Текст книги "Особенная девочка для властного Альфы (СИ)"

Автор книги: Людмила Королева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Глава 8

Рита

Боже! Я не верю своим ушам и глазам. Гора с плеч. Артур поможет нашей девочке. Поможет, несмотря на то, что зол на меня, несмотря на то, что ему придется лишиться части своих сил. Он так легко согласился… Я была уверена в том, что он откажется, когда доктор озвучил, что это болезненная процедура.

Это что же получается, Артур ради Сонечки готов сократить собственную жизнь? Он серьезно к малышке отнесся, выходит, хочет оставить ее себе? А со мной он рано или поздно наиграется, а что потом? Вышвырнет меня из своей жизни, отнимет у меня дочь? У него много денег, наймет кучу нянек, будет растить ребенка, а меня к ней не подпустит, чтобы отомстить за потерю зверя. Это он может. Я точно знаю.

И от этих мыслей дурно и страшно. Я не хочу расставаться с Сонечкой. Она моя жизнь. Я не отдам ее! Буду бороться за нее. Мне придется играть по правилам этого зверя, чтобы он оставил меня рядом с малышкой?

Его звериная сущность не пробудилась, не вернулась, а это значит, что Артуру на меня плевать. Это для зверя я истинная пара, поэтому его тянуло ко мне, а для человеческой половины души я, видимо, никто? Судя по тому, как Амурский часто впадает в бешенство, как часто его накрывает злость, он ко мне испытывает лишь ненависть. Оборотни – жестокие создания. Он, наверняка, будет мне мстить. А единственная моя слабость – это Сонечка. Если он ее отнимет, он причинит мне сильную боль.

Я напрягаюсь. Снова не чувствую себя в безопасности. Опасливо кошусь на Амурского. Он ходит из угла в угол палаты, с кем-то общается по телефону, а я сижу на кровати, держу малышку на руках. Сонечка присосалась к моей груди. Ест с закрытыми глазами.

Мы ждем, когда доктор принесет карту со всеми анализами малышки.

Для меня сейчас главное, чтобы Артур спас Сонечку, а что будет дальше со мной… Об этом я подумаю потом. Я что-нибудь придумаю. Я привыкла выживать. Я ведь с детства сирота. Когда волки убили всю мою семью, мне было лет пять. Помню, как переезжала из одного детского дома в другой. Уцелевшие охотники прятали меня от волков. Потом я выросла, старалась держаться подальше от оборотней. И у меня это отлично получалось. Я пила отвар, он скрывал мой запах, поэтому оборотни на меня не обращали внимания, они меня не чувствовали, я для них была скучной серой мышкой. А вот Артур меня учуял. Выследил, метку поставил, и никакой отвар мне не помог. Этот зверь четко шел к своей цели. И теперь моя жизнь очень тесно связана со стаей волков. И как бы мне не хотелось убежать, придется быть рядом. А если моя дочка станет волчицей, значит, мне надо найти способ, как остаться рядом с ней в стае. Волки мне ее не отдадут. Волчицы и девочки-полукровки по закону принадлежат стае волков. Они таких детей себе забирают.

Врач приносит карту Сонечки, протягивает ее Артуру. Старый охотник и волк бросают друг на друга убийственные взгляды.

Я понимаю, что Святослав Олегович специально провоцирует оборотня. Хочет, чтобы Артур напал. Этот старый лис мечтает умереть в бою, чтобы не чувствовать себя немощным. Мой дед был таким же. И его мечта исполнилась, он погиб в бою, как и мой отец.

И меня радует, что Амурский держит себя в руках. А может, он не нападает, потому что лишился зверя?

Я перевожу взгляд на малышку. Она заснула на моих руках. Моя маленькая принцесса. Сопит, как ежик. Люблю ее больше всего на свете.

– Советую поторопиться с переводом в другую больницу. Ребенку нужно как можно дольше оставаться под магическим куполом, – скрипит голос старика.

– Идем, – спокойно говорит Артур, осторожно берет меня под локоть одной рукой, второй подхватывает сумку и два пакета с нашими вещами.

Когда выходим из больницы, у меня рот открывается от удивления. Рядом с машиной Артура стоит черный внедорожник, в котором сидит охрана. И один из охранников, тот самый огромный и высокий Олег, которого я уже успела запомнить, устанавливает детскую автолюльку на заднем сиденье автомобиля Амурского.

– Эээ… Мммм… – это все, что я могу сказать. У меня от удивления брови приподнимаются. – У тебя есть детское кресло? – перевожу взгляд на Артура.

Он придерживает меня за локоть, будто боится, что я споткнусь и уроню нашу дочку.

– Пока мы ехали сюда, я дал своим парням задание купить для малой автолюльку. Надо же малышку перевезти в другую больницу. Безопасность превыше всего, – пожимает плечами Артур, подходит к своей машине и закидывает пакеты с вещами в багажник.

Оборотень кивает своей охране, и мужики садятся в черный внедорожник. Я наблюдаю за тем, как автомобиль отъезжает от нас на небольшое расстояние и останавливается. Они ждут своего босса. От таких амбалов мне будет трудно сбежать.

Амурский подходит ко мне, смотрит на спящую Сонечку.

– Я ее подержу, а ты переоденься на заднем сиденье моей машины. Там пакет с вещами для тебя. Ребята купили, пока мы в больнице были. Надеюсь, я угадал с размером. Остальное купим потом. Сейчас времени нет, – строго говорит Амурский.

Я понимаю, что спорить с ним бесполезно. И мне неуютно в разорванном платье. Оно напоминает мне о моем позоре.

– Держи осторожно, – бурчу я и вкладываю в огромные лапищи Артура крошечную малышку.

Замечаю, что Артур едва дышит, смотрит на Сонечку так, будто она драгоценность. Дочка во сне хмурит бровки, а потом надувает губки и тяжело вздыхает. А на губах оборотня появляется искренняя улыбка. И я на краткий миг впервые вижу Артура настоящего, без брони. Он с нежностью смотрит на дочку, в его глазах непривычная теплота, а у меня душа трепещет от этой картины. Я даже не знала, что Артур любит детей. Я привыкла к тому, что вся его жизнь – это борьба за власть.

Он то с черными волками бился, то с охотниками, ведет крупный бизнес, везде стремиться быть первым. И, насколько я помню, ему было не до детей. Он поэтому всегда предохранялся, прерывал половой акт, чтобы я не забеременела. Артур так и говорил, что ему сейчас не нужны лишние проблемы. Но как-то так вышло, что я все равно забеременела. Врач мне сказала, что прерывание не дает стопроцентной гарантии.

– Спасибо тебе за то, что решил спасти ей жизнь, – шепчу я, слова идут из сердца.

Я боялась, что оборотень не станет мне помогать из-за многовековой войны, которая идет между нашими видами.

Утыкаюсь в огромное плечо лбом.

Я люблю этого идиота всем сердцем. И как меня угораздило полюбить врага? Мой дед и отец сошли бы с ума, если бы узнали, кого выбрало мое сердце. Но у нас с Артуром все очень сложно.

– Спасибо, – всхлипываю носом, так как сложно удержать эмоции.

Я ему очень благодарна! Мне было так страшно, что я потеряю свою девочку. А теперь Сонечка уже в шаге от выздоровления. И мне все равно, кем она станет в итоге. Даже если она примет магию отца и превратится в чистокровную волчицу, я буду ее любить.

Чистокровные волчицы рождаются только в паре волк и волчица, но очень редко, примерно в одном случае из тысячи, дочь охотника может даровать волку особенную девочку, которая будет способна на оборот. Это происходит редко, потому что девочки эти появляются в результате конфликта магии, и если волк спасает такого ребенка, то появится чистокровная волчица, ну или обычный человек с магией охотника. Какую бы не выбрала себе магию Сонечка, я буду любить дочку такой, какая она есть. Главное, чтобы она выжила.

– Не за что, Рита, – рычит Артур и прижимается губами к моей макушке, вызывая в моем теле приятные мурашки. – Напомню. Я благотворительностью не занимаюсь. Так что будь готова заплатить за мою щедрость. А сейчас живо в машину. Переодевайся, поедем в лучшую клинику. Нас там уже ждут.

Я тяжело вздыхаю. И как могла забыть о том, что я для этого недоделанного оборотня всего лишь вещь? Игрушка, с которой он решил поиграть. Он никогда не будет относится ко мне, как к равной, потому что я не волчица. А я всегда мечтала о нормальных отношениях. О взаимной любви, о взаимном уважении, я мечтала о настоящей семье. Я хотела выйти замуж один раз и на всю жизнь, подарить любимому мужу детей, жить счастливо. Я мечтала о тихой, спокойной жизни.

Послушно сажусь в машину на заднее сиденье. Замечаю пакет. На нем логотип самой дорогой брендовой одежды. Обалдеть! Я такие вещи никогда не носила. Вытаскиваю из пакета черный топ на лямках, спортивный костюм голубого цвета. Под цвет моих глаз выбирали или просто совпало? Замечаю еще коробку с новыми кроссовками. Надо же! Как Амурский узнал, какой размер обуви я ношу?

Стягиваю с себя рубашку Артура, снимаю разорванное платье. Переодеваюсь. Новые вещи очень качественные, мягкие, приятные на ощупь. И обувь очень удобная. Не понимаю, зачем Артур потратил на меня так много денег? Или он все это включит в общий «счет», который выставит для меня. Только вот Амурскому от меня нужны не деньги, а я. Он меня хочет. К щекам приливает краска. Чтобы такое придумать, чтобы он ко мне не лез? Я не хочу быть его шлюхой. Такие отношения не для меня.

Глава 9

Артур

Сжимаю пальцами руль, ощущаю гладкую кожу, сосредоточенно смотрю на дорогу. Но взгляд так и тянется к зеркалу заднего вида. Бросаю украдкой взгляд то на Сонечку, то на Риту.

Втягиваю носом воздух. Ощущаю молочный запах с нотками ванили. Это запах малышки. Я ее чую. А вот Риту нет. Вообще никак. Будто в машине ее нет. Не понимаю, как она это делает. Как скрыла свой запах?

– Ты пьешь капсулы охотника? Где ты взяла такой большой капсул? Как тебе удалось так долго скрывать свой запах от меня? И не только от меня, лучшие ищейки тебя не учуяли, – нарушаю я тишину.

– Что? – слышу удивление в голосе Смирновой. – С тех пор, как я узнала, что жду ребенка, я никакие капсулы не принимала. Боялась, что они негативно на ребенка повлияют. Я просто часто меняла свое место жительства, долго на одном месте не сидела.

– Врешь, – рычу я. – Я бы нашел тебя, учуял. Ты намеренно чем-то гасила свой запах. Просто не хочешь раскрывать свой секрет. Я понял.

Злюсь. Очень сильно злюсь. Ведь мерзавка врет. Она и сейчас что-то принимает, раз я не ощущаю ее. Она делает это намеренно, чтобы мой зверь не пробудился. Ничего. Я выведу ее на чистую воду. Возможно, ей кто-то помогает. Может, Борька? От этого хитрого охотника чего угодно можно ожидать. Наведаюсь к нему в гости, потолкуем. А то может, это он намеренно ввел моего зверя в кому, а Рите что-то дал, чтобы стать невидимой для волчьего обоняния. Охотники же всегда друг другу помогают. Сука!

Смирнова притихла. Не к добру. Явно что-то замышляет. Наверняка, продумывает план, как от меня сбежать. Не позволю!

Снова смотрю на дочку. Охренеть просто. Этот комочек глазастый вызывает во мне такую бурю разных чувств, что я готов ей не только свою магию отдать, но и органы, лишь бы только эта кнопка живая была. Пусть лучше я сдохну, а она живет.

Она такая маленькая, такая беззащитная. Чувствую, что будто впервые в жизни создал что-то по-настоящему ценное и значимое. Никакие бабки, никакая власть в сравнение не идет с этой крошкой. Я все отдам, что потребуется, лишь бы Сонечка выжила. Зверь учуял ее. Признал родную кровь и магию. И внутри меня какие-то инстинкты пробудились. В башке долбит мысль… Надо защищать и оберегать свою кровиночку.

Интересно, что Рита почувствовала, когда узнала, что беременна от меня? Когда узнала, что носит под сердцем ребенка от врага… Волки же всю ее семью уничтожили. Не моя стая, но все же. Рита нас ненавидит, и не скрывает этого. Она на дух оборотней не переносит. Когда я ее к себе забрал, заботой окружил, она только и делала, что искала пути, как свалить от меня. Она мне ясно дала понять, что я ей на хрен не нужен. А Сонечку она любит, смотрит на нее с теплотой и обожанием. А если дочка станет волчицей? Рита откажется от нее, как когда-то отказалась от меня? Или все же ради дочки останется рядом со мной в стае?

Впервые веду машину медленно и аккуратно. Другие машины мне сигналят, обгоняют. Но у меня в тачке ценный груз. Поэтому посылаю всех куда подальше и скорость не прибавляю.

Паркуюсь напротив высотного нового здания. Оно будто из зеркал сделано. Красиво, стильно. Это новая больница, тут принимают только оборотней. Это здание строила моя фирма. И владелец этой клиники тоже я. Только я не занимаюсь этим бизнесом, нанял специалиста, который за всем тут следит и руководит. Я получаю лишь отчеты и приличные суммы на карту. Я уже позвонил кому надо, нас ждут на консультацию.

Выхожу из машины, отстегиваю автолюльку, и беру ее в руку, так удобнее нести ребенка. Сонечка смотрит на меня своими глазищами, а у меня сердце спотыкается в груди от ее взгляда. И снова чувствую, как в душе что-то шевелится. Зверь будто пытается очухаться, а потом снова затихает.

Рита топчется рядом, переминается с ноги на ногу. Бросаю взгляд на свою занозу. В новых вещах она выглядит охренительно. Стильно, модно и соблазнительно. Опять в штанах все каменеет. Ничего. Ребенку помогу, а потом займусь своей сладкой отравой. Оттрахаю ее хорошенько, чтоб от оргазмов кричала и покладистой стала. А то вся напряженная, дерганная. Надо выбить из ее головы все мысли о побеге.

– Идем, – киваю Рите, одариваю ее строгим взглядом, а потом направляюсь к двери.

В приемной нас уже встречает заведующий этой огромной клиники. Высокий, широкоплечий блондин с зелеными глазами. На щеках щетина, на правой скуле глубокий шрам. На нем белая форма, светлые ботинки. Зубов Михаил Иванович смотрит на меня со смесью уважения и страха. В прошлом у нас с ним был поединок. Когда волки белой стаи хотели отобрать у меня власть. Этот белый альфа напал на меня, но я в два счета прижал его к земле и сомкнул свои острые зубы на его шее. Я гораздо сильнее, теперь он это знает. Я мог убить его за эту дерзость, но оставил в живых. Он и его стая присягнули мне на верность. Я, как чувствовал, что этот волк еще пригодится. Ему, как и мне тридцать пять лет. И то, как он смотрит на Риту мне совершенно не нравится. Его хищный взгляд меня бесит. Жгучая ревность поднимается в крови. Какого хрена этот волчара пялится на мою женщину? Все же надо было его грохнуть в прошлом.

– Артур, – расплывается он в дружелюбной улыбке, но по напряженному взгляду вижу, что очкует, боится меня. – Как это тебя угораздило смешать свою кровь с охотниками?

– Не твое дело, – рычу я и прищуриваюсь. – Вот. Изучи, – грубо впихиваю в руки Зубова карту Сонечки.

Если бы не держал автолюльку в руке, уже бы придушил Зубова за то, что он бросает заинтересованные взгляды на Риту. Она моя! Никому ее не отдам. К сожалению, Зубов пока нужен живым. Этот волк лучший в своем деле. Он знает, как спасать таких детей, как моя дочь. В этой клинике новое оборудование, тут все самое лучшее. Зубов знает, что за любой косяк я его уволю или убью. Поэтому будет стараться угодить мне.

– Угу… Так… Понятно… – бубнит Михаил, листая карту моей дочери. – Проходите в мой кабинет.

Михаил закрывает карту, разворачивается и идет вперед, шагая уверенной походкой по светлому коридору. Я одной рукой несу автолюльку, другой рукой беру Риту за локоть. Вид у моей колючки испуганный. Чего она боится? Того, что дочке не помогут, или ее пугает, что вокруг одни оборотни?

Я пропускаю Риту перед, захожу после нее в просторный кабинет Зубова. Рита опускается в темное мягкое кресло, стоящее напротив белого письменного стола. Смирнова сидит так ровно, будто палку проглотила. Пальцами комкает свою штанину. Девчонка нервничает. Дышит через раз. Я ставлю автолюльку на кушетку и сажусь рядом с ребенком, осторожно придерживаю ее рукой.

И тут Сонечка хватает своей крошечной рукой меня за палец. Держит крепко. А кулачок у нее малюсенький. Меня аж простреливает от этого нежного прикосновения. И зверь получает какой-то импульс, будто его током шибануло. Он очухивается.

Моя! Мои! Защитить!

Я слышу его. На краткий миг ощущаю целостность души, и такой кайф, а потом зверь снова вырубается. И опять накатывает на меня волна пустоты. Сука! Что за издевательство?

Удивленно смотрю в глаза цвета ртути. Малявка как-то странно действует на меня. Она как-то влияет на моего зверя. Только не могу понять, как именно.

– Вы уже знаете, что у вашего ребенка есть необычный дар? Дети, рожденные с конфликтом магии, всегда очень одаренные, но, к сожалению, живут мало. Если конфликт устранить, то девочка проживет долгую жизнь за счет магии отца.

– Какой у нее дар? – хмурится Рита. – Наш врач нам ничего не говорил.

Глава 10

Рита

Я не доверяю оборотням. Они хитрые и опасные, а приходится сидеть в клинике, где этих созданий очень много. И мне не по себе. Инстинкты вопят о том, что надо сматываться и прятаться. Но я не могу, мне надо сначала помочь дочери. Я не понимаю, о каком даре говорит этот светловолосый оборотень. Он как-то странно смотрит на меня. Будто заинтересован во мне, как в женщине. Только этого мне не хватало!

Если еще и этот волк выберет меня своей истинной, то я точно сойду с ума. Хорошо, что у женщин есть выбор. Мы можем принять того или иного мужчину, а можем отвергнуть, и на нас это никак не отразится. А вот оборотням сложнее в этом плане. Зверь выбирает пару один раз и на всю жизнь. И если женщина отвергнет зверя, не захочет быть с ним, он погибнет. Оборотень в таком случае теряет силу, а потом и жизнь. И если два волка выбирают одну женщину, они обычно устраивают кровавый бой за нее. Смертельным поединком решают, кому достанется девушка. Жестокие правила. И волки им следуют.

Поэтому я очень надеюсь, что звериная сущность этого зеленоглазого мужчины меня не выберет. Никто не знает, по какому принципу зверь делает выбор. Поэтому мне немного не по себе от откровенных взглядов этого мужика. А еще меня пугает взгляд Артура, потому что там клубится жгучая ревность. Кажется, он тоже чует соперника. Только этого мне не хватало. Мы тут, чтобы спасти Сонечку!

А если эти идиоты начнут бои без правил, кто тогда поможет ребенку?

– Какой у Сони дар? – переспрашиваю я, потому что врач молчит.

– Она скутум, – отвечает оборотень.

– Кто? – переспрашиваю я.

– По волчьему щит, защитник, – поясняет для меня Артур.

Я вижу, что Амурский заметно напрягся. Не к добру это.

Артур и Михаил перекидываются взглядами. Точно не к добру.

– И? Я же не волк. Я не понимаю, что все это значит, – злюсь я. – Вы можете объяснить мне?

– У волчьей магии много разновидностей. Есть сила альфы и беты – это главные воины стаи, они самые сильные и выносливые, им подчиняются остальные. Из таких волчат вырастают руководители больших корпораций. Есть сила ищеек – у этих волчат очень развит нюх, и они могут найти кого угодно и где угодно. Я думаю, суть ты уловила, разновидностей много. А есть среди волков те, кого мы называем скутум. Это редкий ментальный дар. Эта магия создает защиту от врагов, – поясняет для меня Зубов.

Я хмурюсь.

– Я все еще ничего не понимаю. На что эта магия способна? – уточняю я.

– Если бы я не знал, что ты дочь охотника, то никогда бы не догадался, что в тебе есть вражеская магия, так как я тебя не чувствую. Вообще. Будто тебя нет в кабинете. Твой запах скрыт, как и магия. Эту защиту на тебя поставила дочь. Ее магия ощутила, что ты в опасности, что ты под прицелом врагов, и ее магия изменила твою магию. Так это работает. Если одна стая нападает на другую, или если охотники нападают на стаю. Скутум меняет всей своей стае магию так, что враги теряют след, не видят и не чуют эту стаю. Все, кого укрывает своим щитом скутум, становятся невидимыми. И враг не может найти и вычислить тех, кто под защитой этого защитника. Вот такая магия течет в венах этой девочки, помимо магии охотников. И если эта девочка станет волчицей, она сможет оберегать всех членов своей стаи. Серые волки опять получат преимущество над остальными волками. Если девочка выберет магию охотников, а со временем эта девочка родит сына и передаст ему магию, мы получим в будущем охотника, который будет укрываться за магическим щитом, и ни один волк его не выследит и не учует. Это будет очень опасный охотник. Он сможет беспрепятственно заходить в стаю и уничтожать волков, и мы будем бессильны против такого охотника.

– Бля… – нервно тянет Артур и взъерошивает свои волосы. – Теперь я понял, почему не ощущаю тебя, – заявляет он и смотрит мне в глаза. – Эта малявка тебя спрятала от меня. Ты считаешь меня своим врагом, и малая это чувствует, поэтому держит тебя под щитом. Твою же мать! И как нам этот щит убрать? – Артур переводит взгляд на Зубова.

– Щит пропадает, когда скутум погибает, ну или когда скутум понимает, что угрозы нет и убирает сам этот щит, – отвечает Зубов.

– Да, знаю я, – рявкает Амурский. – Это был риторический вопрос.

Из-за того, что Артур повысил голос, Сонечка обиженно надувает губки и пространство пронзает громкий плач. Оборотни морщатся.

– Капец, какая же она громкая, – выдыхает Артур и осторожно берет дочку на руки до того, как я успеваю подскочить к автолюльке.

Непривычно видеть малышку на жилистых крепких руках оборотня.

– Прости. Напугал? – с теплотой спрашивает Артур у дочери, и прижимается губами ко лбу малышки. – Сними с матери щит, – шепчет он ей. – Что хочешь для тебя сделаю, только убери с нее эту чертову защиту.

Ага, как же! Так дочка его и послушалась. Теперь понятно, почему все это время ко мне оборотни не лезли. Моя девочка меня защищает.

– Дай мне ребенка, – с раздражением говорю я и забираю малышку из лап Амурского.

Прижимаю к себе дочку, она начинает сопеть. Чувствует меня и успокаивается.

– Девочку надо поместить под магический купол. Я сейчас вас быстро оформлю, медсестра проводит вас в специальную палату. Девочка будет под нашим наблюдением. Мы погрузим ее в сон до завтрашнего утра. Мы подготовим все необходимое для процедуры. Завтра проведем переливание крови и магии. Оставляйте ребенка, езжайте домой. Завтра в восемь утра я вас жду.

– Я не хочу оставлять ее тут с вами, – возмущаюсь я. – Я вам не доверяю. Поэтому я буду рядом с дочкой. Выделите нам палату, где я смогу быть рядом с малышкой.

Зубов закатывает глаза.

– Хорошо, оставайся, – кивает он.

– Правда? – удивляюсь я, что оборотень так легко согласился.

– Эта клиника принадлежит Амурскому. Как я могу отказать его женщине в такой просьбе? – хмыкает доктор и начинает заполнять бумаги.

Спустя несколько минут Зубов вручает нам карту Сонечки, приглашает в кабинет медсестру и дает ей указание проводить меня в седьмую палату.

Прижимая к себе малышку, иду за медсестрой. Рядом со мной шагает задумчивый и хмурый Артур.

– Тебе же нужно было на какую-то важную встречу, – напоминаю ему.

Амурский переводит на меня тяжелый взгляд.

– Плевать, – бросает он ледяным тоном, на его скулах ходят желваки. – Ты настроила дочь против меня, – цедит он сквозь стиснутые зубы, в его голосе грохочет ярость. – Она считает меня угрозой, поэтому держит тебя под щитом. Из-за этого я не могу вернуть своего зверя.

Опять он во всем винит меня. Идиот! Я бы не считала его врагом, если бы он вел себя нормально. Но он же псих! Он всегда делает то, что хочет он, ему плевать на мое мнение, на мои желания. Какой нормальной девушке понравится жить взаперти и быть непонятно кем: то ли пленницей, то ли любовницей, то ли вещью для оборотня? А именно так он ко мне и относится. Как к собственности. И меня это бесит.

Он знает, что у меня есть выбор, я могу выйти замуж или за простого человека, или за охотника, или за другого волка, если кого-то другого полюблю, а у него выбора нет. Амурский свой выбор уже сделал, и это я. И вместо того, чтобы завоевать мое сердце, он похитил меня, запер в своем доме, никуда не выпускал, запугивал, угрожал, следил, чтобы другие мужчины ко мне не приближались. Он насильно хотел удержать меня рядом с собой. А теперь психует из-за того, что мой побег привел к тому, что он лишился зверя.

Конечно, другого обвинить в своих бедах проще, чем признаться в собственной неправоте. Вот угораздило же меня влюбиться в этого идиота. Но я не буду с ним, пока он не изменит свое отношение ко мне. Я не вещь, не шлюха, и не игрушка. Я хочу нормального человеческого отношения и уважения. Но до оборотня это, кажется, никак не доходит.