Текст книги "Согретая льдами (СИ)"
Автор книги: Лидия Вьюжная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
Глава 21
Утром я проснулась от того, что меня будят нежными поцелуями в шею. Лениво открыв глаза, увидела Рика, который счастливо улыбался, словно мальчишка.
– Доброе утро, снежинка!
– Доброе утро, мой защитник, – улыбнулась в ответ.
– Скоро принесут завтрак, так что пора вставать и собираться. Я быстро проведу собрание и выдвигаемся, – подмигнул он и, поцеловав в губы, спешно удалился в свои покои.
Я еще никогда не была так счастлива. Дорогой моему сердцу мужчина будит поцелуями после ночи, проведенной в одной постели. И это без всяких пошлостей. Простой сон в объятиях возлюбленного. Душа наполнялась теплом и уютом. Хочу, чтобы каждое утро начиналось именно так.
Лениво встав с кровати, направилась приводить себя в порядок. Спешить некуда, можно и полениться. Соберусь после завтрака, пока Рик будет занят.
Выйдя в гостиную, погладила Пушка, который мирно грелся у камина. Зверь мне в ответ радостно вильнул хвостом и заурчал. Рика еще не было. В дверь аккуратно постучали и на пороге появилась Лия.
– Доброе утро, леди Снежа, – улыбнулась девушка.
– Доброе, – поприветствовала ее. – Лия, давно не видела Дею. Что же за поручения у нее такие?
Девушка на секунду замялась, внимательно посмотрев на меня. Я же сидела с беззаботным видом, как будто спросила просто из интереса.
– В гостевых покоях не хватало прислуги и ее направили туда, – все также улыбчиво ответила девушка, как и при приветствии. Все следы сомнений от моего вопроса стерлись, как будто и не было.
– А, тогда понятно.
Делая вид, будто потеряла интерес к этой теме, начала рассматривать выставляемые блюда. Но на самом деле была одна не состыковка. Если бы в гостевом крыле не хватало прислуги, то Дею не заменила бы Хита. Неужели я пригрела змеюку?
– Доброе утро, – в комнате появился Рик.
– Ваше Величество, – Лия сделала книксен и, доставив последнее блюдо, поспешно удалилась. Как только дверь за девушкой закрылась, я молча пальчиком поманила Рика к себе с серьезным лицом.
– Я весь во внимании. Так и вижу по твоему лицу, что у нас новости, – улыбнулся он.
– Мне кажется, что Лия точно не на нашей стороне, – высказала свое опасение.
– Почему ты так решила?
– Еду, в которой было зелье, приносила она. Дея пропала, а Лия сказала, что та занята другой работой. Теперь она говорит, что в гостевом крыле не хватает прислуги, поэтому Дея там. Но в то же время ко мне приходила Лия и Хита. Если бы не хватало слуг, то осталась бы только Лия и никаких других слуг тут бы не появлялось. Да и насколько я знаю, то в гостевом крыле прибавлений не было.
– Дорогая, поверь, слуг у нас во дворце более чем достаточно. Девушка явно пользуется твоим незнанием и откровенно врет.
– Так и думала, – кивнув, ответила мужчине. Что же ты Лия творишь? Что задумала? Сама присоединилась к противникам или кто-то заставил?
– Только с этим мы разберемся позже, согласна?
– Абсолютно. Давай завтракать. Чем быстрее уедем, тем быстрее вернемся.
Позавтракав, мы разошлись каждый по своим делам. Мне нужно было собрать некоторые вещи, которые могут пригодиться в дороге. И не исключаем случай, если мы снова окажемся в экстренной ситуации.
Одежду выбрала максимально комфортную и теплую. И самое главное, сапоги взяла по колено, чтобы не набирать в ботинки снег из сугробов. Теплые варежки, шапку, куртку под накидку, ватные штаны. Одежда в моем мире намного удобнее и практичнее, чем здесь. Не сидят же девушки круглыми сутками по домам, да покоям. И как они справляются в платьях? Не чувствуют холод – это одно, но, если попадает снег под платье, – это же неприятно.
И последним пунктом была еда. Мама, конечно, нас накормит, но дорога дальняя и морить голодом себя и своего мужчину я не планирую. Быстро сходив на кухню и проследив, чтобы в еду не подсыпали ничего криминального, вернулась в покои. Проверив каждую деталь, решила, что идеально справилась с задачей.
На кухне, кстати, все держались как-то отстраненно и холодно. Они выдали мне необходимое, как роботы, даже не спросив зачем и куда, а главное кто я. Всех прислуг они должны знать, так как те мелькают ежедневно. Откуда такое безразличие?
Рика все еще не было. Я успела и посидеть в кресле, листая книгу, и задумчиво посмотреть в окно, и уже подумать о плохом, пока дверь не открылась, впуская мужчину внутрь.
– Я уже начала волноваться, – с порога кинулась к нему, обнимая.
– Были бы причины, – ухмыльнулся он, обнимая в ответ.
– Как будто у нас все спокойно! – возмутилась я.
– Все готово?
– Да, можем выдвигаться. Только я не знаю, а как быть с Пушком, – посмотрела в сторону животного.
– Пусть бежит с нами, ему полезно будет размяться.
Животное сразу вскочило со своего места, начиная прыгать и наворачивать круги, радуясь предстающей прогулке. Как ему мало нужно для счастья.
Больше не теряя времени на разговоры, мы пошли к заранее подготовленной карете. С нами в сопровождении порывались ехать помощники Рика, но он попросил их остаться во дворце. Мне показалось это правильным решением. Неизвестно сколько мы пробудем в моем мире. А так как переход на территории Леделии, то не стоит подвергать опасности сопровождающих. Справимся сами, ведь до этого справлялись.
На улице стояла относительно теплая погода, это если говорить о здешних местах. Ветер властвовал где-то в другом месте, поэтому было вполне комфортно, только солнышка не хватает. Вечная хмурость действовала угнетающе.
Мы разместились в карете, надеясь на легкое и быстрое путешествие. Меня откровенно пугал только переход. В эту сторону я попала каким-то странным образом и не запомнила момент переноса. Что, если и в этот раз я отключусь? Будет неприятно проснуться в сугробе, хоть мне и не привыкать.
Карета тронулась в путь, унося нас навстречу ответам. Должна же мама знать правду? Логически я понимаю, что здесь что-то нечисто, но мое всепоглощающее доверие маме противилось этому. Она мой единственный родной человек и не могла всю жизнь лгать.
– Рик, а ты уже бывал в мое мире? – решила завести непринужденную беседу, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей.
– Нет. Я только сопровождал девушек до перехода.
– Ага, значит для тебя это первый раз? – хищно улыбнулась, уже придумывая, что можно показать мужчине в короткие сроки, чтобы удивить его.
– Меня настораживает твоя улыбка, – прищурился он.
– О, тебя ждут великие открытия! – смотрю на него довольная.
– Не сомневаюсь. Главное, чтобы они были безопасными, – подмигнул Рик.
– Знаешь, в моем мире, как я уже говорила, девушки пользуются косметикой. Она помогает скрыть изъяны и выгодно подчеркнуть внешность. Так вот, кажется, я начинаю вводить эту тенденцию и здесь. Как думаешь, может стоит быть не королевой, а предпринимателем? Открою свой бизнес, буду украшать ваших девушек, – с энтузиазмом решила поделиться мыслями. С одной стороны, я шутила, но с другой, если бы встал выбор кем быть, то точно не королевой.
– А что тебе мешает совмещать? – кинул на меня лукавый взгляд Рик.
– Кажется, у меня нет выбора отказаться от королевского трона, – взгрустнула я. – Вместе с ним придет много проблем и ответственности, на интересные занятия для души времени не останется. Пока узнаю подробности жизни здесь, историю, быт, пока разберусь что к чему, желание к этой затее потухнет, так и не разгоревшись.
– Поживем – увидим, – задумчиво протянул Рик. – Ты же помнишь, что у тебя есть я. Никто тебя не бросит одну с проблемами королевства.
Ему сейчас очень нелегко и это видно. Вопрос управления королевством у него стоит острее, чем у меня. Ведь он действующий правитель, которому нужно навести порядок. Если мои территории – хаос и разруха, то под крылом Рика целый народ. Но даже при таком раскладе он поддерживает меня и обещает помогать. Хорошо, что ярость от промаха отступает, заменяясь рассудительностью.
– Ты так и не рассказал почему выбрал именно нас троих на торгах? – вспомнила волнующий ранее вопрос. Сейчас это уже неважно, ведь главное, что судьба свела меня с таким замечательным мужчиной. Но чисто интерес для галочки остался.
– Когда ты толкнула меня в шатре, и я повернулся, то увидел в твоих глазах искры сопротивления всему, что с тобой происходит. Тогда я решил, что ни у одного из покупателей долго ты не проживешь с таким буйным нравом. Считай, что я увидел в тебе потенциальную смертницу, что тебя и спасло. А окончательно я убедился в тот момент, когда ты начала своевольно сопротивляться на сцене. Это было настоящее шоу. Еще никто так отчаянно не нарывался на неприятности.
– Это у меня буйный нрав? – возмутилась я. – Такую милую девушку еще поискать нужно! Да я ангел с белыми крылышками и нимбом над головой!
– В этом я не сомневаюсь, – рассмеялся Рик, подсаживаясь ко мне.
– Просто мне, как и любому другому, хочется жить в свободе, подаренной при рождении, – грустно сказала я, вспоминая все переживания в плену.
– Ты свободна, Снежа. Никто тебя не держит на цепях, никто не указывает. Ты вольна принимать решения и следовать им, – уже серьезно ответил мужчина.
За разговорами мы не заметили дороги. Мы обсуждали серьезные вещи и не очень. Шутили, дурачились, игрались и очень много целовались. Я благодарна Рику за ту гармонию, которую он привносить день за днем. У нас бывают моменты грусти, моменты радости, но вместе мы справимся со всем.
Единственный минус такой поездки – затекшее тело. Почти сутки в одном положении имеют свои последствия. Но доехали мы без происшествий, что уже радует, а остальное можно потерпеть.
Первым вышел Рик, осматривая пространство. Все-таки мы на территории Леделии и в любой момент может случиться непредвиденное. Отдельным пунктом хочу выделить снежургов, которых глаза бы мои не видели. Отродья – самое верное для них название. Может быть я жестока, но таких нужно истреблять. Ладно бы жили спокойно, никого не трогали, еще можно подумать.
Когда обстановка была проверена, мой защитник помог выйти из кареты. Мы направились к пустому пространству, где были лишь белые нетронутые снега.
– Рик, а нам долго идти до места? – взволнованно спросила мужчину, потому что не была готова к пешим подвигам.
– Оно здесь, – он кивнул в сторону.
– Я ничего не вижу, – еще раз всматриваясь, пыталась разглядеть хотя бы колебания воздуха. Какие-то же приметы и обозначения должны быть.
– Это нужно чувствовать. Здесь меняется плотность.
– Видимо, мне это не понять, – развела руками и молча последовала за Риком дальше. Почему он что-то чувствует, а я нет? Плотность – не магия, на меня она тоже должна влиять.
– Ты еще почувствуешь, – подбодрил меня он. – А теперь нужно торопиться, не хотелось бы пересечься с местными тварями. Все это время он держал меч наготове, чтобы отбить атаку, если такое потребуется. Предусмотрительно, если учесть, как часто я приносила ему неприятности.
Пять шагов вперед и на меня навалилась тяжесть. Вначале я подумала, что это Пушок решил обнять сзади всей своей огромной тушей. Только обернувшись, увидела, что зверюга спокойно бежит следом. Кажется, это именно та плотность о которой говорил Рик. Вот и до меня она добралась.
Еще три шага вперед, и я проваливаюсь в воронку. Крик застрял в горле. Или просто все звуки поглотились в круговороте цветов и звуков. Мое первое осознанное путешествие по разрыву. Кажется, что ты маленькая песчинка в огромной пустыне небытия. В этот момент перестаешь чувствовать себя целой. Будто твое тело больше не твое и существует лишь искра сознания, блуждающая по бесконечным коридорам вселенной.
Не знаю сколько длился переход, но выплюнуло меня аккурат лицом в сугроб. Все как я люблю! Рассердилась я не на шутку.
– Тьфу, твою ж налево! Эй, мироздание, аккуратнее нельзя? Чтоб вас всех там перевернуло хорошенько, да пустой головой об пол, – отплевываясь от снега, ругалась я.
Пока я бурчала на весь мир и вселенную крепкой бранью, не заметила, как рядом появился Рик, протягивая руку помощи.
– Леди не принято так ругаться, – посмеивался надо мной мужчина.
– Не будь такой занозой в одном месте, Рик! – вылезая из сугроба, я осмотрелась и поняла, что из нас троих только я позорно упала. – Почему меня постоянно тянет в сугроб? Из нас двоих именно тебе там самое место, ледяной король.
Не на шутку разозлили меня эти законы притяжения. Я никогда не просила умывания ледяным снегом. Справедливости ради замечу, что здесь хоть и зима, но гораздо теплее, чем в мире Рика.
– Ты такая забавная, когда злишься, – уже открыто заливался смехом мужчина.
Да убереги его грешную душу! Говорить девушке, которая пребывает в бешенстве, что она забавная, – самоубийство. Было бы побольше времени в моем мире, точно выписала бы ему книгу о женской психологии.
– Еще слово, и ты тоже будешь жевать снег, – рыкнула на него.
Не успела моргнуть, как снова оказалась лежащей, только теперь сверху на Рике. Он так по-мальчишески улыбался, смотря на меня счастливыми глазами. Мне больше не хотелось обижаться, но я продолжала держать маску злости. Только долго это не продержалось, и я тоже улыбнулась и рассмеялась.
– А теперь можешь кормить меня снегом. С твоих рук я готов есть все, что угодно, – довольный собой, он смотрел мне в глаза, заражая своим весельем.
– Потом не жалуйся, – коварно улыбнулась ему.
– Я каждый день благодарю Вьюна за встречу с тобой, так что от меня не дождешься.
И как бы нам не хотелось дурачиться дальше, но время не на нашей стороне. Пришлось подниматься и идти в деревню. Вот когда все наладится, у нас будет много времени, чтобы веселиться.
Глава 22
Родная деревня встретила привычными запахами и до боли знакомым видом. Ребятишки играли в снежки и катались на санках, взрослые бегали по делам. И такое умиротворение поселилось в душе, что захотелось плакать от облегчения. Я снова дома. Правильно говорят, что дом – место силы. Меня затопило теплом к этому месту и живущим здесь людям.
Рик осматривал пространство настороженно. Видимо, боялся враждебности другого мира. Я взяла его за руку. Теперь я буду его путеводителем, потому что здесь считаюсь хозяйкой.
– В деревне все люди хорошие и не причиняют вреда чужим.
С улыбкой я двинулась в сторону своего дома, ведя за собой мужчину. Кажется, сейчас состоится знакомство с родителями. Вот так дочь отлучается на недельку, а возвращается с суженым.
И тут я вспомнила свои гадания два месяца назад после Рождества. Тогда я ложилась спать и привычно, по велению матушки, положила расческу под подушку и сказала ритуальные слова. Мне снился мужчина, только я тогда не предала этому никакого значения, потому что не видела лица. Теперь понимаю, что это был Рик. Надо же, какая удивительная вещь – память. Что-то можно забыть насовсем, что-то забыть на время и потом резко вспомнить, а что-то не дает покоя на протяжении жизни, не желая уходить из воспоминаний.
Так как дом был самым крайним, то видели нас лишь из далека. Это было своеобразным облегчением, что сначала я познакомлю моего защитника с мамой, а потом уже с остальными в деревне, если останется время.
Мне всегда казалось, что наш дом самый уютный и красивый. Скорее, это была детская привязанность и преувеличение. Дом был красив, но, как и все в деревне. Деревянный сруб, имеющий два этажа. Окна, обрамленные в резные рамы. Величественное парадное крыльцо, зазывающее зайти в гости. Гостей у нас и правда всегда было много: будь то по делу или же просто на чай.
Пройдя через калитку, меня начало одолевать волнение. Что если маме не понравится Рик? Что если окажется, что Рик и Адель были правы, и моя уверенность в честности мамы пошатнется?
С каждым шагом становилось тяжелее и тяжелее. Где же то облегчение, которое я испытала, когда увидела деревню?
– Не волнуйся, я рядом, – подбодрил меня Рик.
Я благодарно сжала его руку сильнее. Последний шаг стал самым тяжелым. Я берусь за ручку увесистой деревянной двери. Выдох и дверь открывается. Робкий шаг за порог. В доме ничего не поменялось с моего последнего воспоминания, но ощущение, будто я не была тут лет десять. Каждая деталь бросается в глаза. А запах такой знакомый, у нас всегда пахло вкусной едой, создавая своеобразную атмосферу. Только мамы не видно.
– Мам, – тонким писклявым голосом зову единственную дорогую женщину.
– Снежинка? – удивленный возглас со второго этажа и поспешные шаги.
– Ты второй, кто называет меня снежинкой, – полушепотом ответила на удивленный взгляд мужчины.
– Я вернулась, – это уже было замершей маме на лестнице. Волнительная улыбка на моем лице являлась признаком, что я еще не расплылась, как тряпка.
Женщина сорвалась с места и побежала мне на встречу, шаркая тапками. Она у меня не очень молодая, как у остальных в деревне, но зато самая любимая. Рик отцепил мою онемевшую руку от своей и подтолкнул вперед. Именно этого мне не хватало – помощи. Я побежала навстречу родным объятиям забыв обо всем.
– Снежа, девочка моя, я так волновалась, – обнимая и поглаживая меня, шептала мама.
– Мне много нужно рассказать, – слегка отстраняясь, ответила маме. В глазах у нас обеих стояли слезы. Мы обе не привыкли так надолго расставаться. Это было не только мое испытание, но и ее. – Я так скучала по тебе!
– Не стойте на пороге! Проходите на кухню. За горячей едой и вкусным чаем с блинчиками разговор пойдет легче и приятнее, – тепло улыбаясь, подгоняла нас с Риком мама.
Она у меня женщина большого и доброго сердца. Никто из пришедших в ее дом не будет чувствовать себя не в своей тарелке. Некоторых потом еще и не выгнать, настолько им нравится атмосфера хозяйского гостеприимства моей мамы.
Рик помог мне, а затем разделся и сам. Самое удивительно, что Пушок зашел в дом вместе с нами и сейчас пытался обойти нас, чтобы добраться до печи. А я точно знаю, что именно туда, потому что эта зверюга такая же теплолюбивая, как я. И откуда в животном с ледяных краев такое пристрастие?
Мы прошли на кухню. Я усадила Рика за стол, сама же пошла помогать маме. Вдвоем мы быстро организовали маленький пир. Запахи стояли родные и до боли знакомые. Никогда бы не подумала, что можно так сильно скучать по вещам, на которые раньше совсем не обращаешь внимания. Все казалось обыденным, а сейчас каждая деталь напоминает о чем-то далеком и счастливом.
Уже сидя за столом, мы молча смотрели друг на друга. Лишь иногда я уводила взгляд, когда пыталась собраться с мыслями.
– Ну-ну, доченька! Ты это брось, рассказывай как есть и не бойся, – поддержала меня мама. Она никогда не ругала меня, даже если я откровенно косячила. Всегда были мудрые советы и слова, которые напрочь отбивали желание повторять плохие поступки. И я благодарна такому воспитанию, особенно, если вспомнить рассказ Адель о ее детстве.
– Для начала, мам, знакомься. Это Рикэл, – указала на мужчину рядом со мной. – Рик, а это моя мама, Любовь Ивановна.
Они обменялись любезностями и все внимание снова оказалось на мне. Разве что Рику мама наказала кушать, потому что мужчина всегда должен быть сыт. Я удивляюсь как за все года сохранила стройную фигуру с таким питанием! По ее мнению не только мужчина, но и растущие организмы, и девушки, желающие хорошо выглядеть, должны кушать. Будь ее воля, то в мире не осталось бы голодных.
После представления, я начала рассказ с самого начала, когда пошла гулять в лес нашего мира, и закончила тем, что поселилась во дворце у Рика в другом мире и обрела королевскую метку, найдя жениха.
Мама во время всего рассказа внимательно меня слушала, ужасаясь в некоторых моментах, например, когда снежурги тащили меня, торговали людьми и гнались за нами до границы. И это я ей еще о заговоре, предателях и наших планах не рассказала.
– Значит, не просто так вернулись сюда ко мне? – подвела итог она.
– Мам, у меня изначально в планах было вернуться домой и никогда в жизни там не оставаться, – начала оправдываться я. Понимаю, что это может выглядеть жалко, но ведь это правда. Я не хотела задеть ее чувства неправильными выражениями мыслей.
– Ты изменилась. И внешне, и внутренне, – осматривала меня мама. – Это и к лучшему, пора взрослеть и быть самостоятельной. Я дала тебе все, чем была богата сама. Рядом со мной ты дальше не вырастешь.
– Ты меня отпускаешь? – ошарашенно смотрю в ответ, не веря своим ушам.
– Твое письмо, что привезли мне девочки, было красноречивым доказательством, что ты сделала выбор. Я его принимаю. Потому что вставать на пути у ребенка, который начинает свой путь, – верх родительской глупости.
– Но я даже не планировала… – в замешательстве начала я, растерянно смотря то на маму, то на Рика.
– Я знала, что так будет, – с тяжелым вздохом она вышла с кухни.
Мы с Риком переглянулись, не понимая, что значили последние слова. Что она знала? Куда ушла? Ее не было несколько минут. За это время я несколько раз пыталась взять чашку с успокаивающим чаем, только так и не смогла донести до рта. Все содержимое расплескивалось, стоило приподнять чашку над столом. Руки тряслись, в горле стоял ком, а на глаза наворачивались слезы. Когда мама вошла, я уже не ждала ничего хорошего.
– Успокойся. Слезы тут лишние, – мягко проговорила она, протягивая какой-то старый сверток. – Это тебе привет из прошлого. Я бы хотела, чтоб этот момент никогда не настал, но раз случилось, то препятствовать не стану.
Дрожащими руками беру сверток и начинаю разворачивать. Узелок долго не поддавался. На помощь пришел Рик, он аккуратно развязал и вернул мне. Я развернула обертку, которая была похожа на фольгу внутри и нечто махровое снаружи. Никогда не встречала такой ткани.
Внутри лежала маленькая коробочка и конверт. Первым делом я решила посмотреть, что же скрывается в деревянной лакированной шкатулке. Размером она была с половину ладони. Перед открытием я испытала какой-то трепет, отгоняющий волнение. Предвкушение?
Решительно поднимаю крышку. Там, на бархатной подушечке лежит кулон из желтого металла, но не золота. По форме он мне напомнил лучи солнышка. Очень искусно выполненная работа, такие не в каждом ювелирном увидеть можно.
– Это же солнечное око, – с придыханием сказал Рик.
– Понятия не имею, что это значит, – вопросительно смотрю на мужчину и маму. Мама лишь пожала плечами и развела руками.
– Это артефакт, который накапливает в себе редкие лучи солнца в моем мире. Считается, что такой пробудит силу даже в том, кто не предрасположен к магии. Либо вернет ее тому, у кого забрали, – пояснил Рик.
– Доченька, прочитай письмо. Думаю, что ответы в нем, – посоветовала мама.
– Я пойду к себе, – в каком-то трансе взяла письмо и кулон, покидая кухню. Если там что-то личное, то лучше я буду наедине со своими мыслями. Даже при родных людях мне будет тяжело плакать и сосредоточиться на смысле написанного.
Поднявшись в свою комнату, я осмотрелась. Только теперь здесь все казалось чужим и далеким. Прежняя беззаботная Снежа хорошо вписывалась, а вот нынешняя уже привыкла к покоям в Морозее. Теперь все милые игрушки, книжки, плакаты были неинтересны.
Скользнув взглядом по комнате, я не смогла найти того, что колыхнуло бы мои чувства. И это очень странно, потому что вся моя жизнь прошла в этой комнате. Должны же детские комнаты вызывать теплые чувства у людей. Почему со мной не так? Будто я попала в комнату подруги. Да, привычный интерьер, да, знакомые вещи, но как будто это больше не принадлежит мне.
Решив повременить с письмом, я двинулась в угол комнаты. Под одной из напольных досок был спрятан мой дневник. Там записан каждый день, начиная с моего пятнадцатилетия. Для меня это было важно, он был моим другом, которому можно рассказать все. Подруги и друзья, с которыми я раньше проводила время, поуезжали, поэтому последние года я была больше сама с собой.
Я достала дневник со смешанными чувствами. Сейчас у меня в одной руке привычная прошлая жизнь, а в другой неизвестное будущее. Пролистав дневник, я вспоминала моменты счастья, моменты подростковых девичьих переживаний. На лице появилась улыбка. Такие серьезные проблемы для ребенка и совсем пустяковые для взрослого. Но каждое переживание имеет ценность и право на существование. Ведь наша личность и стадии взросления зависят как раз-таки от пережитого опыта всего эмоционального спектра. Если человек испытывает только счастье, то он не сможет понять все грани мира. Череда белых и черных полос выковывает характер.
У меня не было больших трагедий в жизни, не было испытаний, кроме надуманных и раздутых проблем, с которыми помогала справляться мама. Но тем не менее, именно эти проблемы и последующее их решение, путем понимания сути, сделали из меня ту, что я сейчас. Точнее ту, какой я попала в другой мир. А вот там мне пришлось основательно измениться. Или же ситуации изменили меня? Но факт остается – я другая. Теперь во мне больше сосредоточенности, настороженности и меньше беззаботного веселья. Удивительно, что лишь одна неделя может заставить переосмыслить поведение и ценности жизни.
Отложив дневник в сторону, я взяла двумя руками конверт и задумчиво сканировала его глазами. Что же там может быть? И почему мама не отдала мне это раньше?
Я доверяю мудрости матушки. Иногда должен прийти определенный момент для осознания и понимания вещей. Но мне бы хотелось узнать раньше, что где-то лежит письмо для меня. Даже не представляю от кого оно может быть. Хотя, если отбросить свое упрямство и посмотреть здраво, предположения все-таки есть.
С тяжелым сердцем и ворохом мыслей я крутила конверт в руках, боясь сделать первый шаг. Как только конверт будет открыт, то пути назад не будет. Я чувствую, что с этим письмом придет поворотный момент моей жизни.
Тянуть дальше некуда, пора прогнать трусость и проявить решимость. Некоторые поступки в жизни только мои. И пора прекращать надеяться на помощь близких людей в каждой ситуации, где могу справиться сама. Где должна это сделать сама.
Еще с пять минут я смотрела на конверт с пожелтевшей от времени бумагой и причудливой печатью на обратной стороне. Время открывать старые тайны.
