Текст книги "Мелодия сердцебиения. Часть 2 (ЛП)"
Автор книги: Лаура Зоммер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)
Лаура Зоммер
Мелодия сердцебиения. Часть 2
Внимание!
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим Вас удалить этот файл с жёсткого диска после прочтения. Спасибо.
Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
Оригинальное название: «Herzschlagmelodie. Band 2» von Laura Sommer
Название на русском: Лаура Зоммер «Мелодия сердцебиения. Часть 2»
Серия: Мелодия сердцебиения #2
Переводчики: Kseny,
Леруся Нефедьева,
Оля Селукова,
Александра Б.
Редактор: Юлия Цветкова
Вычитка: Kseny
Обложка: Екатерина Белобородова
Оформитель : Юлия Цветкова
ГЛАВА 1
Юли
«Ты ещё злишься на меня?» – написала я Себастьяну после половины ночи, проведённой в мучительных размышлениях. Да? Нет? Возможно? Отметьте нужное крестиком или чем-то в этом роде, пожалуйста.
И что с Генри? В какой степени он впутан в эту паутину лжи? Возможно, он ещё в ярости из-за поцелуя? Я начала кусать губы и посмотрела в окно в направлении сада. Он ещё не спит? В конце концов сейчас ещё каникулы, такая вероятность существовала. Я встала, подошла к окну и бросила при этом беглый взгляд на часы. Было чуть больше часа, и я ещё не устала. Я открыла окно и немного наклонилась вперёд, так что могла видеть комнату Генри. У него действительно ещё горел свет. Но был ли Генри один? Возможно, у него ещё Сандра и Софи. Или только Софи. Возможно, они заняты? Я сглотнула и потянулась за бутылкой воды, потому что у меня внезапно пересохло во рту. Я нерешительно рассматривала смартфон. Нужно сделать это? Прежде чем я поняла, что делаю, я уже набирала номер Генри.
– Снимай уже... Снимай! – шептала я и повторяла до тех пор, пока Генри действительно не поднял трубку.
– Юли? Ты там заснула у телефона, или мне звонит твоя задница? – Его голос звучал весело, и из-за этого я расслабилась. Было так замечательно слышать его. Он звучал так дружелюбно. Но потом я снова всё вспомнила и прислушалась. Можно ли было услышать голос Софи на заднем плане?
– Юли? Задница Юли? Алло? – спросил Генри.
– Нет, это я... – пробормотала я.
– Всё хорошо? – И как всё было хорошо! Снова мой Генри! Который подошёл к телефону, был таким дружелюбным ко мне и спрашивал, как у меня дела. Он волшебным образом заставлял улыбку появляться на моих губах и выпускал на волю бабочек, которые так долго сидели на полу. Они порхали вокруг и окрыляли меня. Это было такое опьяняющее, такое бодрящее чувство, будто я выпила алкоголь.
– Да. Сейчас уже да... Так хорошо снова слышать твой голос! – Я упала на свою кровать, пристально посмотрела в потолок и захихикала, болтая ногами. Генри ничего не ответил на это, поэтому я сразу села прямо. Дерьмо! Что я только что сказала?!
– Да... – начал Генри. О, нет! Что это было? Конечно, теперь он скажет мне, что Софи всё ещё у него, и он должен повесить трубку. Отлично...
– Действительно классно слышать твой голос. Особенно сейчас. – Что? Сбитая с толку, я моргнула и сглотнула. Это происходит на самом деле? Или это только моя мечта? Я закрыла глаза, прижала телефон крепче и засмеялась. Снова было это... Это чувство, которое я так долго не ощущала. Это была чистая радость!
– Ты смеёшься? – голос Генри звучал так, словно он был сбитым с толку, но тоже начал смеяться.
– Да, спасибо тебе. Я боялась говорить с тобой, но сейчас вся ситуация кажется мне настолько простой, и я спрашиваю себя, почему просто не могла тебе позвонить намного раньше...
– Потому что ты девочка, а вы, девочки, ужасно сложные...
Мы смеялись, и я даже хваталась за живот. Это было хорошо: снова улыбаться вместо того, чтобы грустить.
– Мне действительно тебя не хватало. Особенно теперь... – выдохнула я. Если бы только было ясно, что происходит между ним и Софи, я смогла бы ему сказать. Это были всего три маленьких слова. Почему их было так сложно произнести, если они так отчётливо чувствовались?
– Мы можем встретиться? – Я не оставила ему времени на ответ, потому что хотела его видеть. Прямо сейчас. Его глаза должны видеть меня, рассматривать. Его губы должны формировать слова, а его тело должно быть так близко к моему, чтобы меня бросало то в жар, то в холод, когда я касалась его. Генри был всего в нескольких метрах от меня, но нас разделяли стены и двери, которые я не могла преодолеть. Его родители были бы шокированы, если бы я сейчас пробралась к нему.
– Сейчас? Хорошо... Мне нужно к тебе прийти? Твои родители спят? Ну, это плохая идея... Твой отец не спускает с меня глаз...
– У источника. Через десять минут! – Я просто повесила трубку, потому что для меня было ясно, что я хотела бежать к туда прямо сейчас. Мои ноги быстро несли меня по ковру, а я сама рылась в шкафу в поисках маки, юбки и обуви. Я хотела быть милой для Генри. Это был вызов! Софи и Сандра лгали мне? Генри, возможно, встречается с Софи? Но не со мной! Генри был моим лучшим другом, и я любила его... И я хотела его! Если Софи обманывала меня и, вероятно, только использовала, чтобы быть с Генри, то я буду бороться за него! Так легко я не сдамся!
Я потянулась к короткой чёрной юбке со складками и к топу с открытыми плечами тоже чёрного цвета, взяла цепочку с пазлом. К этому всему я добавила пару браслетов и розовый блеск, который купила тайком. Красные балетки и чёрный обруч для волос завершили мой образ.
Я прокралась к двери и, словно кошка, скользнула через коридор, а затем и вниз по лестнице к двери, ведущей на террасу. Я быстро открыла её. Благодаря своему фонарику я знала, куда должна бежать.
Цель была ясна! К источнику! Я хорошо знала дорогу. Примерно двести метров я должна идти по течению ручья, потом вверх до развилки, где река разделяется ещё на четыре ручья. Вдоль большой реки, над камнями и потом вверх. Генри уже там? Я пыталась бежать не очень быстро, потому что не хотела вспотеть. Спустя несколько минут я достигла источника. Генри действительно был там! Он стоял у источника рядом с большим камнем и смотрел прямо на меня, когда я приближалась к нему. Я пару раз провела рукой по волосам, прежде чем целеустремлённо подойти и стать в нескольких метрах от него.
– Привет... – пробормотала я и крепко схватилась за карманный фонарик, будто я тонула, а он был моим спасательным кругом в море. Было почти полнолуние, поэтому в лесу было достаточно света, но хорошо было иметь фонарик с собой.
Генри светил на землю передо мной, поэтому я хорошо могла видеть камни и ветки.
– Привет. Не споткнись...
– Ты давно ждёшь? – Наверное, я слишком долго переодевалась.
– Нет... – Генри ухмыльнулся и взъерошил волосы на затылке. Он засмущался и отвернулся в сторону.
– Лжец... – Я захихикала и подошла к нему настолько близко, что могла бы ухватиться за него, если бы захотела. Но я не сделала этого. Пока нет.
– Ты переоделась? – спросил он, не глядя на меня. Лес был существенно интереснее. Тем не менее он улыбнулся. Что с ним происходит?
– Да, я не хотела идти в пижаме. Немного прохладно... – Летние каникулы почти закончились, в последние дни похолодало.
– На тебе едва ли что надето, – сказал он и подал мне карманный фонарик. Внезапно он снял свою рубашку, которая была ему немного велика. Под ней была тесная майка, она была серой или тёмно-серой, к сожалению, я не могла достаточно хорошо рассмотреть. Но он не носил цепочку. Это я увидела сразу. Иначе он бы не снял её? И сейчас? Я почувствовала себя так глупо, потому что из-за тесного топа моя цепочка с пазлом отчётливо выделялась.
– Вот... – Он положил свою рубашку мне на плечи и взял у меня оба фонарика. Это испортило мой наряд... С другой стороны, было очень мило с его стороны думать обо мне. Я почти тонула в куске ткани и закатала рукава, так что мои руки снова появились из-под рубашки.
– Спасибо... Мне идёт? – Я повернулась вокруг и засмеялась. Было так замечательно иметь возможность снова поговорить с Генри.
– Ну... Да, точно. Действительно. – Он снова был смущён, между нами не всё хорошо?
– Эй... – Я схватила его руку, которую Генри хотел засунуть в карман брюк. Но я была быстрее и крепко сжала её, одновременно глядя ему в глаза. Наконец, он ответил на мой взгляд. Я легко покачала головой из стороны в сторону, подходя к нему на шаг и улыбаясь. Но всё было не так, как раньше. Хотя Генри и выглядел дружелюбным, но кажется, будто между нами была невидимая стена. Возможно, было что-то большее между ним и Софи? Была ли это та самая ложь, о которой говорили она и Сандра? Что эти двое были парой, и они пытались утаить это от меня? Этого не может быть! Я держала его руку и не хотела отпускать её. Генри и я подходили друг другу!
– Что с тобой? – прямо спросила я его. Иногда лучше сказать напрямую, чем думать.
– Ты очень изменилась. Сначала мы становимся ближе, намного ближе, но потом ты отдаляешься от меня. Ссора в последние несколько дней была очень трудной для меня. Ты была в парке такой отталкивающей, будто я ничего для тебя не значил, а сейчас ты смотришь так... Что за дела? Ты похудела и стала странной, что с тобой происходит? – Когда Генри произнёс слово «похудела», он с отвращением скривил лицо и вытащил свою руку из моей. Что он там говорил? Ему... Отвратительно?
– Я... – заикалась я в недоумении.
– Ты считаешь, что это хорошо или даже красиво? Ты выглядишь больной... Как много ты скинула?
– Ну, восемь килограмм?
– Прости? Ты это серьёзно! – Он был в ярости и, отвернувшись от меня, отбежал на пару шагов, а затем провёл рукой по волосам, прежде чем продолжил говорить: – Почему? Ты хочешь покончить с собой?! – Я была в шоке. Почему покончить с собой? Я не хотела умирать!
– Это всего восемь кило, не утрируй, пожалуйста. Раньше у меня были чертовски толстые бедра, теперь они стали меньше, и я снова могу пополнеть. Потом я поем чего-нибудь побольше, и снова всё будет хорошо. Лучше, чем поправляться! – Ему необходимо сейчас набрасываться на меня? Он хотел снова сблизиться или нет? Или был заинтересован только в продолжении нашей дружбы?
– Какой примерно у тебя рост? – Он подошёл ко мне и, кажется, хотел проверить это.
– Ну, примерно метр и шестьдесят два сантиметра... – пробормотала я. Что всё это значит?
– И сколько сейчас весишь?
– Ну, на восемь килограмм меньше. Почти сорок шесть. Но это хорошо. Моя мама уже достала меня этим. Индекс массы тела примерно восемнадцать. Модели весят намного меньше! – Я пыталась защищаться, но Генри пропустил это мимо ушей.
– Восемь килограмм при твоём росте – это чертовски много. Ты была такой милой, а сейчас? Твои щеки ввалились, и я вижу твои кости. Начинай, наконец, снова кушать! – Его голос становился громче, что вызывало у меня желание уйти в себя. Я скрестила руки на груди и пристально смотрела в сторону, держа себя в руках.
– Не кисни, Юли. Я говорю это не из-за злости. Я просто ужасно беспокоюсь о тебе!
Он снова подошёл ко мне и попытался обнять, но я отодвинулась и выставила руки, защищаясь от его тела.
– Осторожно. Иначе ты можешь сломать меня! – прошипела я ему. Но как только я сказала это, то сразу же пожалела.
– Я что-нибудь приготовлю для тебя. Макароны, пиццу! Мы можем сделать завтра вместе пиццу? Я принесу фризер1, и потом мы сделаем фисташковое мороженое и мороженое из лесного ореха. Что думаешь?
– Ты хочешь откормить меня? – Воспоминания о том времени, когда я была ещё пухленькой, вернулись.
– Нет, но я хотел бы больше времени проводить с тобой. Ещё я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Чтобы ты смеялась от всего сердца, а не так искусственно, как теперь!
– И... Искусственно? – Что искусственного было в моем смехе? Я только радовалась, что снова вижу его!
Моё лицо говорило о многом, из-за этого Генри попытался уточнить своё заявление:
– Эм. Нет, я имел в виду не так фальшиво!
– Это не лучше...
– Ты знаешь, о чём я!
– Нет! – крикнула я и сняла рубашку, чтобы бросить ему. Классный разговор!
Он подхватил рубашку и сразу отбросил её. Прежде чем я посмотрела на него, он встал прямо передо мной и обернул руки вокруг моего тела. Вообще-то я хотела продолжить кричать на Генри и сказать ему, каким кретином он был. Но сейчас он держал меня в своих руках так, будто я была его собственностью. Я чувствовала его большие ладони, лежащие у меня на спине и путешествующие к моим лопаткам, затылку, зарывающиеся в мои волосы. Ему удалось завладеть мной полностью. Мои ноги начали дрожать, и я почувствовала, что лишаюсь воли. Мне было безразлично, что моя грудь прижата к его, и я могла чувствовать его сердцебиение. Несколько нерешительно я положила свои руки ему на спину, чувствуя материал, который прижимался к его коже. Как бы я хотела почувствовать его голую тёплую кожу под подушечками своих пальцев и ощутить каждое движение мышц. Я чувствовала это и через майку, но без неё было бы приятнее, чем с одеждой.
Моё лицо покоилось у Генри на изгибе шеи, а его на моей щеке. Сейчас я была к нему снова так же близко, как когда мы поцеловались. С закрытыми глазами я снова вспоминала о том, как в моем животе порхали бабочки. Этот момент навсегда выжжен в моей памяти. Я хотела его поцеловать. Мне было безразлично, был он вместе с Софи или что они только начали встречаться. Мне было плевать на неё. Я не нуждалась в таких подругах, которые лгут мне и обманывают. Но я нуждалась в Генри. Мой лучший друг, мальчик, в которого я была влюблена, с которым хотела быть.
Мы простояли там так некоторое время, пока я не почувствовала, как Генри захотел от меня отстраниться. Но не в этот раз! Я обернула руки вокруг него и твердо прижала его к себе.
– Пожалуйста, не отпускай меня! – Я со всей силы хваталась за него, пока не почувствовала, как Генри обернул свои руки вокруг меня. Даже если его хватка была больше не так сильна, я снова чувствовала себя защищённой. Мой пульс был всё ещё очень быстрым, но всё же он постепенно замедлялся до тех пор, пока я не почувствовала приятный стук.
– Я никогда не хочу снова с тобой спорить, ты слышишь? Ты важен для меня, без тебя моя жизнь наполовину не была бы так прекрасна. Даже гораздо меньше, – прошептала я ему в ухо. Я хотела ему это сказать. Это крутилось у меня на языке! Но я должна была быть терпеливой. Если я застану его врасплох сейчас, это ни к чему не приведёт.
– Юли... – выдохнул он, и я подумала, что смогла услышать оттенок счастья в его голосе. Всё равно, что он произнёс моё имя, то, что он его вообще что-то сказал, сделало меня счастливой.
– Завтра мы вместе приготовим и испечём пиццу. И сделаем мороженое! И потом будем играть в видеоигры, а после пойдём в парк! – Летние каникулы ещё не закончились, и я могла всё привести в порядок прежде, чем школа захватит всё моё время.
– Звучит замечательно... – ответил Генри. Отстранившись, он потянулся за рубашкой, которая сейчас лежала на земле.
– Ты наденешь её снова? Ты всё-таки замёрзла? – Когда он это спросил, я заметила, как нервно Генри посмотрел в сторону. Я пощупала свои руки, которые покрылись гусиной кожей, но это было не из-за прохладного воздуха, а из-за Генри.
– Хорошо... – Я не хотела с ним спорить, поэтому молча надела рубашку и уютно уселась. Так было действительно приятнее, чем без рубашки. Генри просто знал, что было хорошо для меня.
– Мы должны вернуться. Стало очень холодно... – сказал он и сделал несколько шагов вперёд.
– Подожди! – Я мигом догнала его и врезалась в него, сделав так, чтобы всё выглядело, будто я споткнулась, так что у меня была возможность судорожно схватиться за него. Мы обменялись беглыми взглядами, прежде чем продолжили путь по лесу. Но я не отпустила Генри, а прижалась к его руке. Он был таким мускулистым и сильным. Генри много тренировался в последние недели, или он всегда был таким мускулистым?
– Ты должен идти разносить газеты? – спросила я его, когда мы уже увидели свет уличных фонарей. Скоро мы снова будем дома.
– Да, около шести я должен выехать, а к восьми уже буду свободен. Приходи к одиннадцати, будем вместе готовить. Мои родители будут на работе, так что мы будем одни дома, – пояснил он мне, его голос при этом звучал относительно спокойно. Обычно Генри начинал нервничать, когда замечал, что мы будем одни. Но сейчас он больше был похож на кого-то, кто хотел меня оберегать.
– Поговорим ещё о чем-нибудь? Я не хочу возвращаться... – Он наконец-то со мной, и я должна его сейчас отпустить обратно? Нет, Генри должен быть рядом. Я хотела прижать его к себе и обнять. Этого было бы достаточно для начала. Даже если я хотела гораздо большего, чем это, лучше было не спешить. Иначе я всё равно могла отпугнуть его, а этого никак не должно было случиться.
– Снаружи?
– Я думала, мы идём к тебе? – Раньше я часто бывала у Генри. Его родители были гораздо спокойнее, чем мои. Нам даже разрешали закрыть дверь без того, чтобы его мама входила каждые пять минут или его отец устраивал мне сцену. Генри, казалось, задумался, потому что не ответил мне. Только после того, как мы сделали ещё несколько шагов, он сказал:
– Хорошо... – Он не казался особенно вдохновлённым.
– Я имею в виду, только если я не помешаю? Ты должен рано выходить утром... После этого я продолжу спать дальше. – Эта дистанция мне не нравилась. – Или Софи у тебя?
– Почему она должна? – быстро ответил он мне. Неужели я задела его за живое? Поэтому я продолжила допытываться:
– Она была вчера у тебя... – Соврёт мне? Генри снова молчал, вероятно, обдумывая или взвешивая, что должен ответить мне.
– Всего лишь забыла кое-что. Но потом она поехала домой вместе с Сандрой. – Это правда? Внезапно я усомнилась в себе и в своих теориях заговора против меня. А если Софи вовсе не влюбилась в Генри? Это ложь? Мне стало совсем холодно, когда я подумала о том, что, возможно, у Софи были благие намерения.
– А что? – спросил Генри после того, как я ему не ответила.
– Ах, я только видела, что они вдвоём вернулись назад и позвонили тебе, хотя хотели уйти побыстрее... – пробормотала я. В этом не было смысла. Если Софи не хотела ничего с Генри, то почему он не сказал мне, что они не вместе?
– Вы сейчас вместе? – Вырвалось! Это было очень просто. Когда вопрос был, наконец, произнесён, я всё же спросила себя, почему не сделала этого раньше. Просто открыть рот и спросить, а не болтать о глупостях!
– Я не знаю... – пробормотал Генри. Я заметила, как его плечи напряглись, его голос звучал неуверенно. Было подходящее время, чтобы копнуть поглубже.
– Ты же сказал мне в парке, что вы встречаетесь?
– Наверное. В каком-то смысле. Я так думаю. Всё не так просто. Я имею в виду, что я же не могу сунуть ей записку типа: «Пожалуйста, отметь верное: да, нет, возможно»? – Генри рассмеялся, но я продолжила напряжённо слушать дальше. – Я имею в виду, мы двигаемся медленно. По крайней мере, я чувствую так. Всё немного сложнее. – Он выглядел вообще неуверенно, когда рассказывал мне об этом. Генри на самом деле так думал или придумывал всё сейчас, чтобы я успокоилась? – Так что... Я не могу просто спросить: мы вместе? Или нет? Или мы пока что подождём? У всех по-разному. Одни думают, что вместе, с того момента, как впервые поцеловались, другие нет. Занимаются сексом и по-прежнему считают себя свободными.
– У вас... Был?.. – запнулась я. Этого не может быть!
– Что? Нет! Мы ещё даже не целовались! Ещё ничего, совсем ничего...
– Но ты же сказал... – Что он там мне говорил?
– Да, я... Не имею понятия. К тому же, это не имеет значения. Софи и я не вместе и, вероятно, не будем.
Мы добрались до кустов, которые находились прямо возле участка дома Генри, и протиснулись мимо. Он придержал несколько веток, чтобы я могла проскользнуть в брешь.
– У меня сейчас просто нет желания делать что-то подобное, понимаешь?
– Что? – Я отряхнула рубашку от каких-то веток и листьев, висевших на ней.
– Заводить отношения, я имею в виду, – сдержанно сказал Генри. Его голос звучал так серьёзно, что я сразу поверила ему.
– С Софи?
– Вообще. У меня впереди ещё один учебный год, потом выпускной, и я должен пойти в колледж. Или университет. Нет времени на подружку. Нужно же гулять и проводить время вместе. Сейчас это не так просто. – Что я должна была сказать на это? За исключением, возможно, того, что его планирование времени было отстойным.
– Даже если встретишь ту, что полюбишь по-настоящему? – У меня всё было ненамного лучше. Но то, что он так думал, разрывало моё сердце на две части, безжизненно упавшие на землю. Больше всего я хотела бы убежать в свою комнату, но я не могла отступить. Возможно, ещё не все потеряно?
– Мне не повезло с любовью, поэтому на данный момент я решил оставить её. – Генри пожал плечами и улыбнулся мне. Но это не была грустная улыбка, на самом деле он выглядел счастливым. Его глаза сияли, когда он смотрел на меня, и его поза казалась расслабленной, в отличие от моей.
– Но... – Стало ещё хуже? Я последовала за ним, когда он побежал по террасе, но больше ничего не сказала.
– Никаких но... – прошептал Генри и снял туфли, поставив их возле стеклянной двери. Я тоже сняла свои балетки и босиком пошла за ним. Наверху, в его комнате, я закрыла дверь и огляделась. Было так круто снова быть здесь! На его кровати лежал ноутбук, он был закрыт, смартфон рядом с ним. Чем он занимался, прежде чем пойти в лес?
– Посиди немного, я схожу на кухню и принесу нам что-нибудь попить. – Прежде чем я успела ответить ему, Генри снова исчез. Так что теперь я была здесь одна и могла спокойно осмотреться. Я гуляла по его комнате, заглядывала в каждый уголок, на каждую полку и даже открыла пару ящичков. Всё было как всегда, ничего не изменилось. Его гитара по-прежнему стояла рядом с кроватью, его скейты – у стены под окном. На письменном столе царил полный хаос, а куча грязной одежды была настолько велика, что о корзине под ней можно было только догадываться.
Но потом я посмотрела на полку, где стояли все наши фотографии. Раньше. Я подбежала к ней и присмотрелась внимательнее. Там, где раньше стояла наша общая фотография из «Вондерленда» вдруг появилась фигура с баскетбольным мячом. Я суетливо искала фотографию, которую я тогда подарила вместе с рамкой, но нигде не нашла её. Её нигде не было: ни на полке, ни рядом с кроватью, ни на подоконнике.
– Что ты ищешь? – Я поёжилась от испуга. Генри стоял в дверном проёме и смотрел на то, как я пытаюсь скрыть свой поиск.
– Я? О... Я хотела сесть! – Отличное оправдание. Я села на его кровать и улыбнулась ему, положив свой смартфон и фонарик рядом.
– Ла-адно. – Одна бровь Генри приподнялась, он недоверчиво смотрел на меня, прежде чем подойти ближе и сунуть мне в руки две бутылки лимонада. С собой у Генри был ещё тканевый мешок, который он положил на кровать. Тихо закрыв дверь, он сел рядом со мной и начал доставать из мешка всякие вкусности. Чипсы, шоколадные батончики, банан, шоколадный пудинг и две ложки.
Я сразу же схватила чипсы, так что мне было чем заняться, а Генри не пришлось уговаривать меня что-нибудь съесть.
Я запихнула чипсы в рот и продолжила оглядываться. Куда делась эта фотография? Неужели ему было так плевать на меня, что он убрал её? Не мог или не хотел больше меня видеть?
Или Софи заставила его убрать её?
– Что ты ищешь? – спросил он, поедая шоколадный батончик.
– У меня просто чувство, что тут чего-то не хватает... – Я выбирала самые большие чипсины, маленькие кусочки были не такие вкусные. Со вкусом паприки... Бесценно!
– Ты про нашу фотографию? – Он расслабленно откинулся назад и откусил кусочек батончика.
– Да... Почему ты убрал её? – спросила я. Фотография стояла там уже вечность...
– Ну, я подумал, что она больше сюда не подходит. Всё-таки мы просто друзья. Я убрал её, потому что подумал, что если мы с Софи будем вместе, то будет странным, если фотография другой девочки будет стоять в моей комнате?
Я не нашлась, что на это сказать. Потому что моя фотография стояла там же, где и всегда. На полке, которую я могла видеть с кровати. Каждый вечер, когда я ложилась спать, это была одна из последних вещей, которые я видела. Мне даже не пришла в голову мысль убрать её. Даже когда я злилась на Генри, фото дарило мне спокойствие и чувство безопасности.
– А цепочка? – В каком ящике она лежит? Небрежно брошенная и без надежды когда-либо увидеть дневной свет?
– Какая цепочка?
– Ну, твоя цепочка с кусочком пазла. У тебя ведь есть такая же, как моя?
– Нет, с чего ты взяла? – Он выглядел напряжённым, говоря это. Его глаза заметались, и он не встречался с моим взглядом.
– Потому что я видела её. Они парные, совпадают, я пробовала. Эта цепочка. Ты её выбросил? – Я слишком долго жевала чипсы, запивая их лимонадом.
– Ах, эта... – пробормотал Генри.
– Да, именно эта! Ты же не носишь никаких украшений! – Он считает меня дурой?
– Я не знал, что ты знаешь...
– Но я знаю.
– Ладно. – Генри сделал глоток. В этот момент я сняла свою цепочку и положила между нами. Я посмотрела на него, но Генри снова отвёл взгляд.
– Это подарок, конечно, ты можешь её носить. Но было бы глупо, если бы я тоже надел свою...
Я продолжала смотреть на Генри, пока он не полез в карман и не показал мне свою связку ключей.
– Довольна? – буркнул он. На связке висела цепочка с пазлом, заставившая меня улыбнуться.
– Теперь да... – Я снова взяла свою цепочку и прижала к себе, посмотрела на блестящую поверхность и вспомнила прошедшие дни. «Любовь» было выгравировано красивым изогнутым шрифтом. Изготовить эти подвески, конечно, было дорого. Но мне было всё равно, стоила она пять фунтов или пятьдесят, главное, что она была от него. Он мог бы достать её из автомата для покупки жевательной резинки или сделать сам. Если она была от моего Генри, то подвеска – это самый красивый подарок из существующих.
– Было бы круто, если бы всё могло остаться так, как есть сейчас... – сказала я, борясь со слезами. Потому что знала, что скоро всё изменится. Генри посмотрел на меня, но не ответил. – Я имею в виду, быть вечером здесь с тобой. Разговаривать и знать, что я могу тебе доверять. Мы становимся взрослыми. Ты, конечно, скоро будешь учиться или где-то стажироваться, я, может, познакомлюсь с кем-то, ты тоже. Тогда наши пути разойдутся, возможно, мы будем видеться не так часто. Или вообще больше не видеться. – Будет ли Генри как-то комментировать это?
– Поэтому мы должны наслаждаться временем, которое у нас ещё остаётся...
Я в ужасе обернулась и посмотрела на Генри, который глупо усмехался.
– Шутка! – Он рассмеялся и нежно толкнул меня кулаком в плечо, гораздо мягче, чем обычно, когда дразнил меня. Меня это совершенно не забавляло.
– Это не смешно... – простонала я и, обидевшись, скрестила руки на груди.
– Да ладно... – Он снова толкнул меня в плечо, а потом, держа руку на моем плече, мягко оттолкнул, так что мне пришлось опереться на кровать, чтобы не упасть.
– Эй! – Ладно, я тоже вынуждена была рассмеяться. Генри в очередной раз удалось избавиться от моего плохого настроения.
– Нам пора спать... – сказал Генри. Хотя у него был маленький раскладной диван, но я хотела спать здесь, с ним. Рядом, совсем близко. Я схватила свой телефон и фонарик, встала и положила их на стол, а затем вернулась на кровать. Там я сняла свой обруч для волос, положив его рядом с ночной лампой Генри, и просто легла, прижавшись к его подушке, а затем удовлетворенно вздохнула. Вот теперь он не вытащит меня отсюда!
– Гм... – запнулся Генри, но я мастерски это проигнорировала.
– Я тоже очень устала... – Я зевнула, потянулась и прижалась к подушке, не открывая глаз. Ты от меня не убежишь! Я ждала, но ничего не происходило. Открыв глаза, я увидела, что взгляд Генри отчаянно мечется между диваном и кроватью.
– А теперь ложись... – Больше всего я хотела затащить его в кровать и прижаться к нему.
– Я лучше на диване...
– Ложись... Не валяй дурака! – Я скользнула ближе к стене, пока не прижалась к ней ягодицами. Кровать была очень широкой, здесь можно было удобно лежать даже втроём.
– Тебя это не беспокоит?
– Чепуха... – Я хотела этого, разве Генри не видит? Пришло время для нового прозвища. Мистер Бретт форм Копф2!
– Ну, хорошо... – Внезапно он снял рубашку и теперь стоял передо мной с голым торсом, а потом начал возиться со своим ремнём. Я не знала, зажмуриться мне или открыть глаза пошире. Генри явно тренировался. Раньше этих небольших мышц на животе не было... Мне пришлось сглотнуть, и я решила закрыть глаза. Я услышала шорох. Видимо, только что его брюки с ремнём приземлились на пол. Я услышала шаги, а потом свет погас. Только сейчас я снова осмелилась открыть глаза. Генри сел на кровать. Он что-то делал в своём телефоне, так что света было достаточно, чтобы я могла полюбоваться его спиной. Я была близка к тому, чтобы запрыгнуть на него и потрогать его кожу. Должно быть, она ощущалась бы просто замечательно. Очень тепло и интенсивно.
Я встряхнулась. Что это за мысли?
Я прижалась к стене и крепко зажмурилась, потому что Генри сейчас лежал прямо рядом со мной. Моя челюсть задрожала, и всё тело начало подрагивать. Я так давно не нервничала! Даже во время нашего поцелуя я не чувствовала такого волнения, которое охватило всё моё тело. Я крепко стиснула зубы, опасаясь, что челюсти могут громко удариться друг и друга.
– Я поставил будильник на половину шестого. Когда я встану, просто лежи и спи дальше, ладно?
Было темно, и я могла только приблизительно видеть Генри. Лунный свет падал на кончики его волос, плечи и голые бедра. Так что я могла угадать его очертания и каждое движение. На нём вообще что-то было? Например, нижнее белье? Или он лежал рядом со мной совершенно голый? Внезапно мне стало так жарко! Всё моё тело было словно из магмы, а мои губы сами по себе приоткрылись, я тяжело вздохнула. Словно вулкан, извергающий лаву. Я сразу же свернулась в клубок и зажала рот руками.
Дерьмо! Вместо того, чтобы ответить ему, я начинаю тяжело дышать? Супер...
– Это было «да»? – Генри наклонил ко мне лицо. Моим глазам требовалось ещё немного времени, чтобы привыкнуть, прежде чем я смогла различить выражение его лица.
– Да... – Я закусила губу, а затем снова сжала зубы вместе.
Надеюсь, он не заметил, что я...
– Ты замёрзла?
– Что?
– Ты дрожишь.
– Нет...
– Что «нет»? «Нет» – ты не замёрзла, или «нет» – ты не дрожишь?
– Всё вместе... – Дерьмо! Моё тело меня не слушалось. Внезапно я почувствовала пальцы Генри на моем предплечье, что только усилило дрожь.
– Ты дрожишь...
– Нет... – На самом деле отрицать это было бессмысленно. Но всё во мне сопротивлялось тому, чтобы сказать Генри правду.
– Это... Потому что я разделся?
– Ты голый?! – испуганно прошипела я, звуча при этом немного истерично, чего я на самом деле не хотела.
