Текст книги "До вечности (ЛП)"
Автор книги: Лилиана Родс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
– Конечно. Я никогда не рассказываю ему о наших встречах.
– Хорошо. Будет лучше, если ты останешься на его стороне. Поверь мне, ты не захочешь быть где-нибудь еще.
На протяжении многих лет отец старался, чтобы мы с Алексом не проводили слишком много времени вместе. Иногда он разрешал ему приезжать домой во время школьных каникул, но всегда был так зол и жесток по отношению к нему, что я предпочитал, чтобы Алекс держался подальше.
Алекс открывает меню и улыбается.
– Ты должен попробовать «Монте-Кристо2». Когда-нибудь пробовал его здесь?
– Нет, но я помню, что мама их готовила.
– Здесь почти так же вкусно, как у нее. – Он откладывает меню и наклоняется ко мне. – Однажды я стану владельцем этого места. И сделаю из него самый популярный ресторан в Нью-Йорке. Все захотят приходить в «John’s».
– Ты не захочешь сменить название на «У Алекса»?
– Нет, дело не в имени, а в еде. – Он тянется и шутливо бьет меня по плечу. – Посмотри на себя. Двадцать, а уже совсем взрослый. Кажется, что мне было двадцать целую вечность назад.
– Это было всего пять лет назад, – говорю я.
– Я знаю, но вот увидишь. Чем старше ты становишься, тем быстрее проходят годы. К сорока годам жизнь будет казаться автострадой. Поверь мне, сейчас тебе двадцать, но завтра ты моргнешь, и тебе будет двадцать пять.
Я пожимаю плечами.
– Поживем – увидим.
– Ты уже решил, что будешь делать со своей жизнью?
Я качаю головой.
– Не знаю. Не могу представить, что буду учиться в аспирантуре, как ты. Я помогаю папе с бизнесом. Так что, может быть, я просто продолжу это делать.
– Нет, перестань, Райан. Ты предназначен для гораздо большего. Подумай об этом. Чем ты хочешь заниматься?
– Ну, это не так уж и плохо. Я получил лицензию сантехника, и мы развиваем бизнес, теперь у нас два лицензированных сантехника. Отец сказал, что это разумный шаг.
– Дело не в отце. А в тебе. Есть ли что-нибудь, чем ты бы предпочел заниматься?
Я молчу минуту, размышляя, но ничего не приходит на ум.
– На самом деле я понятия не имею. Это все, что я умею.
– И в этом вся проблема. Тебе нужно пойти в школу. Поступить в колледж. Уехать куда-нибудь. Познакомиться с новыми людьми, узнать что-то новое. Знаешь, было очень тяжело потерять маму, а потом так быстро уехать. Отец не дал мне возможности погоревать.
– Да, я помню. Для меня это было похоже на то, как если бы я потерял двух самых важных людей в своей жизни одновременно.
Алекс кивает.
– Мне очень жаль. Я хотел быть рядом с тобой.
– Тебе было десять. Ты ничего не мог сделать. Это была не твоя вина. Даже тогда я знал, что ты не виноват. Неважно, сколько раз отец обвинял тебя.
– Это потому, что я похож на нее. Он напился однажды ночью после ее смерти и сказал мне, что не может видеть мое лицо, потому что оно слишком напоминает ему о том, кого он потерял. – В голосе Алекса звучит горечь. – Это еще одна причина, по которой тебе нужно устроить свою собственную жизнь, – говорит он.
– Так ты действительно считаешь, что мне стоит пойти в колледж?
– Абсолютно. У тебя должна быть своя жизнь. Даже если все, что ты сделаешь, это вернешься сюда и будешь работать с отцом, по крайней мере, это будет на твоих условиях.
– Ты приедешь домой на Рождество? – спрашиваю я.
– Да, приеду. Я разговаривал с некоторыми людьми, и у них были идеи насчет папиного бизнеса. Я изучил их и думаю, что это то, что нам нужно сделать для экспоненциального роста.
– Что именно?
– Мы должны заняться строительством, а не просто ремонтом домов. Это может стать отличной возможностью для отца. И для тебя тоже, если ты решишь остаться в семейном бизнесе.
– А что насчет тебя? – спрашиваю я. – Я думал, что тебя не интересует папин бизнес.
– Нет, но он все еще мой отец, и я забочусь о тебе. Так что, если я могу сделать что-то, что сделает вашу жизнь лучше, то сделаю это. Даже если он по-прежнему не хочет иметь со мной ничего общего.
Три недели до дня рождения Райана
Гриль-бар «John’s» выглядит так же, как много лет назад, когда мы с Алексом встречались здесь. Я прошу у хостес столик в дальнем углу, где мы всегда сидели.
Даже меню похоже, за одним исключением. «Монте-Кристо» стоит на первом месте. Я улыбаюсь, замечая это, а затем слышу, как открывается дверь ресторана.
Входит Алекс и кивает мне, прежде чем направиться в мою сторону. Я встаю, и мы обнимаемся, никто из нас не произносит ни слова.
Мы занимаем свои места, и Алекс кладет свое меню на край стола, затем откидывается назад и улыбается.
– Рад тебя видеть, – говорит он. – Прошлая неделя была каким-то хаосом, и я прошу прощения за это. Мне есть за что извиниться, и если ты не против, я бы хотел поскорее с этим закончить.
Я киваю, тоже желая сказать кое-что старшему брату, но позволяю ему взять инициативу на себя.
– Я прекрасно помню, как, уверен, и ты, что до твоего дня рождения, крайнего срока в соответствии с завещанием, осталось около трех недель. Я также знаю, что ты очень заботишься о Карине. – Он понижает голос. – Я понимаю, почему.
– Вау, я не думал, что мы сразу перейдем к этому. Предполагал, что мы начнем с вопросов, касающихся отца.
Он поднимает руку.
– Пожалуйста, я не могу передать, как трудно это говорить, но должен. Потому что знаю, что сейчас вы с Кариной в ссоре, а должны быть вместе.
Мой телефон начинает жужжать, я опускаю взгляд и вижу, как на экране высвечивается имя Карины. Как бы мне ни хотелось ответить, я отправляю звонок на голосовую почту.
– Полагаю, она ничего тебе не рассказала, не так ли?
– Нет, не рассказала. Я спросил ее, почему она была там, но она ничего не ответила.
Он глубоко вздыхает.
– У меня нет оправданий. Если это разрушит наш шанс снова стать семьей, то я знаю, что это моя вина.
– Продолжай, – говорю я.
– Карина работала здесь много лет. Я знал ее как сотрудницу, но однажды пришел, и что-то в ней привлекло меня. Я ничего не сказал, но начал расспрашивать и выяснил, что она ценит свою семью превыше всего и не беспокоится о вещах, которые обычно впечатляют других.
– Например, деньгах.
– Верно, – говорит он. – Я знал, что именно ты стоишь за ежемесячными балами-маскарадами, и, конечно же, знал почему. Я даже сходил на один из них, думая, что поговорю с тобой, но побоялся все испортить. Не знаю, каковы были бы последствия, если бы кто-то узнал, что мы общались. Я не хотел, чтобы ты что-то потерял. Поскольку заслужил это наследство.
– Его бы не было, если бы не твои идеи и подталкивание отца к правильным решениям, – говорю я.
– Мы здесь не для того, чтобы говорить об этом, – отвечает он. – У меня была идея отправить Карину на твой бал, но я знал, что она не примет приглашение просто так, потому что она не такая. Она домоседка и свободное время проводит дома, ухаживая за бабушкой.
Я киваю.
– Алекс, ближе к делу. Что ты хочешь сказать?
– Я подумал, что она идеально тебе подойдет, и отправил ее на бал. Я уволил ее, чтобы убедить ее сделать это, а потом предложил содержать ее бабушку.
– Как ты мог так поступить?
– Знаю, но я пытался добиться своего. Сначала я просто хотел, чтобы она оказалась рядом с тобой, чтобы посмотреть, поладите ли вы, как я надеялся. Проблема в том, что она мне понравилась еще в тот момент, когда я просто услышал о ней. А когда увидел ее, все стало еще хуже.
– Что значит «стало хуже»?
– Я влюбился в нее.
В помещении вдруг становится душно, как будто из него высасывают весь воздух.
– О.
– Она не ответила мне взаимностью. Потому что влюбилась в тебя. Думаю, в ту первую ночь. Она даже не знала, как тебя зовут, и как ты выглядишь на самом деле, но влюбилась по уши. И это причинило мне боль. Поэтому я захотел причинить боль тебе, потому что всю жизнь ты получал внимание и любовь, а меня отталкивали.
– Но…
– Знаю, это не твоя вина. Я взрослый человек и должен был забыть об этом. Каким-то образом эта неуверенность и боль вернулись. Я был сам не свой. Весь план отправить ее на бал был безумным, и я сожалею об этом.
– Но без тебя я бы с ней не познакомился.
– Она хорошая девочка, Райан. Я знаю, что мы не разговаривали пять лет, но думаю, что она идеально подходит тебе. Мне жаль, что все так вышло, но я предполагаю, что она любит тебя настолько, что если бы ты пошел к ней, то смог бы все исправить. И, возможно, сохранить свое наследство.
– Я не беспокоюсь об этом. Мне действительно больше нет до этого дела. Я люблю ее больше всего на свете, но устал жить по плану отца. Я поступил глупо, не попытавшись поговорить с ней и выяснить правду. Мне тяжело доверять людям, и я позволил этому страху управлять мной.
– Иди и забери свою девочку, – говорит Алекс.
– А что насчет тебя? С тобой все будет в порядке?
Он задумчиво улыбается.
– Она показала мне, что я могу любить. Я не думал, что способен на это. Мое время придет. А сейчас я просто хочу, чтобы брат вернулся в мою жизнь. Я хочу, чтобы ты был счастлив.
Глава 7
Карина
Три недели до дня рождения Райана
Через час после того, как Одесса ушла домой, я смотрю на свой телефон, безмолвно умоляя его о звонке или сообщении от Райана. Я не могу позвонить снова так скоро.
В дверь звонят, и я решаю, что это один из моих соседей. Открываю дверь и вижу Райана, стоящего передо мной.
– Мы можем пойти куда-нибудь поговорить? – спрашивает он.
– Зачем? Мы можем поговорить здесь.
– Нет, я совершил много ошибок и собираюсь исправить одну прямо сейчас.
– Хорошо, – говорю я, смущаясь. – А где ты предлагаешь сделать это?
– Дома. У меня дома. Так мы сможем поговорить. А потом, если ты не захочешь меня больше видеть, я привезу тебя домой, и тебе больше не придется терпеть мое общество.
– Но я не хочу этого, – шепчу я.
– Тогда чего же ты хочешь? – спрашивает он.
– Правды, – отвечаю я. – От нас обоих. Позволь мне все объяснить.
– Хорошо, – говорит он.
Мы садимся в его машину, и я чувствую, как дрожу.
– Хорошо, – говорю я. Опускаю руки, а затем начинаю нервно щелкать костяшками пальцев. Мое дыхание неглубокое, а плечи напряжены. Я пытаюсь сделать глубокий вдох, но у меня не получается.
Он осторожно кладет свою руку поверх моей и ловит мой взгляд.
– Дыши, – говорит он.
Я киваю и ненадолго закрываю глаза, сосредоточившись на дыхании, пока оно снова не становится нормальным.
– Я знаю, на что это было похоже, – говорю я, – но то, что ты сказал тогда, на прошлой неделе, верно и для меня. Все, что я говорила тебе, было правдой. Все, что я чувствую к тебе, – настоящее.
Он испускает долгий вздох.
– Знаю. Уже пообщался с твоей феей-крестной, – говорит он. – Я должен был понять, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я должен был догадаться, что мы не могли встретиться случайно.
– Тогда зачем было забирать меня из этого бардака в тот день? – спрашиваю я, оттопыривая большой палец.
– Не знаю. Я просто поверил своему чутью.
– Я чувствую себя ужасно из-за этого. Ты должен меня выслушать. Я рада, что ты поговорил с ним, но просто позволь мне рассказать свою версию, пожалуйста.
– Хорошо, – говорит он.
– Я работала в «John’s» официанткой последние пять лет, когда меня неожиданно уволили. По дороге домой ко мне подъехал лимузин, и мужчина предложил мне 20 000 долларов, чтобы я могла ухаживать за больной бабушкой и содержать нас, и все, что мне нужно было для этого сделать, – это посетить бал-маскарад и потанцевать с человеком в зеленой маске.
– Продолжай, – говорит Райан.
– После первого бала Алекс выглядел довольным и предложил заботиться о моей бабушке до конца ее жизни, если я буду готова провести следующие шесть месяцев в отношениях с тобой, а потом все закончить, когда буду уверена, что ты в меня влюблен. Я не хотела этого делать, но моей бабушке стало хуже. В ту ночь у нее случился инсульт, а затем сердечный приступ. Врачи даже не были уверены, что она выживет. Я не чувствовала, что у меня есть выбор. И должна была сделать все возможное, чтобы спасти ее.
– Он сказал тебе, почему хотел, чтобы ты это сделала?
– Нет, я спросила один раз, и он сказал, что мне не нужно знать. Больше я не спрашивала, потому что действительно не хотела выяснять это. Если бы я не узнала тебя, это было бы намного проще. Он никогда не говорил мне, что ты его брат, и почему он хотел, чтобы я разбила твое сердце. Я всегда думала, что найду выход, не причиняя тебе боли. Или себе. Потому что с того момента, как мы встретились, я почувствовала от тебя искру, которую не ощущала никогда в жизни. Отчасти я согласилась на это только ради того, чтобы быть рядом с тобой.
– Я почувствовал то же самое, когда мы встретились, – говорит он. – Ты для меня тоже та самая.
Он улыбается и протягивает руку, и я кладу свою ладонь поверх его, прежде чем он переплетает свои пальцы с моими.
– Ты порвала со мной, потому что Алекс сказал тебе сделать это? Это было частью плана?
– Нет, я порвала с тобой, потому что ты заслуживаешь кого-то лучшего, чем я, – мягко говорю я, а затем опускаю глаза. – Я поняла, что влюбилась в тебя, и знала, что не могу причинить тебе боль. Я не хотела причинять тебе боль.
– Все в порядке, – говорит он. – Я верю тебе.
– Могу я спросить тебя кое о чем? У вас с Алексом разные фамилии, – говорю я. – Почему?
Он улыбается.
– Фамилия Алекса – Винтерборн, это девичья фамилия нашей матери. Думаю, он был так обижен на нашего отца, что не хотел больше носить фамилию Стирлинг. Не могу сказать, что я его виню. Наш отец был очень жесток с ним.
– Мне жаль это слышать.
Райан сворачивает на другую улицу.
– А что насчет тебя? Почему ты мне солгал? Кто ты на самом деле?
Я не хочу показаться резкой, но это те вещи, которые мне нужно знать.
Он не отвечает. Я прокручиваю в голове, как попала в эту переделку, и как все вспыхнуло в тот день.
У меня так много вопросов, но я не хочу говорить об этом сейчас. Мне нужно подумать. И понять, что произошло.
Почему там была моя мама? Что за выражение было у нее на лице? Все ли в порядке с Алексом? Я не хотела причинять ему боль. Райан сказал, что любит меня в тот день. Он это серьезно?
Машина дергается к обочине, пока мимо проносится поток машин.
– Из-за тебя мы погибнем, – говорю я.
– Пожалуйста, просто послушай меня. Я знаю, что между нами есть что-то, что нельзя подделать. Именно поэтому я попросил тебя уйти со мной в тот день. – Он протягивает руку и кладет ее на мои скрещенные руки. – Но ты права, я тоже не был с тобой честен, и пришло время это исправить. Если мы хотим иметь шанс быть вместе, нам нужно прекратить эту ложь и рассказать друг другу всю правду.
Я киваю.
Он выезжает обратно на дорогу.
– Куда мы едем? – спрашиваю я.
– Это не очень далеко. Там я отвечу на все твои вопросы.
После нескольких поворотов вдали появляются небоскребы. Мы въезжаем в поток нью-йоркского транспорта, и я понимаю, что мы едем в сторону Центрального парка, одного из самых богатых районов города.
Он сворачивает в частный гараж под высоким зданием. Мы выходим, и я следую за ним к частному лифту.
– Подожди, – говорю я, поворачиваясь к нему. Я кладу свою ладонь на его руку, и он смотрит на меня, но быстро отводит взгляд. – Как ты узнал, где я, в тот день? Как ты меня нашел?
– Анонимное сообщение, – говорит он. – В нем говорилось, что я должен увидеть, чем ты занимаешься. Учитывая то, как ты ушла, я решил, что мне нечего терять, если я последую за тобой. Наверное, даже подумал, что это ты отправила сообщение. Адрес был мне незнаком. Я понятия не имел, куда еду и что увижу. Просто хотел найти тебя, потому что мы расстались. Я не видел своего брата пять лет. Понятия не имел, где он жил и чем занимался. Я даже не был уверен, что он все еще в Нью-Йорке.
Двери лифта открываются прямо в его квартиру. Внешние стены – стекло от пола до потолка. Окна в гостиной выходят на Центральный парк. Квартира декорирована предметами современного дизайна.
– Вот почему ты никогда не приглашал меня к себе, – говорю я, взмахнув рукой. Затем подхожу к окнам, выходящим на парк, и смотрю на людей внизу.
– Да, я не мог привезти тебя сюда или в другой свой дом, поместье за городом, и ожидать, что ты продолжишь верить, что я сантехник. Однако, я на самом деле лицензированный сантехник. Это правда, я не лгал об этом. Как и ты, я говорил маленькую белую ложь в надежде, что, когда ты узнаешь обо всем, то сможешь простить меня.
Я киваю. Судя по всему, он очень обеспеченный человек. Может быть, даже миллиардер, как его брат. Но для меня это не имеет значения. Я бы любила его даже безработным.
– Ты знаешь, почему Алекс хотел, чтобы я разбила тебе сердце? – спрашиваю я.
– Чтобы проверить, есть ли оно у меня? – усмехается он. – Это его история, но она немного связана с моим наследством. Когда наш отец умер, он оставил мне все, а от Алекса отрекся. Кроме того, отец написал в завещании, что если я не женюсь в течение пяти лет, то потеряю наследство.
– Думаешь, Алекс рассчитывает, что оно достанется ему?
– Он не хотел этого, но я давно его не видел, так что, возможно, он передумал. – Он делает паузу, глядя на парк, затем обхватывает меня руками и прижимает к своей груди. – Я хочу, чтобы ты поняла, почему я скрывал от тебя все это. И как бы я ни хотел злиться на своего брата за то, что он устроил, думаю, что понимаю, почему он это сделал.
– Так ты не злишься на него? Или на меня?
– Нет, больше нет. Мне кажется, я понимаю, что им двигало. Думаю, ты тоже поймешь, когда услышишь мою историю. Но, чтобы она имела смысл, я должен рассказать тебе все.
Глава 8
Райан
Десять лет назад
– Хорошо, что мои сыновья здесь, со мной, – говорит отец, поднимая в воздух свою пинту пива.
– Ты не всегда так считал, – отвечает Алекс.
– Может, забудем об этом на одну ночь? – спрашиваю я. – Мы здесь, чтобы отпраздновать мамин день рождения и новое название фирмы. Давай просто сосредоточимся на этом.
– Ты прав, брат. Прости. Мне нужно научиться пропускать некоторые вещи мимо ушей. – Он смотрит на нашего отца, который пьет свое пиво и не обращает внимания на наш разговор.
– Должен признаться, я никогда не думал, что настанет день, когда я буду работать на отца.
– Я же говорил тебе, что все не так уж плохо. К тому же, ты не так погряз, как я.
– Верно, продажи – это совершенно другое. – Он отпивает из своего бокала, а затем поворачивается к отцу. – Я хочу поговорить с тобой кое о чем.
Отец откидывается в кресле. Гнев на мгновение вспыхивает в его глазах, когда он смотрит на Алекса, но затем исчезает.
– Может, это подождет до завтра? – спрашивает он. – Я сейчас не в настроении разговаривать.
– Тогда просто послушай, – говорит Алекс. – Вы оба. Ты помнишь Уоррена Уайнбергера?
– Ты что, пьян? Конечно, я его помню. Он один из моих старейших друзей.
– Этот твой старейший друг сказал, что пытался дозвониться до тебя, но ты не отвечаешь на его звонки. Поэтому он обратился ко мне.
– Так вот в чем дело? Все из-за этой ерунды? Уоррен сошел с ума, и я ему об этом сказал. И если ты думаешь, что то, что он предлагает, может сработать, то, возможно, тебе не стоит работать со мной.
– Подожди, отец. Я тоже был там, когда Уоррен все рассказал Алексу. По-моему, это отличная идея. Уоррен привлек еще несколько человек, других подрядчиков и бизнесменов. Мы должны это сделать. Я знаю, что это риск, но Алекс все просчитал, и даже если мы понесем убытки, они не будут большими.
– Райан прав. Я проверил все цифры, основываясь на текущих показателях, и учел расходы Уоррена. Мне кажется, это сработает. Если мы объединимся с этой группой бизнесменов, чтобы участвовать в проекте, который сейчас находится на стадии планирования, то заработаем миллионы долларов. Кроме того, мы создадим кучу рабочих мест.
Отец хмыкает и качает головой, после чего делает еще один глоток пива.
– Не могу поверить, что этот дурак убедил вас. – Он продолжает качать головой. – Но он умудрился заработать кучу денег. И если мы сможем в этом поучаствовать, это будет уже кое-что.
– Значит, мы в деле? – спрашивает Алекс. – Потому что завтра первая встреча, и я собирался пойти один, но я думаю, что мы должны быть там втроем.
Отец кивает, его лицо выражает согласие.
– Мы будем там. Но если из этого ничего не выйдет, я не хочу больше слышать о твоих безумных идеях.
– Говорю тебе, отец, эта сделка сделает нас миллионерами, и не успеешь оглянуться, как мы станем миллиардерами. Я тебе обещаю.
Глава 9
Карина
Две недели до дня рождения Райана
После нашего разговора мы с Райаном каждый день проводим вместе. Он рассказывает мне разные истории из их с Алексом детства, но больше всего меня расстраивает потеря его мамы в столь юном возрасте.
– Мне так жаль твою маму, – говорю я.
– Мы никогда не обсуждали это, но я думаю, что для Алекса потерять ее было еще тяжелее. По крайней мере, у меня остался отец.
– Он потерял все, – говорю я, вспоминая, как Алекс сам сказал мне об этом. – Это так грустно.
– Вот почему я не могу слишком сильно злиться на него.
– Но ты же не думаешь, что он сделал это, рассчитывая получить наследство?
Он замолкает, размышляя над моими словами, но потом качает головой.
– Нет. Я думаю, что отказ нашего отца от него стал для Алекса последней каплей. Больше ему уже ничего не было от него нужно. С ним было покончено. К тому же, он уже исключен из завещания. Если я потеряю наследство, это не значит, что оно достанется ему. Хотя я могу ошибаться.
– Я могу понять, что иногда нужно с кем-то покончить, – говорю я, думая о своей собственной матери. – Иногда люди, с которыми, как нам кажется, мы должны быть ближе всего, причиняют нам наибольшую боль.
Я поворачиваюсь к окну и любуюсь видом на Центральный парк, прокручивая в голове его историю. Не могу представить, как можно пережить столько горя, будучи ребенком.
Я потеряла родителей в раннем возрасте, потому что они просто исчезли из моей жизни, но у меня всегда была бабушка, чтобы компенсировать это. Мне повезло, что она всегда была рядом.
Райану нужно уладить кое-какие дела, поэтому я прошу его отвезти меня в больницу, чтобы побыть с бабушкой, которая заканчивает последний этап обследования. Когда я вхожу в ее комнату, она выключает телевизор и протягивает мне руки.
– Вот и моя Карина, – говорит она. – Я уже начала волноваться. Обычно ты приходишь раньше.
– Я знаю, прости. Сильный траффик.
– Ты так и не рассказала мне, что произошло между тобой, Райаном, и тем Алексом.
– Просто было так много драмы, что я не хотела тебя расстраивать.
– Хотя хорошо, что все наконец вышло наружу, – говорит она.
Я вкратце рассказываю бабушке о прошлой неделе: Райан и Алекс признались мне в любви, я порвала с Райаном, а он нашел меня у Алекса, который оказался его отлученным братом.
– И ты понятия не имела, что они братья? – спрашивает она.
– Нет, не имела. А должна была? У них даже фамилии разные.
Она пожимает плечами.
– Может быть. А может, и нет. Я не хотела ничего говорить, но некоторое время назад я узнала Райана в газете. Там была ваша совместная фотография с заголовком – ты ли та «единственная».
– Так ты все это время знала, что он миллиардер? Почему же не сказала мне?
– Потому что иногда ты становишься странной, когда все идет не так, как ты хочешь, и я не хотела вмешиваться в ваши отношения. Я знаю, что деньги для тебя не имеют значения, но они составляют большую часть его жизни.
– Нет, это не так. Я не думаю, что он вообще заботится о деньгах.
– А ты его спрашивала? – говорит она.
– Нет, но если наследство так много для него значит, то почему он не попросил меня или кого-нибудь еще выйти за него замуж?
– Это справедливое утверждение. Полагаю, все скоро выяснится.
Проведя с бабушкой пару часов, я встаю, допиваю свою бутылку воды и желаю ей спокойной ночи. Перед тем, как уйти, она задает мне еще один вопрос.
– Ты уже получила весточку от своей мамы?
– Нет, а ты?
– Пока нет, – говорит она. – Я подозреваю, что ты услышишь о ней первой. У меня нет ничего, что ей может быть нужно.
– Надеюсь, я ничего о ней не услышу. До сих пор не понимаю, почему она находилась у Алекса. В ее глазах было что-то пугающее. Когда я впервые ее увидела, мне показалось, что она смеется, но потом, когда я села в машину Райана, она заговорила. Я не слышала, что она говорила, и что-то подсказывает мне, что я не хочу этого знать. Она всегда была такой?
– К сожалению, всегда. С ней почти невозможно предугадать, что тебя ждет. Просто не теряй бдительности рядом с ней и никогда не верь ни единому ее слову.
Глава 10
Карина
Неделя до дня рождения Райана
Пока мы лежим в кровати, я слушаю очередную историю Райана, прижимаясь к нему и положив голову ему на грудь.
– Ого, если тебе было двадцать, когда вы с Алексом обедали в «John’s», то мне тогда было пять, – говорю я.
– Ш-ш-ш, я стараюсь не думать о нашей разнице в возрасте.
– Почему нет, старичок? – спрашиваю я с широкой ухмылкой.
– Именно поэтому. – Он смеется. – Пятнадцать лет разницы – это много. Мне кажется, даже твоя мать моложе меня.
– Нет, не говори глупостей. Она не настолько молода. А вот моя бабушка точно моложе тебя. Сколько я себя помню, ей всегда было двадцать девять лет.
– Мы можем поговорить о твоей маме? – спрашивает он.
– А нужно ли? Не хочу о ней говорить. – Я молчу, пытаясь придумать оправдание тому, что она появилась у Алекса.
Она следила за мной? Если да, то почему?
– Я просто не понимаю, – говорю я. – Как она оказалась у Алекса?
– Я думал, ты не хочешь говорить о ней.
– Не хочу, – говорю я, когда мой телефон звонит, и я вижу, что снова звонит моя мать. – Но я думаю, что нужно. Это грустно, но я не думаю, что могу ей доверять. Поправка, я знаю, что не могу ей доверять. – Я вздыхаю и пытаюсь вытеснить ее из своих мыслей.
– Ну, прежде чем ты полностью выкинешь ее из головы, ты должна знать, что она пыталась шантажировать меня около месяца назад.
– Что?! Ты уверен, что это была она?
– Да. Она пыталась заставить меня заплатить ей за то, что она скроет от тебя, что я миллиардер. Она узнала меня в газете.
– Прямо как бабушка. Она сказала, что узнала твою фотографию в газете, но ничего мне не сказала. Может, мне стоит начать обращать внимание на эти дерьмовые газеты?
– Не надо, так тебе будет спокойнее, – говорит он со смехом.
– Как ты думаешь, почему Алекс так относится к «John’s»?
– Тебе придется спросить у него. Я действительно не знаю. Помню, что он говорил об этом в тот день, но не помню, сказал ли он, почему. Я решил, что это просто пришлось к слову и ничего не значило. Знаешь, мечты, которые ты рассказываешь кому-то другому, понимая, что они никогда не сбудутся.
Он смущенно улыбается.
– Что? О чем ты подумал?
– О тебе. Ты – моя мечта, которая, как я был уверен, никогда не сбудется. – Он наклоняется и целует меня в лоб. – Иногда мне казалось, что я обрек себя на провал, затеяв весь этот маскарад. Но вот ты здесь.
– Тебя не беспокоит, как я здесь оказалась? Что все это затея Алекса?
– Скорее я готов поблагодарить его, что он познакомил меня с женщиной моей мечты.
Я смотрю на него с минуту, пытаясь понять, искренен он или нет.
– Я знаю, что это, наверное, нетипично для мужчины – говорить такие вещи. Может быть, это потому, что я потерял маму в юном возрасте, или из-за того, как мой отец воспитывал нас. Как бы то ни было, я понял, что мне нужно быть осторожным с женщинами, которых я впускаю в свою жизнь. Я романтик.
– И поэтому тебе пришла в голову идея устроить бал-маскарад.
– Да, это был единственный способ познакомиться с женщинами, не беспокоясь о том, что они узнают, кто я такой. В день оглашения завещания я узнал, что мой отец также опубликовал длинное заявление, в котором говорилось, что я не просто не должен общаться с братом, но и должен жениться, чтобы не потерять наследство.
– Не может быть, он действительно сделал это с тобой? С того света?
Райан кивает.
– Да. Он мертв уже пять лет, и до сих пор управляет моей жизнью.
– Это позор. Судя по всему, ты многим обязан Алексу. Похоже, он всегда был для тебя хорошим братом. Даже когда ты был младше.
Он кивает головой.
– Да, до недавнего времени он был самым лучшим братом. После оглашения завещания все стало сложнее, и мы сбились с пути, но я по-прежнему считаю, что мы очень близки. Даже если он злится на меня.
– Ты еще не рассказывал мне об этом.
– Скоро, обещаю. Обо всем этом было трудно говорить. Поскольку вызывает воспоминания и чувства, которых я не испытывал уже очень давно.
Он смотрит мимо меня, вдаль, его мысли витают где-то в другом месте, но потом он снова обращает внимание на меня. Уголки его рта подтягиваются вверх.
– Забавно, что ты считаешь, что я многим обязан своему брату. Думаю, я могу добавить к списку и тебя. Потому что, даже если причина была неправильной, она все равно свела нас вместе.
Я тянусь к нему и поднимаю рукав его футболки, чтобы поцеловать его голое плечо, а затем губы.
– Я еще так много хочу тебе рассказать, но не сегодня. Всегда есть завтра. Сегодня наша последняя ночь вместе на ближайшие несколько дней. Ты ведь заберешь бабушку завтра днем?
– Да, я заберу ее и отвезу домой, так что завтра вечером мы с тобой не увидимся.
– Знаешь, у меня есть такая штука, как машина. Я могу отвезти вас. Мы можем забрать ее вместе, а потом отвезти к вам домой. Я могу помочь тебе занести ее вещи. Я бы хотел быть рядом. И хочу с ней познакомиться. Она важна для тебя. Так что встреча с ней важна и для меня.
– Только не завтра, – говорю я. – И дело не во мне, а в бабушке. У нее не будет всей ее косметики и всего, что нужно, чтобы хорошо выглядеть, как она любит говорить. Она будет так расстроена, встретившись с тобой и не почувствовав себя на все 100% готовой. Если бы не это, я бы с радостью приняла твою помощь и очень бы хотела, чтобы вы с ней познакомились. Я знаю, что она тоже будет рада встретиться с тобой. Она так много о тебе слышала.
– Правда? Надеюсь, только хорошее. – Он ухмыляется.
Я смеюсь.
– Только самое лучшее.
– Я собираюсь принять душ. Хочешь присоединиться ко мне? – спрашивает он, поднимаясь с кровати, его голос хриплый.
Мое сердце колотится в груди. Я киваю, внезапно осознав, как сильно от меня пахнет метро. Я прикусываю губу и нервно сглатываю, пока он включает душ.
Райан медленно раздевает меня. Снимая каждый слой одежды, он нежно гладит мое тело. Я захожу в душ и позволяю теплой воде стекать по моей коже, наблюдая за тем, как он раздевается.
Его мышцы напрягаются, когда он снимает рубашку, обнажая идеальный пресс. Я могла бы целый день смотреть на мышцы его живота, но как только он полностью обнажается, мой взгляд перемещается на его твердый член.
Райан входит в душ и руками тут же обнимает мое лицо, притягивая меня к своим губам. Его язык скользит по моим, прежде чем он отстраняется и улыбается.
– Давай сначала вымоем тебя, – говорит он, улыбаясь.
