Текст книги "Волнующая поездка"

Автор книги: Линда Гуднайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

– Ты не можешь со мной так поступить.

Джетт был близок к панике. Он так крепко сжал телефонную трубку, что чуть не сломал ее.

Один страстный, сводящий с ума поцелуй – и весь мир едва не соскочил со своей оси. Если бы он знал, что Бекки так отреагирует, он бы не поцеловал ее.

Вообще-то, если задуматься, то поцеловал бы. Он знал, что она вся горит страстью, и то, что вчера произошло между ними, стоило той взбучки, которую она ему сейчас устраивала.

– Ты знаешь все упражнения наизусть, Джетт, – промурлыкала Бекки совсем рядом с его ухом. С каких это пор ее голос стал таким сексуальным? – У меня больше нет причин приезжать к тебе ежедневно на пять часов. Я буду появляться через день на один час. Этого, пожалуй, хватит.

– Я не могу один делать эти упражнения. Я никогда сам не вылечу колено и навсегда останусь калекой.

– Ты вполне способен упражняться сам.

Как она может оставаться такой спокойной?

– Но тебя здесь не будет, и кто же заставит меня делать эти упражнения? Я ленивый. Я все заброшу.

– Ты не бросишь заниматься. Ты слишком близок к выздоровлению и к своей следующей идиотской поездке на быке.

Она была права, черт побери. Но он хотел ее. Он был уверен, что еще немного, и она прекратит бороться с ним. Тогда они смогут развлечься прежде, чем он уедет. Кроме того, он не сможет один довести дело до конца, ему необходима ее хватка и уверенность в себе.

– Почему ты так поступаешь? Потому что я тебя вчера поцеловал? Потому что ты ответила на мой поцелуй? Потому что я заставил тебя признать, что ты страстная женщина? – Его вопросы были встречены тишиной, которую он посчитал за согласие. – Давай же, Бекки, это был только поцелуй.

Она тяжело вздохнула.

– Я тоже имею право на личную жизнь, Джетт.

– О! – Снова этот упрямый пижон Бенчли. Он-то надеялся, что вчера она пошутила насчет него. Очевидно, нет. – Я со своими упражнениями мешаю твоей любовной связи с Бенчли. Извини меня. Я забыл.

– Возможно, тебе еще раз нужно проверить голову. Ты слишком многое забываешь в последнее время.

Последний раз в своей жизни он обиделся в десять лет, когда мать отказалась купить ему мотоцикл «харлей». И теперь почувствовал такую же обиду. Что с ним случилось? С каких это пор женщина может причинить ему столько неприятностей? И с каких это пор он заботится о ней? У него было много знакомых кудрявых красоток, не ждущих многого, они всегда были рады хоть немного побыть с ним, в его объятиях.

Но он не хотел ни одну из них. Он хотел маленькую рыжеволосую тигрицу, которая и подгоняла его, и обуздывала, и заставляла смеяться.

– Джетт? – Сладкий голос вывел его из оцепенения. – Я возвращу тебе джип завтра, хорошо?

Боль отозвалась в его животе. От этой упрямицы у него будет язва желудка.

Он должен закончить этот разговор прежде, чем начнет просить и скулить, как голодная собачонка.

– Можешь взять его себе.

Чтобы она не начала спорить, Джетт бросил трубку. Захромав от кухонного стола, он заметил, что Коки уже в кухне.

– Я думал, что ты в прачечной.

– Время готовить ужин.

Чтобы доказать это, Коки повернулся к нему спиной и снял миску с верхней полки шкафа.

Джетт направился к двери. Серый кот Кейти с сочувствием смотрел на него с подоконника, как будто знал о том, что он несчастен.

– Не ставь приборы для Бекки и Дилана. Они не приедут.

– Я слышал.

Джетт остановился в дверях и повернулся.

– И все? И никаких шпилек? Никакого мудрого совета?

– Не для тебя. – Коки стукнул яйцом по краю миски. – Но если бы Бекки спросила меня, я бы посоветовал ей бежать от тебя далеко и быстро.

– Тебе не надо этого делать. Она уже убежала.

Она бежала от него с того самого момента, как он встретил ее.

– Это очень хорошо. Такая женщина, как Бекки, не нуждается в приятеле, который разок поцелует ее, а потом умчится на родео. Ей нужен настоящий мужчина. – Коки резко повернулся и нацелился огромной деревянной ложкой в Джетта. – Тебе не понять.

Джетт вонзил в старого повара острый взгляд. Видел ли он вчера, что они целовались, или сам сделал такой вывод?

– Вероятно, у нее есть мужчина, Коки. И это меня вполне устраивает. Нет времени флиртовать с ней. В Санта-Фе родео начнется уже через две недели... И я хочу туда поехать.

Подавив зевок, Бекки попробовала сосредоточиться на кинофильме. Рядом с ней на кушетке перед телевизором сидел Шерман Бенчли, одетый в идеально отглаженные брюки и рубашку для гольфа, тот мужчина, с которым у нее сегодня было свидание. Дилан давно убежал играть в свою комнату. Бекке было жаль, что она не ушла вместе с ним.

Свидание с Шерманом никогда не приводило ее в трепет, и в этом было самое ценное.

Шерман был безопасен и удобен. Однако сегодня вечером она нервничала и не могла сидеть спокойно. И виноват в этом был только Джетт Гарретт. Если бы он не поцеловал ее так страстно, то все было бы прекрасно.

Вздохнув, она положила еще один ломтик жареного картофеля в рот и захрустела.

Шерман посмотрел на нее с укоризной. Она прервала его комментарии к фильму – комментарии, которые уже начинали ее раздражать. Он всегда так поступал – раскрывал сюрпризы, прежде чем они случались, и эта его привычка начала выводить Бекки из себя.

– Теперь смотри, Ребекка. – Шерман нацелился пультом в экран. – Бандит с пистолетом сейчас скроется за дверью спальни.

С едва скрытым раздражением Бекки ответила ему:

– Знаешь, Шерман, у меня превосходное зрение. Я могу смотреть этот фильм самостоятельно.

Нажав на кнопку «пауза», он отложил пульт, чтобы повернуться к ней.

– Действительно, Ребекка, у тебя сегодня неважное настроение. Критические дни?

Никакие вопросы не раздражали ее так, как эти. Сжав зубы, она ответила:

– Женщины утомляются и расстраиваются безо всяких определенных причин, Шерман. Так же, как и мужчины.

– Ты переутомилась. Я должен был подумать об этом. – Он схватил ее руку и с сочувствием пожал ее. – Ездить каждый вечер на ранчо и иметь дело с этим... ковбоем, – сказал он с отвращением. – Я знаю, что тебе нужны деньги, но хочу, чтобы ты остановилась.

– В сущности я уже остановилась. Мы урезали наши занятия, теперь они будут проходить через день.

– Это хорошо. Судя по поведению этого пещерного человека и учитывая то, как часто ты там бывала, я уже начал подозревать, что между вами что-то есть.

– Между Джеттом Барреттом и мной? – Она попробовала засмеяться, но у нее ничего не получилось. – Этот мужчина треплет мне нервы.

– Ты слишком доверчива, Ребекка. Он смотрел на тебя как собственник. Таким людям нельзя доверять.

Неожиданное удовольствие согрело ее душу. Неужели Джетт действительно смотрел на нее как собственник?

В этот момент в комнату ворвался Дилан верхом на палке.

– Я ковбой, как Джетт! – закричал он. – Я скачу на лошади и бросаю лассо!

Бекки почувствовала на себе сверлящий взгляд Шермана.

– Все это прекрасно и замечательно, но ездить верхом нужно во дворе.

– Правильно, молодой человек, – вставил замечание Шерман. – Теперь, если ты спокойно поиграешь в своей комнате, я прослежу, чтобы твоя мама разрешила тебе покататься на лошадке завтра в магазине.

Дилан покачал головой.

– Я теперь езжу на настоящих лошадях. Джетт позволяет мне.

Шерман с недоумением повернулся к Бекки. Его серые глаза стали еще более холодными.

– Это правда?

– Угу. – Дилан достал чипсы и положил в рот сразу несколько штук. – Когда-нибудь Джетт подарит мне лошадь. Она будет моей собственной, когда я вырасту.

– Дилан, – прервала его Бекки, довольная тем, что ее сын возразил Шерману. Она понятия не имела о том, что он мечтает о таком подарке со стороны Джетта.

– Ребекки, не позволяй ему вести себя так. Дисциплина в раннем возрасте обязательна.

Она много раз слышала теории Шермана о воспитании детей и раньше всегда соглашалась с ним. Но сегодня вечером у нее проснулся дух противоречия, и она кинулась на защиту Дилана.

– Совершенно естественно, что маленькие мальчики такие шумные, беспорядочные и грязные. – Она не могла поверить в то, что повторяла высказывания Джетта. – И я хочу, чтобы Дилан рос нормальным ребенком, Шерман, а не какой-то серой мышью.

Шерман поднялся с кушетки и отряхнул брюки, как если бы ее мебель была пыльной.

– Ты сегодня сама не своя. Я думаю, что мне лучше уехать.

Он прав. Она была сама не своя по вине Джетта. Этот беспокойный ковбой смутил ее так, что она сделала больно хорошему человеку.

Она проследовала за ним до самой двери.

– Мне жаль, Шерман. Правда.

Повернувшись, он снисходительно улыбнулся:

– Отдыхай. Ты перенапряглась. Я заеду завтра вечером около половины шестого, и мы славно пообедаем в ресторане.

– Давай лучше в шесть тридцать.

Он напрягся.

– Почему так поздно?

– У меня завтра после работы запланировано посещение больного.

– Того ковбоя. – Это было утверждение, в котором улавливался намек на раздражение.

– Да. Но только на один час. Джетт скоро вернется на родео и исчезнет из моей жизни навсегда.

– Это будет не слишком-то скоро.

Шерман нагнулся. Его поцелуй оставил Бекки совершенно равнодушной. Не появилось нетерпеливой дрожи. Не было жажды чего-то большего. Никаких ощущений внизу живота.

– Доброй ночи, Шерм, – сказала она, наблюдая за тем, как он пересекает маленький дворик и садится в автомобиль.

Она простояла в дверях довольно долго, держа кончики пальцев на губах и вспоминая другой поцелуй. После встречи с Джеттом вряд ли она теперь будет счастлива с Шерманом.

Услышав голос Бекки, Джетт отложил бухгалтерские записи, которые просматривал вместе с Колтом, и, встав со стула, направился к гостиной.

– Ты выглядишь усталой, – сказал он, стараясь казаться насмешливым. – У тебя вчера было свидание?

– Это из-за тебя, Джетт. Ты утомляешь меня своими вопросами. И хотя это не твое дело, но я скажу – да, у меня было свидание с Шерманом.

– И куда же он водил тебя?

Бекки согнула его колено, нажимая на него с разных сторон. Несмотря на то, что она попала в самое болезненное место, он стерпел и промолчал. Теперь у них были отношения медсестры и пациента, и ему это не нравилось. Он хотел иметь дело с настоящей Бекки.

– Мы с Шерманом играли.

– Вот как? Звучит возбуждающе. И в какую же игру?

Слабый румянец выступил на ее щеках. Она надавила на колено немного сильнее и пробормотала:

– В лото. – Как раз тогда, когда он сдался и зашипел от боли.

– Игра в лото может быть довольно захватывающей. Но должен ли я верить тебе?

Выражение ее лица смягчилось, и она усмехнулась.

– Да, должен.

– Значит, – сказал он так небрежно, как только мог, – ты и скучный Бенчли теперь одного поля ягоды?

Бекки с изумлением подняла бровь.

– Интересное замечание.

– Не увиливай от вопроса.

Джетт сам удивился своему командному тону, но он имел право знать. Нет, это был не личный интерес, он полюбил Бекки как сестру. А Бенчли не был достаточно хорош для нее. Она заслуживала большего. Такой пижон, как Шерман, не может стать и хорошим отцом для Дилана. Он представил, как Шерман обучает Дилана ловить рыбу или играть в мяч. Просто смехотворно.

– Да, возможно. Мы с ним действительно похожи друг на друга.

Вот так признание! У него возникло совершенно незнакомое чувство. Это была не ревность, но что-то очень неприятное. Он подумал, что лучше изменить тему разговора прежде, чем он домчится до Рэттлснейка и испортит лицо Шерману Бенчли, а вместе с ним свою репутацию.

Его мозг отчаянно заработал, и он сказал первое, что пришло в голову:

– Доктор сказал, что через неделю я уже смогу водить машину.

Он сказал то, чего совсем не хотел. Ей все еще нужен его джип.

Новость застала ее врасплох.

– Когда ты говорил с доктором Джеймсоном?

– Колт ездил сегодня по делам в Амарилло, и я поехал вместе с ним. Доктор был удивлен моим неожиданным визитом.

– Он говорил что-нибудь об увеличении нагрузок?

– Да. Я привез для тебя бумагу. – Он махнул рукой в сторону стола. – Доктор считает, что колено почти прошло. Если все пойдет так гладко, то через две недели я смогу поехать на уикенд в Санта-Фе, где будет проходить родео.

Он не потрудился рассказать ей о том, что доктор Джеймсон считает, что Джетту надо отложить все свои соревнования по крайней мере еще на три месяца, дабы исключить возможность осложнений. И еще о тех страшных вещах, которые его ждут, если он в ближайшее время опять повредит свое колено.

– Хорошо. – Она возилась возле стола, отвернувшись от него. – Это великолепно. – Ознакомившись с распоряжениями доктора, Бекки резко повернулась, и улыбка озарила ее лицо. – Потрясающе, Джетт! Я знаю, насколько это важно для тебя. Наш труд не пропал зря.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Не оглядываясь, Бекки пробежала по прихожей и выскочила во двор. Каждая минута, проведенная с Джеттом, приводила ее в смятение. Она должна была остановить это ненужное притяжение и не наделать глупостей, о которых впоследствии пожалеет.

Бекки обежала дом и оказалась у навеса для машин, где уже несколько недель стоял ее старенький «ферлейн». Она приняла решение отказаться от джипа Джетта. Их занятия стали более редкими, а кроме того, ему самому скоро понадобится автомобиль.

Прежде чем кто-либо мог догадаться о ее намерениях, Бекки заполнила радиатор «ферлейна» водой, проверила шины и с трудом, но все-таки завела двигатель.

В двадцати пяти милях от Рэттлснейка ей встретился красный автомобиль Кейти. Она помахала из окна, чтобы привлечь внимание подруги, затем свернула на обочину, пытаясь разглядеть сына, сидящего в салоне.

Увидев мать, Дилан расстегнул ремень безопасности и вылетел из машины прежде, чем кто-либо смог остановить его.

– Мама!

Тревога подскочила к горлу Бекки.

– Дилан. Иди скорее сюда. – Она поймала его за руку и оттащила за обочину на траву. – Никогда не делай этого больше. Тебя могла сбить машина. Ты слышишь меня?

Дилан засунул большой палец в рот и кивнул. Крепко держа сына за руку, Бекки подошла к открытому окну машины Кейти.

– Спасибо, что захватила Дилана.

– Прости, что он выскочил, прежде чем я смогла остановить его. – Кейти похлопала свой округлившийся живот. – Маленький Гарретт делает меня слишком медлительной.

– Это не твоя вина, Кейти. Дилан должен сам беспокоиться о своей безопасности. – Бекки в тревоге покачала головой.

– Он становится смелым, и, может быть, это неплохо, – сказала Кейти. – Между прочим, я почти не узнала тебя в этой машине. Джетт уже настолько поправился, что ему понадобился джип?

– Почти. И так как я теперь бываю здесь не каждый день, больше нет необходимости использовать его автомобиль. Моя старушка вполне хороша для поездок по городу.

– Что Джетт думает по этому поводу?

– Я не сказала ему, что поехала на своей машине.

Кейти сузила глаза.

– Бекки, может быть, это и не мое дело, но Джетт не каждому разрешает ездить на своем джипе. Мне казалось, что вы с Джеттом хорошо проводили время. Даже Колт разглядел искры, вспыхивающие между вами. Откровенно говоря, я думала и даже надеялась, что у вас нечто большее, чем общение домашней медсестры и больного.

Бекки виновато потупилась.

– Надомные процедуры всегда делают отношения более дружескими, чем в больнице. Однако это не дает никакого повода к тому, чтобы считать их менее профессиональными.

Ответ казался логичным. Однако это была ложь. Бекки стремилась к другим, более чем дружеским, отношениям с этим пациентом.

– А профессиональные отношения подразумевают совместные ежедневные ужины, просмотры телевизора, прогулки в темноте? – Кейти сделала паузу. – И наконец – поцелуи?

Голова Бекки дернулась.

– Вы все видели!

Голос Кейти смягчился. Она коснулась руки подруги.

– Вы так подходите друг другу, Бекки. Любовь – это замечательное чувство.

– Любовь? – Она попробовала высмеять замечание подруги. – Откуда у тебя такие фантазии?

– У тебя же все написано на лице, когда ты смотришь на Джетта.

Бекки бросило сначала в жар, потом в холод. Неужели она выглядит такой влюбленной? Настолько влюбленной, что даже Джетт мог заметить это?

– Но я не хочу влюбиться в него.

– Почему? Ведь это прекрасно. Джетту нужна сильная, твердая женщина, как ты, и я устала быть единственной хозяйкой в обществе двух мужчин. Я была бы очень рада принять тебя как невестку.

Бекки остановила ее:

– Минутку, Кейти. Джетт просто любит женщин. Независимо от моих чувств к нему, он заинтересовался мной сейчас только потому, что вынужден отдыхать и восстанавливать силы. Он флиртовал бы с любой женщиной, приходящей в его дом каждый день.

– Джетт не тот мужчина, который проводит много времени с одной женщиной. Если бы он хотел флиртовать с другими дамами, поверь мне, они бы давно были здесь. Но ровно через три дня, как ты появилась на ранчо, другие исчезли. Он даже перестал разговаривать с ними по телефону.

Он прекратил все отношения с другими женщинами? Почему он сделал это?

– Джетт слишком неосторожен и часто рискует. Он может погибнуть в любой день, и я не хочу быть рядом с ним и видеть это.

Кейти с сочувствием посмотрела на ее.

– Но Джетт не Крис.

Дилан подергал Бекки за руку.

– Пойдем, мама. Я хочу есть.

Довольная тем, что Дилан прервал их разговор, Бекки кивнула.

– Тогда поехали. Иди в машину.

Мальчик сорвался с места, как ракета. Бекки обратилась к Кейти.

– Мы должны ехать. Спасибо, что подвезла Дилана.

– Не за что. И помни, если ты любишь мужчину, не позволяй страху стоять на твоем пути. Борись за Джетта. Гарретт стоит этого.

За пятнадцать миль до Рэттлснейка перестал работать кондиционер. Ерунда – можно открыть окна. Однако за десять миль до города стрелка указателя температуры начала подниматься, пока не достигла красной зоны.

– Давай, старушка, не подведи меня, – заволновалась Бекки. – Осталось совсем чуть-чуть.

За пять миль до Рэттлснейка дым начал просачиваться из-под капота, как джинн из кувшина. Двигатель захрипел, а затем затих. Бекки едва успела свернуть на обочину дороги. В отчаянии она опустила голову на руль и заплакала.

– Не плачь, мама. – Маленькая рука Дилана похлопала ее по плечу. – Все хорошо. Я люблю тебя.

Бекки немного воспрянула духом, когда услышала слова сына. Подняв голову, она обняла его, вдыхая сладкий аромат ребенка, и поцеловала в темноволосую макушку.

– Я тоже люблю тебя, малыш, но наша машина окончательно сломалась. Нам придется теперь идти пешком.

Смирившись с предстоящей прогулкой, Бекки открыла дверцу и помогла Дилану выйти из машины. Хотя расстояние в пять миль было для нее не таким уж и большим, но маленькому ребенку оно покажется бесконечным. Но что им еще оставалось делать?

Они тащились по сухой, травянистой обочине дороги. Огромный грузовик с полуприцепом остановился, и шофер предложил подвезти их, но Бекки отказалась. Как только грузовик с ревом уехал, оставив за собой облако дыма, она пожалела, что не попросила шофера позвонить ее отцу, когда он доедет до Рэттлснейка.

– Мы скоро придем, мама? – Дилан явно устал и шел все медленнее и медленнее. Его личико покрылось пылью, по щекам стекал пот, и Бекки подумала, что и сама выглядит не лучше.

– Хочешь, я повезу тебя на спине?

Она присела на корточки, ожидая, что он вскарабкается ей на плечи. Вместо этого он повернулся и посмотрел на нее.

– Разве мамы не устают?

Слезы жгли ей глаза. Для маленького озорника Дилан был слишком серьезным.

– Для того, чтобы донести тебя, я никогда не бываю слишком уставшей. Забирайся. Шерман ждет нас к ужину.

Он взгромоздился ей на спину и сказал:

– Я не люблю его.

Подняв ребенка, она снова зашагала вперед. Пустая дорога, казалось, никогда не кончится.

– Шерман – хороший человек.

– Он не любит меня. – Сладкое, теплое дыхание щекотало ей ухо. – А Джетт любит.

Джетт. Джетт. Джетт. Они что, все сговорились? Сначала Кейти, а теперь и собственный сын вынуждали ее думать о нем снова и снова.

– Джетт скоро уедет, сынок.

– Я не хочу, чтобы он уезжал. Я хочу, чтобы он стал моим папой.

Бекки подумала, что ее сердце наверняка остановится. Она знала, что настанет день, когда он поймет, что ему не хватает отца, но не ожидала этого так скоро.

Она зашагала быстрее, ничего не ответив.

Через тридцать минут Дилан опять устало тащился рядом с Бекки. Утомленная от тяжелого груза, покрытая потом и пылью, слишком измученная жаждой, Бекки, не могла уже думать о Джетте, или о Германе, или еще о чем-нибудь, кроме возвращения домой.

Позади них послышался звук приближающегося автомобиля. Подхватив Дилана на руки, она отошла на обочину, чтобы уступить машине дорогу. Но вместо того, чтобы проехать мимо, знакомый синий джип остановился рядом.

Джетт, перегнувшись через сиденье, открыл дверцу.

– Эй, пешеходы, не хотите прокатиться? – шутливо заметил он.

– Я знал, что ты приедешь, – обрадовался Дилан. – А где твоя лошадь?

Джетт повернулся к Бекки, вопросительно подняв бровь. Она устало отмахнулась.

– Не проси, чтобы я объяснила логику четырехлетнего ребенка. Как ты оказался здесь?

– Я поговорил с Кейти. – Джип тронулся с места. – Когда она сказала, что вы поехали на своем автомобиле, у меня возникло плохое предчувствие, и я решил, что должен проверить его.

Бекки с благодарностью в голосе сказала:

– Дилан был уже почти без сил.

И сама она была ничуть не лучше. Сидевший между взрослыми Дилан с обожанием взглянул на Джетта.

– Мои ноги совсем устали.

Джетт похлопал его по носу.

– У тебя грязное лицо.

– У мамы тоже.

Джетт перевел взгляд с дороги на Бекки и опять на дорогу.

– Да. Точно.

– Я так хочу пить, что уже не обращаю внимания на то, как выгляжу.

Он ударил ладонью по рулю.

– Я знаю прекрасное средство против жажды. Вишневый напиток подойдет?

Через несколько минут Джетт подъехал к придорожному ресторанчику, в котором можно было заказать еду, не выходя из машины, и, нажав на кнопку переговорного устройства, заказал три вишневых напитка. Когда служащий спросил, не желают ли они еще что-нибудь, Джетт обернулся и спросил:

– Кто-нибудь хочет хот-дог?

– Я, я! – закричал Дилан.

Бекки взглянула на часы и, увидев, что время свидания с Шерманом уже прошло, негромко застонала.

– Мне очень жаль, малыш, но у нас совсем нет времени. Шерман давно ждет нас.

Джетт закатил глаза, а затем сказал в переговорное устройство.

– Это все, спасибо.

Шерман действительно давно ждал их. Он сидел, неестественно выпрямившись, на залитом солнцем крылечке, с раздражением глядя на то, как Бекки и Дилан выходят из джипа.

– Вы задержались из-за этого? – Он кивнул головой в сторону стаканчиков, которые они держали в руках.

– Не совсем...

Но он не желал слушать ее объяснения.

– Я бы не стал дожидаться тебя, если бы знал, что ты в это время распиваешь спиртные напитки с другим мужчиной.

– Спиртные напитки? Это вишня со льдом. – Что нашло на ее обычно спокойного, бесстрастного друга? – Джетт оказал мне помощь. У тебя нет никаких причин для ревности.

Она услышала, как сзади открылась дверца.

– Бенчли. – Голос Джетта казался добродушным, но в нем чувствовалась напряженность. – Я думаю, вы должны позволить леди все вам объяснить.

– Хорошо. – Глядя на часы, Шерман наклонил голову. – Мы и так уже пропустили время заказанного мной обеда.

Бекки еле сдержалась. Это все, что имеет для него значение?

– Моя машина сломалась в пяти милях от города.

– Я думал, что вы ехали на его джипе.

– Нет. Мы ехали на своем собственном автомобиле.

Внезапно она почувствовала волну раздражения. Шерман не волновался, что с ними могло что-то случиться, его беспокоило лишь то, что он заказал столик.

А Джетт сел в джип и отправился искать ее.

– Шерман. – Она взяла его за руку чуть повыше локтя, чтобы смягчить свои слова. – Ты был добр к Дилану и ко мне, но мы не пойдем с тобой на обед ни сегодня вечером, ни когда-либо еще.

– Я должен был догадаться, что это случится. Ты ввела меня в заблуждение. – Он бросил враждебный взгляд на Джетта.

– Мне жаль, что ты решил, будто между нами может быть что-то большее, чем дружба. Но ты был хорошим другом, а это значит для меня очень много. Пожалуйста, пообещай, что ничего не изменится в наших отношениях.

– Хорошо. – Обиженно глядя на Джетта и Бекки, Шерман подошел к своей машине. Затем повернулся. – Ты оставишь свои полисы у меня?

Если бы вопрос был не таким патетическим, она бы рассмеялась.

– Я не сумасшедшая, чтобы забирать их. Ты замечательно заботишься о моих страховых делах.

Шерман уехал.

Сделав последний глоток напитка, Бекки посмотрела на стоявшего рядом с ней мужчину.

– Спасибо за помощь, Джетт.

– Нет проблем. – Глаза его озорно сверкнули. – Ну что, может быть, вернемся и поедим хот-догов?

Бекки улыбнулась:

– Звучит соблазнительно!

И влезла в джип. Дилан с радостным криком уселся рядом с ней на заднем сиденье.