Текст книги "Под двойной защитой (СИ)"
Автор книги: Лавли Рос
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)
Глава 31
Рас с Марком уезжают в офис и наш разговор остается незаконченным. Я поднимаюсь в свой номер, поблагодарив работника, который помог мне с чемоданом, и принимаю душ. Потом переодеваюсь в легкое платье и джинсовую куртку с красными погонами, спускаюсь на ресепшен и подхватываю со стойки буклет.
С первой попытки попадаю на путеводитель. Я не достаю сотовый, чтобы проложить путь и посмотреть отзывы на лучшие места, а решаю просто идти по карте из путеводителя. Хочу побродить по улочкам, буду заглядывать в магазинчики, лавки и дышать местным колоритом.
Отвлекаться, одним словом.
Было бы лучше развлекаться, но я сильно сомневаюсь на свой счет.
Простой план работает и я на первом перекрестке сворачиваю к туристическим тропам, которые должны вывести меня к старому городу. Современные центра городов похожи друг на друга, а вот, если пройтись к его исторической сердцевине, можно увидеть что-то удивительное и завораживающее. Особенно в Европе. Старушка умеет поражать.
Я перехожу от одного живописного домика к другому, иногда щелкают разноцветные ставни и винтажные балкончики, и то и дело заглядываю в путеводитель. Мне нравится сверять свой путь, я вроде бы не брожу бесцельно, а иду от одного пункта к следующему.
Я убиваю так пару часов, когда вдруг слышу родную речь. Слух сразу реагирует на нее, она словно звучит поверх других языков, четче и громче. Здесь полно иностранцев из разных стран, и мне приходится неплохо покрутить головой, чтобы найти, кто говорит.
Красивая девушка ловит мой взгляд на противоположной стороне улицы и кивает с легкой улыбкой. Мы не знакомы и это обычный жест вежливого человека. К ней подходит очень высокий парень в вытянутой футболке, рукава закручены жгутами до самых ключиц, а его растрепанная челка поблескивает гелем для укладки. Он отвлекает ее от меня, приобнимая за плечи.
Он выглядит как ее парень или брат. Видно, что привык чуть наклоняться, чтобы ей не приходилось запрокидывать голову до хруста шейных позвонков. Я смотрю на них и не могу сдержать счастливую улыбку, они так мило и красиво смотрятся рядом, что я не сразу замечаю округлившийся животик девушки. Она поправляет наплечную сумку и тогда ткань блузки натягивается, показывая, что девушка ждет ребеночка.
Парень берет ее под руку и хочет уже вести дальше по улице, но она останавливает его и кивает в мою сторону. Ее губы шевелятся, проходит еще мгновение и они рука об рука направляются ко мне.
– Извините, – произносит девушка мелодичным приятным голосом. – Вы русская?
– Да, – я киваю.
– Я заметила, как вы повернулись на мой голос, – она смеется и смущается одновременно. – Я Влада.
Она протягивает мне ладонь, которую я легонько пожимаю.
– А это мой друг Кай, – Влада проводит пальцами по кисти высоченного парня.
– Очень приятно. Я Мира.
– Какое красивое имя. И редкое… Вам, наверное, это часто говорят?
– Думаю, как и вам.
Кай хмыкает, а Влада довольно смеется. Она отбрасывает светлые волосы назад и опускает руку, надежно переплетая свои пальцы и Кая.
– Вы недавно прилетели? – Кай тоже задает светский вопрос.
– Да, пару часов назад. Я не задержусь здесь и поэтому решила сразу пройтись по старому городу.
– Вам нужно зайти в часовню, – отзывается Влада. – Там очень красиво, а если подниметесь наверх, то увидите сумасшедший вид на весь старый город. Мы бы проводили, но нас уже поджимает время.
– Ничего страшного, я разберусь.
– Давайте ваш путеводитель, я покажу дорогу.
Я протягиваю Владе буклет. Она с видом знатока разворачивает его и сосредоточенно скользит по изгибам улиц.
– Любите путешествовать? – Кай отказывает выпускать ладонь Влады, из-за чего девушка обаятельно шипит на него, но он все равно не отдает ее пальцы, а только иронично улыбается.
– У моего парня здесь дела. Я приехала с ним и вот гуляю, пока он пропадает в офисе.
– Зря он так. Рискует, – подшучивает Кай.
– Я вижу, вы рисковать не любите, – я смеюсь и указываю подбородком на то, как крепко Кай держит Владу.
– Я свое отрисковал, – странным тоном произносит Кай, но стирает неловкость белозубой улыбкой. – А мы много путешествуем, с Европой почти закончили, теперь подумываем о Латинской Америке, но придется взять тайм-аут скоро…
– Тайм-аут? – Влада реагирует на его словечко и кривится. – Ты так называешь рождение ребенка?
– Так какая там дорога? – Кай “мастерски” переводит тему и сгибается пополам, утыкаясь носом в карту. – Да, малышка, ты права, эта оптимальная. Мира, вот смотрите…
Мы переглядываемся с девушкой и смеемся. Тут невозможно не рассмеяться, правда, Влада все же хлопает его по плечу и забирает путеводитель. Она подходит ко мне ближе и подробно показывает, как пройти к часовне. Я слушаю ее, но улавливаю, как к нам подъезжает машина. Это оказывается темный немецкий кроссовер, из него выходит мужчина постарше в непроницаемых солнцезащитных очках.
Рубашка цвета песка и темные джинсы идеально подчеркивают мощную спортивную фигуру. Он первым делом бросает взгляд на меня, почему-то хмурясь, а потом переводит внимание на Кая. После незаметного жеста Кая мужчина расслабляется и смотрит на меня уже дружелюбнее.
– Сейчас поедем, – бросает ему Кай, взмахивая ладонью. – Ты забрал заказ из аптеки?
– Забрал, – мужчина кивает и подходит ближе. – У вас что-то случилось?
– Нет, всего лишь дорогу показываем. Мира, это мой отец.
Его имя оказывается Олег. Мужчина сам представляется, нажимая твердыми нотками босса. Он смутно напоминает мне Марка, похожий типаж хмурого бизнесмена, который может щедро улыбнуться только по большим праздникам. Вот с усмешкой или с холодом – это всегда пожалуйста, а искренние улыбки только для близкий и то, когда настроение совпадет с моментом.
Я смотрю на незнакомого мужчину и думаю о Марке. Как случайное напоминание извне, которое порой действует на нас сильнее всего. Я вспоминаю, как Марк вышел из аэропорта и молча сел рядом с водителем, оставив мне место с Расом сзади. Он уступил меня ему, что вообще на него непохоже.
Я так извела его за эти три дня? Пока переживала за Раса, подарила Марку миллион поводов задуматься? У нас даже секса не было, та выходка со звонком Расу, когда Марк прижал меня и едва не заставит стонать в трубку, стала последней. Я даже ни разу не поцеловала его в губы. Только обнимала, когда засыпала, и чмокала в щеку утром. А он не лез.
Я только сейчас это замечаю. Почему-то крупный силуэт Олега напоминает мне об этом.
– Спасибо, – я благодарю Владу, когда она заканчивает с объяснениями и отдает мне путеводитель. – Уверена, что теперь не заблужусь.
– Я верю в тебя, – смеется Влада. – Расскажешь потом парню, какую красоту он упустил.
Глава 32
Я возвращаюсь в отель уставшая. Туризм иногда утомляет, а я гуляла до победного, чтобы как можно меньше времени провести одной в четырех стенах. Я быстренько разбираю чемодан и иду в душ, потом наношу любимый крем с кокосовым ароматом и стараюсь не крутить в голове предстоящий разговор. Не хочу заготавливать речь и придумывать возможные ответы Марка или Раса, все равно никакого толка. Только нервотрепка.
Уж сколько раз я думала, что теперь всё наладится. Пойдет по счастливому курсу, я перестану нервничать и сомневаться в том, что ждет меня завтра. Но жизнь не любит постоянство в радости, скорее черная полоса встанет на повтор, чем белая.
Я слышу шорохи и выхожу из ванной комнаты в махровом халате. Вижу Раса, который скидывает ботинки и что-то ищет взглядом.
– Меня потерял? – я подаю голос и иду к нему навстречу. – А где Марк?
– Он сейчас, – Рас кивает. – Задержался в лобби, звонок у него.
– У него вечно звонки, – я устало выдыхаю, подхожу ближе и забираю из рук Раса его пиджак, который он уже хотел бросить на тумбу. – Я повешу.
– Ты слишком заботливая, красотка.
– Вы ужинали?
– Да, в офисе. Надеюсь, ты не ждала нас?
– Я гуляла по старому городу, а там одна кафешка соблазнительнее другой. Так что у меня не было шанса остаться голодной. Но я прихватила с собой выпечку из французской пекарни.
Рас глупо улыбается и подвисает на месте. Он просто стоит и смотрит на меня, вообще не двигается.
– Что? – я поднимаю брови и бросаю на него подозрительный взгляд.
– Ничего, – он улыбается шире. – Ты так мило щебечешь…
– Боже, Рас! Что за словечко?!
Мне становится смешно, но потом я понимаю, что на самом деле он имеет в виду. У него были не самые замечательные последние дни, и он видно соскучился по легким разговорам, по улыбкам и шуткам, по женскому мягкому тону…
– Ты очень красивая, Мира, – он понижает голос, из-за чего звучит ужасно искренне. – Я думал о нашем разговоре в такси, пока ехал сюда.
– Я наговорила тебе всякого на эмоциях…
– Ты нервничаешь и сомневаешься, я понимаю. И еще ты боишься. Поэтому ты торопишься, ты хочешь побыстрее во всем разобраться и даже согласна рубить с плеча.
– Рас, я…
– Дай мне договорить.
Он подходит вплотную и кладет ладони на мои плечи.
– Никто не любит чувство неопределенности, – он улыбается по-другому, теперь на его жестких губах грусть. – Но дай мне время, не выкидывай меня из своей жизни…
– Черт, Рас! – я вскипаю и выбрасываю ладони наверх, накрываю ими его губы, чтобы он перестал говорить ужасные вещи, и шумно дышу, стараясь хоть так выплеснуть злость. – Что же ты говоришь? Да что с тобой?!
Он качает головой, пытаясь стряхнуть мои ладони. А когда не выходит, накрывает их своими пальцами. Крепко сжимает и все-таки уводит мои руки вниз.
– Кларисса манипулирует мной, – произносит он устало. – Я это знаю и вижу. Я злюсь на нее и частенько хочется то переломать всё к черту, то выть. Но это ничего не меняет… Ты отказалась от своего брата, когда он стал зависимым от игр? Ты же все равно помогала ему?
– Первое время. И второе, – я усмехаюсь. – Потом у меня уже не спрашивали хочу я ему помогать или нет, у меня просто забирали всё, что могли, в счет его долгов.
– У Клариссы первое время. С ней впервые такое, она оказалась не готова к моему уходу и, когда узнала, что беременна, убедила себя, что у нас снова будет семья. Настоящая. Она в каком-то смысле сейчас больна… Живет не в реальности, а в своих мечтах.
– Ты собрался потакать им?
– Нет, – Рас отрезает с решительностью. – Но она мой близкий друг и она носит моего ребенка. Я просто должен ей помочь.
Как я помогала брату.
Я понимаю его мысль.
Опускаю голову и разглядываю телесные пуговицы на его рубашку. Мне плевать на их цвет, но мозг почему-то цепляется за незначительные детали. Зато постепенно дыхание приходит в норму и я неожиданно обнаруживаю себя в горячих руках Раса. Он притянул меня к себе и запер в крепких объятиях.
– Значит тебе нужно время, – произношу ему в грудь. – Сколько?
Он молчит, подбирая слова.
– Мне нужен срок, Рас.
– Месяц.
Я легонько дергаюсь, но Рас удерживает меня на месте. Я бьюсь всего пару мгновений, а потом поддаюсь его силе и затихаю.
– Марк не захочет меня делить через месяц, – говорю совсем тихо.
Мы не успеваем договорить. Дверь после глухого щелчка открывается и в номер входит Марк. Он смотрит на меня, потом на Раса, хочет изобразить легкую или хотя бы безразличную улыбку, но я вижу по его глазам, что ему всё это не нравится. Он напряжен так, что меняется мелодика его движений. Более рваная, угловатая… Он сам не свой.
Какой месяц?
Боже, о чем говорит Рас?
Марк уже держится из последних сил.
Вообще все держится из последних сил. Наш мир, союз, наше будущее…
Но я все еще надеюсь и надеюсь склеить.
Я подхожу к нему и целую в губы, провожу пальцами по острым скулам. Марк щурит глаза и смотрит на меня так, словно я припрятала нож за спиной. Или очень неприятную новость. Другое объяснение, почему я вдруг так нежна с ним, ему на ум не приходит.
– Рас сказал, что вы уже поужинали. Может, тогда телек посмотрим? Или фильм какой? Я так устала, что с радостью повалялась бы на диване.
Никто не против. Марк находит в баре бутылку вина и решает, что бокалы – это излишки цивилизации. Я смеюсь, наблюдая, как он по-варварски распечатывает бутылку и делает несколько жадных глотков из горлышка. Он отдает бутылку мне, а сам снимает с себя пиджак и рубашку.
– Погаси общий свет, – прошу у Раса, я тоже отхлебываю из бутылки и мысленно проклиная Марка, он выбрал сухое вино, которое я могу пить только за обедом.
Рас щелкает выключателем и оставляет лишь легкую подсветку. Сумрак и уют, это расслабляет лучше алкоголя. Марк подходит к разложенному дивану, на котором я уже устроилась, и нагло любуется моим телом. Халат сбился, оголив мои ноги, да и вырез на груди получился очень откровенным. Я не поправляю, а, наоборот, легонько выгибаюсь. Как рефлекс, я вижу густой взгляд Марка и делаю так, чтобы он стал еще крепче.
Я не хочу больше мучать его, я и так заигралась, переживая за отношения с Расом. Я по большому счету наказывала Марка за бредни в собственной голове. Я так боюсь, что снова случится беда, что пытаюсь контролировать каждую мелочь, кручу в голове сотню вариантов и решаю за других, что они должны делать и чувствовать.
Рас лежит рядом и тоже переводит взгляд на меня. Я чувствую его и отвечаю ему тем же. Наши взгляды пересекаются, прорезая меня насквозь сомнением. Оно до сих пор горит в глазах Раса, он сам пришел в номер, лег рядом со мной, но по-прежнему сдерживается. Он не дотрагивается до меня, хотя между нашими телами всего несколько сантиметров.
Это даже больно.
Зачем он тогда приехал?
Зачем остался в общем номере?
Я тянусь к нему сама и обнимаю ладонями его лицо. Рас зависает на мгновение, прикрывая глаза, но потом дергает меня и наваливается сверху. Я вдруг оказываюсь под ним и не успеваю ничего сделать. Его буквально срывает с тормозов, Рас набрасывается на мой рот и неистово жадно целует. Я постанываю и едва справляюсь с его напором, он трахает мой рот языком. Ни черта это не поцелуй, Рас врывается в меня и проталкивает язык глубже, обводит каждый мой уголок и дышит сквозь рычание.
– Рас, рас, – я задыхаюсь.
Утыкаюсь лицом в его плечо, чтобы выпросить передышку. А сама дрожу под ним и не знаю, как унять безумие. Все не так как раньше, что-то сломалось и идет не по дорожке взаимного желания, а словно по осколкам. Каждый шаг приносит боль, но и остановиться никак.
– Я не должен, – произносит шепотом Рас, – не должен…
Или мне мерещится?
Я не знаю точно, но снова тормозит. Я лежу под ним и вижу, как ходят желваки под его кожей.
– Не хочешь меня? – наверное, за меня говорит уязвленное женское самолюбие, но так или иначе я произношу вопрос вслух.
Я ощущаю, как прогибается диван с другой стороны. Марк становится ближе, но он не перехватывает инициативу. Вновь, как в том чертовом такси, дает нам с Расом сперва разобраться между собой. А мне уже душно под ним и плохо до судороги. Мое сердце напитывается ядом, я как будто умоляю трахнуть меня, забыть хоть на пару мгновений о другой девушке и отыметь меня.
Рас обхватывает мое плечо и переворачивает меня на бок. Стон разочарования слетает с моих губ, когда я понимаю, что он хочет сделать это сзади. Он возбужден, я чувствую бедром его стояк, но почему не лицом к лицу? Почему так?
Если бы я могла, я бы выключила все вопросы. Вырвала их к черту из своей головы, но я не могу забыться. Слышу, как звенит пряжка ремня, как Рас расстегивает ширинку, а вместо предвкушения думаю о том, что выпросила этот секс.
Боже…
Что со мной?
Почему я думаю об этом?
Я запрокидываю голову и вижу Марка. У него злое почти черное лицо. Он смотрит, как Рас подстраивает мое тело под себя, и собирается трахать. Жилы на его шее превратились в канаты, а в зрачках бездонное черное море. Пустота.
– Ааа… ах…
Рас входит меня. Его член таранит меня жестким толчком, от которого я захлебываюсь. Тело выкручивает канатами, а перед глазами появляется мутная пелена. Я только пытаюсь цепляться за Марка, которые где-то рядом. Я слышу его дыхание, которое больше напоминает рычание загнанного животного. Мое тело проскальзывает по кожаной обивке дивана с каждым толчком Раса, он запускает ладонь мне между ног и ласкает клитор.
Находит правильную точку и все-таки запускает по моему кровотоку удовольствие. Я подрагиваю и чувствую, как тело покрывается капельками пота. Мне жарко, тесно и… пусто. Одновременно пусто. Я протягиваю ладонь и ищу Марка. Пытаюсь позвать его, но Рас положил ладонь мне на рот, чтобы зафиксировать на месте и заставить принимать себя на всю длину. Он вколачивается в меня толстым членом, отпустив все тормоза, и повторяет мое имя.
Но я перестаю слышать его, когда до меня дотрагивается Марк. Он зажимает мой подбородок и без лишних прелюдий заставляет меня распахнуть его.
– Шире, – бросает Марк приказом.
Я делаю и ощущаю, как моих губ касается его эрегированный член. Марк выдыхает со свистящим отзвуком и толкается глубже. Насаживает мой рот на свой ствол, обнимая одной рукой шею, чтобы помогать мне. Я расслабляю горло для него и принимаю каждый толчок. Смачный и злой, он пытается сдерживаться и не делать мне больно, но сейчас его ведет вперед не страсть, а злость.
Я чувствую это.
Я принимаю это.
Я растворяюсь в этом.
Рас меняет наклон, поворачивая мое тело, и я падаю в пульсацию, как с обрыва. Я теряюсь на несколько мгновений, и только слышу, как кончает Рас, изливаясь на мою поясницу. Марк же просто отстраняется.
Я отворачиваюсь, пряча лицо от влажных поцелуем, и привожу дыхание в порядок. Всё вокруг замирает и мне стоит нечеловеческих усилий произнести слова вслух. Я прошу Марка отнести меня в душ.
Он молча делает, заворачивая меня в собственную рубашку. Проносит через весь номер и захлопывает за нашими спинами дверь. Потом опускает меня бортик ванной, тянется к кранам и все время тяжело почти что загнанно дышит.
– Марк…
– Блять, Мира! – неожиданно вспыхивает он, выпуская все эмоции огненной вспышкой.
Я рада, что он успел включить воду. Она заглушит крики.
– Этого больше не будет! Никогда!
– Не кричи, пожалуйста.
– Не кричать?! Отлично, Мира, отлично! Может, нам вернуться и продолжить?! Мне дальше смотреть, как этот мудак трахает тебя?
Я собираю руки в замок на груди, но Марк не дает мне. Он срывает с моих плеч рубашку. Замечает, что она перепачкана в сперме Раса, и замирает на месте. Он закрывает глаза и явно приказывает себе сдержаться. Не переломать всё в номере, а сцепить кулаки и выдохнуть.
– Я готов был делить тебя, когда видел, что он любит тебя, – произносит Марк ледяным тоном. – Я видел, что ты нужна нам обоим… Как воздух. Мне приходилось ломать себя, но я понимал ради чего. А сейчас, – он снова выдыхает, сжимая кулаки до побелевших костяшек, – сейчас он ноги об тебя вытирает. Сколько он уже раз упомянул Клариссу? Он еще не попросил тебя покрасить волосы в ее цвет? Чтобы ему было не так стыдно трахать тебя?
– Марк, пожалуйста.
– Он ничтожество. Как и его папаша. Он будет метаться и искать место потеплее до последнего, он не хочет за решетку и не хочет проиграть мне. Он будет трахать Клариссу, чтобы она держала отца от него подальше, и будет трахать тебя, чтобы ты как сейчас смотрела на меня мокрыми от слез глазами и просила не трогать его.
Я не ожидала услышать такие слова от Марка. Они ложатся нестерпимым грузом на мое сердце. У меня чувство, будто он произнес за меня то, что я даже в мысли боялась оформить. Я слишком боялась разочарований и была готова снова и снова закрывать глаза. Но Марк прям и до жестокого честен, чтобы дать мне и дальше жить в мираже.
– Хватит, Мира, – добавляет Марк. – Он больше не дотронется до тебя.
Я потеряна и смотрю на него пустым взглядом. Я не готова так быстро принимать решения и по нутру чиркает ноготок упрямства. Мне не нравится, что Марк всё решает за меня. Я понимаю, что он взвинчен и выбирает не лучшие слова из-за злости, но он перегибает палку.
– Марк, ты не мой хозяин…
– Я твой мужчина, – отрезает он. – Я вижу, что он делает тебе больно.
– Нет, – мотаю головой, воспринимая его слово буквально, будто он говорит о физической боли.
– Тебе понравилось, как он поимел тебя? Сейчас? По твоим глазам не скажешь. Ты просто слаба перед ним, он твой первый и он парень, которого ты любила как сумасшедшая в девятнадцать. У него чертов карт-бланш, он может унижать тебя снова и снова, пока ты, наконец, придешь в себя. Но я не позволю. Я уже сейчас вижу, что тебе плохо. Черт, Мира…
Он с силой выдыхает, чтобы не выругаться намного грязнее. Марк подходит ко мне вплотную и накрывает горячей ладонью макушку. Мягко проводит, лаская, он опускает руку ниже и обхватывает мой подбородок, как на диване, когда раскрыл мой рот, чтобы вставить свой член.
– Я тоже был груб с тобой.
Он наклоняется и целует меня, с предельной удивительной нежностью. Я чувствую его губы, язык, он словно слизывает с меня грубость, которую позволил себе, поглаживает пальцами и опаляет кожу согревающим дыханием.
– Прости меня, – добавляет Марк тише. – Прости, малышка.
– Всё хорошо.
– Нет, не хорошо. Я повел себя как мудак.
– У нас давно не было секса, я понимаю…
– Три дня? Ты правда думаешь, что я настолько животное? – он грустно усмехается. – Откуда это в тебе, Мира? Тебе всех надо оправдать.
– Не знаю, – я пожимаю плечами. – Может быть, из-за брата? Я долго его оправдывала.
Щелкает замок, обрывая наш с Марком диалог. На пороге ванной появляется Рас, который переводит на нас внимательный взгляд.
– Все в порядке? – спрашивает он. – Мне показалось, я слышал крики.
Марк тут же поднимается на ноги и закрывает меня от Раса, будто я на самом деле нуждаюсь в защите. Я сижу совершенно голая и мне становится неуютно. Я нахожу взглядом полотенца на полочке неподалеку, но мне почему-то вдруг кажется, что мои ноги не уйдут далеко.
– Мы разберемся, Рас, – с вызывающим холодом произносит Марк. – В номере есть другой туалет, если тебе надо отлить.
– Ты чего завелся? Мира, все хорошо? – Рас отклоняет корпус и смотрит на меня.
Я лишь киваю.
– Не лезь к ней! – Марк заводится и включает каток. – Вы с папашей привыкли, что Миру некому защитить. И можно делать, что хочешь, подставлять, забирать деньги, унижать… Но я не ее никчемный брат, я не буду смотреть на это дерьмо сквозь пальцы.
Рас хмурится и останавливается, почуяв, что Марк ни разу не шутит.
– Твой отец изображал друга семьи Миры, пока не убил ее родителей. Отлично изображал, на пятерку просто. Смотрю, ты у него научился, даже превзошел папашу, – Марк гадко усмехается и разминает плечи, как делают боксеры перед схваткой.
Я смотрю на его широкую спину и все же нахожу силы, чтобы подняться на ноги. Меня больше не беспокоит нагота, я только хочу не допустить драку. А она зреет, ее обещание висит в воздухе. Марк срывает последние ограничители и произносит все то, что не давало ему покоя последние дни.
– Ты стал шелковым, как только у Миры появились деньги.
– Я отдал ей их, – огрызается Рас. – Ты забыл? Я сам вернул Мире ее наследство!
– Вернул? Так просто? Или ты перекинул деньги с вашего семейного счета, который уже давно контролирует отец Клариссы? Он достал тебя, да? Начал перекрывать кислород? – Марк смеется. – Ты заматеревший прожженный сукин сын. Я просмотрел все документы и счета и больше не верю ни единому твоему слову.
– У тебя крыша едет…
– Ни хера. Ты увидел, что Мира все та же хрупкая наивная девчонка, которая до сих пор любит тебя. Ты понял, что ей можно отдать деньги, а потом забрать их назад, как это уже было с ее братом. И ты заделал ребенка Клариссе для подстраховки, если вдруг тесть начнет лютовать.
Я ловлю Марка за локоть. Я хочу удержать его удар, но вдруг понимаю, что мне самой нужна опора. Его слова бьют меня, а не Раса.
– Марк, пожалуйста, – шепчу. – Не нужно…
– Мира, не слушай его! – Рас повышает голос, а его ботинки скрипят, когда он делает шаг ко мне. – Он совсем поехал…
– Заткнись, сука! Я уничтожу тебя, если она позволит. Сотру в порошок всю вашу семейку. Ты меня слышишь? Проваливай прямо сейчас, сделок больше не будет.
– Мира…
Голос Раса становится последней каплей. Я теряю собственное тело и больше не могу держаться за Марка. Как вспышка черного, я проваливаюсь в забытье.
