Текст книги "Нечего терять"

Автор книги: Ли Чайлд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава
35

В лагере военной полиции все спали, за исключением двух часовых в караульной будке. Проезжая мимо, Ричер увидел в сумраке их нескладные фигуры в полевой форме и бронежилетах, в нарукавных повязках, но без шлемов. Оранжевый источник света находился у пола, чтобы сохранить ночное зрение. Они стояли спиной к спине, один контролировал восток, другой запад. Ричер немного снизил скорость и помахал им рукой, а потом нажал на газ и помчался дальше.

Тридцать миль спустя широкое шоссе резко свернуло вправо и сквозь мрак устремилось на север, к далекой автостраде, связывающей штаты. Однако шоссе было проложено поверх старой дороги, которая продолжала идти вперед без дорожных знаков и цели. Ричер покатил по ней дальше и съехал с твердого асфальта на проселок, засыпанный дешевым гравием, такой же неровный и бугристый, как улицы в Диспейре. Миновав две разорившиеся фермы, Ричер оказался в пустом призрачном мире: слева и справа – ничего, кроме пустоты; впереди лишь извивающаяся серая лента дороги и далекие горы, залитые лунным светом. Через четыре мили все осталось по-прежнему. Казалось, он стоит на месте, потому что окружающий ландшафт не менялся. Наконец показался одинокий дорожный указатель, гласивший:

«Окружная дорога Хафвей [12]12
  Halfway (англ.) – на полпути.


[Закрыть]37». Еще через милю Ричер увидел сияние. Оно возникло, когда он преодолевал длинный подъем, а когда он начал спускаться, неожиданно сместилось вправо, и глазам Ричера предстала шахматная доска освещенных улиц и бледных зданий. А еще через милю появился знак с надписью: «Поселок Хафвей». Ричер притормозил, проверил зеркало заднего вида и остановился на обочине.

Городок, раскинувшийся перед ним, носил удачное название. Еще один фокус топографии: в лунном свете казалось, будто Скалистые горы стали ближе. Не то чтобы совсем рядом, но расстояние до них заметно сократилось. Твердые духом поселенцы, сумевшие покинуть Диспейр и идти дальше, прошли сорок миль, но у них создалось впечатление, что они продвинулись на сотню. Однако к этому моменту они стали мудрее, их души наполнила горечь, и они не позволили энтузиазму увлечь себя, поэтому и дали такое название новому месту отдыха – Хафвей. Возможно, они втайне рассчитывали, что их скромность будет вознаграждена и со временем они узнают, что проделали больше половины пути. «Но это не соответствовало действительности, – подумал Ричер. – Сорок миль есть сорок миль, какими бы оптическими иллюзиями ни обладало это место». Они преодолели лишь пятую часть пути. Однако в фургонах, покинувших Диспейр, находились одни оптимисты, и городок Хафвей отражал дух первопроходцев. Даже посреди ночи это место производило куда более приятное впечатление, чем Диспейр в полдень. Городок перестраивался несколько раз. Ричер не нашел ни одного старого здания. Здесь стояли дома, возведенные в семидесятых из стукко [13]13
  Искусственный мрамор, материал для отделки стен, архитектурных деталей и скульптурного декора.


[Закрыть]и в восьмидесятых из стекла, но только не из кирпича, характерного для девятнадцатого века. В век быстрых транспортных средств ни один город не имел предпочтения перед другим в вопросах развития и строительства, за исключением передающейся из поколения в поколение энергии и бодрости. В результате Диспейру не повезло, а Хафвей стал процветать, здесь победу одержали оптимисты – иногда они получают то, что заслуживают.

Ричер вновь выехал на дорогу и покатил вниз, к городу. Было пятнадцать минут четвертого. Многие заведения оставались освещенными, но большинство уже закрылись. На первый взгляд работали только бензоколонка и кафе. Однако название города совпадало с названием округа, и опыт подсказывал Ричеру, что некоторые места здесь должны быть открыты круглосуточно. Например, окружная полиция. Где-то должен находиться участок с дежурными полицейскими. И больница с отделением скорой помощи, принимающая пациентов двадцать четыре часа семь дней в неделю. А для того чтобы обслуживать те случаи, когда окружная полиция еще заинтересована, а скорая помощь уже не нужна, городу необходим морг. И он тоже обязан держать двери открытыми днем и ночью. Окружной город с сетью муниципальных учреждений всегда способен оказывать определенный набор услуг. К примеру, в Хоупе и Диспейре морга не было. «Даже подходящего холодильника нет», – сказала Воэн. Очевидно, в соседних городках такое же положение. Однако случается разное, и тела нужно куда-то отвозить. Трупы нельзя оставлять на улице до наступления следующего рабочего дня. Как правило.

Ричер старался не заезжать в центр города. В большинстве случаев морги находятся рядом с больницами. В городе, который постоянно развивается, не может не быть новой больницы, а новые больницы строят на окраине, где есть свободные земельные участки подешевле. В Хафвей вела одна дорога с востока и целая сеть из четырех дорог с севера и запада. Ричер нашел больницу в полумиле от второй дороги, выходящей из города. Весь больничный комплекс был размером с университетский городок, длинные низкие и широкие здания напоминали шале на горнолыжном курорте. Все вместе выглядело мирно и дружелюбно, словно болезни и смерть не являлись чем-то непреодолимым. На большой парковке находилось всего несколько потрепанных автомобилей возле входа для персонала и одинокий новенький седан, стоявший на площадке с ярким плакатом: «Стоянка только для МД» [14]14
  Доктор медицины.


[Закрыть]. Над зданием, расположенным позади, поднимались клубы пара. Прачечная, догадался Ричер, там ночью стирают простыни и полотенца хозяева старых машин, пока парень из новенького седана пытается поддерживать жизнь в больных, чтобы с наступлением нового дня они могли воспользоваться чистым бельем.

Ричера не интересовал главный вход. Ему нужны были мертвецы, а не больные, и он знал, где их искать. Он на порядок чаще посещал морги, чем больничные палаты. Морги обычно спрятаны подальше от людских глаз, чтобы щадить чувства людей. Очень часто у входа даже нет таблички или висит утешительная надпись вроде «Специальная служба». Но морги всегда удобно расположены. Санитарный автомобиль должен иметь возможность быстро въехать и выехать.

Ричер нашел морг округа Хафвей в задней части больничного комплекса, рядом с прачечной, и посчитал такое расположение разумным. Пар над прачечной отлично прикрывал выбросы дыма из труб крематория. Морг располагался в очередном длинном низком здании за высокой металлической оградой с отъезжающими в сторону воротами, возле которых стояла будка охранника.

Ограда выглядела солидной, ворота оставались закрытыми, а в будке сидел охранник.

Ричер припарковался у тротуара, вылез из «шевроле» и потянулся. Охранник наблюдал за ним. Ричер закончил потягиваться и огляделся по сторонам, как будто хотел определиться на месте, а потом решительно направился к будке. Охранник приподнял нижнюю часть окна и наклонился, словно опасался чего-то не расслышать, если его уши не будут находиться на одном уровне с образовавшейся щелью. Мужчина средних лет, компетентный, но не амбициозный. Вероятно, он служил в полиции, а здесь подрабатывал. Он был в темной форме с пластиковым значком, какой можно купить в магазине игрушек. На значке было написано: «Охрана». И ничего больше. Возможно, он был охранником еще и в супермаркете. Кто знает, сколько нужно трудиться, чтобы свести концы с концами.

Ричер тоже наклонился к окошку и сказал:

– Мне нужно уточнить кое-какие детали относительно парня, которого привезли из Диспейра вчера утром.

– Дежурный внутри.

Ричер кивнул, словно узнал нечто новое и полезное, и стал ждать, когда охранник нажмет на кнопку и ворота откроются.

Однако тот даже не пошевелился.

– Вы были здесь вчера утром? – спросил Ричер.

– Все, что после полуночи, называется утром, – проворчал охранник.

– Ну, в таком случае днем.

– Тогда это был не я, – пожал плечами охранник. – Я ухожу в шесть утра.

– Вы не могли бы пропустить меня внутрь? Я хочу поговорить с дежурным.

– Они тоже сменяются в шесть.

– Но там должны быть записи.

– Я не могу, – сказал охранник.

– Чего не можете?

– Не могу вас пропустить, – ответил охранник. – Сюда имеют право входить только служители закона. Или медработники.

– Я представляю закон, – заявил Ричер. – Я работаю на полицию Диспейра. Мы должны кое-что проверить.

– Мне нужны документы.

– Они не балуют нас бумагами. Я всего лишь помощник шерифа.

– Но мне нужно хоть что-нибудь.

Ричер кивнул и вытащил из нагрудного кармана большую звезду из сплава свинца и олова, которую забрал у громилы в баре. Он повернул ее лицевой стороной к охраннику, держа за край большим и указательным пальцами. Охранник внимательно осмотрел звезду. «Город Диспейр, помощник шерифа».

– Больше они нам ничего не дают, – добавил Ричер.

– Меня это вполне устраивает, – сказал охранник и нажал на кнопку.

Включился двигатель, и ворота стали медленно отползать в сторону. Как только образовался просвет в три фута, Ричер шагнул вперед и по залитому оранжево-желтым светом двору прошел к двери с надписью «Приемная». Войдя внутрь, Ричер обнаружил комнату, похожую на миллион других, виденных им прежде. Письменный стол, компьютер, зажимы для бумаг, стопки документов, доски с объявлениями и низкие деревянные кресла, обитые твидом. Все относительно новое, но этими вещами здесь активно пользовались. Работали обогреватели, однако воздух оставался холодным. В комнате имелась еще и внутренняя дверь, она была закрыта, но Ричер уловил просачивающийся из-за нее острый запах химикатов. В креслах устроилось двое мужчин. Белые, молодые и худощавые. Оба могли заниматься как физическим трудом, так и бумажной работой. Оба сидели со скучными и не слишком почтительными лицами – именно такие лица Ричер ожидал увидеть у людей, которые дежурят по ночам в холодном хранилище, полном трупов. Они посмотрели на вошедшего, несколько удивленные вторжением в их замкнутый мир, однако готовые с радостью отвлечься от своих обычных забот.

– Вам нужна помощь? – спросил один из них.

Ричер опять вытащил свою звезду и сказал:

– Мне нужно проверить кое-что у парня, которого привезли вчера.

Тот, что задал вопрос, прищурился, глядя на звезду, и спросил:

– Диспейр?

Ричер кивнул и добавил:

– Мужчина, ДМ [15]15
  Доставлен мертвым.


[Закрыть], молодой, не очень крупный.

Один из парней поднялся на ноги, наклонился над столом и нажал на клавишу, чтобы оживить монитор. Другой развернулся на сиденье, взял пачку документов и начал их перелистывать. Они пришли к общему результату одновременно, переглянулись, и тот, что вел переговоры, сказал:

– Вчера мы ничего не получали из Диспейра.

– Вы уверены?

– А вы сами сюда приезжали?

– Нет.

– Вы уверены, что он был ДМ? Может быть, его отправили в ОИТ? [16]16
  Отделение интенсивной терапии.


[Закрыть]

– Он был ДМ. Никаких сомнений.

– Что ж, у нас его нет.

– Может, тут какая-то ошибка?

– Исключено.

– Ваши документы всегда точны?

– Иначе и быть не может. В начале смены мы проверяем бирки, висящие на больших пальцах, и сравниваем их со списком. Методика. Знаете, люди болезненно относятся к исчезновению мертвых родственников.

– Их можно понять.

– Так вот, сегодня у нас было пять трупов в списке и пять в холодильнике. Две женщины и трое мужчин. И все они немолоды. И никого из Диспейра.

– Возможно, тело отвезли в другое место?

– Только не в нашем округе. А в другом тело принять не имеют права. – Он нажал на несколько клавиш, и на мониторе появились новые данные. – Последний мертвец поступил к нам из Диспейра более года назад. Несчастный случай на металлическом заводе. Одного парня зажевало машиной. Неприятное зрелище. Нам пришлось поместить его в два отдельных ящика.

Ричер кивнул, а парень развернул кресло и откинулся назад.

– Извините, – сказал он.

Ричер снова кивнул и направился к выходу. Он прошел через озеро желто-оранжевого света, и у него за спиной захлопнулась дверь на пружине.

«Любое допущение делает осла из тебя и из меня». Болван инструктор из Форт-Ракера добавил тогда: «Обязательно нужно проверять».

Ричер прошел по бетонной площадке и подождал, когда ворота немного отъедут в сторону, а потом быстро выбрался наружу и сел в «шевроле» Воэн.

Он проверил.

С абсолютной точностью.

Глава
36

Ричер проехал милю и остановился возле кафе, открытого круглосуточно. Гамбургер оказался полусырым, а кофе таким же, как в Хоупе. Чашка понравилась Ричеру меньше, но была терпимой. Он прочитал потрепанный экземпляр вчерашней утренней газеты, а потом устроился поудобнее в углу своей кабинки и проспал час. В пять утра он вышел из кафе, когда в нем появились первые посетители, разбудившие его энергичной болтовней и ароматами недавно принятого душа. Он наполнил бак «шевроле» на бензоколонке, работавшей всю ночь, и выехал из города на восток по той же неровной дороге, которая привела его сюда. Горы остались далеко у него за спиной. Он ехал навстречу рассвету.

Ричер держал стрелку спидометра на отметке сорок миль в час и пятьдесят две минуты спустя миновал пост военной полиции. Там по-прежнему царила тишина. Двое солдат находились в будке, один смотрел на запад, другой – на восток. Ночной свет все еще горел. Ричер предположил, что побудка у них в шесть тридцать, а жратва в семь. У ночной смены будет обед, а у дневной – завтрак, и все в один час. Да и еда, скорее всего, будет одинаковой. В полевых условиях на особые удобства рассчитывать не приходится. Он помахал часовым и продолжил двигаться с прежней скоростью, что привело его к металлическому заводу ровно в шесть часов утра.

Начало рабочего дня.

Внешнее освещение уже включили, и было светло, как днем. Парковка быстро заполнялась машинами. Свет фар приближающихся со стороны города машин подрагивал, когда встречались неровности дороги, потом машина въезжала на парковку, водитель выключал двигатель, и фары гасли. Ричер притормозил, съехал с дороги, пересек заросшую травой пустошь и аккуратно поставил «шевроле» между стареньким седаном «крайслером» и побитым пикапом «фордом». Он вышел из машины, запер дверь, бросил ключи в карман и влился в толпу мужчин, бредущих к воротам для персонала. У него возникло неприятное ощущение. Нечто похожее испытываешь, когда входишь на бейсбольный стадион, одевшись в цвета гостевой команды. «Чужак в доме». Люди с любопытством поглядывали на него и старались держаться подальше. Однако никаких слов не было произнесено. Не было и открытой враждебности. Только настороженность и ненавязчивые взгляды, пока толпа медленно приближалась к воротам в тусклом предутреннем свете.

Ворота для персонала в металлической стене были сделаны так, что могли поворачиваться на петлях – в целом довольно сложная конструкция. Здесь тропа сужалась и земля была утоптана миллионами ног. Однако вблизи ворот не было давки. Рабочие не проявляли нетерпения. Все выстраивались в аккуратную очередь, как автоматы, не слишком быстро и не слишком медленно, с какой-то обреченностью. Все должны были отметить время прихода на работу, но никто особенно к этому не стремился.

Очередь медленно продвигалась вперед, ярд за ярдом.

Мужчина перед Ричером прошел в ворота.

За ним последовал Ричер.

Он оказался внутри металлических стен высотой в человеческий рост, наподобие загонов для скота, разделявших толпу направо и налево. Правый рукав вел на площадку, где ждали своей очереди те, кому не посчастливилось иметь постоянную работу. Она была уже на четверть заполнена терпеливо стоящими мужчинами. Те, кто сворачивал налево, не смотрели в их сторону.

Ричер пошел налево.

Коридор еще раз свернул и сузился до четырех футов в ширину. Люди брели мимо старомодных табельных часов посреди огромной панели с карточками. Каждый рабочий вытаскивал свою карточку, вставлял в машину, дожидался глухого удара штампа и возвращал карточку на место. Ритм был медленным и неумолимым. Шорох твердого картона по металлу, удар штампа, щелчок карточки, занимающей свое место. Часы показывали шесть шестнадцать, что полностью соответствовало часам в голове Ричера.

В конце этого устройства коридор снова повернул. Ричер проследовал за шагающим впереди парнем, и через тридцать футов они оказались в северо-западном углу огромной арены. Ошеломляюще огромной. Линия прожекторов на дальней стене тянулась, наверное, на милю, потом тускнела и терялась за юго-западным углом. А до самой дальней стены было не меньше полумили. Огороженная территория составляла около трехсот акров. Триста футбольных полей.

Невероятно.

Ричер отошел в сторону, пропуская рабочих. Тут и там небольшие группы людей уже начали работу. Перемещались грузовики и подъемные краны, отбрасывая гигантские тени в свете стадионных прожекторов. Некоторые краны были даже больше тех, что он видел в доках. Да и среди грузовиков попадались настоящие великаны. Заработали громадные дробилки, установленные на мощных бетонных основаниях. У дробилок имелись блестящие маслянистые гидравлические тараны, более толстые, чем стволы секвойи. Еще здесь стояли огромные плавильные тигли величиной с яхту и муфельные печи размером с дом. И лежали горы битых автомобилей высотой в десять этажей. Земля пропиталась маслом, в радужных лужах дизельного топлива поблескивала металлическая стружка. Воздух наполнился паром и дымом, остро пахло химикатами. Рев мощных двигателей и глухие удары накатывали волнами, металл скрежетал, сталкиваясь с металлом. Яркое пламя танцевало за открытыми дверьми печей.

Все это напоминало видения ада.

Некоторые мужчины уже знали, что им предстоит делать, и уверенно направлялись к месту своей работы; другие собирались в группки, словно ждали указаний. Ричер проскользнул мимо них и зашагал вдоль северной стены, незаметный среди всего этого хаоса. Впереди, в районе северо-западного угла, открывались ворота для транспорта. Пять тягачей с полуприцепами выстроились в ряд, дожидаясь своей очереди, чтобы въехать на территорию завода. На дороге они показались бы громадными и неуклюжими, а внутри завода напоминали детские игрушки. Два «тахо» охранников стояли рядышком, миниатюрные белые пятнышки в безграничных просторах. Рядом с ними высилась гора сорокафутовых корабельных контейнеров – по пять один на другом. Каждый выглядел крошечным.

К югу от ворот для транспорта находился длинный ряд сборных металлических офисов на коротких ножках, компенсирующих неровности почвы. Внутри горел свет. Два крайних офиса слева были выкрашены в белый цвет с красными крестами на дверях. Пункт первой медицинской помощи, достаточно большой, чтобы там разместилась местная больница. Рядом стоял белый автомобиль. Машина «скорой помощи». Дальше выстроился бесконечный строй контейнеров с топливом и химикатами. А за ними зловещий отряд в толстых фартуках и черных сварочных масках резал на части искореженные куски металла. От голубого пламени во все стороны разбегались жуткие тени. Ричер продолжал двигаться вдоль северной стены. Рабочие с сомнением посматривали на него и отворачивались.

Когда он преодолел четверть стены, путь ему преградила гигантская пирамида из старых нефтяных баков, выкрашенных потускневшей красной краской. Они были сложены лесенкой по десять в каждом ряду. Ричер остановился и посмотрел по сторонам. Затем взобрался на первый ряд, еще раз огляделся и полез дальше, пока не оказался где-то посередине, после чего повернулся, крепко держась за один из баков. Он рассчитывал, что увидит весь завод.

Однако не сумел разглядеть всю его территорию.

Пока нет.

Было много чего еще.

Очень много.

То, что прежде казалось южной границей, на самом деле являлось внутренней стеной. Ее высота оставалась неизменной, как и цвет, материал и конструкция. Да и задачу эта стена выполняла ту же – служила непреодолимым барьером. Однако это была всего лишь внутренняя перегородка с запертыми воротами. А дальше находилась еще одна огороженная территория площадью никак не меньше ста акров. Еще сотня футбольных полей. Ворота были достаточно широкими, чтобы пропустить большой грузовик. К ним вели две глубокие колеи. За ними Ричер разглядел тяжелые краны и высокие пирамиды контейнеров. В первый момент создавалось впечатление, будто они разбросаны случайным образом, но они полностью закрывали то, что происходило за стеной.

У внутренних ворот было нечто вроде пропускного пункта. Ричер разглядел две крошечные фигурки, которые, засунув руки в карманы, со скучающим видом описывали небольшие круги. С минуту он наблюдал за ними, а потом перевел взгляд за разграничивающую стену. Краны и заслоны. Дым, далекие искры. Какое-то движение. Больше он ничего разобрать не смог. Многое он слышал, но эти звуки оказались совершенно бесполезными. К тому же он не понимал, с какой стороны они доносятся. Ричер подождал еще минуту, наблюдая за жизнью внутри завода. Она кипела и бурлила, но никто не направлялся в сторону внутренних ворот. Их явно не собирались открывать. Он повернулся на восток и посмотрел на небо. Приближался рассвет.

Ричер снова развернулся, стараясь не потерять равновесия, и спустился вниз. Когда он сошел на твердую землю, у него за спиной раздался голос:

– Проклятье, кто ты такой?