Текст книги "Буду ведьмой (СИ)"
Автор книги: Лия Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)
Эх, ладно… что с тобой поделаешь.
Недолго думая, я оставила кота, а точнее себя лежать на полу в подвале, а сама побежала за помощью. Как назло бабушку найти нигде не удалось и пришлось возвращаться к себе любимой.
Спустившись вниз, я застала дивную картину. Мое любимое тело пыталось ползти на карачках к лестнице. Правда выходило не очень, все-таки раньше мне делать таких упражнений не приходилось.
– Эй, ты мне все коленки поцарапаешь, – возмутилась я.
– Ну как ты это носишь, а? – Барсик похлопал себя (меня) по груди, да так, что я даже смутилась.
– Не тронь мое самосознание! – вспомнились мне известные строчки, а этот гад как ни в чем не бывало продолжал ползти.
– Да встань ты уже нормально, я смотреть на это безобразие не могу, – я уже молила фамильяра, а в голове зрело отмщение.
В конце концов мы выбрались наверх, чтобы дождаться нашу всезнающую и всеумеющую бестию, и мечтая поскорее вернуться в родные тела.
Признаться, это было ужасно. У меня чесалось все и везде. Я клятвенно пообещала себе, что как только вернусь в свое тело, обязательно вымою кота в семи водах.
Это ведь совершенно невозможно выносить такой зуд.
И блохи… как только я о них подумала, мне снова стало дурно и захотелось ругаться матом.
Зато Барсику, как мне кажется, было вполне комфортно в моем теле. Он свернулся калачиком на диване и методично чесал себе живот.
Ужас какой!
Мамочки мои, да где же бабушка?!
Хотя… дети, кошки, отцы… Кажется у меня созрел план.
– Яся, ты куда? – услышала я свой обеспокоенный голос.
– Скоро вернусь, – крикнула я, уже выбегая из дома.
Вперед, мон шер, нас ждут великие дела.
Глава 6
Ах, какая чудесная погода.
А запа-а-ах… так и съела бы какую-нибудь вкусную нежную вырезку из во-о-он того мясного магазинчика.
Мяу прям…
Все вокруг кажется таким огромным и нереальным, что появляется стойкое ощущение, будто я попала в страну великанов. И каково это Барсику ощущать себя таким маленьким, а?
Мимо проехала тыква, которую ловко двигали маленькие симпатичные мышки. Я приветливо помахала им лапой, получив в ответ презрительные гримасы. Ну и ладно. Да и вонь от вас такая, что чур меня, чур.
Так… надо как-то найти соседских кошечек, но без разрешения не пойдешь же на чужую клумбу… я все-таки не какой-то там помойный кот, я же умный кот-фамильяр.
Хм… ну-ка, пять шагов туда, пять шагов назад, и хвостом ать-ать влево-вправо, вправо-влево. И еще раз, и ать.
Фух, и долго мне так фланировать туда-сюда?! Дневной сон что ли у них?
– Мяв, – услышала я за спиной.
Ну наконец-то.
– Мур-мяв, мадам. А вы не подскажете где мне найти соседскую кошечку с тремя детьми? Три девочки, две беленькие, одна кремовая. На меня похожа…
– Мяв?
Тьфу. Ну и о чем с ней теперь разговаривать? Или это вообще кот?
– Мяв-мяв, – ответила ей я и раздосадованная пошла в другую сторону.
А эта дуреха увязалась за мной с таким видом, будто я ей что-то должна.
Через дорогу, возле желтого дома с хризантемами грелась на солнышке пушистая серая кошка.
«Хорошенькая», – подумала я и почувствовала, как что-то просиходит с моим телом.
Точнее с частью тела.
И не моим, а котовским.
В общем с той частью, о которой приличные девушки даже думать стесняются, не то что вслух говорить. Не, ну пусть я в теле кота, но мозг-то у меня вроде вполне человеческий, или не?
А инстинкты? Ой-ей-ей, мама… бабушка-а, верни меня обратно. Это же черт знает, что такое происходит!
Пожалуй надо срочно возвращаться. Что-то я уже на чужих кошек с интересом, и весьма не праздным поглядываю.
Я уже было развернулась, чтобы в панике бежать домой, как вдруг услышала за спиной томный красивый голос:
– Зачем ты меня ищешь, Мохноног?
Я обернулась.
На меня уставилась пара красивых ярко-синих глаз и с любопытством разглядывала.
– Эм… не напомнишь как тебя зовут? – улыбнулась я, на что кошка сердито встопорщила усы и зло ответила:
– Ты снова шутишь, Мохноног… Я же просила оставить меня в покое!
– Прости… но я хочу все исправить, правда.
– Да неужели?!
– Да, хотя бы ради наших детей…
– Нет, прости! Просто… просто раньше надо было думать, когда я еще сама хотела этого.
– Но…
– Никаких но, Мохноног. Между нами все давно кончено. Я никогда не смогу больше поверить тебе, ты прекрасно это знаешь.
– А дети, как же наши дети? – я чуть не плакала.
Да что же это такое? Ну что этот гад такого натворил, а?
– Я позабочусь о них, не беспокойся. Впрочем, раньше тебя это мало волновало.
– Да нет же, ну, пожалуйста, дай мне шанс, – взмолилась я, но кошка лишь мотнула головой.
Я понуро смотрела ей вслед, когда она, развернувшись, уходила, не зная, что предпринять, чтобы заставить ее одуматься, но в голову как назло ничего не лезло.
В какой-то момент кошка обернулась и лукаво улыбнулась:
– Кстати, я рада за тебя. Правда. Мне кажется она очень милая, твоя новая хозяйка.
– Да, ага, спасибо. Я передам ей, – я чуть не заплакала.
Ну и что я теперь скажу Барсику?
Барсик
– Что ты с делала?! – я почти кричал на нее.
Нет, я все понимаю, но какое право она имела разговаривать с моей женщиной от моего имени?!
Да что она понимает?!
Да она же еще больше все испортила!
Ну Яся!!! Ну бестючка недоученная!!!
А она главное так смотрит на меня виновато. Глазки выпучила, покраснела вся как рак. Да ну ее.
И угораздило ее разбить эссенцию глюкомина. Повезло еще, что в подвале мышей и другой живности нет, а то бы превратились в кого-нибудь из них, и пиши-пропало.
Мы только что обернулись каждый в свое тело, и я, между прочим, ничего такого себе не позволял. Максимум что – это коробку конфет съел в ее стройненьком теле. Но это же мелочь, правда?
Ярослава
– Что?! Что ты съел? Сколько-о?!
Ну гад! И он главное такими глазками на меня смотрит, прям сама невинность.
– Ну ты же сама вон как ела, ни в чем себе не отказывала, – обиженно прошептал кот.
– Так-то я! И я голодна я была. И вообще, я от тех калорий хоть удовольствие испытала. А здесь что? Зазря набранные килограммы, – горестно вздохнула я.
– Ладно вам ссориться, пойдемте лучше обедать, – примирительно позвала нас Гиля.
Барсик, все еще насупленный, нехотя поднялся с любимого места с дивана и поплелся на кухню. Ну меня тоже уговаривать долго не надо. Есть хочу зверски.
Ох… бабушка как всегда расстаралась. Мне даже неудобно стало, что я никак не помогаю в готовке, о чем я тут же и сообщила. Но Гиля лишь рукой на меня махнула, и правильно сделала, потому что повар из меня не то чтобы никакой, а совсем плохой.
Начать трапезу я решила с густого наваристого томатного супа, украшенного веточкой петрушки. Съела немного, чтобы оставить место для утки в сливочном соусе и воздушного пралине со взбитыми сливками.
Ммм… моя любимая фигура, прощай и прости. Мы столько лет жили душа в душу, но я просто не смогу больше тебя поддерживать, потому что это все сильнее меня. Ощущение такое, что обедаю в лучших ресторанах судя по блюдам и их разнообразию.
Поев, окончательно расслабилась и вот тут-то кое-что вспомнила. А именно свои приключения в облике кота и осторожно поинтересовалась, отчего у меня иногда вполне так проскальзывали кошачьи инстинкты.
Кот, как услышал это, даже вроде как пятнами красными весь пошел. Да мне самой стыдно… ну пра-а-вда.
– Это вам повезло, что я не уехала куда. Неужели ты думала, что такие преображения бесследно проходят? Запомни, чем дольше ты находишься в чужом теле, тем больше перенимаешь его поведение, привычки и инстинкты, и даже образ мыслей, – наставительно произнесла бабушка.
– То есть если очень надолго зависнуть так, то можно вообще превратиться в кота? – в ужасе я застыла с очередной ложкой десерта у рта.
– Именно.
– Кошмар какой!
– Вот поэтому без меня пока в подвал ни ногой, имей ввиду. А тебя, – она обернулась к Барсику, – вообще пороть надо.
Кот насуплено отвернулся, впрочем, видимо все же осознавая свою вину. Не уследил, да мало того, еще и спровоцировал перевоплощение.
– Ладно уж, сегодня даю время гулять, но завтра начнем учиться. Итак двадцать пять лет псу под хвост, – заворчала моя старушка.
Я согласно закивала.
После сытного обеда и утренних приключений захотелось вздремнуть немного, что я собственно и сделала.
Эх, живу как в отпуске. Знай себе ешь, да спишь – красота…
* * *
Проснулась я от того, что кто-то методично стучал мне по лбу чем-то мягким, но от этого не более приятным, чем если бы мне стучали чем-то твердым.
Блин! Вообще стучать кому-то чем-либо по лбу не надо.
В принципе.
Еще не открыв глаза я схватила этот молоток и… кто-то отчаянно взвизгнул рядом с моим ухом. Барсик в испуге таращил глаза и пытался хоть что-то понять спросонок.
– Ага! Попался!
Лапу я ему все-таки отдала, но кот еще какое-то время обиженно дулся и не разговаривал со мной.
Нет, ну нормально? Как-будто я ему прям больно сделала. Значит как по мне морзянку выстукивать, так это ничего, переживет Яся, а как его величество разбудили вероломно, так все, тушите свет. Нас обидели…
Вообще какой-то странный у меня фамильяр. Где от него польза, вот где, а? Одно вредительство пока что…
Я тоже решила не разговаривать с котом, молча собралась, решив, что можно и прогуляться. Раз обучения сегодня не предвидится.
Этот лысый вредина ужом выскользнул за мной в дверь и тише мыши плелся сзади, пока я гуляла по мостовой. На самом деле я была конечно рада, что он не оставил меня одну, так как все-таки город я пока еще не знаю, и очень не хотелось бы здесь потеряться.
Так мы и шли, я в своем нарядном голубом платье, закрывающем щиколотки, и понурый фамильяр, иногда что-то вякающий мимо проходящим кошкам и котам.
В конце концов какой-то момент я не выдержала и спросила Барсика:
– Слушай, а какое здесь сейчас время года?
– Лето, – вяло ответил лысик.
– А месяц какой?
– А у нас нет месяцев. Лето и лето.
– А потом, после лета что?
– Осень. Она немного прохладнее лета. Но не сильно. За осенью зима, но ниже плюс десяти температура не опускается.
– Ух ты… ой знал бы ты как меня наши зимы доконали! На одну одежду разоришься. А уж сколько люди ломают рук и ног – одним богам известно.
– Знаю, бывал у вас как-то.
– Да ты что?
– Ага, связь с твоим миром устанавливал. Ну чтоб тебя найти.
– Ух ты… так значит я тебя там видеть могла?
– Не могла. Я невидим был. Ты кстати не дослушала, – укоризненно покачал головой Барсик, и я тут же устыдилась. – За зимой всегда идет весна. Самое красивое время года. У нас повсюду цветут розовые винные деревья. Весь город в цветах утопает так, что неба не видно…
Признаться я и так обалдевала от ярких красок Табаты, и представить, что весной она бывает еще цветистее, просто не могла.
В неспешных разговорах с котом я не заметила, как мы дошли до набережной, наполненной снующими туда-сюда людьми и… ну и прочими товарищами. Каменистые дорожки разбегались в разные стороны, но все они вели к воде.
Я застыла как зачарованная, не в силах даже с места двинуться. Такое море я прежде видела только на картинках с далеких-далеких островов. Что сказать, я и на нашем родном-то море не бывала ни разу, а тут сразу бах, и иноземное.
Оно переливалось всеми цветами лазурного и бирюзового, играло пушистыми волнами, пенилось и бурлило, заглушая плеском воды далекие крики чаек. Я так и стояла бы с открытым ртом еще черт знает сколько времени, если бы не почувствовала на своем плече чужую холодную хватку.
Рот я тут же закрыла и в удивлении подняла взгляд. Это кто это меня там лапает?
– Дама должна отойти в сторону, когда такой человек как я идет по своим делам!
Чего?! Какой человек? Ооо…
– А разве здесь недостаточно места, чтобы вы могли это сделать, не тревожа даму? – я подняла брови, давая понять, что не намерена ни на шаг сдвинуться со своего места.
Этот тип что, преследует меня?! Я второй раз в городе и второй раз встречаю его на своем пути. Всё тот же наглый прищур зеленых глаз, ехидная ухмылка тонких губ, лощенный вид… Ишь ты, каков индюк!
– Хм… я думал вы воспитанная леди и вам хватит такта и ума, чтобы пропустить высшего магистра магических наук по своим делам! Иначе…
– Ой сколько пафоса, а металла в голосе, ну прям принц датский, – скривилась я и отвернулась, не желая больше разговаривать с этим индюком напыщенным.
– Да ты совсем ополоумела, девка?!
Чегооо? Это ты дядя кого девкой назвал? Да я тебя, да ты, да это что же делается, люди добрые. Средь бела дня…
Да чтоб ты провалился!
* * *
Честное пионерское, я не знаю, что произошло дальше.
Нет, я никого никуда не посылала.
Нет, не выкапывала ямку под магистром магических наук.
Именно это я и рассказывала в местной жандармерии толстому усатому бородулю в пятый раз.
Магистр магических наук сидел насупленный и грязный, то ли забыв что он там какой-то маг, то ли не желая убирать с себя улики.
– Та-ак… но ведь уважаемый магистр Вэлимир Д`Орвиль не мог провалиться в яму сам, да, Ярослава Дмитриевна?
– Все. Я устала повторять вам одно и тоже. Теперь я буду говорить только в присутствии адвоката, – в очередной раз пискнула я.
– Да, бабушка в пути, – подтвердил мой фамильяр.
Он и правда уже успел связаться с Гильотиной и мы ждали ее в участке с минуты на минуту. А пока ждали, меня одолевали странные и пугающие мысли. Но поверить в них было практически невозможно, ведь так не бывает, чтобы еще с утра я была обычным человеком, а уже сейчас стала ведьмой.
А как иначе назвать то, что произошло сразу же, как только я пожелала этому чертовому магистру провалиться сквозь землю? Серьезно, тут же земля под ним разверзлась и он с матами и проклятьями полетел вниз.
Не могу уверенно сказать почему он не смог выбраться сам, ну правда, пришлось мне бежать за честным народом, чтобы помогли вызволить несчастного магистра. И может и обошлось бы все, но как назло мимо проходил этот самый толстенький жандарм, который не слушая наших, между прочим единодушных увещеваний, что мы сами разберемся, все же забрал нас в участок.
Теперь сидим тут: я, под укоряющим взглядом кота, и магистр этот, будь он неладен.
Ой, тьфу-тьфу-тьфу… про магистра или хорошо, или никак.
Второго такого чуда я точно не выдержу.
Барсик
Нет!
Я не могу больше с этой девчонкой.
Это просто какая-то ходячая катастрофа!
Мало того, что она бродила в моем теле среди моих же знакомых, так еще и мгм… всякое там испытывала. Кошмар и стыдобушка какие!
Кое-как заставил себя поесть, даже утка в горло не полезла. Это ж кому сказать – засмеют!
Еле-еле уснул, уж и не знаю как с Яськой рядом оказался, да только сам же за это и поплатился. Вот правда, и подумать не мог, что она такая кровожадная. Пока я сладко спал, она пыталась оторвать мне ногу.
Я не знаю зачем, правда, не знаю… но кажется я начинаю ее бояться…
Собралась гулять, ага… и ведь должен я ее везде сопровождать. Головой за дуреху отвечаю. Ну и ладно, буду идти себе тихонечко, ни слова ей не скажу.
Ну вот, болтает без умолку, как будто мне хочется с ней после всего пережитого разговаривать.
Ух ты, вот это эмоции. Да я сам, когда первый раз увидел море, тоже так стоял, пока Илия не оттащила.
А этому что тут надо?!
Ну, Яся! Ну кто тебя за язык дергал, а? Ну зачем нам проблемы с темным бестюком?
О горе, мне, горе!
И как она это сделала интересно?
Пришлось использовать амулет голосовой передачи, чтоб сообщить бабушке о случившемся.
– Гиля, у нас проблемы. Кажется началось…
Глава 7
Ярослава
– Радость-то какая, – бабушка носилась вокруг меня, осматривая со всех сторон.
Интересно, что она там хотела увидеть?
– То есть тебя не смущает, что Яся, не пробыв здесь и трех дней, нажила себе врага в лице темного магистра? – невинно спросил кот, облизывая ложку.
– Ой, ну какая разница, когда бы это случилось? Запомни, когда бы ты ни завел себе врага, ты его завел, – с умным видом изрекал моя бабушка, а мы с котом переглянувшись, прыснули со смеху.
Вот уж действительно, поздно пить боржоми и сокрушаться о сделанном.
И вообще, кто этого темного, как там его, Вэлимира что ли, просил лезть ко мне? Я, между прочим, стояла себе, никого не трогала, а этот гад не дал мне нормально погулять, наслаждаясь окружающими красотами.
А ведь я впервые видела море на для того, чтобы какой-то гад так нагло испортил все впечатление от момента.
Ах, как жаль, что я совсем-совсем не умею плавать, а то бы с удовольствием окунулась в теплую водичку.
Хм… ну а что мне собственно мешает туда реально окунуться? Кто меня плавать-то заставляет?!
– Эх, сейчас бы искупаться, – мечтательно закатила я глаза.
Кот с бабушкой отчего-то переглянулись встревоженно и на два голоса затараторили:
– Не вздумай.
– Не сметь!
– Да ты с ума сошла!
– Выпорю! – последние слова произнесла бабушка, и тут у ж моя очередь пришла таращить на нее глаза.
– А что хоть такого-то? Кто-то может нормально объяснить, почему мне нельзя тихонечко прийти на пляж, раздеться и осторожно ополоснуться в морской соленой водичке? Она, кстати, соленая же?
Бабушка аж икнула.
– Солёная-солёная, внученька. Да такая, что вмиг сожжет любого. И костей не останется.
– Ого… мертвое море?
– А ты откуда знаешь, что оно так называется? – бабушка подозрительно на меня уставилась и даже вроде как прищурилась.
– Ну…у нас есть такое море, правда сжечь оно не сожжет, но в нем тоже особо не поплаваешь. Кстати, полезное очень. Я слышала, что даже курорты лечебные есть, там всякие суставы лечат и… ну и все остальное.
– Ох, Яська, с тобой уже не знаешь чего ожидать. Тем более теперь, когда силы твои проявились. Кстати, ты мне вот что скажи, ты этого наглеца когда под землю отправила, что конкретно ему пожелала?
Я смущенно опустила голову и прошептала:
– Ну то и пожелала – сквозь землю провалиться. Но я же не вслух и вообще несерьезно…
– Да какая же разница, серьезно-несерьезно, вслух или нет, главное, что пожелала. А почему ты это сделала, помнишь?
– Да он… да он, да он вывел меня прям! Индюк напыщенный. Строит из себя невесть кого. Тоже мне…
– Ага, значит имей в виду на будущее, когда вздумаешь снова злиться, лучше бы тебе рот и мысли на замке держать, – усмехнулась Гиля, а я лишь вздохнула.
Эдак мне теперь контролировать не только язык, но и голову? Ужас какой.
– А что значит у вас вот это его имя? Я имею в виду приставку Д?
– Не хочу тебя расстраивать, но ты себе во враги записала не только темного бестюка, что само по себе уже ой как не мало, но еще и самого настоящего графа, родственника нашего короля, – качая головой, пробурчал мой фамильяр.
– А король у нас добрый, я надеюсь? – пискнула я, представляя какими последствиями для меня и моей семьи может обернуться это досадное происшествие на набережной. Такой позор бестюк (ну что за слово-то такое) мне вряд ли простит.
– А король у нас терпеть графа не может, – засмеялся кот, – но в добряки я бы поостерегся его записывать. Публичные казни сейчас хоть и отменены, но говорят, что в застенках тюрьмы люди частенько пропадают бесследно.
Последние слова он произнес жутко зловеще и мне тут же захотелось домой, ну туда, в Бобруйск…
– Ладно уж пугать-то ее, будто и защитить Яську некому. Пойдемте лучше ужинать, а то небось изголодались вконец.
Перед сном бабушка дала мне толстенную книгу «Травы. Свойства. Способы приготовления» и велела всю ее прочесть и желательно выучить. Ну выучить не обещаю, память у меня так себе, но прочесть – прочту.
Я устроилась поудобнее в кровати, нацепив мягкую пижаму и запаслась кульком конфет. Барсик пристроился рядышком и уже через пару минут засопел мне в ухо. Ну а я с удовольствием погрузилась в чтение про различные отсопельники и отпрыщавники.
Эх, надо бы конспектировать, так усвоить материал будет значительно легче.
Пока читала в голову то и дело лезли мысли о том, что я все-таки ведьма. Самая настоящая. Если до сих пор мне все казалось ужасно интересным приключением, загадочным и веселым, то теперь я явственно ощутила себя частью этого мира, его непосредственной участницей.
****При этих мыслях сердце защемило от радости и вся я буквально переполнилась счастьем и надеждами. Прям держи-держи. А то вытекут через уши…
* * *
Проснулась с книгой на груди, кота рядом не было.
На кухне велся какой-то жутко нервный спор.
Я набросила халат поверх пижамы и прошлепала босыми ногами к столу.
– О чем ругаетесь? – рука сама собой потянулась к дымящемуся пирожку с капустой, но Гиля тут же ударила по ней, и сердито поставила передо мной рисовую кашу с тыквой.
Ну каша, так каша. Ммм… вкуснотища-то какая…
– Да вот, фамильяр твой, если его еще можно так называть после всего случившегося, говорит, что его можно отпускать с тобой в подвал… – протянула моя бабушка с ухмылкой.
– Можно! – буркнул кот, пытаясь прожевать полный рот еды.
– Ага, конечно… видели мы все результаты вашей деятельности. Ну она-то ладно, иномирянка. Ей можно быть бестолковой! Но ты-то?!
Тут уж и я возмутилась. Чего это я бестолковая?! Очень лаже толковая. Вон, честь свою защитила? Защитила. Будто на моем месте кто-то умнее бы себя вел.
И вообще, нормальный у меня фамильяр, нормальный.
Будет.
Когда-нибудь.
Может быть…
– Бабушка, не начинай, а… – протянула я, – ну Барсик все понял и осознал, верно же?
Кот с готовностью кивнул и, как ни в чем не бывало, продолжил уминать пирожки.
– Ага, знаю я ваше осознал… ладно уж, все равно без меня не разберетесь. Доедайте и переодевайтесь. После завтрака идем в подвал, потом историю с географей начнем изучать. И… впрочем, хватит пока.
Угу, терпеть не могу географию, но надо так надо.
Мы с котом не спеша позавтракали, и только поднялись из-за стола, как посуда сама собой переместилась в мойку. Никогда наверное не привыкну к этому.
С трудом я натянула костюм бэтмена, все-таки не следует обильно питаться перед тем, как собираешься натягивать на себя латекс. Кот застыл в боевой готовности, видимо в страхе снова не уследить за своей подопечной, а точнее за мной.
Бабушка тоже немного принарядилась. На ней красовался халат, похожий на медицинский, клеенчатый фартук и перчатки.
– Готовы?
Мы дружно закивали в ответ и вслед за ней пошли к лестнице, ведущей в лабораторию.
Внизу все было так же, как и вчера. Кипели какие-то колбочки и реторты распространяли странные специфические ароматы. Все так же под потолком висели сушеные хвостики, дымилась кастрюля с непонятной желтой субстанцией. И только ярко-красное пятно на полу у шкафа привнесло что-то новое и свежее в обстановку лаборатории.
Бабушка, проследив за моим взглядом, щелкнула пальцами и пятно исчезло, как и не было.
– Я тебя заклинаю, Яся, ничего не трогай и не нюхай. Только смотри и слушай. Понятно? – умоляющий тон сменился строгим и я с готовностью закивала, словно китайский болванчик.
Тем временем мы подошли в дальний угол, где сушились разложенные травки разных цветов и размеров.
– Итак, слушай и запоминай! Травы бывают разные: сонные, ядовитые, пищевые, лекарственные. Ядовитые так же зачастую относят к лекарственным. Вот эти, – она указала пальцем перед собой, – все неопасные. Опасные сушатся и хранятся в специально отведенном для этого месте. Потом покажу где.
Я рассматривала травки, пытаясь найти сходства со знакомыми мне растениями моего мира.
– Здесь, как ты помнишь, травы, что я набрала вчера. Запоминай кстати, за травами мы, бестии, ходим строго по пятницам с двенадцати ночи и до пяти утра. В эти дни и часы они особенно эффективны, поэтому запасаться следует хотя бы на неделю впрок. С другой стороны полезны эти травки недолго. Как месяц истек, так можешь выкидывать.
Бабушка поманила меня пальцем к стеллажам.
– Поэтому все баночки обязательно подписаны. Кроме названия травы здесь указана дата сбора, сушки и переработки.
Обалдеть сколько всему нужно будет научиться. С моей-то памятью это почти невозможно, о чем я и промычала бабушке из под маски.
– Стихи учи, тренируй память, – буркнула Гильотина.
Ага, стихи, а просто намагичить нельзя, да?!
Я обиженно засопела, но будучи человеком благодарным, решила все же держать свои желания при себе.
Барсик все время пасся рядом, наблюдая за моими действиями, и я даже обиделась на него. Ну что я, маленькая что ли, чтобы за мною по пятам ходить?! Да и в прошлый раз, между прочим, его вина была ничуть не меньше моей, ибо нечего пугать меня было своими воплями!
Кста-а-ати… я вчера за всеми выяснениями отношений с Барсиком и его внебрачными детьми совсем забыла спросить, что хоть за вещество в банке находилось и отчего собственно мы вообще поменялись с котом телами. Надо будет обязательно это выяснить, а пока нужно стараться ничего не пропустить.
– Вот здесь, – Гиля прошла к столу с табличкой номер три, – я делаю различные заготовки. Этот стол пищевой, и здесь никогда не должна лежать ядовитая трава.
На столе в ряд были расставлены различные мисочки, весы и баночки, лежали толкушки и мерные ложки.
– На остальных все то же самое, стол номер два для сонных и не ядовитых лекарственных трав. Ну а третий, видишь, табличка красная, соответственно для ядовитых.
Дальше она повела нас с Барсиком к длинной стойке, занимающей две стены и образующих прямой угол. Именно там и кипели разные жидкости в ретортах и колбах.
– Здесь, когда трава высушена, хотя некоторую сушить совсем не нужно – она идет свежая, я готовлю отвары и настойки, таблетки и пасты разные. Все, что варится в прозрачных стеклянных емкостях – не ядовито. В красных – опасно для здоровья и жизни. Запомни это раз и навсегда. Красное – всё сильнодействующее, часто имеет необратимые, а иногда и летальные последствия. Кстати – настойки, таблетки, пасты, отвары красного цвета всегда проверяй, прежде чем использовать. Потому что они тоже зачастую ядовиты.
Я тут же вспомнила глюкомин, имевший ярко-красный цвет и поежилась. А что, если я бы разбила что-то более опасное?! Бр-р-р… даже думать о этом не хочется.
Так, надо запомнить. Красный – опасность, яд. Травки сушим, толчем, варим.
Наконец мы подошли к мышиным хвостам, и бабушка даже ухмыльнулась.
– Обязательный ингредиент во всех лечебных мазях и бальзамах. Так же как и, – она достала коробочку размером со спичечный коробок и открыла его, – змеиные глаза.
Ооо… мама родная. Я что, тоже буду трогать эту гадость?
Да ни в жизнь!
Нет, нет и нет, и не уговаривайте меня.
Видимо на мое лице, даже прикрытом защитой, отразилась вся гамма чувств, потому что Гиля ехидно улыбнулась и пробормотав «потом-потом», спрятала коробку обратно в ящик стола.
– Все животные ингредиенты хранятся в ящиках, которые так же подписаны. Сама я мышей, змей и прочую живность не разделываю, покупаю готовые наборы.
Ну уже легче. Тут я некстати вспомнила маленьких мышек, работающих «колесами» у местных машин, и в груди поднялась волна возмущения.
Бабуля снова, будто прочитав мои мысли, тут же пояснила:
– Никто животных специально не убивает и не мучает. Если только некроманты и прочие темные товарищи, которые нам собственно и не товарищи особо. Мы живем в мире со всеми, кто нам не вредит. Поэтому хвосты мышкам отрезают уже после их не криминальной кончины. И всем остальным тоже.
Ну утешила… Интересно, а мышки в курсе? Ну знают ли они, что после смерти их части тела пойдут на пользу общества? Хм… Сомнительная привилегия однако…
– Ну и наконец святая святых души этого дома – шкаф. Магический, – хихикнула моя старушка.
Да-да… это был именно тот шкаф, с полки которого я так неосторожно стянула бутыль глюкомина.
– Вообще, это моя вина, я имею ввиду вчерашнее ЧП. Не убрала вовремя пузырек, отвлеклась на что-то, вот и случилась оказия. На самом деле здесь всё всегда на своих местах, расставлено и разложено по секциям. Шкаф непростой, если нажать во-от сюда, – Гиля показала мне куда нужно нажать в углублении третьей полки снизу, и тот сам собой развернулся на сто восемьдесят градусов, явив нашему взору полки с красными тюбиками, баночками и бутылочками.
– За это и убить могут, – зловеще прошептала бабушка, – поэтому эту тайну волшебного шкафа нужно бережно хранить. И вот еще что… когда спускаешься в подвал, дверь в него ведущую, запечатывай от посторонних. Чтоб ни у кого не возникло соблазна спуститься следом за тобой. Я не шучу, когда говорю, что этот шкаф – настоящее сокровище.
Я в обалдении закивала и бабушка показала мне, куда теперь следует нажимать, чтобы шкаф принял свое обычное положение.
– Я потом тебе расскажу, что хранится в этом шкафу, сейчас ты все равно на запомнишь, да и рано еще тебе знать.
Наконец экскурсия наша была закончена и мы поднялись в дом.
– Подвал сам запечатывает ход на всех, кроме нас. Обновлять печать нужно каждый месяц, в одно и то же время. Это очень важно, не забывай, пожалуйста, об этом.
– Хорошо, – выдохнула я, стягивая с себя этот ужасный аквалангистский костюм.
