – Шейла хлопает в ладоши, чуть не роняя свою кружку. Она коричневая и обычная, и совсем не рождественская, так что не велика потеря, если бы уронила. – Ты позволишь Деборе сделать тебе прическу и макияж? Я поспорила с ней на пять баксов, что ты поступишь умно и отправишься за покупками, но она мне не поверила. Так что она проиграла.
Я приподнимаю бровь.
– Шейла. У тебя серьезные проблемы с азартными играми, ты ведь знаешь об этом, верно?
– Только когда дело доходит до твоего плохого вкуса в одежде. – Она делает еще несколько глотков кофе, и я подозреваю, что в нем может быть что-то еще, помимо кофе. Что-то крепкое. Очень крепкое. – И ты уже выиграла мне плату за машину в следующем месяце, так что я не собираюсь прекращать ставить на свою самую выигрышную лошадь.
А я значит ее лошадь в этом сценарии? Потрясающе.
Я опускаю голову на стол и стону. Почему? Почему из всех людей в этом офисе я должна соседствовать с этим человеком? Почему не с Кэролайн, чья кабинка в четырех шагах отсюда? Она приносит своим соседям печенье, а над ее шкафчиками висит гирлянда праздничных разноцветных огней. Или еще лучше, Марк, тихий компьютерный ботаник через узкий проход от меня. Может, он и немногословен, но вежлив и держится особняком. И я замечаю, что у него голова Санта-Клауса на стопке руководств по спортивному менеджменту, так что он не может быть таким уж плохим…
– Помни, – говорит Шейла авторитетным голосом. – Несколько девчонок, встречаются в половине шестого, чтобы прихорошиться. Мы слышали, что Норман Хейворд будет здесь в этом году, и я хочу, чтобы Дебора замазала контуры моих морщин. – Мистер Хейворд является вице-президентом нашей компании и недавно развелся с третьей миссис Хейворд. Похоже, Шейла собирается стать четвертой. – Встретимся в женском туалете. Я тайком прихватила немного бурбона в сумочке, так что мы начнем вечеринку немного пораньше.
Туалетная комната? Бурбон? Точно пас.
– Спасибо за приглашение. Подумаю об этом. – Я вежливо улыбаюсь ей и убираю несколько выбившихся прядей волос со своих губ. Они прилипают к мятной гигиенической помаде, которую я только что нанесла.
– В пять тридцать, – снова говорит Шейла, кивая. – Мы тебя хорошенько принарядим.
О, держу пари, что так и будет.
Черт возьми, кем бы ни была МакГиннис983, она забавная. И заставляет меня смеяться каждый чертов раз, когда мы болтаем, и, хотя в моем животе образуется небольшой узел вины из-за нарушения соглашения о конфиденциальности компании – и еще четырех правил – я не жалею, что узнаю, кто она такая.
Даже если она тролль с восьмого этажа, которая всегда присылает мне служебные записки, когда я беру слишком много блокнотов для стенографии из кладовки. Тогда, по крайней мере, у меня будет лицо, соответствующее имени. Или, в данном случае, имени аккаунта.
Хорошо. Я втайне надеюсь, что кто бы ни была эта незнакомка, она не офисная ведьма.
И надеюсь, что она также сексуальна, как и умна.
Я все еще думаю о МакГиннис983, когда бросаю взгляд сквозь прозрачную стену, из которых состоит мой кабинет, на маленький письменный стол Мэг.
Ее открытый вход в кабинку обращен ко мне, так что я могу заглянуть внутрь без каких-либо усилий или препятствий. Могу свободно изучать ее профиль и длинные каштановые волосы, ниспадающие шелковистыми волнами. Ее свитер красный, и, хотя не вижу спереди, я бы поспорил на деньги, что на нем один из тех уродливых рождественских рисунков.
Говоря о ставках, общеизвестно, что более чем несколько человек сделали Мэг главной мишенью офисного пула ставок, еще одна вещь, которая не одобряется персоналом здесь. Учитывая, что наша профессия – профессиональные спортсмены, а ставки на спорт запрещены законом, тот факт, что наши сотрудники делают ставки в офисе, вызывает тревогу.
Мэг ерзает на стуле, и мне открывается полный вид на ее свитер. Я был прав, он чертовски уродливый.
Красный, с рисунком уродливого свитера впереди… Свитера? Яркие пластиковые лампочки, натянуты спереди, и уверен, что где-то есть батарейный блок, который их освещает.
Дерьмо. Теперь я пялюсь.
Мэг встает, натягивая свитер на задницу. Пощипывает ткань леггинсов в зеленую и голубую клетку. Плюхается обратно на свое место. Начинает перебирать папки на своем столе, время от времени делая заметки в розовом блокноте. Я часто замечал, как она это делает: заметки. Маленькие записки есть повсюду в ее кабинке – на мониторе, на двух серых полках, на ее картотеке.
Интересно, что на них написано.
Интересно, о чем девушка думает, когда сейчас смотрит вверх, в сторону моего кабинета.
Я пытаюсь улыбнуться, но это выходит как гримаса, и Мэг быстро опускает взгляд, но не раньше, чем замечаю, как ее губы произносят: «О боже», и она отодвигает свой стул подальше от меня.
Здорово. Теперь она думает, что я сталкер.
Который… не буду лгать, пытался найти информацию о ней. Личное дерьмо, с которого, как думал, я мог бы завязать разговор. Черт, я даже пытался найти ее в справочнике офиса, но остановился, когда почувствовал флюиды преследование. Последнее, чего я хочу – это вторгаться в ее личную жизнь.
Через некоторое время Мэг заметно расслабляется, сосредоточившись на своей работе. Отсюда я вижу, как она прикусывает нижнюю губу и морщит нос каждые несколько минут. Это сексуально очаровательно.
Да. Определенно сексуально очаровательно.
Интересно, МакГиннис983 тоже будет сексуально очаровательной?
Глава 4
«Я хочу нарушить с тобой кадровую политику компании».
Дрожащей рукой приглаживаю свои длинные волосы, которые рассыпались свободными волнами после того, как весь день были собраны в узел на макушке. Последние штрихи в моем макияже сделаны. В этот раз мне удалось нанести смоки айс, не будучи похожей на енота. Вместо накладных ресниц, которые наверняка оторвались бы и прилипли к моим щекам, тушь, которую я нашла в торговом центре, удлинила мои ресницы, так что я выгляжу естественно. Губы блестящие.
Провожу ладонью по переду своего нового платья, разглаживая складки – если это возможно, платье лучше, чем я запомнила. Когда вчера вечером я вытащила его из сумки для одежды, чтобы разгладить заломы, прохладная ткань плавно скользнула между моими пальцами, прежде чем я, наконец, надела его.
Сегодня платье выглядит даже лучше, чем вчера. Ощущения потрясающие.
Обувь кажется еще более удобной.
Я чувствую себя красоткой.
Поворачиваюсь, ловя свое отражение в зеркале.
Собирая одежду, в которой ходила на работе, проверяю время – я немного опаздываю – засовываю все в сумку с надписью «Северный полюс» и оставляю ее в своей кабинке. Как только подхожу к лифтам, стуча по белому мраморному полу на своих новых высоких каблуках, я легонько нажимаю кнопку «Вниз» красным полированным ногтем. На ногте мизинца нарисована маленькая карамельная трость, и я улыбаюсь, когда она ловит мой взгляд, кокетливо подмигивая.
Лифт медленно спускается, и я уже слышу звуки музыки, доносящиеся из вестибюля внизу. Очевидно, что как новый сотрудник я раньше не была на рождественской вечеринке в офисе, поэтому мне любопытно, действительно ли они такие дикие, как утверждает Шейла. Действительно ли будет много клиентов, владельцев и тренеров. Я не понаслышке знаю, насколько Шейла склонна к преувеличениям, поэтому мне интересно посмотреть, кто будет толпиться у бара сегодня вечером.
И, конечно, моя встреча с Наставником259.
Лифт все еще не прибыл, поэтому, хотя знаю, что это бессмысленно, я снова нажимаю кнопку «Вниз». Раньше он прибывал медленно, но сейчас еще хуже, даже при скоплении людей в вестибюле, вряд ли кто-то будет его придерживать.
Я наклоняю голову, наблюдая, как уменьшаются цифры. Он спускается с верхних этажей, постепенно опускаясь вниз. Тринадцатый этаж. Пауза.
Десятый этаж.
Девятый.
Пауза.
Восьмой.
Динь!
Наконец, лифт открывается, и я запрыгиваю в него, сразу же протягивая руку к панели управления. Тыкаю пальцем в кнопку вестибюля. Жду, пока двери закроются, повернувшись к ним лицом. Когда это происходит, я отступаю назад, прислоняясь к прохладной стене и ошеломленно осознаю, что в углу, опустив голову, стоит еще один человек, уткнувшийся в телефон.
Мой взгляд начинает медленный осмотр с кончиков его блестящих кожаных туфель. Длинные ноги. Узкая талия. Широкая грудь…
Свет внезапно гаснет.
Ошеломленная я стою в кромешной тьме кабины.
– Что происходит? – тихо спрашиваю я. Или это был шепот?
Весь лифт погружен во тьму. Даже аварийное освещение на панели управления не горит.
– Давай, ответь на свой чертов телефон, – говорит мужчина. У него низкий баритон. Ладно, возможно, оказаться запертой в этом лифте будет не так уж и плохо.
Он швыряет что-то похожее на трубку телефона о металлическую стену.
– Черт.
– Это был телефон экстренной помощи?
– Ага. – Мужчина колеблется, затем спрашивает: – Ты в порядке?
– В порядке, – отвечаю я, думая, как странно, разговаривать с человеком и не видеть его. Я не совсем понимаю, куда мне смотреть. – Почему ты повесил трубку? Может, нам им перезвонить?
Он вздыхает.
– В прошлый раз, когда это случилось...
– Что ты имеешь в виду «в прошлый раз»?
– Около двух лет назад несколько человек застряли здесь на несколько часов.
– Надолго? Не помнишь?
– Эм... не хочу тебя пугать, но раз ты спросила. – Он прочищает горло, звук эхом отдается в небольшом пространстве. – На всю ночь.
Я ахаю. Ладно, это больше похоже на писк.
– На ночь! Почему их так долго спасали?
– Не знаю, – произносит голос. – Насколько я понимаю, они были последними, кто уходил ночью. На следующее утро, когда кто-то нажал кнопку вызова, лифт просто снова начал двигаться.
– И никто не отвечал на экстренный звонок?
– Очевидно, они уже ушли домой.
– Прямо как сейчас, – шепчу я. – Они, наверное, на вечеринке и не слышат свой телефон из-за музыки.
Голос хихикает. Мне нравится этот звук. Это заставляет меня чувствовать покалывание, что совершенно нелепо. Этот человек – безымянный, безликий незнакомец.
Тот, кто разделяет со мной эту катастрофическую поездку, хмыкает.
– Он, вероятно, прямо сейчас пользуется бесплатной выпивкой на вечеринке. Как раз то, что нам нужно – пьяный спасатель.
– Все больше людей упоминают об этом бесплатном алкоголе. Он действительно так хорош? Или хорош, потому что бесплатный? – Я невольно хихикаю.
– И то, и другое, полагаю. Но его там целая куча, так что...
– Отлично. Я точно буду нуждаться в выпивке после этого испытания.
Мы еще немного стоим в тишине, прислушиваясь к звукам вечеринки внизу. Я не уверена, какая песня исполняется, потому что басы создают глухой звук внутри лифта, делая невозможным различить какие-либо слова.
– Хорошо, – наконец говорю я. – И что нам делать, пока ждем?
Мужчина чем-то шуршит, прежде чем заговорить, его голос звучит теперь под другим углом.
– Присядь. Устраивайся поудобнее. – Пауза. – Это может занять некоторое время.
– Это может занять некоторое время, – повторяет женщина.
Я понятия не имею, кто это, но она работает на моем этаже и одета в красное платье и сексуальные черные туфли на каблуках. По крайней мере, это я увидел, когда она проскользнула в лифт. Длинные, подтянутые ноги. Шелест и блеск ее юбки.
Теперь я жалею, что уткнулся носом в свой мобильный телефон, который стал чертовски бесполезным из-за отсутствия спутникового сигнала в этой душной кабине. Я как раз поднимал взгляд, когда погас свет.
– Я имею в виду, не хочу быть занудой, но с таким же успехом мы могли бы посидеть. – Черт, на ней же платье. – Ох, ты же в платье.
– Все в порядке. Я всегда могу отнести его в химчистку. – Шмыганье носом в темноте. – Не хочу показаться занудой, но оно совершенно новое. Я купила его специально для сегодняшнего вечера. – Долгий, тяжелый вздох. – По крайней мере, оно удобное, верно?
– Какое оно? – Черт, почему я только что спросил об этом? Как будто меня волнует, как выглядит ее платье.
Я слышу, как она улыбается в темноте.
– Рождественский красный цвет. Ну, технически он не так называется, но я так его называю. Облегает в талии, а на поясе очень маленькие блестящие стразы. Точно такие же, как те, что вшиты в складки.
– Я не успел увидеть, – признаюсь я. – Смотрел в телефон, когда ты вошла, но уверен, что оно очень... э-э-эм, красивое.
Вероятно, и сексуальное, судя по одним только ее ногам.
– Так и есть.
– Ну, я уверен, что мы скоро отсюда выберемся. Сомневаюсь, что мы пропустим всю вечеринку.
«Только большую ее часть, если только нам не придется здесь ночевать», – но я держу эту часть при себе.
– Надеюсь, что нет. Я шла на встречу кое с кем.
– Да, я тоже. – Затем у меня урчит в животе, и я благодарю Бога за кромешную тьму, потому что мои щеки краснеют, чего, клянусь, не делали уже много лет. – У тебя случайно нет какой-нибудь еды в сумочке? Я умираю с голоду.
Слышу щелчок застежки на ее сумочке, затем какое-то шуршание.
– Я всегда ношу с собой протеиновый батончик. Хочешь разделить его? Или нам следует разделить его на мелкие кусочки, на всякий случай.
Шуршание обертки щекочет мой слух.
Я смеюсь.
– Давай просто разделим его пополам. – Протягиваю руку в темноте, а потом вспоминаю, что она не может меня видеть. – Я здесь, протягиваю руку, как попрошайка, которым и являюсь.
– Подожди, дай я найду тебя. – Чья-то рука касается моей руки. Цепляется, ощупывая мое предплечье. Затем медленно, скользит остаток пути вниз. – Эм. Вот ты где, ха-ха. – Она кашляет, нащупывая пальцами мою раскрытую ладонь. Протеиновый батончик появляется в центр. – Надеюсь, что это половина.
Я подношу его ко рту и откусываю кусочек.
– М-м-м, на вкус как филе.
Кем бы она ни была, женщина думает, что я забавный, и смеется.
– Мой на вкус как... – Незнакомка жует, и я слышу, как она драматично сглатывает. – Черника со сливками. Подожди. Теперь это похоже на картофельное пюре!
– «Чарли и шоколадная фабрика»? Классная шутка.
– Спасибо.
– Ты только что подмигнула мне в темноте?
Она снова смеется.
– Нет! Почему ты спрашиваешь меня об этом, чудик?
Я обдумываю ее вопрос, пожимая плечами.
– Просто кажется, что это было бы подходящее время, чтобы подмигнуть кому-нибудь.
– Да, хорошая мысль. Подмигиваю, подмигиваю. – Она делает паузу. – Ну вот, так лучше?
– Мэм, если вы флиртуете со мной, ваше внимание осталось незамеченным.
Снова жевание.
– Из-за темноты?
– Определенно из-за темноты.
– Ну, из меня ужасная кокетка, так что темнота вряд ли что-то значит. Хотя спасибо, что так сказал. Могу использовать это для повышения уверенности.
– Думаю, что у тебя пока все хорошо. – Я слышу, как она вытирает обо что-то руки. Сомневаюсь, что это ее юбка, и задаюсь вопросом, есть ли у нее салфетка или что-то в этом роде.
– Просто хорошо? Это потому, что я не флиртую. Я даже не могу тебя видеть.
– И что? Можно флиртовать с кем-то, кого никогда не встречал, поверь мне.
– Ты говоришь об онлайн-знакомствах? – В ее голосе звучит скептицизм.
– Ага. Или посылать кому-нибудь сообщения.
Похоже, она наклоняется ближе, ее шепот доносится из темноты.
– Я открою тебе маленький секрет, если ты поклянешься никому не рассказывать.
Я дрожу, несмотря на духоту в кабине лифта.
Киваю, хотя она меня не видит.
– Договорились.
– Ладно. Но помни, мы в этом вместе, потому что оказались в затруднительном положении вместе. Мы своих не бросаем, понял.
«Мы своих не бросаем». Где я слышал эти слова?
– Сегодня вечером я встречаюсь с кем-то, с кем... познакомилась в МОС, – торопливо восклицает она.
Прижимаюсь спиной о холодную стену маленькой комнаты.
– И я открою тебе маленький секрет, если ты поклянешься никому не рассказывать, – повторяю я ей ее слова в ответ.
– Я киваю в знак согласия, – поддразнивает она. – Выкладывай.
– Я тоже.
– Ты тоже киваешь в знак согласия?
Я смеюсь.
– Нет, сегодня вечером я встречаюсь кое с кем, с кем познакомился в МОС.
Тишина.
Тишина все тянется и тянется.
– Эй? – Она потеряла сознание? Заснула?
– Я здесь, – говорит девушка из темноты.
– Хорошо, ладно...
– И какое у тебя имя пользователя?
О... теперь это обретает смысл. Она думает, что я тот человек, с которым она собирается встретиться.
– Наставник2…
– …259, – заканчивает она за меня. Думаю, что сейчас девушка тоже откидывается назад. Я слышу, как она ударяется спиной о стену лифта. – Ну, привет.
– МакГиннис983?
Да, понимаю, что медленно соображаю, но я парень. И ничего не могу с этим поделать.
– Да.
– Вот черт. Каковы шансы?
– Ужасные шансы. И все же... Мы здесь.
Я хочу спросить, как ее зовут, но не хочу портить момент. Несмотря на то, что я голоден и застрял в темной, затхлой и чертовски старой кабине лифта, мне на самом деле весело.
– Теперь я действительно жалею, что уставился в телефон, когда ты вошла, – выпаливаю я. – Я видел лишь низ твоего платья. И с удовольствием бы посмотрел на верхнюю часть. – Господи, это звучало извращенно. – Черт, это не то, что я имел в виду.
– Может быть, в следующий раз ты будешь внимательнее. И вообще, если бы мы встретились сегодня вечером у ели, что бы мы на самом деле сделали? Неловко стояли там и вели светскую беседу?
Я ужасен в светской беседе. Бизнес? Да. Контракты? Да. Переговоры на несколько миллионов долларов? Да.
Светская беседа? Нет.
– Как-то не думал об этом. Хотя я бы купил тебе пару напитков.
– Напитки бесплатные! – У нее вырывается смешок. – Внизу играет группа. Мы могли бы потанцевать?
М-м-м, сомнительно. Я не танцую. По крайней мере, не по доброй воле.
– Может быть. Или... мы могли бы пойти куда-нибудь в тихое место, чтобы поговорить.
– Вот мы и находимся в тихом месте, чтобы поговорить.
– Это правда.
– И мы одни.
– И это правда.
– Что, если я тролль?
Я думал об этом снова и снова с тех пор, как попросил ее встретиться со мной внизу.
– Это не так.
– Откуда ты знаешь?
Я вдыхаю.
– Я мельком увидел твои ноги.
– Мои ноги?
– Ага. Они великолепны.
– Вау. Эм... спасибо. – Ее голос задыхающийся и застенчивый.
Я не могу удержаться от смеха.
– Ты покраснела?
– Ага. И у меня есть к тебе вопрос.
– Давай.
– Что заставило тебя попросить меня встретиться с тобой сегодня вечером. Зная, что это противоречит политике компании и нарушает соглашение о конфиденциальности?
Хороший вопрос. Я обдумываю свой ответ, прежде чем ответить.
– Ну... несмотря на то, что мы уже нарушили множество правил, я не знаю. Мне было любопытно, и... мы уже некоторое время переписывались друг с другом, и каждый раз, когда у тебя возникает вопрос, он превращается в разговор.
– М-м-м, – напевает она.
– Кроме того. Я... ну. Мне не очень везет с женщинами. Все проще, когда мы не лицом к лицу.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что в течение нескольких месяцев в офисе был кое-кто, о ком я начал много думать, но так и не набрался смелости поговорить, а недавно увидел ее с кем-то другим, так что… В любом случае. Я могу договориться о дерьмовой зарплате игрока, но когда дело доходит до женщин? Женщин, которые меня действительно интересуют? Скажем так, я не очень хорошо справляюсь с этим.
– Хочешь попрактиковаться на мне, прямо сейчас? Что бы ты сказал, если бы эта женщина стояла перед тобой?
– Я не... я не знаю. Привет? – Клянусь, если она будет смеяться надо мной...
Она смеется.
– Как насчет: «Прекрасный вечер для вечеринки, не так ли?».
– Да, это сработало бы. Тогда что, если я скажу: «Сегодня вечером ты выглядишь особенно прекрасно».
– Ну, ты мог бы так сказать, но сейчас ты просто повторяешься. Прекрасна и прекрасный вечер? Эм. Ты можешь лучше.
– Как насчет: «Знаешь, я уже некоторое время наблюдаю за тобой...».
– Нет! – Ее голос звучит из темноты, полный смеха и веселья. – Боже, нет, ты не можешь так сказать. Это жутко. – Затем: – Черт. Ты ведь не сталкер, не так ли?
– Нет! – Теперь, черт возьми, моя очередь возмущаться. – Нет, но у меня прозрачные стены в кабинете, так что легко могу наблюдать за всеми вокруг. Включая ее. – Дерьмо. Последнее, чего я хочу, это чтобы МакГиннис983 подумала, что я тоскую по какой-то офисной девушке, когда на самом деле мне нравится идея познакомиться с ней поближе.
– Хорошо, у тебя есть еще один шанс. Срази меня наповал. Я имею в виду – не меня. Её... нас... я имею в виду. А сейчас я замолчу...
Прочищаю горло.
– Э-эм, привет. Могу я угостить тебя выпивкой или чем-нибудь еще? Ты выглядишь... потрясающе сегодня вечером, и я знаю, что это может показаться странным, но на самом деле я уже некоторое время подумывал о том, чтобы подойти к тебе, но сначала мне нужно было что-нибудь выпить. Очень жаль, что это заняло так много времени.
– А я все думала, когда ты подойдешь.
– Правда?
– Да. – Мне кажется, или в ее голосе звучит тоска?
Затем я двигаю рукой, и она скользит по твердому полу, пока не находит ее пальцы.
Я прикасаюсь к ним, надеясь, что незнакомка не оттолкнет меня.
Она этого не делает.
Вместо этого ее пальцы накрывают мои, а затем они переплетаются.
– Знаю, что ты не отличишь меня от Адама (прим. I don’t know him from Adam (не отличишь кого-то от Адама) – идиома, означающая не иметь ни малейшего представления о ком-либо, никогда не встречаться и не знать кого-либо в лицо), – говорю я и мысленно хихикаю над остроумием собственной шутки. – Но могу я поцеловать тебя?
– Пожалуйста, скажи мне, что ты хочешь поцеловать меня и что мы не тренируемся.
– Я хочу поцеловать тебя. Если хочешь, можешь притвориться, что над нами висит омела.
– Рождественский поцелуй, – вздыхает она.
– Рождественский поцелуй?
– Ага. Так я называю омелу, когда вешаю украшения в своей квартире. – Слышу, как она ухмыляется, вспоминая подробности. – Обычно я устраиваю вечеринку с кучей друзей. Как бы переусердствую, когда дело доходит до праздников, а Рождество – мое любимое. Так что я люблю праздновать.
– Это... довольно мило.
Затем я придвигаюсь ближе, пока наши бедра не прижимаются друг к другу. Поворачиваю свой торс, пока не оказываюсь лицом к ней в темноте. Провожу рукой по ее руке, скользя по мягкому хлопку ее платья. Ее кожа теплая, ткань гладкая, как шелк. Когда обе мои руки обхватывают ее шею, я наклоняюсь, прижимаясь губами к ее губам.
Мне не нужно искать, как будто наши губы просто притянуло друг к другу.