Текст книги "Когда Орк слушает Принцессу (СИ)"
Автор книги: Лина Эвери
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
ГЛАВА 5
Все было решено.
Они с Дракмором пожали руки – с орком! Её маленькая ладошка едва не утопила в его ручище, а холод от железных когтей до сих пор впился в кожу. Не смотря на это, Дракмор выглядел удовлетворенным – Фелиция его впечатлила. Она знала этот взгляд – порой отец так на нее смотрел, когда она колко отвечала зазнавшимся вельможам. Но взгляд орка был слишком испытывающий…
Он решил устроить принцессе пари. Проверить её. Ха!
Фелиция не дала себе повода сомневаться. Это всего семь дней. И если все получится, она станет первым правителем в мире (!), который заключил договор с орками.
А если это ловушка, шептал тревожный голосок в голове. Если орки хотят убить принцессу?
Зачем же, отвечал вопросом на вопрос рассудительный голос. Они могут продолжать свою жизнь, грабить и кочевать по свету, какое им дело до принцессы Вереи? Если убьют, то навсегда впишут себя в смертельного врага каждого рыцаря на пути и, возможно, это спровоцирует настоящую войну. Как бы вассалы не относились к Фелиции, она принесли присягу её отцу и такого не простят.
Дракмор создавал впечатление умного мужчины. Она и думала, что орки бывают умны и тем более так… хитры? Он явно рассчитывает, что она не выдержит! И в свою очередь он станет первым орком, что обдурил принцессу и законно получил урожай чужого королевства!
Тут снаружи послышался визг. Фелиция узнала этот голос.
– Фред! – она вскочила и сразу выбежала из шатра, решив, что это хороший шанс закончить разговор.
Снаружи Фред стоял на коленях, а перед ним сидела Агра и заплетала его жидкие светлые волосы в три косички. Маленькие, смешные, торчащие в разные стороны. Эта сцена была настолько странной что Фелиция опешила и заговорила не сразу.
– Что вы делаете? – спросила Фелиция.
– Украшаю, – ответила Агра невозмутимо. – У него хорошие волосы. Для человека.
Фред смотрел на Фелицию с выражением полной душевной катастрофы.
– Ваше высочество, – пролепетал он на грани плача.
– Все хорошо, – успокоила она его. – Вставай. Есть кое-какие новости…
Агра позволила Фреду встать, что тот и сделал. Брюки из вельветовой ткани были испачканы землей в районе коленей. Косички торчали в разные стороны, как у непоседливого ребенка. Я бы улыбнулась, если бы не произошедшее только что.
Агра одобрительно кивнула:
– Почти похож на орка. Только хилого.
– Я не хилый – обиделся Фред.
– Ты очень хилый, – Агра шлёпнула его по спине так, что он чуть не упал. – Но милый.
Фелиция посмотрела на лагерь, на шатры, на костры, на зелёные лица, которые всё ещё глазели на неё.
«Семь дней, – подумала она. – Что может пойти не так?»
Из шатра вышел Дракмор. Встал рядом – слишком близко, но Фелиция не отступила.
– Завтра начинается первый день, – сказал он. – Сегодня отдыхай. Тебе понадобятся силы.
– Я в порядке, – ответила Фелиция.
– Ты дрожишь, – заметил Дракмор.
Фелиция посмотрела на свои руки. Они действительно дрожали – мелко, противно. Ей захотелось убежать, совсем как маленькой девочке, которую застали плачущей. Но это просто дрожь – она со всем справится.
– Это от ветра, – отмахнулась она.
– Ветра нет.
– Тогда от предвкушения, – пожала плечами, губы дернулись в нервном подобии улыбки.
Дракмор посмотрел на неё долгим взглядом. Потом развернулся и ушёл в шатёр.
Агра усмехнулась:
– Кажется, ты заинтересовала нашего вожака, принцесса.
– Надеюсь, не как обед, – ответила Фелиция.
Агра захохотала – громко, раскатисто. Фред вздрогнул и прижался к Фелиции.
А Фелиция смотрела на заходящее солнце над степью и думала только об одном: «Не опозорься. Не опозорься. Ради всего святого, не опозорься».
ГЛАВА 6
Фелиция проснулась от того, что кто-то громко заорал на непонятном языке.
Она села на шкурах, не понимая, где находится. Темнота. Пахнет дымом и псиной. Спина затекла, шея затекла, и вообще она спала в платье, которое теперь превратилось в мятую тряпку.
Потом она вспомнила.
Лагерь.
Орки.
Семь дней.
– Доброе утро, ваше высочество, – раздался голос Фреда из темноты.
Фелиция моргнула. У входа в шатёр сидел её секретарь – бледный, с красными глазами, явно не спавший всю ночь. На голове всё ещё торчали три косички, заплетённые Агрой. В руках он сжимал дорожную сумку, как щит.
– Фред, – Фелиция потёрла лицо. – Ты что здесь делаешь? Тебе положено быть в деревне…
– Я… я не мог уйти, не убедившись, что с вами всё в порядке, – признался он. – А с вами не в порядке. Вы спали на земле. В платье. Без одеяла.
– У меня была шкура.
– Это не одеяло, ваше высочество. Это убитое животное.
Фелиция хотела возразить, но не нашлась. Он был прав. Шкура пахла так, будто на ней не только спали, но и обедали. И ужинали. И, возможно, хоронили.
– Я в порядке, – выдохнула она, вставая. Колени хрустнули. – Что за крик?
– Орки завтракают, – Фред поморщился. – Они всегда так кричат по утрам. Я уточнил. Это традиция.
– Ты уточнил?
– Я спросил у той страшной женщины без уха. Агры. Она сказала, что так они будят солнце.
Фелиция вышла из шатра и чуть не ослепла.
Утро в степи было ярким. Солнце висело низко, жёлтое, злое, и лучи били прямо в глаза. Костры уже горели в трёх местах. Орки сидели вокруг них, ели из мисок что-то дымящееся, громко разговаривали и смеялись.
Они не смотрели на неё. Ну, почти. Пара взглядов, быстрых, любопытных – и всё.
Фелиция почувствовала себя лишней. Как чужая вещь, которую положили не на своё место.
Вчера её оставили одну, дав прийти в себя. После того, как Дракмор выделил ей шатер, она спряталась в ней, не желая более выходить. Строчила заметки в свой дневник, стараясь ничего не упустить. Её ждут трудные дни и она к ним совершенно не готова, но отступать уже поздно.
– Ваше высочество, – Фред появился за плечом, – Я должен остаться. Как я могу оставить вас тут совсем одну?
– Ты должен ехать в деревню, как мы договаривались, – отрезала Фелиция. – Если со мной что-то случится, ты должен рассказать совету правду.
– Если с вами что-то случится, я буду в трёх милях от вас!
– Тогда ты выживешь и расскажешь, – Фелиция повернулась к нему. Голос стал мягче. – Фред. Ты мне нужен живой. И нужен там, где ты сможешь помочь, если что-то пойдёт не так. Здесь ты только навредишь – будешь паниковать, мешать мне думать и, возможно… станешь чьим-нибудь перекусом.
Фред вздрогнул.
– Орки не едят людей, – добавила она, стараясь загладить неловкую шутку. – Кажется.
– Слова «кажется» меня не успокаивают, ваше высочество.
– Я знаю. Поэтому ты вернешься в деревню.
Фред открыл рот, закрыл, потом спросил:
– А кто будет вести ваши записи?
Фелиция вытащила из кармана платья небольшую тетрадь в кожаном переплёте. Фред узнал её – Фелиция всегда носила такую с собой. Не для секретных дел. Просто она привыкла записывать. Ещё с тех пор, как стала принцессой-правительницей. Слишком много информации, слишком мало памяти. Она также была для нее утешением – кроме королевский дел, она часто записывала просто свои мысли. С появлением Фреда стало легче и он вел отдельные записи, которые передавал её, но вести дневник традиция сохранилась.
– Я сама, – сказала она. – Не волнуйся. Я со всем справлюсь.
Фред посмотрел на тетрадь, потом на неё. В глазах у него было что-то похожее на гордость. Или на ужас. С ним всегда трудно было различить.
– Возвращайся через семь дней, – приказала Фелиция.
Фред поклонился. Неловко, по-своему – он так и не научился делать это изящно. Потом развернулся и побрёл к выходу из лагеря, то и дело оглядываясь. Ей с ним повезло, хотя порой он и раздражал, но все-таки они были друзьями.
Фелиция смотрела ему вслед, пока он не скрылся за холмом.
– У тебя хороший слуга, – раздался голос сбоку.
Фелиция чуть не подпрыгнула. Агра стояла в трёх шагах, скрестив руки на груди, и наблюдала.
– Он не слуга, – ответила Фелиция. – Он мой секретарь.
– Какая разница?
– Слуге только приказывают. Секретарю доверяют.
Агра подняла бровь. Шрам на щеке изогнулся. Она пока была единственной из орков, кроме вожака, что разговаривала с ней. Оглядев потрепанный вид Фелиции, она кивнула сама себе, будто подтвердила свои же догадки. Фелиция сжала подол платья – как же глупо она выглядит! Прав был Фред, стоило надеть штаны. Но уже поздно… и вряд ли тут найдет одежда её размера.
– Садись, – резко сказала Агра. – Поедим.
Фелиция не заметила у нее в руках миску. В ней бурлило что-то серое. Нервно сглотнув, она села на гигантское бревно, что заменяла скамью.
Агра вручила ей миску.
Что ж… первый день – самый трудный.
ГЛАВА 7
Содержимое миски доверия не внушало. Особенно Фелиции, которую кормили шикарными морепродуктами с самого детства и она никогда не знала что такое пережаренное мясо, а тем более каша без соли!
Это напоминало похлёбку. Серого цвета, с тёмными вкраплениями, пахло чесноком, жиром и ещё чем-то неуловимо знакомым, но лучше бы незнакомым.
– Что это? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
– Еда, – Агра пожала плечами. – Крупа, мясо, коренья. Не ядовитое.
Фелиция поднесла ложку ко рту. Остановилась.
– Это не чеснок, да?
– Нет. Это дикий лук.
Фелиция сделала усилие и отправила ложку в рот.
Вкус оказался… странным. Грубым, солёным, с горчинкой. Но не отвратительным. Просто непривычным.
– Съедобно, – сказала она удивлённо.
– А ты думала, мы жрём сырое мясо? – Агра фыркнула. – Все-таки люди туповаты.
– Совсем нет, – возразила Фелиция, жуя. – О жизни орков мы мало знаем.
– Одно и то же.
Фелиция не стала спорить. Она ела медленно, чувствуя, как каша обжигает нёбо, и думала, что нужно записать всё это. Для будущих договоров. Для понимания. Для себя.
Агра оставила её, убедившись, что Фелиция доела. Совсем как строгая нянька!
Орки, покончившие с утренней трапезой, стали расходиться и никто не обратил внимания на Фелицию, что присела у холодного костра и достала свой дневник. Карандаш между страниц был коротким, почти стертым.
Поддавшись тишине момента, она принялась записывать свои наблюдения.
«День первый, – написала она. – Утро».
Орки завтракают вместе. Все сидят у костров, никакого разделения на вождей и простых. Дракмор ел то же, что и остальные. Я видела – он сидел с воинами, и никто не кланялся ему. У нас бы такое не прошло. Совет решил бы, что король потерял достоинство.
Еда: каша из крупы (похожа на пшено) с мясом (какое? баранина? козлятина?) и диким луком. Остро. Солёно. Съедобно, но хочется запить.
Орки не кажутся злыми. Громкими – да. Смеются часто. Спорят – громко, размахивая руками. Никто не поднял на меня руку. Никто не оскорбил. Смотрят много, но без злобы.
Интересно, это потому, что я гостья? Или они всегда такие?
Она оторвалась от записей. Рядом никого не было – орки разошлись по своим делам.
Фелиция встала, отряхнула платье и поняла, что не знает, куда идти. Писать пока было нечего.
Это было непривычное чувство. Во дворце каждый час был расписан – совет, подпись указов, приёмы, встречи, переписка. Здесь время как будто остановилось. Никто ничего от неё не ждал. Никто не требовал решений.
И это пугало больше, чем клыки.
Она пошла к ручью – вчера заметила его на краю лагеря. Хотелось умыться и привести волосы в порядок.
Ручей оказался маленьким, мутноватым и холодным. Фелиция опустила руки в воду и ахнула – ледяная. Хорошо. Хотя бы чувствуешь, что живая.
Она умылась, смыла усталость с лица. Потом попыталась расчесать волосы пальцами. Это было безнадёжно. Кудри спутались за ночь в один большой колтун, и чем больше она его распутывала, тем хуже становилось.
– Ты похожа на птицу, которая дралась с ветром, – раздалось за спиной.
Фелиция обернулась.
Дракмор стоял на берегу, скрестив руки на груди. Без доспехов, в простой рубахе из грубой ткани и штанах. Босой. Фелиция почему-то смутилась – босые ноги орка казались слишком уязвимыми для такого огромного существа.
– Если бы орки придумали гребень, птица выглядела бы как принцесса, – сказала она, продолжая мучить волосы.
– Гребень?
– Вещь, которой расчесывают волосы, чтобы не путались вот как, – вздохнула Фелиция, объясняя.
– У принцессы красивые волосы. Они блестят на солнце и в отражении воды.
Фелиция удивленно замерла – это комплимент? Она совсем растерялась, подумала, что он неправильно произнес фразу на общем языке, но орк невозмутимо продолжил:
– Но орки выбирают не красоту, а практичность. Такие волосы помешают в бою.
Фелиция фыркнула. Дракмор подошёл ближе, сел на камень и вытянул ноги. Железный коготь блеснул на солнце.
– Плохо спала? – спросил он, переводя тему.
– У вас холодные и жесткие шкуры, – Фелиция еле смирилась с тем, что у них нет матрасов. Об одеяле и подушках она и вовсе молчала.
– Мы привыкли.
– А я – нет.
Вышло слишком обиженно, поздно осознала Фелиция. Она выплюнула эти слова и надула губы, отчаявшись и отстав от своих волос. Оставалось только упасть на траву и начать бить по ней кулаками, плача и умоляя вернуться её домой.
Она думала, что он посмеется, но Дракмор просто кивнул.
– Это не просто для принцессы. Но ты можешь привыкнуть.
– А если не привыкну?
– Сбежишь. И я получу урожай.
Фелиция резко повернулась к нему:
– Этого не будет. Я не сбегу!
– Посмотрим.
Она хотела сказать что-то резкое, но передумала. Взяла себя в руки. Бесполезно спорить с орком, который проверяет тебя. Он хочет увидеть слабость. Показывать её нельзя!
Дракмор промолчал. Потом встал и ушёл, не сказав ни слова. И это все?
Фелиция осталась одна. И чего он хотел?! Убедиться, что она все еще здесь? Что никакой орк её не убил, а сама она не убежала тайком? Дневник все еще был у нее. Фелиция отошла, села на камень, где секунду назад сидел Дракмор и принялась записывать:
«День первый, ближе к полудню».
Орки не пользуются гребнями. Это важно. Значит, они не придают значения внешности в том смысле, к которому привыкла я. Возможно, у них другие критерии красоты. Надо спросить у Агры, когда она будет в хорошем настроении.
Дракмор наблюдал за мной у ручья. Не угрожал. Не подходил близко. Просто смотрел. Как будто читал книгу. Неприятно, но не страшно.
Страшно другое – я не знаю, чем заняться. Во дворце всегда есть дела. Здесь – пустота. Надо придумать, как заполнить время, иначе я сойду с ума.
Фелиция спрятала дневник и пошла обратно в лагерь.
ГЛАВА 8
Обед оказался не лучше завтрака.
Та же каша (или это был суп? консистенция менялась), тот же дикий лук, то же мясо. Фелиция ела молча, сидя у костра, куда её посадила Агра.
Вокруг сидели орки – в основном женщины и несколько стариков. Воины были где-то на окраине лагеря, тренировались. Фелиция слышала лязг металла и гортанные выкрики.
– Ты мало ешь, – заметила старая оркша напротив. Лицо в морщинах, кожа висит складками, но глаза живые, острые.
– Я не голодна, – соврала Фелиция.
– Врёшь. Но дело твоё.
Оркша отвернулась. Фелиция заставила себя съесть ещё две ложки.
После обеда она снова достала дневник. Села в тени шатра, прислонившись спиной к тёплой ткани, и принялась писать.
«Орки не спрашивают лишнего. Это странно. Во дворце каждый твой шаг комментируют. Здесь – молчат. Или обсуждают между собой на своём языке, не обращая на меня внимания.
Сегодня я поняла, что не знаю ни одного слова на оркском, кроме «акхар» – кажется, это значит «воин». Фред учил, но я не слушала. Глупая я.
Надо выучить хотя бы десять слов. Это расположит их ко мне. Но не похоже, что кто-то готов мне помочь.
Также надо найти способ помыться. Я пахну так, что собаки завоют. Но боюсь спрашивать про купание. Что, если они моются раз в месяц? Или вообще никогда? Не оскорбить бы.
Дракмор больше не появлялся. Может, он занят. А может, проверяет, как я справлюсь без него. Хитрый.»
Она перечитала написанное. Вздохнула.
– Ты много пишешь, – голос Агры раздался прямо над ухом.
Фелиция захлопнула дневник.
– Это… просто дневник, – ответила она, стараясь не звучать, как застигнутая врасплох преступница.
– Что ты в него пишешь? – полюбопытствовала та.
– М-м… всё.
– Про меня тоже пишешь?
– Про тебя особенно, – чуть улыбнулась.
Агра села рядом – тяжело, с кряхтением. Шкура под ней жалобно всхлипнула.
– И что ты пишешь про меня?
– Что у тебя нет уха, – честно ответила Фелиция.
Агра расхохоталась. Громко, раскатисто.
– Люди обычно боятся на это смотреть. А ты пишешь! – почему-то это развеселило её.
– Чтобы потом тебя не забыть.
– Все-таки странная. Все люди такие? – спросила Агра, но не дождавшись ответа, продолжила: – Ладно. Пойдём. Покажу тебе лагерь. А то ты сидишь как пень, и воины думают, что ты боишься.
– Я не боюсь!
– Конечно, – Агра хмыкнула. – Идём.
Фелиция последовала за ней – она была даже рада, что ей решили провести хоть небольшую экскурсию. Все-таки, ей было интересно, как живут орки – как никак, она собиралась заключать с ними мирный договор.
Они пошли между шатрами. Агра показывала: кузница (грубая, под открытым небом), загон для лошадей (орки ездили на низких косматых лошадях), место для стрельбы из лука.
– Воины там тренируются, – махнула Агра в сторону. – Не ходи туда без меня. Молодые дураки могут кинуть стрелу не глядя.
Фелиция вспомнила вчерашнего злого орка. Того, кто смотрел на нее так, будто она самое настоящее зло. На Фелицию даже самые завистливые аристократы так не смотрели!
– Один орк… с кинжалами, – заговорила она осторожно. Вдруг, об этом не стоит болтать? Но Фелиция привыкла делиться своими наблюдениями и пока Агра создавала у нее впечатление советника и проводника. – Вчера я заметила его взгляд – будто он ненавидит меня до глубины души.
Агра замедлила ход и помрачнела.
– Грош. Только Грош, – сразу поняла она и назвала имя. – У него отец погиб от человеческого меча. Он не любит людей. Но Дракмор велел не трогать тебя, поэтому он будет сидеть тихо.
– Он не ослушается? – спросила с тревогой. Фелиция ожидала этого, но не желала сталкиваться вживую – она никак не докажет, что нет её вины в том, что случилось с отцом этого Гроша.
– Если ослушается, в лучшем случае – я выбью ему зубы. – Агра сказала это так же буднично, будто они говорили о погоде. – В худшем – ему придется иметь дело с Драком.
Фелиция не стала уточнять, должна ли она чувствовать себя в безопасности после такого обещания.
ГЛАВА 9
Вечером Фелиция вернулась в шатёр, уставшая, грязная и злая.
Она хотела прилечь, но вспомнила, что не помылась. И не переоделась. И вообще, это платье теперь можно было только сжечь.
Она вытащила дневник последний раз за день.
«День первый, вечер.
Это катастрофа.
Я не помылась. Не причесалась. Ела кашу, которую не выбрал бы даже мой конь. Спала на шкуре, пахнущей всеми грехами мира. Агра сказала, что завтра научит меня доить козу.
Козу. Я. Принцесса Вереи. Буду доить козу.
Отец, ты говорил, что истинный король должен уметь всё. Но ты не упоминал про коз.
Я не сбегу. Я обещала. Меня никто не пытался убить, никто не издевался – неужели я, принцесса, сдамся просто из-за отсутствия привычных бытовых вещей?! Ни за что!
Но… сегодня я разрешаю себе пожалеть, что не родилась дочерью мельника... У них хотя бы есть гребни.
Завтра будет лучше.
Должно быть лучше.
Пожалуйста.
Фелиция закрыла дневник, свернулась калачиком на шкуре и уснула, не раздеваясь.
Ночью кто-то накрыл её грубым шерстяным одеялом.
Фелиция не проснулась, но счастливо заулыбалась во сне. Наконец, она согрелась.
ГЛАВА 10
Фелиция проснулась от того, что кто-то громко запел. Орки каждое утро собрались её удивлять?
Песня была гортанной, низкой, без слов – просто набор звуков, похожих на вой. Орки подхватывали, и вскоре весь лагерь гудел, как растревоженный улей.
Она села. Шея затекла снова. Платье превратилось в нечто, что можно было описать только как «носибельное, но стыдное». Волосы стояли дыбом.
Но сегодня она заметила кое-что новое.
На ней лежало одеяло. Грубое, шерстяное, серое. Вчера его не было. Фелиция нахмурилась. Кто-то заходил в шатёр ночью. Мысль была неприятной, но… она спала тепло. Впервые за два дня.
Она отбросила одеяло и вышла наружу. Думать было трудно – желудок болел. Был слишком пустой, вчера она поела как птичка и еда была непривычной. Не испортит ли она себе здоровья этой неделей экзотической диеты?
Утро встретило её запахом дыма. Орки уже завтракали. Кто-то чистил оружие, кто-то говорил, кто-то смеялся. Обычный лагерный день.
Фелиция подошла к общему котлу, заглянула внутрь. Каша. Снова каша. Наверное, это было единственное, что они ели на завтрак.
– Принцесса не хочет каши? – раздался голос.
Агра сидела у соседнего костра и чистила ножом длинную кость. Наверное, делала новую рукоятку для чего-то смертоносного.
– Хочу, – сказала Фелиция. – Просто… привыкаю.
Она налила себе миску и села рядом с Агрой. Каша обжигала рот, но сегодня она почти не чувствовала вкуса. В голове крутились мысли о вчерашнем одеяле, о Гроше, о том, как пережить оставшиеся дни. Вроде легко, но как же долго они тянуться! И ощущение неминуемой беды нависло над головой – словно что-то происходит, а Фелиция совершенно не понимает, что.
– Ты сегодня тихая, – заметила Агра.
– Я просто… думаю.
– О чём?
– О обо…
О том, что мне нет двадцати, а я будущая королева. Что рядом нет родителей, моей главной опоры и поддержки. Моих братьев, рядом с которыми я не ведала страха. Что я пошла на сумасшедшую затею только ради того, чтобы доказать, что я чего-то стою. Что я не просто принцесса с серебряной ложкой. Я – будущая королева.
И о том, что кто-то все же подложил мне одеяло ночью…
Агра усмехнулась. Нож сверкнул.
– Обо всем, – ответила уклончиво. Также, когда говорила о своем дневнике, что неразлучно хранила подмышкой, в складках платья. Глупо было в нем спать, но теперь оно стало будто моя вторая кожа.
– Иди прогуляйся. Дракмор увел войнов на охоту. Никто тебя не потревожит, принцесса, – посоветовала Агра.
– А как же козы?
– Я шутила. Там и без твоих нежных ручек справятся.
Это был хороший совет. Хотелось проветрить голову и умыться. А лучше и вовсе окунуться в воду – сегодня вышло яркое солнце, почти не было ветра и, возможно, вода не окажется такой же ледяной. Нос Фелиции быстро потерял всякую способность к обонянию из-за обилия запаха и даже её собственный затерялся среди них, но ощущения грязи на теле никуда не ушло. Срочно помыться! А с волосами твориться полный кошмар!
Фелиция смело достигла озера и, несколько раз оглянувшись и убедившись, что никого поблизости нет, начала раздеваться. Голого тела коснулось теплое дуновение ветра и Фелиция вздохнула полной грудью. Подошла к воде, коснулась её пальчиками ног и ахнула – такая ледяная, как и вчера!
Но уже поздно. Она не умрет, если один раз окунется, а чувствовать себя будет намного лучше.
Смело Фелиция погрузила сначала одну ногу, потом последовала вторая. Она еле сдерживала стоны – вода жгла, как огонь, хотелось выскочить обратно на траву, но отступать она не собиралась. Надо сделать это быстро!
Фелиция нырнула в озеро с головой. Вода пронзила тело, будто острые шипы, но буквально через мгновение ей стало… легко. Фелиция вынырнула, зубы стучали от холода, но она могла только рассмеяться и убрать волосы с лица.
Она стала разглаживать волосы – без мыла и пены было непривычно, но зато она хоть немного распутала колтуны.
Раздался шорох. Фелиция замерла и вода сразу же перестала быть приятной. Ощущалась вязкой, склейкой и такой же холодной, как во время ныряния.
Кто-то следит? Пусть только посмеет! Фелиция хотела подождать, но находиться в воде было уже невыносимо. Она поспешно выбралась на берег и сразу укрылась платьем. Его тоже стоило постирать, но в чем ходить, пока она сохнет? Поэтому она смирилась и надела его на еще влажное тело. Не смотря ни на что, заряд свежести она получила.
Вернулась к тому, на чем остановилась – пыталась распутать волосы. Но те упрямо не поддавались – возвращались её буйные кудряшки, с которыми она боролась все детство.
– Ненавижу, – прошептала она.
– Что ненавидишь?
Фелиция вздрогнула и обернулась. Голос показался ей тонким, совсем не похожий на орка. Неужели за ней правда наблюдали…?
– Кто здесь? – спросила она строго, не забывая, что остается принцессой. Даже в грязном платье и гнездом на голове.
Из-за камня выглянула маленькая зелёная мордашка. Орк-ребёнок. Лет семи-восьми, с огромными жёлтыми глазами и выбивающимися клыками. Девочка. На детей Фелиция не обращала внимания, ведь видела их совсем мало – словно орки специально не хотели показывать их ей.
– Ты говорила «ненавижу», – повторила та. – Что ненавидишь?
– М… свои волосы, – призналась Фелиция, наблюдая, как девочка подходит ближе и смотрит на нее то ли с восхищением, то ли с искренним непониманием.
– А почему?
– Они запутались, – вздохнула Фелиция. – Обычно я расправляю их гребнем.
Девочка рассмотрела рыжую гриву с серьёзным выражением.
– Моя мама говорит, что у людей странные волосы. Как солома, – сообщила она.
– Понятно, – сухо ответила Фелиция. И что ей отвечать? Ей стало на секунду обидно – её мама просто не видела Фелицию во всей красе!
– Но твои красивые. Можно потрогать?
Фелиция удивленно моргнула. Дети всегда остается детьми, даже если у них зеленая кожа и клыки. Она кивнула и пододвинулась к девочке, та же резко вцепилась ей в прядь.
– Ау! – воскликнула Фелиция. – Больно!
– Да, – согласилась девочка. – Они запутались. Надо их отрезать!
– Ни за что! – воспротивилась Фелиция и сразу же отпрыгнула от наглой девчонки подальше.
– Тогда не ной!
Девчонка показала ей язык, развернулась и убежала.
– Ты говоришь с принцессой! Как не стыдно! – в чувствах пожаловалась Фелиция, но та явно не услышала.
И Фелиция осталась сидеть у ручья, чувствуя себя так, будто её только что отчитал генерал. Даже дети-орки способны довести её до белого каления…
