Текст книги "Под двойной защитой (СИ)"

Автор книги: Лавли Рос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24

Я отправляю Раса и Марка по своим делам, потому что подходит время моих занятий. Мы договариваемся встретиться попозже и сходить куда-нибудь, хотя Марк кивает и одновременно скептически улыбается. Он явно думает, что ближайшее время нам надо проводить наедине, а не смотреть фильмы в кинотеатрах или оценивать местные рестораны.

– Я позвоню, – киваю им, когда к подъезду подъезжает такси, чтобы забрать мужчин.

– Может, подбросить? – отзывается Марк, когда Рас уже забирается в салон.

– Нет, мне тут рядом. И я люблю дорожку через парк, там красиво.

– В этом городе нет ничего красивого.

– Тебе не надоело? – я закатываю глаза, не веря, что он опять взялся ругать мой город.

– А я специально. Ты очаровательная, когда злишься. И так ты будешь думать обо мне.

– Плохое думать, – я фырчу на него. – Не пробовал по-другому?

– Надо будет прикинуть, – Марк нагло усмехается и делает движение, заныривая в салон, но в последний момент зависает и бросает на меня взгляд. – Я кстати неправильно выразился. В этом городе нет ничего красивого, кроме тебя.

Он садится в машину, и та тут же трогается. Я остаюсь одна, а в голове стоит эхо его хрипловатого баритона. И красивая фраза, которую он успел бросить на прощание. Черт, Марк умеет производить впечатление! Мне порой кажется, что мне достается безумная доза его мужского обаяния, которое он почти не тратил на других. Я догадываюсь, какой огромный выбор у него был и как много девушек он успел… скажем так, попробовать, но Марк точно не специалист в чувствах. В нормальных отношениях, когда пара живет вместе и строит тесную доверительную связь.

Я с легкостью могу представить Марка в ночном клубе или элитном баре, а вот с домашними вечерами проблема. Интересно, у него вообще были отношения?

Я захожу в школу искусств, куда хожу на курсы живописи, и отключаюсь от внешнего мира. Мне удается позабыть обо всем, погрузившись в любимое хобби. Оно меня чертовски успокаивает, мне нравится плавная речь учителя, легкие шутки других девочек, а у нас исключительно женских коллектив и то, как хорошо у меня получается. Я оказываюсь очень даже способной, хотя ужасно переживала на первом уроке. Это вообще моя вечная беда, которая мешает начать новое дело. Я почему-то издалека решаю, что мне не по плечу и могу потерять уйму времени, пока уговорю себя хотя бы попробовать.

И, если раньше у меня была стопроцентная причина – нехватка времени и денег, то сейчас сам бог велел.

– Плавнее, – учитель заходит ко мне за спину и произносит вполголоса. – Можно добавить воды, чтобы получился эффект мрамора.

– Боюсь, переборщить.

– Всегда можно сделать вид, что так и было задумано, – подшучивает мужчина. – Шаблона же нет.

Он прав.

Вообще, кто придумал, что во всем должен быть шаблон?

Пример, по которому должны жить все до единого и радоваться только тому, что разделяет и понимает большинство?

– Это проявление тебя, – продолжает учитель. – Только тебе решать, как ляжет каждая линия.

После урока я болтаю с девчонками, мы обмениваемся найденными в сети ссылками с крутыми иллюстрациями и подумываем вместе сходить на лекцию в планетарий. На купол обещают вывести картины Босха и Дали. Меня смешит, как бы закатил глаза Марк, если бы я предложила ему вместе с Расом составить компанию. Это намного хуже кинотеатра, на его взгляд.

Я выхожу из школы вместе с Леной, которая младше меня на два года и совсем недавно вышла замуж. Она любит делиться фотографиями со свадьбы и то и дело переводит тему на свое свадебное путешествие, которое они с мужем провели на Филиппинах. Я никогда не была на островах, но слушать ее интересно. Видно, что у человека сбылась заветная мечта и он не может долго держать в сердце детский восторг.

– А какое там море! Боже, я так хочу как-нибудь вернуться, – Лена прижимает папку с эскизами к груди и мечтательно вздыхает. – Я ведь никогда не любила путешествовать, а это увидела фотки в сети, потом нарыла сотню форумов и пошло-поехало. Сначала влюбилась в Филиппины заочно, потом уже всем сердцем!

– Взаимно?

– О, да! Филиппины отлюбили меня лучше мужа.

Она смеется и следом рассказывает смешную историю, как они купались на маленьком острове, который можно за две минуты обойти полностью. Я слушаю ее и думаю о том, что вот она – нормальная жизнь. Обычные разговоры с подругами, приятная работа, мелочи и сплетни, любимые увлечения, на которые получается найти время.

Хороший секс.

Да, это тоже немаловажно.

Даже отличный секс, если быть до конца честной. И ведь я чувствую, что между нами троими происходит что-то большее. Мы только ступаем на эту дорожку, но это совершенно точно не только похоть. Или желание испытать острые запретные эмоции.

Нет.

Для меня так точно нет.

Я слишком глубоко и давно впустила Раса и Марка в сердце, чтобы думать об одном телесном удовольствии. Мне бы теперь научиться жить с этим и понять, что мы вообще будем делать дальше. Я знаю, что я тревожная и проблемная, прошлая жизнь сделала из меня девушку, которая во всем ищет подвох и второе дно. И я не представляю, как уничтожить свою недоверчивость. Или это как раз задачка для моих мужчин? Пусть они занимаются моим доверием… На губы наползает глупая улыбка, потому что я давно потеряла нить собственных размышлений, но меня веселит их итог.

– До завтра, – Ленка тянется ко мне, чтобы поцеловать в щеку.

– Насчет завтра не уверена, но в понедельник буду.

– Пропускаешь? Как не стыдно, Мира, а еще любимица учителя.

– Я не любимица, – отмахиваюсь. – У меня дел будет много, вряд ли, получится вырваться.

– Ладно, тогда до понедельника.

Лена делает взмах ладонью и направляется к светофору, чтобы перейти дорогу. Я же достаю сотовый и думаю кого набрать. Марка или Раса… Вот еще дилемма! Я отдаю право выбора алфавиту и просто-напросто набираю тот номер, который встречается первым в списке.

– Я освободилась, – сообщаю Марку, когда он берет трубку. – Точно, как обещала.

– Молодец, – Марк берет паузу, а у меня перед глазами становится картинка, как он поднимает руку и смотрит на наручные часы. – Кинь адрес, тебя Рас заберет. А я попозже подскочу.

– Дела?

– Да, есть пара моментов. Я скоро буду.

– Отлично.

– Вы только меня не обсуждайте.

– И в мыслях не было.

– А о чем говорили утром? – неожиданно спрашивает Марк. – В душе?

Я теряюсь, уже позабыв, что Марк ждал нас, пока мы выясняли тайны прошлого.

– О наших “изменах”, – отвечаю честно. – О том, что Рас как дурак повелся на фотомонтаж отца и пошел изменять с моей подругой, чтобы выплеснуть злость.

– Понял.

– Марк, всё хорошо? Только ответь честно, как я тебе.

– Хитрая, – он усмехается, но становится серьезным через мгновение. – Я, наверное, пока нервничаю, когда вы остаетесь наедине. Всё шатко еще…

– Нет, не шатко, – я надавливаю уверенным голосом. – Но я могу подождать, приезжайте с Расом вместе. И не надо никакого кино, можем остаться дома.

– Да? Ну тогда я знаю, чем мы займемся.

Конечно, он знает. Я бы удивилась, если бы Марк сказал что-то другое или вовсе промолчал. Он бросает напоследок, что ему нужно полтора, а то и два часа, чтобы утрясти все дела. Вот они деловые люди! Даже в другом городе и на отдыхе их не отпускают важные вопросы. Юристы вместе с партнерами достанут в любой точке света, а если зазеваться, то и самолет пришлют, чтобы увидеться лично. Ведь срочно же, котировки меняются каждый час, а другие игроки рынка не спят.

Но мне это на руку сейчас. Я поворачиваю к кофейне, чтобы помочь Ритке. Я уже договорилась с ней в чате, что она завтра меня подменит, так что хочу заранее поблагодарить. Как раз наступают обеденные часы, клиентов будет много и лишние руки не помешают. Я захочу через заднюю дверь, которая отдается переливом колокольчика, снимаю пиджак и меняю его на фирменный фартук. Потом собираю длинные волосы в пучок и выхожу к стойке.

Время пролетает незаметно и я пишу Расу, чтобы они с Марком забрали меня прямо из кофейни. Они приезжают на черном кроссовере, который уже взяли в аренду, чтобы не вызывать постоянно такси.

– Видишь, этот город не обречен, – подкалываю Марка, который сидит за рулем. – Тут есть аренда автомобилей.

– Это лучший вариант, что у них есть, – Марк по-прежнему настроен скептически.

– И что? Он не заводится? – я чуть наклоняюсь и делаю вид, что прислушиваюсь к шуму мотора, хотя и дураку ясно, что авто заведено. – Смотри-ка, всё ок. Не пойму, что тебя не устраивает.

Я поворачиваюсь к Расу.

– Когда он стал таким избалованным? Я помню совсем другого парня.

– Да, Марк мне фору даст, – кивает Рас. – Как прошли занятия?

– Отлично, я потом покажу вам свои эскизы.

– Покажи сейчас, – Рас указывает на мою сумку.

– Нет, – я уверенно отсекаю такую возможность. – Я хочу показать удачные, а то Марк начнет подшучивать еще и над моим хобби.

– Я? Подшучивать? – лениво отзывается Марк. – Никогда.

Я сижу на заднем рядом с Расом и беру его широкую ладонь, на что он тут же реагирует и заплетает наши пальцы в надежный замок. От него исходит приятное тепло, я перебираю пальцами и наталкиваюсь на его костяшки. У Раса сильные сухие руки, чувствуется мужская сила и в то же время аристократическая утонченность. Марк грубее, во всем, во внешности в том числе. Он брутальнее от кончиков коротко стриженных волос до черных ботинков из нелакированной кожи.

Еще я замечаю, что Рас любит костюмы. Он даже в повседневной жизни предпочитает деловой покрой, только выбирает просторные силуэты и пренебрегает галстуками. Марк же тяготеет к спортивной небрежности – поло, футболки, джинсы и хулиганы.

Я отмечаю мелочи, которые разделяют их, но в моем восприятии делают их только ближе и роднее.

– Что это значит?

Я замечаю татуировку на ладони Раса, которая запала мне в память еще в прошлый раз. Черный четкий штрих.

– У тебя в девятнадцать не было его, – добавляю, замечая, как Рас задумывается о чем-то своем.

– Это после нашего расставания.

– Прям сразу?

– Да, сделал засечку, – Рас коротко улыбается, а глаза все равно грустнеют. – Я надрался в баре, проснулся у какого-то приятеля и долго пытался воткнуть, где я вообще.

– Наверное, еще и голова болела?

– Болела, – Рас реагирует усмешкой на мой подкол. – В доме у приятеля на первом этаже был тату-салон. Меня случайно занесло, а потом решил… бред, конечно, но подумал, что как черту проведу. Правда, вышла не черта, а засечка на память.

– Смотрится стильно.

Я не знаю, что добавить. Я понимаю, что черный след на его коже сделан в мою честь. Он оставил напоминание о том дне, когда я “предала” его и все нашли планы на будущее рухнули и оказались всего лишь иллюзией, под которой скрывалась моя связь с его лучшим другом.

– К черту ее, – бросает Рас и обнимает мою ладонь так, что тату становится не видно. – Перекрою, когда придумаю чем.

– Ой, а куда мы едем?

Я вдруг замечаю, что мы проехали мой перекресток, и направляемся в самый центр.

– Не в кино, не бойся, – произносит Марк, бросая взгляд через зеркало заднего вида. – Я нашел в этой дыре нормальный отель…

– Континенталь? Черт, Марк, ты действительно помешан на статусе! Я понимаю, что у тебя детская травма, но необязательно платить безумные деньги буквально за всё.

– Ты была на верхнем этаже?

Он пропускает мои слова мимо ушей и продолжает давить своё.

– Не была.

– Тогда продолжим разговор, когда побываешь.

Я перевожу взгляд на Раса, который смотрит с усмешкой на нас обоих.

– Да и у тебя кровать крошечная, – добавляет Марк. – Я там не усну.

– А я не собиралась никого оставлять на ночь.

– Это ты сейчас так говоришь.

– Тише, Марк, – Рас перехватывает мою ладонь, которой я взмахиваю в воздухе, не зная, куда еще деть эмоции. – Ты неправильно понял значение фразы “распалить девушку”. Это делается не так.

Рас подтрунивает и мне тоже в принципе весело, но это не мешает отчаянно желать постучать Марку по голове.

– Мы уже приехали, – говорит Марк.

Он поворачивает к зданию роскошного отеля, перед которым стоят высоченные флагштоки. Марк поворачивает к главному входу и первым покидает авто, он открывает мне дверцу и перекидывает ключи Расу через крышу. Потом они отправляются подоспевшему пареньку в форме отеля.

– Хочешь расцарапать мне лицо? – Марк вырастает передо мной каменной стеной и закусывает нижнюю губу, из-за чего его ухмылка становится не издевательской, а сексуальной. – Может, лучше спину?

Глава 25

Мы поднимаемся на самый верх. Марк прикладывает ключ к панеле лифта, и тот доставляет нас в двухэтажный пентхаус, для которого створки лифта служат входной дверью. Я бывала в столь незабываемой роскоши лишь однажды, когда папа взял меня в командировку, а расселением занимался столичный бизнес-центр. Никто не считал деньги, а я была слишком молода, чтобы оценить момент. Тогда казалось, что так будет всегда, что жизнь меня ждет яркая и беззаботная, как летний день на курорте.

– Хочешь впечатлить девушку? – бросаю Марку и прохожу мимо него.

Направляюсь к панорамным окнам, которые смотрят на центр города. Тут Марк выиграл, мне безумно хочется взглянуть на красивый вид. Я открываю дверь и выхожу на просторный балкон, где можно в футбол играть. Плетеная мебель образует уютный уголок и можно с легкостью представить, как тут круто проводить вечера.

И сам вид, конечно…

– Да, я погорячился насчет города, – сзади раздается голос Марка. – В нем все-таки что-то есть.

Я оборачиваюсь и замечаю, как он оперся на дверной косяк, и смотрит то на меня, то на завораживающий вид соседних стеклянных высоток и дореволюционных зданий, которые музейными экспонатами стоят в самом низу.

– Нужно дождаться, как стемнеет, – я уверенно киваю. – Зажгутся огоньки и будет глаз не оторвать.

– О, это к нам, – Марк отлучается на стук.

Оказывается, он заранее сделал заказ. Официант проходит в гостиную и расставляет блюда с приборами под присмотром Марка, пока я болтаю с Расом.

– Тебе тоже было тесно у меня?

Рас усмехается и подходит ближе, пуская меня под руку. Он приобнимает меня и окутывает своим свежим парфюмом.

– Мне все равно где, – говорит он. – Но ты попала в точку, когда сказала, что у Марка детская травма. Я не задумывался об этом, а сейчас смотрю вокруг и понимаю, что ему так спокойнее. Ему, наверное, нужно, чтобы перед глазами было напоминание, что он выбился в люди. Что он добился и те времена позади. Он же хлебнул… Моя служба безопасности перед сделкой пробивала его дела. Его пару раз чуть не посадили, он ввязывался в рисковые дела, а без своего капитала по-другому никак, и на него пытались повесить всех собак. Он долго шел наверх, он всего пару лет в пентхаусах.

– Тогда это еще надолго, – я усмехаюсь, но без злобы.

Я бросаю на Марка внимательный взгляд и не могу поверить, что где-то глубоко под маской респектабельного самоуверенного мужчины еще живет тот озлобленный на весь мир мальчишка. Я иду к нему, когда официант уходит, и крепко обнимаю со спины.

– Что случилось? – он оборачивается и словно ищет подвох в моем приливе нежности. – Рас тебя обидел?

Он спрашивает несерьезно, но поворачивается в другую сторону и находит взглядом Раса.

– Что ты сделал? – спрашивает у него Марк.

– Тебе не нравится? – подшучивает Рас.

– Нравится. Поэтому запомни “что” и делай почаще.

– Ну один остроумнее другого, – я стону в голос, но Марка не отпускаю. – За что мне это?

Я провожу щекой по его футболке, ощущая горячий металл под ней. Марк машина, а не человек. Даже странно, что он напугал меня в первую встречу после разлуки, но не привел в ужас. При его фактуре бойца можно заставить дрожать от страха, если надавить взглядом посильнее.

Марк шагает к столу, утягивая меня за собой, и вскоре мы оказываемся заняты обедом, который грозит плавно перетечь в ужин. Мы много разговариваем о всяких пустяках, выпиваем – я вино, а мужчины темное пиво, и шутим. Легкая беседа бежит сама собой, и я ловлю себя на удивительном чувстве расслабленности.

Мне хорошо и спокойно, и если и начинают покалывать тонкие иголки, так возбуждения. Марк иногда задерживается взглядом на моих губах и кажется мысленно раскрывает их. А Рас после того, как отлучился к бару, сел так близко, что я чувствую жар от его бедра.

– К черту! – произносит он, отбрасывая салфетку, с помощью которой хотел показать фокус. – Я потерял сноровку. Признаю.

Я кладу ладонь на его плечо, ободряюще поглаживая, и Рас ловко перехватывает мои пальцы. Тянет к своему лицу и целует. Легкий поцелуй обжигает, ведь Рас не останавливается и скользит языком по моей коже. Тело тут же отзывается на его внезапную ласку и я смущаюсь, когда понимаю, как напрягается низ живота.

Энергетика секса давно чувствуется, она импульсами рикошетит от нас, но первое движение происходит только сейчас. Я откидываюсь на спинку стула и сквозь выпитый алкоголь смотрю на красивое лицо Раса. Он продолжает покрывать поцелуями и влажными прикосновениями языка мою руку, он двигается медленно и порочно, зная, что я не вырву ладонь и никуда не уйду очень долго.

Я полностью в его власти.

Как и Марка.

Я поворачиваюсь к нему, когда слышу как скрипят ножки стула. Марк подходит вплотную и сгребает приборы в сторону. Он присаживается на стол передо мной и берет мое лицо в свои ладони. Его большие пальцы повторяют мои черты и тягуче массируют.

Отравляют…

Потому что мои мысли становятся грязными в один миг. Марк неотрывно смотрит на меня и его взгляд чернеет с каждой секундой, он уже мысленно заставил распахнуть меня не только рот, а все уголки моего тела, которые могут доставить ему удовольствие.

Он выбирает позу.

Это видно.

И уже трахает меня в своей голове.

– Ты же плохая девочка, Мира? – спрашивает Марк с хриплой оттяжкой.

Его крепкие пальцы ложатся на ремень брюк. Он сдергивает его одним рывком и следом расстегивает молнию, не отрывая взгляда от моего лица. Глаза опускаю я, вижу как топорщится ткань белых боксеров.

– Очень плохая, – голос Раса звучит сбоку.

Он отбрасывает руки Марка от моего лица и кладет пальцы на мои губы. У меня сбивается дыхание, я не понимаю, чего он хочет, но меня заводит, что они оба так близко. Трогают меня и раздевают глазами.

Рас обводит мои губы сильнее и проталкивает два пальца мне в рот. Заставляет его открыть сильнее и, зажимая подбородок, тянет вперед. Я послушно поддаюсь и вижу, как Марк достает член из боксеров.

– Возьми его, – шепчет Рас. – В рот, малышка.

Рас кладет вторую ладонь мне на основание шеи и буквально надевает на член Марка. Я пропускаю выдох, теряясь от всего, что сейчас происходит с нами. Обхватываю член Марка и обвожу языком по кругу, чувствую, как он увеличивается, наливаясь кровью, и как влажно становится у меня между ног.

Я завожусь, ощущая, как жарко мужчинам, как тяжело даются выдохи и какой длинной будет эта ночь.

– Блять, – ругается Марк. – Глубже, сделай глубже.

Я распахиваю рот сильнее и расслабляю горло, когда чувствую, что Марк не может сдерживать себя. Он толкается в мой рот, а Рас придерживает меня. Я не противлюсь, и вскоре чувствую, как они находят общий ритм. Рас наталкивается меня на член Марка, а тот двигается бедрами навстречу. Пошлые звуки заполняют комнату и я поднимаю глаза на Марка, смотрю в его пьяные от порока глаза и довожу его до безумия, смыкая губы и усиливая трение.

Марк дергает ладонью, желая обхватить мою голову, но осекается. У них с Расом словно немой договор, что руками помогает только Рас. Правда, я не выдерживаю и обхватываю его крепкие пальцы. Увожу их вниз, наталкивая между ног, и через мгновение чувствую там горячий выдох. Рас опускается на колени и раздвигает мои ноги, подныривает ко мне, задирая юбку, и начинает покрывать грязными поцелуями прямо через тонкую кружевную ткань трусиков.

Я же перестаю понимать, кто я и где. Только яркие вспышки удовольствия. Физического и другого, глубинного… Меня сводит с ума близость Марка, который вот-вот изольется, и то, как быстро Рас находит чувствительную точку на моем теле. Он проталкивает пальцы и скользит по промежности, задевая ее раз за разом. Я стону, жарко выдыхая на Марка, и это становится последней каплей.

Он дергается и кончает, с его жестких губ срывается хриплый стон, который как рык животного. Он неотрывно смотрит на меня сквозь пелену, а я провожу языком по всей его длине и накрываю ладонью идеальный пресс. Двигаюсь по напряженным мускулам и чувствую его вкус во рту, который узнаю впервые.

– Боже!

Меня прорезает насквозь, когда Рас перестает жалеть меня и отодвигает трусики в сторону. Я наклоняюсь вперед, инстинктивно сгибаясь пополам, но Марк ловит меня и притягивает к себе. Я утыкаюсь лицом в его бедро и угадываю, как его массивные ладони поглаживают мои волосы. Он нежно ласкает меня, пока Рас делает влажные откровенные штрихи у меня между ног. И уже не пальцами, а я языком. Я дрожу и трусь лицом об брюки Марка, меня выкручивает узлами, а все тело превращается в один сплошной поток ослепляющих импульсов. То сильнее, то ярче, то жестко на грани боли…

– Давай, малышка, – грубоватый Марк доходит до меня, как с глубины. – Кончи.

– Не могу… Не могу больше…

Я так близко, что пошатываюсь на грани. Вот-вот свалюсь в бездну, но никак не почувствую последний толчок.

– Тогда иди сюда.

Марк резко перехватывает меня за плечи и вытягивает перед собой. Я пытаюсь посмотреть на его лицо, чтобы понять, что происходит, но перед глазами пелена. Я как в бреду и могу отличать лишь шорохи. Я слышу как поскрипывает стул за моей спиной и понимаю, что Рас опустился на него. Потом распускается ширинка и звякает пряжка ремня. А потом ладони Марка откидывают мое тело назад.

Я жалобно выдыхаю, теряя равновесие, но сзади меня тут же принимает Рас. Он обхватывает меня за талию, сминая плоть широкими ладонями, и сажает на себя.

На свой стоящий колом член.

Я вскрикиваю, принимая его на всю длину, и только пальцы Марка позволяют мне остаться в вертикальном положении. Марк обхватывает мое лицо, снова собирая волосы и ловя мой поплывший взгляд. Я смотрю в его бездонные глаза и ощущаю, как Рас растягивает меня с каждым толчком. Он врывается в меня, насаживая плотнее и сильнее, а я задыхаюсь и ищу губами пальцы Марка. Облизываю их, целую, сосу. Прячу в них стоны и подмахиваю Расу, теряя последнюю связь с реальностью.

Она рвется окончательно, когда Рас чуть отклоняется и вбивается в меня под другим поклоном. Он задевает внутри меня спусковой крючок и я кричу, то ли падая куда-то, то ли, наоборот, взмывая в невесомость.

Вместе с Расом. Он изливается следом и утыкается влажным лбом в мою спину, обжигая кожу сбитым частым дыханием.