Текст книги "Осторожно! Бедовая попаданка в замок любви (СИ)"

Автор книги: Лина Бестина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 39. Зов магии

Аня

Мы вышли от Альмара, когда солнце уже клонилось к горизонту. Так непривычно. В замке на скале часто наблюдала закаты, а тут толком не разглядишь. Наверное, это проблема всех городов, хоть на Земле, хоть в Драктаре.

Альмар проводил нас до ворот, в своей манере попрощался и наказал Эллиоту докладывать ему каждый вечер о любых мелочах, которые получится узнать. Ещё не известно, кто из них был командиром.

И на этом всё!

Теперь мы шли молча. Куда? Зачем? И почему? Об ответах на эти вопросы можно было только догадываться, потому как Эллиот и был рядом, но мыслями находился явно не со мной, то хмурился, то сжимал челюсти.

О ком он думал? О Ноэле или об Эмми?

Я решила не доставать его вопросами. Хотя… на самом деле, решила снизить наше общение к минимуму, а позже и вовсе свести его на нет.

У него невеста и целая жизнь впереди, тогда как я – временное явление. И совсем скоро он откроет портал для меня в мой мир, и тогда покину Драктар навсегда.

Не хочу причинять боль ни ему, ни себе. Так будет лучше.

Но…

Интересно, Эллиот вообще смотрит, куда мы идём?

Улицы сменялись улицами, а особняки остались далеко позади. Впереди вырисовывались очертания настоящих королевских дворцов. Даже замок на скале был не таким роскошным в сравнении с этими творениями, словно здесь собралось всё величие столицы и выставлено на показ.

Слева и справа тянулись дворцы, не просто дома, а настоящие произведения искусства. Золотые шпили упирались в темнеющее небо, колонны из белого камня мерцали в свете зажжённых фонарей, а огромные окна отражали последние лучи заката, переливаясь алым и золотым. Невольно замедлив шаг, я рассматривала эту красоту.

– Аня? – тихо позвал Эллиот, и я поняла, что засмотрелась.

Мы подошли к высокой тёмной кованой арке, элементы которой были покрыты позолотой. Чаще всего в отделке были использованы миниатюрные фигурки драконов и фениксов. Скорее всего это являлось некой символикой дома, по типу фамильного герба.

За аркой открылся небольшой внутренний двор. Дорожки, выложенные светлым камнем, вели к трёхэтажному строению. Не такому огромному, как соседние дворцы, но такому же роскошному в фасадной отделке.

Из дверей уже выбегали слуги, кланялись и что-то говорили, но я их не слушала.

Как только вошла в арку, минуя ворота, во мне поселилось какое-то волнение. И чем ближе я подходила к дому, тем больше это волнение нарастало. Меня буквально тянуло куда-то внутрь. Ну, и что это, чёрт возьми значит?!

Видела, как Эллиот повернулся ко мне, как двигались его губы, судя по всему он что-то говорил, не переставая улыбаться. Наверное, представлял меня слугам, потому как все они смотрели на меня с любопытством, также тепло улыбались и даже почтительно склоняли голову, но… отметила эти детали краем зрения. Всё моё внимание было приковано к входным дверям.

Это казалось глупым и не настоящим, но они манили меня. Волнение перерастало в предвкушение чего-то такого, чего я пока не понимала, но поддавалась.

Один шаг… второй… по ступеням вверх и сердце отдавалось гулкими ударами, которые звучали громче любых слов, произнесёнными хозяином дома и его слугами. Рукой чуть шире отворила дверь, чтобы пройти и в ушах зазвенело. Не так противно как это бывает обычно, а словно нежный торжественный звон колокольчиков переливался неизвестной мне мелодией.

Я была в этом доме впервые, но шла по коридорам, будто знала каждый закоулок, каждую комнату, каждое ответвление. И что самое интересное, понятия не имела, откуда во мне эта тяга, но точно знала, что нужно попасть именно туда. Только вот куда?

Куда-то на другой конец дворца. Сердцебиение нарастало, звон в ушах становился громче, волнение и предвкушение сменялось на тревожное напряжение и сильнейшее притяжение. Мои шаги уже не были спешными, я бежала со всех ног, открывая податливые двери на своём пути, и наконец, спустилась по лестнице вниз в тёмный подвал.

В кромешной тьме, в центре зала загорелись неизвестные мне руны, вспыхнул ослепительный свет. Я зажмурилась на секунду, а открыв глаза рассмотрела помещение, в котором оказалась.

Самый настоящий подвал. Без окон и всего одной дверью. Подобное пространство уже встречала в замке на скале, но тот был выложен из грубого необработанного камня, а этот отделан светло-серым мрамором. И чаша со светящимися рунами, находящаяся по центру зала тоже была вырезана из мрамора.

Но не это являлось самым важным в этот момент, а огромная птица, целиком сотканная из огня, парящая над чашей. Каждый взмах тяжёлых крыльев посылал огненные всполохи, которые дотягивались до всех уголков помещения, лишь очерчивая гигантские размеры зала. Они кружили и затухали, а на их место пребывали новые, и так по кругу.

Я бы подумала, что это новое стихийное бедствие, если бы не была так заворожена, но откуда-то знала – это не так. Этот огонь захватывал меня в свои объятия не для того, чтобы погубить, а приветствовал, отражая то, что находилось внутри меня. Магия феникса. Магия Эллиота.

Так вот, как это происходит? На моих глазах источник разгорелся, показывая всю мощь содержащейся в нём силы.

– Этого просто не может быть! – выдохнул Эллиот, и я, наконец-то, его услышала.

Его взор был обращён не ко мне, а к силуэту птицы из огня.

А я нахмурилась. Разве так не должно было произойти?

Глава 40. Намного больше, чем это

Эллиот

Такого точно не ожидал…

Из чаши источника вырывалось пламя невиданной мощи. Оно обрело форму феникса, и я не мог отвести взгляда от силуэта, не веря собственным глазам.

Демоны!

Наверное, нужно было хвалить Великую Высшую силу за это, а не поминать бесов, но никак не мог осмыслить увиденное.

Я знал, что так будет, точнее был почти уверен, источник должен разгореться по прибытии домой. Сразу заметил отрешённость Ани, когда она не слышала никого вокруг, сама не понимая, что делала, отправилась на зов магии. Могу поспорить, что она даже не понимала, куда идёт, и следовал за ней, не мешая и не останавливая.

Но то, что увидел, когда девушка подошла к источнику, поразило настолько, что никак не смог выразить словами свои эмоции.

Когда я впервые вошёл в собственный дом, моя магия тоже разгорелась. И здесь и в замке в Нислинге. Но то был другой огонь. Никакой иной формы как языки пламени, и преобладающим оттенком был графитный, искрящийся оранжевыми вкраплениями. Теперь же, наблюдая за птицей из огня, понял, что моя магия не просто исцелилась. Она изменилась.

Это был живой огонь, заполняющий всё вокруг. Чистый и светлый, с графитными искрами, которые лишь очерчивали мощь этой силы.

К слову, мой первый источник не являлся таким мощным. В сравнении с этим огнём, он скорее был блеклой тенью, еле дышащим. Тогда как новый феникс полыхал так, что хотелось прикрыть глаза рукой, лишь бы не ослепил.

– Так что не так? – напомнила о себе Аня, вырывая меня из собственных мыслей.

– Он другой.

– Это плохо?

– Вовсе нет.

Одарив меня скептическим взглядом, она вдруг посмотрела на птицу. Огонь колыхался, а Аня кивнула ему.

Он что? С ней говорил? Тогда почему не слышал я?

Однажды дух-хранитель уже говорил с нами, но сейчас видимо было произнесено что-то такое, что не предназначалось для меня.

Огонь постепенно утихал, становясь терпимым для глаз.

– Эллиот, пора. Нам нужно взяться за руки.

Сделав так, как она сказала, мы опустили руки в чашу. Тут же сплетённые ладони засветились, магия плавно перетекала от неё ко мне, наполняя меня таким теплом, какого я не ощущал ранее. Даже глаза прикрыл, чувствуя совершенно новые потоки, растекающиеся по телу.

Аня тихо охнула и глаза пришлось открыть. Она смотрела на меня, но не в глаза.

– Твои волосы…

Её взгляд был таким ошарашенным…

– Все выпали что ли?

– Изменили цвет, – ответила она коротко и отвела взгляд в сторону.

Я ничего не понимал, но и не хотелось отвлекаться на такие мелочи как изменение цвета волос. Пусть они там хоть в розовый окрасились и я стал похожим на девчонку.

Исцелённая магия опьяняла, наполняла могуществом, словно заново родился. Вот как это ощущалось.

Никогда прежде не чувствовал себя сильнее, чем сейчас.

Даже когда понял, что магия вся во мне, каждой клеточкой чувствовал некое торжество. Наконец-то!

И всё благодаря ей – Ане! Я не знал, как она умудрилась сделать её сильнее, но готов был отдать ей за это всё, что попросит. Даже если её желание будет неосуществимым.

Удивительно, но обращаться с такой непомерной силой, что бушевала без устали, оказалась проще, чем казалось бы. Она поддавалась беспрекословно. И когда я усмирил её потоки, открыл глаза, встречая ошалевший взгляд Ани. Исполненный чувством благодарности, потянул наши сплетённые руки к себе, желая сократить расстояние и наклонился к её лицу, собираясь поцеловать… она вдруг отстранилась.

– Не нужно, Эллиот.

– Этот цвет волос так ужасен, что вызывает отвращение?

И снова ничего не понял. Аня всегда была податливой, пусть и после каждого поцелуя делала вид, будто ничего и не было. Иногда я терялся в вопросах: почему так? А позже понял, что не имеет значения, даже эту особенность полюбил в ней, потому как так или иначе она не отпускала саму Аню из моих мыслей. Но никогда на лице девушки не было такого явного протеста.

– Дело вовсе не в волосах. Если позволить чувствам перерасти в нечто большее, то будет больно. Потом, – сказав это, она отступила на шаг назад, отпуская мои руки.

– Я никогда не причиню тебе боль. Совсем скоро разберусь со всем и мы…

– Не будет нас. Я здесь чужая. Выполнила свою миссию и хочу вернуться домой, – Аня пошатнулась и едва не упала, вовремя её подхватил. – Это опустошение… Дух-хранитель предупредил, что так будет.

Подхватив девушку на руки, хвала Высшей Силе, она не сопротивлялась, направился в гостевую комнату, выбрав в качестве её спальни комнату напротив своей.

– Тебе нужно набраться сил, отдыхай сейчас, а позже поговорим, – уложив Аню в постель, оставил лёгкий поцелуй на лбу и отстранился. – Просто знай, что я благодарен тебе за всё. Спасибо.

Ничего не ответив, она прикрыла глаза, а я вышел из её комнаты. Одним демонам известно, каких усилий мне стоило сдержаться и не хлопнуть дверью.

После её слов находился в ступоре, пока не дошло осознание её слов. Получалось, что Аня чувствовала себя неким инструментом или механизмом, который был настроен на исцеление магии, а после… ничего! То есть, она просто собралась домой! Даже не подумала обо мне.

«Будет больно потом».

Эти слова бесили. Когда потом? После чего? Подумал, что девушка переживает из-за глупого слуха о моей свадьбе, а она вовсе решила меня бросить!

– Демоны!

Я не хотел расставаться с ней. Только не сейчас. Уже сотню раз проклял тот миг, когда решил привести Аню в столицу. Из-за этого решения она начала отдаляться. Хотя рассчитывал, что столица её заинтересует. Рассчитывал на нечто большее, чем это.

А как было хорошо до этого решения. Зачем я дал глупое обещание вернуть её домой?

Дождусь, когда она наберётся сил и тогда поговорю с ней. Да! Так будет правильнее. Я признаюсь, что испытываю к ней чувства, а со всем остальным разобраться недолго, попробую расположить её к жизни в моём мире, и желательно вместе со мной. Она поймёт, и буду надеяться, что согласится.

Оставалось дождаться…

Но вновь мои планы в её отношении катились к демонам. Мне не удавалось с ней поговорить ни после того, как она проснулась, ни позже, ни на следующий день. Аня всячески меня избегала, а время утекало сквозь пальцы. Уже завтра состоится королевский бал, а я так и не признался ей ни в чём.

Глава 41. Опустошённая (ч.1)

Аня

Я молилась, чтобы этот день быстрее закончился! И страшилась завтрашнего дня.

Этот день получился слишком насыщенным для той, которая чувствовала себя опустошённой во всех смыслах.

Накануне, выслушав краткую инструкцию духа-хранителя о передачи магии и последствиях для меня, я исполнила своё предназначение в этом мире. Исцелила и передала. И чуть не грохнулась в беспамятство от бессилия прям там же у источника. Как бы не хотелось сопротивляться своим чувствам рядом с Эллиотом, спасибо ему, что не бросил и отнёс в удобную кровать. Мгновенно провалилась в сон, но запомнила, что мужчина обещал со мной поговорить.

А я не хотела этих разговоров. Ведь, твёрдо намеревалась отправиться домой. К чему теперь разговоры?

Просто поняла, что если дать волю чувствам, а они во мне уже есть к нему – это ясно как день, то уходить будет действительно больно. Перебравшись в столицу, вдруг поняла, что у Эллиота была и есть жизнь до моего появления. А ещё действительно чувствовала себя в этом городе чужой.

Теперь ещё и опустошённой от отсутствия магии. Пока она была внутри меня, то как-то не ощущалась, но теперь остро чувствовалось, что её больше нет. Словно отдала вместе с ней какой-то ощутимый жизненно-важный орган. Будто внутри пусто и чего-то не хватает.

Почти целая ночь понадобилась на восстановление сил, а пробуждение было сумбурным.

Я проснулась от громкого шума, исходившего откуда-то снизу. Мужские и женские голоса перемешивались в какую-то кашу, и разобрать было сложно, что к чему. Потому решила отправиться на источник этого шума, и понять, в чем там дело. Благо была одета во всё то же платье, в котором уснула, но и были минусы. В моём ослабленном состоянии корсет усложнял дыхание.

Одновременно со мной из комнаты напротив вышел Эллиот, в наспех накинутом графитном халате, отчего теперь уже тёмные волосы сливались с халатом, и в полумраке выглядели как капюшон от мантии, нежели волосы мужчины.

– Что происходит? – спросила я у него, прежде чем он заговорил.

– Если спустимся вниз, то узнаем.

Он не пошёл первым, он подождал пока я сделаю первый шаг, и спускались мы вместе, наравне, будто не спешили на шум, а решили прогуляться.

И это было неправильным. Хоть и безумно нравилось.

Аня, стоп! Остановись! Эллиот не твой мужчина и точка.

Пришлось вспомнить заголовки газет, чтобы опомниться и начать уже придерживаться собственного плана. «Королевский указ» и «Свадьба» приводят в чувства. И поддаваться на знаки внимания от Эллиота равносильно нарушению закона.

– Сынок! – воскликнула Имилия, как только мы ступили на лестницу.

Внизу, в холле собрались почти все слуги, на которых кричала мать Эллиота, но заметив своего сына, она бросилась к лестнице, ожидая когда он спустится. На меня она даже не взглянула. Впрочем, ожидаемо.

– Что вы здесь делаете в столь ранний час? Не могли дождаться утра?

Хоть Эллиот и возмущался, но мать всё же обнял.

– Дай мне на тебя посмотреть, – она отстранилась и, широко улыбаясь, начала осматривать сына, будто он самый дорогой товар не иначе. – Каков красавец, хвала Высшей силе!

– Хвала Ане, и Духу-хранителю, – отбрил Эллиот, на что Имилия громко фыркнула.

– Я не это имела в виду.

– Собственно, мы поэтому и явились. Магия изменилась, – вклинился Эван, и я взглянула на него.

У меня отпала челюсть. Стоило её, конечно, подобрать, но пока не получалось.

Эван тоже изменился, это сложно было не отметить. Если в нашу первую встречу он был беловолосым, то теперь его цвет волос сильно изменился. Тёмный графит с проседью, но седина только прибавляла ему шарма, и нисколько не портила.

Отец и сын изменились оба. Но потом вспомнила, что магия у них родовая, одна на весь род и изменения в Эване логичны. Хоть и неожиданные.

– Тогда почему появились так поздно? Еще вчера вечером на закате Аня вернула мне магию.

– Я и засобирался сразу, как только понял, что произошло, но твоя мать…

– А что я? Бал скоро! Мне нужно собрать учителей для неё, – кивком головы она указала на меня. – Если ты, конечно, не передумал вести её прямиком к королю.

Эллиот коротко рыкнул.

– Не передумал.

– Чудно, тогда сегодня еще будут гости, – ответила Имилия и скривилась, изображая досадную улыбку.

Чудно, не то слово. А можно мне просто не идти на этот бал? Столько трудностей и ни капли желания. Но предложить это мне не представилось возможности. Эллиот велел слугам разойтись и заняться делами, а нам предложил дождаться раннего завтрака в его кабинете. А пока мы шли к кабинету, Эван не переставал делиться своими новыми ощущениями после исцеления магии.

Кабинет находился на этом же этаже, недалеко от холла. Пока мужчины увлечённо обсуждали изменения, расположившись в креслах у высокого камина, Имилия заняла удобное кресло у рабочего стола и, со скучающим видом, наблюдала как занимается рассвет, а я рассматривала корешки книг. Книг было так много, что они занимали целый стеллаж от пола до потолка на всю ширину стены.

– Ты только посмотри, насколько она изменилась, – воскликнул Эван, и я отвлеклась от своего занятия, обернувшись.

Эван направил ладонь к камину и выпустил магию, посылая огонь на поленья. И это был действительно огонь. Дерево затрещало, а пламя полыхало оранжевым светом, переливаясь черными искрами.

Эллиот поспешил поиграть с собственным огненным шаром. А наигравшись погасил его прямо в ладонях. Тут же и Эван погасил пламя в камине.

И правда изменилась. В памяти ещё свежи воспоминания о графитном огне с оранжевыми искрами. Теперь магия будто перевернулась. Будто все так и осталось, только наоборот. И это не укладывалось в моём понимании.

– Почему так произошло? Магия сильно преобразилась…

По тому, как все присутствующие повернулись ко мне, я поняла, что произнесла эти мысли вслух.

– У меня есть предположение, но даже мне оно кажется нереальным, – задумчиво произнёс Эван и принялся рассказывать…

Глава 42. Опустошённая (ч.2)

Аня

– У меня есть предположение, но даже мне оно кажется нереальным, – задумчиво произнёс Эван. – Но оно единственное, что объясняет всё. Наша магия пришла в род не из пустоты. Фениксы всегда были спутниками драконов в нашем роду. И никто не знает, что появилось первым – птица, даровавшая магию дракону, или дракон, создавший птицу своей магией. Но суть в одном: феникс – это непрерывный цикл. Рождение, жизнь, смерть, перерождение. И наша магия всегда была отражением этого цикла.

– Именно поэтому мы можем восстанавливать предметы, – кивнул Эллиот, подтверждая слова отца. – Разбитые стёкла, повреждённые стены… Мы не создаём заново, а возвращаем к жизни то, что было.

– Но у всего есть срок. Даже у магии, – тихо добавил Эван. – Всё началось с нашего предка, семь поколений назад. Он умер на войне, но его жена не могла смириться с его потерей. Воззвав к фениксам, она молила их воскресить мужа. И птицы даровали ему новую жизнь. Очнувшись здоровым, дракон воскресил своих солдат. Они тогда выиграли войну, но цена была слишком высока.

– Изменение магии. Нужна огромная сила, чтобы вернуть несколько жизней, – догадалась я, и Эван кивнул.

– И не только изменение. В тот день много чего произошло. Магический огонь потемнел, став графитным. Цвет волос дракона обесцветился, показывая, что магия не безгранична и осталась всего одна жизнь. Драконы стали слабее, без возможности залечивать серьёзные раны. Но самое знаковое – это горестное событие. Во всех владениях Рохансов на континенте массово вымерли фениксы, не перерождаясь.

Я вдруг вспомнила, как вспыхивали сотни огоньков в лесу у подножия скал, на которых располагался замок.

– Они не вымерли, а ждали своего часа. И переродились, когда Аня приняла магию, – сказал Эллиот тихо, тоже вспомнив о долине фениксов. – Когда я родился, сколько переродилось птиц?

– Пять! – громко ответила Имилия.

Не думала, что она внимательно следила за разговором, ведь как застыла со скучающим видом, так и смотрела в окно почти не моргая.

– В мой день рождения птиц родилось семь, – протянул Эван. – Родись у Эллиота ребёнок, с прежней силой, фениксов было бы три, и в конце концов, другие драконы рождались бы без возможности банально обернуться драконом. А теперь магия приняла свой первозданный вид.

– Но теперь птиц бесчисленное множество. Перед переходом в столицу мы спускались в деревню, Аня навещала своего птенца, а я разговаривал со старшим. За ночь они прочесали весь лес и там не осталось ни одной не раскрытой стеклянной скорлупы. Могу предположить, что в других владениях то же самое.

– Нужно будет разузнать, – согласился с ним Эван.

Все свои планы им пришлось обсуждать уже в столовой. Услужливый управляющий пригласил всех к столу на завтрак.

Тут же оживилась Имилия. Почувствовав себя в своей стихии, она умыкнула меня в столовую, не дожидаясь мужчин. Хоть они и собирались сесть рядом с нами за столом, женщина им категорически отказала, отправив на противоположную сторону стола, чтоб не мешали. Не мешкая она принялась за дело, а именно вознамерилась научить меня как правильно трапезничать в королевском дворце.

Я вдруг заскучала по своей скромной земной кухне в крохотной квартире, где обеденный стол был настолько мал, что едва вмещал блюда на четыре персоны, и начала тосковать по простым земным кухонным приборам, где столовая и чайная ложка, и одна вилка подходят для всего и сразу.

Раз уж мне так необходимо присутствовать на этом балу, то решила для себя, что буду перекусывать закусками. Их хотя бы можно есть руками, без специальных столовых приборов, названия которых всё равно не запомнила. Но стоило встретить взгляд Эллиота, что тяжелел с каждым разом всё сильнее от желания поговорить со мной, я включилась в обучение с чуть большим рвением.

Так будет лучше. Для нас двоих.

После завтрака начали прибывать учителя, о которых упомянула ранее Имилия. И понеслось! Урок по походке и осанке, где я пыталась показать «грациозного лебедя, скользящего по зеркальной водной глади». Урок по манерам и общению при дворе, где я поминала чёрта столько раз и в различных вариациях, что довела до истерики учителя, а после того, как Имилия в очередной раз, выпроводила Эллиота с занятия, перестала чертыхаться вовсе. На обед подали столько блюд и столовых приборов, что запуталась окончательно, что к чему и что куда. А на уроке танцев старалась как можно меньше наступать учителю на ноги, потому как заметив страдальческое лицо преподавателя, Эллиот, не скрывая веселья и посылая мне многообещающие взгляды, предложил сменить партнера по танцам на себя. И я и Имилия были против и ему пришлось вернуться к отцу в кабинет.

За ужином чувствовала максимальную точку опустошения. Не сказать, что в самом начале дня пылала силами и желанием, но под конец дня откровенно устала.

Плюсы во всём этом, конечно, были. В течении дня в голову загрузили столько информации, что мозг решил сам себя защитить и просто выбросил восвояси всё это. Это как новый вид опустошения, но приятный. А ещё, за уроками и неустанным контролем Имилии мне удалось избегать Эллиота весь день.