355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лидия Некрасова » Я из Африки » Текст книги (страница 2)
Я из Африки
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 22:21

Текст книги "Я из Африки"


Автор книги: Лидия Некрасова


Жанр:

   

Детская проза


сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Глава IV. Какие бывают наказания

Сегодня во время переменки мальчики из пятого класса затеяли игру в футбол не на спортивном поле, а прямо около школьного здания. Окна того класса, где обычно занималась с второклассниками Анна Ивановна, были открыты. Мяч влетел в класс и, ударившись о парту, запрыгал по полу.

Шустрый Алеша Скачков, конечно, не выдержал, схватил мяч и вскочил на парту, чтобы выбросить мяч во двор. Там уже, задрав головы вверх, от нетерпения ревели и кричали футболисты из пятого класса. Алеша захотел показать свое искусство. Он ударил мяч о подоконник, чтобы отпасовать его ловким и сильным ударом вниз, во двор…

Но со всего размаха носок Алешиного ботинка стукнул сначала по мячу, а потом по стеклу… Зазвенев, посыпались на пол блестящие осколки. Ребята замерли.

Раздался звонок, и в класс вошла Анна Ивановна. Алеша так и стоял, замерев на месте. Одна нога – на подоконнике, другая – на парте. Стекла валялись вокруг него.

– Что произошло? – спросила Анна Ивановна.

– Я разбил стекло, – мрачно сказал Алеша, сердито глядя на свой ботинок, как будто именно он, этот черный ботинок с облезлым носком, был виноват во всем том.

– Прежде всего пойди к нянечке, попроси у нее веник и совок. Нужно аккуратно подмести и собрать все стекла. А потом ты нам объяснишь, как это произошло. Ведь мы теперь из-за тебя не можем начать заниматься, хотя перемена кончилась…

Видно было, что Анна Ивановна рассердилась на Алешу. Понурив голову, он соскочил с парты, ни на кого не посмотрев, прошел мимо стоящих ребят и направился к двери…

– Садитесь, ребята, на места. Ведь стекла не на всех партах… – Анна Ивановна покачала головой. – Да, придется Алешу наказать! – сказала она строго, качая головой.

И вдруг Нана бросилась к Анне Ивановне. Повиснув у нее на руке, прижимаясь к ней щекой, она говорила быстро-быстро, путая португальские и русские слова.

– Не надо! Не надо наказывать!.. Алеша не хотел разбить окно!.. Алеша не хотел… Не надо наказывать! Пожалуйста, не надо наказывать!.. Это очень больно! Очень больно, если по рукам бить палматориу… Очень больно! Анна Ивановна, скажите, не надо наказывать Алешу! Я знаю, это очень больно! У нас в школе наказывали мальчика… Он кричал… Очень больно! Очень больно!.. Не надо!

…Да, в африканской школе однажды наказывали мальчика, маленького Себастьяна… Учитель держал его руку за пальцы, ладонью кверху, и ударял по ней тяжелым палматориу… Маленький Себастьян кричал, подпрыгивая и стараясь вырвать руку из руки учителя… Но его маленькая коричневая худая рука была крепко зажата в белой руке учителя… Тяжелый деревянный круг с пятью отверстиями то поднимался, то опускался на узенькую ладонь мальчика… А все остальные дети должны были смотреть, как наказывали Себастьяна.

А что сделал маленький Себастьян? Он ни в чем не был виноват! Он попросил у белого мальчика, Жоана, заводной автомобильчик… Он был уже совсем старый, весь поцарапанный, но если его заводили маленьким ключиком, он все-таки бегал и тихонько жужжал. Себастьян попросил у Жоана этот автомобильчик, и Жоан, у которого дома было много красивых игрушек, подарил Себастьяну свой красный, поцарапанный автомобильчик. Себастьян был так рад… Во время урока он его рассматривал, держа под партой… И улыбался.

Учитель заметил, что Себастьян что-то рассматривает под партой. Он тихо подошел, заглянул и увидел зажатый в тоненьких пальцах Себастьяна красный поцарапанный автомобильчик…

– Покажи, что там у тебя такое? – раздался над ухом Себастьяна голос учителя.

Себастьян испуганно протянул руку. Красный автомобильчик лежал вверх колесами на его ладони.

– Ты украл его, конечно! И теперь потихоньку любуешься? – сердито вскричал учитель.

– Нет, – сказал Себастьян. – Жоан мне его подарил!

Учитель повернулся к Жоану.

– Неужели это правда? Ты ему подарил? Не может быть!

Жоан опустил голову и молчал. Молчал… Может быть, он испугался, что учитель рассердится на него, подумает, что он, белый мальчик, сын всеми уважаемого торговца, сеньора Акасиу Лину, дружит с маленьким черным Себастьяном, сыном прачки Накалулы, и даже делает ему подарки… А может быть, он уже пожалел свой автомобильчик… Жоан молчал, опустив голову.

Учитель схватил красный автомобильчик, все еще лежащий на ладони Себастьяна, и положил его на парту перед Жоаном.

– Возьми свою вещь, мой милый, и больше не приноси в школу такие хорошие игрушки… Тем более что здесь учатся черные… Каждый из них может быть вором… Возьми, мой милый Жоан, и спрячь свою игрушку.

Жоан медленно протянул руку, взял автомобильчик и спрятал его в карман. Себастьян, широко открыв глаза, ничего не понимая, смотрел на Жоана: ведь он подарил ему игрушку!


– Теперь нам придется наказать Себастьяна! – сказал учитель и снял со стены палматориу. – Встаньте все и смотрите, чтобы вы хорошо знали, что это такое!

Нана уже давно знала, что это такое. В деревне у бабушки Нандунду живет несколько человек с искалеченными руками… Не только маленьких школьников, но и взрослых людей наказывают португальцы, выламывая им пальцы, разбивая ладони страшным палматориу… В каждом полицейском участке, у каждого чиновника колониальной администрации на стене висит палматориу, «ребенок с пятью глазами», как его называют африканцы… Висит на гвозде, вбитом в стену.

Старый Кажангу давно уже не может работать… У него вывихнуты пальцы на обеих руках… Это сделало палматориу. Бабушкин слуга, совсем еще молодой Чипанда, не может ничего делать левой рукой… За что его били? Чипанда пожимает плечами… Разве бьют за что-нибудь? Белые бьют черного человека только за то, что он черный. Чипанда не прибежал достаточно быстро на зов белого начальника. Этого было достаточно.

Вот он, этот маленький, но страшный деревянный круг на деревянной ручке. Пять круглых отверстий, сделанных для того, чтобы разрывалась кожа на ладони…

– Кто придумал это? – спрашивала мама у бабушки Нандунду.

Бабушка, старая и мудрая, отвечала:

– Не знаю. Кто-то из белых придумал. Еще тогда, когда был жив мой отец… Еще тогда, когда черных людей продавали в рабство… А кто придумал кнуты из гиппопотамовой кожи? Тоже они, белые. Кнуты из гиппопотамовой кожи, жесткой и колючей. Кнуты, которые сдирают кожу со спины человека при первом же ударе…

Нана давно уже знала, что такое палматориу. Она стояла и смотрела на большую белую руку учителя. Медленно поднималась и опускалась деревянная ручка, глухой странный звук слышался при каждом ударе. Громко кричал маленький Себастьян…

Дома Нана рассказала все своей маме. Как Жоан подарил автомобильчик, а потом не сказал учителю ни слова…

Мама пошла в школу, долго разговаривала с учителем, просила его разрешить маленькому Себастьяну ходить в школу. Ведь он не был вором. Он не украл автомобильчик. Сам Жоан подарил ему… Себастьян такой толковый мальчик. Его мать так много работает, чтобы он мог ходить в школу…

– Я прекрасно понимаю ваши добрые чувства… – сказал учитель, презрительно посмотрев на маму. – Я прекрасно понимаю, что заставляет вас защищать этого черного мальчишку. Вам повезло… Вам, африканской женщине, удалось окончить лицей и стать учительницей только благодаря родственникам вашего мужа… Мы ценим и его и его родителей как наших преданных друзей… Но я не советую вам выступать в роли защитницы черного населения… Вы знаете, вероятно, что это теперь рискованно… И так вы слишком часто ездите к вашей бабушке, которая живет у себя в глуши, как старая колдунья, и не желает поддерживать отношения с нами… Я больше не советую вам говорить об этом…

Когда мама, волнуясь, рассказывала папе об этом разговоре, он молчал. И ничего не сказал потом. И бабушка Жозефа ничего не сказала. Маленький Себастьян больше не появлялся в школе.

…И вот теперь, услыхав, что Анна Ивановна собирается наказать Алешу, Нана испугалась. Ведь он действительно разбил стекло! Ведь он действительно был виноват!.. Страшный деревянный круг на деревянной ручке, круг с пятью круглыми отверстиями… А вдруг и здесь так же наказывают людей? А может быть, в столе у Анны Ивановны, так же как у господина учителя, лежит палматориу?

– Не надо наказывать! Не надо наказывать! – просила Нана, умоляюще заглядывая в глаза Анне Ивановне. – Это очень больно!

– Успокойся, девочка! – Анна Ивановна погладила Нану по голове. – Бедная девочка! Каких ужасов ты насмотрелась! У вас в школе били детей?

– А вы не будете бить Алешу? – Приоткрыв рот, Нана испуганно ждала ответа Анны Ивановны.

В класс вошел Алеша с веником и с совком.

– Я сейчас все уберу, – сказал он. – Завтра суббота. Мама придет за мной, и я ей скажу, что натворил. Мне попадет, конечно. Но мама обязательно заплатит за разбитое стекло.

– Мама заплатит за стекло, значит, мама будет наказана за то, что натворил ты, Алеша? – Анна Ивановна покачала головой. – И за то, что мы на пятнадцать минут позже начнем урок? Быстренько подметай стекла! Посмотри хорошо, чтобы нигде не осталось осколков, даже самых маленьких! А мы подождем, пока ты уберешь!

Алеша старательно начал сметать стекла сначала с подоконника, потом с парты, потом со скамеек… Когда на них уже не было видно ни одного осколка, он, кряхтя, нагнулся и стал подметать пол.

– Что это ты кряхтишь? Тебе трудно нагибаться? Ничего, ничего, поработай! Ни нянечка, ни дежурные не будут убирать за тобой! – говорила Анна Ивановна, покачивая головой, внимательно глядя, как Алеша подсовывает веник под парты, чтобы подмести застрявшие там последние осколки.


– Ну-ка, ребята, помогите Алеше отодвинуть парту! Под ней еще, кажется, остались осколки!

Андрюша и Саша бросились на помощь Алеше. Втроем они отодвинули парту. Действительно, под ней нашлось еще несколько острых осколков.

Нана стояла рядом с Анной Ивановной, неподвижная, изумленная… Руки были крепко прижаты к груди, плечи чуть подняты… Глаза ее, не отрываясь, следили за руками Алеши… Вдруг она стремительно нагнулась, упала на колени и, протянув руку к батарее парового отопления, вытащила из-под нее еще один большой осколок.

– Вот какая у нас Нана глазастая! – сказала Анна Ивановна. – Никто не увидел, а она заметила. Молодец, Нана!

Нана бросила осколок на совок, отошла в сторону. Алеша высматривал, не блестит ли где-нибудь еще стекло…

– Все! – сказал он и потащил совок и веник в коридор.

– Теперь давайте поговорим о том, что сделал Алеша, – сказала Анна Ивановна, когда Алеша вернулся в класс и все ребята сели по местам.

– А из окна дует! – сказала Наташа, поеживаясь.

– Еще бы! Конечно, дует. Ведь уже холодно на дворе. А у нас выбито стекло… Наташа, пересядь на ту парту, пока Лена больна…

Анна Ивановна прошлась по классу, подошла к разбитому окну, приложила руку к щелке.

– Ну вот, давайте посчитаем, сколько плохого сделал Алеша, один раз ударив по этому мячу. Выбил стекло, испортил окно в школе – это раз. Заставил всех нас позже начать урок – это два. Заставил ребят сидеть сегодня у окна, из которого дует, – это три. Заставил свою маму платить деньги за новое стекло – это четыре. Подумайте только! И все это потому, что ему захотелось похвастаться, что он хороший футболист!

Алеша все ниже и ниже опускал голову и не смотрел ни на кого из ребят. Нана пристально глядела на его растрепанную макушку, склоненную над партой.

– Ну, так как вы думаете? Надо наказать Алешу? – спросила Анна Ивановна и оглядела всех ребят.

– Надо! Надо! – раздались голоса.

– Я думаю, что надо будет на неделю исключить Алешу из футбольной команды. Пусть посмотрит, как другие играют… А теперь достаньте тетради по арифметике! Начнем урок! – сказала Анна Ивановна.

Вынимая из парты тетрадку, Нана радостно улыбалась.

Глава V. В зоопарке

Как-то перед началом первого урока Анна Ивановна сказала:

– Сегодня мы с вами поедем в зоопарк. Наши шефы дают нам автобус, и после обеда мы отправляемся. Тот, кто на уроке получит двойку или будет себя плохо вести, с нами не поедет. Но я надеюсь, что поедут все, потому что в автобусе ровно двадцать два места. Как раз для нашего класса!

И действительно, в этот день никто не получил двойки и все вели себя очень хорошо. Никто не вскакивал из-за парты, никто не разговаривал на уроках, и все очень быстро пообедали.

Новенький красный автобус подъехал к интернату ровно в два часа, и двадцать два пассажира уселись на двадцать два места.

– Ну вот, Нана, ты и посмотришь нашу Москву! – сказала Анна Ивановна, усадив Нану около окошка. – Нам ехать очень далеко, почти через весь город.

И мимо окон автобуса побежали широкие московские улицы. Мелькали красивые высокие дома и круглые деревья, на которых не было цветов, как на деревьях, которые росли на улицах африканских городов… Здесь нигде не было маленьких домишек, сделанных из листов старой жести, из картона, из прутьев, из глины… Здесь везде были такие высокие дома, как интернат. И даже еще выше… А в некоторых домах было так много этажей, что Нана не успевала их сосчитать: ведь автобус ехал быстро.

Широкие мосты соединяли берега реки. И на этих берегах не росли цветы, на них не было травы, и, уж конечно, в них не было крокодилов. По реке бежали пароходики, похожие на трамваи. Берега реки были сделаны из гладкого серого камня, из такого же, из какого были выстроены дома…

Автобус обгонял другие автобусы, на крыше которых торчали длинные усы. Мигали желтые, красные и зеленые круглые фонари на перекрестках и на углах улиц…

Огромные площади разворачивались перед их красным автобусом. А кое-где автобус останавливался по знаку белой палочки, которую поднимал человек в белых перчатках…

– Ну вот, мы и приехали! – сказала Анна Ивановна, когда автобус остановился около больших ворот. С двух сторон их украшали каменные фигуры зверей. Сразу, даже не читая вывеску, можно было понять, что это и есть зоопарк.


– Постройтесь по парам, не отставайте. Не кричите и не бегайте. Мы увидим сегодня всех зверей в открытых клетках. Пока еще не настала зима, их не перевели в закрытые помещения.

И Анна Ивановна купила для всех ребят билеты и, вручив их контролеру, повела второклассников по дорожкам.

– Прежде всего мы пойдем смотреть слона! – сказала Анна Ивановна. – Слон – это самое главное животное, самое большое! Правда, Нана? А ты нам расскажи, приходилось ли тебе видеть слонов у себя в Анголе?

Нана покачала головой. Она, конечно, видела слона, но тоже только в зоопарке… А повстречаться со слонами в лесу – это было бы вовсе не так приятно…

Однажды, когда они ехали к бабушке Нандунду, Сабалу решил попробовать проехать по дороге, по которой он еще никогда не ездил. Он сказал, что, может быть, так будет ближе и через лес лучше ехать, потому что солнце не так печет. Под деревьями, в тени, не так жарко. И вот они свернули с широкой дороги, с красной, хорошо утрамбованной дороги, по которой всегда ездили. Они свернули и поехали между деревьями. Зеленые ветки хлестали стекло и кузов грузовичка и зацепляли даже волосы Наны, заглядывая в кабину. Лес стоял зеленой стеной по обеим сторонам дороги, кричали какие-то птицы, взлетали желтые бабочки. В траве мелькали желтые цветы…


Но вдруг Сабалу остановил машину. Дорога перекрещивалась с другой, лесной дорогой. И на перекрестке этих дорог Сабалу опустился на колени и приложил ухо к земле.


Кругом стояла торжественная тишина. Даже птицы молчали в эту минуту.

– Что делает Сабалу? – спросила шепотом Нана.

– Слушает землю, – ответила мама. – Наверное, он хочет что-то услышать, чего не сможем мы услыхать. Ведь ты знаешь, отец Сабалу был знаменитым охотником. Он научил его всему, что нужно знать человеку, если он попадет в лес. Он научил Сабалу узнавать по следам, какой зверь прошел по дороге и когда прошел. Он научил его слушать и понимать все звуки леса…

Вдруг Сабалу быстро вскочил на ноги и подбежал к грузовичку.

– Вот эта дорога, которая пересекает нашу, – это слоновая тропа. По ней слоны ходят на водопой. Вон в ту сторону. Там протекает река. Сейчас они возвращаются. Плохо повстречаться со слонами на их тропе. И на машине не убежишь от них! – Сабалу положил руки на руль и дал полный ход. – Скоро слоны будут здесь. Но мы в это время будем уже далеко. Нет, больше я никогда не сверну с большой дороги! Так-то, Нана! – И он весело улыбнулся, сверкнув глазами. – Тебе хотелось бы увидеть стадо слонов? Конечно, интересно! Но ты уже никому не смогла бы об этом рассказать!

– Почему? – удивилась Нана.

– Да просто потому, что слоны очень не любят, когда машина попадает на их тропу. Старый вожак поднял бы хобот трубой, растопырил бы уши, увидев наш грузовичок, погнался бы за нами, и все взрослые слоны побежали бы вслед за ним. А они бегают очень быстро, и бивни у них очень длинные. А ноги сильные и тяжелые. Мы не могли бы им объяснить, что не замышляли ничего плохого. Что мы просто ехали к бабушке Нандунду. Они раздавили бы наш грузовичок и… и нас… – спокойно сказал Сабалу…

Вот поэтому Нана и покачала головой… Конечно, ребята все очень удивились, что девочка из Африки не видела, как слоны разгуливают по лесу. Они, конечно, думали, что встретить слонов в лесу – это очень интересно.

А в Москве было только два больших слона и один маленький слоненок. Он стоял, шевеля ушами и помахивая хоботом, не обращая никакого внимания на подошедших ребят. Его папа и мама спокойно жевали, опуская хобот в кормушку и засовывая в рот сено.

На табличке было написано: «Африканский слон – водится почти во всех странах Африки».

– Здравствуй! – громко сказала Нана. – И я тоже из Африки. Но Африка такая большая, что мы с тобой там даже не встречались…

Люди, стоящие кругом, засмеялись. Какая-то женщина вдруг погладила Нану по голове и протянула ей большое желтое яблоко…


– Почему она дала мне яблоко? – тихонько спросила Нана у Анны Ивановны, когда женщина отошла в сторону.

Анна Ивановна улыбнулась.

– Она услыхала, что ты приехала из Африки, и хотела хоть чем-нибудь показать, что она любит Африку и африканцев… Я думаю, что, если бы у нее было много яблок, она отдала бы тебе все!

Нана смущенно вертела в руках красивое яблоко.

– Тогда я дала бы яблоки всем ребятам… А с этим яблоком я не знаю, что делать…

– Съешь его спокойно, – сказала Анна Ивановна. – Этот подарок от чистого сердца. Русские люди – друзья Африки, друзья африканцев… Русские солдаты никогда не завоевывали земли Африки. А сейчас мы помогаем африканцам строить дома и электростанции, посылаем во многие страны Африки тракторы, автомобили, разные машины, посылаем туда наших докторов и ученых. А к нам африканцы приезжают учиться, вот так, как твоя мама… И это тоже наша помощь… потому что мы настоящие друзья Африки!

Нана слушала Анну Ивановну, держа в руке большое красивое яблоко, подаренное ей русской женщиной. И почему-то вспоминался ей родной город, белый домик с черепичной крышей, деревья, усыпанные лиловыми и красными цветами… А вокруг такие же маленькие дома, и убогие домишки, и хижины, обмазанные красной глиной… В них жили африканцы. И всем ребятам, живущим здесь, на окраине, больше всего хотелось хоть разок пробежать по аллее тенистого сада там, на главной улице… Но в этот сад могли входить только богатые белые люди. Они жили там, в высоких блестящих домах, и им принадлежало все вокруг… И эти дома и эти сады… Африканцев сюда не пускали.

Большие слоны повернулись к ребятам спинами. Казалось, что они одеты в широкие-преширокие темно-серые штаны, висящие складками… Их маленькие хвостики с кисточками на концах неподвижно висели.

– А у нас делают очень красивые браслеты из волос, которые растут у слонов на кончике хвоста, – сказала Нана. – У мамы есть такой браслет. Его подарила ей бабушка Нандунду. У нее в деревне есть один охотник, который плетет такие браслеты. Когда я приеду в Анголу, я попрошу у бабушки такой браслет и пришлю его вам! – Нана прижалась к руке Анны Ивановны.

– Ну, насмотрелись на слонов? Идемте теперь к обезьянам, – сказала Анна Ивановна.

Около большой клетки толпилось много народу. Но когда люди увидели приближающихся школьников, все посторонились и пропустили их вперед.

В этой клетке было много разных обезьян и мартышек. Видно, им жилось очень хорошо. Они скакали и бегали по клетке, раскачивались на качелях и на трапециях и не обращали никакого внимания на ребят, стоящих перед клеткой. Некоторые мартышки спокойно сидели и выискивали блох у своих приятельниц. А некоторые просто тихо грелись на солнышке, удивленно посматривая на тех, которые гонялись друг за другом, играя в салочки.

И вдруг одна серая обезьянка подбежала к решетке, уцепилась за нее руками и, открыв рот, жалобно закричала. Она смотрела прямо на Нану.

– Нана, она узнала тебя! Наверное, она видела тебя в Африке! – обрадовались ребята.

Но Нана стояла, широко открыв глаза, и молчала. Обезьянка трясла руками решетку и кричала все громче. Казалось, она зовет Нану.

– Это Коку… – проговорила Нана, и из глаз ее потекли слезы. – Это моя обезьянка. Он меня узнал. А я его сначала не узнала. Это Коку…

Обезьянка прижалась мордочкой к решетке. Она жалобно визжала и продолжала трясти решетку.


– Не может быть! – воскликнула Анна Ивановна. – Как могла попасть сюда твоя обезьянка?

– Но вы видите, он меня узнал… Это Коку… Это мой Коку… – повторяла Нана.

Около клетки уже столпилось множество людей. Все хотели посмотреть, что здесь происходит.

– Обезьянка узнала свою хозяйку. Видите? Вон стоит маленькая африканская девочка, – говорили люди друг другу.

– Девочка плачет, а обезьянка кричит. Надо сейчас же отдать девочке ее обезьянку! – возмущенно сказала какая-то женщина. – Позовите директора! Вызовите, пожалуйста, кого-нибудь сюда!

И вот появился сторож.

– Что такое? – спросил он удивленно.

– Видите, как волнуется обезьянка, увидав девочку. А девочка говорит, что это ее обезьянка! И плачет…

– Вот эта обезьянка? – удивился сторож. Он подошел к самой клетке и большим морщинистым пальцем погладил тоненькие пальчики обезьянки, вцепившиеся в решетку.

– Ты что кричишь, Степка?

– Это Коку. Он меня узнал.

– Что ты, девочка, что ты, милая! – Сторож отошел от клетки и погладил Нану по голове. – Эта серая обезьянка родилась у нас в зоопарке. Я сам ее выкормил из соски… Это Степка! Уверяю тебя! – И он снова подошел к клетке.

– Ты что раскричался? Ты что наделал? Видишь, девочка из-за тебя плачет?.. Она думает, что ты приехал из ее Африки. А ведь ты у нас настоящий москвич.

Сторож крючковатым пальцем чесал лобик обезьянки, прижатый к решетке.

– Ну, чего ты раскричался? А, Степка? – ласково спрашивал сторож.

И обезьянка успокоилась. Сторож повернулся к Нане, и вдруг широкая добрая улыбка озарила его лицо.

– Ну, теперь я понял! – сказал он. – У тебя, девочка, в руках яблоко. А наш Степка такой лакомка. Больше всего он любит яблоки и бананы. Вот он и раскричался, когда увидел, что ты держишь в руках. Ах, Степка, как тебе не стыдно! Сколько раз я тебе говорил: стыдно попрошайничать! Ах ты, Степка, Степка! – укоризненно качал головой сторож.

– Пожалуйста, отдайте ему, – тихонько сказала Нана, протягивая яблоко сторожу. – Он очень похож на мою обезьянку Коку…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю