Текст книги "Сквозь тайну прошлого (СИ)"
Автор книги: Любовь Ларина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Глава 36
Аднан-Наяния
Просыпаться, вспомнив всё, было очень мучительно. Когда я ещё пыталась вернуть себе воспоминания, в первые годы своей жизни иллюзионисткой, я представляла, как это будет. В моих мечтах память возвращалась лавиной, сметающей привычный мир. Или волнами, большими волнами, полными разных воспоминаний о любимых и дорогих людях, о доме и счастливых моментах в нём. Тем страннее было очнуться и просто помнить всё то, что безуспешно пыталась вспомнить на протяжении шести лет. Я лежала на кровати, рядом с мужем, и не могла поверить, что это было со мной. Казалось, будто мне приснился кошмар, от которого я смогла очнуться.
Очень хотелось поплакать, но слёз не было, хоть глаза и пекло. А проморгавшись, я вдруг поняла, что вижу. Еще одно чудо в моей жизни.
Наша спальня была погружена в полумрак, окна и балкон зашторены, но я видела. Медленно повернувшись в объятиях мужчины, я начала разглядывать лицо того, за кого я бы не задумываясь, отдала жизнь. Рука подрагивала, пока я неверяще ласкала кончиками пальцев: щеки с мягкой щетиной, хмурые брови и глубокую складочку между ними, прямой нос и твердые губы, его упрямый подбородок. Лицо обрамляли седые пряди, убийца не солгал. Когда-то черные волосы мужа, теперь стали абсолютно белыми.
Лео проснулся, и поймав мою руку, прижал к губам, а потом посмотрел прямо в глаза. Я никак не могла понять, что он чувствует и от этого становилось не по себе. А может, я до сих пор была в шоке от произошедших перемен, от того, что вновь вижу и всё помню.
"Если это сон, то пусть я никогда не проснусь!" – пронеслась мысль, и я судорожно вздохнула.
Было мучительно страшно думать, что всё это не правда, поэтому произнесла вслух чуть дрожащим голосом:
– Здравствуй, любимый.
Лео дернулся всем телом, а его лицо исказилось как от боли.
– Ная? – выдохнул он, и я кивнула, больше не в силах говорить.
Организм понял, что нужно выпустить ураган, бушующий в душе, иначе был риск просто сойти с ума. Слёзы хлынули нескончаемым потоком, даря желанное облегчение, и я зарыдала. Муж тут же уселся на кровати, притягивая к себе и крепко обнимая, а я никак не могла остановиться. Истерика нарастала, и я могла лишь повторять, цепляясь за мужа:
– Лео, Лео, Лео...
Когда поток слёз иссяк, Леонид отпустил меня и вышел в ванную комнату, чтобы вернуться с мокрым полотенцем. Нежно обтирая мне лицо, он старался не встречаться со мной взглядом.
– Ты мне не веришь? – сделала я вывод и получила быстрый взгляд в ответ.
– Лео? – спросила я и задрожала.
– Мне страшно, – глухо признался муж, отбрасывая полотенце и вставая с кровати. – Я не чувствую полной связи, а то что есть, я могу испытывать и к Аднан.
Сердце сдавило от боли, и хоть я и понимала логику мужа, плохо было все равно. В следующий момент я почувствовала знакомое покалывание в кончиках пальцев, как при создании иллюзий, но не придала значения.
– Я и есть Аднан, – растерянно произнесла я, подавляя желание заскулить от отчаянья и качая головой.
Движение на противоположной стене привлекло моё внимание, и я уставилась в зеркало. Ни один муж сменил цвет волос. Я смотрела на себя и не могла поверить, что можно так изменить человека. Когда-то белая кожа теперь была смуглой, а светлые волосы чернели, словно уголь. У меня были тёмные глаза полукровки, но теперь в них нельзя было увидеть ничего человеческого. Полностью серые, чуть светящиеся, они пугали серебристым зрачком.
– Зачем придумывать ещё что-то?! – вдруг вспылил Лео, пока я рассматривала себя в зеркало. – Я уже принял связь и тебя, не смотря ни на что.
– Не смотря ни на что? – переспросила я, и ярость поднялась во мне, грозя захлестнуть с головой.
Хотелось уничтожить всё вокруг от разочарования и боли, что причинили мне слова мужа. Кончики пальцев закололо еще сильнее, и вокруг меня появился огонь. Настоящий, яркий и дикий, он принялся с жадностью пожирать постель и ковёр. В полной прострации я смотрела на свою иллюзию, которая вдруг обрела материальность. И если огонь не обжигал меня, то дым заставлял задыхаться и кашлять.
Схватив меня за руку, Лео вытащил меня из спальни в коридор, на ходу начиная выкрикивать приказы слугам и Теням. Вот только он не учел, что огонь не просто так появился и идёт за мной по пятам. Пожар начал распространяться по коридору, пока муж пытался оттащить меня подальше от пламени.
Спасла положение, как ни удивительно, маленькая служанка. Метнувшись ко мне, она булавкой уколола мне руку, чуть выше локтя и я смогла втянуть магию обратно, гася огонь.
– Спасибо, – выдохнула я и вырвала руку у Лео.
– Не за что, госпожа! – ответила служанка, и я внимательно посмотрела на её лицо.
Зрение хоть и вернулось, но было иным. В полу темной комнате это было не так заметно, как в хорошо освещенном коридоре. Я видела все предметы одинаково чётко, что далекие, что близкие. Рассматривая служанку, я тем не менее, прекрасно различала все окружающие предметы и всех людей, стоящих в поле зрения. Странное ощущение, к которому мне тоже придется привыкнуть.
– Алита? – спросила я у девушки, и она согласно закивала головой, счастливо улыбаясь.
– Проводи меня к придворному магу, – попросила я её, отвечая на улыбку.
Не оборачиваясь к мужу, я отправилась прочь из горелого коридора, прекрасно чувствуя спиной его тяжёлый взгляд. Сначала я разберусь с собой, а потом уже с мужем, который упорно добивался моего признания своей женой, но теперь вдруг ему это стало не важным!
Кай по-прежнему сидел в своей каморке, которую он величал башней. Полукруглая комната находилась на первом этаже и не имела никакого отношения к башням, но нашему старику очень сильно нравилась. Отпустив служанку, я постучалась и привычно не получила ответа. Кай очень редко отвечал на призывы войти в его обитель, больше занятый своими экспериментами. Но на этот раз, я встретила мага на пороге. Стоило отворить дверь и сделать шаг, как мы чуть не столкнулись лбами.
Я застыла под изучающим взглядом придворного мага. Его глаза наполнились тьмой, и холодок пробежал у меня по позвоночнику. Несколько томительных мгновений, я могла только стоять и смотреть в эти страшные глаза. Последняя мысль принесла странное успокоение, уж кому-кому, а мне не следует соединять такие слова, как «страх» и «глаза», с моей-то новой внешностью. Следом за этой мыслью, тьма ушла из глаз старика, и они наполнились радостью узнавания.
– Ная! – воскликнул он и раскрыл руки для объятий.
С облегчением, я прижалась к сухопарому телу, так знакомо пахнущему травами и химикатами вперемешку.
Лишь через несколько часов я ушла от Кая, узнав что происходило дома за эти шесть лет и поведав свою историю. Было немного обидно, что я рассказывала это, не прижимаясь к мужу, но судя по словам мага, Лео досталось сильнее, чем мне.
Меня спасла, если так можно сказать, амнезия. Потеря памяти помогла смягчить удар от разрыва связи. Плохо было то, что я помнила всю свою прошлую жизнь и жизнь с Давидом, но промежуток между этими отрезками, отказывался всплывать в моей голове. Боль, что я помнила, явно была именно оттуда и признаться честно, желания вспоминать её не было. Но именно память об этих событиях могла сказать: кто пытался меня убить?!
Попрощавшись с магом, у которого уже подрагивали руки от желания, скорее записать все гипотезы в свою неизменную книгу, я отправилась в сад. Цветы всегда действовали на меня умиротворяюще, я любила их краски и ароматы. Всё великолепие, которое могло подарить нам природа, воплотилось в растениях.
Сад практически не изменился, и во мне поднималось щемящее чувство потери. Потери стольких лет жизни рядом с любимыми людьми. Свернув тропинку, едва видную в разросшихся кустарниках, я пошла по ней с замиранием сердца. А выйдя на маленькую полянку, прерывисто выдохнула. Со всех сторон её окружали густые кусты с крупными сиреневыми цветами. Посередине стоял не большой фонтан, скорее даже не фонтан, а сосуд. Она была выполнена в виде рук, мужская и женская, они переплетались, образуя чашу, на дне которой была вода. Чуть дальше от фонтана, стояла мраморная беседка на двоих. Именно здесь Владыка Срединного государства – Леонид Катарсис, сделал предложение полукровке Наянии Лавидо.
Глава 37
Наяния-Аднан
Я была из бедной семьи, да и семьёй-то это не назовешь. Отец был пришлым и долго не выдержал отношение соседей к смешенной паре. А мама отказалась переезжать из дома на чужую землю. Как итог, в моих десять лет мы с ней остались одни. Стоит ли говорить, что полукровка не могла найти друзей. Так и получилось, что я стала много времени проводить в лесу и около него, собирая необычные цветы. А потом, разбила не большой садик возле дома и начала их разводить, скрещивая несколько видов. Вложений цветы почти не требовали, поэтому мама благосклонно отнеслась к моему увлечению, а оно неожиданно принесло доход. Соседи рассказали родственникам и друзьям, те своим соседям, родственникам и друзьям, так у меня появились заказы на цветы и букеты из них.
Когда подросла, я стала ходить в центр города, чтобы продавать там свои творения. Кроткий нрав не позволял мне отвечать на грубости, и я быстро забывала обиды. Люди вполне оценили эти качества, и у меня наконец появились друзья и знакомые среди торгового люда.
Мне было девятнадцать лет, когда Владыка посетил наш город на праздник храма Солнца. И мои цветы уже украшали практически все торговые палатки и вход в храм. Я хорошо помню то мгновение, когда я стояла среди толпы и смотрела на него. Не было мыслей, был лишь водоворот чувств. Впервые я хотела, чтобы мужчина обратил на меня внимание. Впервые, хотела познать вкус поцелуя и что-то большее.
До нашей встречи, я всеми силами пыталась избежать внимания противоположного пола, зная, что ничем хорошим это не закончиться. В лучшем случае меня сделают постоянной любовницей, в худшем, пойду по рукам. Я даже как-то спрашивала маму, о чём она думала, когда сходилась с северянином, зная, что ждет её детей.
– Милая, разве когда любят, думают? – спросила она меня в ответ. – Когда любят, кажется, что вселенная принадлежит тебе, такая в тебе светлая сила.
После этого разговора, я решила, что не хочу вселенной и не хочу светлой силы. Мне вполне хватало моей палатки цветов и немногих друзей, которые оценили не мою кровь, а человечность.
Но в тот день, в день, когда я увидела Владыку, мне захотелось этой вселенной. Странное томление поселилось в моей душе, хотелось что-то, чему я даже не могла подобрать название. Мне даже на момент показалось, что Владыка почувствовал моё состояние. Мужчина, сидящий на великолепном жеребце, принялся вертеть головой так, будто разыскивая кого-то и я... убежала.
Остервенело работая в своём саду, который разросся от самых стен скромного домика до самого забора, и даже выходил за него, я несколько дней не покидала его пределы. Все заказы доставила моя знакомая за отдельную плату, а торговая палатка была совсем убрана. На мамины вопросы я предпочитала отмалчиваться, но судя по её печальным глазам, она хорошо понимала то, что со мной происходило.
Владыка появился возле калитки нашего дома, в сопровождении Сайруса Валедо, его близкого друга и советника, и главы торговой гильдии. Глава разливался соловьем о моих способностях, о моём трепетном отношении к растениям и разнообразии цветов, которые я могу вырастить. По его словам выходило, что я чуть ли не богиня, умеющая создать сад из ничего. Хотелось возразить и объяснить, что я не делаю чудес, лишь добросовестный труд помогает мне, но я не могла произнести ни слова. Под взглядом темных глаз, под огнём, который в них разгорался, я плавилась и не могла ничего сказать.
Леонид сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться. Весь замковый парк отдавался мне, чтобы я создала сад, на свой вкус и цвет. Огромная территория пугала, но ещё больше влекла задача, с которой хотелось справиться. О взглядах Владыки я старалась не думать, как и о своей собственной реакции на него.
Когда собиралась, мама украдкой вытирала глаза от слёз и не выдержав, я предложила остаться. Мудрая женщина, она ещё тогда мне сказала:
– Владыка найдёт другую причину заманить тебя в свой замок. А если воспротивишься, то просто схватит и утащит, он и так, из последних сил держится.
Мама оказалась права. Прошло всего три недели, и я уже жила в спальне Владыки. Его изумление и радость от моей невинности было не передать словами. Я лишь потом узнала, что он привел этот довод в совете, чтобы добиться разрешения на свадьбу с полукровкой. Совет отказал, но Леонид в тот же вечер сделал мне предложение. Помог Кай, сообщив невиданную новость, мы редкая истинная пара и после проведенных совместных ночей, полностью инициированы. Совет больше не мог сопротивляться нашему объединению, а я создала небольшой памятник самому счастливому событию в моей жизни.
Присев на скамью в беседке, я вдыхала ароматы цветов, кружившихся в воздухе и вспоминала свою жизнь. Неожиданно кусты раздвинулись и на полянку вышел старый друг.
– Здравствуй, Сай. – Улыбнулась я советнику мужа, который в ступоре рассматривал меня.
Несколько часов в каморке Кая не прошли даром, и теперь я была как прежде, светловолосой и белокожей, полностью вернув себя свой прежний облик.
– Это ничего не доказывает! – проговорил он, стиснув зубы и нахмурившись.
Я лишь улыбнулась, блаженно закрывая глаза. Прогулка помогла мне прийти в себя, и размышляя о словах Лео, я должна была признать логику в его действиях. А если сомневался Владыка в своей жене, то что уж говорить о Сайрусе и остальных.
– Так я услышу доказательства? – раздраженно спросил мужчина, и мне пришлось открывать глаза.
– Как же здорово снова видеть, Сай! – вместо ответа сказала я, радуясь тому, что вновь могу наслаждаться цветными красками.
– Госпожа Аднан, – начал Сай и что-то во мне екнуло от этого обращения.
Я вдруг поняла, что не хочу быть той Наянией, которую тихо оскорбляли и задевали. Так, чтобы Владыка не услышал и не узнал, так, чтобы у меня не было возможности ответить. В политику я не вмешивалась, справедливо рассудив, что полукровке это не простят. Традициями и государственными праздниками заведовала Калина, и там мне тоже не было места. Лишь мой сад, моё детище, осталось напоминанием обо мне.
– Я оставлю это имя, – медленно проговорила я, скорее себе, чем Саю, который что-то говорил.
– Простите, что вы сказали? – едко спросил мужчина, и я вскинулась:
– Я сказала, Сайрус Валедо, что оставлю себе имя Аднан. Я больше не хочу быть слабой Наей, на которую напали и лишили памяти!
– Ага! – злорадно заулыбался Сай, – Значит, вы всё-таки начали утверждать, что вы Наяния?!
– Да, Сай. – Спокойно ответила я, готовясь отражать град вопросов.
Но вопросов не последовало, вернее он задал только один.
– Что подарила мне Наяния, в день моей пятилетней годовщины с женой? – спросил-прошипел Сай, складывая руки на груди.
– Поцелуй. – Ответила я и с лица мужчины сползла вся краска. – И не подарила, а ты сам его взял, без разрешения. Помниться, ты на следующий день просил прощение, и мы договорились никогда не вспоминать этот вечер.
Сайрус с достоинством выдержал весь приём, который устроила Калина в тот день. Мы с Лео знали, что друг хотел провести праздник с женой наедине и даже был скандал. Сай уступил Калине, как и всегда, когда речь заходила о традициях рода. Но вечером, после приёма, когда я гуляла по саду, набрела на пьяного Сайруса. Отведя в беседку, я заставила его умыться из ключа, что здесь бил из камня, и спокойно выслушала.
Мне было не сложно, а лучшему из Теней, это было нужно.
– Почему ты такая хорошая, Ная?! – в один момент спросил он и я удивленно посмотрела на него.
– Да, хорошая! – чуть заплетающимся языком подтвердил советник. – Полукровка, а чище многих и многих чистокровных! – продолжал он распаляться, и я не нашлась, что ответить.
– Поцелуй меня, – совершенно неожиданно попросил он, и я попыталась встать, но Сай не дал.
С быстротой, которую не ожидаешь от пьяного человека, он прижал меня к беседке и впился в губы жгучим поцелуем. Сопротивлялась я не долго, просто оставив попытки оттолкнуть сильного мужчину. А через мгновение, он и сам отпустил меня. Нежно погладив по щеке, Сай тихонько прошептал:
– Пусть это будет мой подарок, – и отрубился, упав с лавки.
Я вызвала Лео, и мы вместе перенесли его в гостевую комнату. Лишним глазам и ушам было запрещено распространятся на этот счёт. А на утро меня ждали извинения и шикарный букет из моего же сада. Сай действительно сожалел о своём поведении, и мы решили просто не вспоминать этот случай. Наши отношения остались по-прежнему теплыми и близкими. Никаких поползновений в мою сторону у друга не было, да и как они могли быть, если он обожал Калину. Леонид не узнал об этом случае, не потому что я опасалась его не понимания или мести в сторону друга, нет, просто я пообещала Саю и сдержала обещание.
– Ная? – не то спросил, не то простонал Сайрус и опустился на колени около меня.
– Не надо. Вставай, – попросила я в ответ и сама начала поднимать его.
Усевшись на лавку в беседке, мы посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись, кидаясь обниматься. Это был смех облегчения и радости. Таких смеющихся и обнимающихся, нас и нашёл Леонид.
Глава 38
Простите за столь долгую задержку, дорогие читатели! Сама безумно не люблю, когда графики смещаются или их приходиться корректировать. От всей души приношу свои искренние извинения. Постараюсь больше такого не допускать. P.S. финал будет очень скоро)! Огромное спасибо за терпение и поддержку!!!
Сайрус
Плечи Наи, за которые я обнимал женщину, напряглись и я посмотрел на неё. Знакомое выражение лица меня умилило. Так Наяния смотрела на Лео, когда была чем-то не довольна. Поворачиваясь в сторону, куда она смотрела, я уже знал, что увижу Леонида. Вот только не ожидал такого странного выражения у своего друга. Леонид смотрел на свою жену со смесью раздражения и желания. Мгновение и он замкнулся, приняв высокомерный вид.
– Если вы закончили, то великую Царицу Востока ожидают гости. – Едко проговорил он, и развернувшись, пошёл в сторону тропинки.
Я недоуменно посмотрел на Наю, ожидая объяснений такому поведению её мужа, но встретил лишь взгляд, наполненный смехом и ехидством. В молчании она поднялась и отправилась вслед за Лео. Пожав плечами, я двинулся за ней, совершенно не понимая как можно быть недовольным, когда любимая женщина вернулась с того света.
На поляне, возле дворца, стояла примечательная пара. Мужчина в одеянии жреца храма Солнца было явным северянином. Короткий ёжик светлых волос и аккуратная борода, прямой нос и глаза в обрамлении светлых ресниц, но смуглая кожа, выдавали в нем переселенца с северных земель. Женщина, наоборот, точно была с востока. Длинные чёрные волосы, заплетенные во множество мелких косичек, венчали круглую голову. Она сама была вся кругленькая и пухленькая, лишь чуть позже я понял, что она в положении. Смуглая кожа с золотистым отливом очень шла к её тёмным глазам, а курносый нос выдавал весёлый нрав.
– Сагид! Динара! – закричала вдруг Ная и кинулась бежать к парочке.
Пара застыла, в недоумении смотря на Владычицу, но вот, ожила песчанница, и неверяще покачав головой, кинулась к Наянии. Мужчина почесал макушку, смотря как женщины обнимаются, его брови, будто решили поселиться у кромки волос, так он был удивлён.
Я подошёл к Лео, и мы вместе со жрецом принялись ожидать, когда буря приветствий у двух женщин уляжется.
– Сагид! – обратила внимание на мужчину Наяния и подошла к жрецу.
За ней следом семенила подруга, счастливо улыбаясь. Сагид крепко обнял нашу Владычицу, чем вызвал явное недовольство у Лео.
– Мы выехали, как только получили твоё сообщение. – Между тем говорил жрец, продолжая при обнимать Наю.
Мне казалось, что я вижу, как идёт пар из ушей у друга, но стоял тихо, опасаясь вызвать огонь на себя. Мне вдруг пришла мысль, которая потрясла своей простотой. И спрашивая, я уже знал ответ.
– Песчаная лисица – это Срединное государство?
– Не совсем, – недоуменно ответила Ная. – Это скорее собирательный образ угрозы для нас.
Глаза женщины чуть прищурились, и она пристально уставилась на меня. Как спасение раздался вопрос Сагида:
– Кстати о нас, где Давид?
– Да, Сай! – не хорошо улыбнулась Наяния. – Где Давид?
– А ты соскучилась по своему ...сопровождающему? – спросил Лео, поджимая губы.
Я смотрел на Владыку и не мог понять, что с ним происходит! Странное поведение настораживало, и бросив взгляд на Наю, понял, что и она это замечает. Они словно поменялись местами. Теперь Наяния прекрасно всё помнила и осознавала, а Лео замкнулся и стал злиться без причины. Может, он совершенно не хотел возвращения своей жены?
– Давид находится под стражей, – спокойно ответил я, отгоняя от себя такие странные мысли. И всем своим видом предлагая разговаривать прямо.
– Наверное, этого следовало ожидать. – Поддержал меня северянин, печально качая головой, и Динара сочувственно погладила его по руке.
– Пройдёмте во дворец, – предложила Владычица паре песчаников, отворачиваясь при этом от Лео. – Вы с дороги и явно устали. А разговаривать лучше в тишине и за столом.
Гости явно были довольны предложением, Владыка молча согласился, а я решил пока плыть по течению. Наяния начинала всё больше походить на себя. Постепенно исчезала скупая мимика Аднан, возвращалась живость Наи и её открытость. Из образа прошлой жизни выбивались лишь странные глаза Владычицы, они напоминали о скрытой угрозе, которую мы до сих пор не смогли устранить.
Малая гостиная вновь принимала песчаников. Мы расположились за столом и обменивались ничего не значащими фразами, пока слуги расставляли посуду и приносили ароматные блюда. Видимо, и гости, и хозяева были голодны, потому что первым делом, мы молча принялись за еду. И лишь когда утолился первый голод, можно было начинать серьёзные разговоры, чем я и воспользовался, обратившись к жрецу:
– Господин Сагид, вы сказали, что "этого следовало ожидать" про Давида. Что вы имели в виду?
Северянин вздохнул и отложил приборы. Посмотрев на Владычицу, он вдруг улыбнулся.
– Я уже и забыл, какая ты красивая под всей этой краской.
– Ты видел меня такой? – удивилась Ная и Сагид согласно кивнул.
– Наша вера учит, – степенно начал он говорить, – что каждая живая душа заслуживает помощи. Я нашёл Давида почти семь лет назад. Весь избитый, с кровоточащими ранами, побритый на лысо, он лежал в каменной нише около храма. Когда я попытался его втащить в храм, он очнулся и с трудом попросил помощи, только не у храма, а у меня. На следующий день я узнал, что против всех правил и законов, храм Солнца обыскали охрана старшего визиря.
Сагид немного помолчал, словно припоминая все детали прошлого и снова вздохнув, продолжил:
– Давид в это время был у меня дома. Я собственноручно перевязал ему раны, наложил швы на самые большие, а маленькие обработал. При этом я понял, что его пытали.
– С чего вы взяли, что это были пытки? – спросил я, пытаясь убедиться, что правильно выстраиваю хронологию жизни убийцы.
– Все повреждения были нанесены в одно время и имели своеобразный характер. – Пожал плечами жрец. – Я достаточно времени прожил на востоке, чтобы знать какие там применяют пытки. Давид, если его так зовут, насолил кому-то могущественному или попался в гареме. Обрили его для того чтобы одеть венок с шипами, так наказывают зарвавшихся. Ему вырвали ногти на руках и ногах, это для получения информации. А оскопили на будущее, если конечно оставили бы в живых.
– Оскопили? – переспросил Лео, впервые за разговор, подав голос.
– Лишили мужественности, – чуть смущённо пояснил северянин.
Все за столом почему-то посмотрели на Наю, которая сидела, выпрямив спину и медленно крутила в руках маленькую ложечку. Я громко покашлял, привлекая к себе внимание, и продолжил разговор:
– И у вас не было предположений, кто он такой на самом деле?
– Честно говоря, об этом я думал в последнюю очередь, когда спасал его. – Покачал головой северянин. – Но вот когда он привёз Аднан, у нас вышел примечательный разговор.
– Привёз? – переспросил Лео, кинув при этом странный взгляд на свою жену.
– Да, привёз, – ответил господин Сагид. – Я вылечил Давида, насколько хватило знаний, – продолжил жрец. – И из моего дома он ушёл на своих ногах. Где-то через полгода, может чуть больше, он пришёл ко мне в дом и привёз слепую женщину. Я согласился оставить их у себя. В то время я уже предполагал, что Давид очень опасен. Да и Аднан мне было жаль. Малышка была искалечена и ослеплена.
– Искалечена? – вновь переспросил Лео, и голос его прозвучал очень напряженно.
Я и сам с трудом мог держать себя в руках, представляя, ЧТО делали похитители с Наей.
– У неё было сломано несколько пальцев, правая рука и ноги. Глаза выжжены магическим огнём, а на шее следы от удавки. Помимо этого, Аднан была очень слаба из-за большой кровопотери. – Откровенно перечислял северянин, и я чувствовал, как холодеют мои руки.
Невольно посмотрел на Лео, и мы пересеклись взглядами. Владыка был просто в ужасе, он явно в красках представил всё, что говорил жрец. Как, такая хрупкая женщина, смогла всё это пережить и остаться в своём уме?! Если для этого нужно было лишиться памяти, то теперь, я считаю это благом!
– Что было дальше? – спросил Лео, хриплым, ломающимся голосом.
Ная при этом уставилась на ложечку в своих руках, не поднимая взгляд, хоть Динара и поглаживала её по плечу, глядя на подругу полными слёз глазами. Серебряный предмет изгибался в руках Владычицы, словно был сделан из ртути, а не драгоценного металла. И я сделал себе зарубку на память, узнать, что у Наи с даром иллюзиониста. Про пожар в крыле дворца, где живёт Лео, мне уже доложили.
– Дальше? – переспросил господин Сагид, витая где-то в прошлом. – А дальше я стал свидетелем того, как опасный человек раскрыл своё сердце. Давид полюбил Аднан, ухаживая за ней столь самоотверженно, что поставил её на ноги за несколько месяцев. Но как только она начала выходить за пределы дома, он сменил ей внешность. На все мои вопросы он напомнил о Динаре и велел не вмешиваться. Такие вот вышли у нас странные отношения. Думаю, что Давид просто не умел дружить, всегда был одиночкой. Но испытывал своеобразное чувство благодарности ко мне, именно поэтому и привёл Аднан. – Закончил историю жрец, и я с трудом удержался от едкого комментария.
Очень сомневаюсь, что Давид действительно испытывал благодарность. Скорее всего, просто решил пересидеть в безопасном месте у знакомого жреца, вот и всё. А сам Сагид ещё верил в человечность, что простительно для жреца, но не бывшего наёмника. Татуировки, скрытые широкими рукавами, многое мне поведали.
На такой печальной ноте и закончился обед. Наяния хоть и уговаривала пару песчаников остаться, Сагид отговорился приглашением старшего служителя в местном храме. Для северянина это было очень важно и Ная не стала настаивать, взяв обещание с друзей, что они завтра обязательно придут.
Стоило парочке песчаников скрыться в экипаже, как Ная, резко развернувшись, поспешила во дворец. Лео успел её перехватить и что-то тихо произнёс, но Владычица вырвала руку, и одарив страшным взглядом, ушла.
Подойдя к Лео, я осторожно протянул:
– Женщины...
– Боюсь, что дело не в этом. – Ответил друг, поворачивая к знакомой тропинке.
– Лео?
Но махнув мне рукой, Владыка пошёл к тайному садику. Испытывая противоречивые чувства, я все же прокрался за ним. В голове никак не укладывалось, почему Леонид возвращается к месту захоронения, где никого нет, ведь Ная жива.
Наблюдая, как Владыка вновь припадает к мраморной статуе, словно жаждущий к источнику, я решил посоветоваться с Каем. Придворный маг должен сделать хоть какое-то предположение относительно странного поведения Леонида.
Пока возвращался во дворец, мне принесли конверт с гербом семьи Валедо. Раскрывая, уже знал, что нового ничего нет, но не мог не надеяться.
"Дорогой супруг. Вся семья здорова и благоденствует. Ваша супруга, госпожа Калина Валедо".
Всё! Три предложения, которые неизменны в течение всей нашей совместной жизни. Подавив тяжёлый вздох, я смял конверт и засунул в карман.
После покушения на Аднан, вернее – на Наю, я съездил к старшим Валедо попроведать семью. Меня неприятно удивило их поведение, их явное недовольство моим приездом. Если бы я знал эту семью чуть меньше, то решил бы, что они напуганы, а от этого и злость. Последняя мысль подняла волну отвращения, и я стал раздумывать над ней. Так учил меня Дон, глава Теней. Мы предпочитаем отгонять мысли, несущие нам негативные эмоции и для простого человека – это простительно, но не для Тени. Теней учат анализировать такие мысли ещё тщательнее. Потому, что мысли, которые нам не приятны, чаще всего сигналы мозга о подозрительных моментах. Я убеждался в этом на своём опыте множество раз.
Но почему-то совершенно забывал об этом методе с Калиной. Я любил свою жену, верил ей, как никому другому. Я уважал старших Валедо и даже не пытался в чем-то их подозревать. Неужели зря?! И опять от этой мысли мне стало гадко. Что-то скребло внутри, будто ответ лежит на поверхности, будто я знаю его. Я даже остановился недалеко от двери в "башню" мага и сжал голову руками. Казалось, что вот-вот, я сейчас всё пойму. В этот момент, тяжёлая дверь, с обшивкой из железных полос, с силой вылетела, чтобы удариться о противоположную сторону и разлететься в щепки.
Мне стало откровенно дурно. Если бы я прошел сразу к двери, то сейчас разлетался бы вместе со щепой по всему коридору.
Аккуратно заглянув в проём, я увидел Наю и Кая, которые в ошеломлении смотрели на остатки двери. Увидев меня, Ная побледнела, и пошатнувшись, чуть не рухнув в обморок.
– Со мной всё в порядке, – поспешил я успокоить Владычицу, но мой голос едва слышно дрожал.
Я присоединился к ним и все вместе мы с минуту созерцали проём двери. Надо сказать, изнутри зрелище было ещё более впечатляющим. Все стены были обуглены, предметы, располагавшиеся рядом с дверью, превращены в пепел.
– Могу я узнать, что это было? – осторожно нарушил я молчание.
– Госпожа попробовала создать маленькое пламя, – задумчиво ответил Кай.
– Иллюзию пламени, – поспешила сказать Ная.
С каждым словом, я чувствовал, как мои глаза всё больше расширяются. Мне казалось, что они никогда не приобретут свой размер, так был шокирован.
– То есть, сейчас иллюзии реальны? – уточнил я и Кай кивнул, начиная шарить по своей мантии в поисках неизменной книге.
– Только теперь, я не могу их создавать и контролировать, – мрачно сообщила Владычица и тяжело вздохнула.
