Текст книги "До вечности (ЛП)"

Автор книги: Лилиана Родс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

Он выводит языком маленькие круги, а мои бедра медленно раскачиваются. Внутри меня быстро нарастает давление, и по позвоночнику пробегает покалывание. Давление между ног быстро превращается в пульсацию. Я хочу большего, чем его язык, и не могу поверить, что эта мысль вообще приходит мне в голову.

Он проводит пальцем по губам моей киски, а затем вводит его внутрь. Я издаю еще один стон, его язык выводит волшебные круги по моему клитору, а палец двигается быстрее, проникая в меня. Он обхватывает губами мой набухший клитор и посасывает, а я выгибаю спину, и покалывание достигает моей шеи. Оргазм накрывает меня, и я вскрикиваю.

Быстро вдохнув, я крепко сжимаю подушку между ладонями, пока волны оргазма прокатываются сквозь меня. Я извиваюсь, а он продолжает ласкать мой клитор языком, пока я не падаю обессиленная, пытаясь отдышаться, и он не перемещается ко мне.

Я тянусь к его лицу и глубоко целую его, а он обхватывает меня руками. Медленно я провожу рукой по его сильному телу вниз, к нижнему белью. Легко просовываю руку за эластичный пояс и провожу по его большому члену, но он останавливает меня рукой, накрывшей мою.

– Ты не представляешь, как сильно я хочу заняться с тобой любовью, но мы не можем, – шепчет он мне на ухо.

– Почему?

– Потому что я хочу исследовать каждый сантиметр твоего тела и не хочу торопиться. Я хочу сделать это медленно, и чтобы мы оба наслаждались каждой секундой.

Он целует меня, и я вздыхаю, опустив голову ему на грудь. Он целует мою макушку и крепко прижимает меня к себе, напоминая мне о контрасте между нашими телами – его мускулистым и моим мягким. Сквозь щели в оконных шторах пробивается солнце.

– С днем рождения, любимый, – шепчу я.

– Карина, – кто-то зовет меня. – Карина, проснись.

Я тру глаза и моргаю, оглядываясь по сторонам, с минуту не понимая, где нахожусь.

– Почему? Что-то случилось? Это бабушка? С ней все в порядке?

Мое сердце замирает, когда я представляю, что бабушке стало хуже, потому что я захотела провести ночь вне нашей квартиры.

– Все в порядке. Расслабься. – Он кладет руку мне за голову и притягивает меня ближе, чтобы поцеловать в лоб. – Просто уже поздно, и я забыл кое-что сделать прошлой ночью.

Райан встает, и я любуюсь его обнаженным телом, пока он пересекает спальню и направляется в гостиную. Затем возвращается через несколько минут с букетом цветов, который держит над членом.

– Ты отлично выглядишь. Тебе стоит почаще так одеваться.

– Я подумал, что тебе понравится, – говорит он, садясь на край кровати.

Он протягивает мне букет пионов, и я быстро сажусь на кровати, упираясь спиной в мягкое изголовье.

– Ты забыл подарить мне цветы? – спрашиваю я. – Это твой день рождения, а не мой. Это действительно могло подождать.

– Нет, не могло.

Он протягивает мне обвязанные лентой цветы, и я беру их. Что-то тяжелое ударяет меня по руке.

Я поднимаю букет в поисках того, что это могло быть, но ничего не вижу.

Райан вздыхает.

– Что? Ты ожидаешь, что я буду внимательной с утра пораньше? – спрашиваю я.

Что-то снова касается моей руки, и на этот раз я помогаю себе другой рукой, пока не вылавливаю предмет из букета. В моей руке сверкает кольцо с бриллиантом солитер грушевидной формы.

Райан протягивает руку и забирает букет и кольцо. Он отвязывает кольцо и держит его между двумя пальцами, поднимая мою руку.

– Я забыл об этом вчера вечером, – говорит он. – Это кольцо принадлежало моей матери.

– О, оно прекрасно, – говорю я, когда он надевает его на мой безымянный палец.

В бриллианте отражаются лучи солнца, пробивающегося сквозь жалюзи.

Райан наклоняется вперед и целует меня, его губы становятся все настойчивей, пока он не отстраняется. Я сбрасываю цветы на пол и притягиваю его обратно.

Он снова отстраняется.

– Карина, время.

Я смотрю на часы. Уже десять утра. Через час мы должны быть на встрече с попечителями.

– Я соберусь быстро, – говорю я.

Глава 14

Райан

День рождения Райана

Припарковавшись на том же месте, что и всегда, чтобы встретиться с попечителями, я думаю о том, насколько сегодняшний день отличается от всех прошедших.

Рядом со мной сидит женщина моей мечты, пусть даже она нервно теребит ремень безопасности. Я наклоняюсь и целую ее в щеку, и ее глаза встречаются с моими. Улыбаясь, я вижу, как она расслабляется и отстегивается.

Я протягиваю руку ладонью вверх, и она вкладывает свою ладонь в мою.

– Это я должен нервничать, – говорю я, поддразнивая ее.

– Я знаю, не могу поверить, что ты выглядишь таким спокойным. Это ты близок к тому, чтобы все потерять.

– Не стоит так говорить, – говорю я со смехом.

– Но это правда. Может, нам стоит пожениться? Позвони Говарду или Уоррену, как бы его не звали, и отложи это. Мы можем пойти в мэрию.

– Карина, я знаю, что свадьба в мэрии – это не то, чего ты хочешь.

– Это неважно. Я просто хочу быть с тобой.

– И я тоже хочу быть с тобой, но не позволю тебе лишиться того, о чем ты мечтаешь, из-за какого-то сумасшедшего мертвеца. Кроме того, никогда не знаешь, что может случиться сегодня. Мой отец мог быть жестоким, и он определенно не был хорошим отцом для Алекса, но у нас было и много хороших моментов. Большинство моих воспоминаний о нем – положительные, надеюсь, что и это будет таким же.

Мы выходим из машины, а рядом подъезжает и паркуется лимузин Алекса. Пожилой мужчина выходит с водительского места и направляется ко мне, в то время как Алекс выходит из машины.

На лице старика появляется кривая ухмылка, и я понимаю, что это Реджи, бывший водитель моего отца.

– Реджи? Я понятия не имел, что ты работаешь на Алекса, – говорю я.

На лице Реджи нет никаких эмоций, кроме кривой ухмылки, но потом он подходит ко мне, протягивает руку и быстро обнимает.

– Давно не виделись, сэр.

Карина подходит и обнимает Реджи, а затем протягивает ему свою руку.

– Ты тоже с нами, да? – спрашивает она.

– О, я бы ни за что не пропустил это событие, – говорит он.

Алекс идет рядом со мной, когда мы входим в здание.

– Почему ты не сказал мне, что нанял Реджи? – спрашиваю я.

– Мы не общались пять лет, и тебя интересует именно это? – смеется он. – Кроме того, я его не нанимал, он сам себя нанял на несуществующую должность. Я даже не плачу ему.

– Не платишь?

– Нет. Я пытался, когда дела у меня пошли лучше в финансовом плане, чтобы я мог позволить себе платить ему, но он отказался. Сказал, что у него есть больше, чем он может потратить. – Алекс пожимает плечами.

Когда открываются двери лифта, мы видим Кейтлин, ожидающую нас.

– Они ждут вас, – говорит она, когда мы выходим из лифта.

Мы следуем за ней по знакомому коридору в стеклянную комнату для совещаний. За столом сидят Эдмонд, Гарольд и остальные. В одном конце комнаты – белый экран.

– Нет необходимости в формальностях, не так ли? – спрашивает Уоррен.

– Давайте просто покончим с этим, – говорю я.

Уоррен кивает, затем ждет, пока все сядут, и нажимает на воспроизведение.

DVD-плеер включается, и на окна опускаются темные шторы. На экране появляется мой отец, выглядящий так, каким я его запомнил до смерти.

Он улыбается в камеру, а затем садится.

– Привет, я Томас Стирлинг, и это моя последняя воля и завещание. Предупреждаю о спойлере, но если вы смотрите это, то я уже мертв.

Карина смеется и быстро закрывает рот.

– Мне очень жаль, – говорит она.

– Ничего страшного, ему бы понравилось, что кто-то посмеялся над его шуткой, – говорит Алекс.

– Итак, – говорит Томас. – Если я знаю своих парней, то вы оба здесь, неженатые, но успешные бизнесмены. Вы оба. – Он ухмыляется, а затем скрещивает ноги. – Мои старые приятели Уоррен, Эдмонд, Леви и остальные богатые засранцы. – Он пренебрежительно машет рукой, и попечители хихикают. – И Реджи, старый козел. Я всегда знал, что ты меня переживешь.

Я поворачиваюсь к Реджи, удивленный тем, что отец упомянул его. Реджи кивает в мою сторону, но не более того.

– Чтобы не было путаницы, – говорит Томас, – я выплачиваю Реджи ежемесячное пособие, которое он будет получать до самой смерти. Я попросил, чтобы он присматривал за тобой, Алекс, потому что я не такой ублюдок, каким ты меня считаешь.

Алекс опускает голову, и Карина кладет руку ему на плечо. Он ненадолго накрывает ее руку своей, а затем отстраняется.

На мгновение я испытываю ревность, но она проходит так же быстро, как и начинается. Карина любит меня, и это все, что имеет значение.

– Но Алекс, я действительно вёл себя как ублюдок по отношению к тебе на протяжении многих лет, – говорит Томас, его голос теряет шутливый оттенок. – И я собираюсь сказать тебе то, что должен был сказать много лет назад. То, что мой отец никогда не говорил мне. Я сожалею о том, как я с тобой обращался.

Томас делает долгий вдох, затем потирает подбородок, после чего щелкает костяшками пальцев на левой руке.

– Не повторяйте моих ошибок, – говорит он. – Если кто-нибудь из вас однажды женится и заведет детей, будьте лучшими отцами, чем был я. Знаю, что это будет нелегко. И это не оправдание, но можно стать хорошим родителем, даже если тебя ненавидят.

Он наклоняется вперед в своем кресле, проводит пальцами по густым седым волосам, а затем опирается локтями на колени так же, как сидит Алекс.

– Мои мальчики, – говорит он, а затем начинает качать головой. – Меня всегда поражало, насколько вы гениальны, и в то же время глупы. Мой отец сказал мне то же самое о себе в собственном завещании, но тогда я был недостаточно взрослым, чтобы понять это.

Он откидывается в кресле и смотрит прямо в камеру.

– Алекс, когда мой отец умер, в его завещании было указано, что я не получу ничего из его наследства. Знаю, что тебе знакомо это чувство.

Алекс кивает головой.

– Я не стал рассказывать вам то, что происходило до вас. Это не было секретом, но я никогда не хотел делиться этим, поэтому и не говорил. Как вы знаете, наш семейный дом – это огромный каменный особняк, тот самый, в котором вы выросли. Никто из вас никогда не задавался вопросом, почему водопроводчик живет в таком экстравагантном доме. Возможно, вы думали, что у каждого есть свой замок. – Он смеется. – Вы знаете, что этот дом передавался из поколения в поколение. Но вы не знаете, что мой отец тоже ничего не оставил мне после смерти. В конце концов, дом достался мне, но он был в таком плачевном состоянии, что мало чего стоил. Впрочем, я отвлекаюсь. Отец отрекся от меня, чтобы я сам выбрал свой путь, выбрал то, что хочу делать, а не то, что досталось от него. И это то, что, надеюсь, я сделал для тебя, Алекс. Я не сомневаюсь, что сейчас ты успешный бизнесмен. И, хотя некоторые могут сказать, что я самовлюбленный, но своим успехом ты обязан мне. Ты бы не стал тем, кто ты есть, если бы не потерял все. Точно так же, как я не смог бы развить успешный сантехнический бизнес. Я знаю, что ты не хотел присоединяться к семейному бизнесу. Поэтому и оттолкнул тебя. Я знал, что в противном случае ты продолжишь заниматься работой, которая тебе неинтересна. Я хотел, чтобы ты был счастлив.

Томас прочищает горло и снова скрещивает ноги.

– Но я знаю, что должен извиниться перед тобой не только за это. Я был для тебя дерьмовым отцом. Вы оба потеряли мать, а я думал только о том, что потерял любовь всей своей жизни. Я смотрел на вас, мальчиков, и каждый раз видел только ее. Особенно в тебе, Алекс.

Он вздыхает и замолкает.

– Твоя мать никогда бы не простила меня за то, как я с тобой обращался. Она бы ушла от меня, если бы была жива и видела, что я разлучаю вас двоих. Даже сейчас. Мне пришлось разорвать ваши связи после моей смерти, чтобы вы оба смогли достичь того уровня, который я видел в вас. И, если тебе, Алекс, нужен был толчок из гнезда, то тебе, Райан, нужен был обратный отсчет, чтобы ты хоть что-то сделал, потому что ты с головой погружаешься в повседневные заботы и не оставляешь места ни для чего другого. – Томас качает головой, а потом начинает смеяться.

– На свете так много всего, чем вы можете наслаждаться, мальчики. Включая любовь. – Он задумчиво улыбается, и его тело словно расслабляется, когда он закрывает глаза. Улыбка медленно расплывается по его губам. – Я потерял свою лучшую подругу так много лет назад, что с нетерпением жду возможности увидеть ее снова. Если, конечно, мы оба окажемся в одном и том же месте.

Он смеется, но затем погружается в свои мысли.

– Знаете, я действительно скучаю по ней. И да, видеть ее голубые глаза, смотрящие на меня с твоего лица, Алекс, порой было пыткой, но это не оправдывает мои поступки.

Он кашляет, затем берет салфетку и сплевывает в нее.

– Я уверен, что это кара за то, как плохо я обращался с вами двумя. – Он кивает головой, снова кашляя. – Я заслужил это. Теперь о завещании. Уверен, для вас не будет сюрпризом, что Райан потеряет половину своего наследства. Я позволю вам самим договориться с Уорреном. Единственная моя просьба – чтобы Райан занял мое место за круглым столом. Задай им жару, мой мальчик. Им нужна свежая кровь в группе. Я люблю вас, парни. Вас обоих. – Он снова начинает кашлять и тянется за другой салфеткой, прежде чем остановить запись.

Гарольд встает и включает свет.

– Мне не хватает этого старого урода, – говорит он.

Глава 15

Карина

День рождения Райана

Когда мы покидаем здание, Райан и Алекс идут вместе к парковке, обсуждая на ходу слова отца. Я притормаживаю, давая им возможность поговорить наедине и радуясь тому, что они выглядят более расслабленными и непринужденными, чем я когда-либо видела их раньше.

Реджи наклоняется ко мне.

– Мисс, не уверен, что вы заметили кое-кого у машины Райана.

Я издаю стон и быстро прикрываю рот, удивленная своей реакцией на появление матери.

– Мне попросить ее уйти? – спрашивает он.

– Нет, но спасибо, Реджи. Я могу сама о себе позаботиться.

Мама улыбается, когда мы приближаемся к машинам, затем протягивает руки, чтобы обнять меня, но я не позволяю ей.

– Как ты узнала, что я буду здесь? – спрашиваю я.

– Я всегда знаю, где моя дочь, – она наклоняется и целует меня в щеку. – И посмотри, как у тебя все прекрасно сложилось с этими двумя красивыми мужчинами. – Она наклоняется ближе ко мне и шепчет. – Если ты поделишься со мной одним, я буду тебе очень признательна, маленькая шлюшка.

– Не смей так говорить со мной, – говорю я, отступая от нее.

– Неужели я задела чувства бедной малышки?

– Тебе лучше уйти, – говорит Алекс, делая шаг навстречу моей матери.

– О, посмотрите на это, – отвечает мама. – Он даже не твой парень. – Ее глаза опускаются, а затем расширяются. – Это бриллиант на твоей руке? И ты мне не сказала?

Она протискивается мимо Алекса и хватает меня за руку. Пытается стянуть кольцо с моего пальца, но я отдергиваю руку.

– Да что с тобой такое? – спрашиваю я.

– Сколько здесь? Два карата? Выглядит чистым. Я ожидала чего-то большего, но…

– Алекс прав, мама. Ты должна уйти.

Мою грудь сдавливает от волнения и страха, когда я произношу эти слова. Я чувствую себя виноватой за то, что так с ней разговариваю, но одновременно горжусь собой, что наконец-то могу противостоять ей. Я больше не могу смотреть на нее и хочу уйти, поэтому поворачиваюсь, чтобы открыть дверь машины.

– Не смей поворачиваться ко мне спиной, – говорит она, грубо хватая меня за руку. – Я устала от того, как неуважительно ты со мной обращаешься. После всего, что я для тебя сделала. После всех моих жертв.

– Всего, что ты для меня сделала? Что ты вообще для меня сделала, кроме того, что родила?

Она поднимает руку и бьет меня по щеке. Не задумываясь, я бью ее в ответ. Ее глаза расширяются, как блюдца, и она отступает назад, шокировано хватаясь за щеку.

– Как ты смеешь? – говорит она, делая шаг вперед и заглядывая мне в лицо. – Я боролась с тобой с того самого дня, как забеременела. Ты разрушила мою жизнь, Карина. Я могла бы стать кем-то, но нет, ты должна была появиться и испортить мне жизнь. Это все твоя вина.

Алекс встает между нами, а Райан открывает машину.

– Ты в порядке? – спрашивает он.

– Да, не могу поверить, что я это сделала.

– Давай просто уедем отсюда.

Когда я сажусь в машину, мама что-то кричит мне в след, но я игнорирую ее. Она никогда не станет другой. И никогда не будет думать ни о ком, кроме себя. Это не тот человек, которого я хочу видеть рядом с собой или своей семьей.

Райан держит меня за руку, когда направляет машину через парковку к выезду, вслед за лимузином Алекса.

– Ты голодна? – спрашивает он.

– Да, куда ты хочешь заехать?

– Думаю, ты знаешь куда.

Я смеюсь.

– Есть желание съесть «Монте-Кристо»?

– Думаю, это идеальный способ отпраздновать сегодняшний день. Алекс заедет за твоей бабушкой, а потом они встретятся с нами в «John’s». – Он смотрит на меня и сжимает мою руку, а затем снова смотрит на дорогу. – Ты говорила мне, что твоя бабушка назвала тебя Кариной?

– Да. Она очень гордится этим фактом.

– Это хорошее имя. Вернее, идеальное имя для тебя.

– Почему ты так думаешь? – спрашиваю я.

– Потому что оно означает «любимая». И я не могу представить, что могу любить кого-то больше, чем тебя, Карина.

– Я тоже люблю тебя, Райан. Это навсегда.

– Навечно.

Notes

[

←1

]

Русские аналоги – у тебя самого рыльце в пушку; чья бы корова мычала, а твоя бы молчала; в чужом глазу соринку видишь, а в своем бревна не замечаешь

[

←2

]

Крок-месье (закрытый горячий бутерброд с ветчиной и сыром), обжаренный в яичном кляре, называется сэндвичем «Монте-Кристо».