Текст книги "Мелодия сердцебиения. Часть 2 (ЛП)"

Автор книги: Лаура Зоммер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАВА 4

Генри

Интересно, что имела в виду Юли? К сожалению, я сразу же заснул. Но судя по тому, как она отреагировала, это должно было быть что-то очень взрывное. Жаль, что мне не удалось убедить её рассказать всё во второй раз. Но день ещё не закончился, и у меня обязательно будет шанс.

Когда Юли встала на колени на кровати и взяла подушку, я, естественно, заметил выражение её лица. Усиленные тренировки в течение последних нескольких недель принесли свои плоды, особенно если не пренебрегать тренировкой пресса. Постепенно начали проступать первые мышцы, и Юли, похоже, это очень понравилось. Она ярко покраснела и спрятала лицо за руками. Жар? Ну конечно! Я чувствовал себя польщенным, но не хотел начинать дискуссию, поскольку Юли было заметно не по себе.

Это была маленькая победа для меня и уверенность в том, что Юли не испытывает ко мне физического отвращения. Как и я, разумеется. Даже если, возможно, перестарался в лесу, Юли была женщиной моей мечты и останется ею навсегда. Она не нравилась мне такой худой физически, но я желал её не для постели. Не только... Конечно, я часто представлял, каково это – спать с ней. Какой бы она была на вкус? Как бы она смотрела на меня, когда я был бы на ней, или она на мне. Каково было бы её тело... Те места, к которым мне никогда не разрешалось прикасаться.

Я глубоко вдохнул и выдохнул, лёг на спину и раскинул руки. Слегка коснулся её спины, тут же извинился и посмотрел на её тело, которое слегка вздрогнуло. Это было лишь очень лёгкое прикосновение, но Юли сразу же отреагировала. Может, мне стоит держать руку вытянутой и притвориться спящим?

Вообще-то я хотел оставить всё как есть, просто дружить с ней, но всё внутри меня противилось этой идее. В какой-то момент у неё наверняка появился бы парень, возможно, кто-то вроде Кристиана? Я скривился от отвращения. Юли действительно не заслуживала такого человека! У неё должен быть кто-то вроде меня. Кто-то, кто любил и желал бы её.

Мне было очень трудно оставаться в сознании, хотя я смертельно устал и глаза уже закрывались, но хотелось увидеть реакцию Юли. Что она будет делать? Продолжит лежать? Перевернётся? Может быть, даже прижмётся ко мне? Я молился, чтобы она выбрала последнее.

Проходили минуты, пока я старался не заснуть, и, наконец, что-то произошло. Юли пошевелилась, матрас прогнулся, так что она как минимум повернулась так, чтобы посмотреть на меня. Эта ситуация была более захватывающей, чем любой триллер!

И действительно... Она потянулась ко мне. Теперь я не мог сохранять невозмутимое выражение лица! Её палец коснулся моего торса. Я бы хотел увидеть её лицо. Интересно, о чём она думала? Что испытывала? Чувствовала ли она хоть что-нибудь? Было бы слишком хорошо, если бы я мог просто спросить её. Что ты чувствуешь, когда прикасаешься ко мне? Приятно ли тебе? О чём думаешь, когда смотришь на меня и прикасаешься ко мне? Поскольку мои глаза были закрыты, мне оставалось только верить, что она чувствует себя хорошо.

Она двигалась вперёд и, наконец, положила голову мне на плечо. Она сделала это! Юли действительно прижалась ко мне! Неужели я сплю? Может, это просто чудесный сон, который приснился мне потому, что я жаждал её физической близости? Может, я просто выдавал желаемое за действительное, может быть, если бы я сейчас проснулся, то Юли все ещё лежала бы у стены?

Был только один способ узнать это! Я обхватил её руками, крепко прижал к себе и перевернулся на бок так, что почти похоронил её под собой. Она была моей! Юли была моей здесь и сейчас, в этот момент. Никто другой не сможет отнять у меня мою Юли! Пожалуйста... Не сопротивляйся, а просто позволь этому случиться! Просто позволь этому случиться и наслаждайся моментом! Ты проснулась и подвинулась ко мне. Ты хотела прикоснуться ко мне и быть рядом со мной, и теперь я даю тебе это. Пожалуйста... Просто лежи спокойно и чувствуй себя так же, как я!

Я крепко обнял Юли и даже обхватил одной ногой её ноги, так как не хотел, чтобы она вырвалась из моих объятий. Даже если бы это было грубо, я бы не смог вынести отказа. Я отодвинул бедра назад, так как не хотел прижиматься к ней слишком близко, по крайней мере там. Мне было достаточно того, что я чувствовал запах Юли, ощущал тепло её тела, чувствовал её кожу и воспринимал каждое движение мышц. По крайней мере в данный момент. Наконец-то я оказался там, куда приводили меня ежедневные мечты и к чему готовили бесчисленные ночные фантазии. Девушка, в которую я так долго был влюблён, наконец-то оказалась в моих объятиях. В моей постели. В моей комнате. И она была совершенна...

Тело Юли постепенно расслаблялось, и мне казалось, что мы одно целое. Но я задавался вопросом, как смогу снова заснуть, если она не будет лежать рядом со мной. Да и возможно ли это вообще? Важная часть будет отсутствовать. Она должна была остаться со мной, потому что я не мог быть счастлив без Юли.

ГЛАВА 5

Юли

Приятное тепло окутало моё тело. Я проснулась и хотела потянуться, но не могла пошевелить руками.

– Что за? – Я моргнула и увидела перед глазами стену. Осторожно двинулась вперед, пока не поняла, что Генри всё ещё обнимает меня. Но теперь он был прямо за мной, и его руки обхватывали меня. Его лицо утопало в моей шее, а его дыхание щекотало кожу. Он был так близко ко мне! Как это называют? Поза ложки?

Во рту пересохло, а руки нащупали руки Генри. Они свободно обхватывали мою верхнюю часть тела, так что я могла выскользнуть. Но хотела ли я этого? Я не была уверена и взвешивала, что было бы лучше. Куда я пойду, если смогу высвободиться? Может быть, остаться здесь, пока он не проснётся? Сколько сейчас времени? Солнце нагрело комнату, так что сейчас, должно быть, одиннадцать или двенадцать часов. А может и больше. Я осторожно двинулась и попыталась повернуть своё тело так, чтобы снова оказаться лицом к Генри. Моя попа коснулась середины его тела. Я испугалась и подалась бёдрами вперёд, чтобы между ними снова было достаточно пространства.

– Фух... – вздохнула я. Это было слишком близко! Я продолжала медленно двигаться и сумела перевернуться на спину, не выскальзывая из объятий Генри. Мне не терпелось увидеть его спящее лицо и понаблюдать за ним ещё какое-то время. Я повернулась ещё немного, пока мы не оказались лицом к лицу. Я с любопытством посмотрела на парня и улыбнулась.

– У-у-у-у! – потрясено произнесла я.

– Доброе утро... – Генри широко улыбнулся и обнял меня чуть крепче.

– Доброе... – пробормотала я и уставилась на него расширенными глазами. Чёрт! Он проснулся! О, нет! И он уже выглядел таким бодрым, что я могла предположить, что Генри не спал несколько минут. Его взгляд остановился на мне. Казалось, Генри внимательно изучает меня и сканирует каждый сантиметр моего лица. Я сглотнула. Мои глаза метались туда-сюда, я не знала, куда смотреть. Он отпустит меня или продолжит удерживать рядом в своих объятиях? Всё это было так ново... Как вести себя в подобной ситуации? Мне нужно улыбаться? Смеяться? Плакать? В голове мелькали самые разные мысли. Я была в полном замешательстве.

– Уже час... Не хочешь встать? – спросил он меня, одновременно проведя рукой по моей спине и нежно погладив верхнюю часть руки. Кончики его пальцев словно танцевали на моей коже, пока его рука не остановилась на моём плече. Его большой палец продолжал поглаживать меня там, заставляя моё тело расслабиться. Его рука проследовала вверх по моей шее, где он убрал несколько прядей волос с моего лица. Он продолжал улыбаться мне, словно это была самая обычная вещь в мире. Как будто мы лежали вот так каждое утро и были настолько близки. Я чувствовала, как краснеют мои щеки, и хотела спрятать их за руками, но не могла оторваться от него так быстро, поэтому просто позволила им краснеть и дальше.

– Ты так... Прекрасна по утрам... – вздохнул Генри и погладил меня по щекам. Кончики его пальцев ласкали меня, и моё сердце прыгало от радости. Прекрасна? Он считал меня красивой? Мои волосы были растрёпаны, я ещё даже не приняла душ, а одежда вся помялась. Красивая – это совсем другое. Но по тому, как Генри смотрел на меня, было видно, что он действительно это и имел в виду. Мои губы изогнулись в улыбке, и я снова прикусила нижнюю губу. Я заметила, как Генри бросил короткий взгляд на мои губы. Должно быть, это его отвлекло.

– Генри...

Этот момент был просто идеальным! Теперь я должна сказать ему, что люблю его. Генри. Я люблю тебя. Очень просто. Всего три маленьких слова. Четыре, если упомянуть и его имя впридачу. Наверное, мне следует сделать это так, чтобы он почувствовал, что к нему обращаются. Он поцеловал меня, значит, он чувствовал то же самое, что и я! Почему я медлю? Я должна открыть рот! Сейчас? Три... Два... Один!.. Я снова сглотнула и приоткрыла губы. Всё во мне было готово признаться ему. А почему бы и нет? Он не держал в объятиях другую девушку. В своей постели. С таким взглядом! Так что... Приступим! Генри... Я люблю тебя. Люблю.

Люблю. Тебя. Генри! Генри! Ну же!

– Генри...

– Твой будущий парень может считать себя счастливчиком. Кем бы он ни был. Ему достанется прекрасная девушка... – сказал он.

– А?! – Нет! Нет! Что? Почему? Он что, не может заткнуться? Мои черты лица перекосились, а рот искривился так, что Генри в замешательстве посмотрел на меня.

– Что такое? – спросил он меня.

Что за идиот! Господи, что? Будущий парень? Кто бы это мог быть? Почему это не имеет значения? Но... Красивая девушка? Значит, так он обо мне думал, а потом сказал такую глупость? А главное: зачем он меня поцеловал, если не был в меня влюблён? Что за ерунда?!

– Ты в порядке? – Генри слегка отодвинулся от меня и вопросительно поднял обе брови.

– Он... Ох... Ты... Слушай... – заикаясь от ужаса, проговорила я и мягко, но решительно оттолкнула его от себя. – Не подходи ко мне так близко! – прорычала я.

Не может быть! Почему именно сейчас? Почему я? Почему он? Разве Генри не был влюблён в меня? Если бы был, то не говорил бы такой ерунды! Нет. Я ошиблась. Генри ничего от меня не хотел, а я, глупая корова, подобралась к нему так близко! Может, тот поцелуй был просто... Неважно! Инстинктивное поведение или территориальное, как у собак, писающих на деревья, или у мальчишек, плюющих куда попало. Может, этот поцелуй был его меткой. Или он хотел ещё раз проверить, чувствует ли он что-нибудь. А когда понял, что никаких чувств не возникает, убедился, что мне лучше быть с кем-то другим? Просто замечательно!

– Э... Прости... – Генри тут же отпустил меня и сел прямо, потягиваясь. – Я что-то не так сказал?

Что за глупый вопрос! Конечно, ты так и сделал. Но разве я могла винить его за это? Если он ничего не чувствовал ко мне, значит, это не его вина.

– Да. Ты... – Я подползла к изножью кровати, встала, поправила одежду и хотела просто уйти.

– Ты же вернёшься? – спросил Генри, откинувшись на подушки и сложив обе руки за головой. Он улыбался мне. Но это была не дружеская улыбка, а гордая. Победная. Словно он что-то выиграл. Что здесь происходит? Я тут же вспомнила слова Софи. Ложь. Всех их. Они все лгали мне. Генри был замешан в чём-то, что касалось меня? Он смеялся надо мной? Может, всё это было просто игрой? Что если Генри на самом деле был влюблён в меня, а я разбила ему сердце, сказав, что ничего не чувствую после поцелуя? Он разговаривал с Софи. Возможно, она сказала ему сделать так, чтобы я влюбилась в него. Так он сможет разбить мне сердце и отомстить. Нет. Это полная чушь! Генри был не из тех, кто мстит или причиняет мне боль. Но тогда к чему всё это?

– Мы ведь собирались приготовить пиццу, помнишь?

– И мороженое... И макароны. Но пицца и мороженое лучше. У меня нет настроения есть пасту. Я только приму душ и переоденусь, – заикнулась я и поспешно вышла из комнаты. Неужели моя жизнь должна быть такой сложной?

Я торопливо спустилась по лестнице, надела балетки, которые стояли у двери, выходящей на террасу, и поспешила через лужайку к нашему дому. В детстве я несколько раз оставалась на ночь в доме Генри. Тогда он читал мне сказки. Или мы играли в настольные игры. Тогда я спала на его первом раскладном диване. Это было очень здорово.

Когда мы стали чуть старше, мне больше не разрешали оставаться с ним на ночь. Моя мама впала в лёгкую истерику и слишком бурно на это реагировала. Когда я поняла, что влюбилась в Генри, я, естественно, сделала всё возможное, чтобы быть с ним. Но он, казалось, полностью потерял ко мне интерес. И вот теперь я наконец-то смогла быть с ним рядом, и он говорил мне такие приятные вещи... А потом ляпнул такую глупость про другого парня.

Дверь на террасу была открыта, и я вошла в дом. К сожалению, мама перехватила меня, громко выкрикнув мое имя:

– Юли!

– У меня нет времени! – крикнула я и побежала вверх по лестнице.

– Где ты была? – В её голосе звучало беспокойство. Ладно, ещё мама была сердита. Именно поэтому я ускорилась.

– Отойди! – закричала я и побежала в свою комнату, а затем собиралась повернуть ключ... Где ключ? Я огляделась, но его не было ни в замке, ни на полу. Я услышала мамины шаги в коридоре. Она топала как Годзилла.

– Где мой ключ?! – Я распахнула дверь и посмотрела в сердитое мамино лицо. Она держала ключ перед моими глазами. Я потянулась за ним, но она снова забрала его у меня.

– Эй!

– Ничего не эй... Эта дверь отныне остаётся открытой! Где ты пропадала? Ты должна оставлять записку, когда уходишь. Кроме того, дверь на террасу была открыта! – Мама угрожающе помахала ключом в руке. Я же в раздражении скрестила руки на груди и сердито уставилась на неё.

– Я была с Генри... – пробормотала я.

– В шесть утра?

– Э-э-э... – Что теперь? Она проснулась так рано? – Да... – Ладно, мне нужно было срочно найти оправдание получше!

– Но он ушёл разносить газеты как раз в шесть! – Ах, да... Моя мама была на кухне рано, готовила завтрак для отца. Чёрт!

– Да. Я была в его комнате... – Хорошо. А сейчас?

– Одна?

– Да. Ты не хотела, чтобы я была с ним в одной комнате, поэтому я...

– Не ври мне! – в ужасе закричала она. Я никогда раньше не видела такого выражения на её лице.

Она выглядела такой обиженной, обеспокоенной и злой одновременно.

– Ты только что вернулась домой, а родителей Генри здесь нет. Так чем же вы занимались?

– Мы просто разговаривали, а теперь хотим вместе приготовить пиццу! Я пришла сюда только для того, чтобы переодеться! – Я пыталась защищаться, как могла. Но мама, казалось, видела меня насквозь.

– Тебе всего шестнадцать... Хорошо, что вы помирились, а то я очень волновалась. Но я просто не хочу, чтобы ты оставалась с ним наедине!

– Мама! – в ужасе закричала я.

– Нечего кричать! Мама, мама! Генри семнадцать, а это значит, что он сексуально заинтересован в тебе. Я просто беспокоюсь о тебе, неужели ты не понимаешь, Юли?

– Я в курсе и знаю, как это работает! И я ничего такого не жду от Генри! Сколько ещё раз повторять? – Это здорово. Не хватало только, чтобы она давала мне советы о том, как надевать презерватив на банан.

– Юли... Я просто беспокоюсь, детка! – Она размахивала руками, но для меня всё это выглядело как нападение, а не понимание.

– Зачем? У меня был секс много раз! С самыми разными мальчиками! Генри был бы просто одним из многих. И это не стоило бы того, чтобы об этом говорить! – Я захлопнула дверь перед её носом. О... Мой... Бог! Что я наделала? Я замерла и не двигалась. Наверняка мама сейчас закроет меня в моей комнате на веки вечные.

Как Рапунцель или Спящую красавицу...

Но ничего не произошло. Ни звука. Ни слова. Ничего, абсолютно ничего. Я едва осмеливалась пошевелиться или вздохнуть, потому что не знала, что произойдёт дальше. Неужели я действительно только что сказала это? Своей маме? Что бы я ни сказала в будущем, мама наверняка поверит только в эту версию. И мой ключ всё ещё у неё. Я снова открыла дверь и увидела, как она идёт по коридору.

– Мама! Ключ! – крикнула я. Но она мне не ответила. Однако когда я снова пошла закрывать дверь, то увидела, что он лежит на полу перед моей дверью. Отлично. Теперь у меня снова был ключ от комнаты, но мама всё равно думала обо мне самое плохое.

Я громко вздохнула, захлопнула за собой дверь, заперла её на ключ и рухнула на кровать.

Какой хаос! Может, лучше было просто запереться в комнате навсегда? Я лежала на боку и поглаживала подушку, пока не поняла, что не проверила свои сообщения. Я подумала о том, не злится ли Себастьян на меня до сих пор. Хотя я больше ничего от него не хотела, мне было важно, чтобы разногласия между нами были улажены. Я попыталась нащупать свой смартфон, но ничего не нашла. Где же он? Вчера вечером я брала его с собой на родник, а потом...

В панике мои глаза стали больше. Мой телефон был у Генри! Я положила его на стол, прежде чем лечь на кровать. Вероятно, он всё ещё там! Но ведь он был выключен, не так ли? Я не хотела, чтобы Генри читал мои сообщения. С другой стороны, он был настолько любопытен, что я могла даже поверить, что Генри мог бы сделать это. Чёрт!

Я вскочила и достала из шкафа пару длинных узких джинсов и жёлтую футболку, новое нижнее белье и такую же жёлтую, как моя футболка, резинку для волос, а затем побежала в ванную. Быстро приняв душ, я переоделась, планируя снова убежать к Генри. Если повезёт, он даже не заметит. С другой стороны... Я и везение? В данный момент это совсем не про меня.

Я только высушила волосы феном и собрала их в пучок, после чего поспешила выйти из дома. Но тут заметила, что мама сидит за кухонным островком и плачет, попивая вино.

– Мама? – спросила я, раздражаясь, и тут же остановилась. Она никак не отреагировала, не посмотрела на меня и не ответила на мой вопрос. Я видела только то, как она вытирает слёзы и смотрит в сторону. Рядом с ней лежал телефон.

– Только не говори мне, что ты плачешь только потому, что я сказала тебе, что у меня уже был секс? – Такая реакция была явно преувеличена, и это даже не было правдой.

Мама продолжала вытирать слёзы со щёк, потом взяла телефон в обе руки, глубоко вздохнула и сказала:

– Я только что разговаривала с доктором Руни по телефону и записалась на приём на следующий понедельник. – Она уставилась на телефон и даже не взглянула на меня.

– Ты больна? – С мамой было что-то не так? Рак? Опухоль? Что-то с сердцем? Паника охватила всё моё тело. Только сейчас, произнеся это, я осознала, как быстро могу потерять маму, поэтому тут же пожалела о том, как вела себя с ней последние несколько недель.

– Нет. Доктор Руни – это детский и подростковый психолог. Ты пойдёшь к ней... – И я снова больше не жалела о сказанном ранее. Хотя меня немного успокаивало то, что мама всё-таки была в добром здравии, но психолог? Для меня?

– Не говори мне, что это из-за того, что я сказала, что у меня уже был секс в шестнадцать лет? Это была шутка! Я просто не хочу говорить с тобой о чём-то подобном. Для этого у меня есть подружки! – Это действительно не могло быть правдой. Это запоздалая первоапрельская шутка?

– Дело не в этом. Ты сильно изменилась, я тебя совсем не узнаю! Я не позволю тебе пойти по наклонной! Ты постоянно в депрессии, стервозная, ты больше не разговариваешь ни со мной, ни с отцом. По ночам гуляешь с мальчиками, будь то Генри или кто-то другой. Ты похудела, не ешь и запираешься в комнате. Я столько раз пыталась поговорить с тобой за последние несколько недель, но ты закрыта. Я переживаю за тебя, Юли. Я боюсь, что ты можешь навредить себе! – Она закрыла рот рукой и продолжила плакать.

– Мама? – Я не могла поверить, как сильно вся эта ситуация повлияла на неё. Я никогда не видела, чтобы она так горько плакала. Я и сама была в слезах и не знала, как реагировать. Убежать? Или поговорить с ней? На самом деле я всё ещё злилась на неё. Хотя уже не так сильно. – Просто у меня сейчас некоторые проблемы... Сандра и Софи были здесь, и мы снова помирились. Это нормально, что друзья иногда ссорятся. Я просто неважно себя чувствовала, поэтому стала меньше есть. Но сейчас я иду к Генри, и мы будем готовить вместе. Ну, мы собирались сделать пиццу и мороженое... А насчёт парней... Я сказала это только потому, что злилась на тебя. А ключ... Я просто хочу уединиться. Я взрослею и не хочу, чтобы ты постоянно приходила в мою комнату без спроса. Так что не нужно плакать, волноваться или даже отправлять меня к психологу. – Моё сердце бешено билось в груди. Весь мой прекрасный мир рушился. Я разрушала не только свою собственную жизнь, но и жизнь своей мамы.

– Ты так себя ведёшь потому, что мы с папой собирались разводиться? Мы ходим на терапию, всё вроде налаживается... Так что не волнуйся, ладно? Мы с твоим отцом должны быть рядом с тобой, Юли... Мы любим тебя. Нам следовало начать разговаривать друг с другом гораздо раньше, тогда бы не дошло до того, что ты так плохо себя ведёшь... – Она долила вина и выпила бокал одним махом.

– Это не имеет никакого отношения к тебе и папе! Я просто поссорилась с Сандрой и Софи! – Конечно, я тоже волновалась за родителей, но, поскольку они ходили на терапию, предполагала, что всё наладится. По крайней мере я на это надеялась. Мне не хотелось углубляться в это, потому что тогда неуверенность в себе снова просыпалась в моей душе и не давала спать по ночам.

– Нет. Это всё наша вина... И с этим мы разберёмся уже в следующий понедельник. – Мама встала и тщательно ополоснула бокал с вином.

– Я не пойду к психологу, забудь об этом! – Все ссорились с подругами или худели чуть больше, чем планировали!

– Встреча уже назначена. – Она поставила стакан обратно в шкаф, умыла лицо, поставила телефон на зарядку и оглядела кухню. Кухня сияла, выглядела свежевымытой и словно сошла с каталога. Как всегда, разумеется.

– Тогда иди туда, но без меня. И пока ты снова не взбесилась... Я у Генри. Готовим пиццу. А после мы съедим её! И я сделаю мороженое! И тоже его съем! – Слёзы навернулись на глаза, но прежде чем мама успела их увидеть, я развернулась и выбежала из дома. Она не стала меня преследовать, а осталась на кухне.

Это было совершенно безумно и более чем преувеличенно! Может, нужна была помощь ей, а не мне? Этот психолог наверняка посмеялся бы от души, если бы услышал, что говорит мама. Я прошла через сад к патио Генри. Дверь на его террасу была открыта, как я её и оставила.

Он уже принимал душ. Это было слышно из гостиной. Идеальный момент, чтобы зайти в его комнату и забрать свой телефон! Выключенный, он всё ещё лежал на столе. Фух! Вот это удача. Я положила его в карман брюк, села на кровать Генри у стены и стала листать журнал. Генри так долго принимал душ? Или он только зашёл в него, когда я вернулась? Если да, то чем он занимался всё это время? Я пожала плечами и пролистала журнал для скейтеров. Наверное, узнаю это, когда вернётся сам Генри.

Через несколько минут я услышала, как он выключил воду и пошёл по коридору. Он вошёл в комнату, напевая, и сразу же повернулся к своему шкафу, который стоял напротив кровати. На нём было только полотенце, обмотанное вокруг бёдер, и, судя по всему, он совсем не замечал меня. Я сглотнула и, как заворожённая, уставилась на его мокрое тело. Судя по всему, Генри лишь слегка вытерся, потому что капли воды всё ещё стекали по его спине. А я сидела, положив на колени журнал и поджав ноги, и смотрела на него широко раскрытыми глазами.

Сзади он выглядел очень... Невероятно хорошо. Полотенце было обёрнуто очень плотно, и теперь, когда я увидела его икры с такого угла, то почувствовала себя совершенно иначе. Всё его тело выглядело таким подтянутым и тренированным. И как мне удалось проснуться рядом с ним сегодня утром? Я была очень глупа, что не обращала на него внимания всё это время. Не только потому, что теперь он выглядел чертовски сексуально, но и, конечно, потому, что он был просто потрясающим. Мне не следовало так быстро отказываться от него. Особенно после того, как он расстался с Леонией. Когда появилась идеальная возможность заполучить его.

Я кусала губы и мысленно сканировала Генри сверху донизу. Может, мне нужно сказать ему, что я сижу здесь и смотрю на него так, будто он кусок мяса? Или лучше промолчать и, возможно, увидеть что-то большее? Я усмехнулась, наслаждаясь маленьким спектаклем, который устроил Генри. На самом деле он просто стоял перед шкафом и искал что-нибудь подходящее, так что ничего захватывающего он не делал. Но было что-то запретное в том, чтобы тайком наблюдать за ним.

Внезапно он замер, и я захихикала, глядя, как он запихивает обратно в шкаф свои футболки, которые его мама заранее аккуратно погладила и сложила. Генри медленно обернулся, а его рот скривился в страдальческой улыбке.

– Значит... Ты уже вернулась? – спросил он, поправляя полотенце, которое чуть не соскользнуло с его бёдер.

– Да... – Я хихикнула и спрятала лицо за журналом.

– Умно... – пробормотал он, взъерошив волосы. – Хочешь, чтобы я разделся у тебя на глазах? Или пойдёшь на кухню? – Генри положил руки на бедра и с вызовом посмотрел на меня.

– Под полотенцем у тебя должны быть боксёры... – Он не заставит меня чувствовать себя неуверенно! И то, как он ухмылялся... С таким превосходством, словно мне это нравилось. Ладно, хорошо. Мне нравилось. Я не могла перестать смотреть на него с вызовом и неизбежно прикусывать нижнюю губу. Увидеть его голым было очень заманчиво.

– Почему бы тебе не выяснить это? – сказал он и положил руку на полотенце. Его взгляд был чётким и твёрдым, что немного обеспокоило меня. Конечно, он не стал бы убирать полотенце, если бы под ним ничего не было? Или всё-таки стал?

– Эм... – пробормотала я и заворожённо уставилась на полотенце.

– Ну так? – спросил он, тем самым гипнотизируя меня. Его взгляд был вызывающим и дерзким. Мы часто ссорились, но всегда не слишком серьёзно. Например, когда я рылась в его вещах. Или он удалял сохранение моей видеоигры, чтобы мы могли снова поиграть вместе. Оглядываясь назад, можно сказать, что всё это были попытки сблизиться со мной и провести время. Генри был очень милым, замечательным, забавным и... Просто Генри! Но то, что он хотел обнажиться передо мной сейчас, зашло для меня слишком далеко. Мы целовались всего один раз, ну, и в то утро, что бы это ни было... И этого было достаточно, чтобы сбить меня с толку.

– Я... Я подожду внизу, на кухне... – Я подползла к изножью кровати и уставилась в пол. Моё лицо было красное. Я небрежно отложила журнал, чтобы полностью сосредоточиться на побеге. Только не смотреть на Генри, не говоря уже о полотенце на нём! Подойдя к двери, я почувствовала руку Генри на своём запястье.

– Подожди минутку... – Он рассмеялся и наклонился ко мне. – Я просто пошутил... Я хотел увидеть твою улыбку, услышать твой смех. Как будто я собирался сорвать с себя полотенце, ну прям! – Это действительно была шутка, однако было ужасно неловко. Не потому, что я не хотела его видеть в какой-то момент, а потому что... Да, почему? Потому что... Ну? Я покраснею? Он сможет увидеть, что я смотрю на него? Тайно наблюдать за Генри – это одно, но я не хотела, чтобы другие знали, что я сама на него смотрю.

– Я знаю, что... – Я тоже рассмеялась, хотя с удовольствием провалилась бы сквозь землю от стыда.

– Тогда не смотри так! – Он отпустил меня и легонько ударил по верхней части руки, но к тому времени я уже пришла в себя. Снова появилось покалывание в животе и тёплое чувство, охватившее моё тело. Генри был так близко ко мне, что я могла вдыхать аромат его тела. Это типичный запах Генри. Запах его геля для душа и шампуня, которыми он всегда пользовался.

Мой взгляд метался туда-сюда между его шеей и животом. На груди у него был лишь крошечный шрам, оставшийся после того, как мы бежали по лесу. Это было около десяти лет назад. В тот день я ушибла колено. Мой взгляд задержался на этом маленьком шраме, и только сейчас поняла, что Генри стоит неподвижно и наблюдает за мной.

– У тебя тоже остался шрам? – спросил он. Он сделал шаг ко мне. Я хотела отступить, но, с другой стороны, мне хотелось быть ближе к Генри. Нас разделяло всего несколько сантиметров. Моё дыхание участилось, и по позвоночнику пробежали мурашки. Я начала дрожать, и Генри, должно быть, заметил это, потому что положил руки мне на плечи и нежно погладил их.

– Его уже почти не видно. Только если очень присмотреться... – пробормотала я и отвела от него взгляд. Чёрт! Почему я просто не ушла? Нехорошо было находиться так близко к нему сейчас! Часть меня хотела стоять здесь и позволять ему прикасаться ко мне. Другая продолжала кричать: «Беги! Убегай! Это нехорошо! Вы лучшие друзья! Не разрушай это! Ты слишком много видишь недосказанности в этой ситуации! Ему ничего от тебя не нужно! Ты слишком долго ждала!»

Но кого я должна слушать? Сердце или разум? Было так много вариантов окончания этой ситуации. Поцелуй. Ссора. Ругань или даже... Что-то большее? Гораздо большее, чем я могла себе представить с Генри всего неделю назад? Но сейчас... Да, чего я, собственно, хотела от него прямо сейчас?

– Я до сих пор помню, где этот шрам. Я видел его, когда плавал. На левой голени. Примерно на расстоянии ладони от коленной чашечки, чуть правее снаружи... Около двух сантиметров в длину, едва заметный теперь, поскольку твоя кожа загорела этим летом. Уверен, что через несколько лет уже ничего не будет видно.

Вот это было точное описание! Я робко посмотрела на него, но смогла выдержать лишь несколько секунд прямого взгляда ему в глаза. Неужели его глаза всегда были такими же синими, как море? Я буквально слышала его шум. Волны. И внутри появилось ощущение пляжа. И влажная кожа Генри, сияние которой привлекло внимание. Как бы я хотела провести кончиками пальцев по его коже прямо сейчас. Просто почувствовать его и притянуть к себе.

– Ты это запомнил? – удивилась я. Пришлось сглотнуть. Голос чуть не подвёл меня, а колени начали дрожать. Это была та самая дрожь в ногах, которую я почувствовала перед нашим первым поцелуем. Правда, тогда я лежала на кровати и не боялась упасть.

– Ты сидела рядом с Сандрой на диване, а я пришёл к тебе с Софи. Я мог ясно видеть его.

Тем не менее, это меня напугало. Я сделала шаг назад и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Он блестел на солнце? – Что ж, отлично. Шрам исчезал. В конце концов, не было ничего прекраснее длинных гладких ног без шрамов.

– Нет, но я хорошо рассмотрел... – прошептал Генри, делая шаг ко мне. Теперь он снова был так близко! Почему он так пристально смотрел? Это всего лишь ноги. Я лишь мельком взглянула на него, прежде чем снова отвести взгляд. Почему я не могу долго смотреть ему в глаза?

– А... Почему ты смотрел? Долго... – заикалась я. Дверь уже была позади. Я не могла сделать еще один шаг назад, иначе оказалась бы прямо у неё. Руки Генри всё ещё гладили мои плечи, и это затуманивало мои чувства. Как я могла спокойно думать, когда он флиртовал со мной? Да и делал ли он это на самом деле? Или...